Текст книги "Император"

Автор книги: Николай Романов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава тридцатая

За государственными делами и любовными встречами Осетр не забывал и о «росомашьих» тренировках.

Едва ли не каждое утро, перед завтраком, он отправлялся в спортивный зал и непременно брал с собой Найдена.

Размявшись, сходились в схватках, укладывая друг друга на маты вертушкой князя Романа и иными приемами рукопашного боя. Потом хватались за холодное оружие – от самурайского комплекта дайцю [2]2
  Самурайский комплект дайцю состоит из тачи (длинного меча) и танто (короткого меча).


[Закрыть]до обычных фрагербритских шпаг. Каждое второе занятие заканчивалось в тире – палили по поясным мишеням из лучевиков и огнестрелов.

Однажды, по окончании стрельбы, Найден, занимаясь разборкой и чисткой древнего пистолета Макарова, хитро посмотрел на Осетра и сказал с энтузиазмом:

– Слушай-ка, твое величество… Есть мнение, что тебе не мешало бы обзавестись супругой.

От неожиданности у Осетра перехватило горло, и он закашлялся, судорожно и долго. А откашлявшись, сказал:

– Это у кого такое мнение?

Найден хитро улыбнулся:

– Пока у меня. Но скоро и другие об этом заговорят.

– С чего ты взял? Рано мне еще жениться!

– Ты император, твое величество. Ты должен в первую очередь заботиться об империи. А забота об империи включает в себя и заботу о наследнике. Как только у тебя появится наследник, у некоторых кандидатов на трон мгновенно исчезнут основания надеяться на это.

– Убью гада! – сказал Осетр.

– Убивай, твое величество! – сказал Найден без улыбки. – Но задумайся о том, что я тебе сказал.

Осетр задумался. И очень скоро сообразил, что весьма возможным результатом его встреч с Яной может стать рождение у нее еще одного ребенка, в котором генетическая экспертиза может признать сына нынешнего императора. И в этом случае, как когда-то с сыном графини Елены Шуваловой, могут возникнуть сложные политические коллизии, весьма опасные для самого ребенка.

И в конце очередной встречи, когда Яна, умиротворенная, лежала на его груди и нежно поглаживала широкое «росомашье» плечо, он заговорил с нею.

– Слушай, Яночка… Мы с тобой это… Когда мы с тобой делаем это… – Он не мог подобрать подходящие слова: они потерялись и никак не желали найтись. И он ляпнул напрямик: – В общем, ты не залетишь, случаем?

Сказал и сам испугался: так гнусно прозвучал вопрос.

Яна поперхнулась. Отодвинулась. Посмотрела ему в глаза – пристально, будто пыталась что-то отыскать в их глубине. То ли отыскала, то ли не отыскала… И схватилась за свои тряпки. Встала, ушла в ванную.

Он продолжал лежать на постели ни жив ни мертв. Теперь потерялись вообще все слова. И все мысли. Кроме одной: «Что я наделал?»

Когда Яна вышла из ванной, он все еще не нашел слов и лишь молча смотрел на нее.

Зато она не последовала его примеру.

– Прощайте, ваше императорское величество! Не стоит нам больше встречаться! Не волнуйтесь, я не залетела!

И ушла.

А он так и остался лежать, пока Найден не прислал ему на браслет привычное сообщение.

Остаток дня Осетр был сам не свой.

То его мучил жуткий стыд, то накатывало раздражение – на нее, потом на себя, потом снова на нее…

Что он такого особенного сказал? Нормальный вопрос для мужика. Тем более – для императора. Дети у правителей – не просто дети, а инструмент политики. Так было испокон веков и ничего не изменилось. И ни дети, ни императоры в том не виноваты. Ни тех, ни других никто не спрашивал – кем они предпочли бы родиться… Может, она и вправду рассчитывала заполучить от него ребенка? Сучка!.. А с другой стороны, это же нормально – хотеть ребенка от любимого! И дело тут совсем не в политике. Это дано женщинам от господа бога, инстинкт у них такой – реализовать свое биологическое предназначение. Но получилось все равно очень мерзко… Тьфу ты, господи, совсем запутался…

Он продолжал терзать себя весь вечер и половину ночи. И только часа в три забылся неверным сном.

