355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Николай Стариков » 1917: Революция или спецоперация » Текст книги (страница 2)
1917: Революция или спецоперация
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 02:08

Текст книги "1917: Революция или спецоперация"


Автор книги: Николай Стариков


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Виртуозно исполняя свою роль, глава британского МИДа сэр Грей провоцирует обострение ситуации. Россия объявляет мобилизацию, и позиция англичан в разговоре с немецким послом резко меняется. Англия останется сторонним наблюдателем, только если война не затронет Францию. Иными словами, немцам предложили воевать с одной Россией, что и было целью всей комбинации. Выбор кайзера таков:

– или война с Россией, Францией и Англией без шансов на победу;

– или война только против России, дающая шансы на успех, но которая Германии не нужна.

Единственный шанс немцев в этой ситуации – это объявить войну России. Но не воевать! Так они и делают, приводя в изумление всех последующих историков Первой мировой войны. За объявлением войны 1-го августа 1914 года не следует немецкий удар. До сих пор тот, кто войну объявлял, тот и начинал наступательные действия. В 1914-м году Германия объявив войну России, сразу перешла к обороне! Зачем объявлять войну, чтобы начать обороняться?

Поспешное объявление войны России вызвало огромное удивление в руководстве германских вооруженных сил. Не понял действий своего руководства и командующий немецким флотом гросс-адмирал Тирпиц: "Таким образом, разгадка того, почему мы первые объявили войну, остается для меня неизвестной".

Не будем считать немецких военных пацифистами и уточним: Германия не готовилась к нападению на Россию! У немецких генералов действительно не было отдельного плана сокрушения России. Германский генштаб имел планы на случай войны с Францией, которую поддержит Россия, но не против России! Этот план, носивший название плана Шлиффена, немцы и начали выполнять. Они объявили войну Франции и через территорию Бельгии нанесли по ней удар. А обещавшая остаться в стороне Англия, именно за нарушение нейтралитета бельгийцев, вступила в войну на стороне России и Франции.

Так начиналась Первая мировая война. Тщательно подготовленная и виртуозно организованная британским правительством. Признаки этой подготовки тщательно маскируются до сих пор. Но если внимательно читать посвященную Первой мировой войне литературу, то в огромных отвалах лжи обязательно проблеснет золотник правды. Английский Королевский флот встретил начало мировой бойни в полной боевой готовности, уже полностью отмобилизованный, читаем мы в книгах о морских битвах той эпохи. И приказ о начале мобилизации британских моряков был отдан 10 июля (27 июня) 1914 года, почти на месяц, опередив подобные действия всех остальных участников конфликта. Случайное совпадение – говорят нам историки. А Уинстон Черчилль, бывший в момент начала войны английским морским министром, позднее заявлял совсем другое: "Ни разу в течение трёх последних лет мы не были так хорошо подготовлены". Он прав – отличная, блестящая подготовка к войне случайной не бывает. Это плод многолетних планомерных усилий. Это результат титанической работы военного руководства, политической верхушки страны, ее дипломатов и разведчиков. Поэтому, проведя учения, для которых флот якобы и мобилизовывался, англичане никого по домам и не распустили. И через две недели полностью укомплектованный «миролюбивый» британский флот вступил в войну защищать бельгийцев от «агрессивной» Германии, еще только приступившей к своей мобилизации…

Так начинался военный конфликт, который русское государство не смогло пережить. В результате Февральской и Октябрьской революции, и последовавшей за ними Гражданской войны Российская империя была уничтожена. Только связав воедино все эти составляющие, мы можем правильно понять, почему произошла эта страшная катастрофа. А вернее сказать – кто ее организовал.

Первым шагом в бездну для России стала Февральская революция. Случилась она неожиданно и внезапно…

Глава 2. Почему Февральская революция стала именно февральской

Наблюдатели со стороны в большинстве своём чувствуют, что царизм держал

Россию воедино, а если это единство отнять – Россия пойдёт прахом.

Лондонская газета «Таймс», 4 марта 1917 года

Нам всегда говорили, что события Февральской революции просты и понятны: голодные люди вышли на улицы, требуя хлеба, а потом перешли к политическим лозунгам. Так, мол, и пало в России самодержавие. Но так кажется только на первый взгляд. Павел Николаевич Милюков, один из руководителей февральского переворота, лидер партии конституционных демократов (кадетов) явно с такой простотой не согласен. Ему, непосредственному участнику событий, написавшему свою «Историю второй русской революции» сразу по горячим следам, механизм происхождения Февраля отнюдь не ясен.

"Здесь мы касаемся самого темного момента в истории русской революции" – пишет Милюков, начиная свой рассказ о событиях, положивших начало Февральской революции. Показательно и название главы его книги, откуда взяты эти строки: "Тайные источники рабочего движения". Вопрос, как и почему она началась и есть "самый темный момент" в истории Февральской революции. Это очень странно: начинаешь читать мемуары главных действующих лиц и постоянно натыкаешься на "белые пятна". До этого была в голове полная ясность: хлеб – демонстрации – революция, но вот открываешь мемуары одного из основных «февралистов» и начинаются загадка за загадкой.

"Некоторым предвестием переворота было глухое брожение в рабочих массах, источник которого остается неясен, хотя этим источником наверняка не были вожди социалистических партий, представленных в Государственной Думе".

Начало перевороту положили рабочие демонстрации, но кто их организовал и почему они начались, Милюкову абсолютно непонятно. Ясно только то, что сами кадеты их не инициировали, не делали этого и все их парламентские союзники по думскому Прогрессивному блоку. Не выводили людей на улицы и эсеры. В этом легко убедиться, полистав мемуары известного нам лидера этой партии Виктора Чернова. После главы о ходе мировой войны и попытках революционеров разных стран найти взаимопонимание, он сразу пишет о своем возвращении в Россию уже после Февральской революции. Соверши столь важное деяние эсеры, они бы трубили об этом на каждом углу: это мы начали процесс, приведший к свержению проклятого царизма!

Не организовывали рабочие демонстрации и большевики, позже приписавшие устами советских историков заслуги организации манифестаций себе. Но это будет сделано ими значительно позднее, когда многих участников событий не будет в живых, а остальные будут писать книги в эмиграции. Поэтому вопрос, "кто вывел людей на улицу в феврале 1917 года", будет уже интересен только узкому кругу специалистов и с красными историками никто не будет спорить. Для истинных организаторов гибели России это было удобно и выгодно – Ленин и его партия делали для них стопроцентное алиби. Хотя опровергнуть ложь совсем не сложно, достаточно спросить, кто из большевистских вождей организовал рабочие демонстрации, приведшие к свержению царизма. Тут и станет абсолютно ясно, что все они сидели по заграницам, ссылкам и тюрьмам, а Владимир Ильич Ленин узнал о "подготовленной его партией" революции из свежих швейцарских газет. И удивлению его не было предела.

Но для нас момент начала Февраля – момент ключевой. Нам важно знать точно, с чего началась гибель Российской империи, а потому наберемся терпения, и углубимся в материал. Здесь нас ждут новые открытия. Если быть совсем точным, то логическая цепочка событий должна быть такова: хлеб – демонстрации рабочих – их столкновения с полицией – восстание солдат городского гарнизона – революция. Загадки тут на каждом шагу:

– почему рабочие вышли митинговать – неизвестно;

– неизвестно и кто эти демонстраций организовал.

Выходит, сами собой рабочие прекратили работу, от скуки нарисовали плакаты и лозунги, и сами не зная почему, двинулись свергать самодержавие. При дальнейшем углублении в хронологию февральской революции ясности не прибавляется. Никто не может вразумительно ответить на второй ключевой вопрос:

– Кто вывел на улицу солдат?

"Как раз накануне него (выступления солдат – Н.С.) было собрание представителей левых партий, и большинству казалось, что движение идет на убыль и что правительство победило – пишет Милюков, цитируя своего коллегу по Думе В.Б.Станкевича, и добавляет от себя – Но, во всяком случае, закулисная работа по подготовке революции так и осталась за кулисами".

Вот это уже интересно! Произошла революция, а никто не может толком сказать, как случились ее основные события, приведшие к смене власти в России. Вроде никто не готовил ни рабочих, ни солдат, а они как по команде, вышли на улицы в нужный момент и тем решили исход дела в пользу переворота. "Руководящая рука, несомненно, была, только она исходила, очевидно, не от организованных левых партий" – делится впечатлениями Милюков. В словах руководителя кадетов, чувствуется неуверенность и смущение. Революция свершилась, но ни правые (т. е. кадеты и октябристы), ни левые (т. е. эсеры и социал-демократы) ее не организовывали. Есть от чего смутиться: ждали «свободы» десятилетиями, а когда она пришла никто не знает, кому говорить за это спасибо!

Не спасают старые проверенные штампы: если, что произошло – это сделали немцы! Удобно, а главное доказывать ничего не надо. Главное доказательство просто как мир: а кому же еще это было выгодно? С кем мы воевали – с Германией, значит, все плохое делали именно они.

Однако такая простая логика не срабатывает, если внимательно приглядеться к фактам. Ведь наши родные русские рабочие бастовали в феврале семнадцатого не первый раз в жизни. Опыт у них был. К примеру, в русскую революцию 1905–1907 годов. Однако никто в историографии никогда не писал о том, что первая революция 1905 года со всеми ее стачками – дело рук кайзеровской разведки. Потому, что обвинения германцев в разжигании русского "освободительного движения" в этот исторический период нелепы и смешны. Ведь в 1905 году мотива для подрывных действий у Берлина нет. С началом Первой мировой войны мотив у немцев появляется: Россия теперь враг и противник. Но вот беда: почерк во всех сомнительных событиях русских революций похожий. Одна рука водила, с одного сценария снималась калька. И если мы знаем, что первую нашу смуту немцы точно не подготавливали, почему же и Февраль, да и Октябрь мы к ним в актив записываем?

Февраль организовала не Германия! Хотя бы потому, что спасительный сепаратный мир кайзер Вильгельм мог пытаться заключить только со своим венценосным племянником Ники, а не со сторонниками "войны до победного конца" из которых комплектовалась новая российская власть. В тот момент это было ясно всем. Немецкие агенты использовали смуту в своих целях – это правда. Если идет толпа пьяных солдат, то почему бы не направить их на погром контрразведки? Или не заставить убивать, как в Кронштадте не просто офицеров, а "по списку"!

Февраль семнадцатого – это странные и таинственные события. Нет авторов, нет причин, но есть катастрофические для страны последствия. Их пока не знает почти никто, они еще не заметны. Кто из радостных демонстрантов в феврале семнадцатого, упоенных произошедшими переменами, мог себе представить, что через полгода мощная русская армия станет толпой мародеров и дезертиров, солдаты начнут убивать своих офицеров, а через восемь месяцев власть в стране захватит кучка фанатиков. В страшном сне не могли увидеть они Гражданскую войну, тиф, голод, разрушенную до основания родную страну и миллионы погибших!

«Необъяснимые» события начались в истории Российской империи отнюдь не феврале 1917-го, а в 1905-м году, и не закончились еще по сегодняшний день. Словно ядовитая змея тянутся они с момента первой русской революции через все тело Первой мировой войны. Ими пропитаны насквозь Февраль и Октябрь. Потом странности и удивительные совпадения понемногу сошли на нет, чтобы, начиная с 1985 года, вновь обильно украсить собой тихую скучную жизнь Советского Союза. И Советского Союза очень быстро не стало…

Так кто же все это организовал, кому обязана Россия неисчислимыми страданиями своих сыновей и дочерей? Для ответа на этот вопрос надо отмотать неумолимо текущее время назад. К началу русско-японской войны. И нам сразу станет ясно, что будущие хаос и анархия были в России четко организованы. Тем, кто всерьез верит в самопроизвольное начало первой русской революции, следует обратить внимание на один малоизвестный факт. 27-го января 1904 года в Санкт-Петербургскую государственную сберегательную кассу обратился вкладчик Филипп Воронов, получивший послание, лейтмотивом которого был истеричный призыв: "Спасайте ваши деньги". Подобные письма (как рукописные, так и отпечатанные на гектографе) внезапно появились в самых разных частях Российской империи и в короткий срок наводнили страну. Авторы листовки пугали: "Министрам нужны деньги на войну с Японией. Они берут наши деньги в сберегательных кассах и дают нам ренту".

