Текст книги "Вечность в смерти (сборник)"
Автор книги: Нора Робертс
Соавторы: Рут Райан Лэнган,Мэри Кей Маккомас,Мэри Блейни
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
– Мое происхождение можно назвать плебейским, миледи. Меня никто никогда не видит и не замечает. Но я словно фея из сказки – всегда хочу только одного: помогать другим.
Эми Стивенс и не подозревала, что способна быть такой подлизой.
– Очень юная фея. Надеюсь, волшебная палочка у вас с собой? – На лице леди Анны впервые появилось слабое подобие улыбки.
«Будь у меня волшебная палочка, я первым делом превратила бы тебя в крысу», – подумала Эми. Девушка понимала, что леди Анна сейчас всячески старается сбить ее с толку и поставить на место, но она не зря изучала в свое время психологию. Ясно, что за холодностью и замкнутостью аристократка пытается скрыть свою собственную неуверенность.
– Мне не нужна волшебная палочка. Полагаю, мы обойдемся и без нее. Случай мне кажется далеко не безнадежным.
Пока леди Анна пыталась понять, что это – комплимент или оскорбление, новая компаньонка ринулась дальше.
– Могу я поинтересоваться, чего вы, собственно, ожидаете от сезона?
Эми быстро просчитала в уме все варианты, но упустила единственный, заставивший засветиться глаза леди Анны.
– О! Это, разумеется, музыка, – после секундной паузы ответила она. – Я была уверена в том, что миссис Брейнтри рассказала вам о моих особых интересах и пристрастиях.
– Да, разумеется, – кивнула Эми. В каких там романах встречались героини, любившие музыку? Как назло, на ум ничего не приходило. – Я просто хотела уточнить, интересуют ли вас, помимо музыки, другие аспекты сезона? Необходимо, чтобы вы предстали в обществе в самом выгодном свете.
– Вы имеете в виду платья, чулки, шляпки и прочие мелочи? Я даже не думаю об этом. – Леди Анна вяло взмахнула рукой. – Больше всего меня интересует, какой рояль будет стоять в нашем городском доме и взял ли Уэстон ложу в опере.
Так они и продолжали разговаривать, точнее, Эми предоставила леди Анне возможность выговориться, а когда речь заходила о музыке, той было что сказать. Эми почувствовала, что ступила на опасный путь, поскольку нотную грамоту знала плохо, а петь не умела.
Слава богу, появилась Марта с двумя чашками шоколада – одну она с поклоном подала леди Анне, вторую протянула Эми.
– Мисс Стивенс, – сказала леди Анна, не дав Эми сделать первый глоток, – будьте любезны найти графа и спросить его, выполнил ли он все поручения по списку, который я ему дала?
Она вопросительно посмотрела на Марту.
– Я полагаю, граф в оранжерее, миледи, – сказала та.
– Отлично. Заодно разыщите ноты, которые я там оставила, и принесите сюда.
– Хорошо, миледи, – поднялась со своего места Эми.
– О! Выпейте сначала шоколад, – милостиво разрешила леди Анна. – Я вовсе не думала, что вы сразу броситесь выполнять мою просьбу.
«Очень интересно», – подумала Эми, вновь садясь на стул. Ей всегда казалось, что эгоизм – это отличительная черта двадцать первого века.
– Скажите, что вы сами думаете о сезонах?
Эми поняла, что ей предлагают произнести монолог. Знать бы, о чем говорить! Она скрестила пальцы, надеясь, что ей удастся отыскать в потемках единственную безопасную тропинку. Как она жалела сейчас, что у нее в голове осталось так мало из прочитанного! «Я точно скажу что-нибудь невпопад!» – подумала Эми.
Она сделала глоток и чуть не потеряла сознание от удовольствия – таким сказочным был вкус. Шоколад девятнадцатого века, как небо от земли, отличался от того, что подают под этим названием у нее на родине в двадцать первом. Этот шоколад бодрил и придавал уверенность в своих силах. «Ну, вперед!» – скомандовала себе Эми Стивенс.
5
– Сезон – это новые возможности, новые знакомства, новые впечатления, миледи. И новые наряды, – последнюю фразу Эми произнесла с ударением.
– Предположим. Но что же в этом по-настоящему нового? Все одно и то же из года в год. Разве что фасоны платьев меняются, и больше ничего.
Леди Анна сделала глоток шоколада и изящно промокнула губы платком, а Эми тем временем подумала, не вылетит ли она отсюда раньше, чем у нее появится шанс поискать монету.
