355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Басов » Устранитель зла (сборник) » Текст книги (страница 6)
Устранитель зла (сборник)
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 19:38

Текст книги "Устранитель зла (сборник)"


Автор книги: Николай Басов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

После битвы в храме и гибели четырех цахоров с Южного континента прошло три дня, вернее, третий день подходил к полудню. А в нынешней ситуации это был огромный срок. И Лотар не знал – успевают они еще или уже нет. Он только надеялся, что успевают.

С высоты даже не совсем спокойное море казалось абсолютно ровным. Иногда солнце отражалось от воды, словно огромное, туманное, светлое облако. Но теплее от этого не становилось. Встречный ветер пробирал до костей, даже Сухмет мучился насморком, а Лотар и вовсе уже не раз думал, что отдает Кроссу душу.

Раны не заживали или заживали так скверно, словно клинки цахоров были смазаны какой-то особенной дрянью. Те мутации, которые он попробовал было провести, чтобы побыстрее восстановиться, ни к чему не привели; даже рука, сломанная Зод, еще болела. А когда он, отчаявшись, решил для тепла отрастить дополнительный слой плотной роговой ткани на своей груди и плечах, она сковала его таким панцирем, что он едва сумел от нее избавиться, и потом еще целый день казалось, что он двигается как-то не так.

К тому же при постоянном встречном ветре практически невозможно было разговаривать. А Лотару так хотелось расспросить Сухмета, как ему удалось добиться, чтобы этот ковер появился у них на рассвете следующего за поединком с цахорами дня.

Море неожиданно стало более мелким. Густая, со стальным отливом синева посветлела, оттого что солнце проникало теперь через всю толщу воды до самого песка. Лотар представил, что ему предстоит, и поежился. Дело было очень трудное, и он вовсе не был уверен в успехе. Кроме того, он не знал, стоит ли вообще за это браться. Но Сухмет сейчас даже не задавал вопроса о целесообразности их поступков – он считал, что это единственный их шанс и его следует использовать.

Ночью, мучаясь болями выздоровления, Лотар вдруг подумал, не пора ли кончить свой путь под этими звездами. Сухмет неожиданно вскочил, разжег огромный, выше человеческого роста, костер, вскипятил очень крепкий и замечательно вкусный чай, а потом вдруг произнес, глядя на прозрачную пелену пламени:

– Ты еще должен сделать главное, господин мой.

– А что может быть главным для меня?

Старик ушел к пруду сполоснуть чайник, кружки и принести смоченные водой повязки. Он так ничего и не ответил.

Берег появился, как всегда бывает в ясный денек на Северном море, из низкого серого облака. Обычно Лотар любил тот удивительный миг, когда кипа невесомого пара, пронизанная лучами преломленного света, вдруг становится твердой землей, обещая надежную опору под ногами. Но сегодня он пропустил этот момент узнавания – слишком уж быстро летел ковер.

Потом Сухмет стал ворочаться, собирая мешки, проверяя, не упало ли что от покачиваний. Как только он все проверил, ковер вдруг пошел вниз. Скоро сделалось заметным волнение, а скалы на берегу выступили вперед, как гребень зарывшегося в землю гигантского дракона. Теперь они полетели гораздо медленнее, и ветер уже не заглушал слова. Лотар тут же спросил:

– Как ты управляешь этим летуном, Сухмет?

– Я не управляю ковром, господин, я просто думаю, чего мне бы хотелось. И он делает. Это как во сне, но очень изматывает, сосредоточенность требуется предельная, иначе мы оба можем вывалиться на большой высоте.

Оказывается, не только из-за ветра Сухмет был в продолжение всего полета так молчалив.

– Не очень удобная штука, – признал Лотар.

– Зато быстрая.

– А как ты ее достал? Я спал, а когда проснулся, она уже была.

Сухмет рассеянно посмотрел на Лотара, мельком улыбнулся, даже не кивнув, как обычно, и ответил:

– Договорился со Студоей. Скоро ты ее увидишь и сможешь сам поблагодарить.

– Кто она?

– Один из элементалов воздуха с более покладистым, чем у других, характером.

«Интересно, – подумал Лотар, – не знал, что он может общаться с такими изменчивыми сущностями, как элементалы воздуха».

Ковер заходил на посадку Лотар оглянулся. Вот ряд скал, где они и должны были оказаться. Когда-то, много лет назад, он уже был тут и получил одно обещание. Пришла пора напомнить об этом тому, кто его дал.

Ряд обыкновенных диких камней напоминал лестницу, ведущую к воде. Лотар очень хорошо знал, что это и в самом деле была лестница, которая уходила в глубину, под воду, на многие мили от берега. Правда, на самом дне она превращалась в широкую удобную дорогу, которой пользовались морские существа, живущие в этих краях. Тянулась она бесконечно далеко, может быть, не в силах человеческих было дойти до ее края…

Сухмет закашлялся, ковер закачался из стороны в сторону, как падающий кленовый лист, и опустился на песок, смешанный с мелкой галькой. Лотар вздохнул. Сухмет с облегчением тоже перевел дух. Старик имел на это право, он поработал на славу и завершил полет точно в требуемом месте.

Лотар встал на нетвердые, затекшие от долгого сидения ноги и походил по хрустящим камешкам. Стянул с ковра свой мешок и обратился к Сухмету, тоже вышагивающему нетвердо, как страус на сильном ветру:

– Почему мы никогда раньше не пользовались этим способом? Нет, я и сам люблю полетать, но я устаю, а эта штука… К ветру можно притерпеться, а в остальном она незаменима.

Сухмет подошел к воде, снял свою шапочку, умылся, потом вытерся рукавом халата. Губы его были все еще бледны от перенапряжения и холода.

Едва исчез пронизывающий ветер, леденивший на большой высоте, оказалось, что на берегу даже жарковато. Конечно, не так, как на Южном континенте, и не так, как на побережье Западного, но все-таки изрядно.

– Увидишь ее, сам поймешь, господин мой. Кроме того, она не дает ковер просто так, за все требует немалую цену. Для элементала она на редкость меркантильна.

– Да кто же она?

Вдруг Сухмет дрогнул и напряженно посмотрел куда-то за спину Лотара. Желтоголовый оглянулся: один угол ковра стал сам собой заворачиваться, удивительным образом исчезая при этом из виду

– Можешь сам ее спросить.

Лотар тут же перевел свое видение в магический спектр и только тогда понял, что видит нечто.

Это была женщина, не очень большая для элементала, всего-то саженей пять – семь. Совершенно прозрачная, легкая, с удивительно изменчивым лицом. Лотару приходилось напрягаться изо всех сил, чтобы просто видеть ее, а чтобы разобрать все гримаски на красивом, правильном, как у всех духов природы, лице и уловить все изменения ее эмоций, ему не хватило бы и предельных способностей.

Он поклонился, с удовольствием ощущая, что Гвинед качнулся за спиной, словно тоже кланялся. Впрочем, к чему Гвинед против женщины, способной одним вздохом поднять его на неизмеримую высоту и бросить вниз, на скалы?

– Я благодарен тебе, Студоя. Мне доставляет особую радость самому выразить благодарность тебе.

Женщина рассмеялась и приблизилась к Лотару на расстояние в пару ярдов. Вблизи ее лицо казалось не таким уж красивым, даже грубоватым. Кроме того, от ее близости в лицо Лотара ударилась такая тугая струя воздуха, что даже его короткие волосы над налобной пластиной полегли назад. Но этот ветер имел очень приятный запах – нежный и душистый, свежий и бодрящий. Лотар поневоле рассмеялся. Теперь, когда перелет окончился и он стоял на земле, он снова стал любить ветер, тем более не очень сильный.

– Желтоголовый, ты интереснее других.

Ее голос возникал в сознании словно бы сам по себе и рассыпался легкими раскатами. Чувствовалось, что она себя изрядно сдерживает. Это было высшим признаком вежливости у элементала.

– Ты так говоришь, Студоя, словно знаешь меня.

– Я иногда обращала на тебя внимание. – Она отлетела подальше.

Ковер исчез из виду Лотар не мог даже предположить, куда он делся.

Внезапно Студоя унеслась вверх с огромной скоростью, случайно захватив немного морского песка и высохших водорослей. Лотар оглянулся на Сухмета – у того не дрогнул ни единый мускул. Желтоголовый снова поискал взглядом элементалку На этот раз ее голос раздался с другой стороны, от ближайших скал. Она сделалась чуть меньше и приняла чуть более определенную человеческую форму. Конечно, изумительно правильную, совершенную, женскую.

Испугавшись, что Студоя вот-вот снова улетит, а он не успеет задать вопрос, Лотар закричал:

– Я хотел спросить тебя, почему ты нам помогаешь? Мы же тебе ничего не сделали, не сослужили никакой службы!

Но оказалось, что, хотя расстояние между ними было довольно велико для человека, кричать не следовало. Ее голос зазвучал в сознании, словно она стояла у самого уха, только теперь в нем появились грозные раскаты. Наверное, она устала от этого разговора, а раскаты были чем-то вроде акцента, прорывающегося при усталости.

– Вы потревожите гораздо более могучие силы, чем моя скромная особа. Мне бы хотелось, чтобы они знали, на чьей я стороне. Впрочем, все может измениться.

Последние ее слова прозвучали уже сверху Лотар так и не понял, как она исчезла из его поля видения. Наверное, на этот раз она передвигалась с такой скоростью, что глаз не успевал уследить. Или вышла из доступной Лотару части спектра, а уже потом улетела…

Сухмет сдержанно кашлянул. Он, кажется, все же простудился.

– Ветреница, господин мой. Не обращай внимания. К тому же и ковер унесла.

– Но ковер-то принадлежал ей?

– Еще вопрос, насколько он ей принадлежал. То, что она его у себя держит, вовсе не значит, что она им владеет.

Лотар махнул рукой. Эти двухтысячелетние знакомства и взаимозависимости Сухмета были так сложны, что не стоило и вникать.

– А жаль. Ковер показался мне… Но у Сухмета было другое мнение:

– Да не жалей ты о нем, уж очень трудно им управлять. Покашливая, Сухмет пошел к воде. Лотар затопал следом. Откуда-то с запада бесконечной чередой по морю шли валы прозрачной чистой воды и разбивались о берег, в котором не было бы ничего необычного… Если бы не эта лестница.

Она служила входом в подводное царство. Именно туда Лотару с Сухметом и нужно было попасть на этот раз.

 ГЛАВА 13

Вода показалась очень холодной. Все-таки здорово они намерзлись, пока летели на этом ковре. Или вода тут, на Севере, и впрямь холоднее, чем та, к которой он привык. Но ведь было же время, когда он стоял под ледяным водопадом и даже удовольствие получал. Да, было время, когда он получал удовольствие буквально от всего, теперь это кажется необычным.

Лотар встряхнулся, настроил свое термальное чувство и опять не угадал. Теперь вода показалась чуть ли не парным молоком, от которой только по недоразумению не валил пар. Впрочем, когда они вошли поглубже, это ощущение исчезло: внизу, под слоем толщиной фута в два, вода оказалась еще холоднее.

Они спустились еще глубже. Вода доходила уже до плеч Сухмета. Два каменных столбика, обточенные волнами до диаметра не очень больших секвой, поднимались над поверхностью сажени на две, не больше. На вид в них не было ничего необычного. Но если погружаться в воду именно между ними, море превращается в радушного хозяина, заботливо опекающего почти любого гостя. И можно дышать водой, разговаривать с морскими обитателями, пока не выйдешь очередной раз на берег. Хотя, как это происходит, даже Сухмет не мог объяснить. Ну и, конечно, могло напасть какое-нибудь морское чудище.

Когда Лотар впервые отправился этой дорогой, сразу же, они еще из залива не вышли, на них напала хищная манта. А чуть дальше от берега – полосатая акула. Лотар содрогнулся. Он не любил хищников моря, хотя в целом к хищникам относился доброжелательно, должно быть потому, что они красивые, уязвимые, несмотря на силу, как и все воины, к тому же их чрезвычайно мало и работа их необходима согласно какому-то, не очень понятному закону Создателя.

Но морские чудовища ему не нравились. Впрочем, он надеялся, что магическая сила посоха Гурама, который Сухмет теперь не выпускал из рук, и на этот раз защитит, как защитила в первый их поход сюда.

Ворота приняли их несильным, но чувствительным толчком. И сразу мир воздуха, все огромное пространство над водой показалось пустым и чрезмерно разреженным. Захотелось скорее спрятаться от него…

Первый раз вдохнуть воду после воздуха показалось чуть ли не блаженством. Лотар с удовольствием ощутил, как она прохладной освежающей струёй вливается в горло, как пузырьки воздуха выходят из носа, как глаза, ставшие немного выпученными, начинают видеть в воде далеко вперед и по сторонам.

Вдохнув еще раз до самого донышка легких, Лотар окончательно погасил чисто психический порыв всплыть и зашагал по лестнице немного шире, чем по земле, наклонившись вперед, чтобы легче распарывать воду. Сухмет с интересом оглядывался по сторонам. Любопытству старика можно было позавидовать.

– Никто нас тут схарчить не собирается? – спросил Лотар. – Приняли нас за своих?

– Одно другому не помеха, господин.

Голоса их теперь стали визгливыми, как скрип старой оси на телеге. Но Лотар по опыту знал: очень скоро они даже думать об этом забудут. Путь им предстоял долгий, может быть, не один десяток миль придется пройти, прежде чем они найдут того, кто им нужен.

– На этот раз мы тут недолго пробудем, – вдруг произнес Сухмет.

– Откуда ты знаешь?

– Предчувствую.

«Ответ настоящего восточного мудреца», – решил Лотар и еще энергичнее заскользил вперед.

Дно постепенно опускалось. Теперь они вышли к самому центру песчаной отмели, которую Лотар так отчетливо видел сверху, с ковра. Песок поднимался вокруг их подошв легкими, долго не опадающими облачками. Дорога, которая по воспоминаниям представлялась Лотару удобной и широкой, на деле оказалась даже не очень ровной. То и дело встречались огромные вымоины. Почему их не заносило песком, понять было трудно.

Все чаще стали попадаться кусты водорослей. Некоторые были такими густыми, что казались плотной, едва ли не монолитной массой. Даже светлые скалы, сложенные из песчаника, рядом с ними выглядели невесомыми. И поднимались они так высоко, что почти доходили до залитой солнцем, лазурной, переливающейся плавной рябью поверхности воды.

В одном месте Лотар увидел полузасыпанный песком маленький каменный якорь – из тех, которыми у этих берегов пользовались рыбаки. В другом месте их испугал косяк рыбы, который стремительно пронесся мимо, не обратив на них никакого внимания, хотя некоторые рыбки уткнулись в них тупыми мягкими носами. Причем длилось это так долго, что они уже и сами перестали обращать на него внимание, а косяк все летел куда-то, подгоняемый неизвестно чем.

Лотар даже забеспокоился немного и спросил:

– Ты ничего не чувствуешь? Может, они от здешнего зверя убегают?

– Никакого зверя нет, а вот нас уже кое-кто поджидает. Лотар положил руку на рукоять Гвинеда, но Сухмет только отрицательно качнул головой:

– Нет, это тот, кто нам нужен.

Лотар вдруг почувствовал, что у него зуб на зуб не попадает. Какой теплой и замечательной ни казалась вода, но его кровообращение в первые часы пребывания под водой не очень хорошо реагировало на изменение среды обитания.

Лотар по привычке поднял голову вверх. Солнце, должно быть, светило уже над самой водой, скоро и этот день канет в небытие. А жаль, все стало происходить слишком быстро. Особенно после того, как за ним начали охотиться цахоры.

– Оказывается, мы идем почти весь день.

– Да, и скоро нужно будет перекусить. Иначе совсем замерзнем, – отозвался восточник.

Перекусить? Лотар и забыл об этом. Вот ведь что значит спасать свою жизнь. Впрочем, нет, он не чувствовал принципиального отличия от остальных своих дел, которыми занимался последние двадцать шесть лет. Сходства было гораздо больше, чем он хотел бы признать. Так же противостоит он темным силам, так же подвергает опасности свою жизнь…

Лотар вздохнул. Он уже настолько углубился в это дело, что не знал, хорошо или плохо то, что он не чувствует его особенностей. Пожалуй, плохо. А может, и хорошо, меньше забот о себе, больше практицизма. Как в поединке.