А утром, проснувшись, решил: ну и бог с ней! Найден прав: надо и в самом деле жениться, что ли… Дать кому-нибудь задание – пусть подготовят список росских высокородный девиц на выданье. Засекину-Сонцеву… Или самому Найдену… Или, на худой конец, сетевому агенту – в этом случае информация о новом императорском интересе не выйдет даже за пределы Осетрова кабинета… А мы потом просмотрим составленную базу данных и выберем. За такого жениха любая пойдет!

И он заставил себя перейти к общегосударственным заботам.

Но прошло еще пять дней, и он снова отправил ей послание.

А она пришла.

– Ты прости меня, Яночка! – сказал он, едва они вошли в номер. – Я был не прав.

– Я все понимаю, Остромирушка, – коротко сказала она.

И все снова было хорошо.

Они встречались так каждую неделю – правда, в разных гостиницах – еще в течение двух месяцев. Осетр и думать забыл о списке невест.

А потом жизнь – как водится, не спрашивая никого и неожиданно для обоих – сама прервала их встречи.

Глава тридцать первая

Сегодня снова предстояло провести с Дедом совещание по подготовке очередного заседания Совета безопасности.

Пора заслушать премьер-министра: как движется внедрение в производство «улиток Комарова».

Однако сразу после завтрака с императором по закрытому каналу связался глава имперского разведывательного управления князь Петр Афанасьевич Белозеров.

– Ваше императорское величество, – сказал он после обоюдных приветствий. – Засекин-Сонцев как-то передал мне приказ о поисках вашей матери, графини Елены Шуваловой.

Сердце Осетра ухнуло в самый низ живота.

Неужели?..

– Да, князь, я давал такой приказ советнику.

– Мы отыскали вашу матушку. Судя по полученной информации, графиня Шувалова в настоящее время находится на территории Великого Мерканского Ордена, планета Саммерсити. Это в системе звезды Кантор, неподалеку от границы Ордена с Фрагербритским Союзом. От наших границ – весьма неблизко, и прежде до Саммерсити, без открытого вторжения на территорию ВМО, было не добраться. Однако боевые корабли, оборудованные «иглой Комарова», способны скрытно достичь необходимого района.

Первым желанием Осетра было немедленно отдать распоряжение об организации спасательной экспедиции. По принципу той, что предприняли они с каперангом Приднепровским к Дальнему Алеуту.

Однако через пару мгновений он вспомнил: «“Росомахи” никогда никуда не опаздывают».

– Информацию легко было добыть, ваша светлость?

Князь Белозеров понимающе кивнул:

– Я бы не сказал. Один наш человек на Саммерсити провалился, другого едва не разоблачили, но он сумел, сменив имя, перейти на проживание по другой легенде. Хотя, если будут тщательно искать, раскроют. Правда, у них нет его генетического кода, так что сканерами агента не обнаружишь.

– С агентом все понятно, – нетерпеливо сказал Осетр. – Более важно совсем другое… Я не удивлен, что моя мать оказалась в руках у мерканцев. На месте Вершителя Бедросо я бы непременно попытался обрести такой козырь против своего противника. Но как Офис Добрых Дел допустил, чтобы мы ее нашли? И почему позволили нашему агенту передать нам информацию? Если утечка допущена преднамеренно, то возникает вопрос: с какой целью?

– Вы полагаете, что это не просто прокол в работе мерканских спецслужб, ваше императорское величество?

– Есть такое подозрение, Петр Афанасьевич. И мы должны понять, с какой целью это проделано.

– Надо поразмыслить. – Взгляд главы ИРУ слегка затуманился. – На первый взгляд, понятно, почему мерканцы держат графиню подальше от наших границ. Чтобы у нас не было возможности добраться до заложницы. И если они допустили утечку информации о ее местоположении намеренно, это может означать, что они подозревают о наличии у росского флота «иглы Комарова», но достоверной информацией не обладают. Вот и решили устроить проверку. Если мы доберемся туда, значит, все ясно, у наших кораблей появились новые возможности. Вполне логичное объяснение.

– Совершенно с вами согласен, князь. Это, кстати, дает ответ и на вопрос: был ли академик Соболевский агентом мерканцев. Если бы они его завербовали, им бы наверняка стало известно об «игле». Уж такую-то информацию Соболевский точно продал бы. А значит, он все-таки был террористом-одиночкой.

– Насколько мне известно, никаких фактов о его связи с мерканцами так и не было выявлено… – Белозеров сощурился и вперил глаза в потолок, продолжая размышлять. – Бог с ним, с Соболевским! Мне вот какая мысль пришла в голову… А что если план Вершителя глубже. А что если он добивается, чтобы мы подумали именно так, как подумали. Они якобы не знают, что у нас есть новый способ передвижения по Галактике. В подобной ситуации мы должны – что?.. Мы должны непременно воспользоваться своим преимуществом и попытаться похитить заложницу. Чтобы лишить Бедросо козыря в рукаве. Но если за первой целью скрывается еще и вторая? Что если, прикрывшись проверкой, имеется ли у нас «игла Комарова, они все-таки расставляют совсем другую ловушку? С целью заманить в нее совершенно конкретного человека, убивая таким образом сразу двух зайцев.

– И кто же этот второй заяц? – спросил Осетр, уже догадываясь, куда клонит Белозеров.

– А это вы, ваше императорское величество! И вы, полагаю, сами прекрасно понимаете это.

Осетр стиснул под столом пожелавшие задрожать пальцы.

Конечно, он понимал. Все уже было, ничего нового придумать невозможно…

– Ситуация не новая, Петр Афанасьевич… Однажды меня уже пытались заманить в ловушку.

– Вы имеете в виду события на Дальнем Алеуте?

Оказывается, Белозеров знал о той спасательной экспедиции.

Впрочем, ничего удивительного. Такова его работа…

– Да, князь.

– Ситуация не новая, но от этого она не делается менее опасной.

Да, похоже не только Засекин-Сонцев хорошо изучил своего правителя, ржавый болт им всем в котловины! Но не вам, господа, решать, что мне делать и чего опасаться. Мы и сами с усами…

– Хорошо, Петр Афанасьевич. Я подумаю. Спасибо!

В глазах Белозерова явно засветилось сомнение, но выразить вслух его князь не решился. А Осетр прервал связь и задумался.

Думал император недолго.

Не дождутся они – диктовать мне свою волю! Ни господа росские государственные деятели, ни мерканские сайентологи!.. И если Тим Бедросо на самом деле намеревается с помощью графини Шуваловой угрохать сразу двух зайцев, то он добьется только того, что один из зайцев выйдет на охоту. И получит Вершитель в противники «росомаху» в заячьей шкуре!.. Но о Бедросо мы будем беспокоиться позже. А сейчас предстоит невидимая миру схватка еще с одним «росомахой!..

И он отправился в рабочий кабинет – подходило время встречи с Дедом.

Глава тридцать вторая

Когда князь Засекин-Сонцев появился на пороге кабинета, Осетр решил сразу взять быка за рога.

– Всеволод Андреич! Вы в курсе, что наши разведчики отыскали мою мать?

– Да, ваше императорское величество. Князь Белозеров уже сообщил мне об этом.

«И небось, прежде, чем мне», – подумал Осетр.

– Я должен лично отправиться на выручку моей матери.

Дед ничуть не удивился. Несколько мгновений раздумывал, потом сказал:

– Ты не перестаешь поражать меня, мой мальчик!

На сей раз Железный Генерал даже забыл о «величестве», сразу переведя разговор в плоскость отношений учителя и ученика.

Впрочем, он тут же вернулся к требованиям этикета:

– Простите, ваше императорское величество! Не могли бы вы убедить меня в правильности такого решения?

– Мог бы. – Осетр встал и прошелся по кабинету, собираясь с мыслями. – Во-первых, я как-то уже говорил, что считаю себя виноватым в судьбе моей мамы. И будет правильно, если именно с моим участием случится ее освобождение… Во-вторых, интуиция говорит мне, что предстоящая операция будет успешной. Думаю, вы, Всеволод Андреич, давно убедились, что интуиция меня прежде не подводила.

– Убедился, не скрою. – Железный Генерал покивал. – Но с какой стати вы решили, что вам будет везти бесконечно. Везение – такая штука, которая рано или поздно заканчивается.

– И тем не менее, я уверен, что мне и на сей раз повезет.

– Ну хорошо, ваше императорское величество… – Засекин-Сонцев побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Ваши личные интересы понятны. А как быть с интересами империи? Что мы скажем народу?

Осетр улыбнулся:

– Народу мы не скажем ничего.

Железный генерал снова побарабанил пальцами по подлокотнику:

– Хорошо, с народом ясно… Но что мы скажем вашему ближайшему окружению? Что росский император улетел в отпуск и неизвестно, когда вернется?

– Ближайшему окружению мы тоже ничего не скажем. За исключением нескольких наиболее доверенных лиц.

На сей раз Дед растерялся.

Это хорошо было видно по выражению его лица.

– Ничего не понимаю, ваше императорское величество! Вы же будете отсутствовать, а об этом скоро станет известно. Хоть мы и отменили балы, вам надо принимать участие в куче всяких приемов и встреч, вам надо проводить заседания Совета безопасности, наконец! Можно, разумеется, объявить о вашей болезни, но, на мой взгляд, это не лучший вариант в настоящее время. ВКВ только и ждет подходящего случая, чтобы поднять мятеж. И если вы заболели, у него может появиться довольно много дополнительных сторонников среди шатающихся. – Дед понемногу распалялся. – Вы хотите ввергнуть империю в гражданскую войну в такое время, когда мы еще не готовы? Мне казалось, ты стал достаточно мудрым, мой мальчик, чтобы не совершать подобных поступков. – Последние слова советник едва не выкрикнул.

Осетр поднял руку:

– Спокойнее, генерал, спокойнее… Я вовсе не собираюсь ввергать империю в гражданскую войну. И не собираюсь сказываться больным. Вы правы, Всеволод Андреич, это не лучший выход из ситуации. – Осетр хитро улыбнулся. – Мы поступим совершенно иначе. Во время моего отсутствия империей будете управлять вы.

У князя Засекина-Сонцева отвалилась челюсть.

– Как это? Вы хотите назначить меня регентом? Да это же неизбежно вызовет кучу вопросов. И неизбежный взрыв недовольства в стране!

– Нет, генерал. – Осетр вернулся за стол и сел. – Никаких регентов при дееспособном императоре быть не может. О том, что вы управляете страной, будут знать только самые близкие люди.

– Но ваше отсутствие…

– Моего отсутствия не будет. – Осетр хлопнул ладонью по столу и снова хитро улыбнулся. – Во-первых, мы еще больше сократим количество встреч и приемов. А пару заседаний Совета безопасности прекрасно сможете провести и вы. Вы не хуже меня осведомлены о всех принципах внутренней и внешней политики на современном этапе.

– Но вас же в столице не будет! Как мы все-таки объясним отсутствие императора? Одно дело, когда улетел в Пятипланетье регент, и совсем другое, когда столицу по неизвестной причине покинул император. Это же не на Кресты слетать в целях борьбы с ностальгией. Отсутствие императора в течение трех-четырех дней скрыть не трудно. Но одному богу известно, сколько продлится вояж на территорию Ордена. И чем он вообще закончится…

– Я буду тут, рядом с вами. Просто мою роль будет исполнять симулякр.

У Деда снова отвалилась челюсть.

– Но, ваше императорское величество… Симулякры используются в оперативной работе для сугубо вспомогательных целей. Если надо в бою отвлечь внимание, скажем. Да и то ненадолго, ибо противник, если он вооружен нужной аппаратурой, всегда способен быстро распознать подмену. Но подменить симулякром действующего императора! Это ж… Это ж… – Засекин-Сонцев так и не нашел подходящего слова.

– А вы, в принципе, знакомы с новыми разработками института информационных технологий?

Железный Генерал кивнул:

– Конечно. У академика Позднякова имеются определенные достижения в своей области, но они не настолько выдающие, чтобы симулякром можно было заместить императора.

– И тем не менее, на мой взгляд, их вполне хватит для достижения наших целей. И если вы подумаете, то сами со мной согласитесь.

– Слушаюсь, ваше императорское величество.

Железный Генерал вновь кивнул. Однако по его физиономии вовсе не было заметно, что он согласен с императором.

И он снова прибегнул к «магеллановым облакам».

Осетр привычно изобразил готовность к внушению.

– Слушай сюда, мой мальчик! – сказал Дед. – Ты не будешь участвовать в спасении своей матери. Не императорское это дело. Тебе надо руководить державой.

Дальше он должен был сказать: «А теперь ты забудешь все, что я тебе сейчас говорю!» – и в новой ситуации Осетру непременно придется поинтересоваться, с какой стати Железный Генерал произнес такие слова. После чего разговор примет совершенно нежелательный оборот, поскольку Деду окажется слишком сложно объяснить непроизнесенное пока окончание приказа.

Помнится, в случае с Милорадовичем Осетру самому пришлось подбирать слова… Сейчас же все еще исправимо.

Поэтому Осетр резко оборвал собеседника:

– Извините, господин Засекин-Сонцев, но я буду участвовать в спасении моей матери! И вообще, по какому праву вы тут распоряжаетесь? Не забывайтесь, советник! Я – император росский!

Надо отдать должное генералу – в третий раз челюсть у него отвалилась лишь на мгновение.

Потом он сообразил, что внушение не состоялось, и сразу отыграл назад:

– Прошу прощения за дерзость, ваше императорское величество! – виновато сказал он. – Я очень беспокоюсь за вашу безопасность, потому и позволил себе подобный тон. Еще раз простите!

Критической ситуации, способной привести к резкой перемене отношений между ними, удалось избежать, и император немедленно последовал примеру своего советника.

– Мне понятны ваши намерения, Всеволод Андреич. – Осетр мягко улыбнулся. – Извините и вы меня за резкость!

Расшаркивания завершились. Железному Генералу еще предстояло до конца осознать, что отныне император не будет больше безвольно и не задумываясь следовать его приказам, но осознание сие произошло уже за пределами императорского рабочего кабинета.

А Осетр связался с графом Охлябининым и отдал ему приказ немедленно заняться поисками генетического кода Елены Шуваловой.

Глава тридцать третья

Если решение принято, его надо выполнять. В особенности, если это решение императора…

И государственная машина Росской империи в тайном режиме принялась реализовывать задуманное правителем.

Институт информационных технологий академика Позднякова получил секретное задание – срочно создать симулякр с внешностью Осетра, способный имитировать участие человека-модели в простейших жизненных ситуациях. Поскольку ситуации эти были донельзя примитивными – проснуться утром, встать с постели, изобразить прием пищи, пройти в рабочий кабинет, посетить туалет, вернуться в спальню ближе к ночи, – то ИИТ справился с поставленной задачей в течение двух дней. Академик Поздняков, правда, честно предупредил императора, что парикмахера, бреющего его величеству бороду, обмануть с помощью симулякра не удастся.

И Осетр тут же принялся отпускать бороду, на сей раз настоящую. С помощью катализатора волосяной активности это было не трудно…

На третий день симулякра тайно доставили во дворец, перевели в рабочий режим и продемонстрировали заказчику.

Осетр остался вполне доволен – посторонние люди вряд ли могли догадаться, что перед ними не живой человек. Близкие, правда, разобрались бы в подделке достаточно быстро, но им сообщили, что у главы государства появилась новая прихоть – он хочет проверить, способен ли обходиться без слуг.

В конце концов, в жизни все надо уметь – особенно, если вдруг начнется война и императору придется оказаться в непривычных условиях…

Слуги лишь порадовались выпавшему на их долю неожиданному отпуску.

Обычно прихоти правителей только усложняли им жизнь, а тут такое везение… Заодно его величество убедится, что работа слуг жизненно необходима. Может, даже даст мажордому указание увеличить дворцовому персоналу денежное содержание… Почему бы и нет?

Всем остальным росичам средства массовой информации сообщили, что, в связи с чрезвычайной загруженностью, вслед за отменой балов император вынужден резко сократить и личные встречи с поданными.

Удивления новость не вызвала и слухов не породила. О решении сообщалось с сочувствием – журналисты прекрасно понимали правителя своей страны.

Затем был срочно призван в реальную жизнь несуществующий прежде майор РОСОГБАК Остромир Любавин. Если сбрить бороду, весьма похожий на правителя страны… Но ведь «росомахам» – как и флотским офицерам – носить растительность на физиономии не возбраняется. Особенно, если они выполняют секретное задание государственной важности. А Любавину предстояло выполнить именно такое задание – ему даже приготовили особый мандат за подписью лично премьер-министра с указанием всем должностным лицам неукоснительно помогать майору во всех его действиях на территории империи.

В общем, с этой стороны «заячья охота» была подготовлена совершенно скрупулезно.

Реализовать другую часть предстоящей операции и вовсе не было проблем. Адмиралу Приднепровскому отдали приказ готовиться к секретному заданию, в выполнении которого должен принять участие фрегат «Святой Георгий Победоносец». Суть задания будет доведена до экипажа боевого корабля в надлежащее время.

У любого офицера подобный приказ не должен был вызвать ни малейшего удивления.

Найдена Барбышева на сей раз Осетр брать с собой не стал – пора мальчику обходиться без няньки-эвакуатора.

К тому же личному секретарю не должно покидать правителя даже в то время, когда император решил обходиться без слуг. В конце концов, личный секретарь – не слуга, а гораздо более важная фигура…

Найден, правда, по обыкновению, пытался возражать против подобной беспечности росского правителя, но был немедленно поставлен на место.

Этот разговор состоялся за несколько дней до отлета, в дворцовом спортивном зале, когда они в очередной раз потренировали друг друга и, обливающиеся путом, бессильно свалились на маты.

– Все-таки жениться тебе нужно, твое величество, – сказал Найден, с трудом переводя дыхание. – Тогда ты наконец прекратишь бегать по бабам и перестанешь кидаться в авантюры.

«Убью гада!» – привычно подумал Осетр, прежде всего отреагировав на слово «бабы». Но потом до него дошло и остальное.

– Послушай, ты, бывший эвакуатор, – сказал он. – Это не авантюра! Ты пойми! Я всего-навсего спасаю свою мать. Ты пойми! Много лет назад она пожертвовала собой, чтобы спасти от смерти меня. Почти всю свою жизнь я считал ее погибшей. И теперь, когда выяснилось, что это не так, я просто не могу поступить иначе. Я не имею права поступать иначе. Ты пойми! – Осетр перевернулся и лег на живот. – Для Засекина-Сонцева интересы империи – прежде всего. Я тоже соблюдаю свой долг перед империей, но у каждого из нас есть другой, не менее важный долг, долг перед теми, кто нас родил. И если появляется возможность исполнить этот долг, я его исполню. Как бы тут некоторым не хотелось совершенно иного!

– Ты не прав, твое величество! – тут же отозвался Найден. – Я ничего не имею против твоего долга. Но у меня есть свой долг перед империей. А ты не даешь мне его исполнять. Возьми меня с собой!

– Отпусти меня, Емелюшка, я тебе пригожусь! – Осетр фыркнул. – Ладно, объясняю для особо тупых. Ты нужен здесь не только для того, чтобы замаскировать отсутствие императора. Я хочу дать тебе еще одно очень важное поручение. Дело в том, что у меня возникли некоторые подозрения, о которых подробно я тебе рассказывать не стану. Как известно, меньше знаешь, лучше спишь… Просто нужно будет последить, как в мое отсутствие станут себя вести Засекин-Сонцев и Охлябинин.

Найден немедленно поднялся с мата:

– Просто последить?

Похоже, он даже не удивился.

– Да, именно просто последить. Никаких активных действий! Для «росомахи» – не слишком сложное задание, не так ли?

– Так. – Найден подошел к императору и сел рядом. – Будет исполнено, твое величество! Отправляйся в полет спокойно!

– Вот и хорошо… А что касается женитьбы, – Осетр усмехнулся, – мое от меня не уйдет. К сожалению, императоры женятся не на тех, кого любят, а на тех, на ком выгодно державе. И я помню об этом своем долге. Но сначала необходимо отдать совсем иные долги.

В оставшиеся до отлета дни секретарь к императору с прежними глупостями больше не приставал.

Оставалось поговорить с Яной.

Они встретились в очередной гостинице. Расплатились с портье, сели в лифт, поднялись на нужный этаж, заперлись, разделись…

Молоко из грудей княгини уже не сочилось – наверное, она прекратила кормить ребенка. Но любовь на сей раз получилась какой-то судорожной, торопливой.

Как будто в номере, кроме двоих, присутствовал кто-то третий, незримый и неслышный, но требующий определенного внимания к своей персоне и оттого мешающий каждому желанию и каждому движению… Ржавый болт ему в котловину!

Оставалось еще целых полчаса до сигнала, который должен был подать Найден, когда Яна переползла через Осетра, выбралась из постели и взялась за раскиданную по полу одежду.

И Осетр решился.

– Знаешь, Яночка, – сказал он, сдержав дрожь, попытавшуюся проникнуть в голос, – какое-то время мы не сможем встречаться.

Она замерла. Даже дышать, кажется, перестала. Потом снова ухватилась за свои тряпки.

Словно стремилась с их помощью занять оборону в бою с неизбежностью…

– Разлюбил, что ли? – прохрипела она и откашлялась.

– Я тебя никогда не разлюблю!– воскликнул Осетр, садясь на постели и прикрывшись простыней.

Будто тоже попытался защититься.

– Я тебя никогда не разлюблю, девочка моя! Просто нашим встречам сейчас помешают проклятые дела.

Как же фальшиво это прозвучало!

Но не говорить же, что он покидает Новый Санкт-Петербург. А симулякра вместо себя в постель к любимой не подсунешь. Даже имейся у того все необходимые мужицкие причиндалы, она бы все равно почувствовала подмену. У них, женщин, такое чутье на уровне инстинкта…

– Хорошо, ваше императорское величество. – Голос стал безучастным. – Как скажете…

Осетр скинул простыню, поднялся с постели, подошел и взял Яну за плечи. Встряхнул осторожно.

– Не выдумывай, пожалуйста! Я вовсе не собираюсь бросить тебя! Тут чисто государственные проблемы.

Руки ее висели как плети.

– Рано или поздно тебе все равно придется меня бросить, – горько усмехнулась она. – Невозможно всю жизнь бегать с любовницей по гостиницам. Да и жениться придется – короне потребуется наследник.

Дьявол, сговорились они с Найденом!..

– Перестань! – Он снова легонько тряхнул ее. – Не говори так! Женитьба для императора – не личная жизнь, это просто политическое действие.

Она покивала:

– А наши встречи – тоже политическое действие? – Она опустила голову. – Боже мой, я уже ненавижу твою будущую жену.

– Прекрати! – Ему захотелось ударить ее. – Прекрати немедленно!

– Не кричите на меня, ваше императорское величество! – Она отстранилась и снова начала одеваться.

И тогда он встал перед нею на колени:

– Хочешь верь, хочешь не верь, Яночка… Но я никогда не откажусь от тебя!

Он и в самом деле был сейчас уверен в своих словах. И ему было глубоко наплевать на то, что жизнь меняется и люди порой расходятся…

Она хотела ответить и даже открыла рот. Но промолчала. Тогда и он принялся одеваться.

А что оставалось?..

Расстались они у входа в гостиницу, словно чужие.

Яна ушла не оглядываясь, и Осетр смотрел ей вслед, пока она не свернула за угол. Будто и в самом деле ушла из его жизни…

А когда он уселся в кабину глайдера, Найден сказал:

– Жаль мне тебя, твое величество!

Ответных слов у Осетра не нашлось.