– Скажите, почему вам так нравится считать себя феей, как вы изволили выразиться?
– Потому, леди Анна, что урок, который я даю, очень прост, и для него совсем не требуется волшебная палочка.
«Помоги мне Бог!» – думала между тем Эми.
Леди Анна слегка подалась вперед, а ее новая компаньонка тем временем сделала второй глоток шоколада. Он оказался ничуть не хуже первого – такая вкуснотища! Теперь нужно придумать, что делать с анонсированным уроком. Эми надеялась, что пауза, которую она выдерживает, выглядит вполне естественной, а не драматичной и тем более не отчаянной. Страх в таких ситуациях плохой советчик, и она решительно отбросила его прочь. «Ситуация под контролем, – успокаивала себя Эми. – Все равно никто не догадается, кто я такая и откуда появилась».
Ситуация под контролем? Об этом и нужно говорить!
– Сезон и успех в нем в полной мере зависят от вас, миледи. Это единственное, во что нужно твердо верить.
– Зависят от меня… – Леди Анна разочарованно откинулась назад, на спинку стула. – Вовсе нет. Я живу в доме брата, встречаюсь с одними и теми же людьми своего круга. Ни один мужчина не посмеет начать ухаживать за мной без предварительного согласия моего брата, а в городе мы можем жить, только пока заседает парламент или позволяет погода. Ни то, ни другое от меня тоже не зависит.
Ответ леди Анны лишь укрепил уверенность Эми в том, что она на верном пути.
– Независимо от обстоятельств, вы сможете сами выбирать, где вам бывать, и получите от сезона все удовольствия, какие пожелаете. Да, конечно, будут и не самые приятные приглашения, которые вам придется принять… Я уверена, что ваш брат станет настаивать на этом, да и я, честно говоря, тоже, но вы можете компенсировать разочарование за счет музыки. Вы найдете друзей, найдете единомышленников, и сезон, который сейчас кажется скучным спектаклем, превратится в самое захватывающее театральное действие, в котором вы сами будете участвовать.
– Звучит очень обнадеживающе, – неохотно признала леди Анна и даже стала меньше хмуриться, хотя и добавила: – Но я не переношу толпу как таковую.
«Ну, вот и славно! Молодец! – похвалила себя Эми. – По крайней мере, я не зря заплатила деньги за те курсы по психологии». Дело совсем несложное. Леди Анна – классический интроверт, она замкнута, сосредоточена на своей особе, и ее пугает мысль о многолюдии и шуме, сопутствующих сезону.
– Все окажется даже более чем обнадеживающим, обещаю вам, – Эми решила, что разговор об ожиданиях леди Анны пора заканчивать – переводить с современного американского английского на язык времен Регентства было нелегкой работой.
«Все под твоим контролем, Эми», – еще раз напомнила она себе.
– Леди Анна, вы говорили, что у вас еще много разных дел. Скажите, ваш брат уже назначил точную дату отъезда из Уэстморленда?
– Нет. Мы уедем тогда, когда делам в парламенте он будет вынужден уделять внимания больше, чем своим любимым лошадям. До этого времени брат может при необходимости съездить в Лондон и вернуться назад за один день. Уэстморленд достаточно близко от города.
– Отлично. Мы с вами пока изучим журналы мод и решим, что из нарядов можно заказать здесь, а что придется отложить до Лондона. Кроме того, вам нужно будет побольше играть на рояле, чтобы быть готовой сесть за инструмент везде, куда вас пригласят.
Леди Анна покачала головой – новая компаньонка ее еще не убедила.
Марта застыла в ожидании распоряжений и одновременно жадно вслушивалась в каждое их слово. Она слегка улыбнулась Эми. Очевидно, во времена Регентства такие улыбки, если так можно сказать, заменяли более привычный нам поднятый вверх большой палец.
Эми встала. Она решила, что, если уйдет сейчас, этот разговор можно будет считать ее победой. Правда, сие была лишь первая, приграничная вылазка в грядущей битве за то, чтобы убедить леди Анну извлечь из ближайших нескольких месяцев максимальную пользу.
– Если позволите, леди Анна, я пойду поищу графа, а потом принесу ваши ноты. Где я смогу найти вас?
– В малой музыкальной гостиной.
Эми сделала книксен, прошла к себе в гардеробную и схватила по-прежнему лежавший на полу саквояж. Она вытряхнула на кровать все его содержимое, но не нашла ничего, кроме вещиц, считавшихся необходимыми любой леди, жившей в эпоху Регентства, когда она отправлялась в дорогу. Монеты не было. Очевидно, она у Саймона. Не могла же монета потеряться – без нее их путешествие во времени теряет смысл. Такого просто не может быть! И мистер Арбакль специально подчеркнул, что монету необходимо отдать графу.
Она пригладила волосы, поправила юбки и еще раз прошла через будуар леди Анны. Та не обратила на маневр новой компаньонки ни малейшего внимания, поскольку опять отчитывала Марту. На этот раз за то, что горничная не сняла волосы с гребенки миледи. Было заметно, что девушка только напустила на себя виноватый вид, а на самом деле вовсе не слушает свою госпожу.
«Бедная Марта! – посочувствовала ей Эми. – Если так пойдет и дальше, ей трудно будет оставаться такой же веселой и жизнерадостной». Выйдя за дверь, она сообразила, что не имеет ни малейшего понятия о том, где находится оранжерея. Не знает даже, на каком этаже расположено это помещение, равно как и то, насколько на самом деле велик сам дом.
Возле лестницы стоял человек в блестящем – надо полагать атласном – костюме. Камзол, штаны до колена, белый завитой парик… Эми знала, что к 1805 году все это давно уже вышло из моды. «Ага! – догадалась она. – Это очевидно, лакей».
Девушка подошла и хотела сделать книксен, но вовремя опомнилась. Будучи компаньонкой леди Анны, она занимала в доме намного более высокое положение, чем лакей, и не должна была ему кланяться. Благослови Господь ту книжку, откуда она почерпнула эту информацию!
– Будьте любезны, укажите мне путь в оранжерею.
Лакей поклонился и сказал, что проводит Эми. Потом они не меньше пяти минут шли, то поворачивая по коридорам, то пересекая пустые залы, и одолели два лестничных пролета – один вверх, другой вниз. Вначале Эми пыталась запоминать дорогу, но потом заметила, что лакеи стоят здесь буквально на каждом углу, и успокоилась. Достаточно обратиться к любому из них, и тебя отведут куда нужно.
Подходя к оранжерее, Эми тяжело дышала – не только от проделанного по дому путешествия, но и от волнения перед первым свиданием с третьим графом Уэстоном.
Лакей постучал. Когда раздалось разрешение: «Войдите!», он распахнул дверь перед Эми. Девушка переступила порог и замерла.
Оранжерея была роскошной и, как все в Уэстморленде, огромной – в наше время ее наверняка назвали бы зимним садом. Здесь росло несколько пальм и каких-то фруктовых деревьев – Эми показалось, что это апельсины или лимоны – и был небольшой пруд, на берегах которого цвели орхидеи. Нот, которые просила принести леди Анна, здесь явно не было. Она пошла по направлению к пруду, обогнула кадку с каким-то огромным растением и ахнула. На скамейке около стола сидел человек, который мог быть только третьим графом Уэстоном. Или Саймоном Уэстом.
Хотя поза человека и мебель были хорошо знакомы Эми по портрету графа, на фоне оранжерейной зелени они смотрелись настолько нелепо, что девушка подумала, не галлюцинация ли это.
Эми повернула голову и увидела человека с кистью в руках. На подрамнике было полотно. Портрет. «Тот самый, – с облегчением подумала Эми. – Значит, и со мной все в порядке».
Она снова повернулась к столу. Если это не Саймон, то почему граф похож на него как две капли воды?
Эми сделала книксен, на этот раз более глубокий, чем прежде.
– Прошу прощения, милорд.
Граф обернулся на ее голос. Глаза говорили о том, что его заинтересовало появление Эми, хотя в целом лицо брата леди Анны оставалось бесстрастным.
– Милорд, не двигайтесь! – воскликнул художник.
– Прервемся. Возвращайтесь сюда через час.
– Нет! Прошу вас, оставайтесь на месте. Через час уйдет свет.
– Значит, не возвращайтесь. Продолжим завтра, – пожал плечами граф и встал.
Он даже не посмотрел в сторону Эми и пошел к выходу из оранжереи. Девушка двинулась следом и на ходу прихватила ноты, которые действительно заметила на какой-то козетке возле входа.
– Прошу прощения… – начала Эми, догоняя графа.
– Мы не можем остановиться и разговаривать здесь, на глазах у лакеев, – сказал аристократ, лишь мельком взглянув на нее. – К тому же я не знаю, кто вы.
– Я мисс Стивенс, милорд. Новая компаньонка леди Анны, – Эми продолжала говорить в спину идущего впереди графа.