Да это и есть поединок, вся его жизнь – поединок. Противостояние тому, чей облик он увидел посредством магического кристалла Ди, кто ему так не понравился, несмотря на красоту, – архидемон, Повелитель Зла.

Внезапно Сухмет толкнул его в бок. Лотар поднял голову

Прямо на него огромными, немного рыбьими глазами насмешливо смотрела Гирра. Она была прекрасна. Зеленые волосы, ярко-синие, горящие необъяснимым блеском глаза. Тонкие, почти прозрачные руки, совершенное тело под тонкой, почти прозрачной хламидой. Лотар даже смутился от ее совершенства, так много в ней было женской прелести.

От смущения он поздоровался довольно небрежно:

– Здравствуй, Гирра. Вот я пришел к тебе снова. Она улыбнулась. Лотар посмотрел на ее белозубую улыбку и позавидовал, как по-юношески легко она проявляла эмоции.

– А я рассчитывала, ты забудешь мое обещание помочь. Сколько лет прошло?

– Тогда я получил заказ на Бродильника, значит, это было… Больше десяти земных лет.

– Ну, морские годы равны земным.

– Но ты совсем не старишься.

– Это потому, что я живу в другом мире. Годы тут ни при чем.

Как и в прошлый раз, Лотар сразу почувствовал, насколько эта магическая женщина превосходит его умом и внутренней силой. Поэтому-то он и не знал, как с ней разговаривать.

Он казался себе таким неловким и неуклюжим. Хвала Кроссу, это случалось не чаще, чем раз в десять лет.

Тогда Лотар сказал, отчетливо произнося слова, показывая, что перешел к деловой части беседы:

– Я прошу у тебя помощи. От этого зависит моя жизнь. Гирра поморщилась:

Плохо говоришь, Желтоголовый. Что значит твоя жизнь?

Лотар подумал, понял, где он ошибся, и поправился:

– Прости, ты права. От исхода этого дела зависит моя душа. Ее хотят забрать в Тартар навечно.

Бровь на прекрасном лице Гирры дрогнула, она оглянулась. Где-то там, куда уже не способен б заглянуть не очень совершенный взор Лотара, что-то происходило. Но не опасное, иначе он уже услышал бы колокольчики. Кроме того, Гирра не могла их предать. Понятие чести у этих жителей морского дна было более развито, чем у изменчивых обитателей воздушного мира.

– Это лучше.

Она снова оглянулась. Определенно, она чего-то ждала. Или спрашивала подтверждения, или советовалась с кем-то, кто решил остаться сегодня невидимым. Может быть, с тем, кто был выше рангом, чем Гирра. Хотя таких особ в водных глубинах осталось уже немного. Ведь Гирра происходила из царской семьи и была принцессой, правда довольно почтенной по возрасту, хотя по виду ее этого никак не скажешь. Стало быть, она еще могла сохранить родственное влияние на высших правителей дна, которое тут было тем сильнее, чем ближе к стадии икринки находилась принцесса.

Лотар вздохнул. Он не любил напоминать о долгах, но сейчас надо было торопиться, и он произнес:

– И потом, ты дала обещание, и я тебе поверил. Помнишь, когда ты выкупала Рыболовного Бродильника?

Гирра неожиданно заговорила мягче, спокойнее, уверенней. Решение, кажется, было принято:

– Да, я обещала. Зато ты отказался жить тут, когда я предлагала тебе.

– Я человек, мне здесь тяжко.

– Люди жили тут, хоть недолго – три-четыре века, но жили. – Внезапно Гирра подошла к Лотару вплотную и даже положила руку ему на плечо. – Ты не представляешь, как много моих подруг уже имели мужей-смертных. И как они были счастливы с ними. Говорят, любовь смертного – возвышенна. Я бы выбрала тебя.

Лотар опустил голову. Он знал, что разговор может этим и кончиться, и тогда у него будет очень сложное положение. Но он все-таки ответил:

– Я просил о помощи. – Он посмотрел на нее, она смотрела на него с печальной улыбкой. Отказ она восприняла как каждая женщина. – Впрочем, если бы я все-таки женился, моя жена была бы похожа на тебя. Только она непременно была бы земной женщиной, в этом все дело.

– Согласна. В этом все дело.

Она отошла и щелкнула пальцами. Небольшая рыбка с необыкновенно умным лицом выплыла из зеленоватой, уже темнеющей дали и оказалась рядом с Гиррой. Значит, с ней принцесса и советовалась? Похоже, очень похоже. Ведь эта рыбка могла оказаться вовсе не советником, а замаскированным правителем морских глубин, по влиятельности и силе не уступающим иным земным богам.

Осторожно, сомневаясь, что его способности тут подействуют, Лотар коснулся разума этой рыбы, и ему стало не по себе. Это была не просто умная рыба… Вернее, она была даже не очень умна. Но она умела видеть будущее, как живой эквивалент Яйца Несбывшегося. Поспешно, стараясь избежать неприятных новостей, Лотар отдернулся от сознания странной рыбы.

Гирра, кажется, ничего не заметила, потому что совершенно бесстрастно спросила:

– У тебя есть план?

Впрочем, за этим вопросом могло стоять и ее, Гирры, предложение. Но так как план у него все-таки был, Желтоголовый стал торопливо, чтобы принцесса не перебила и не сочла его предложение невыполнимым, выкладывать свою идею.

Гирра выслушала, не прервав ни разу, потом, чуть выпрямившись, словно отдавала приказ целой армии, твердо произнесла:

– Неплохо, может и получиться, Желтоголовый. Тебе помогут Двая и Сая.

Сухмет низко согнулся в благодарном поклоне. Гирра снова щелкнула пальцами. Из той же мглы, откуда выплыл личный провидец Гирры, появились две морские девы.

С виду они были совсем как обычные женщины, вот только ростом чуть не семи футов.

– Ты не поняла. Я хочу, чтобы они выглядели матросами. А женщин-матросов не бывает. По крайней мере, не в этой части света. Я просил морских мужей.

– Морские мужи стали редкостью. А эти девы… Они примут вид матросов. Ну, разве что длинные волосы у них останутся, но у матросов бывает и такое. За них не беспокойся. Где вы планируете начать?

Впервые за все время разговора с морской принцессой подал голос Сухмет:

– Они должны быть в Крилау. Это такой порт на северо… Гирра рассмеялась:

– Я знаю, где находится Крилау, маг. – Она взглянула на обеих своих служанок, те поклонились так, как могут кланяться скорее подруги, чем подчиненные. Потом Гирра очень внимательно посмотрела на Лотара, легко коснулась своего оракула, словно благодаря его за что-то, и добавила: – Я тебе больше ничего не должна, Желтоголовый.

Лотару тоже ничего не оставалось, как поклониться. Гирра величественно вздернула подбородок и пошла по подводной дороге вдаль, в мглистую тьму.

Желтоголовый не сомневался: как только она поймет, что Лотар ее больше не видит, она отрастит себе рыбий хвост и понесется в свой дворец в темных прохладных глубинах моря, меняясь с каждой минутой, превращаясь из прекраснейшей женщины в неизвестно что.

К Лотару подошла одна из дев, которым Гирра приказала участвовать в его затее. Кажется, это была Двая.

– Смертный, расслабься. Мы доставим тебя куда нужно. То же самое произошло и с Сухметом. Восточник запротестовал:

– Нельзя ли проделать это как-нибудь цивилизованно? Но Двая уже подхватила Лотара под мышки, прижала к себе совершенно железным, борцовским захватом, отрастила, как и предполагал Желтоголовый, рыбий хвост и понеслась на северо-восток, постепенно наращивая скорость. Давление воды становилось болезненным, но морская дева не обращала на это ни малейшего внимания.

И тогда через сознание Сухмета, как через ретранслятор, Лотар разобрал ответ Саи, которая проделывала с восточником то же самое, что и Двая с ним:

– Интересно, зачем тебе требуется какая-то цивилизация?

 ГЛАВА 14

Лотар вышел из воды и оглянулся. Он не мог избавиться от ощущения, что за ним следят. Однако интерес этот почему-то не вызывал настороженности. Скорее наоборот, хотелось за него поблагодарить.

Двая и Сая перед выходом на берег приняли вид двух сильных, рослых богатырей. Только очень придирчивый взгляд нашел бы в этих юношах что-то женственное. Лотару осталось только подивиться силе, которой были наделены эти существа.

Сухмет очень долго выплевывал воду, набравшуюся в легкие. Он уже и брюхо себе сжимал, и просил Саю ему помочь, но по-настоящему задышал, только когда полежал на горячем песке и остатки воды вышли из него, должно быть, вместе с потом.

Не успели они отправиться в город, который уже б виден в трех милях на противоположной стороне залива, как Лотар почувствовал горячий, пристальный взгляд из-за соседнего холмика. За ними опять следили. Только на этот раз с неподдельным интересом и каким-то бараньим, любопытством, нисколько не маскируясь, в отличие от того, первого взгляда.

Лотар вышел к воде, постоял, подождал, пока наблюдатель покажется, поводя взглядом вдоль ставших такими чужими и холодными волн. Если бы он теперь попробовал залезть в эту воду, то, вероятно, утонул бы в мгновение ока или пришлось бы так трансмутировать, что об этом и думать не хотелось.

По верхушкам волн прокатывались гребешки пены. Самые высокие валы перед заходом на неприступный берег становились прозрачными, потому что солнце светило уже с юго-западной стороны. Они провели в гонке до Крилау ночь и почти весь сегодняшний день.

Временами, когда солнечные лучи каким-то таинственным образом преломлялись в воде, она вспыхивала глубоким зеленым блеском. И вдруг… Лотар присмотрелся: в зеленом сиянии, ставшем на миг прозрачным, он увидел некрупную, не больше локтя, рыбку Она была странной, необычной по форме, с огромной головой, роскошными, чересчур пышными мягкими плавниками, и от нее исходила аура власти…

Лотар хмыкнул. Значит, ему не показалось. Он еще раз посмотрел на рыбку, выхваченную точно так же в следующей волне, и медленно, с удовольствием поклонился ей в благодарность за помощь. Сухмет, который, как всегда, все замечал, сделал то же самое.

Сая и Двая, которым и пояснять ничего не нужно было, в свою очередь тоже. присели, а потом поднялись и вытянулись. Они были готовы. Лотар поправил ремень с Гвинедом, проверил Акиф на поясе и стал подниматься на ближайшую дюну, утопая по щиколотку в песке.

Они прошли уже немало, когда поняли, что тип, так явно демонстрирующий свое любопытство, все еще не отстал. Оказалось, он тащился сзади, всего в сотне футов, обдумывая что-то с таким напряжением, словно от этого зависела его жизнь.

Лотар вздохнул. Избавиться от рыбака было теперь непросто, но необходимо. Он сокрушенно посмотрел на Сухмета, тот сдержанно улыбнулся.

– Сейчас он заговорит, господин мой. Будь готов.

– К этому невозможно быть готовым. Они прошли еще полмили. Наконец рыбак, некстати оказавшийся на берегу, подал голос:

– Эй, господа!

Лотар не оглянулся. Но пренебрежение не задело рыбака. Он подбежал, заглянул чуть сбоку, по-прежнему держась на приличном расстоянии.

– Я видел, как ты кланяешься, и все вы кланялись. В чем дело-то, господа хорошие?

Лотар попробовал было посмотреть на него так, чтобы он ушел и не показывался больше, но вдруг понял, что этим его не проймешь. Перед ним был не простой крестьянин, запуганный властью и задавленный поборами, а труженик моря, такого косыми взглядами не остановить, он привык и к более крутым угрозам.

Рыбак мог разнести весть о странных путешественниках, замеченных на берегу, и провалить их план. Лишние слухи сейчас были совсем ни к чему. Уж лучше побеседовать с ним или постараться как-то иначе избавиться от этой ходячей угрозы.

