Текст книги "Стопаж"
Автор книги: Автор Неизвестен
Жанр:
Биографии и мемуары
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)
Наконец, я завершил цепь нелогичных решений этого дня, тем, что остановил рейсовый автобус "Одесса-Киев", заплатил последние одиннадцать гривен и сел в почти пустой салон. Следующие три часа я глазел на фильм, крутившийся в салоне (сервис!), потом на мультфильм, потом на прибывавших пассажиров (с каждого брали ровно столько, сколько он мог заплатить – и 14 и 15 гривен и больше). В итоге часов в семь вечера я оказался в стольном граде Киеве на автовокзале – с мелочью в кармане и без всяких представлений об местности, по которой мне предстояло передвигаться.
Следуя дорожным указателям, я двинулся в поисках трассы на Москву.
Встреча со стариком, бывшим зеком. На малопонятном мне украинском рассказал душераздирающую историю, как его подставила и посадила любимая женщина. Называл меня гастролером и хитро щурился. Я его убеждал в легальности моих занятий, угощал остатками вина и шоколадкой. На предпоследние 15 копиек в метро приехал на Крещатик и попал прямо на празднование Дня Незалежности. Толпы и толпы: продираюсь сквозь них со своим рюкзаком. На асфальте сидит мужик и поет под гитару русский рок-н-ролл, Науменко, Цоя и т.п. Девушка перед ним собирает деньги в шляпу, эротично танцует и в конце каждой песни целует мужика в плешь. Вокруг него куча народу.
Я еду на метро в сторону московской трассы, выбираюсь на нее, заваливаюсь в сосняк и засыпаю. Занавес.
_25 августа Киев – Чернигов – украинско-белорусская граница_
Километров 30 меня подвезли на КРАЗе.
Потом между двух мужиков в кабине грузовика – до Чернигова, потом прогулка по окружной, несколько километров на машинке, опять прогулка и, наконец, к вечеру Ауди-90 и студент заочного юрфака. С ним едем до белорусской границы, задушевно треплясь.
_26 августа украинско-белорусская граница – Гомель – Брянск – почти Калуга_
"Белорусские таможенники очень любят свою работу" – это я сострил, глядя на огромную очередь легковых машин перед въездом в таможенную зону. Славик невесело хмыкнул. Потом хмыкнул еще раз – уже повеселее – дошло. Он ходил в начало очереди узнавать, нельзя ли быстрее (и сколько это будет стоить). Ответ был "Быстрее только на самолете". "Будем экономить деньги", сказал Славик и расслабился.
На таможне у меня снова немного и без интереса покопались в рюкзаке. В общей сложенности мы провели на таможне шесть часов.
Впрочем, как утверждали очевидцы, это не предел. Поскольку нет предела совершенству.
Первый же пост ГАИ в Белоруси – нас останавливают, интересуются у
Славика, почему нет подсветки номеров. "Лампа перегорела", – отвечает он спокойно и тут же начинает уводить мента подальше от опасной темы: "А что это у вас за машины стоят?", "Угнанные?",
"Давайте не будем меня штрафовать – я же такой классный!"
В результате на трассе под Гомелем я оказался часа в два ночи. Из источников света была только полная Луна. Химзавод в тумане и под лунным светом, прогулка до Гомеля, потом по улице Державина.
Рассвет. Выходим на позицию для стопа.
Я решил в этот же день добраться до Москвы. По мере того, как я стопил в сторону Брянска, становилось все прикольнее и прикольнее.
Куча народа жаждала меня подвезти – далеко не безвозмездно. За полтора часа в сторону Брянска остановилось штук семь машин – все хотели денег и не хотели в Брянск, а предлагали везти в пригород; из машин, ехавших в противоположную сторону, остановилось штуки три – на тех же условиях. Из всего разнообразия транспортных средств, я выбрал раздолбанный грузовичок, совершенно безвозмездно доставивший меня до Добруша.
Здесь я простоял недолго. Семейная пара на "Опеле" подобрала меня со словами "не на себе же везем!". Такие слова мне очень понравились. Все бы следовали этой философии!
Перекресток с трассой "Киев". Машин немного – и никто не останавливается. Стоплю фуру из Молдовы. Первый вопрос молодого водилы: "Деньги есть?". Я говорю, что только один рубль (увы, то была чистая правда!). "Только рубли?" – переспрашивает. Принимаюсь убеждать его подвезти меня, пытаюсь заинтриговать, называя основные пункты путешествия. В ответ слышу "Хули как блоха по Европе прыгаешь?" – и фура уезжает. У меня – шок, оттеняемый досадой.
Мораль: и дальнобойщики бывают разные!
Стоплю раздолбанный УАЗик-микроавтобус, машу перед носом бугая-пассажира десятью тысячами румынских лей (доллара три по курсу, но выглядят внушительно), он их берет, говорит "Залазь".
Водила отстраненно смотрит на дорогу. Я лезу в салон. Рядом со мной спит нечто мужского рода, пахнущее спиртом. Его необъятный живот колышется как океан. От двигателя под кабиной несет угарным газом, соответственно, я начинаю потихоньку угорать, кое-как поддерживая беседу с бритым и изрядно пьяным бугаем Серегой. Водила же трезвый и тощий. Нервничает, потому что близится ночь, а фары у УАЗа не работают. Просыпается мужик с необъятным животом, заставляет бугая отдать мне румынские леи, волевым решением останавливает машину и на обочине организует фуршет с водочкой и крабовыми палочками. От водки отказываюсь, крабовыми палочками угощаюсь. Мужик с животом оказывается в этой явно уголовной компании главным уркой с лексиконом и поведением главаря из "Джентльменов Удачи", в приступе уголовного юмора он предлагает меня убить и закапать у дороги. Я убеждаю его, что это не интересное и утомительное занятие. Вместо этого начинаю развлекать компанию пением романсов и русских народных песен. Всем нравится. Близится вечер, но Москва все еще очень далеко.
Когда стемнело, они захотели остановится у придорожной шашлычной.
Приглашали меня составить компанию, "отдохнуть", расслабиться.
Предложение мне не понравилось, и я стал стопить прямо у въезда на территорию шашлычной, в пятне света от фонаря. Скоро мне это надоело, я перешел дорогу и расположился на ночь в лесочке. Жутко хотелось есть.
_27 августа почти Калуга – Москва – Воскресенск_
Утро. Холодно и голодно. На одервеневших от холода ногах я вышел из леса. Сумасшедшая троица, как оказалось, уже уехала. Теперь я почти жалел, что не остался с ними на ночь – поел бы горяченького и до Нары бы доехал. С другой стороны, уж очень беспокойный был народец – прирежут еще спьяну.
Постопив немного, остановил "Ниву". Водила оказался весьма толстым немолодых лет мужиком, очень говорливым и смешливым. Он ехал непосредственно в Калугу. А меня настолько задолбал весь этот совковый стоп, что я решил доехать до Москвы как белый человек на зеленой собаке (то бишь на электричке). Мужик, рассказывая поучительные истории про безразмерные штаны, которые он покупал для себя в Нью-Йорке и Париже, доставил меня прямо к конечной остановке троллейбуса 1. На нем-то я и поехал дальше – прямо на вокзал, созерцая упадок и запустение улиц и площадей. Вид пары мест из тех, что я проезжал, всколыхнул во мне смутные детские воспоминания пятнадцатилетней давности. У меня даже возникла идея съездить на
Грабцевское шоссе – к семейной общаге, в которой прошло мое ранее детство.
После троллейбуса – в кармане ни рубля. Жду электрички, три с половиной часа еду до Москвы, оставившие меня в покое контролеры,
Московское метро и куча людей, говорящих по-русски, но при этом почему-то угрюмых. Электричка в Воскресенск – контролеров спрашиваю:
"Принимаете штраф в валюте?". Кивают. Протягиваю им десять тысяч румынских лей. Лица вытягиваются, меня оставляют в покое. Легкая двухкилометровая прогулка до дома. Все!
Подводя итоги этого путешествия, следует отметить, что мною было преодолено 5500 км (большей частью – автостопом), потрачено около
150 у.е. и оставлено на просторах Восточной Европы около 10 кг живого веса.