Он внезапно остановился и резко повернулся.
– Допустим, хотя вы не должны ею быть. Вы слишком молоды, хороши собой и не сказать чтобы воспитаны. Мы побеседуем с вами в библиотеке, мисс Стивенс.
Эми замолчала. Она шла за ним, вновь сворачивая то налево, то направо, то поднимаясь вверх по лестнице, то спускаясь вниз, и с тревогой думала об одном – сейчас ее уволят. Наконец они подошли к какой-то двери, и стоявший рядом лакей распахнул ее. Однако это оказалась не библиотека, а спальня. Находившаяся в ней кровать была самой большой из всех, которые Эми когда-либо доводилось видеть. Постель была разобрана, одеяло откинуто, и мисс Стивенс впервые подумала о том, что пребывание в эпохе Регентства может оказаться связанным с совершенно неожиданными проблемами.
– Прошу прощения. – Граф сделал шаг назад и посмотрел на Эми столь надменно, что это свело его извинение к нулю. – Оказывается, это не библиотека.
То, что это не библиотека, было ясно и так. Он что, заблудился в собственном доме?
– Здесь у меня книга. Я хочу, чтобы вы передали ее леди Анне, – с этими словами граф взял один из фолиантов, лежавших на прикроватном столике. – Слуга отведет вас в библиотеку, а я присоединюсь к вам через минуту.
– Я могу вам чем-нибудь помочь, милорд? – этот вопрос задал человек, появившийся из двери в другом конце спальни.
– Нет. Леди Анна просила мисс Стивенс принести ей эту книгу.
Что? Леди Анна не просила никакую книгу! Граф выдумывает.
Слуга приблизился к ним, почтительно принял книгу из рук хозяина и передал ее Эми со словами:
– Я Фаншет, камердинер его светлости.
«Ну-ну, – подумала Эми. – Начинается конфликт интересов. Извечный сюжет, проходящий красной нитью от Библии и Шекспира до сегодняшних телесериалов. Так кто же из нас с Фаншетом выше по рангу? Пожалуй, все-таки он. Камердинер самого графа – фигура поважнее, чем компаньонка его сестры. Да и служит он здесь в любом случае дольше, чем я».
– Фаншет, вам известно, что мисс Стивенс состоит в родстве с лордом Олбрисом Стивенсом? Они даже слегка похожи.
Сам-то граф откуда это знает? Он даже имени ее еще не спросил. Эми прикусила губу, чтобы не задать лишние вопросы.
После слов, сказанных хозяином, слуга слегка увял. По происхождению Эми была выше, чем он, хотя Фаншет превосходил ее по занимаемому положению и сроку службы. Ну не цирк ли?
– Оставьте нас, Фаншет.
О каком бы столетии ни шла речь, женщина всегда будет чувствовать себя неловко, оставшись в спальне с глазу на глаз с незнакомым мужчиной. Эми осторожно попятилась к двери.
– Благодарю вас, милорд, – прошептала она, опять делая книксен. – Я передам эту книгу леди Анне и приду к вам в библиотеку.
– Минуту. – Тон графа не оставлял сомнений в том, кто здесь хозяин.
Удивительно, как действует на людей такая манера говорить. Эми застыла на месте как загипнотизированная, а брат леди Анны подошел к ней и наклонился так, словно собирался поцеловать в шею.
Как она могла сомневаться?! Теперь, даже не глядя ему в лицо, Эми была уверена в том, что перед ней Саймон. Откуда взялась эта уверенность? От энергии, которую он излучал? От его запаха? От ощущения его дыхания на коже? Да разве это важно? Эми ощутила огромное облегчение – чувство было буквально на грани сексуальной разрядки.
Хотя она уже узнала того, с кем перемещалась во времени, он прошептал:
– Эми, это я, Саймон Уэст. С вами все в порядке?
Она чуть отклонилась. Саймон был так близко, что, оказавшись еще на полшага впереди, Эми могла бы поцеловать его.
– Нет, в порядке не все. У меня нет монеты. Она у вас?
Он отрицательно покачал головой.
Эми услышала, как поблизости шастает Фаншет, представила, как они с «графом» смотрятся со стороны, и оттолкнула от себя Саймона, прошептав:
– Нам нельзя выходить из роли.
Девушка хлопнула в ладоши, надеясь, что это сойдет за звук пощечины, и громко, явно рассчитывая на чужие уши, воскликнула:
– Я дорожу своей репутацией, милорд! Оставьте меня! Если вам так уж необходимо переговорить со мной, давайте сделаем это в библиотеке, как вы изначально и предлагали.
Эми выскочила из спальни и поспешила к неподвижно стоявшему неподалеку лакею.
– Покажите мне дорогу к апартаментам леди Анны, – приказала она.
Эми нашла, что командовать другими – занятие весьма приятное. Интересно, а кому отдают приказы сами лакеи?
Спальня и будуар леди Анны оказались пустыми, и Эми прошла через них в гардеробную, чтобы бросить на свою кровать книгу, которую дал ей Саймон. Справочник по коневодству в Суссексе вряд ли мог заинтересовать сестру графа. Через минуту девушка вышла, передала ноты Марте и мимоходом заметила, что граф просил ее прийти в библиотеку.
Горничная кивнула и небрежно бросила ноты на столик возле камина.
– Наверное, граф собирается поговорить с вами о сезоне, который предстоит его сестре, – с улыбкой заметила она.
По тону Марты трудно было понять, что на самом деле она думает о приватной встрече новой компаньонки с графом.
Эми пошла вслед за лакеем в библиотеку. Девушка отметила, что некоторые коридоры начинают казаться ей знакомыми – во всяком случае, висевшие на их стенах картины и стоящие в углах статуи. Прежде чем открыть дверь, слуга обернулся к Эми и сказал:
– Я буду поблизости и потом смогу проводить вас обратно.
– Благодарю, – ответила Эми, тронутая галантностью лакея, хотя и не представляла, чем именно она могла быть вызвана.
«Занятно, – подумала Эми. – Уэстморленд оказался самым настоящим королевством в миниатюре, которым повелевает король, то есть граф, получивший это право исключительно благодаря своему происхождению. До чего же странные были времена!»
Слуга открыл дверь, а затем осторожно прикрыл ее за спиной Эми. Саймон рассматривал висевшие на стене картины. Он обернулся и сказал именно то, что она ожидала услышать:
– Простите меня, Эми.
– Какого черта вы затащили меня в свою спальню? – сердито пробурчала она, хотя в глубине души уже не сердилась.
– Я сделал это не нарочно. В две тысячи шестом году эта комната была библиотекой! Обнаружив свою ошибку, я решил, что лучше всего будет, если у всех окружающих сложится мнение о том, что у нас назревает любовная интрижка. Это объяснит наше желание быть вместе.
– Саймон, графу не нужно искать повод для того, чтобы увидеть прислугу. Вам достаточно приказать ей явиться.
– Да, да. Это верно. – Он провел рукой по волосам. – Слушайте, как это произошло? Каким образом нам действительно удалось пройти сквозь время?
– Понятия не имею. Вы сами поспешили сказать: «Давайте сделаем это» – прежде чем нам объяснили детали.
– Верно… Но заметьте: вы тоже считали это авантюрой, которая вряд ли возможна.
– Но если мы оба так скептически относились к мысли о путешествии во времени, почему оно все-таки совершилось? Разве мистер Арбакль не говорил, что мы должны верить?
– Наверное, его собственной веры хватило на нас обоих, – это Саймон сказал так искренне, что Эми была не в силах возразить. – И вот мы здесь, но без монеты… К тому же не имеем ни малейшего представления о том, как отсюда выбраться.
Эми подумала, что вряд ли когда-нибудь ей еще раз доведется увидеть мужчину, спрятавшего свою гордость достаточно далеко, чтобы признать, что ситуация вышла из-под его контроля.
– Слава богу, что мы хотя бы вместе.
Саймон раскрыл ей объятия, и Эми тут же подалась к нему. Так они стояли довольно долго, словно опасаясь, что кто-нибудь из них может исчезнуть. Эми готова была оставаться в его руках хоть целую вечность, так ей было хорошо. Но затем ей захотелось того, чтобы стало еще лучше… Девушка ощутила, как внутри ее тела рождается сладкое желание принадлежать Уэсту.
Этого еще не хватало! Она отклонилась назад и выскользнула из объятий Саймона.
– Что вы сделали, чтобы прикинуться графом? – спросила она. – Как это произошло?
– Понятия не имею! Поверьте. – Он опустил руки. – Я проснулся в карете в тот момент, когда кучер открывал дверцу. Я был один и одет так, как одевались в эпоху Регентства. Потом кучер сказал: «Мы прибыли в Уэстморленд, милорд».
– Ладно! Все они принимают вас за графа, но что мы будем делать, когда объявится другой граф – настоящий?