Лотар подумал было о деньгах, но решил, что этим только подстегнет любопытство. Нет, как ни крути, а следовало поговорить.

– Она исполнила желание. И мы поблагодарили ее, – произнес он.

Рыбак постоял немного, почесывая затылок. Потом догнал Лотара. Он явно принял его за главного – с мечами все-таки.

– А как ты ее заставил-то? Ну, я имею в виду, выполнить свое желание.

Рыбак говорил на северном простонародном наречии, и Лотар его едва понимал.

– Я поймал ее на обещании… данном много лет назад. Теперь мы в расчете.

– Поймал… Как, в сети? – Должно быть, рыбак тоже не очень понимал этих пришельцев с юга.

– Слушай, отстань, ладно? Ступай в свою деревеньку, лови рыбу и не путайся под ногами.

Как выйти из положения, Лотар не знал. Он готов был даже наложить на этого рыбака заклятие молчания, но следовало придумать что-то еще.

– Нет, ну надо же! Я двадцать лет ловлю, но чтобы такое… И что ты у нее выпросил?

– Не важно.

Рыбак приотстал. Они прошли не меньше мили, когда он вдруг снова нагнал их. Теперь он зашагал рядом с Лотаром решительно и твердо, словно собрался идти до самого города. Сухмет забеспокоился. На внутреннем, недоступном рыбаку языке он сказал Лотару:

– Господин, он разнесет молву. А нам это не нужно. Лотар подумал, посмотрел на море. И вдруг догадался, как отвязаться от приставучего рыбака. Сухмет считал его мысли, усмехнулся и вклинился между Лотаром и их нежелательным попутчиком.

– Слушай, я расскажу тебе всю историю, с самого начала. Рыбак, который только того и ждал, закивал, приготовившись слушать.

Сухмет начал рассказывать какую-то совершенно фантастическую историю об исполнении желания, о несметных богатствах, о подводной царевне… Иногда рыбак задавал вопросы, а еще чаще междометиями выражал свое изумление и восхищение. Лотару слушать их было совсем не весело, да и мешало это изрядно, а ему следовало еще кое-что придумать, поэтому он пошел быстрее.

Когда до города было уже рукой подать, рыбак убежал назад. Сухмет с искрящимся от веселья взглядом догнал Желтоголового.

– Тошно было слушать мое вранье, господин?

– Вранье всегда тошно слушать. Кстати, что ты ему, собственно, сказал?

– Посоветовал больше работать, а не бездельничать. Ну и добавил, конечно, что все это – большая тайна. Думаю, пару недель продержится. – Сухмет оглянулся, как-то странновато гмыкнул и зашагал рядом с Лотаром, внутренне еще раз переживая свою шутку.

Но Лотару было не до шуток. Вся история с рыбаком его скорее раздражала, чем веселила.

– Продержится до первой пьянки. Но Кросс свидетель, нас к тому времени тут уже не будет.

Сухмет внимательно взглянул на Желтоголового:

– Ты выглядишь недовольным. Я сделал что-то не так?

– Да… Вернее, нет. – Лотар и сам не знал, что думать об этой истории с рыбаком. – Просто пойдет гулять еще одна легенда, а это нежелательно.

Сухмет беспечно махнул рукой:

– Да мало ли легенд про нас рассказывают, господин мой? Будет еще одна, будут и другие. Наш путь далек и долог.

Лотар с подозрением посмотрел на Сухмета. Конечно, восточник имел в виду переносное значение слова «путь», но что-то в нем вселяло уверенность, что он знает – или хотя бы догадывается – о конечной их цели, о которой сам Лотар пока не имел ни малейшего представления. Но на этот раз Лотар выяснять ничего не стал. Он только буркнул:

– Эта будет, кажется, очень стойкой.

И еще быстрее зашагал к городу.

Часа в три пополудни они вошли в город, а еще через час рекогносцировка в основном была окончена, можно было передохнуть. Все вдруг вспомнили, что не ели почти сутки. Но в таверне есть не хотелось, к тому же Сухмет заявил, что они уже должны быть на пристани. Они накупили еды и пошли к воде.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю