Текст книги "Искушать босса (ЛП)"
Автор книги: Наташа Мэдисон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)
Я киваю, соглашаясь со всем, что он говорит.
Мы тратим около получаса, обсуждая имеющиеся проекты. У него есть четыре ресторана, которые открываются в ближайшие три месяца. Все разные кухни и атмосфера, так что он взволнован тем, что должно произойти. Мы разбираем проект ночного клуба – ресторана, который я взял на себя. Это больше обычного, настоящий вызов, потому что всё должно сработать идеально для обеих целей.
После он говорит мне, что уходит. Я бросаю взгляд на часы и вижу, что ещё только половина седьмого. Уже целую вечность я не выходил из офиса так рано. Я решаю, что наведаюсь в спортзал.
Закрыв все двери, я иду на улицу. Я прохожу мимо стола Лорен, от которого слегка пахнет ягодами. Мелькают стикеры, расклеенные над экраном компьютера.
Я не могу удержаться, чтобы не передвинуть несколько штук. Это ребячество, я знаю, но ничего не могу с собой поделать. Вот что она делает со мной.
Глава 6
ЛОРЕН
Он попросил меня задержаться – будто бы это в порядке вещей. А, ведь, я же была очень конкретна в данном вопросе, когда заполняла анкету. И перед тем, как уйти, я беру трубку, набирая номер Кейли. Я удивляюсь, когда слышу голос Рэйчел.
– Привет, Мамасита.
Я улыбаюсь при одной мысли о том, как она стоит там, на кухне, и её кудри подпрыгивают.
Иду к машине и говорю, что буду дома через двадцать минут. Я въезжаю на подъездную дорожку, ставлю фургон на стоянку и кладу голову на руль, борясь с напряжением дня. Вдох – выдох. Думаю, что это первый раз за весь день, когда я, наконец, дышу нормально.
Мне достаётся совсем немного времени для себя, прежде чем я слышу, как Гейб выбегает из дома.
– Мам, ты должна быстро войти.
Тон его голоса возвращает меня к реальности.
Я отстёгиваю ремень безопасности, уже готовая бежать внутрь.
– В чем дело? – я с тревогой смотрю на него.
– Тетя Кей готовит ужин, – он бросает в мою сторону нервный взгляд, его большие карие глаза широко раскрыты от ужаса.
– Вот дерьмо, – говорю я и быстро направляюсь в дом. В последний раз, когда она пыталась приготовить нам ужин, мы ели цветную капусту в чём-то арахисовом и липком. В этой смеси не было ничего хорошего. Чёрт возьми, это было почти несъедобно. Я даже не стану упоминать о послевкусии, которое это блюдо оставило у меня во рту.
Я спешу зайти в дверь и тут же слышу, что срабатывает детектор дыма.
– О Господи, Кей, какого чёрта ты делаешь?! – я хватаю метлу из шкафа и, стоя прямо под детектором, разгоняю ею дым.
– Господи, Господи, Господи, – бормочу я, оглядываясь на кухню, как раз вовремя, чтобы заметить, как Кейли вытаскивает из духовки поднос с обугленной, дымящейся цветной капустой.
– О боже, о боже, о боже! Мне так жаль! Мы вышли на улицу, чтобы заняться детской йогой, и я совсем забыла, – объясняет она, пока идет к раковине, включает воду и смачивает дымящиеся остатки того, что когда-то было капустой. Шипящий звук воды, ударяющейся о горячий металл, заполняет тихую комнату вместе с гарью, с вонючим дымом, который может снова запустить теперь уже молчащий детектор. Я делаю единственное, что действительно могу – продолжаю работать метлой, как опахалом.
– О, тетя Кей, что же мы теперь будем есть? – спрашивает Рэйчел. Она стала бы единственной из нас, кто попытался бы съесть кулинарное творение Кейли.
Моя сестра хлопает в ладоши.
– О! У меня есть немного тофу, который мы можем порезать и… – прежде чем она успевает закончить фразу, мы с Гейбом кричим одновременно твёрдо и не сдерживая паники:
– Нет!
Я окидываю взглядом беспорядок на кухне и начинаю мысленно считать до десяти.
– Ладно, мне надо бы переодеться. Гейб, начинай делать уроки. Рэйчел, иди, поучи написание слов. Ты, – я указываю на сестру, – убери этот беспорядок. Я найду что-нибудь, из чего можно приготовить пасту.
Она стонет.
– Но здесь нет макарон без глютена для меня.
Я смотрю на неё.
– Ладно, тогда ты поедешь домой. Давай, – я показываю на кухню. – Убери этот бардак, прежде чем уйдёшь.
Я поднимаюсь наверх и снимаю офисный наряд, заменяя его штанами для йоги и толстовкой. Сейчас я в режиме мамы. Спускаюсь вниз и вижу, что Гейб сидит за столом и делает домашнее задание, в то время как Рэйчел в гостиной пишет свои слова, а Кейли наполняет посудомойку.
– О, хорошие новости, – сообщает она мне. – Я нашла немного риса, так что я брошу туда любой соус, который ты приготовишь. Ням-ням.
Я качаю головой, смеясь над ней, и начинаю готовить овощи для пасты «Примавера». После того, как я всё обжарила и положила пасту, я добавляю ещё немного оливкового масла и пармезана.
– Кей, накрывай на стол, – кричу я ей.
Она заглядывает мне через плечо и жалуется:
– Я не могу это есть. Ты кладёшь сыр.
– Всё в порядке, – шепчу я, – я не сдам тебя веганской полиции. Мы сделаем вид, что этого никогда не было.
Я раскладываю пасту по тарелкам для детей и слышу, как открывается холодильник, а за спиной раздается визг.
– Забей, – стонет она, доставая из морозилки один из своих замороженных обедов. – Смотрите! Равиоли с тофу! Спасена!
Кейли танцует по пути к микроволновке, вскидывая руки в воздух и тряся задницей.
– О да, о да, о да! – она продолжает довольную пляску, пока не слышит сигнал о готовности.
Вытащив лоток, сестричка снимает пленчатую пластиковую крышку и машет им перед моим носом.
– Пахнет так вкусно, правда?
Я поднимаю брови и киваю.
– Ага, – бессовестно вру, на самом деле.
Во время еды дети рассказывают, как прошёл день. Рэйчел говорит, что сегодня кого-то вырвало в классе, потому что кто-то ещё пукнул. По-видимому, это забавно для неё, так как она хихикает, когда вспоминает эту историю.
К восьми часам дети выкупаны и отправлены по кроватям. Я валюсь с ног, просто выключаюсь, но всё-таки спускаюсь по лестнице, чтобы зажечь свечи и выпить полный бокал идеально охлаждённого белого вина.
– Ох, если бы ты не была моей сестрой, и я любила цыпочек, то я бы сделала тебя своей женщиной, – я плюхаюсь вниз, хватаю стакан и сворачиваюсь калачиком на диване, поджав под себя ноги.
– Итак, расскажи мне о своём боссе, – подсказывает она, потягивая своё вино.
– О, с чего мне начать? – я закрываю глаза, стараясь не представлять, как он смотрит на меня. Ещё больше стараясь не представлять его нависающим надо мной. Определённо изо всех сил стараясь не представлять, как он раздевается, нависая надо мной и пристально глядя на меня.
– Хорош собой? – спрашивает она.
Я утвердительно киваю и допиваю вино одним долгим, жадным глотком. Беру бутылку, с треском выдёргиваю пробку и наполняю бокал ещё раз.
– Слишком хорош собой.
– Подтянутый или коренастый? – она уточняет, и я догадываюсь, к чему она клонит. Сначала маленькие вопросы, потом большое обсуждение.
– Подтянутый, – отвечаю я, делая паузу, чтобы глотнуть из уже наполовину осушенного бокала, – очень подтянутый, – кажется, вино подействовало слишком быстро, потому что я оглядываюсь вокруг, прежде чем прошептать:
– Думаю, у него шесть кубиков на прессе, – я приканчиваю оставшееся вино.
– Цвет волос? Цвет глаз? – она подливает мне опять.
– Тёмные. Орехово-зелёные с золотыми крапинками, – я выпиваю ещё немного.
– Волосы на лице? Ты получишь ожог от его бороды или нет?
Я поднимаю глаза и, кажется, слегка краснею.
– Зависит от времени суток. Сегодня утром он был чисто выбрит, но к трём часам у него уже была хорошая пятичасовая тень, – я откидываю голову на спинку дивана и смеживаю веки.
Вспоминаю его взгляд, ухмылку, которую он мне подарил, то, как он спросил о моём муже, не сглотнув, прежде чем я ответила. Затем его глаза внезапно загорелись озорством.
– Он тебе нравится?
Я резко открываю глаза и поворачиваюсь к ней.
– Нет! Нет, не знаю, абсолютно не знаю. Он мне совсем не нравится.
Она хихикает и делает ещё глоток.
– Он врезался в мою чёртову машину, Кей! А потом этот тупица спросил, не пьяна ли я, – оправдываюсь я. – Пьяная в грёбаные восемь утра!
– Он забрался тебе под кожу! Не было никого, кто бы зашёл так далеко. Ну, разве что Пейси из Доусонз-крик…
– Эй! – я тычу в неё пальцем. – Джо всё лето ходила с ним под парусом! Только потому, что Доусон там и плачет, она думает, что должна быть с Пейси. Он всегда был её выбором, – я наливаю себе ещё стакан, при этом немного расплёскивая.
– Как ты думаешь, он делает эпиляцию? – спрашивает она, ставя свой бокал на стол, в то время как я только что выпила ещё один.
– Понятия не имею, но я бы предположила, что да. Я имею в виду, кто в наши дни не занимается «ландшафтным дизайном»? – я смотрю на неё с удивлением.
– Некоторым нравится быть свободными и позволять всему быть естественным; в этом нет ничего плохого. Не суди. Ну, если только тебе не придётся сосать его член, тогда это имеет значение. Тебе, конечно, не нужно задыхаться от длинных лобковых волос. На самом деле, если ты думаешь, что это не так, то просто беги. Беги быстро, как будто он размахивает перед тобой бомбой.
Я киваю ей. Наверное, мне следует делать заметки. Я чувствую, что должна делать заметки, чтобы запомнить это.
– Туфли?
– Хорошо. Чёрные, – я пялюсь на неё, широко раскрыв глаза, – и чистые. Очень хорошо, – я ненавижу, когда у парней нет чистой обуви; это всё равно, что иметь грязные ноги. Фуу.
– Зубы? Прямые? Кривые? Белые? В пятнах? Вонючее дыхание?
Я наклоняю голову набок и вспоминаю, улыбался ли он сегодня. Я видела, как он ухмыльнулся, я видела, как он сверкнул глазами, я видела, как дёрнулась его челюсть, но я не уверена, что видела его зубы.
– Даже не знаю.
– Большие руки?
– О да, такие большие, – я широко раскрываю свои чуть трясущиеся ладони, чтобы она поняла размер. – Вот такие, – я двигаю руками, описывая большие круги.
– Ты думаешь, у него большой член? – я замираю.
– Ну, у него должен быть большой. Нельзя быть таким красивым и иметь маленький пенис. А на самом деле, может быть, поэтому он такой мудак! У него маленький пенис. Он страдает синдромом маленького пениса, – я смотрю на неё, ожидая ответа. – Я имею в виду, отчего ещё ему быть таким горячим и таким мудаком, если только… – я хихикаю, – если только он не такой большой, что больно ходить, – я закрываю рот рукой и громко смеюсь.
– Я не могу спать с ним. Он мой босс, и, кроме того, я ему даже не нравлюсь.
Я встаю с дивана, беру свой бокал вина и проливаю всё, что в нём осталось, на пол.
– Мне нужна собака, чтобы, если я что-нибудь пролью, она могла это слизать, – я гляжу на Кейли, и она тихо смеётся. – Ты думаешь, мы сможем завести собаку и научить её кусать моего босса?
– А то! Думаю, тебе просто нужно взять фотографию и свитер с собой в собачью школу, чтобы они могли использовать его запах. Они научат пса нападать на твоего босса, как только он приблизится.
– О-о-о, нам нужно это проверить, – говорю я. И это последнее, что я помню.
Следующее, что я осознаю, это то, что я лежу в своей постели с Кейли на другой стороне.
– Ты думаешь, я ему не нравлюсь, потому что я старая? Или уродливая? Или это потому, что я толстая?
Она тянется и гладит меня по щеке.
– Ты ещё не старая. Ты – противоположность уродливости, и ты определённо не толстая. Он ведёт себя так, будто ты ему не нравишься, потому что ты ему, вероятно, слишком нравишься. Помнишь Рики в третьем классе, который гонялся за тобой с лягушкой, потому что любил тебя? Это всего лишь взрослая версия.
– Он ни за что не западёт на такую, как я. Правда, он сказал, что у меня тугая задница. Это значит, что он смотрел на неё, верно?
Она заправляет прядь волос мне за ухо.
– Он, без сомнения, оценивал тебя.
Я закрываю глаза. Комната кружится, когда день прокручивается в моей голове. Я засыпаю под звуки болтовни Кейли о вегетарианском супе из говядины, который она собирается приготовить, за вычетом говядины, конечно.
Её голос убаюкивает меня, когда я возвращаюсь мыслями в сегодняшний день, к моменту, когда я сидела за своим столом, зная, что он наблюдает, чувствуя, что он наблюдает за мной.
Глава 7
ЛОРЕН
На следующий день я добираюсь до работы без происшествий. Уже в семь пятьдесят пять я на месте и иду в комнату отдыха, где завариваю кофе.
Я стою, облокотившись о стойку, и жду, когда кофе закипит, и тут входит высокий мужчина в очках. Он долговяз, его коричневые брюки идеально выглажены. Клетчатая рубашка завершает образ. Я улыбаюсь ему и вежливо говорю:
– Здравствуйте.
Он кивает и подходит к холодильнику, чтобы убрать свой ланч-бокс.
– Вы, должно быть, новый временный персональный ассистент Остина? – говорит он тихо, тоже дожидаясь, пока кофе заварится.
– Так и есть, – я протягиваю ему руку, чтобы представиться. – Я ‒ Лорен.
Он сжимает мою руку, и я чувствую влажность его ладони, впрочем, не настолько, чтобы мне пришлось вытирать свои пальцы о юбку.
Сегодня я одета почти так же, как и вчера: строгая юбка, только теперь тёмно-синяя, со складками по бокам, белая хлопчатобумажная рубашка на пуговицах. Это просто, но профессионально. А шоколадные туфли-лодочки с открытым носком дают мне лишние четыре дюйма.
– А я ‒ Стивен. Работаю в бухгалтерии, – отвечает он, поправляя очки на носу. – Ну, как, тебе нравится твоя работа? – вопрос чуть приглушает звук струи пара, вырывающейся из аппарата, давая нам знать, что всё готово.
Я хватаюсь за ручку.
– Так и есть. Сначала я думала, что будет сложно, так как я не работала больше десяти лет, но это всё равно, что кататься на велосипеде, – я улыбаюсь ему, наливая кофе.
Он ставит кружку на стойку и ждет, пока я подам ему кофейник. Но я собираюсь быть дружелюбной:
– Пожалуйста, скажи мне, когда остановиться.
Он улыбается в ответ.
– Когда ты закончишь флиртовать, сделай мне тоже чашечку. И нам нужно обсудить пару вещей, – голос Остина врывается в комнату, пугая меня и заставляя немного расплескать кофе.
– Господи, ты меня напугал, – выдыхаю я, возвращая кофейник на подставку и быстро хватая салфетку, чтобы вытереть пролитое. Стивен тут же сграбастывает свою чашку и уходит, ещё раз улыбнувшись мне, кивнув Остину и пробормотав:
– Доброе утро.
– Я знаю, что ты временный работник и не в курсе правил компании, но личные отношения между коллегами запрещены, – он смотрит на меня, засунув руки в карманы.
Я бросаю салфетку и поворачиваюсь к нему. Он одет в простой чёрный костюм и очередную накрахмаленную белую рубашку: выглядит остро, будто всё было пошито специально для него.
Он, очевидно, не брился сегодня утром: щетины больше, чем вчера вечером, когда я уходила, и я не могу не думать про себя, что определённо получила бы ожог от бороды из-за этого.
– Я попрошу Барбару прислать тебе правила, чтобы не путаться.
– Я не флиртовала с ним. Мы только что познакомились, и я просто была вежлива. Хотя я уверена, что эта концепция тебе чужда, – я беру свою кружку и иду прочь.
– Я попросил кофе, – останавливает он меня, и я резко поворачиваю голову.
– Нет. Ты не попросил, ты потребовал. После того, как ты оскорбил меня. Снова. И, для протокола, когда кто-то просит другого человека о чём-то, он обычно добавляет «пожалуйста». Кофе готов. Налей себе сам, – я свирепо смотрю на него.
Больше ничего сказать я не успеваю, так как в комнату входит Барбара.
– Доброе утро, вы двое. Лорен, мне нравится эта юбка. Очень, очень мило, – говорит она мне, беря две кружки и наполняя их кофе.
– Барбара, – обращаюсь я к ней, – Остин как раз вспоминал политику компании, включённую в руководство для сотрудников. Если вас это не затруднит, пожалуйста, пришлите её мне. Существует политика запрета личных отношений на работе. Остин, похоже, считает, что мне следует прочитать эти правила, – я подношу чашку ко рту, чтобы скрыть улыбку.
Барбара бросает удивлённый взгляд на меня, потом на Остина.
– Обязательно пришлю. Только, похоже, у меня нет подходящей копии, так как я не помню это конкретное правило. Остин, если ты внёс поправки в справочник, то, возможно, тебе стоит прислать его мне, чтобы я могла убедиться, что эти изменения будут зафиксированы и отправлены по электронной почте всем, – предлагает она, когда заканчивает с кофе, вручая Остину одну из чашек, которые приготовила.
Я поднимаю глаза на примолкшего босса, отмечая его сжатый рот и дёргающееся горло.
– Мы завершили правки только на прошлой неделе. Я пришлю тебе, – цедит он и уходит, оставляя нас с Барбарой одних.
Я вижу, как она улыбается, поднося кружку к губам.
– Надеюсь, ты знаешь, что я не останусь здесь надолго, – сообщаю я ей. – Я уже попросила Пенелопу, чтобы она подыскала мне подходящую замену здесь, а также другую должность в другом месте… – я смотрю, как она пьет кофе, и интересуюсь, – он всегда кладет пол-ложки сахара и не добавляет молоко?
Выражение удивления на её лице не скрыть.
– Я очень наблюдательна, – я улыбаюсь ей и направляюсь к своему столу, где включаю компьютер, замечая, что мои стикеры перемешаны.
Я встаю и иду в кабинет Остина. Дверь не закрыта, и я вхожу. Я убеждаюсь, что он не говорит по телефону, прежде чем спросить его:
– У нас тут есть бригада уборщиков?
Он отрывает взгляд от газеты и медленно оглядывает меня с головы до ног.
– Прошу прощения? – переспрашивает он.
– Мои стикеры сдвинуты, – его кадык двигается, как будто он глотает. – Я предполагаю, что кто-то убирал и перенёс их. Итак, мой вопрос в том, есть ли у нас бригада уборщиков?
Он откидывается на спинку стула.
– Откуда ты знаешь, что их вообще трогали? Что ты делаешь? Запоминаешь их перед отъездом? – он смеётся, но смех его дрожит.
– Мне не нужно их запоминать. Я размещаю их в алфавитном порядке, поэтому я знаю, что их перемешали.
Его лицо приобретает приятный оттенок белого. Ну, конечно, придурок переставил моё дерьмо. Но вместо этого он говорит:
– Должно быть, уборщики.
Секунду я пристально смотрю на него.
– Пожалуйста, передай им, что отныне я буду сама убирать за собой. Или, знаешь что, я попробую найти их номер и связаться с ними… – я не успеваю закончить, как он встревает.
– Нет, – Остин качает головой, – я сейчас позвоню Гектору и объясню, – я утвердительно киваю ему. – Ну, если это всё, то у меня плотный график, и обсуждение твоей картотеки не входит в него.
Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но прямо перед дверью он говорит мне в спину:
– У меня деловой ланч в моём офисе с другом. Не могла бы ты позаботиться о том, чтобы нам обоим приготовили обед к полудню. Да… это приватная встреча. И она не ест тяжёлую пищу. Так что для неё подойдет салат. Я буду как обычно, – заканчивает он.
Я всё ещё стою к нему спиной, так что он не видит, как я медленно закрываю глаза и открываю рот в шоке. Мне требуется секунда, чтобы обернуться и надеть маску на лицо.
– Учитывая, что я здесь двадцать четыре часа, я не знаю, что подразумевается под «как обычно». Если ты хочешь, чтобы я заказала тебе и твоему перепихону обед… – я выдавила из себя смешок, – о, извини, твоему деловому партнёру, мне нужно точно знать, что ты хочешь. Пришли мне подробную информацию по электронной почте, – я поворачиваюсь и выхожу из кабинета, не давая ему возможности ответить.
Открыв свою электронную почту, я начинаю писать сообщение Пенелопе.
Кому: Пенелопа Барнс
От кого: Лорен Харрисон
Тема: Вытащи меня отсюда к чёртовой матери!
Если ты не хочешь нести ответственность за то, что моих детей воспитают Джейк и его шлюшка, ты позаботишься о том, чтобы я уволилась с этой работы к пятнице. А ещё лучше – завтра. Потому что я могу убить его.
Искренне,
ЛоренМОЙ БОСС – МЭР КРЕТИНВИЛЛЯ.
Я нажимаю «отправить», а затем продолжаю просматривать и-мейлы. Я пересылаю необходимые и начинаю делать заметки по тем из них, с которыми я могу справиться. Через три минуты приходит ответ от Пенелопы.
Кому: Лорен Харрисон
От кого: Пенелопа Барнс
Тема: Re: Вытащи меня отсюда к чёртовой матери!
Я работаю над этим. Но совершенно не помогает этому то, что Барбара взрывает мой телефон, чтобы уговорить тебя остаться там навсегда. Она не сдаётся. ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УБИВАЙ ЕГО, ОН МОЙ САМЫЙ КРУПНЫЙ КЛИЕНТ.
Искренне,
Твоя подруга Пенелопа, которая так чертовски сожалеет и знает, что она у тебя в долгу.
Тьфу. И что, чёрт возьми, мне теперь делать?
Кому: Пенелопа Барнс
От кого: Лорен Харрисон
Тема: Re: Вытащи меня отсюда к чёртовой матери!
Я не знаю, как ты собираешься отплатить мне за это. Во всей Италии не хватит вина, чтобы назвать эту оплату равнозначной.
Я не убью его, но я могу отравить его медленно.
Искренне,
Твоя подруга Лорен, которая уже строит планы, как однажды отплатить тебе.
Я быстро отсылаю письмо и потом достаю телефон, чтобы написать Кейли.
Я думала об этом, у него член-карандаш, и он точно не делает интимную стрижку.
Она отвечает сразу же.
Что, нахрен, он сделал за эти десять минут?
Помимо того, что он перемешал мои стикеры, он попросил меня заказать обед для него и его приятельницы по траху.
Вау, он дотронулся до твоих стикеров!
Неужели? И это всё, что ты поняла из сообщения? Разве ты не прочла, что он хочет, чтобы я заказала обед для него и его дамочки?
Прости, это было грубо с его стороны. Ты должна заставить его заплатить. Я имею в виду, что в последний раз, когда я касалась твоих стикеров, ты поменяла моё миндальное молоко на коровье, и я выпила его полностью.
Я хихикаю про себя при этом напоминании. Было очень забавно наблюдать, как она выпивает всю коробку за десять минут. Она охала и ахала о том, как это здорово на вкус.
Я продолжаю свои дела, пытаясь упорядочить все сканы, помещая их в правильные файлы, именуя и группируя всё так, чтобы это действительно имело смысл.
Жужжит телефон. Я беру трубку, но не здороваюсь, пока не слышу его отрывистый, лающий голос:
– В три часа у нас совещание с Денисом и его командой. Мне нужны все документы, напечатанные и помеченные, чтобы мы могли видеть, что происходит.
– А не лучше ли мне просто сделать слайд-шоу в PowerPoint? Так ты сможешь показать больше, чем если бы выкладывал все это на столе, – предлагаю я, улыбаясь про себя.
– Я не был уверен, что ты знаешь, как это сделать, так как ты давно не работала в офисе. Я не хотел ничего ожидать.
Я отодвигаю телефон от уха, желая разбить трубку о стол.
– Думаю, я справлюсь. Если нет, я всегда могу использовать YouTube. Там есть обучающие видео.
Я перевожу взгляд на окно его кабинета и вижу, что он уставился прямо на меня. Его сжатые челюсти просто бросаются в глаза.
– Надеюсь, с этим ты справишься.
И он кидает трубку.
Я быстро кладу телефон в подставку, улыбаясь про себя. Очко в мою пользу.
Но это состояние длится недолго. Он посылает мне электронное письмо.
Кому: Лорен (последний ПА)
От кого: Остин Маккензи
Тема: Заказ обеда
Пожалуйста, закажи мне пастрами на ржаном хлебе и салат из жареной на гриле курицы с гарниром.
Я хочу, чтобы это было к полудню. Постарайся всё не испортить. Она ждёт, что всё будет идеально.
Остин Маккензи
Мои глаза впиваются в экран, мелькает мысль, что если она хочет, чтобы всё было идеально, то начинает она с неправильного свидания. Не успеваю ответить, как приходит ещё одно письмо.
Кому: Лорен (последний ПА)
От кого: Остин Маккензи
Тема: Конференция с Денисом
Хотя я не думаю, что ты можешь принести пользу на встрече, но ты должна быть там, чтобы делать заметки.
Старайся не флиртовать, так как он тоже считается коллегой.
Остин Маккензи
Моя кровь вскипает. Я хочу ответить простым «иди нахрен», но вместо этого задумываюсь о чём-нибудь получше. О да, я собираюсь дать ему кое-что получше, ага.
Я делаю онлайн-заказ в закусочной на углу. В половине двенадцатого я собираюсь выходить, но меня останавливает женщина, идущая по коридору.
На ней коричневый плащ до середины бедра, завязанный на талии. У неё короткий блондинистый боб, уложенный тугими локонами, подпрыгивающими при каждом шаге. Её голубые глаза сияют. Её черные лабутены цокают по полу, когда она приближается.
– Я могу вам помочь? – я спрашиваю, пока обхожу вокруг своего стола. Она окидывает меня беглым взглядом.
– Нет, спасибо, – фыркает дамочка и продолжает идти прямо в кабинет Остина.
– Дорогой, – мурлыкает она. – Это было целую вечность назад.
Косясь в кабинет, я вижу, как она обходит стол и садится к нему на колени. Я не знаю, что он говорит, но вполне различимое хихиканье заставляет меня закатить глаза.
Я слышу, как звонит телефон.
– Алло?
– Этот обед мне понадобится позже. И не могла бы ты закрыть мою дверь? – бросает он и вешает трубку, прежде чем я успеваю ответить.
Я закрою его чёртову дверь. Я вхожу и слышу, как они шепчутся, нижняя половина стола закрывает всё, что он делает. Так мерзко. Сейчас же середина дня! Моё сердце бьётся так быстро. Я стараюсь не поднимать глаз, но он смотрит на меня прямо перед тем, как я закрываю дверь. Что-то мелькает в его чертах, но я не успеваю понять, что именно, прежде чем дверь захлопывается. Я слышу, как опускаются жалюзи.
Нет, я не собираюсь сидеть здесь, пока он трахается в своем кабинете.
Я обхожу стол, хватаю сумочку и ухожу обедать. Наверное, я буду есть салат с жареной на гриле курицей и гарниром.
Я достаю мобильник и посылаю Кейли новое сообщение.
Он трахает какую-то женщину в своём кабинете!
Твой босс?
Нет, грёбаная зубная фея! О ком же ещё мне говорить?
Я сейчас блевану. Убедись, что используешь антибактериальные салфетки для поверхности, на которой ты сидишь. Ты же не хочешь ловить вошек.
Люди всё ещё используют слово «вошки»?
М-м-м. Да.
Я выхожу из здания в шум и суету, обычную для обеденного времени. Как только я добираюсь до закусочной, я забираю заказ и съедаю салат там.
Я почти заканчиваю, когда жужжит мой телефон. Когда я поднимаю его, то вижу на дисплее «Ослина, который ударил…»
Где ты?
Я смотрю на часы, отмечая, что прошло всего двадцать минут с тех пор, как я ушла. Ух ты, думаю я, он просто «Бам-бам, спасибо, мадам».
Я обедаю. Я не думала, что ты закончишь так скоро. Моя вина.
Я плачу тебе не за то, чтобы ты думала. Принеси мне обед.
Я швыряю мобильник на стол. Вот и всё. С меня, бл*дь, хватит.
Подхожу к аптеке через дорогу. Я беру бутылку «Дульколакса»[4]4
Слабительный препарат.
[Закрыть].
– Ты мне ещё и за обед не платишь, придурок, – ворчу я себе под нос, возвращаясь в офис. Как только я добираюсь туда, я иду кружным путём, прихватывая бутылку воды из кухни.
Я быстро оглядываю кухню, проверяя, не идёт ли кто-нибудь в этом направлении. Убедившись, что там никого нет, я достаю Дульколакс и открываю пакет с ланчем.
Я начинаю читать инструкции по дозировке на упаковке, когда слышу шаги. Я запихиваю коробку и бутылку в сумочку. Когда я оборачиваюсь, то вижу входящего Стивена.
– Эй. Ты обедаешь сегодня? – спрашивает он, подходя к холодильнику и доставая свой контейнер.
– Нет, только что закончила. Я зашла за водой для Остина. Я только что принесла ему обед, – то, что я лгу, и что меня могут поймать ‒ уже слишком.
Моя шея начинает гореть, и я почти уверена, что он слышит, как громко стучит моё сердце.
– О, он ненавидит воду. Принеси ему вместо этого Кока-Колу, – советует Стивен, улыбаясь, и выходит.
Бл*дь. Я возвращаюсь и беру банку колы из холодильника. В поисках бокала я, наконец, нахожу красный пластиковый стаканчик в одном из шкафов.
Снова открываю сумочку, просматриваю упаковку и вижу, что доза составляет пять миллилитров. Я понятия не имею, сколько это пять миллилитров, поэтому я использую колпачок для измерения, надеясь на лучшее. Что самое худшее, что может случиться? Я не могу сдержать смешок, вырывающийся из моего рта.
Наливаю колу в стакан, беру ложку и размешиваю. Ну вот, идиот. Выкуси!
Я возвращаюсь к своему столу, кладу на него сумочку.
Его дверь открыта, и жалюзи тоже. Когда я заглядываю внутрь, он сидит один на диване, все ещё в пиджаке. Господи, он занимался сексом и всё ещё выглядит так же.
Я бросаю пакет на стол перед ним и ставлю рядом чашку со слабительной колой.
– Почему ты так долго? – он рычит, хватая пакет и открывая его, чтобы достать свой сэндвич.
– Откуда мне было знать, что тебе понадобится десять минут, чтобы заключить сделку? – я скрещиваю руки под грудью и перевожу вес на одну ногу.
Он откусывает от сэндвича два куска и делает большой глоток колы.
– Ты будешь смотреть, как я ем? – он косится на меня краешком глаза.
Я ему не отвечаю. Вместо этого я поворачиваюсь на каблуках и ухожу, усаживаясь за свой стол, наблюдая, как он ест свой ланч и пьет колу. Когда он заканчивает, он выбрасывает всё, включая стаканчик.
Остин не звонит мне и не разговаривает со мной до пяти минут третьего, когда встаёт и выходит из своего кабинета.
– Пошли, Денис здесь.
Я хватаю всё, что мне нужно, и следую за ним в конференц-зал. Как раз перед тем, как он открывает дверь, я слышу урчание у него в животе.
Он смотрит на меня, пытаясь понять, слышала ли я это, но я держу голову опущенной, делая вид, что ничего не произошло. Это всё, что я могу сделать, чтобы не рассмеяться вслух.
Меня знакомят с Денисом, невысоким пожилым мужчиной, у которого на макушке лысина, а волосы закручены по бокам.
Я ничего не говорю, пока раскладываю свои вещи и начинаю настраивать презентацию PowerPoint.
Денис и Остин начинают что-то обсуждать, но в животе у моего босса снова булькает, на этот раз громче.
Я замечаю, что его лоб начинает блестеть, а на висках выступают капельки пота.
Он снимает пиджак, расстёгивает манжеты и закатывает рукава рубашки. После подходит к концу стола, где стоят бутылки с водой.
Открыв одну, он выпивает половину и садится во главе стола.
Я запускаю презентацию, и Денис начинает объяснения.
– У нас готова вся дневная обстановка со столами, которых будет достаточно и для ажиотажного спроса на ужины. Хорошая новость заключается в том, что, как только столики убираются после ужина, на этом месте получается приличный танцпол, – я смотрю на дисплей и вижу, о чём он говорит.
У Остина очень громко урчит в животе. Так громко, что Денис замолкает, и мы оба пялимся на босса. По его раскрасневшемуся лицу струится пот, и это выглядит болезненно.
Денис с участием любопытствует, вопросительно подняв брови:
– Ты в порядке, Остин?
Остин не отвечает, но его желудок издает ещё одно громкое ворчание, прежде чем он вскакивает со стула и бежит к двери.
Денис смотрит на меня, не зная, что делать. Я пожимаю плечами и изображаю недоумение.
– Я думаю, у него расстройство желудка.
Денис согласно кивает. Мы ждём минут двадцать, прежде чем я сообщаю ему, что собираюсь проверить Остина. С тех пор как босс вышел, он рассылал сообщения и и-мейлы.
Войдя в кабинет Остина, я слышу стоны, доносящиеся из-за угла, из-за закрытой двери ванной.
Я подхожу и стучу.
– Ты в порядке? – спрашиваю я. Он ничего не произносит, но я слышу, как он стонет.
– Мне кажется, я умираю, – стонет он между вздохами. – Звони 911.
Я хихикаю про себя.
