Текст книги "Младшая Эдда"

Автор книги: Автор Неизвестен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

В этих стихах Эйвинда Губителя Скальдов в кеннинге золота упоминается головная повязка Фуллы: (следует полустрофа с кеннингом "заходящее солнце луга ресниц Фуллы" ("луг ресниц Фуллы" – ее лоб, "заходящее солнце лба" – золотая повязка).]

Как уже говорилось, золото называют и "слезами Фрейи". [Приведены полустрофы Скули Торстейнссона и Эйнара Скуласона с кеннингами золота "слезы Фрейи" и "слезы Марделль" (Марделль – Фрейя ).]

А здесь Эйнар обозначил Фрейю в кеннингах как "мать Хносс" и "жену Ода": [следуют стихи Эйнара с кеннингами золота "дождь глаз возлюбленной Ода", "снегопад ресниц матери племянницы Фрейра" ("племянница Фрейра" Хносс, "мать Хносс" – Фрейя).] Отсюда также видно, что Фрейю можно звать в кеннингах и сестрою Фрейра. Вот еще примеры. [В последующих стихах Эйнара есть кеннинги золота "дитя дочери Ньерда" и "дочь невесты ванов" (т.е. Хносс, что значит "сокровище"), а также "жар тропы лебедей Гаутрека" (Гаутрек – морской конунг, "лебеди Гаутрека" – корабли,

–a) Это имя и значит "ремешок", –

"тропа кораблей"-море, "жар меряй-золото).] В этих стихах Фрейя зовется "Гевн" и "невеста Баков".

Обозначения слез правильно соединять со всеми хейти Фрейи, называя таким путем золото. Эти кеннинги можно как угодно видоизменять, говоря о "граде, либо дожде, либо пурге, либо каплях, либо ливне, либо водопаде глаз, щек, ланит, ресниц или век Фрейи".

Здесь можно сказать, что, как уже упоминалось, золото называют "словом либо голосом великанов". [Приводится полустрофа скальда Браги, в которой применен кеннинг золота "голос Али шара дна моря".] Здесь камень назван "шаром дна моря", "Али камня"-это великан, а "голос великана" – это золото.

А вот отчего золото называют "выкупом за выдру".

Рассказывают, что однажды асы Один, Локи и Хенир отправились в путь, чтобы осмотреть весь мир. Они пришли к одной реке и, идя вдоль берега, подошли к некоему водопаду. У водопада сидела выдра. Она как раз поймала лосося и ела, зажмурившись. Тогда Локи схватил камень и бросил в выдру и попал ей в голову. И стал похваляться Локи, что одним ударом добыл он выдру и лосося. Взяли асы лосося и выдру и унесли с собою. Подошли они к одному двору и зашли туда. Хозяина звали Хрейдмаром, он был могущественным человеком, изрядно сведущим в колдовстве. Асы попросились к нему ночевать и сказали, что у них вдоволь еды, и показали хозяину свою добычу.

Но, увидев выдру, Хрейдмар позвал своих сыновей, Фафнира и Регина, и сказал, что брат их Отр(а) убит, и рассказал, кто это сделал. Тут отец с сыновьями напали на асов, захватили их в плен и связали. И сказали они, что та выдра была сыном Хрейдмара.

Асы, чтобы откупиться, предлагали столько золота, сколько назначит сам Хрейдмар. На том и помирились, а уговор скрепили клятвами. Тогда выдру ободрали и, взяв ее шкуру, Хрейдмар потребовал, чтобы асы наполнили всю шкуру красным золотом и засыпали золотом сверху. Таково, мол, условие мира.

Тогда Один послал Локи в страну черных альвов, и тот пришел к карлу по имени Андвари,(б) жившему в воде в образе рыбы. Поймал его Локи и наложил выкуп: все золото, что тот хранил в скале. И когда они вошли в скалу, карлик вынес все золото, что у него было, и это было огромное богатство. Тут карлик смахнул себе под руку золотое колечко. Локи заметил это и велел отдать кольцо. Карлик молил не отнимать у него кольца, говоря, что это кольцо, если он сохранит его, снова умножит его богатство. Но Локи сказал, что он не должен оставлять себе ни крупицы золота, отнял кольцо и пошел. И тогда карлик сказал, что то кольцо будет стоить жизни всякому, кто им завладеет. Локи говорит, что это ему по душе, и добавляет, что может быть и сбудется это пред

–а) Это имя и значит "выдра", б) "Осторожность". –

сказание, если он донесет его до ушей тех, кто возьмет себе кольцо.

Пошел он назад к Хрейдмару и показал Одину золото, а Один, увидев кольцо, нашел, что оно красиво и отложил в сторону, а остальное золото уплатил Хрейдмару. Тот набил золотом шкуру выдры, насколько мог, а наполнив, поставил шкуру стоймя. Тогда подошел Один, чтобы засыпать шкуру золотом, а потом он позвал Хрейдмара, чтобы тот взглянул, вся ли шкура прикрыта. Хрейдмар вгляделся хорошенько и заметил один волосок от усов и велел прикрыть его, а не то, мол, будет мир между ними расторгнут. Тогда Один достал кольцо и прикрыл волосок, сказав, что теперь они уплатили сполна выкуп за выдру.

И когда Один взял свое копье, а Локи свои башмаки, и более им нечего было страшиться, молвил Локи, что сказанное Андвари сбудется и кольцо и золото погубят тех, кто будет ими владеть. И потом это сбылось. Теперь рассказано, отчего золото называется "выкупом за выдру", либо "выкупом, вынужденным у асов", либо "металлом раздора".

Что еще можно поведать о том золоте? Хрейдмар получил его как выкуп за сына, но Фафнир и Регин стали требовать свою долю выкуп за брата. Хрейдмар не уступал им ни крупицы. Тогда братья замыслили злодейство и убили отца ради этого золота. А потом Регин стал требовать, чтобы Фафнир разделил с ним золото поровну. Но Фафнир отвечает, что нечего и ждать, что он поделится золотом со своим братом, раз он убил ради этого золота своего отца. И он велел Регину убираться прочь, а не то, мол, и он будет убит, как Хрейдмар. Потом Фафнир взял принадлежавший Хрейдмару шлем и надел себе на голову – а это был шлем-страшилище, все живое пугалось, его завидев, и еще взял меч Хротти. А у Регина был меч Ревиль. Регин бежал прочь. А Фафнир поднялся на Гнитахейд-поле, устроил там себе логово и, приняв образ змея, улегся на золоте.

Тогда Регин отправился к Хьяльпреку, конунгу в Тьоде,(105) и "нанялся к нему кузнецом. У Регина воспитывался Сигурд, сын Сигмунда, сына Вельсунга, и Хьердис, дочери Эйлими. Сигурд был наиславнейшим из всех конунговвоителей по своему роду, силе и мужеству. Регин рассказал ему, где лежит на золоте Фафнир, и стал подстрекать его захватить то золото. Потом Регин сделал меч, что зовется Грам, и был тот меч таким острым, что Сигурд окунал его в реку и он резал комки шерсти, которые несло течением на его лезвие. А вслед за тем Сигурд разрубил мечом наковальню Регина до самого основания.

Потом Сигурд и Регин отправились на Гнитахейд-поле. Сигурд выкопал яму на тропе Фафнира и засел в нее. И когда Фафнир полз к воде и оказался над той ямой, Сигурд пронзил его мечом, и Фафниру пришла смерть. Тогда подошел Регин и сказал, что Сигурд убил его брата и стал требовать за это, чтобы он вынул сердце Фафнира и изжарил его на огне. И Регин нагнулся и, напившись крови Фафнира, лег спать. А Сигурд стал жарить сердце и, подумав, что, верно, оно изжарилось, дотронулся пальцем: не жестко ли. И когда пена из сердца попала ему на палец, он обжегся и сунул палец в рот. И только лишь попала ему на язык кровь из сердца, он уразумел птичью речь и понял, о чем говорили синицы, сидевшие на дереве. Одна сказала:

Вот конунг Сигурд, обрызганный кровью, Фафнира сердце хочет поджарить; мудрым сочла бы дарящего кольца,(106) если бы он съел сердце блестящее.

Вторая сказала:

Вот Регин лежит, он злое задумал, обманет он князя, а тот ему верит; в гневе слагает злые слова, за брата отмстит злобу кующий.(107)

Тогда Сигурд подошел к Регину и убил его, а потом сел на коня своего Грани и мал, пока не достиг логова Фафнира, забрал все золото и, связав его в тюки, навьючил Грани, сел сам и поехал своею дорогой.

Это сказание послужило к тому, что золото зовется "логовом либо жильем Фафнира", "металлом Гнитахейд-поля" либо "ношей Грани".

Вот ехал Сигурд, пока не увидел на горе какой-то дом. Там спала одна женщина, и была она в шлеме и в кольчуге. Он взмахнул мечом и разрубил на ней кольчугу. Женщина проснулась и назвалась Хильд. Обычно ее зовут Брюнхильд. Она была валькирией.

Сигурд поехал оттуда дальше и приехал к конунгу по имени Гьюки. Жену его звали Грихмильд, а детей – Гуннар, Хегни, Гудрун и Гудню. Готторм приходился Гьюки пасынком. Там Сигурд остался надолго. Он женился на Гудрун, дочери Гьюки, а Гуннар и Хегни поклялись Сигурду быть его побратимами.

Вскоре поехал Сигурд с сыновьями Гьюки к Атли, сыну Будли, сватать его сестру Брюнхильд Гуннару в жены. Она жила на горе Хиндафьялль, и вокруг ее палаты полыхал огонь, и она дала клятву, что выйдет замуж только за того, у кого станет духу проскакать через полымя. Вот поехали Сигурд и сыновья Гьюки их еще называют Нифлунгами – на ту гору, и Гуннар должен был скакать через полымя. У него был конь по имени Гати, и тот конь не решился прыгнуть в огонь. Тогда Сигурд и Гуннар поменялись обличьями и именами, ибо Грани не хотел слушаться никого, кроме Сигурда. И тогда вскочил Сигурд на Грани и проскакал через полымя.

В тот же вечер Сигурд сыграл свадьбу с Брюнхильд. И когда они ложились в постель, он вынул из ножен меч Грам и положил между собой и нею. А наутро, встав и одевшись, он дал Брюнхильд свадебный дар – то золотое кольцо, что Локи отнял у Андвари, а у нее взял на память другое кольцо. Потом Сигурд вскочил на своего коня и поехал к своим сотоварищам. Они снова поменялись обличиями с Гуннаром и пустились вместе с Брюнхильд в обратный путь, к Гьюки.

У Сигурда было от Гудрун двое детей: Сигмунд и Сванхильд.

Раз случилось, что Брюнхильд и Гудрун пошли к реке мыть волосы. И когда они подошли к реке, Брюнхильд вошла с берега в воду и сказала, что не желает мыть голову ток) водой, что стекает с волос Гудрун, ибо у ее мужа больше отваги. Тогда Гудрун вошла в воду вслед за нею и сказала, что это ей подобает мыть волосы выше по течению, ибо ни Гуннар, ни кто другой в мире не сравнится доблестью с ее мужем. Ведь это он сразил Фафнира и Регина и завладел наследством их обоих. Тогда отвечает Брюнхильд: "Более славы в том, что Гуннар проскакал сквозь полымя, а Сигурд не посмел". Тут засмеялась Гудрун и молвила: "Уж не думаешь ли ты, что это Гуннар проскакал сквозь полымя? Я же думаю, что с тобой в постели был тот, кто дал мне это золотое кольцо. А то кольцо, что ты носишь на руке,ты его приняла как свадебный дар – зовется кольцо Андвари, и думается мне, что не Гуннар добыл его с Гнитахейд-поля. Промолчала Брюнхильд и пошла домой.

Стой поры она стала подговаривать Гуннара и Хегни убить Сигурда. Но они были связаны с Сигурдом клятвою побратимства и подбили на убийство брата своего, Готторма. Он поразил Сигурда мечом, когда тот спал. Но Сигурд, раненый, бросил вслед ему меч свой Грам с такой силой, что тот разрубил Готторма пополам. И пали тогда Сигурд и сын его Сигмунд, трех зим отроду, которого они тоже убили. После этого Брюнхильд закололась мечом, и ее сожгли вместе с Сигурдом. А Гуннар и Хегни, завладев наследством Фафнира и кольцом Андвари, стали править страною.

Конунг Атли, сын Будли, брат Брюнхильд, взял себе в жены Гудрун, которая была до того женою Сигурда, и у них были дети. Конунг Атли позвал к себе Гуннара и Хегни, и они поехали к нему в гости. Но, прежде чем выехать из дома, они спрятали золото, наследство Фафнира, в Рейне, и с тех пор так и не нашли того золота. А конунг Атли выставил против Гуннара и Хегни дружину, и дружина вступила в бой с ними, и они были захвачены в плен. Конунг Атли велел вырезать у Хегни, живого, сердце. Так он погиб. Гуннара он велел бросить в змеиный ров, но ему тайком передали арфу, и он ударял по струнам пальцами ног-руки у него были связаны – и играл так, что все змеи уснули, кроме одной гадюки. Гадюка же подползла к нему и, прокусив хрящ под грудинною костью, всунула голову в отверстие и висела у него на печени, пока он не умер.

Гуннара и Хегни называют Нифлунгами и Гьюкунгами, поэтому золото зовут "сокровищем либо наследством Нифлунгов".

Немного погодя Гудрун убила обоих своих сыновей и велела сделать чаши из их черепов, оправив те чаши в золото и серебро. Тогда устроили тризну по Нифлунгам, и на пиру Гудрун подала Атли мед в тех чашах, и он был смешан с кровью мальчиков. А сердца их велела она изжарить, чтобы конунг их съел. И когда все это было сделано, она ему все поведала, не скупясь на злые слова. Там было вдоволь хмельного меду, так что почти все, кто там был, как сидели, так и уснули. В ту же ночь пошла Гудрун к конунгу, туда, где он спал, а с нею был сын Хегни, и они напали на конунга, и пришла ему смерть. А потом они подожгли палаты, и все люди, что там находились, сгорели.

После этого Гудрун пошла к морю и кинулась в него, чтобы утопиться, но ее отнесло через фьорд к земле, которою правил конунг Ионакр. Увидев ее, он привел ее к себе и женился на ней. У них было трое сыновей: Серли, Хамдир и Эрп. У всех у них волосы были черные, как вороново крыло, так же как и у Гуннара, Хегни и других Нифлунгов.

Там воспитывалась и Сванхильд, дочь молодого Сигурда. Она была прекраснейшей из женщин. О том стало известно Ермунрекку Могучему. Он послал своего сына Рандвера просватать ее за себя. И когда тот приехал к Ионакру, ему отдали Сванхильд, и он должен был отвести ее к Ермунрекку. И сказал тогда ярл Бикки, что было бы лучше, чтобы Сванхильд досталась Рандверу, потому что оба они молоды, а Ермунрекк – старик. Этот совет пришелся по сердцу молодым людям, а Бикки сразу же рассказал все конунгу. Тогда повелел конунг Ермунрекк схватить своего сына и отвести на виселицу. Рандвер взял своего сокола и, выщипав у него все перья, велел отнести его своему отцу. И Рандвера повесили. Когда же Ермунрекк увидел того сокола, уразумел он, что как беспомощен бесперый сокол, так беззащитно и его государство, ибо он стар и нету у него сына. Потом Ермунрекк возвращался со своими людьми из леса, где они охотились, и увидел Сванхильд: она сидела и убирала волосы. И тогда они пустили на нее лошадей и растоптали копытами насмерть.

Когда же прослышала о том Гудрун, она стала подстрекать своих сыновей отомстить за Сванхильд. Когда они снаряжались в поход, Гудрун дала им столь крепкие кольчуги и шлемы, что не брало их никакое железо. Она посоветовала им, чтобы, пришедши к конунгу Ермунрекку, они напали на него ночью, когда он спит. Серли и Хамдир должны были рубить ему руки и ноги, а Эрп – голову. Но по дороге братья спросили Эрпа, как он собирается им помочь, когда они доберутся к Ермунрекку. Он отвечает, что поддержит их, как рука ногу. Они говорят, что никогда не бывало такого, чтобы рука была поддержкой ноге. Они были так сердиты на свою мать за то, что она провожала их с речами, полными ненависти, что им хотелось бы причинить ей наибольшее зло, и они убили Эрпа, потому что она любила его сильнее всех. Немного погодя Серли поскользнулся одною ногою, но, подпершись рукою, удержался. Тогда он молвил: "Вот рука и поддержала ногу. Лучше было бы, если б Эрп остался жив!".

А пришедши ночью к конунгу Ермунрекку, в покои, где он спал, они отсекли ему руки и ноги. Он пробудился и стал звать своих людей, чтобы все просыпались. Тогда сказал Хамдир: "Слетела бы с плеч и голова его, если бы Эрп был жив!". Тут повставали все люди Ермунрекка и напали на братьев, но не смогли одолеть их оружием. Тогда Ермунрекк приказал побить их камнями. Они так и сделали. И пали мертвыми Серли с Хамдиром. С ними погиб и весь род Гьюки и все его потомство.(108)

Вот почему кольчуга называется "одеждой или платьем Хамдира и Серли".

После молодого Сигурда оставалась дочь Аслауг. Она воспитывалась у Хеймира в Хлюмдалире, и от нее происходит великий род.

Говорят, что Сигмунд, сын Вельсунга, был столь могуч, что мог пить яд без вреда для себя. А у Синфьетли, его сына, и у Сигурда только кожа была такою твердой, что не вредил ей яд, попадая да обнаженное тело. [Приводится полустрофа скальда Браги, в которой яд назван "напитком Вельсунгов".]

Эти сказания переложили в стихи очень многие скальды, выбирая из них то одно, то другое. Браги Старый поведал о гибели Серли и Хамлира в Хвалебной песне, сочиненной в честь Рагнара Лодброка.(109) [Далее следует пять строф этого произведения.]

Почему золото называют "мукою Фроди"? Это объясняет такое сказание. Скьельдом звали сына Одина, и отсюда пошли все Скьельдунги.(110) Он жил и правил в стране, что теперь называется Данией, а тогда звалась Страной Готов. У Скьельда был сын по имени Фридлейв, правивший после него. Сына Фридлейва звали Фроди. Он наследовал своему отцу в те времена, когда Август кесарь водворил на всей земле мир.(111) Тогда родился Христос. И так как Фроди был самым могущественным конунгом в северных странах, считают, что это он водворил мир во всех землях, где говорят по-датски,(112) и люди на севере называют это миром Фроди. Тогда никто не чинил зла другому, даже повстречав убийцу отца или брата, на свободе или связанным. Не было тогда ни воров, ни грабителей, так что одно золотое кольцо долго лежало на Ялангрсхейд-поле.(113)

Конунг Фроди гостил в Швеции у конунга по имени Фьельнир. Там он купил двух рабынь, которых звали Фенья и Менья. Они были большие и сильные. В те времена были в Дании два жернова, столь больших, что не находилось человека достаточно сильного, чтобы он мог вертеть их. И было у тех жерновов свойство: они намалывали все, что ни пожелает моловший на них. Эти жернова звались Гротти,(а) а того, кто дал жернова Фроди, звали Хенгикьефт.(б)

–а) Это имя и значит "мельница". б) "С отвисшей челюстью" (одно из имен Одина). –

Конунг Фроди велел отвести рабынь к жерновам и приказал им молоть золото, мир и счастье для себя. Они так и сделали: намололи сперва золото, мир и счастье для Фроди. И он не давал им ни отдыха, ни сна, более долгого, чем молчанье кукушки или чем ее кукованье. И рассказывают, что они спели песнь, что зовется "Песнью о Гротти".(114) И прежде чем была окончена та песнь, они намололи войско против Фроди. Той ночью явился морской конунг по имени Мюсинг и убил Фроди и взял большую добычу. На этом кончился мир Фроди. Мюсинг взял с собою Гротти и Фенью с Меньей и велел им молоть соль. И в середине ночи они спросили, не хватит ли соли с Мюсинга. Но он велел молоть еще. Они еще немного помололи, пока корабль не затонул. И там, где море залилось в отверстие жерновов, возник водоворот. Тогда море и стало соленым.

Вот появились в палатах конунга вещие девы Фенья и Менья; Фроди они, Фридлейва сыну, сильные девы, отданы в рабство.

К мельнице их подвели обеих, жернов вращать велели тяжелый: не дал им Фроди на миг передышки, пока они песню ему не запели.

Начали песню, прервали молчанье: "Поставим-ка жернов, камни поднимем!". Дальше молоть повелел он девам.

Пели, швыряя вертящийся камень, спали в тот час челядинцы Фроди: молвила Менья, молоть продолжая:

"Намелем для Фроди богатства немало, сокровищ намелем на жернове счастья; в довольстве сидеть ему, спать на пуху, просыпаться счастливым; славно мы мелем!

Никто здесь не должен зло замышлять, вред учинять иль убийство готовить; рубить не пристало острым мечом даже брата убийцу, в узах лежащего!".

Он им сказал: "Срок вам для сна пока куковать не кончит кукушка иль, замолчав, опять не начнет!".

"Фроди, ты не был достаточно мудр, приязненный к людям, рабынь покупая: ты выбрал по силе, судил по обличью, да не проведал, кто они родом.

Хрунгнир с отцом храбрейшими были, но Тьяцци мог с ними в силе тягаться; Иди и Аурнир родичи наши, етунов братья, мы их продолженье.

Гротти не вышла б из серого камня, камень бы твердый земли не покинул, так не мололи бы великанши, когда б волшебства не было в мельнице.

Мы девять зим, подруги могучие, в царстве подземном росли и трудились; нелегкое дело девам досталось утесы и, скалы мы с места сдвигали.

Камни вздымали на стену турсов так, что вокруг содрогалась земля, так мы швырнули вертящийся камень, что впору мужам лишь было схватить его.

За этим вослед мы, вещие девы, в Швеции вместе вступали в сраженья; рубили кольчуги, щиты рассекали, путь через войско себе пробивая.

Конунга свергли, сражаясь за Готторма, смелому князю помочь мы смогли; не были мира до гибели Кнуи.

Так, дни за днями мы доблестно бились, что слава пошла о сраженьях наших: мех копьями там кровь проливали, мечи обагряли вражеской кровью.

Вот мы пришли к палатам конунга, мы обездолены, отданы в рабство; холод нас мучит и ноги ест грязь, мы жернов вращаем, нам плохо у Фроди!

Рукам дать покой бы, жернов не двигать, смолола я больше, чем было мне сказано! Нельзя дать покой рукам, пока вдоволь помола для Фроди мы не намелем!

В руки бы дали крепкие древки, мечи обагренные! Фроди, проснись! Фроди, проснись, если хочешь ты слышать старые песни и древние саги!

От палат на восток вижу я пламя, то весть о войне, знак это вещий; войско сюда скоро приблизится. князя палаты пламя охватит.

Ты потеряешь Хлейдра(116) престол. червонные кольца и камень волшебный Девы, беритесь за рычаги! Нам здесь не согреться кровью сраженных.

Сильно молоть я постаралась, видя грядущую гибель для многих; прочь с основанья, в ободьях железных, сброшена мельница, мелем мы снова!

Мелем мы снова: сын Ирсы местью Фроди ответит за гибель Хальвдана; братом ее назвав он будет и сыном ее; мы это знаем".(117)

Девы мололи. меряясь силами, юные были, как етуны в гневе; балки тряслись, основа слетела. надвое жернов тяжелый расколот.

Слово сказала тогда исполинша: "Мы Фроди смололи славный помол; вдосталь над жерновом девы стояли".

[Затем следуют скальдические стихи Эйнара Скуласона и Эгиля с кеннингами золота "помол Феньи" и "мука Фроди".]

Почему золото называют "посевом Хрольва"?

Был в Дании один конунг по имени Хрольв Жердинка. Это был славнейший из древних конунгов, всех он превзошел щедростью своей, отвагой и простотой обхождения. Говоря о Простоте его, часто приводят в пример вот какой случай. Был один бедный незнатный парень по имени Вегг. Раз пришел он в палату Хрольва конунга. А конунг был тогда годами молод и телом .тощ. Вот подошел к нему Вегг и смотрит на него. Тогда молвил конунг: "Сказывай, парень, зачем пришел, что глядишь так на меня?". Вегг и говорит: "Дома у меня слышал я молву, будто Хрольв конунг из Хлейдра – величайший муж в северных странах. А тут сидит на троне жердинка малая, и ee-то величают конунгом". Тогда отвечает конунг: "Ты, парень, дал мне имя, и буду я зваться отныне Хрольвом Жердинкой, ибо в обычае, нарекши именем, давать подарок. У тебя же, гляжу, нет такого подарка, чтобы было мне принять пристойно. Давать должен тот, кто сам имеет". Снял он с руки свое золотое кольцо и дал ему. Тогда вскричал Вегг: "Славься меж всеми конунгами! И клянусь я честью, умрет от руки моей тот, кто будет повинен в твоей смерти!". Засмеялся тогда конунг и сказал: "Малым доволен Вегг".

А об отваге его другое сказывают. Государил в Упсале конунг по имени Адильс. Он взял в жены Ирсу, мать Хрольва. Он пошел войною на конунга, который правил Норвегией, тот звался Али. Они порешили быть бою между ними на льду Венерна-озера. Конунг Адильс шлет посольство Хрольву, своему родичу, чтобы тот пришел ему на подмогу, и обещает платить всем его воинам, пока они будут в походе, а самому конунгу сулит три сокровища, которые он выберет в Швеции. Хрольв конунг ехать не мог: он тогда воевал с саксами. Но послал он к Адильсу своих двенадцать берсерков.(118) Был там Бедвар Медвежонок и Хьяльти Гордый, Хвитсерк Храбрый, Ветт, Весети, братья Свиллаг и Бейгад и другие с ними.

В той битве полегли конунг Али и великое множество воинов его. Тогда снял конунг Адильс с него, мертвого, шлем, что звался Боевой Вепрь, и взял себе коня его, Ворона. Тогда пожелали берсерки Хрольва взять свою плату три фунта золота каждому, а вдобавок пожелали они отвезти Хрольву те сокровища, что они для него выбрали. А были это шлем Боевой Кабан и броня Наследство Финна – не брало их железо, – а еще золотое кольцо Свейская Свинья, которым владели предки Адильса. Конунг же отказался выдать сокровища, да и платы уговоренной не дал. Пустились берсерки в обратный путь, ропща на свою долю, и рассказали Хрольву, как было дело. Тотчас снарядился он в путь в Упсалу.

Он привел свои корабли в реку Фюри и отправился в Упсалу, а с ним и двенадцать берсерков его. Все поехали тайно, без позволения. Радостно встретила его Ирса, мать его, и провела его в одно помещение на ночлег, но не в конунговы палаты. Разложили тут перед ними большие костры и принесли пива. Тут пришли люди конунга Адильса и подложили в огонь поленьев и разожгли огонь столь великий, что на Хрольве и его людях вспыхнуло платье, и сказали: "Правда ли, что Хрольв и берсерки его не бегут ни огня, ни железа?". Тут вскочил Хрольв и все, кто был с ним. И промолвил он: "Подбавим-ка жару в домах у Адильса!". Схватил свой щит, и бросил в огонь, и, пока горел тот щит, перескочил через огонь. И еще сказал он: "Не бежит от огня тот, что прыгает через него!". То же сделали и другие люди его. Напали они на тех, кто разжигал огонь, и бросили их в пламя.

Тут пришла Ирса и отдала Хрольву рог полный золота, а в придачу и кольцо, что звалось Свейская Свинья, и просила его немедля возвращаться к своей рати. Вскочили они на своих коней и поскакали в долину Фюри. И видят они, что Адильс конунг скачет за ними в погоню с войском своим во всеоружии и замышляет убить их. Тогда Хрольв зачерпнул правою рукою золота из рога и разметал все по дороге. И когда свои это увидели, спрыгнули они с лошадей и взял каждый, сколько кому досталось. Но конунг Адильс повелел им продолжать погоню и сам понесся во весь опор. Конь его звался Прыткий и был он всех коней резвее. Когда Хрольв Жердинка завидел, что приближается к нему конунг Адильс, взял он кольцо, что звалось Свейская Свинья, и швырнул ему, и просил его принять в дар то кольцо. Конунг Адильс подъехал к кольцу и поддел его острием копья, так что кольцо покатилось по древку. Тогда Хрольв Жердинка оглянулся и увидел, что тот склонился. И сказал: "Заставил я свиньей согнуться самого могучего из свеев!". На этом они и расстались.(119)

С той поры золото и зовется "посевом Хрольва или долины Фюри". (Следуют стихи скальдов Эйвинда Губителя Скальдов и Тьодольва, содержащие кеннинги золота "посев долины Фюри" и "ячмень Хрольва".)

Рассказывают, что конунг по имени Хельгив честь его назван Хельгеланд(120) – был отцом Торгерд Невесты Хельги. Им обоим поклонялись, и курган Хельги был насыпан слоями: слой из золота и серебра-это были жертвенные деньги, – а слой из земли и камней. [В полустрофе Скули Торстейнссона золото обозначается как "крыша кургана Хельги".]

В "Древней Песни о Бьярки" (121) перечисляется много названий золота. Там-говорится так:

Вождь тороватый дружинникам даровал Феньи работу, Фафнира землю. Гласира иглы, Грани поклажу, Драупнира капли, перину змея.

Щедрый одаривал, мужи принимали волосы Сив, Лед му'ки лука,(122) выкуп за выдру, Марделль слезинки, огонь реки Орун, речь великана.

Битвы вершитель дарил, мы украсились Тьяцци речами, народы без счета, Рейна рудою, распрею Нифлунгов витязь отважный не хранил его Бальдр.

Золото, потому что оно красное, называют в кеннингах "огнем руки, или сустава, или кости". Серебро же, напротив, зовут "снегом", или "льдиною", или "инеем", потому что оно белого цвета. Подобным же образом в кеннингах золота или серебра следует прибегать к словам "кошель", "тигель" или "пена". Золото и серебро равным образом могут быть обозначены как "камень руки" или как "гривна" человека, у которого в обычае носить гривну. Ожерелья и кольца сама по себе золото и серебро, если о них не сказано что-либо другое. [В последующих стихах скальдов Торлейка Красивого, Эйнара Звона Весов, Эйнара Скуласона и Терла Мераскальда встречаются следующие кеннинги золота и серебра: "груз тигля", "пылающий уголь руки", "пламя сустава", "камни Рейна", "огонь моря и снег кошеля", "белая пурга тигля", "снег чаш", "огонь струящегося пути угрей" ("струящийся путь угрей" – море, "огонь моря"-золото), "лава рук".]

Мужа называют "дробителем золота", как сказано у Оттара Черного. [Далее приводится полустрофа Оттара Черного с упомянутым кеннингом, а также стихи скальдов Эйнара Звона Весов, Торлейка и Торвальда Блендускальда, в которых встречаются кеннинги: "метатель золота", "расточитель золота" и "разбрасыватель золота"].

В кеннингах женщины упоминается золото, например, когда женщину называют "дарительницей золота". [В качестве примера употребления этого кеннинга приведена полустрофа Халлар-Стейна, где мужчина зовется "расточителем янтаря холодного луга кабана Видблинди", а женщина – "дарительницей змеи потока".] В этой строфе киты называются "кабанами Видблинди". Это был великан. Как другие ловят рыбу, так он удил из моря китов. "Луг кита" – это море, "янтарь моря" – золото, а женщина – это дарительница того золота, что она раздает. Но слово "дарительница" созвучно со словом "ива", а ива – дерево. Поэтому, как уже было написано, для обозначения женщины служат любые названия деревьев женского рода. Женщина также расточительница того, что она отдает, а это слово созвучно названию упавшего в лесу дерева. [В приводимых полустрофах Гуннлауга Змеиного Языка, Халлар-Стейна, Орма Стейнторссона и Стейнара встречаются следующие кеннинги женщины: "расточительница богатства", "поляна чаш", "Сив – хранительница огня моря", "поросль камней Хьяднингов" ("камни Хьяднингов" – золото, "подпорка камня" – женщина), "Христ меда" (Христ – имя валькирии), "Сюн ожерелья", "движущаяся опора струящейся луны мягкой подставки" ("мягкая подставка" – рука, "луна руки" – золото, "опора золота" – женщина), "береза звонкого костра руки" ("звонкий костер руки" – золото, "береза золота – женщина), "осина монет", "липа льна".]

Описывая мужчину как дерево, его называют, как уже было написано, "дубом оружия и сражений, странствий и разных деяний, кораблей и вообще всего, что им предпринято и испробовано". [Приведены стихи Ульва Уггасона, Кормака, Халльфреда Беспокойного Скальда, Арнора, Рэва, Оттара с кеннингами мужчины "испытатель племени костей земли" (кеннинг относится к Тору, "кости земли" горы, "племя гор" – великаны, "испытатель великанов" – Тор), "ствол прута убийства" ("прут убийства" – меч, "ствол меча" – муж, воин), "древо губителя щитов" ("губитель щитов" – меч, "древо меча" – муж, воин), "древо ясеня Улля" ("ясень Улля" – щит, "древо щита" – муж, воин), "древо струга", "Фрейр битвы", "ясень вьюги Хоара" (Хоаримя Одина, "вьюга Одина" – битва, "ясега битвы" – воин, вождь) "клен льдины руки" ("льдина руки" – серебро), "древо мечей", "палица ужаса", "терн богатства".]

Какие есть кеннинги битвы? Зовут ее "бурей оружия, щитов, Одина, валькирий или конунгов воителей". Называют ее также "лязгом?! либо "звоном". [Приводятся стихи Торбьерис Хорнклови, Эйвинда, Вереи, Эйнара Звона Весов с кеннингами битвы "буря копий", "грохот Скегуль" (Скегуль – имя валькирии), "непогода Хоара", "вьюга Хлекк" (Хлекк – имя валькирии), "ураган Гендуль" (Гендуль – имя валькирии), "ливень Хегни", "лязг, дротов", "звон Гендуль".]