Текст книги "Пиар во время чумы"

Автор книги: Николай Леонов

Соавторы: Алексей Макеев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 8

Однако генерал Орлов на ничью был категорически не согласен. Историю с нехорошей квартирой он расценивал как вопиющий провал. Нагоняй Гуров получил страшный. Такого он не получал, пожалуй, ни разу за все время службы.

– Ты не мальчишка, чтобы с пистолетом по домам бегать! – отчитывал его Орлов. – Или у тебя уже обратное развитие пошло? В детство впадаешь? Слава богу, без жертв обошлось! Погибни кто-нибудь, я вообще не знаю, что тут было бы. Звездочки полетели бы как в августе, теплой ночью… Да что звездочки – кое-кого сняли бы к чертовой матери! И я даже знаю, кого! Да всех бы и сняли – и правильно сделали бы! Пока по нашей милости вся Москва не сгорела.

– Объективности ради должен заметить, что не каждый преступник минирует свое жилище, – вставил Гуров. – На моей памяти такое случается впервые.

– Ты на свою память не ссылайся! – прикрикнул на него генерал. – С головой у тебя явные проблемы, так что и память у тебя – дерьмо! И, кстати, это тебе не оправдание – вполне достаточно и одной квартиры. Насколько мне известно, она ведь дотла сгорела? Со всем совокупным имуществом? Приплюсуй еще соседние квартиры, которые пожарные залили к черту. Ну, что получается?

– Да что там, скверно получается, – согласился Гуров. – Но поверь, Петр, все это нелепая случайность. Мы просто собирались проверить документы у жильца. Кто мог предвидеть, что у него пиротехника заготовлена?

– Полковник Гуров все должен предвидеть! – прошипел ему в лицо генерал. – И преступника упустили! Ты что же, не мог группу захвата организовать? Зная, с каким опасным экземпляром имеешь дело?

– Говорю тебе, сначала проверить хотели, – мрачно сказал Гуров. – Никакой захват не планировался.

– А в квартиру ты сквозь стену вошел? – язвительно спросил генерал. – Ты пионерам эти сказки рассказывай, а мне не надо. Если бы ты не решился в жилище проникнуть, у этого типа не было бы причин поджог устраивать. Целиком тут твоя вина.

– Согласен, дурака свалял, – сказал Гуров. – Головокружение от успехов, как говорится. Только ничего обратно уже не прокрутишь. Так что бесполезно, я считаю, волосы на голове рвать.

– А что делать? – спросил генерал. – Что-нибудь дельное твоя голова еще может выдумать? Или мне опять какого-нибудь пожара ждать?

– И дался тебе этот пожар! – поморщился Гуров. – Неужели ты не видишь, что на нас с Крячко ведется целенаправленная настойчивая охота?

– А вот это как раз и плохо! – рявкнул генерал. – Потому что на самом деле вы должны вести охоту, а не бегать как зайцы по городу от какого-то недомерка! Под носом у вас, можно сказать, шурует, а вы ни сном ни духом…

– Ну, это уже преувеличение, Петр! – с укоризной возразил Гуров. – Мы-то с Крячко как раз приняли все это близко к сердцу. А вот кто-то, помнится, советовал вообще не обращать внимания на этого Джиттера…

– Не было такого! – отрезал генерал. – Я тебе что советовал? Я тебе советовал не сосредотачиваться на одной проблеме, не выхватывать ее из общей картины, видеть весь комплекс. Разве не так? Ты же видишь, как тут все взаимосвязано – Стебликова, Ролан ваш, Джиттер… Кстати, кто тебе эту дебильную кличку первым назвал? Шоумен этот, Ваганов? Я бы на твоем месте хорошенько об этом подумал. Обрати внимание – единственный человек, который называет киллера! Пусть не по имени, пусть, как он говорит, с чьих-то слов – все равно это уникальный факт. Возьмись за него хорошенько! Вот увидишь, он наверняка еще что-нибудь вспомнит.

– Не исключено, – сказал Гуров. – Только вряд ли. Мне показалось, что Ваганов был искренен. Уж слишком он напуган активностью госпожи Коленкиной. Просто спит и видит, как его стирают в порошок вместе с его бизнесом. По-моему, он просто не представлял тяжких последствий своего легкого надувательства. Не сообразил, что такие люди, как Коленкина, всегда находят стрелочника, особенно когда тот под рукой. И Данила не помог…

– Что еще за Данила? – Генерал уставился на Гурова настороженным взглядом.

– Любимый певец госпожи Коленкиной, – усмехнулся Гуров. – Шаляпин двадцать первого века. Продукт раскрутки, осуществленной лично Вагановым. На почве музыки они и познакомились – Ваганов с Коленкиной. Если не считать бизнеса, конечно. Сначала все-таки был бизнес. Ты знаешь, чем, вообще-то, занимается Коленкина?

– Бизнесом и занимается, – проворчал Орлов. – Мне-то что за дело?

– А дело в том, что бизнес ее поразительным образом похож на ту геометрическую фигуру, которой мы сейчас занимаемся. Только вместо недвижимости эта дама предлагает сумму неких знаний – в обмен на весьма приличную сумму наличными. Короче говоря, она возглавляет школу бизнеса с добровольно-принудительным посещением занятий. Говорят, чуть ли не все московские предприниматели у нее отучились. Скрипя зубами. Так что ничего удивительного, что один из учеников ее с удовольствием кинул. Как аукнется, так и откликнется.

– Я в бизнесе ничего не понимаю, – хмуро сказал Орлов. – А все эти пословицы и поговорки для министра не аргумент. И вообще, речь не о ней.

– Да она меня не очень-то и интересует, – заметил Гуров. – Мне бы с ее доверенным человеком встретиться, с этим, как бишь его… с Кузяевым. Можно устроить?

– Устроить все можно, – задумчиво произнес Орлов. – А что ты надеешься от него услышать?

– Поскольку он занимался денежными делами, он должен был тесно общаться с людьми из «Дороги будущего», с той же Стебликовой, например. Может быть, вспомнит какую-нибудь ценную подробность. А кроме того, я надеюсь, что он мог кое-кого видеть в их офисе. Какие-нибудь знакомые лица.

– На кого намекаешь? – с любопытством спросил генерал.

– Персонально пока ни на кого, – ответил Гуров. – Надеюсь, что Кузяев сам подскажет. У тех, кто имеет дело с деньгами, глаз наметанный.

– Хорошо, это мы устроим, – кивнул Орлов. – Я намекну министру. С этой публикой лучше отношений не обострять. А еще что?

– А что еще? – махнул рукой Гуров. – Валеев в бегах, Ролан в бегах, Джиттер – имя условное – тоже в бегах. Даже Стебликова, которую вроде бы взяли, тоже в бегах. Сплошные гонки с препятствиями. Но теперь у нас есть палочка-выручалочка – записная книжка Стебликовой. Один адрес из этой книжки уже сработал.

– Да уж, что и говорить, сработал на славу! – ехидно вставил Орлов.

– Зря иронизируешь, – сказал Гуров. – Попадание прямо в яблочко. Мы и не рассчитывали на такую удачу. Думаю, эта книжечка еще преподнесет нам сюрпризы. Только записи еще расшифровать надо – дамочка оказалась хитрая, пользовалась тайным кодом.

– Просто «Интеллидженс сервис» какой-то! – фыркнул генерал. – С кодом хоть справитесь? А то, может, в ГРУ обратиться – за помощью?

– Справимся и без ГРУ, – усмехнулся Гуров. – Но несомненно одно – в Москве Стебликовой есть где укрыться. Просто нужно запастись терпением. Пройдемся по адресам из ее записной книжки – наверняка рано или поздно на нее выйдем.

– Давай-ка без этих «поздно»! – грозно сказал генерал. – Самым оперативным образом! Иначе я вам все припомню – все возгорания и всю эту суету со стрельбой на улицах. Устроили тут Чикаго, понимаешь!

– Да ничего мы не устраивали, – устало возразил Гуров. – Мне самому удивительно, какими отморозками оказались эти ребята из «Дороги будущего». Вроде бы интеллигентные люди – шахматисты, психологи… Во всяком случае, если судить по их дипломам. Ожидалось, что они будут и дальше тихо, мирно, по-интеллигентному прятаться по углам. И вдруг такая странная тактика! Аферисты себя так не ведут. Я, серьезно, не понимаю, что у этих людей на уме.

– Ну вот как первого возьмешь, так сразу и спроси, – хмыкнул генерал. – Стебликову разыщешь и задай ей этот вопрос, чтобы не мучиться. Ее-то, наверное, ты скорее прочих найдешь?

Гуров не успел ответить, потому что вдруг дверь генеральского кабинета с шумом распахнулась, и через порог шагнул полковник Крячко в расстегнутой на груди клетчатой рубахе. Вряд ли он загодя обдумал свой визит к генералу, потому что торопливо что-то дожевывал на ходу. Скорее всего, какая-то новость застигла его врасплох, но держать ее в себе он был не в состоянии.

– Петр! Лева! Только что звонили… В общем, такое дело – кажется, наша Стебликова накрылась!

Орлов даже подпрыгнул в кресле.

– Как накрылась?! – прогремел он.

– Медным тазом, – развел руками Крячко. – А я-то тут при чем? Сам только что узнал. Из следственного отдела МУРа звонили. Полчаса назад в Битцевском лесопарке тачку нашли, а в ней – труп женщины. Там Мочалов был из отдела тяжких – он все ориентировки наизусть помнит. Память – как у Мессинга. Вот он и говорит, что баба – вылитая Стебликова. Если он врет, то и я вру.

– Вот попали: на ровном месте и мордой об асфальт! – процедил сквозь зубы Гуров.

Орлов резко поднялся со своего места, в волнении прошелся взад-вперед по зеленой ковровой дорожке. Потом вдруг обернулся и уставился горящим взглядом на Крячко.

– Пряники жуете? – зловеще произнес он. – Кофеек распиваете? Почему до сих пор здесь?!

– Считай, что нас уже нет, – примирительно сказал Гуров, направляясь к двери и увлекая за собой Стаса. – И не принимай так все близко к сердцу – в нашем возрасте это категорически не рекомендуется.

– Марш! – сердито махнул кулаком генерал. – Утешитель!

– Старик как будто сегодня не в духе? – поинтересовался Крячко, когда они оказались за дверью. – Неужели из-за этой авантюристки? Когда из-за нее чуть не погибли два лучших сотрудника, он меньше нервничал… А кстати, он здорово нервничал? Стучал кулаком по столу, топал ногами?

– Не топал, – усмехнулся Гуров. – Но если бы ты принес свою весть чуть раньше, то непременно затопал бы. И, между прочим, не из-за Стебликовой он злится, а из-за того, что мы никак не отберем у Стебликовой миллионы и не вернем хорошим людям. А тут еще выясняется, что она вообще неподвластна теперь земному суду…

– Может, не она все-таки? – принялся вслух размышлять Крячко. – Опять же Мочалов – память у него фотографическая. Он даже с похмелья не ошибается.

– А почему бы и не она? – пожал плечами Гуров. – Она теперь – битая карта. Если эти люди не стесняются в выборе средств, им была прямая выгода избавиться от этой женщины. Вопрос в том, кто это сделал?

– Знаешь, давай не будем торопить события, – предложил Крячко. – Может быть, Мочалов все-таки ошибся. Первый раз в жизни.

Но Мочалов и на этот раз не ошибся. Когда Гуров и Крячко приехали на место происшествия, работа следственной группы была в самом разгаре, но личность погибшей женщины уже ни у кого не вызывала сомнений.

– Я сразу понял, что это вас интересует, – сообщил Гурову капитан Мочалов. – Нам повезло – труп почти не обезображен, хотя задумано было совсем иначе. Видимо, убийца спешил и был уверен в своей задумке. Он просто оставил в машине рядом с трупом канистру бензина, немного взрывчатки и смылся. А получилось вот что – заряд рванул, вышиб дверцу и выбросил труп из машины. Огонь его почти не коснулся. Хотя машина выгорела дотла. Такое редко бывает. Можно сказать, лотерея.

– Да, кому-то крупно повезло! – заметил Крячко. – Сорвал куш, можно сказать.

– Я же говорю, нам и повезло, – немного обиженно отозвался Мочалов. – Имели бы сейчас неопознанный труп без единой приметы.

– Да я ничего такого не имел в виду, – сказал Крячко. – Действительно повезло.

– Кто обнаружил машину? – спросил Гуров.

– Как ни странно, машину обнаружили только сегодня, – оживился Мочалов. – Вообще это место самое глухое в парке, но обычно тут везде люди шастают. А на этот раз любителей природы что-то маловато было. Должно быть, из-за жары. Но одна парочка забрела все-таки – то ли пикничок хотели устроить, то ли еще чего поинтереснее – а тут на тебе! Ну, у них весь аппетит сразу пропал. Они прямиком в опорный пункт милиции, а оттуда нам позвонили. Вот в таком разрезе…

Гуров задумчиво осматривал небольшую поляну, на которой деловито суетились работники следственной группы. Из-за почерневших кустов выглядывал покореженный взрывом остов автомобиля. Судя по всему, это были «Жигули» девятой модели. На другом краю поляны на носилках лежало прикрытое простыней тело погибшей.

– Смерть, насколько я понимаю, не от взрыва произошла? – вопросительно произнес Гуров.

– Совершенно верно, – кивнул Мочалов. – Со всей определенностью говорить пока рано, но доктор предполагает, что женщину сначала чем-то оглушили, а потом сломали ей шейные позвонки. Ну, или что-то в этом роде…

– А машина? – дернул подбородком Гуров. – Что насчет машины?

Мочалов вздохнул.

– Пока ничего, товарищ полковник. Экспертиза нужна. Не хочется наспех.

– Тоже правильно, – согласился Гуров. – И все-таки странно – был взрыв, пожар. Чудо, что лес не загорелся. И никто не видел?

– Да как сказать, – пожал плечами Мочалов. – Может, кто и видел, но предпочел смолчать. Я вообще предполагаю, что дамочку сюда ночью привезли. А ночью кто пойдет в лес, даже если что подозрительное услышит? По нынешним временам даже за своих не поручусь, что пойдут.

– Да, времена… – с непонятной интонацией произнес Гуров и широкими шагами направился к носилкам.

Он откинул край простыни, закрывавший лицо убитой, и несколько мгновений всматривался в него. Может быть, в жизни эта женщина и была вздорной особой, которая вела далеко не праведный образ жизни, но сейчас в ее неподвижном, испачканном гарью и кровью лице не было ничего порочного. Лишь выражение беспредельного отчаяния и страдания застыло на нем – теперь уже навеки, и Гуров испытал острый приступ жалости к этой, в сущности, совсем не счастливой женщине.

– Вот ведь какая вещь, – сказал он оборачиваясь. – Судя по всему, первым человеком, к которому она, совершив побег, направилась, был Джиттер. Это может означать только одно – он у них единственный координатор и должен знать если не все, то многое.

– Совершенно с вами согласен, товарищ полковник, – наклонил голову Крячко. – Вот только одна закавыка. Мы о нем ничего не знаем.

– Ну, ты-то, можно сказать, знаешь его уже неплохо, – заметил Гуров. – Горло-то еще побаливает или отпустило уже?

Глава 9

Чем Гурову нравился продюсер Ваганов, так это своим неувядающим оптимизмом. Можно было предположить, что дела его в настоящий момент идут не слишком блестяще, но Ваганов держал марку. Он был всегда собран, доброжелателен и готов к диалогу. Даже если все это было показное и предназначалось исключительно для оперуполномоченного, все равно вызывало у Гурова симпатию.

Ваганов нисколько не удивился, когда узнал, что Гуров опять хочет его видеть. Он только попросил не вызывать его никуда.

– Если без этого можно обойтись, конечно, – просительным тоном пояснил он. – Сами знаете, в какой переплет я попал. Сейчас конкурентам стоит только засечь, что Ваганова на допросы таскают, – склюют мигом, я вас уверяю! Если не возражаете, заглядывайте ко мне, ладно? В любое время – я предупрежу охрану.

– А пароль? – поинтересовался Гуров.

– А-а, систему паролей я отменил, – сказал Ваганов. – По вашему совету. Я другой выход нашел – завязал на время с тусовками. Ни я никуда, ни ко мне никто. Передохнуть надо, осмотреться.

– Осмотреться никогда не вредно, – подтвердил Гуров. – Так, значит, я сейчас к вам подъеду. Вы уж постарайтесь никуда не отлучаться, ладно?

– Нет, что вы, я на месте, никого не жду, никуда не мылюсь, – успокоил его Ваганов. – Можете не беспокоиться.

Однако, когда Гуров прибыл в Серебряный бор и остановил машину напротив знакомых металлических ворот, оказалось, что его ожидает небольшой сюрприз. На площадке у входа уже стоял чей-то «Мерседес» – сверкающий, черный, с непросматриваемыми стеклами. Вид у него был неприступный и угрожающий.

Гуров на всякий случай запомнил номер автомобиля. Вряд ли он мог принадлежать какой-нибудь претендентке на сценические лавры – с такой машиной никаких лавров не нужно. Да и претендентки сегодня, к удивлению Гурова, все как одна исчезли – дорога к вилле Ваганова была пуста.

Охранник появлению Гурова не удивился – спросив фамилию, сразу же открыл ворота и предложил внутри припарковаться. Гуров заводить машину отказался, а вместо этого поинтересовался, чей «Мерседес» стоит на площадке. Охранник пропустил вопрос мимо ушей и сказал с натужной вежливостью:

– Пожалуйста, проходите, вас встретят.

Затем, дождавшись, когда Гуров удалится на некоторое расстояние, он достал из кармана мобильник и принялся бормотать что-то украдкой в трубку. Гурову это обстоятельство совсем не понравилось, но он не стал вдаваться в подробности и по уже знакомой розовой аллее направился к дому. Почему-то он ожидал снова увидеть здесь накрытые столы и плещущихся в бассейне девиц, но ничего этого не было и в помине, а был еще один серьезный молодой человек, неплохо развитый физически, который, сидя у бассейна на неудобном пластмассовом стуле, читал толстую газету с криминальным уклоном. На нем были шорты до колен и рубашка с коротким рукавом – здесь это было чем-то вроде униформы. При появлении Гурова он вскочил, в спешке уронив газету в лазурную воду. Бросив сожалеющий взгляд на быстро намокающие листы, он тем не менее подавил в себе желание спасать увлекательное чтиво и шагнул Гурову навстречу. Улыбка, правда, ему не слишком удалась.

– Господин Гуров? – спросил он доверительным тоном. – Кирилл Сергеевич про вас говорил. К сожалению, тут обстоятельства… – Он замялся. – Непредвиденные. Но он скоро освободится. Очень просил вас подождать. И это… Извинился, короче…

Гуров усмехнулся такому редкому проявлению вежливости и задумчиво посмотрел на окна дома. Внутрь его приглашать, кажется, не собирались.

– У Кирилла Сергеевича с кем-то встреча? – спросил он у неподвижно замершего рядом охранника.

– А? Какая встреча? – ненатурально удивился молодой человек. – Да вроде никакой встречи… Сказал, что занят. Типа звонит куда-то или, может, по Интернету… – Врал он неважно, но это его и не слишком заботило.

Гуров посмотрел на часы. Непредвиденная задержка не столько огорчила, сколько заинтриговала его. Ничего странного в том, что Ваганов принимал у себя какого-то гостя, разумеется, не было. Странным было то, что этот факт старательно скрывался. Кто этот незапланированный визитер – звезда шоу-бизнеса, криминальный авторитет, иностранный шпион?

– Знаете, молодой человек, – сказал Гуров охраннику. – Ничего не имею против живой природы, но в такую жару я предпочел бы находиться в здании. Надеюсь, кондиционеры у вас тут предусмотрены? А также какой-нибудь холл, где старший оперуполномоченный мог бы посидеть в комфорте, раз уж вы заставляете его ждать?

Парень хмуро посмотрел на него. Чувствовалось, что он озадачен. Ему велели встретить милиционера, но, видимо, не уточнили, как с ним себя вести. Инициативу проявлять он не решался.

– Ну, вообще-то… – неуверенно проговорил он, устремляя взгляд на окна дома, как это недавно делал сам Гуров. – Ну, типа, если вам здесь в лом дожидаться… Я сейчас спрошу…

Он быстро повернулся и ушел куда-то за кусты. Соображения у него было маловато, но мобильник имелся, и теперь он что-то бормотал в него из-за кустов. «Ну, навел дисциплину господин Ваганов! – с неудовольствием подумал Гуров. – Можно подумать, у него тут ракетный комплекс под домом. Или он так боится, что я увижу человека из черного „Мерседеса“? Кто это – колумбийский наркобарон?»

Охранник со смущенным видом выбрался из зарослей и, глядя вбок, сообщил:

– Идемте, типа, в дом! Кирилл Сергеевич совсем скоро освободится. А я вам пока, типа, кофе налью… Или, э-э… хотите чего-нибудь посолиднее?

Гуров усмехнулся. Этот крепыш в шортах забавлял его. Видимо, нарождающиеся в муках полусветские обычаи давались ему нелегко.

Его улыбка смутила парня еще больше, и он, буркнув «Пойдемте», торопливо пошел к дому в полной уверенности, что Гуров последует за ним. Но Гуров, шагнув на первую ослепительной белизны ступеньку, вдруг остановился – за спиной у него послышался какой-то шум, потом разочарованный вздох, а вслед за этим характерный всплеск упавшего в воду тела. Он обернулся.

В бассейне под толщей голубой воды на секунду мелькнул гибкий русалочий силуэт и тут же исчез. Но еще через мгновение русалка вынырнула на поверхность, фыркая и шлепая по воде руками. Шуму было столько, будто всплывала средних размеров подводная лодка.

Гуров узнал девушку – это была Линда, симпатизирующая спортивным старичкам. Она его, кажется, тоже узнала.

– Эй! Привет! – завопила она, махнув из воды рукой. – Окунуться не хочешь?

Гуров секунду подумал и пошел обратно. Его спутник уже скрылся в доме, по сути дела, бросив гостя на произвол судьбы, но Гурова это не слишком расстроило. Ему подумалось, что непосредственная и говорливая Линда сможет прояснить кое-что насчет сложившейся ситуации.

– Привет! – сказал он, останавливаясь у края бассейна. – Сегодня у вас не так весело, как прошлый раз, верно?

– А-а, это ты имеешь в виду день рождения этой стервы? – простодушно спросила Линда, хватаясь за поручни металлической лесенки. – Не знаю, кому там было весело, мне-то уж точно нет. Для тебя-то, конечно, любая задница до восемнадцати – это что-то! Особенно если она вся в блестках и под прожекторами выдрючивается. Только уверяю тебя, та же самая Вероника, например, просто фригидная сучка, которая только и умеет, что раскрывать пасть в микрофон…

– Но это вроде бы ее работа, – улыбнулся Гуров.

– Ага, ее работа! – уничтожающе и мрачно произнесла из воды Линда. – Ее работа…

И тут она произнесла такое, от чего даже видавший виды Гуров порядком смутился. Но Линда этого, кажется, даже не заметила. Мокрая и сердитая, она влезла на край бассейна и снизу вверх посмотрела на Гурова.

– А ты думал? Потому и на сцену попала, несмотря на свою злокачественную фригидность. А поет она, если хочешь знать, моим голосом, дрянь!.. И ни разу даже спасибо не сказала, представляешь? А ты говоришь – весело! – уничтожающе закончила она.

– Постой, – удивился Гуров. – Ты хочешь сказать, что по-настоящему за Веронику поешь ты? Я правильно понял? Но почему? Почему тебя нельзя выпустить на сцену?

– А это ты у босса спроси, – посоветовала Линда. – У него свои заморочки. А мне он одно говорит – еще не время. Трахаться со мной – время, а тут не время! Надоело мне все, старичок! Я бы и ушла, да подходящего варианта нет. Хоть бы ты меня взял, что ли? Ты крутой? Бабок много?

– Ну, вообще-то, наверное, крутой, – ответил Гуров. – Только вот с бабками у меня, честно говоря, туго.

– Ну-у, какой ты тогда крутой! – разочарованно протянула девушка. – Тогда ты просто валенок, и все. Считай, что я ничего такого не говорила.

– Да я ничего и не слышал, – великодушно сказал Гуров. – А за что ты так эти самые бабки любишь? Тебе на хлеб не хватает?

– Ну-у, старичок! – разочарованно пропела Линда. – Только давай вот без этой, без морали, ладно? А хлеб, он тоже разный бывает. Какой с икрой, а какой и с тараканами. Мне больше с икрой нравится.

– Понятно, – сказал Гуров. – А работать не тянет?

– Не тянет, – вздохнула девушка, но тут же обиженно добавила: – А я что, не работаю, по-твоему? Да я сутками в студии на этих вампиров ишачу! Все фонограммы этой уродки – мои! Дошло до тебя наконец!

– А у тебя неприятностей не будет, что ты мне все тайны выложила? – с деланым беспокойством спросил Гуров оглядываясь.

– Да плевать, – мрачно сказала Линда. – Надоело все. Жаль, что ты босяк, старичок. Прямо сейчас с тобой и отвалила бы.

– Ну, неплохо было бы и моего согласия спросить, – заметил на это Гуров. – Я ведь, вообще-то, женат.

– Ой, насмешил! – фыркнула Линда, действительно уставившись на Гурова с неподдельным юмором. – Женат! Тоже мне причина! Знаю я вас, мужиков. Вы уже на свадьбе от жен глазом косите, а уж на старую швабру…

– А вот тут ты меня насмешила, – невозмутимо заметил Гуров. – Потому что это не про меня и тем более не про мою жену.

– А чего такого особенного в твоей жене? – подозрительно спросила Линда.

– Слышала такое имя – Мария Строева?

Линда прищурилась.

– Что? Строева? Знаменитая артистка? – В ее голосе недоверие мешалось с растерянностью. – Ты хочешь сказать, что она – твоя жена? Конец света! А я тут пупок надрываю, промоушен себе делаю! Все, старичок, к тебе вопросов больше нет, свободен.

– А вот у меня к тебе есть один вопрос, – улыбнулся Гуров. – Раз уж ты все тайны мне раскрыла, раскрой еще одну. С кем это ваш Кирилл Сергеевич уединился? Все остальные на этот счет дурачками прикидываются. А мне очень интересно знать, потому что не люблю, когда меня на задний план отодвигают. Мне Ваганов сам встречу назначил, и вдруг такая невежливость…

– Это потому что ты не крутой, – авторитетно заявила Линда. – У нас тут понятия четкие. Кто круче, тот и рулит. Тачку у ворот видел? Ну то-то! Сам-то на чем приехал? На горбатом, небось?

– Ну, не совсем на горбатом, – скромно сказал Гуров. – Но на такую тачку мне не замахнуться, конечно. Я наркотиками не торгую.

– А он, думаешь, торгует? – с превосходством сказала Линда. – Он за здоровый образ жизни. Тоже ничего себе старичок, между прочим. Только гад, по-моему.

– Кто такой? – с интересом спросил Гуров.

Линда покосилась на него. Капли воды на ее стройном загорелом теле уже высушило солнце. В ярко-желтом купальнике, с идеально гладкой матовой кожей, она была похожа на шоколадную фигурку из дорогого набора.

– А чего ты все выспрашиваешь? – вдруг спросила она. – Из милиции, что ли?

– А разве не заметно? – улыбнулся Гуров. – Такая проницательная девушка должна бы догадаться.

– Вообще-то на мента ты, старичок, не очень похож, – несколько озадаченно констатировала Линда. – Менты все наглые и ведут себя так, будто ты перед ними полное дерьмо. Понимаешь, о чем я?

– Ну, наверное, все-таки не все, – сказал Гуров. – А наглецов хватает и в других слоях общества. Что, у вас в шоу-бизнесе лучше?

Линда махнула рукой.

– Да там вообще одни крокодилы! – безнадежным тоном сказала она. – Тут ты прав, старичок.

– Так кто же все-таки в гостях у Ваганова? – вернулся к прежней теме Гуров.

– Ну этот, спортсмен, который залы для богатых придурков держит, – с досадой ответила Линда. – Они там железо тягают – пупки накачивают, а потом в сауне под пивко оттягиваются. Да еще и бабки этому шкафу платят.

– Шкафу? Ах, ну да, понимаю, – сказал Гуров. – А этого шкафа не Курбатов, случайно, фамилия?

– А если знаете, чего выспрашиваете? – нахмурилась девушка. – Ясно – Курбатов.

– И часто он здесь бывает?

– А я за ним слежу, что ли? – пожала плечами Линда. – Ну видела несколько раз. Только он деловой до невозможности – на тусовки принципиально не ходит. По-моему, он даже пиво не пьет. Только по делам. Придет, с Кириллом пошушукается и отваливает. Думаешь, он все-таки наркотой торгует?

– С чего ты взяла? – удивился Гуров. – Я, между прочим, тебя только спросил, кто у хозяина…

– Да уж, – скептически отозвалась Линда. – Знаю я ментов – просто так они ничего не спрашивают.

– Ты насчет ментов один раз уже ошиблась, – заметил Гуров. – Поэтому…

Договорить у него не получилось, потому что с высокого крыльца его окликнули:

– Лев Иванович! Господин полковник! Я приношу извинения…

Гуров обернулся. На белоснежных ступенях стоял Кирилл Ваганов в белом костюме с дымящейся сигаретой в руке. Рядом с ним угрюмо топтался охранник в шортах и что-то пытался вполголоса объяснить. Ваганов его не слушал, но по лицу было видно, что он очень недоволен. Гуров помахал рукой.

Ваганов отшвырнул сигарету и сбежал по ступеням. На губах его блуждала напряженная улыбка. Подойдя к бассейну, он бросил уничтожающий взгляд на Линду и негромко процедил:

– Брысь отсюда! И чтобы я тебя здесь не видел! Что ты рисуешься, где тебя не просят? Или ты думаешь, что все вокруг западают на твои кости?

– Некоторые западают, – многозначительно заметила Линда. – Даже от кого и не ожидаешь.

Она резко повернулась и, с вызовом покачивая бедрами, пошла прочь. Ваганов посмотрел ей вслед почти с ненавистью и, неестественно улыбаясь, сказал:

– Представляю, какой чепухи она вам тут наговорила! Эта малышка из подтанцовок Вероники. Помните, я вам рассказывал про Веронику? Однажды я ее пожалел и вот с тех пор мучаюсь. Эти провинциальные девчонки, едва попав под свет юпитеров, начинают воображать себя невесть кем. Никакого с ними сладу. Нужна военная дисциплина – иначе тебе сразу садятся на голову.

– Лично мне эта девушка показалась довольно искренней, – заметил Гуров. – И по-моему, она довольно реально смотрит на вещи.

– Да бросьте вы! – засмеялся Ваганов. – Небось плела тут вам, что делает фонограммы всем моим артистам? Угадал? У нее заскок такой – не верьте!

– Это не моя грядка, судить не берусь, – скромно сказал Гуров. – Честно говоря, у меня и о фонограмме представление довольно смутное. Давайте лучше поговорим о вещах, в которых я разбираюсь чуть-чуть получше. В прошлый раз вы упомянули о человеке по кличке Джиттер…

Ваганов нахмурился и сказал с неохотой, в сторону:

– Да, дернуло меня за язык! Только ведь все, что я об этом знал, все вам рассказал. Добавить абсолютно нечего. А вы только из-за этого приехали? Могли бы по телефону…

– Мог, – сказал Гуров. – Но я предпочитаю следить за лицом собеседника. Иногда узнаешь нечто такое, чего не передашь словами.

Ваганов сумрачно посмотрел на него, потер подбородок ладонью и предложил:

– Так, может, в кабинет пройдем? Что на жаре-то торчать?

– А ваш гость уже ушел? – спросил Гуров. – Что-то я не заметил, как он выходил.

Ваганов бросил на него быстрый взгляд и равнодушно пожал плечами:

– Гость? Ах, вы имеете в виду… Нет, это не гость, это деловое свидание. Это мой тур-агент. Нужно было срочно обговорить некоторые детали.

– Дела снова пошли на лад?

– Дела? – Ваганов поморщился. – Дела как сажа бела… Сорвались уже два контракта. Сейчас главное – не опускать руки. Выкрутимся, не впервые!

– Вы – оптимист, – сказал Гуров. – Искренне завидую. А я, похоже, к концу жизни порастерял это прекрасное чувство. В нашей работе это неизбежно. Так вы позволите – я вернусь к интересующей меня теме. Джиттер! Знаете, этот человек, кажется, действительно существует и очень нас напрягает. Но у нас почти нет о нем информации.

– Помилуйте! – сказал Ваганов, закатывая глаза. – Но у меня тоже нет о нем информации. Я вам еще в прошлый раз сказал, что разговор об этом Джиттере показался мне просто пьяным трепом. Для меня это всего лишь фантом. В пьяном мозгу иной раз такое рождается…

– Бывает, – согласился Гуров. – Кто чертей видит, а кто Джиттера – вы это хотите сказать? Только вот какая закавыка – мой коллега на днях держал этого Джиттера в руках и утверждает, что он из плоти и крови. Такой невысокий тип, незапоминающейся наружности – никого похожего в окружении Валеева не припоминаете?