Текст книги "Начало пути"

Автор книги: Николай Марчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Видимо все-таки в УАЗике был сканер частот, и мой выход в эфир был замечен. Бандосы, что еще секунду назад, расслабленно стояли возле шлагбаума, обернулись назад к машине, а потом как по сигналу бросились в разные стороны. Один тут же упал как подкошенный, а второй успел зайцем заскочить в овраг справа от машины. Сбежал тот, что был помоложе и пошустрее.

– Гони вперед! – крикнул Грише.

– Бей по «Уазику», – закричал я в рацию, – он не должен уехать и рацию лучше бы тоже заткнуть! Мелкий, бей из СКСа по их машине! – отдаю я приказ младшему Сиротину. – Стреляй без остановки!

Сам высунул в окно ствол автомата и открыл огонь по вражеской машине и тому месту, где последний раз видел бандита. Бил короткими очередями по два – три выстрела.

– Забирай вправо, – приказал Грише. – Готовься, сейчас притормозишь, я выпрыгну. А сам проедь вперед метров сто, чтобы ты контролировал правый борт их машины. Тебе длинный автомат, мне короткий. Тормози! – крикнул я.

Машина резко встала, я открыл дверцу и вывалился наружу. Понеслась!

Встал на одно колено, выпустил половину магазина одной очередью, прошив борт «буханки» по всей длине. И тут же короткая перебежка к ближайшему укрытию – небольшой складке, похожей на могильный холмик. Плюхнулся за ней, добил остатки магазина в «буханку», перезарядился.

Высунулся, огляделся. «Нива» остановилась возле какой-то ямки, из которой уже торчал ствол «ксюхи». Гриня бил короткими очередями, дырявя борт «УАЗика», со стороны дороги доносилось буханье СКС, лобовое стекло взрывалось облачками крошева, когда пули попадали в него, видимо младший Сиротин решил, что радиостанция где-то в приборной доске, поэтому он целенаправленно расстреливал морду машины.

– «Тигр» выцеливай того, что нырнул в овраг, ему оттуда деться некуда, – отдал я короткий приказ в микрофон рации. Надеюсь, что Валентина догадалась, что это ей, а то перед боем совершенно забыл обозвать всех участников хоть какими-нибудь позывными, не называть же их в эфире настоящими именами.

– Эй, – крикнул я Грише, – бей туда, – указал я рукой на кусты, которые окружали овражек, где спрятался вражина.

Мля, ну так совсем не годиться, не бой, балаган какой-то! Увидев, что Гриша меня понял, подскочил на ноги и быстро побежал к оврагу, на ходу выпустил несколько коротких очередей, а перед кустами, вновь плюхнулся на землю возле небольшой россыпи камней. Обернулся в сторону Гриши и показал ему руками крест – «мол, харе, стрелять»! Закинул автомат за спину, сменив его на пистолет. Подобрал камень по увесистей и тут же закинул его в овраг, следом полетел еще один.

– Гранаты! – крикнул я, во все горло. – Берегись! – и тут же вломился в кусты, проламывая их весом своего тела.

Пролетев через кусты, съехал на дно оврага, прижался к его склону. В нескольких метрах от меня валялся, свернувшись калачиком человек в «горке». Руками он прикрывал голову, а его автомат валялся далеко в стороне.

– Не шевелись, – строго приказал я. – Руки убери от башки и подними их вверх! – тут же отдал я следующий приказ.

Кажется, паренек меня не услышал, то ли был убит, то ли контужен. Подскочил к нему, нет, жив, только не в себе от страха. Коротко размахнувшись, засадил ему крюк в голову, чтобы взбодрить, перевернул на живот, еще раз двинул по почкам, заломил одну руку, потом вторую. Перетянул запястья веревкой, потом тоже сделал с ногами, и уже дежурно накинул петлю на шею, соединив один конец с ногами. И только после этого обыскал. Нож, какая-то мелочь из карманов. Пистолета нет. РПС с подсумками расстегнул и отбросил в сторону. Заткнул рот кляпом, потом немного подумал и кляп вытащил, а то еще начнет блевать и задохнется. Трофейный автомат – близнец того, что был у меня, закинут за спину, теперь там висело два АК-74М.

– Всем! – произнес я в рацию, – вылезаю из оврага. Прекратите огонь.

Осторожно высунулся с противоположной стороны оврага, присел на корточки, а потом, низко пригибаясь, пробежал тот десяток метров, что отделял меня от «УАЗика». Резко рванул дверь на себя и тут же метнулся в сторону.

Тихо.

Заглянул внутрь салона, там никого не было, лишь несколько коробок, да ворох брезента, а еще сильно пахло спиртным от лужи на полу. Рации тоже не было. Подошел к палатке, брезентовые стенки прошиты пулями в нескольких местах навылет. Внутри никого, только РПК под 7,62, стоящий на сошках, несколько запасных бубнов и шесть тубусов разовых гранатометов. Охренеть, вот было бы весело, если от случайной пули сдетонировал гранатомет.

Сука! Вот тебе и взяли кордон с налет! Идиоты!

Значит, третий где-то прячется или еще хуже сидит сейчас на замаскированной позиции и рассматривает меня в прицел пулемета. Подумав об этом, тут же юркнул обратно в овраг.

– Всем, внимание!!! В машине никого нет, – приказал я в динамик рации. – Смотрите в оба, где-то должен быть еще один!

Подполз к пленнику, вроде он пришел в себя, смотрит осознанно, хоть глаза и расширены от страха, а кожа на лице белее снега, и выпачкана в блевотине. Значит, правильно сделал, что кляп вытащил, а то он уже остывал бы. Ну, что ж приступим к экстренному допросу…

– Где третий? Тот, что с рацией? – спросил я у пленника, приставив ему к горлу его же нож.

– Он на «секрете» сидел. Там, метрах в ста есть лежка, – парень кивнул куда-то в сторону.

– А ну пошли, покажешь, – я распутал ему ноги, и, придерживая за локоток, потащил наверх. – Где?

Паренек осмотрелся вокруг, и указал головой в сторону, чуть левее дороги, там возвышался небольшой холмик.

– На холмике, что ли? – уточнил я.

– Ага, там с другой стороны овраги, он по ним, скорее всего и ушел.

– А что у него из оружия?

– Стечкин был и рация, а еще и шашки тротиловые.

– А тротил зачем?

– Хотели взрывами расширить овраг и оборудовать землянку.

– Понятно, – произнес я, а потом скинул паренька обратно в обрыв. – Лежи там и даже не вздумай шелохнуться или перднуть. Пристрелю на фиг.

– «ГАЗон» ко мне, – приказал я в динамик рации. – Остальным оставаться на своих местах.

Спустился на дно обрыва, подобрал подсумки пленника, забрал полные магазины себе, а свои пустые засунул в его подсумки.

– Слышь, покойник, как думаешь, третий еще там или уже бежит к Бугру?

– Бежит к Бугру, – тут же отозвался пленник, голос его звучал глухо, парень говорил, уткнувшись лицом в песок. – Трусоват он, да и чего ему воевать в одиночку.

– А ты, что смелый? – спросил я.

– Нет, не смелый, я впервые в такую передрягу попал, вот, и растерялся.

– А когда людей мучил и насиловал не терялся? – с неприкрытой злостью спросил я.

– Я никого не насиловал и не пытал. У любого спроси! – огрызнулся мелкий. – Там есть, кому насиловать, Бугор и еще парочка его подручных – психи конченые, они там всем заправляют.

– А ты значит, белый и пушистый?

– Пусть не пушистый, но людской крови на мне нет.

– А чего ж ты с этими нелюдями связался? Не противно?

– Противно, а что делать, куда поставили, там и стою. Конечно, надо было сбежать, но одному, пешком в тайге страшно, да и не был я никогда в таком лесу. А если угнать машину, то догонят и стану я тогда для них очередным «мясом», еще и всю жопу разорвут на немецкий крест. Бугор – реально, пидар с мазохистскими наклонностями.

– Подожди, я чего-то не понял, ты вроде с ними, а вроде и не с ними. Это как?

– Брат мой, меня сюда пристроил. В смысле в этот мир, а у него с Бугром какие-то делишки, вот и попал я в эту банду. Вначале в Сосновске тусовался, но там Ковбой, видать забоялся конкуренции с моей стороны, вот и сослали сюда.

– А чего ж брат не заступился?

– Брат говорит временно. Предстояло какое-то глобальное дело, и нужны будут люди для управления производством в будущем, а я вроде как менеджер по образованию. Вот и терпел этих уродов, мне говорили, что через пару недель, захватят поселок с лесопилкой, и звери Бугра, вернуться обратно в леса, а я и еще парочка таких же, останутся управлять и налаживать процесс производства.

– А чего же ты, такая важная шишка, в простые охранники попал и с автоматом жопу на холоде морозишь? – задал я очередной вопрос.

– Лучше, здесь весь день сидеть на свежем воздухе, чем в поселке слушать крики о помощи. Бугор, в последнее время совсем с катушек съехал, в открытую уже людей мучает. Раньше в лес уводил и там тайком забавлялся, а теперь ему зрители нужны.

– Хочешь выжить?

– Хочу.

– Если нам поможешь, я тебя отпущу. Договорились?

– А что делать надо?

– Позже узнаешь, – ответил я, заметив подъезжающий «ГАЗон».

      Вылез из оврага, навстречу машине. Махнул рукой, мол вылезайте, безопасно.

***

– В общем, был у них еще и третий, он сидел вон на той сопке с рацией. Рация, скорее всего, была со сканером, они наши переговоры и засекли. Он предупредил этих, – я указал на труп мужика, которого Валентина застрелила первым, у него на жилете висела рация. – Сейчас, этот третий уже бежит в лагерь, чтобы предупредить об опасности или, добежит до того места откуда сможет гарантированно выйти на связь со своими подельниками и оттуда их предупредит. Отсюда до их лагеря около восьми – десяти километров, «портативка» на такой дистанции не достанет, так, что ему все равно надо бежать к своим. Какие будут предложения? – спросил я у четы Сиротиных.

– Пустить по следу Смерту и догнать гада, – тут же отозвался Иван.

– У него фора в пару километров, – а скорость бега собаки равна скорости бега человека которого она тянет на поводке. Так, что не успеем, – отрезал я. – Тем более, кажется сейчас дождь начнется.

– Глупость сморозил, – задумчиво произнесла Валя. – Смерта сама побежит, зачем ей поводок? Нужна, какая-нибудь вещь третьего и указать по какой тропе, он отсюда уходил. А слабый дождик след не смоет.

– Сделаем, – отрапортовал я. Тут же сунулся обратно в овраг, вытащил на свет божий пленника и озадачил его.

Пленник показал на куртку, что лежала на водительском сидении «УАЗика», а потом на едва заметную тропку, ведущую к недалекому холмику.

Валентина в два счета дала обнюхать куртку своей псине, а потом, что-то яростно прошептала ей на ухо, да еще и хлопнула на прощание по холке. Собака, пригнув голову к земле, немного покрутилась на месте, а потом побежала в сторону холма, двигалась четко по тропинке, со стороны это было похоже на самонаводящуюся ракету, которая захватила цель и теперь летела к ней, чтобы уничтожить.

– Дальше то, что? – спросил Иван. – Тут остаемся или поедем дальше в наш поселок?

– Как думаешь, что сделает Бугор, когда узнает о нападении на кордон и неудачном захвате нас? – спросил я у пленника.

– Убьет всех пленных, соберет оставшихся боевиков, загрузиться на машины и поедет уничтожать лесопилку. Заказ то он взял, деньги и оружие ему привезли. Меня, считай, тоже не стало, так что у него выход один – выполнять заказ.

– А кто нас заказал? – спросил Иван.

– Вас конкретно никто не заказывал, это уже инициатива Ковбоя и Бугра, а вот уничтожение лесопилки и захват строящегося поселка заказали из Новой Москвы. И то, лесопилку, может, и не будут сжигать, я ж подробностей не знаю. Возможно, сожгут пару домов, а всех кого захватят в рабство, чтобы работали на этой же лесопилки. В Новой Москве, да и в остальных поселениях, стройка идет полным ходом, строительный лес везде нужен. А сколько его гонят в тот мир? Так, что захват большого числа работяг и полезного оборудование – дело выгодное. Конечно, никто Бугру не доверит никакого управления, не тот это человек, а вот захватить поселение – это как раз для него. Но не зря же, к нему вчера приехали какие-то спецы из Новой Москвы на двух «крузаках», видать будут его контролировать.

– И много этих самых спецов? – настороженно спросил я. – А что за оружие ему подвезли?

– Четыре человека. Привезли «Шмели», «Олени» какие-то, и пулеметы, – быстро ответил пленник.

– Может «Аглени»? – переспросил я у парня, имея в виду РПГ-26.

– Может и «Аглени», – не стал спорить тот, – я в этом не разбираюсь, что услышал, то и сказал.

– И, что теперь делать? – с тревогой в голосе спросил Иван. – Гранатометы и огнеметы – это очень хреново! С опушки леса отстреляются, пожгут там все на фиг и уйдут своей дорогой.

– Вот и я о том же, – задумчиво произнес я. – Есть одна идея. Рискованная! – сразу уточнил я.

– Говори, пока все твои идеи были рискованные, но выполнимые, – поторопил меня Сиротин. – Даст бог, и дальше так вести будет!

– План следующий: Я, Гриша и Валентина на бронированном «Соболе», едем в логово бандосов. Если я правильно представляю расположение их поселка, то можно подкрасться к ним расстояние гарантированного попадания из гранатомета. Отстреливаемся из трофейных граников, что лежат в палатке и валим обратно. Сожжем их транспорт, чтобы обездвижить их. За руль бронеавтомобиля посадим пленного. Если повезет, то можем ликвидировать весь их арсенал, скорее всего все лежит в багажниках «Тойот». Ну, а Иван с остальными на «ГАЗоне» чешут во все лопатки к своим, в «Энергию». Поднимаете всех на уши и бегом к нам на подмогу! Сделаем все как надо, встретимся где-то посередине между этим местом и «Энергией».

– Вместо Валентины пойду я, – тут же высказался Сиротин старший.

– Нет, – хором отрезали мы с Валей.

– Ты должен сохранить детей, – отрезала жена Ивана.

– Если тебя ранят, не дай бог, то хрен я такого бугая в одиночку вытащу, тем более, что ты пока однорукий, – подпел я. – И вообще, давайте быстрее принимать решение, а то мы так не успеем до темноты, – поторопил я Сиротиных с ответом.

Иван покраснел от негодования, но ничего не сказал, а Валентина уже вызвала по рации остальных. Пока Сиротины перегружали детей из одной машины в другую, да еще и скарб перекидывали, вместе с щенками и собаками. Я внимательно рассмотрел содержимое палатки и расстрелянной «буханки». Если считать с тем, что было на убитом и плененном бандитах, из трофеев нам досталось: два новеньких АК-74М, одна портативная рация, двадцать набитых патронами автоматных магазинов, один ПМ, три пистолетных магазина, две гранты РГН, ручной пулемет Калашникова калибра 7,62 с четырьмя запасными «барабанами» на 75 патронов каждый, шесть разовых гранатометов РПГ-26. Еще нашел четыре запасных магазина к пистолету Стечкина, деревянную кобуру – приклад к нему же, цинк патронов 5,45/39 7Н6М, несколько пачек пистолетных патронов 9/18ППО, хороший бинокль, несколько спальников, два блока сигарет и два ИПП немецкого производства. Была еще коробка с консервами, водкой и еще какой-то провизией, но «снайперский» огонь Витька из СКС, все это уничтожил, досталось и спальникам, но в отличие от разбитых бутылок водки, их можно было зашить и отстирать.

Убитого бандоса замотали в палатку и засунули в кузов «буханки», предварительно я снял с него сбрую и обувь. При этом Сиротины смотрели на меня как на вурдалака, особенно когда я стягивал с мертвеца, отличнейшие ботинки рыжего цвета, на которых, судя по состоянию подошвы, их хозяин вышел на улицы первый и последний раз в жизни. Если Сиротины такие брезгливые, то значит я один буду форсить в трофейных ботинках!

Пленника посадили за руль, руки и ноги, ему развязал. В водительском кресле его зафиксировали ремнем безопасности, защелку которого, замотали изолентой, чтобы нельзя было быстро отстегнуть ремень. Еще одной веревкой, я его перехватил в районе пояса, затянув так, чтобы парень мог только слегка ерзать в кресле, ну, и уже дежурно, накинул ему петлю на шею, зафиксировав второй конец за подголовник, петля была не самозатягивающая, всего лишь кольца наподобие ошейника.

Второе переднее сиденье открутили и сняли, чтобы не мешало. Я, Валя и Гриша, разместились в салоне. На всякий случай, я вышел в эфир и несколько раз громко кричал и сокрушался по поводу того, что пленник сбежал на нашем «Соболе» и мы никак не смогли его догнать, и вот теперь, придется удирать отсюда как можно скорее обратно в Сосновск. Помогло это или нет, не знаю, может кто-то из бандосов слушал нашу волну, а может и все мои потуги не имели никакого смысла.

Распрощались с остальными Сиротиными и укатили вдоль по грунтовке. Иван с остальными членами семьи уехал в другую сторону. На перекрестке остался сиротливо осевший на пробитых скатах «уазик». «Нивы» Витек отогнал в сторону и спрятал за одним из холмов, с дороги их не видно, может они и дождутся нас.

Проезжая мимо того холмика, где прятался радист, остановились, и быстренько сбегал, чтобы осмотреться на месте. Надеялся, что третий, в панике бросил рацию. Фиг тебе, а не рация. Нашел только кусок брезента на котором было разложено десятка два толовых шашек весом по четыреста грамм каждая. Брать их с собой не стал, так как взрывателей рядом не было. Свернул шашки в брезент, и затолкал в ближайшие кусты. Еще заметил множество собачьих следов на песке. Значит Смерта верно идет по следу.

– Звать то тебя как? – спросил я у пленника, когда вернулся обратно в машину.

– Илья.

– А в этот мир тебя брат «за что» пристроил? – спросил я.

– Можно я не буду отвечать?

– Нельзя.

– ДТП устроил со смертельным исходом. А брат хоть и адвокат, но никак не получалось на «условку» перевести. Слишком уж большой общественный резонанс получился.

– А чего за границу не свалил?

– Да, блин, загранпаспорт куда-то делся. Так бы, я, конечно, лучше в теплые страны укатил, деньги то у семьи есть, к мамке в Италию можно было бы. Но, ничего, годик – другой здесь перетусуюсь, да и вернусь обратно, Леха, говорит, что к тому времени все уляжется, он сделает мне новый паспорт и я смогу вернуться.

– Ты, собираешься, вернуться назад? – недоуменно, переспросил я.

– Да, а что? – удивился паренек.

– Нет, ничего, – тут же отозвался я, показав глазами, что Сиротины молчали, как рыбы об лед. Судя по открывшему рот Грише, он как раз собирался прокомментировать слова Ильи.

– А у тебя брательник, случаем не на «Тахо» ездит, а? И звать его не Алексей Викторович, тридцати трех лет отроду, но выглядит на двадцать?

– Он самый, – подтвердил Илья. – А вы его знаете?

– Знаю, – подтвердил я, поняв, кого мне напоминает этот паренек, адвоката, который был связан с Ольгой, устроившей меня в этот мир. – Вот только не рад я этому знакомству, ой как не рад.

– Почему? – переспросил Илья.

– По кочану! – передразнил я. – Если все закончиться благополучно, то я тебе расскажу. А жизнь твоя теперь вдвойне ценнее. Так, что гляди в оба и помогай нам из-за всех сил, тебе это в первую очередь выгодно.

– Странно! – удивился парень. – Вы бы хоть намекнули.

– Если коротко, то думается мне, что твой брательник смерти твой хочет. И пропажа твоего загранпаспорта – его рук дело. Но, это так, мысли вслух, выживем, я тебе кое-что интересное расскажу про этот мир и про брата твоего, и даже про то, как я сюда попал. До вашего гадюшника далеко? – перевел я разговор в деловое русло.

– Нет, минут двадцать и будет видно поселок, – задумчиво ответил Илья.

– Так, дорогие мои, – обратился я к Валентине и Грише, – нам надо срочно придумать позывные, а то во время переговоров по рации, называть друг друга настоящими именами, это сущее неподобство. Ты, – ткнул я пальцем в сторону Гриши, – будешь Асланом. Ну, а вы Валентина батьковна, будете – Магомед, можно сокращенно – Мага, ну, а меня, зовите Русланом, – закончил я.

– А почему так? – подозрительно посмотрел на меня Гриша.

– Военная хитрость, – лаконично ответил я.

– Не, ну, а чо сразу чуркистанские клички брать? Нельзя что ли нормальные позывные выбрать? Злой, Свирепый, Резкий – чем тебе такие имена плохи? – обиженно спросил Гриша.

– Всем, – отрезал я. – К примеру, резким бывает еще и понос. Не спорь с командиром.

– Точно! Это все из-за мамкиного наследства. От сука! – неожиданно выдал, молчавший до этого Илья.

– Ты это о чем? – тут же спросил я.

– О брате. Ему выгодна моя смерть, потому что тогда все мамкино наследство достанется ему одному.

– Что сильно богатая у вас родительница? – поинтересовался я.

– Ей от её итальянского хахаля, достался дом и квартира, ну и на счетах, что-то около двухсот тысяч евро. А если дом продать, то, в общей сумме «лям евриков» наберется.

– Шикарно! Илюха, ты не бзди, поможешь нам это осиное гнездо выжечь, и мы твоего брата заставим раскошелиться на твою долю, еще до того, как придется делить наследство вашей маменьки. Связи в старом мире есть!

«Соболь» перевалил через небольшую сопку и перед нами открылся шикарный вид на несколько километров вперед. Дорога петляла змеей по склону вниз, огибая островки густых кустов, и небольших корявых деревьев, а где-то там внизу, блестела лента широкого ручья, на противоположном берегу ручья угадывалась полоса вырубки леса, среди которой стояло несколько модульных домиков, вагончиков на колесах и деревянных сараев с навесами. Взглянув в бинокль, я даже заметил разномастные машины, спрятанные среди деревьев. До цели оставалось чуть больше километра.

– Илья, давай, по медленней, мне надо подумать, – приказал я. Потом передал бинокль Валентине: – Что скажешь?

Женщина всматривалась несколько минут, потом машина резко затормозила и мы все повалились на пол. Первым делом я схватился за пистолет, почуяв неладное.

– Извиняюсь, – прохрипел Илья. Удавка на шее резко натянулась, едва не задушив его. – Тут полно карстовых расщелин и вымоин. Чуть в одну не угодили.

Выглянув, я убедился, что парень не врет. Действительно чем ниже по склону мы спускались, тем четче было видно, что многочисленные ручьи, образовавшиеся при таянье снега, стекали к речушке, проделывая в земле глубокие трещины и овраги.

– Давай еще метров пятьсот вперед, и когда я скажу – притормози. Значит, так, слушаем меня сюда, братцы – кролики, – обратился я к своим бойцам: – Как только скажу, Валентина десантируешься через заднюю дверь и тут же в сторону, там заросли кустов, уйдешь по ним и займешь позицию. Спустимся ниже, я тоже выпрыгну, но поближе, мне все-таки из гранатометов работать. Ну, а вы спускаетесь вниз как можно медленнее, и где-то вон там, – я указал на большую поляну в низине, метрах в пятидесяти от ручья отделявшего нас от поселения. – Разворачиваетесь, и ты Гриша начинаешь работать из «ручника» по поселку. Твоя цель – морды машин и добротные домики, по сараям не работая, там, скорее всего пленники. Отдельных людей не выцеливай, на ходу, да еще с такого расстояния все равно не попадешь, разве, что только случайно. Деревянные сараи не трогай, там содержать пленных, – еще раз напомнил я. – Валя, а вот твоя цель, как раз отдельные личности при оружии. На обратном пути, заберете Валю. Подниметесь наверх, перевалите через бугор и ждите меня.

– А почему тебя сразу забрать нельзя? – спросил Гриша.

– Я элементарно не успею отстреляться и вернуться к дороге, тем более, что ваш отход надо будет прикрыть. За меня не беспокойся, если, что я уйду огородами, вернусь к тому месту, где запрятаны «Нивы» и свалю. Если связи со мной не будет, значит, ждете минут двадцать и уезжаете. Ну, если, что-то пойдет не так, и будет погоня, то валите сразу, как только подберете Валю. И без лишнего геройства мне, ибо и мне не поможете и сами угробитесь.

– А пленных, разве не попробуем освободить? – задал очередной вопрос Гриша.

– Нет, – отрезал я. – Если выживут, значит выживут. Повезет, вызволим их на волю. Ну, а не повезет, значит не судьба. Наша задача, лишить противника транспортных средств и отбить желание к вылазкам и задержать их здесь до прихода нашей подмоги. Ну, а там как получиться, грешное это дело, загадывать заранее. Больше никаких вопросов!

«Аглень» весит почти три килограмма, у меня их шесть, итого восемнадцать кило. За спиной автомат со спаренным магазином, в подсумках еще десять магазинов, пистолет, к нему запасные магазины, два ножа, две гранаты, рация, фонарик, ИПП. Нагрузился, как ишак. Вот только шлема на голове не хватало. Сейчас, я бы с радостью разменял два РПГ на один старенький СШ-68. Шлем – это очень важно, ибо даже, небольшой камешек, отскочивший от попадания пули, попадая в висок, гарантированно выводит из строя даже самого опытного и подготовленного бойца. О пулях и осколков от разрывов гранат, говорить не стоит, от них к сожаленью никакой шлем не спасет, даже кепка от них не спасает, пусть даже и модного «тактического» пошива, если кто не знает, это когда у кепке спереди пришита «липучка», для быстрого крепления эмблемы.

Валентина выпрыгнула легко и сноровисто, тут же отпрыгнула в кусты и скрылась из виду, помимо «тигра», она взяла себе и «ксюху» с тремя запасными магазинами. Тоже весьма характерный выбора, во второй чеченской компании, частенько наши «контрабасы» предпочитали носить на себе СВД и АКС-74У, первый для дальнего боя, второй для работы на коротких дистанциях и в помещениях.

Я тоже десантировался без особых проблем, только слегка завалился на бок, не рассчитав веса всех РПГ, связанных в одну связку. Отполз за кусты и тут же юркнул в вымоину, шедшую зигзагами вниз. Вымоина оказалась широкой, но не очень глубокой, да еще и с мокрой грязью на дне. Из-за всего этого пришлось передвигаться, низко пригибаясь, а иногда и вообще, ползком и на карачках.

Дождь все-таки начался, пока мелкий, но противный. Еще и набежавшие тучи закрыли уходящее за горизонт солнце. Темнело!

Высунулся из-за кустов, осмотрелся. «Соболь» медленно ехал вниз по дороге, притормаживая перед каждым поворотом, как будто за рулем оказался ученик из автошколы. В районе поселка обозначилось некое оживление, загудели двигатели машин, раздавались крики, мат и даже какой-то смельчак выбежал навстречу нашему «бусику». Смельчак держал в руках автомат, а за спиной у него угадывался тубус гранатомета. Сука! Чего это он задумал?

– Мага, бегунка видишь? Прием! – произнес я в рацию.

– Ага, работать? Прием, – нарочито грубым голосом отозвалась женщина.

– Как только полезет за трубой, – приказал я.

И снова ползком по грязи, таща на себе эти чертовы «тубусы», которые вдруг стали неимоверно тяжелыми и неудобными. Неожиданно вымоина превратилась в глубокий овраг с песчаными стенками. Получилось выпрямиться в полный рост и припустить бегом. Жаль, что овраг забирал немного в сторону. Но ничего, главное сейчас скрытность перемещения и скорость. Наверху раздалась стрельба, вначале пара выстрелов, следом сразу несколько очередей и близкий грохот «гладкого», а дальше зачастил «ручник» длинными очередями, да еще и автомобильный двигатель, где-то поблизости начал реветь как раненый буйвол. Не удержавшись, полез наверх, посмотреть, что там да как…

Бегунок с автоматом и граником за спиной валялся на дороге. «Соболь» не доехал, до той поляны, на которой должен был развернуться и двинуться обратно, совсем немного. Сейчас наш бронеавтомобиль одним колесом провалился в яму и пытался выехать из неё. То ли из-за того, что яма была глубокая, то ли еще из-за чего, но несмотря на полный привод у него ничего не получалось, колеса крутились, закапываясь все глубже, но машина только дергалась и никак не могла вырваться на свободу. Сзади у «броневичка» были небольшие окошки-амбразуры, из одного из этих окошек торчал ствол РПК, который периодически украшал сноп дульной вспышки. В ответ по «Соболю» лупили несколько стволов. Между стрелками было метров триста, для охотничьего ружья дистанция великовата, а вот для автомата в самый раз. Пока «Соболь» держался, но, сколько это продлиться неизвестно, тем более, что у той стороны есть гранатометы.

Мля! Сглазил! Вспышка и огненная комета бьет в землю прям перед мордой «бусика», машина покачнулась, дернулась назад и вырвалась из ловушки. Инерция близкого разрыва, «вытолкнула» броневичок из ямы, машина тут же сдала назад, резко развернулась на склоне, чудом не перевернувшись при этом, и двинулась вверх по склону. Видать от радости, Гриша начал шмалить длиннющими очередями. Так можно и пулеметный ствол добела раскалить!

Прикинул дистанцию, сообразил, что могу начать стрельбу уже отсюда. Размотал веревку, которой скрутил «тубусы». Разложил два, остальные вновь смотал вместе. Вскинул на плечо, посмотрел назад, убедившись, что там никого нет, скорректировал угол наклона сквозь прицельную планку.

Выстрелил!

Тут же отбросил пустой тубус вниз, на дно оврага, схватил второй гранатомет, вскинул на плечо и снова выстрелил. Скатился вниз, подхватил связку гранатометов и побежал дальше. Овраг неожиданно завернул совсем не в ту сторону, что мне надо, поэтому пришлось карабкаться наверх и ползти вдоль кустов, до очередного укрытия.

Поблизости кипел настоящий бой. Стреляли из десятка стволов одновременно, в эту какофонию влез даже ПК, несколько раз шипели, пролетающие гранаты и гремели взрывы. Сквозь кусты, мне удалось разглядеть следы своих попаданий, видимо одна из ракет попала в ствол дерева, срубив его, зато другая, влетела в модульный домик, разорвав тот на две части. На месте домика полыхал огненный смерч, видать там хранили бензин к генератору или что-то еще огнеопасное и легковоспламеняющееся.

Следующее укрытия нашел быстро, очередная глубокая вымоина, где воды было почти по пояс, зато из нее шла хорошая такая канава, похожая на окоп полного профиля. По этому окопу можно было уйти еще дальше. Отвязал из связки один «тубус», прекрасно понимая, что никто мне не даст выстрелить второй раз. Тщательно прицелился в выезжающий из вражеского поселка «ГАЗ-66», и как только он двинулся через ручей, нажал на спуск, граната улетела, оставляя за собой едва заметный дымный следа, а я плюхнулся вниз и пополз вдоль по канаве. Бахнула знатно, значит попал. До меня донесся отчаянный человеческий вопль. Канава привела меня к небольшой яме, из которой вытекал ручеек, стекающий дольше вниз. Скорее всего, он меня приведет к большому ручью, текущему мимо бандитского поселка.

Вновь высунул башку наружу, огляделся.

«Шишига» стояла посреди ручья и горела. Машина застряла в самой широкой его части, там, судя по всему, был брод и воды не выше чем по щиколотку. Реактивная граната угодила позади кабины, как раз туда, где был бензобак.

Посмотрел в сторону поселка – много огня и дыма, полыхало несколько модульных домиков, сарай, некоторые деревья были уже объяты огнем. Оглянувшись назад вверх по склону, заметил, что те позиции откуда я первый и второй раз стрелял, отмечены попаданиями не только пуль, но и гранат, а в одном месте кустарник полыхал темно-красным пламенем, чадя густым черным дымом. «Соболь» поднялся почти до самого верха, двигался он очень медленно, видимо все-таки, такой долгий подъем, да еще по грунтовке не для городского «бусика», перегруженного броней.

– Мага, Мага, ты где, прием! – раздался в рации голос Гриши. – Мага, Мага, ответь. Прием.