Текст книги "Лирика жемчужных игр (СИ)"

Автор книги: Наталья Патрацкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

   – Тор, это ты стрелял в Павла? Значит, мы с тобой оба подпорченные! Ты мне не судья.

   – Это тебе Паша рассказал?

   – Да, это все, что он мне успел сказать, пока мы танцевали, а потом Виктория Львовна впилась своими длинными ногтями в мое плечо.

   – Молодец, Элла! Я действительно сел в поезд после того, как выстрелил в Павла. Я даже не знал, куда я попал и жив ли он. В таком состоянии я тебя и увидел.

   – Ты взял меня в заложницы.

   – Да, ты права.

   – Мы квиты. Я свободна?

   – Нет, я к тебе привык. Я терпеливый. На самом деле я рад, что меня никто не выдал, что Паша вылечился. Действительно, за тебя я ухватился, как за соломинку.

   – Паша видел тебя во время выстрела. Мужская месть, выраженная ранением, вылечила его от любви. Павел лежал в больнице, ранение его тяготило не только само по себе. Что удивительно, Виктория Львовна его больше не привлекала. Виктория Львовна отправила тебя в столицу и скрыла от Паши, – проговорила Элла слова Паши, сказанные ей во время танца в ресторане.

   Виктория Львовна поехала к дочери, у нее родилась внучка. Чувства молодой бабушки на время превзошли чувства к Павлу.

   Так получалось, что Илья Львович приезжал к Лиане реже и реже. Причина с точки зрения мужчины была вполне обоснованная. Он на деньги, которые зарабатывал в пансионате «Павлин», приобрел детективное агентство и занимался любимым делом, не докладывая о нем Лиане. Она жила во дворце. Работы у нее особой не было. Краски она увезла в свое время домой, а новые так и не купила. Илья Львович деньгами и личным присутствием ее не баловал.

  Сжимаются мышцы от грустных мелодий, сжимается что-то в душе от тоски, а все потому, что вся жизнь из пародий, и что-то противно стучится в виски. А то холодильник клокочет угрюмо, компрессор устал и ему невдомек, зачем надо бегать по внутренним трюмам. Лет 20 – работал, а этот год нет.

  Устал холодильник, трясется противно, грохочет, щекочет, но холод идет. И шум отдается во мне песней дивной, что больше не хочет он делать свой лед. Купили другой. Его нам подарили, он очень большой, в нем застыла вода. Но ручку его через день уж отбили, такая случилась вдруг с ним ерунда. В нем камеры две, есть мороз или холод. Конечно, спасибо, с таким хорошо. А ручку совсем оторвали, стал молод. Так что мне сказать. Он стал гладким еще.

   К Лиане приехал Паша. Она ему так обрадовалась! Оба они пережили нелегкий год. Виктория Львовна отказала ему в свадьбе, год после помолвки прошел, и все их отношения притихли.

   Паша стал чаще приезжать к Лиане, но в один из своих приездов столкнулся с Ильей Львовичем. Мужчины пожали друг другу руки и посмотрели на Лиану.

   – Лиана, как ты объяснишь наш треугольник? – спросил Илья Львович.

   – Я не знаю, кто из вас приедет, здесь людей мало.

   – И тебе все равно с кем спать?

   – Паша просто мой друг.

   – Друг может вернуться в роль мужчины, – продолжил Илья Львович.

   – Илья Львович, успокойся, она твоя, к моему сожалению, – грустно заметил Паша.

   – А ты бы молчал, ведь ты жил с Викторией Львовной, – сказал Илья Львович.

   – Виктория Львовна у дочери в другом городе.

   – Так к ней бы и ехал, что ты здесь делаешь?! – голос Ильи Львовича звенел от напряжения.

   – Спасибо за идею, поеду к госпоже Виктории Львовне с отчетом, – миролюбиво согласился Паша.

   – А теперь до свидания! – попрощался с Пашей Илья Львович.

   – Лиана, прости, больше не потревожу. Илья Львович, до свидания!

   – Счастливо, – сказал Илья Львович и ушел вглубь дома.

   Лиана проводила Павла до ворот дворца.

   Виктория Львовна оказалась хорошей бабушкой, но приезду Павла она искренне обрадовалась, роль бабушки ее порядком утомила. Она нашла няню, дала на нее деньги и уехала с Павлом. Крутая бабушка сменила амплуа.

  ЛЖИ. Глава 11. Студенческая кровать

   Лиана заметила зависимость количества выдаваемых ей денег от ее внешнего облика. Илья Львович давал ей деньги по взгляду на нее, она наконец-то сообразила, что внешность очень важна. Лиана пригласила мастера по европейскому ремонту. Для начала она решила дворец с внешней стороны покрыть белой краской: естественно, все, кроме самих камней, из которых сделан дворец; а внутри помещений все, что можно, отделать под золото, остальное сделать белым. Мастерам ее идея пришлась по вкусу.

   Илья Львович одобрил золотую отделку помещений и выделил на ремонт деньги.

  Шорохи желтого зарева под ноги жмутся, шуршат. Листья кленовые знаменем осень листвы завершат. Небо высокое, вольное. Солнце лучами слепит. Не было лета здесь знойного, осенью каждый сопит. Бабье вращается лето все, листиком с неба летит, дом вам покажется клеткой лишь, вольная воля – магнит. Листья златые, роскошные желтым ранимым листом падают мне под окошками, кружат последним витком. Клена листва, как салфеточки, листья березы малы, рядом летают соседушки, вновь, оголяя стволы.

  Лиана металась по замку в поисках предметов для обновления и в последнюю очередь обновила спальню.Месяц во дворце все было перевернуто, но потом он засиял на солнце и внутри от люстр и бра. После этого Лиана пролежала в ванне час и вышла новым человеком, пока у нее были новые мысли насчет самой себя.

   Давно она не пользовалась своей машиной, она взяла деньги и поехала в салон красоты. Лицо за один заход не облагородишь, эта процедура неимоверно длительная, так ей сказала массажистка. Лицо почистили, покрасили брови и ресницы, бровям придали легкую форму, сделали массаж лица и сказали, что на массаж надо ездить через день.

   Заглянула Лиана в магазин по продаже спортивного инвентаря и присмотрела себе три тренажера, с тем на первый раз и вернулась домой. Илья Львович выкупил тренажеры. Лиана установила их рядом с бассейном, после этого Илья Львович закупил тренажеры для пансионата и пригласил в пансионат на работу парикмахера и косметолога.

   Для первых занятий Лиане нужен был тренер. Она нашла в городе тренера в спортивном клубе. Задача у нее была сложная: из простоватой молодой женщины превратиться в даму. Она сменила питание, отрастила волосы, покрасила их с модным оттенком, сменила метод укладки волос. С тренером она и в футбол играла.

  Футбол, как спрут, флегматиков не любит, не победит техничный в нем игрок, и нации спокойных – это люди, их поражение свыше – это рок. Играла я в команде институтской, все парни и одна, конечно я. В футболе не стоишь – характер дутый. Футбол, команда – дружная семья. И бег, сноровка, даже тренировка, не победят холериков никак, быть надо африканцем рядом с бровкой, и чтобы была ловкая нога.

  Себя в футболе трудно перепрыгнуть, и обведут спокойно ни за что. Футбол не кенгуру, чтоб с сумкой прыгать, мгновенье и сангвиник – это то, что надо для игры такой красивой. Мгновение прошло, а он стоит. Холерик же бежит, всегда ретивый, и спрута в своей сущности таит.

   Илья Львович стал чаще приезжать домой: гражданская жена так стремительно менялась, что он наслаждался видом новой женщины и, однажды не выдержав ее красоты, предложил стать его женой.

   И правильно. Фигура Лианы стала напоминать фигуру Виктории Львовны: высокая и стройная. У нее появилась обувь на шпильках. Одежда все больше подчеркивала красоту фигуры. Лиана стала походить на хозяйку дворца Павлина.

   Илья Львович сообщил Виктории Львовне, что он и Лиана решили пожениться.

   – Илья Львович, ты на этой простушке жениться собрался? Женись. А с кем будешь время проводить, скажем, в игровом комплексе?

   – Не спешите, Виктория Львовна, с выводами, – ответил уверенный в себе детектив.

   С точки зрения Ильи Львовича Лиана набирала женскую привлекательность. Каблуки-шпильки на ней смотрелись естественно, походка резко изменилась, в ней появилась изысканность и элегантность. Илья Львович не мог на нее насмотреться и всех через месяц пригласил на свадьбу в ресторане, расположенном рядом с игровым комплексом. Молодожены на публике должны были появиться только в ресторане, а на регистрацию брака они ездили одни.

   Публика в ресторане в этот вечер была вся своя. В момент появления молодоженов музыка сменилась звоном колокольчиков.

  Всем нравится неведомая мощь, и сила, неизвестная для многих, и кто – то нам протягивает мост от прошлого до будущего. Ноги того моста идут через тайгу, проходят сквозь моря и океаны, с него луне повесили серьгу, и помогли попасть кому – то в Канны. И сила эта правит над землей, и смешивает горы и долины, возьмет и поменяет хлопок, лен на сказки и забытые былины.

  Неведомая сила – интеллект, ей тоже очень многое подвластно. Неведом нам и маленький объект, коль почему-то он не в нашей власти. Неведомы кулисы чьих-то дел, не все известно нам о мироздание, неведомы известности предел, неведомы нам силы созиданья.

  Дверь открылась. На пороге появилась невиданной красоты женщина, но пока все видели ее великолепную, сексуальную фигуру. Лицо невесты было скрыто под легкой вуалью, которая ниспадала с белой вычурной шляпки. Рядом с ней вошел Илья Львович. Его узнали все.

   – Илья Львович! Поздравляем! Ты сменил невесту? Это поэтому ты не взял никого в ЗАГС?

   Илья Львович повел невесту к вершине стола. Все сели на свои места.

   Невеста красивым движением подняла вуаль.

   – Лиана!!! – выдохнул зал.

   Виктория Львовна подняла глаза на невесту:

   – Блеск! Не ждала такого от Лианы!

   Илья Львович от гордости за жену был на седьмом небе от счастья. Паша впился глазами в ее лицо, он был потрясен красотой Лианы! От красивой невесты все в ресторане стали красивее, от нее шел свет красоты и благородства. Люди гордо подняли свои головы: они были в одном зале с такой неземной красавицей!

   Виктория Львовна предложила Лиане вести в игровом комплексе концерты в качестве конферансье, сказав, что за такую красоту надо получать деньги. Лиане порядком надоела финансовая зависимость от Ильи Львовича, но она не стала вести концерты, а стала работать оформителем залов комплекса.

   Публика здесь была чаще молодая, время пролетало без скуки. Работала она по графику, который позволял иметь свободное время, зато прошло унижение от подачек. Илья Львович как прибой: то был, то уезжал по своим делам.

   В игровой комплекс иногда заходил Паша. Отношения между ними перешли в дружеское русло.

   Вскоре Паша и Виктория Львовна поехали с проверками ее недвижимости, и Лиане сразу все надоело, а как результат улучшились отношения с Ильей Львовичем.

   Лиана вернулась во дворец, перестала ездить в игровой комплекс, нашла новое занятие: купила полудрагоценные камни, из них делала краски для изображения птиц на фоне морских волн и веток.

   Птицы опять стали ее друзьями, дворец оживился. Лиана превратилась в золотую птичку золотого замка, но это всех устраивало. Илья Львович занимался делами и иногда приезжал домой. Лиана вновь стала сама собой и перестала копировать Викторию.

   Яхта была в ее ведомстве. Матросы Буек и Ледок были рады, что в свое время они ее не обидели, так и она их не обижала. Добралась она и до смотрителя башни, поговорила с ним, и поскольку его крышей теперь была она, то разрешала ему деньги, собранные с зевак, оставлять для улучшения внешнего облика башни. Лиана пообещала, что прожектор на маяке ему скоро заменят.

   Добралась она и до дома культуры, до главной буфетчицы. Они вместе составили план мероприятий, назначили менеджера для связи с актерами. Дальше – больше: она посетила пансионат, нашла, что он требует вмешательства ремонтных бригад, и здесь составила график ремонта корпусов. Посмотрела Лиана проект универсама, внесла в него свои коррективы, посмотрела дела в ломбарде и успокоилась.

   А тут и Виктория Львовна с Павлом вернулись.

  Прохлада августа легла оцепененьем, исчезла дикая и знойная пора. Настало время вдохновенного везенья, возникла над водою новая строфа. Туман поплыл с прохладой августа нежданно, спокойная пришла к нам дивная пора.

  И для уныния, милый, нет малейших данных, теперь иду, лечу к тебе во всей красе. Ах, извини меня, немного задержалась, ты звал меня давно, тогда плыла жара. Меня кололо сильно солнечное жало, а вот теперь иду, настала вдруг пора.

  Идет и дождь, и ливень. Противятся все встречи. Ты улыбнулся, милый, изменил настрой? С тобой мы проведем весьма хороший вечер, и чувств давно забытых будет дикий рой. Пока же волосы мои немного влажны, над головой от фена стелется туман. Красивой быть с тобой мне бесконечно важно. Плыл удивительный в строках любви – роман.

   Госпоже Виктории Львовне люди добрые доложили о деятельности Лианы, где была она и что делала. Сначала Виктория Львовна рассердилась, а потом поняла, что деятельность Лианы для нее выгодна, ведь Паша везде поставил свои программы, но с административной работой он не справляется, а Лиана все правильно делала, она теперь жена Ильи Львовича.

   Виктория Львовна решила назначить Лиану своим замом по всей частной собственности. Лиана на ее предложение согласилась, ведь она вросла в проблемы и жизнь людей малого царства в большом государстве.

   Дома Виктория Львовна устало опустилась в кресло. Паша опустился на одно колено и стал снимать с нее высокие сапоги, которые она всегда носила, кроме летнего периода. А сейчас осень желтела своей листвой, и желтый кожаный костюм украшал ее.

   – Виктория Львовна, ты мне обещала, что пойдешь за меня замуж.

   – Паша, зачем тебе это надо?

   – Мы с тобой будем бездетной парой, такие пары тоже существуют.

   – Я люблю свободу, люблю спать одна на лежбище.

   – Отлично, будем жить в разных комнатах, а встречаться по согласию.

   – Об этом можно и подумать. Зачем тебе женщина, которая старше тебя? Вон, как ты с Эллой танцевал! Я видела.

   – Хотел понять, зачем ее Тор привез к себе в гостиницу.

   – И понял?

   – Понял, он ее нашел после выстрела в меня и взял как заложницу.

   – Да, ты все понял правильно. Рука не болит?

   – Побаливает иногда.

   – Паша, живи в этой квартире, но не требуй от меня свадьбы.

   – Сегодня я останусь, если не возражаешь, а завтра посмотрим.

   – Вот и ладушки, будешь жить у бабушки.

   – Виктория Львовна, у меня компьютер дома, а у тебя он должен был быть.

   – Я его в кладовку поставила.

   – Зачем, он же почти новый?

   – Я в них не разбираюсь.

   – Так я научу тебя с мужчинами во Всемирной паутине знакомиться.

   – Иди, доставай и подключай, а я займусь ужином.

   Лиана села за руль машины и предложила Илье Львовичу показать ей свою квартиру.

   – Лиана, мы можем поехать во дворец, зачем нам ехать в холостяцкую берлогу?

   – Илья Львович, надо посмотреть, как ты без меня живешь.

   – А если там занято, как ты это воспримешь?

   – Вот и вторая причина, надо проверить родного мужа, где он без меня живет.

   Илья Львович, вздохнув, нажал на звонок свой квартиры.

   – Илья Львович, у тебя нет ключа от своей квартиры?

   – Есть, да не про мою честь.

   Дверь открыла смазливая девушка.

   – Что за женщина в твоей квартире?! – гневно спросила Лиана.

   – Ты сама сюда рвалась, вот и нарвалась, это моя вторая женщина.

   – О, я в гарем мужа попала, а еще бабы в нем есть?

   – Есть, их здесь две живет.

   – Так, муженек, а где ты их добыл, если не секрет?

   – У Ивановны, она девочек летом держит, а на зиму отпускает, вот две у меня на зиму и остались.

   – Птички перелетные зимуют! А ну, давай пройдем в квартиру.

   Из комнаты вышла еще одна молодая женщина.

   – Илья Львович, квартира однокомнатная, а здесь три посторонних человека! – возмутилась Лиана.

   – И больше бывает.

   – Притон, – брезгливо проворчала Лиана.

   – Лиана, это тебе повезло с графом Павлином, а им повезло со мной.

   – А мне что теперь делать? – спросила Лиана и села в единственное старое кресло.

   – У тебя есть дворец, законная ты моя женщина.

   – Они сидят на твоей хилой шее?

   – Нет, они работают в пансионате, убирают номера.

   – Илья Львович, пожалуй, я поеду к себе. Ты со мной поедешь или в этом бедламе останешься?

   – Мне утром на работу, я останусь здесь, у меня здесь есть диванчик.

   – Дожил. Живи.

   Лиана смахнула слезу, села в машину, завела мотор, выпила успокаивающую таблетку, еще посидела, сложив руки на руль. Она взяла телефон и позвонила домой к родителям.

   – Мама, привет, это я.

   – Не слышу, кто говорит, плохо слышно.

   – Мама, это я, Лиана, – сказала Лиана, прикрыв телефон ладошкой.

   – Ой, Лиана, доченька моя! Здравствуй, родная.

   – Мама, а ты Сережу давно видела?

   – Ты знаешь, он вчера к нам заходил, про тебя спрашивал.

   – Скажи ему, пусть приедет сюда хоть на пару дней, дай ему мой номер мобильного телефона, я его встречу на вокзале, пусть только сообщит, когда выезжает.

   – Дочь, ты ведь замужем, – возмутилась мать.

   – Замужем, да не с мужем.

   Сережа встретил с восторгом новость о том, что Лиана его ждет. Много ли мужчине для счастья надо? Его ждет женщина!

  Не падают звезды в космических далях, они лишь меняют пути. Вам хочется звезды раздеть на детали? Нет, лучше с дороги уйти. Пускай пролетают, сверкая надменно, приятно от их красоты. И вашим глазам, эта звездная смена почти как падение листвы. Они разноцветные и с полным ликом, в падение блистают во мгле, когда пролетают, то мечутся блики, как солнца лучи на стекле.

  Не падают звезды как слитки столетий, пусть их позабыты миры. Сверкают алмазные грани на леди, галактик земные дары. Не падают звезды – лицо в тонких нитях, стареют немного еще, и пишут свои похождения на свиток, не падают звезды – и все.

  Он в момент собрался, купил билеты, позвонил Лиане. Она подтвердила свои слова, что ждет его, пообещала его встретить. Он купил себе несколько новых вещей, сходил в парикмахерскую, зашел перед отъездом к матери Лианы. Та руками всплеснула:

   – Сережа, хорошо выглядишь! А ты где сейчас работаешь? Едешь к Лиане, а как с работой?

   – Работа подождет, руковожу цехом по росписи шкатулок. Мы теперь полудрагоценными камнями их расписываем, как иконы.

   – Успеха тебе! Уж больно мне не нравится ее замужество.

   – И Вам не болеть.

   Из ворот дворца Павлина на машине выехала Лиана. Навстречу ей на машине ехал Илья Львович. Он остановил свою машину. Остановилась и она. Они вышли из машин.

   – Лиана, куда ты одна поехала? Где ты прочитала, что ты свободная женщина? Я в той квартире не живу, а живу я с тобой или в номере пансионата, а в той квартире живут мои служащие. Я тебя к ним привозил, чтобы они ко мне не приставали. Женщины на тебя посмотрели и завяли, а я после твоего отъезда уехал спать в пансионат.

   – А я после визита в ту квартиру вызвала своего друга Сережу, теперь еду его встречать!

   – А кто тебе разрешил друзей приглашать? А?! – возмутился Илья Львович. – Я к тебе на крыльях любви, а ты ко мне на ходулях разлуки! Значит так, дорогая женушка, я Сережу встречу и отвезу в свою однокомнатную квартиру и положу на диванчик в кухне. Говори координаты его и поезда. Лиана, возвращайся во дворец. Я все сказал.

   – Похож он на тебя, вот, на листке все написано: поезд, вагон.

   В проеме вагона появился счастливый Сережа. Илья Львович его узнал, они были похожи.

   – Вас Сережа зовут? Я Вас встречаю, – сказал ему Илья Львович.

   – А где Лиана? – лицо Сережи вытянулось от неудачи. – Понятно, мне надо покупать обратный билет.

   – Нет, я Вас отвезу в одну квартиру, где Вы поспите до утра, посмотрите Абрикосовку, а там решите, что делать. Или я могу отвезти Вас в пансионат.

   – Какой почет! Я согласен жить неделю в пансионате.

   – Если поедете в пансионат, то Вам скидка. Вас отвезет знакомый таксист, я его сейчас вызову, он Вас и устроит, а у меня есть еще дела.

   Андрей подъехал через пять минут и повез Сережу в пансионат. В номер на два человека поселили его одного. Андрей представил его как брата жены директора пансионата.

   В гостиницах Сережа бывал, а в пансионат он попал впервые. Ему понравилось, просто все понравилось. Сидит Сережа в номере. Заходит горничная. А у него вырвалось:

   – Лиана!

   – Вы Лиану ждали? Жену директора? Я ее на днях видела. Она с мужем заезжала. Она замечательно выглядит! Настоящая жемчужная леди!

   – Мне и увидеть жемчужную леди не дали.

   – Бог даст, встретитесь. Мне убирать надо, погуляйте немного, ключи возьмите.

   Сережа вышел на улицу. Ухоженный сквер. Подрезанные деревья. Фонтан. Скамейки. Сел на скамейку и стал осматривать территорию. К нему подсела пышная блондинка в яркой одежде.

   – Добрый день, мужчина! Я Вас здесь первый раз вижу.

   – Да, вот, северным ветром меня сюда занесло.

   – И хорошо. Вы один? Сейчас все на процедурах. Осень, не искупаешься, но есть бассейн. Хожу с процедуры на процедуру, с одной процедуры иду на другую да села отдохнуть, а тут Вы.

   – Не опоздаете на вторую процедуру?

   – А я могу ее пропустить ради Вас.

   – Вы меня не знаете, а уже мне жертву приносите.

   – Знаю, Вы – брат жены директора пансионата. Быстро радио здесь работает. Меня Тоня зовут, а Вас?

   – Меня – Сережа.

   Лиана встретила Илью в холле дворца у главной двери.

   – Илья Львович, где Сережа?

   – Твой бывший друг доставлен Андреем в пансионат.

   – Спасибо и на этом. Я смогу его увидеть?

   – Завтра поеду на работу и возьму тебя с собой.

   На следующий день Лиана и Илья Львович прибыли на одной машине в пансионат. По дороге к себе в кабинет директор высадил супругу у здания, где поселили Сережу.

   – Удачи, Лиана! У тебя часа два на свидание с другом, потом я за тобой заеду.

  Наслажденье духа так глобально, словно птица, что взлетает вверх, или независимо глубинно, словно рыба, с плавниками век. Философия – общение с собою, с сутью Я, в житейской суете. Мир внутри работает без сбоя, словно жизнь на собственной звезде. Философский флаг, как вдохновенье, синева спасательных небес. Он спасает в хаосе волнений, он спасает, словно птицу лес.

  Прошлое подобно мед аптечке, в нем набор огромнейший цитат. Жизненная мудрость – человечна. Мудрость, как наука, но без дат. И духовность в мудрости – бесценна. Опыт, знанья в выплеске наук. Вечность воли, разума – вот цели. Книга жизни, как спасенья круг.

   Лиана вышла из машины и увидела Сережу, идущего по аллее с блондинкой. Они оживленно беседовали. Грусти на лице мужчины не было. У Лианы появилось желание спрятаться в машине, но Илья Львович уже уехал. Лиана подождала, когда пара подойдет.

   – Привет, Сережа! Кто это с тобой?

   – Здравствуй, Лиана! Вот мы и встретились! Со мной Тоня, мы с ней здесь познакомились.

   -Тебе не скучно. Две минуты. Муж на свидание с тобой дал два часа, а мне хватило двух минут.

   – Погодите, погодите, так вы не родственники? – спросила Тоня. – Так зачем мне этот Сережа тогда нужен? Бывайте! – и блондинка ушла одна.

   Сережа и Лиана вошли в корпус. Дежурная по корпусу пансионата скосила глаза на Лиану и промолчала.

   Тоня погуляла, походила и подумала, что этот Сережа – совсем неплохой мужчина, раз он бывший друг такой женщины, как Лиана. Она вернулась к корпусу, села у входа на скамейку и решила подождать, пока пара выйдет из корпуса.

   Лиана и Сережа словно ждали свидетеля, через пару минут вышли на улицу, сели рядом с Тоней.

   – Тоня, не бросайтесь Сережей, он здесь будет недельку, он Ваш, – сказала спокойно Лиана. Она поняла, что обратной дороги в их отношениях нет.

   – Принимаю его назад, – захихикала Тоня, – без него мне сразу стало скучно.

   – Вот женщины, передали меня с рук на руки, а я не возражаю, – сказал Сережа.

   Подъехал на машине Илья Львович:

   – Привет честной компании! Лиана, ты со мной?

   – Я с тобой, – сказала Лиана, подходя к мужу.

   Виктория Львовна пожалела, что дворец оставила Лиане, надоела ей маленькая квартира графа Павлина, а вдвоем с Павлом в ней стало невыносимо тесно. Она понимала, что с Павлом жить легче, он привозил продукты и иногда готовил, да еще приходящая домработница, которая осталась со времен графа Павлина, но чего-то не хватало.

   За лето ее доходы возросли. Душа просила личных расходов. Кожаные костюмы, сапоги на шпильках ей надоели. Госпоже Виктории Львовне все надоело! Сделать тронный зал? Быть местной царицей? Бросить курить? Но курение было частью ее жизни. С сигаретой она коротала время, убивала время, сохраняла стройность, меньше ела. Купить новую машину? Но ей было Лень часто покидать дом. Построить дачу? Она всегда жила в городе, в многоквартирных домах, а дача потребует расходов на охрану. Она пришла к мысли, что дворец ей не нужен, а нужна большая квартира с современными удобствами, с собственным водозабором.

   Жить на севере ей не хотелось, значит надо сделать так, чтобы в Кипарисе вода была круглые сутки. Это уже хорошая задача. И летний сад в зимних условиях ей бы не повредил. Ее идею Паша полностью одобрил. Получалось, что надо построить дворец с накопительной системой для воды, с генератором. Все выполнить по последнему слову строительной техники.

   Виктория Львовна присмотрела место под дворец, изучила многочисленные проекты особняков. Паша привозил журналы, газеты.

   Виктория Львовна все прочитывала и просматривала. Она полностью была трудоустроена созданием своего нового жилища. Ей перечисляли деньги со всех доходных мест: игрового комплекса, двух гостиниц, супермаркета и так, по мелочи... Паша Виктории Львовне поддакивал и помогал, успевая следить за работой игрового комплекса, гостиниц.

   Лиана вела всю административную работу по связи доходных мест. О намечающемся строительстве коттеджа узнал Тор, он прислал Виктории Львовне архитектора с проектами зданий.

   Деньги для Виктории Львовны поступали в один банк. И вот, когда все было готово для начала строительства, банк обанкротился. Директором банка была Тоня. Это она поселилась инкогнито в пансионате и все выведывала о Виктории Львовне. Тор лично Тоню не знал. Узнав о крахе империи Виктории Львовны, Тор решил на Элле не жениться, он один уехал в гостиницу собирать доходы, пока туда не докатилась весть о банкротстве. Эллу он бросил там, где и нашел – в поезде.

   Неожиданно для всех вырос Сережа. Он, как человек далекий от бизнеса и банка, дал ценную мысль Тоне, как ей стать богатой за счет Виктории Львовне. Сказал он в шутку, из-за злобы на Илью, а Тоня его мысль привела в действие. Деньги из банка через Сережу перекочевали в другой новый банк, где он стал директором. Тоня в Сережу поверила сразу и рискнула.

   Тоня была объявлена банкротом, но Сережа стал банкиром. Махинация прошла на высшем уровне. Сережу никто не заподозрил.

   Виктория Львовна утешилась тем, что еще не закупила все необходимое для осуществления своей мечты. Она сидела с ногами в кресле и курила перед телевизором. Думать ей не хотелось, она выпила вино и витала между небом и землей.

  Спрятаться под кружевом, отойти от пересудов, слава точно наждаком бьет паломников посуду. Ошалевшая толпа смотрит, пишет, рядит, судит. Слухи, страсти с потолка долго разум не пробудят. Я смотрю за суетой, нет ни зависти, ни лести, будто каменной плитой перемолоты все мести.

   Паша подсчитывал убытки и искал выход из положения. Он предложил продать гостиницы, тем более что они находятся далеко, но основной причиной была мысль избавиться от Тора навсегда. Любовь к Тору из Виктории Львовне улетучилась вместе с появлением Эллы, и она дала разрешение на продажу гостиниц. Игровой комплекс и супермаркет Паша решил сохранить. Пансионат и дворец остались у Ильи Львовича, надо было еще продать яхту и теплоход.

   Лиана жила во дворце и ничего не знала о финансовых делах Виктории Львовне, пока ей дворецкий не сказал, что у ворот ее ждет мужчина, проходить внутрь дома он отказывается. Она вышла за ворота, рядом с ней остановился шикарный автомобиль, из которого вышел прекрасно одетый мужчина.

   – Сережа, это ты? – удивилась Лиана. – Откуда такая роскошь? – и она показала на машину.

   – Все благодаря тебе, спасибо! Я здесь живу, я женился на Тоне из пансионата, – похвастался Сережа перед бывшей подругой и уехал.

   Лиана нутром почувствовала, что здесь что-то не так. Вскоре приехал Илья Львович, он рассказал про махинации с банком.

   Паша и Виктория Львовна проблемы с банком держали в секрете и после того, как они решили продать гостиницы, пришли к мнению, что надо сообщить об этом Илье Львовичу.

   В Илье Львовиче от подобных новостей начинал работать Шерлок Холмс, а Лиана невольно навела его мысль на Сережу. Тут же он узнал, что Сережа женился на Тоне из пансионата, и узнал, кто такая Тоня: бывший директор бывшего банка.

   Илья Львович поговорил с Пашей, они обнаружили подлог. Хвастун Сережа все выложил Виктории Львовне, когда она к нему явилась в полном параде: вся в белой коже и на шпильках.

   Илья Львович вызвал Тора, который прилетел незамедлительно для разговора с Тоней. Тоня под влиянием столичного красавца растаяла, как дым.

   Виктория Львовна и Паша после разгадки банковской махинации решили, что Тоня вернет Виктории Львовне деньги. Тоня согласилась, но высказала знания о нескольких криминальных делах, в том числе она знала про выстрел Тора в Пашу. Сошлись на том, что Виктория Львовна теряет старо-новую гостиницу, и все. Сережа обещал Тоне, что к Лиане он больше не будет приезжать. На том и решили остановиться.

   Тор, видя, что его гостиница остается при нем, обозвал себя последними словами и поехал искать Эллу. Она обиделась на него и вновь училась. Ехать с Тором она отказалась, сказав, что закончит учебу, а потом видно будет, где ей работать. Тор сказал, что ждет ее на каникулах у себя. Сердце у Эллы растаяло. Она, обхватив его двумя руками, приникла к нему всем телом и поцеловала на прощанье так, что Тор раздумал уезжать.

   В комнату Эллы через приоткрытую дверь просунула лицо соседка. Она увидела любовную сцену, захлопнула дверь и пошла в другую комнату. Элла закрыла дверь на ключ.

  По лесу тихо ходит осень, уныло трогая листву. К ней безразличны только сосны, роняя иглы на листву. Заря, цветами лишь играя, роняет блики на листву. А иглы, в бликах замирая, бранят опавшую листву. А я осеннею порою иду с тобой, топчу листву. Тебе я тайны приоткрою, рукой хватаю я листву. Тебя не трону, то опасно. Смотрю, как кружится листва, под солнцем все дорогой ясно: желтеет светлая листва. Опять люблю. Осенней тайной к тебе я в сердце загляну, прильну к тебе я нежной ланью, сглотнув невольную слюну.

   Студенческая кровать не выдержала тяжести Тора. Фанера треснула, и оба они оказались на полу. Смех вместо секса скрепил их отношения. Тор вылез из-под обломков кровати, посмотрел, как можно ее починить, и пришел к выводу, что у себя в гостинице нельзя держать подобную мебель. Он решил заменить кровати в некоторых номерах. И чуть не забыл, что из тех же обломков кровати вылезла Элла. Они обнялись по-приятельски и рассмеялись. Она ему все простила.