Подготовка этой экономической диверсии началась загодя. Стоит обратить внимание, что листовки эти появились в русских городах точно в первый день (!) Русско-японской войны. Значит тот, кто готовится подорвать финансовую стабильность России, должен был точно знать дату «внезапного» нападения японского флота на нашу эскадру в Порт-Артуре! А ведь письма надо было еще отпечатать, разослать по стране, спланировать их распространение и раздать разносчикам! Одним словом работа большая и серьезная…

Листовки печатали не зря – во многих местах ситуация быстро стала критической, начался отток денег из сберегательных касс. Особенно сильная паника охватила Варшавскую, Прибалтийскую, Минскую, Виленскую и Гродненскую губернии. Но спокойная и взвешенная политика правительства достаточно быстро погасила ситуацию: вклады выдавались всем желающим, информация же о том, что сберегательные кассы и впредь намерены неукоснительно соблюдать свои обязательства перед вкладчиками была помещена во всех крупных российских газетах. Сообщения такого рода были вывешены в самих сберегательных кассах, а также в общественных местах. Паника улеглась. Сейчас эту историю о панике вкладчиков в 1904 году, рассказывают в современном Сбербанке, акцентируя внимание на сложностях и трудностях, которые это солидная организация переживала за свою 160-летнюю историю. Вопрос, кто и почему организовал эти трудности, уже не поднимается и не исследуется. И никто не проводит параллели между акциями, подобной этой, и дальнейшим раскручиванием маховика революции.

Кто же стоял за попыткой вызвать в России экономический коллапс? Первым порывом будет обвинение в адрес Японии. Безусловно, японские спецслужбы руку к ней приложили. Однако самостоятельно они просто не в состоянии были организовать панику такого масштаба хотя бы потому, что не имели в России столь разветвленную сеть своей агентуры. Контакты японских спецслужб и русских революционеров ведь еще только начинались! К тому же неожиданная активность японцев в поиске контактов с подрывными элементами могла насторожить русскую контрразведку и предупредить царское правительство о скором начале войны. Ведь попади одна такая листовка куда следует, и весь ход Русско-японской войны мог пойти по-другому! Значит – японцам кто-то помогал. Спланировать и организовать все это могли лишь силы, имевшие разветвленную сеть своих людей по всей стране. И это были не революционеры, потому, что ряды всех радикальных партий кишели провокаторами, и тогда дата японского нападения сразу стала бы известна царской охранке, а оттуда попала бы на стол руководства армии и флота. Такой утечки допустить было нельзя. Следовательно, структура, разославшая записочки по русским городам, должна была быть с железной дисциплиной и в то же время находиться внутри России. Так кто же так четко и слаженно организовал попытку дестабилизации внутренней жизни нашей страны? Кто помогал японцам в поисках разносчиков подметных писем, начиная раскачивать русскую лодку пока еще мирными средствами?

Те же, кто далее организовывал в нашей истории эти и последующие «странности». К примеру, за бурным развитием боевых действий Первой мировой войны осталось незамеченным одно очень интересное событие. На фоне разразившейся катастрофы оно казалось маленьким и незаметным, потому никто ему особого внимания не уделил. И зря. Словно в маленьком осколке большого зеркала отразилась в этом событии будущая Февральская русская революция. Ее сценарий и движущая сила проявили себя ровно накануне мирового конфликта – в июле 1914 года. Буквально за неделю до начала неожиданного вспыхнувшего мирового конфликта в столице Российской империи… начались забастовки! Страну, измученную первой русской смутой, удивить стачками было сложно. Привыкла к подрывной деятельности революционеров полиция и охранка, но эти забастовки были действительно необычными. Настолько, что нашли отражение во многих мемуарах. Главной же особенностью этих волнений и забастовок была их таинственность и загадочность. Возникли они без видимой причины, неожиданно, «случайно». Так же внезапно потом и закончились.

Татьяна Боткина, дочь царского медика, расстрелянного со своими венценосными пациентами в Екатеринбурге, в своих "Воспоминаниях о царской семье" упоминает и об этих странных стачках: "Рабочие бастовали, ходили толпами по улицам, ломали трамваи и фонарные столбы, убивали городовых. Причины этих беспорядков никому не были ясны; пойманных забастовщиков усердно допрашивали, почему они начали всю эту переделку.

– А мы сами не знаем, – были ответы, – нам надавали трешниц и говорят: бей трамваи и городовых, ну мы и били".

Председатель Государственной Думы М.В. Родзянко в своем труде "Государственная дума и февральская 1917 года революция" тоже уделяет этим событиям много внимания: "Петроград в 1914 году, перед самой войной, был объят революционными эксцессами. Эти революционные эксцессы, возникшие среди рабочего населения Петрограда, часто влекли вмешательство вооруженной силы; происходили демонстрации, митинги, опрокидывались трамвайные вагоны, валились телеграфные и телефонные столбы, устраивались баррикады". Родзянко даже указывает нам на время возникновения беспорядков – "во время посещения России представителем дружественной нам державы – Президентом Французской Республики Пуанкарэ".

Для справки: президент Раймон Пуанкаре приехал в Россию 20(7) июля 1914 года. Это ключевое время завязывания будущего мирового конфликта. До начала войны всего одиннадцать дней!

"Возлагать венок на гробницу Александра III французскому президенту пришлось под последние отголоски уличной борьбы" – пишет и товарищ Троцкий в своей "Истории и русской революции". Посол Морис Палеолог, встречавший в русской столице своего президента вспоминает: "Возвратясь в Петербург по железной дороге в три четверти первого, я узнаю, что сегодня, после полудня, без всякого повода, по знаку, идущему неизвестно откуда, забастовали главнейшие заводы, и что в нескольких местах произошли столкновения с полицией".

Проанализировать причины неожиданной вспышки рабочих демонстраций никто в правительстве не успел. Потом в стране произошли такие потрясения, по сравнению с которыми пара сломанных трамваев показалась золотым веком. Но в конце июля 1914 года у русского руководства эти беспорядки вызвали серьезное беспокойство: "Волнения в столице были настолько сильны, что Президент вынужден был ездить по городу в сопровождении значительного военного конвоя – рассказывает нам Лев Давыдовыч – То же самое, хотя, разумеется, в меньшем масштабе, происходило и на местах".

Из-за начавшейся войны разобраться в причинах и организаторах таинственных забастовок не успели и русские спецслужбы. Затем у них появились более важные заботы, потом возникшая революция быстро и эффективно уничтожила сами спецслужбы. Поэтому причину забастовок так никогда и не выяснили. Точнее сказать – не доказали, потому что во всех указанных мемуарах виновные и организаторы называются авторами легко и без промедления.

"Не подлежит никакому сомнению, что и волнения среди фабрично-рабочего класса были результатом деятельности Германского Генерального Штаба" – пишет Родзянко. Согласна с ним и Татьяна Боткина, написав о немецком происхождении «трешниц», что давали таинственные агитаторы несознательным рабочим. Виновник ясен – это немцы! Снова мы видим это простое доказательство: а кто же еще? Кто может устраивать забастовки в России прямо накануне войны с ней? Конечно, тот, кто готовится на нее напасть – немцы! И все в этом построении логично и верно, если забыть об одном факте: Германия не готовилась к нападению на Россию!

Ее единственный существовавший военный план (План Шлиффена) этого не предусматривал. И зачем ей тогда организовывать демонстрации и битье городовых в Петербурге? Вот к войне с Францией Германия действительно готовилась, поэтому логичнее создать беспорядки в Париже, дестабилизировать промышленность и обстановку именно там. Может быть опять японцы? Но нет – в Первой мировой войне Япония выступит на стороне Антанты и отнимет у Германии ее китайские владения. Противоречий с Россией у нее уже нет. Япония спокойно строит свою империю в Азии. Зачем же ей дестабилизировать обстановку в Петербурге?

А вот у одной державы такой мотив есть! У той, что кропотливо готовит мировую войну, рассказывая русским дипломатам одно, а немецким совсем другое! Британский МИД устами ее главы сэра Грея создает, тщательно создает у немцев ощущение уникальности момента: только сейчас Англия будет нейтральна, поэтому можно быть жесткими и твердыми. Можно сразу решить сербскую проблему, а заодно и поставить на место Россию и Францию! Для создания этого ошибочного ощущения у германского и австрийского правительства «союзники» готовы на любые трюки. В том числе и на имитацию слабости России путем фабрикации стачечного движения.

Германию на Россию всеми силами натравливали англичане. Именно они и провоцировали таинственные забастовки и волнения. Все это – не более чем часть масштабной кампании по дезинформации германского правительства, в которую чуть позже включится даже британский монарх. Цель – развязывание мировой войны.

"Забастовки возникали и организовывались без всяких видимых причин", – пишет Родзянко – …Однако, за несколько дней до объявления войны, когда международное политическое положение стало угрожающим, когда маленькой братской нам Сербии могущественной соседкой Австрией был предъявлен известный всем и неприемлемый для нее ультиматум, как волшебством сметено было революционное волнение в столице".

"Как только была объявлена война, вспыхнул грандиозный патриотический подъем. Забыты были разбитые трамваи и немецкие трехрублевки…" – вспоминает о первых днях начавшейся войны Татьяна Боткина.

Мы видим интересную картину: буйство забастовок "как волшебством сметено", сразу после начала боевых действий. Но ведь это невозможно! Если бы за подготовкой беспорядков стояли бы германские спецслужбы, то после начала реальной войны России и Германии их деятельность должна была только увеличиваться и нарастать. А тут она в несколько дней полностью свернута!

Писательница Барбара Таркман за свою книгу "Первый блицкриг. Август 1914" получила Пулицеровскую премию. Такие награды зря не дают. Открываем, читаем: "Престарелый посол граф Пурталес, который провел семь лет в России, пришел к выводу и постоянно заверял свое правительство в том, что эта страна не вступит в войну из-за страха революции".

Граф Фридрих Пурталес – это посол Германии в России. Насмотревшись на разбитые трамваи, в июле 1914 года он пишет в Берлин, что эта страна, то есть Россия в войну не вступит! Начитавшись таких писем, немцы и австрияки займут жесткую позицию, что в конечном итоге, как раз к мировой войне и приведет. Но ведь не германская же разведка для своего собственного посла устраивает «показательные» забастовки и демонстрации? Значит, не немцы, не японцы. Но, кто же тогда выпускает русских рабочих на улицы и раздает им «трешницы», чтобы показать слабость России?

Если нет в этом вопросе у нас еще полной ясности, рассмотрим еще один загадочный случай. О нем говорит нам в своих воспоминаниях глава русской партии социалистов – революционеров Виктор Михайлович Чернов.

Были у эсеров теплые взаимоотношения с Партией польских социалистов (ППС). Дружба была долгой и проверенной: вместе разрушали Русское государство во время первой революции, вместе убивали полицейских и солдат. Но вот наступает 1914 год и ситуация меняется.

"… На нас пахнуло чем-то необычным и тревожным от выступления Иосифа Пилсудского в начале 1914 г." – пишет глава эсеров. Что же случилось, какая кошка пробежала меж революционных партий? Ничего не произошло, просто глава ППС, и будущий глава независимого польского государства, прочитал в Париже в зале Географического общества лекцию. И все дело в ее содержании!

"Пилсудский уверенно предсказывал в близком будущем австро-русскую войну из-за Балкан" – пишет Чернов и далее приводит слова польского социалиста, в точности угадывающего сценарий начала Первой мировой войны! Уверенно и безошибочно Пилсудский рассказывает, какая держава, за какую вступится, кто и почему ввяжется в вооруженный конфликт. Но не это главное!

"… Пилсудский ставил ребром вопрос: как же пойдет и чьей победой кончится война? Ответ его гласил: Россия будет побита Австрией и Германией, а те в свою очередь будут побиты англо-французами (или англо-американо-французами)".

Проницательность будущего польского диктатора невероятная! Николай II, Вильгельм II, Франц Иосиф еще даже не подозревают, что будет война. Эрцгерцог Франц-Фердинанд спокойно играет с детьми в своем дворце Бельведере, Гаврила Принцип учится в университете. Организация "Млада Босна" еще даже не думала убивать наследника австрийского престола, генеральные штабы будущих противников еще не имеют никаких планов будущей войны. А Иосиф Пилсудский не просто досконально знает ее сценарий, но ему даже известно, чем она закончится!

Понять логику Пилсудского сложно даже ненавидящему царское самодержавие эсеру Чернову: как же может быть разбита одна Россия, если на ее стороне и Англия, и Франция, и США, которые, по словам самого оратора, войну выиграют?! В 2005 году нам просто согласиться с поляком – потому что мы знаем дальнейшие события. Но в 1914 году его прогноз выглядит, по словам Чернова "карточным домиком, мечтой политического комбинатора". Пилсудский же, ничуть не смущаясь, не только предрекает будущую войну и в точности называет ее результаты, но и намекает на выигрышную тактику в ее ходе для борцов за независимую Польшу. Только намекает, потому, что в аудитории сидят посторонние люди. Для конкретики он присылает к Чернову своего соратника по фамилии Иодко, будущего посла Речи Посполитой в Константинополе.

"Этот разговор в моей памяти останется, как один из самых замечательных, которые мне приходилось вести" – указывает глава русских социалистов-революционеров. Конечно, любому человеку не часто приходится беседовать с людьми, досконально знающими будущее. Однако, чем больше говорит посланец Пилсудского, тем более возрастает удивление и непонимании Чернова. Иодко рассказал ему, что в случае войны поляки будут помогать немцам "очищать губернии царства польского" от русской армии.

"Я буду с вами совершенно откровенен… Мы уже теперь усиленно готовимся на случай всеевропейской войны… Мы предпочитаем германской армии – австрийскую. У нас в Галиции уже идет военная подготовка польских военных кадров… Австрию мы предпочли Германии, потому, что она слабее и ей можно будет ставить условия" – приоткрывает свои кадры посланец Пилсудского.

По ходу разговора грустнеет Виктор Михайлович Чернов. Имевший «опыт» первой русской революции, он понимает, что затевается что-то громадное и масштабное, а он – глава партии эсеров – ничего об этом не знает! Рулевые и направляющие потоки мировой закулисной политики на этот раз обходят его стороной. Потому, что одно дело читать «сумасшедшие» лекции, совсем другое им следовать и готовить военные кадры для австрийской армии. На карту ставится ведь независимость Родины – ошибись Пилсудский со своим прогнозом, который похож на бред сумасшедшего, и последствия для будущего Польши могут быть непредсказуемыми. Значит, Пилсудскому известно нечто, для него Виктора Чернова, пока неизвестное.

А Иодко рассказывает дальше: оказывается, в плане польских социалистов учтено все. В нужный момент они предают немцев и меняют свою ориентацию на англо-французскую:

"… И для Парижа, и для Лондона это не является тайной. Первая фаза войны – мы с немцами против русских. Вторая и заключительная фаза войны – мы с англо-французами против немцев".

После этих слов воцарилось молчание. Чернов окончательно поражен. Остается удивляться и нам. Хотя, зная цели англичан и французов в будущей войне, удивляться, не приходится. Они кропотливо готовят Первую мировую войну. По ее результатам Россия и Германия должны быть уничтожены, поэтому все, кто ненавидит эти два государства – помощники. Но комбинация планируется «союзниками» настолько сложная и виртуозная, что у поляков может возникнуть непонимание на крутых политических виражах. Для этого и делятся с Пилсудским информацией, чтобы поляки готовились и вели себя правильно. Утечки можно не бояться – расскажи тот же Иодко все это русскому жандарму, его слова всерьез никто не воспримет. Как не восприняли бы в январе 1991 года информацию об августовском путче в СССР, будущем распаде союза и начале первой чеченской войны. Это просто кажется невероятным. Пока не происходит в действительности.

По всей хронике Первой мировой войны и выросшей из нее русской революции разбросаны такие невероятные и фантастические истории. Ими пестрят известные мемуары и абсолютно открытые источники, нужно просто обратить на них внимание. Вот, например, будущий герой Финляндии, а тогда еще русский кавалерийский генерал Карл Густав Маннергейм провел в боях мировой войны три года. В феврале 1917-го он приехал в родную Суоми на побывку. Начались радостные встречи, приемы и свидания. И в мемуарах Маннергейма мы читаем: "На обеде у моего давнишнего приятеля по кадетскому корпусу я встретил несколько бывших офицеров и старых друзей. Во время обеда никто даже не обмолвился о том, что за последние два года около двух тысяч добровольцев выехало в Германию, чтобы получить там военное образование. Между тем именно эти люди должны были вступить в армию, которая, в случае давно ожидаемой революции в России, могла освободить Финляндию".


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю