332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Басов » Ключ к раздельному питанию » Текст книги (страница 6)
Ключ к раздельному питанию
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 21:15

Текст книги "Ключ к раздельному питанию"


Автор книги: Николай Басов




Жанр:

   

Детская проза



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Почему они ссорятся.

Есть ситуации, когда они сорятся. Когда у желудка повышенная кислотность, когда щелочная среда двенадцатиперстной прорывается выше, чем ей следовало бы находиться, когда происходят травмы или деформации желудочно-кишечного тракта, когда наступает существенное ослабление желез и сбои секреторности… Но наиболее часто встречаемым способом поссорить желудок и двенадцатиперстную является обычай кормиться таким образом, чтобы продукты, которые легко перерабатываются желудком, попадали в него вкупе с продуктами имеющими большее сродство двенадцатиперстной. И над этой «ничейной» смесью предполагают трудиться оба органа, работая, прежде всего, не на обработку пищи, а на подавление активности соседнего органа, друг друга, перебарывая «неподходящую» химию, слишком серьезно «застрявшую» в продуктах, чтобы все-таки вытащить из нее что-нибудь, чем можно подкормить клетки, что можно пустить в дело.

Результат получается самый плачевный. Обе части системы работают на такой износ, «гоняют» свои железы в таком режиме, в каком умный водитель даже из серьезной ямы не будет выезжать, он непременно дождется кого-нибудь, кто вытащит его на дорогу. Или так – мы сознательно, глупо и очень бестолково расходуем ресурсы нашего организма, причем в очень ответственной и уязвимой его части, а из вариантов так называемого «щадящего» использования, похоже, выбираем такие, которые сбивают ее с толку еще больше. Я имею в виду весь этот набор «прелестей» – голодание, диеты, тренировки или использование препаратов не вполне ясного предназначения.

К тому же, «поборовшись» друг с другом за пищу, желудок и двенадцатиперстная кишка серьезно ослаблют возможность усваивать из нее питательные вещества даже впоследствии, на стадии ее обработки в тонком кишечнике, который находится, как все, без сомнения, помнят из школьного курса анатомии, между двенадцатиперстной кишкой и тремя ободочными, или кишечной дельтой, переходящей в прямую.

Ну, что касается дельты и прямой кишки, то тут у нас почти нет предмета обсуждения, потому что они относятся к проктологии, а вот о тонком кишечнике имеет смысл поговорить.

Почему страдает тонкий кишечник.

В случае относительно здорового питания, тонкий кишечник имеет не самое большое значение. Он занят всего двумя основными функциями – обеспечивает усвоение из предварительно и весьма круто, как вы можете догадаться, обработанных продуктов питательные вещества, и обеспечивает перистальтику.

Ну, с перистальтикой все более-менее понятно. С ней действительно церемониться не очень пристало, есть набор весьма неплохих методов, которые позволяют то ускорить ее и прочистить кишечник, то замедлить и сделать более вялой, помогая именно процессам усвоения.

А вот усвоение может быть очень трудным. Главным образом потому, что желудок не всегда работает как надо, главным образом потому, что сталкивается с «не своей» пищей, которую изначально не способен расщеплять до требуемого состояния. И в то же время двенадцатиперстная куда как часто не способна выполнять свое дело, потому что основательно «загружалась» продуктами, которые лучше было бы «предложить» кислотному желудку.

В этой недообработанной пище очень легко заводятся гнилостные микробы, да и вообще, пища, которая не прошла причитающуюся обработку, будет очень и очень вредна. Как будет вреден любой предмет, попавший к нам во внутренности, если только он не абсолютно нейтрален, например, не золотой шарик, химически неспособный ни окисляться, ни восстановливаться в соответствии с кислотно-щелочными реакциями.

Процессы разложения иногда бывают настолько тяжкими, настолько нездоровыми, что с конца, кажется, семидесятых даже при нашей не очень продвинутой медицине – главным образом по финансовым причинам, и никоим образом не из-за недобросовестности врачей, – прежде чем браться за серьезный анализ кишечника, в ответсвенных клиниках «выжигали» микрофлору желудочно-кишечного тракта, впоследствии, разумеется, насаждая новую, более чистую и однородную.

Делали такую процедуру и мне. И могу сказать – это очень странно ощущение. Особенно потому, что я был не самым дисциплинированным больным, если мне хотелось что-то съесть, я ел, но в результате получал лишь обратный эффект – неусвоение, боли, множественные микротравмы, доходящие иногда до кишечных кровотечений. Вот тогда-то я очень точно понял, насколько важно правильно есть и – главное – усваивать то, что мы съедаем.

Как работает пищеварение, когда телу что-то нужно.

Собственно, в процессе усвоения нет ничего очень уж особенного. Полужидкая кашица, в которую превращается наше меню после желудка и двенадцатиперстной, контактируя со стенками кишечника, которые по сути являются мембранами с избирательной проводимостью, забирают то, что им приглянулось, а в нижней части кишечника, выбрасывают в получившееся не очень приятное месиво то, что им уже не нужно, на что не нашлось спроса ни у каких клеток организма.

Все более-менее просто. Сложности, как я и сказал, возникают только тогда, когда поступает не до конца переваренная пища. А она, к сожалению, поступает почти регулярно, и беда даже не в ее избыточном количестве – о чем мы порассуждаем позже – а в том, что она поступает в такой смеси, что даже после массированной, весьма неэкономной атаки на нее желудка и двернадцатиперстной, какая-то часть ее просто не приведена в необходимые для тонкого кишечника кондиции.

И в этом состоит главный постулат раздельного питания как системы. То есть, разделение питания по желудку и двенадцатиперстной кишке превращается в разделение питания по пище, сродственной этим двум важнейшим нашим органам. То есть, существует кислотное питание, которое лучше всего обрабатывать в желудке. А есит еще щелочное питание, которое в основном поддается расщеплению в двенадцатиперстной кишке. Разумеется, есть еще продукты, которые поддаются обработке в обоих системах, то есть, которые не влияют ни на качество и скорость обработки пищи, не увеличивают нагрузку на железы, не доставляют тонкому кишечнику никаких неприятносте ни в каких смесях.

Очень важно, что мы заговорили именно о смесях, а не о продуктах, как предполагают все и всяческие диеты. И не о голодании, которое трудно назвать сколько нибудь здоровым образом поддержки организма. Мы заговорили о смесях, что и послужило образом, кажется, принципиального названия всей схемы питания в целом – раздельное. То есть, предлагается есть раздельно продукты питания кислотного или желудочного, в иной терминологии, и раздельно, спустя какое-то время, продукты питания щелочного или кишечного.

И только так, по сути в соответствии со стариковскими обычаями долгожителей, не очень приверженных разносолам, мы можем со своей стороны – как разумные люди, а не всеядные, что приводит на ум почтенных кабанчиков и хавроний, которых я люблю во всех видах, а особенно на сковороде – помочь себе кормиться правильно и в щадящей ресурсы манере.

Сколько может «стоить» организму то, что мы усваиваем.

Вот что происходит при кислотном раздельном питании, например, мясном жарком, с зеленью, соленьями и разумеется, без всякого десерта, без хлеба и зерновых гарниров. Мясо прожевано не очень, попадает в желудок не очень пропитанное слюной, что тоже немаловажно. Тут оно очень активно, с поддержкой солений и трав, которые помогают активизировать работу желудка, обрабатывается, причем почти до основания, чуть не до так называемых первичных аминокислот, и выталкивается в двенадцатиперстную. Когда пища обработана качественно, каким-то образом это становится известно кишечнику, и он не требует от двенадцатиперстной, чтобы она приступала к работе, а потому «столкновения интересов» почти не происходит. Пища поступает в тонкий кишечник уже готовая для усвоения, и нигде не перенапрягла ни один из разделов тракта. Небольшой объем мяса позволяет его легко и быстро усвоить, а перистальнике помогают деревянистые, трудноперерабатываемые части трав, которые не могут быть усвоены в принципе, а потому на них организм и не транит свои ресурсы.

При раздельном щелочном питании жевать нужно куда дольше, и даже, может быть, дождаться момента, когда пища как бы сама начнет исчезать в пищеводе. Попадая в желудок, эта пища вызывает, естественно, сокоотделение, но не очень значительное, и потому оно не успевает напитать, а по сути «испортить» продукты для последующей обработки. Так как продукты эти не очень эффективно расщепляются в желудке, тот переводит их в двенадцатиперстную, и там они уже доводятся до состояния, пригодного усвоению в тонком кишечнике. Объемы этой пищи, как правило, велики, с перистальтикой не возникает проблем.

А вот при неправильном питании никакой такой благостной картины не наблюдается. Желудок «борется» не столько с пищей, сколько с двенадцатиперстной кишкой, кишка борется с оставленной в пище кислотностью, объемы которой, даже если они не очень велики, все-равно слишком велики для разовой, экономной обработки. Часть тонкого кишечника страдает от перегрузки, в нежных стеночках возникают растянутости, трещины, который могут приводить даже к свищам, слизистая сдирается лохмотьями, возникают кровотечения и прочие трудности.

И разумеется, при неправильном пищеварении совершенно сокрушительно расходуется ресурс поджелудочной железы, всей секреторной системы пищеварения, а также почек и печени, которые страдают от всякого дисбаланса, потому что должны организм от этого непорядка очищать.

Если первый вариант, то есть, раздельное питание, нравится больше, а я сильно сомневаюсь, что есть люди, которые изберут нездоровый путь, то для дальнейшего понимания идеи раздельного питания остается только составить список продуктов кислотного питания, нейтрального питания, и целочного питания, что сделать, в общем-то нетрудно, потому что она была известна очень давно. Куда труднее научить ею пользоваться, но об этом после. А пока – списки совместимости.

Списки совместимости продуктов.

Разумеется, открывет предложенный ряд продуктов питания кислотная, желудочная схема. Потому что в последовательном прохождении по желудочно-кишечному тракту, именно кислотные продукты раньше всего попадают в переработку. Итак, кислотной обработке наиболее легко подвергаются:

– мясо животных

– мясо птиц,

– мясо рыб (включая и прочие морские и речные продукты),

– соленья нейтральных овощей,

– газированные напитки,

– соки с преимущественным содержанием цитрусовых,

– чай.

Комментировать этот список можно очень долго, я даже могу признаться, что я исписал несколько страниц, где пытался сравнивать аминокислоты мясного и рыбного происхождения. Но потому весь этот материал вычеркнул, потому что он только затемняет понимание очень обобщенного, популяризованного изложение, а полезных знаний не прибавляет ни на грош.

Скажу лишь что этот список включает в себя не только соленья, но и вообще подразумевает использование соли, разумеется, очень ограниченное. Вообще, соль – «белый яд человечества» – как некогда писали, мы будем рассматривать позже. Но уже сейчас хорошо бы закрепить приведенный список и соль как единственный случай ее применения. Просто потому, что в случае щелочного питания применение соли противопоказано.

В середине между двумя списками-антагонистами вполне разумно привести список нейтрального питания, потому что продукты, приведенные в нем могут быть использованы для того и другого стола, для желудочного и для кишечного питания. Вот он:

– овощи (не содержащие растительного белка – картошка, капуста, помидоры, огурцы, морковь, кабачки, редька, репа),

– зелень,

– цитрусовые (кроме соков с их преимущественным содержанием),

– фрукты (бескислотные, не включающие в себя незрелых цитрусовых),

– ягоды.

Итак, я отдельно вывел из зелени лук, который может быть на ранних стадиях кислотным, хотя становясь все более зрелым, он теряет это качество, и цитрусовые, по той же причине. Так как цитрусовые в России ныне не растут, то следует быть осторожным – если вы получили, скажем, грейпфрут с наклеечкой, которая свидетельствует о почтенном произрастании в Израиле, то можете смело считать его зрелым и относить к нейтральному списку. Если же это явно недозрелый товар, не имеющий определенного сертификата, тогда, может быть, его лучше отнести к кислотному питанию.

В некоторых случаях, нейтральную пищу тоже можно подсаливать, особенно, если с желудочным соком, то есть кислотностью, дело обстоит не очень хорошо. Но в этом приеме заложена ошибка, которая сбивает желудок, мешая «обучить» его работать правильно, органично реагируя на кислотное питание, выделяя строго необходимое количество сока.

И наконец, список щелочного питания, отрада тех, кто хочет по маловразумительным причинам быть вегетарианцем. О вегетарианстве мы поговорим позже, а пока вот список:

– растительные жиры (желательно – нерафинированные),

– орехи и семена (например, подсолнечника или тыквенные)

– грибы,

– молоко и молочные изделия (сметана, творог, сыры),

– хлеб и хлебные изделия,

– яйца,

– овощи, содержащие растительный белок (бобовые).

Комментировать этот список не сложно, и каждый может проделать эту операцию самостоятельно. Но все-таки следует сказать, что о «непользе» рафинированного растительного масла написано и сказано много, потому я просто отмечаю, что разделяю господствующую точку зрения, лишь нерафинады считаю достойным топливом для жизни и именно их предпочитаю рассматривать в таком качестве. Масло, отнесенное к сурогатам, возможно возмутит любителя классического бутерброда, но принципиальной разницы между ним и маргарином нет. О хлебе мы подробно говорить не будем, равно как о бобовых, с которым все и так, кажется, ясно. Не будем отдельно говорить об орехах с грибами, содержащих максимальные количества растительного белка. А вот о молоке поговорить придется, причем отдельно и более подробно.

Но пока заведем разговор о другом – как пользоваться этими списками. И начнем с примера «от обратного», то есть, с обеда в столовой или ресторанчике, где приведенные выше списки нарушены, перемешаны, и благородное дело питания, в итоге, поставлено с ног на голову.

Глава 7.
Режимное питание в общепите и кошмар праздничного стола.

Вообще-то, я совсем не хочу быть ниспровергателем основ, но как-то так получается, что мои личные ощущения, да и рекомендации врачей, специализацией связанных с желудочно-кишечным трактом, советуют совсем не то, что звучит как общеизвестный совет – регулярно есть три раза в день, с горячим, от души и так далее.

Перед тем, как мы перейдем к правильному пониманию стола, придется все эти ошибки разоблачить. Разумеется, объяснив, что происходит с нами, если мы следуем этим советам, как нарушаем естественный баланс питания, как перерасходуем ресурсы, как нагружаемся совсем не тем, что нам нужно.

Одной из двух наиболее явных ошибок являются, по-моему, общепитовский обед. И не имеет особого значения, приготовлен он в дешевой ведомственной столовой или в относительно дорогом ресторане. Вот «разоблачению» этого врага нашего желудка, мы и займемся в первую очередь. А потом поговорим о праздничном застолье, потому что это – пусть не обижаются хозяйки, любящие гостей и блеск собственной кулинарии – является еще более тяжкой по последствиям ошибкой общепринятого взгляда на застолье.

Обед в общепите.

Наверное, все, кому сейчас чуть за тридцать, помнят, какими правилами пользовались столовые для рабочих, служащих, прочего нашего люда, вынужденного в поте лица, без всяких спецраспределителей зарабатывать свой хлеб.

Первым предложением бывали, так называемые, салаты. Иногда они были перемешаны в такую массу, что почти ничего нельзя было в них рассмотреть из-за обильного, полужидкого от немеренных разбавлений майонеза. Потом шло первое – непременный борщ, рассольник, или суп с макаронами, клецками, приправленный бульонными кубиками, чтобы по поверхности хоть чуть расплывались пятнышки жира. Второе – котлета, почти всегда изготовленная из вчерашнего мяса, прокрученного в не очень чистой мясорубке, макароны, вермишель, рожки, гречневая каша, изредка переваренный рис. Иногда, памятуя брежневские рыбные дни, вместо мяса предлагалась плохо пропеченная рыба, или например, жаренный минтай, которого, почему-то, одно время было очень много. На третье был непременный компот, сладкий до судорог, иногда странно пахнущий кофе, потому что растворимый кофе оставался в плохо вымытых стаканах, и давал свой застарелый, как табачный перегар, неисстребимый запах. Тот смельчак, который отваживался попросить чаю, получал такую бурду, в которой было больше соды, чем чая, должно быть потому, что с содой он выглядел темным, наваристым даже на крохотном, всего-то в пару пачек на огромный чан количестве заварки. Пить этот чай, разумеется, было невозможно.

Салатное смешение мяса с овощами, иногда просто не подходящими к мясу обеспечивало первый из возможных конфликтов. Второй конфликт вызывал супец, почти всегда провоцирующий ту же невозможную смесь кислого и щелочного питания, да еще разбавляющий желудочный сок двумястами граммами жидкости, которая составляла его основу. Эту жидкость желудок тоже пытался переварить, но почти всегда тщетно, потому что, пытаясь создать необходимую концентрацию, он должен был после супа выработать раза в три больше желудочного сока, чем полагалось бы по природе, разумеется, расходуя свои ресурсы в сумасшедших, едва ли не превышающих ценность обеда количествах.

Второе было просто издевательством над желудком, потому что макароны блокировали возможность разобраться с мясом, а мясо или рыба почти наверняка так провоцировали отделение желудочного сока, что он пропитывал эти макароны насквозь, и никакая двенадцатиперстная, кроме самой закаленной, не могла потом с ними справиться. Чуть легче дело обстояло, когда вместо макарон доставались каши, но если они бывали недоварены, то результат бывал плачевен вдвойне, потому что каша сама по себе травмировала стенки желудочно-кишечного тракта, да и попытка справиться с ней отвлекала ресурсы пищеварения в таких количествах, что на все остальное сил наших желез могло уже и не остаться.

Еще одним ударом по здоровью, был, без сомнения, компот. Он снова разжижал желудочный сок, снова заставляя поджелудочную изрядно «поднапрячься», но зато приносил в себе сахар, который тут же усваивался, попадая в кровь, составляя, может быть, единственную пищевую составляющую, на которой организм не растрачивался больше, чем получал от этого обеда в целом.

«Не сыт, не голоден»

И все-таки, как говорили многие тогдашние посетители столовых, они уходили из нее если не сытыми, то уж наверняка не голодными. А вот если приходилось обходиться без такого обеда, то голод подступал почти неотвратимо. И по-своему они правы.

Чувство голода та операция, которую мы называем общепитовским обедом, действительно блокировала. Для больного желудка иногда удавалось даже вовсе его погасить. И происходило это, главным образом, потому, что – держитесь за что-нибудь – питание было неправильным. То есть, чем более неправильное питание предлагали эти столовые, тем более «сытным» казался этот обед.

Дело в том, что, как я сказал раньше, хорошо приготовленная и правильно съеденная пища задерживается в желудке или в двенадцатиперстной очень недолго. Требуя только ту меру своего расщепления на составляющие, которая будет успешно усвоена тонким кишечником. Не больше.

Неправильный же обед остается в желудке очень долго, потому что желудок работает над составляющими кислотного питания этого обеда, перекисливая его целиком, включая даже и щелочные компоненты. Потом происходил обратный процесс – то есть двенадцатиперстная эту кислотность расщелачивала, а затем снова загружалась на пару-тройку часов, чтобы вытащить хоть какие-то компоненты из полученной смеси. Пообедавшему казалось, что брюхо не пусто, и голода нет как нет. Это происходит потому, что тело не посылает сигналов о голоде, когда у него есть, над чем «трудиться», есть хоть что-нибудь, что можно переваривать.

Да, голода не бывало. Особенно у тех, у кого была ослабленная поджелудочная, потому что в таком случае ей приходилось трудиться еще дольше. Или вялый желчный пузырь, или что-либо еще не соответствовало агрессивности подобного питания, и разумеется по той же причине – общая слабость каких-либо звеньев желудочно-кишечного тракта.

Конечно, и среди тогдашних клиентов общепита случались неиспорченные люди, которые помимо отсутствия голода испытывали еще кое-какие ощущения, которые никто из их приятными не считал. Чаще всего это называлось – «кусок стоит колом». И это было очень верное определение такого обеда, правильное результирование всего, что он причинял телу. Пища именно «стояла», и именно «колом», и справиться с ней было почти невозможно.

И все-таки, голода не возникало. Спрашивается – почему?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю