Текст книги "Сделайте погромче"
Автор книги: Наталья Нестерова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Успокойся, никто тебя не заставлял.
«Еще как заставляли! – подумала Нина. – Все уши прожужжали».
– Мамочка, у тебя сложилось ошибочное представление о Сергее. Давай, я тебе о нем расскажу?
То, что говорила Нина про Сергея, находило слабый отклик у Эммы Леонидовны. Рассуждения о его уникальном мировосприятии – для бедных. Он и есть бедный – необразованный верхолаз, с нестабильной зарплатой, травматичной профессией и неясным будущим. Восторги Нины – девичьи охи и ахи, грезы и преувеличения микроскопических достоинств. А жизнь, тем более с двумя детьми, требует стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Чтобы муж регулярно приносил зарплату, не пил, не гулял и не висел на стенах небоскребов, рискуя упасть, свернуть себе шею и оставить жену нищей вдовой, а детей сиротами. Ни грана ответственности, надежности, о которой толковала Нина, Эмма Леонидовна в Сергее не заметила. Конечно, в ту единственную встречу она была шокирована самим фактом появления Сергея, приняла его за извращенца и наркомана. Спасибо, хоть в этом ошиблась! А как он Святое писание критиковал!
Сама не верующая, Эмма Леонидовна полагала, что человек, издевающийся над христианской моралью, нравственной базы не имеет и способен на дурные поступки. Ему ничего не стоит старика обидеть, у ребенка кусок хлеба отнять, украсть чужое, надругаться над святым и Родину продать. Только вольного программиста нам не хватало!
Вольным программистом был зять приятельницы и коллеги Эммы Леонидовны. Молодой человек, как рассказывала теща, спал до полудня, ночью гремел тарелками – питался, колотил по клавишам компьютера, курил, и табачную вонь тянуло по всей квартире. То сидел на безденежье, то получал кучу денег, которую дочь и зять бездумно и глупо тратили. «Зыбкий, неопорный человек», – говорила про зятя приятельница Эммы Леонидовны и очень переживала из-за ошибочного выбора дочери. Мужчина должен вставать утром, идти на работу, возвращаться усталым и голодным. Отдыхать в субботу и воскресенье, выполнять домашнюю мужскую работу, слегка выпивать в дружеской компании, ездить на рыбалки, охоту, ходить на футбол и хоккей, строить, перестраивать, ремонтировать дачу, которая, как известно, требует бесконечных работ. Утром в понедельник снова: встал, побрился, позавтракал – и на службу. А если мужчина в будни дрыхнет до двух часов дня, то веры ему нет, и опора он слабая. Можно возразить: артисты, художники и люди прочих творческих профессий. Они утром по гудку в заводскую проходную не спешат и в офис не боятся опоздать. Встречный вопрос: сколько среди них по-настоящему обеспеченных и успешных людей? Единицы! Основная масса – понурые бессребреники (назовем так неоцененные таланты) и разглагольствующие лежебоки (таланты отсутствуют напрочь).
Эмма Леонидовна, оставаясь верной слову, пыталась заставить себя увидеть хорошее в Сергее. Но получалось плохо, мысли возвращались к вольному программисту. Теперь и у них в доме поселится тип, который будет целыми днями валяться в постели и пускать табачные кольца в потолок? Да и появится ли?
– Подожди, Ниночка, – перебила она дочь, – ты замечательно расписываешь Сергея. Означает ли это, что он с восторгом или хотя бы достойно воспримет сообщение о твоей беременности, о двух детях, которых ты ему подаришь?
Болезненное, неприкрытое сомнение исказило лицо дочери.
– Вот и я этого боюсь, – вздохнула Эмма Леонидовна.
– Но, мама! – вяло сопротивлялась Нина. – Ты должна понимать, что наши отношения… в общем, еще не дошли до стадии разговоров о женитьбе.
«Как жаль, что не дошли!» – подумала Нина, которая совсем недавно с недоумением восприняла бы предложение руки и сердца от Сергея. А сейчас ей казалось, что он смалодушничал.
И мама была того же мнения:
– До разговоров не дошли, а детей наделали!
– Это еще не дети.
– А что, позволь спросить?
– Предыдущие стадии эмбрионов, рыбки, земноводные.
– Это Сергей твой земноводное.
– Мама!
– Ладно, молчу, извини! Значит, будем ждать, как изволит отреагировать… – «его верхолазное величество» хотелось съязвить Эмме Леонидовне, но она удержалась, запнулась и поправилась, – как Сергей воспримет эту новость?
– В конце концов, он не обязан прыгать от счастья. Я ведь тоже не на седьмом небе от радости.
– Между вами есть маленькая разница. Сергей может вильнуть хвостом, сделать ручкой, и поминай как звали. А ты никуда не денешься от ответственности, которую на себя взвалишь. Нина, сейчас, говорят, хорошо делают аборты под наркозом, не больно и без последствий.
– Знаю, мама. У меня еще есть время.
Не поймешь бабушку Эмму, горевали двойняшки. Они поначалу возликовали – бабушка за них, даже готова папочку принять. В то, что они рыбы недоразвитые, не поверила. А потом скатилась до подталкивания мамочки к аборту. Самой до сих пор кошмары сняться про нерожденных близнецов.
– Она рассуждает как мать, – сказала Женя.
– Лучше бы – как бабушка, – возразил Шурка. — Что меня бесит: решают нашу судьбу, нас не спросив. Не задумываясь!
– Шур, они задумываются.
– Не о том! Взять, например, стариков. Что они собой представляют с биологической точки зрения? Совокупность органов, подвергающихся распаду и умиранию. Но придет ли кому-нибудь в голову стариков уничтожать?
– В Спарте стариков и калек…
– Я про сегодняшний день! Не перебивай. С другой стороны подойдем. Что такое мы, зародыши? Сгустки ткани с непрерывно нарождающимися, делящимися и дефренцирующимися клетками.
– Ты говоришь как настоящий ученый! – расщедрилась на похвалу Женя.
– Где логика? – воскликнул Шура-ученый. – Почему умирающий организм убивать нельзя, а растущий – можно?
– И никакой обратной связи! – подхватила Женя. – А был бы такой аппарат: приставляешь к мамочкиному животу – и все видишь, и разговариваешь с нами. И видит мамочка, не какие мы сейчас козявки, а смутно прекрасные в перспективе.
– Ненаучно. При современном развитии техники недостижимо.
– Но на УЗИ нас демонстрировали! – возразила Женя. – А если бы нашим предкам в прошлых столетиях сказали, что можно видеть зародышей на экране прибора, бабушки и дедушки у виска бы покрутили – бред сумасшедшего. Твоя наука хоть и не стоит на месте, но топчется!
– Ты слишком много хочешь. «Прекрасные в перспективе»! Я к идее машины времени отношусь скептически. Но вот импульсы ловить! Издаем же мы импульсы, ёшкин корень, когда болтаем!
Женя принялась мечтать, как она разговаривала бы с мамочкой и с папочкой, когда он мамочку обнимает. Они бы ей песенки пели и стишки читали…
– Стишков и песенок мы еще наслушаемся! – перебил Шура, который невольно поддался мечтам. – А сейчас могли бы донести утерянную информацию об исторических событиях и предках. Я бы рассказал папочке про дедушку Ренгвальда-викинга. Он был настоящим героем! Поднимал на меч противника и откидывал в сторону. В боях ему не было равных.
– Сомневаюсь, что папочку, который живет в двадцать первом веке, восхитят подвиги Ренгвальда-мясника. А вот мамочке было бы интересно узнать, что ее руки точь-в-точь как у испанской бабушки Софьи…
– Которую на костре сожгли!
– За красоту! Любая женщина станет таким гордиться!
– И папочке тоже понравится, что наши дедушки были отличными воинами!
– Не все. Я, конечно, не хочу тебе навязывать свое мнение, но про английского дедушку Норманна, калужского Емелю и цыганского Олеко я бы не стала распространяться.
Шурка согласился, не очень приятно узнать, что твои предки в темных лондонских переулках резали горло прохожим за кошелек, разбойничали на большой дороге и крали лошадей.
– Но и ты бы не трепалась про бабушку Изольду, которая с циркачом сбежала, про шотландскую бабушку Анну, про монгольскую Жилгар, про Федору из Костромы…
– Ладно, поняла! – досадливо перебила Женя. – Конечно, мамочке было бы обидно знать, что ее некоторые малочисленные пра-пра-пра-бабушки не отличались высокой нравственностью.
– Попросту были шлюхами и проститутками! Федоре вообще регулярно односельчане ворота дегтем мазали. На голове проплешины у бабушки Федоры имелись, ревнивая соседка в драке патлы выдрала…
– Ты так говоришь, будто бабушка Федора и прочие некоторые были только мне родными, а тебе сбоку. Нашелся моралист!
– А от дедушек-преступников кто нос воротит? Кто дедушек-ратников недооценивает?
В спорах двойняшек нередко случалось, что они делили предков на моих и твоих, как собственные виртуальные игрушечные армии собирали. Но чаще отсеивание происходило по половому признаку: Женя отвечала за бабушек, Шурка – за дедушек. И в каждой «армии» отыскивались уязвимые места и слабости. Последним аргументом в споре становился очевидный довод – они как мои, так и твои!
В жилах их мамочки и папочки, как в их собственных, текла кровь преступников, воров, негодяев и вероотступников. А также великих праведников, людей поразительной доброты, милосердия и сострадания. Мудрецов и тупоголовых обывателей, талантливых и бездарных, красавиц и уродов, царей и нищих – всех намешано. Если бы существовал тот сказочный аппарат, о котором мечтали двойняшки, они бы поведали, что папочка – потомок сразу двух верховных правителей, индейского царя и египетского фараона. А мамочка в родстве с английским двором, с Бурбонами и Рюриковичами. Вот бы родители потешились!
– С другой стороны, логично рассуждая, – Шурка почесал макушку (как бы почесал), – такой аппарат не в единственном варианте будет существовать. И остальные люди к животам беременных станут его прикладывать. Что они услышат? Какие выводы сделают?
– Что все люди братья и сестры! – патетично воскликнула Женя. – Поймут, что надо любить друг друга!
– Тот же сумасшедший дом, – заключил Шура.
Глава 3
1
Стечение обстоятельств. Под это определение подходит все: рутинные ежесекундные события, драматические происшествия и счастливые совпадения. Обстоятельства уберегут одного прохожего от падения на замерзшей луже, а другого заставят шлепнуться и сломать ногу. Хотя в данном случае обстоятельства представляют собой только подошву ботинок – скользких или ребристо-шершавых…
Нина вела занятие со студентами. Объясняла значение отглагольного существительного «течение».
Литься – для потока воды: течение реки, морское течение. Плыть по течению имеет переносное значение, пассивно поддаваться обстоятельствам. И напротив, плыть, идти против течения обозначает действовать наперекор принятым правилам. В общественной жизни мы говорим о политических течениях, в медицине – о течении болезни или лечения. Как видите, слово многозначно и очень популярно в русской речи. Познакомимся еще с одним вариантом. Добавляется приставка «с» – стечение. Выражение – стечение обстоятельств. Обозначает сложившуюся обстановку, обусловленный ход событий. Пожалуйста, хором произносим: «Стечение». Хорошо. Теперь – по очереди. Алехандро, вы первый.
– Эстэчение.
В группе большинство испаноговорящих студентов из Латинской Америки. Им сложно произносить русские слова, начинающиеся с двух согласных. Невольно подставляют вначале «э», говорят: эспасибо, эздравствуйте.
Вьетнамец Май Ноанг Лонг «стечение» произносит с таким чудовищным акцентом, что разобрать первоосновы невозможно, но Нина кивает и смотрит на следующего…
Это студенты второго года обучения. То есть в прошлом году изучали только русский с нуля, в этом году зачислены на первый курс экономического факультета и продолжают брать уроки русского.
Очередь доходит до Хорхе Сапатеро:
– Стьечьенье обстьятельст. Пальтичский теченье. Стьечьенье красивих девушек.
Хорхе смотрит победителем. Нина его недолюбливает. У Хорхе Сапожника («сапотеро» по-испански – сапожник) блестящие способности к языку, которые он выпячивает, и унижает этим остальных студентов.
– Прекрасно! – хвалит Нина, встает и подходит к доске, берет мел и пишет: – Для вас, Хорхе, персональное задание. Остальные, конечно, также могут попрактиковаться в произношении. Это имя и фамилия известного артиста.
На доске написано: «Фрунзик Мкртчян».
Гул, бормотание, безуспешные попытки прочитать, смешки, удивленные глаза, взрывы согласных звуков: «ф, р… м, к, р».
– Это русский артист?
– Советский, – уклончиво отвечает Нина. – Запишите домашнее задание. По учебнику второй параграф, страницы двадцать тире двадцать семь. Текст пересказать своими словами, подготовить тему «Промышленность моей страны». Составить пять предложений со словами «течение» и «стечение». Повторяю. Алехандро! Я для вас повторяю!
Наконец звонок с урока. Но не все студенты спешат из аудитории. Окружают Нину. Хорхе желает узнать, имеет ли глагол «трахать» литературное значение, он имеет в виду выражение «трахать девушку».
Нину подобные вопросы не шокируют. Для иностранцев все русские слова одинаково нейтральны. Чтобы усвоить запрет на некоторые выражения, требуется время. Русские соседи по общежитию обожают развлекаться. Посоветуют: «Хочешь сделать приятное преподавательнице? Скажи ей: у тебя обалденная задница!» Кроме того, молодые люди впитывают выражения из чисто мужских компаний. Им кажется так просто в русском: варианты одного короткого слова могут обозначать: «очень плохо», «великолепно», «удивиться», «расстроиться», «я был поражен (восхищен, шокирован)». Преподаватели терпеливо объясняют ошибки словоупотребления. В конце обучения в России бедные студенты не могут без ужаса вспоминать, что они говорили в лицо учителю.
– Это глагол просторечной лексики, – ответила Нина. – Совершенный вид «трахнуть» в первом и во втором лице не употребляется, – она специально употребляла термины, в которых Хорхе-зазнайка не был силен. – Несовершенный вид «трахать», употребляется с дополнением и без. Обозначает внезапное появление резкого звука. Трахнул гром, трахнуть из ружья. Также значение «ударить» – трахнуть по спине, по голове, кулаком по столу. То значение, которое вы, Хорхе, имели в виду – «вступить в интимную связь с женщиной» – вульгарный жаргонизм, образованными культурными людьми не употребляется, и вам бы я не советовала этого делать. Понятно?
Алехандро задержался, чтобы показать фотографии, присланные женой из Доминиканской республики. На снимках была его трехлетняя дочь.
– Чудная крошка! – постаралась изобразить умиление Нина.
Единственная девушка в группе, Бланка, хотела узнать, почему бюстгальтеры в России костлявые. Вьетнамец Май Ноанг Лонг и кореец Ким Мэн Хо покраснели и отошли в сторонку. С позиции восточно-азиатского этикета, говорить о нижнем белье в присутствии мужчин значило унизить их до крайности. В переводе с родных языков Мэн Хо и Лонга зовут Отважный Тигр и Золотой Дракон. Царям природы приходится несладко в условиях западной цивилизации.
Нина быстро нарисовала на листочке два круга, подчеркнула жирно нижние полуокружности:
– Здесь находятся металлические вставки, верно? Они называются косточки. Поэтому бюстгальтер на косточках.
Мэн Хо попросил проверить его домашние задания. Месячной давности. Этот студент отличался невероятными упорством и дотошностью. Он переписывал и переписывал упражнения, делал новые ошибки и снова переписывал. Его стремление к совершенству было бы достойно всяческих похвал, если бы не тормозило поступательный процесс приобретения знаний. Нельзя выучить чужой язык и не ошибаться. Двигаться вперед гораздо важнее, чем исправлять бесконечные негрубые ошибки. Они потом большей частью исчезнут в ходе речевой практики.
Нина пыталась мягко втолковать это корейцу, безуспешно. Настойчивые объяснения могли испугать студента, навести на мысль, что преподаватель возмущен дополнительной работой. Да, мне не жалко, несите, проверю. Девяносто процентов корейцев имеют фамилию Ким. По принятым правилам она стоит на первом месте, и многие принимают ее за имя, называя всех корейцев поголовно Кимами. Ким Мэн Хо ценил, что Нинп разбирается в восточном этикете и обращается к нему по имени.
Последним был вьетнамец Лонг. Тоже подсунул бумагу, запечатанную в конверт. Взволнованно пролепетал что-то, даже для Нининого уха, привыкшего к самым разным акцентам и коверканьям русского, непереводимое. Наверное, какое-то официальное письмо. В химчистку, где потеряли свитер, или в деканат, чтобы продлили сессию. Студенты часто обращались с подобными просьбами.
– Вам не срочно? – спросила Нина. – Я принесу на следующее занятие?
Лонг опять нечленораздельно промяукал. Вроде согласился. Вроде попытался ввернуть «стечение обстоятельств».
Нина шла на кафедру и думала о том, что случившееся с ней сегодня утром ни на какое стечение обстоятельств не спишешь. Когда тебе открывается чудовищная жестокая правда, обстоятельства ни при чем, расположение звезд не виновно. И это в день рождения! Сил совершенно нет. А еще две пары занятий впереди и чаепитие на кафедре.
Нина ошибалась. Обстоятельства имелись, их было даже слишком много, и стеклись они причудливо и трагикомично.
Во-первых, Нина и Сергей не встретились, когда он прибыл из похода, потому что Нина уехала в командировку в Санкт-Петербург на конгресс славистов. Когда она вернулась, в город на Неве отправился Сергей, получивший выгодный и интересный заказ на ремонт кровли одного исторического памятника. Их поезда, сверкая желтыми окнами, промчались мимо в ночи. При некотором напряжении романтического воображения эта картина вполне подходила под символический образ судьбы-разлучницы, которая уносит вдаль любящих людей. Как говорится, дан приказ ему на запад… Нина и Сергей, конечно, перезванивались, обменивались эсэмэсками, признавались, что скучают, тоскуют и очень мечтают увидеться. Нина туманно намекнула, что у нее есть для Сергея сюрприз. Он ответил: у меня тоже.
Во-вторых. Сюрприз Сергея заключался в подарке Нине на день рождения. К сожалению, не мог лично поздравить. Решил прислать роскошный букет из двадцати пяти роз и выбрал в качестве курьера брата Ваську.
В-третьих. Надо было учитывать особенности характера Василия.
Утром первой Нину поздравила мама. Присела на кровать, поцеловала, пожелала быть всегда здоровой, красивой и умной, подарила чудесные шерстяные варежки, шарфик и шапочку со скандинавским рисунком.
Когда мама ушла, Нина рассмотрела на подарках ярлыки (с замазанными мамой ценами). Потрясающе! Фирма, производящая вязанные изделия, называлась «Советский разведчик»! На голубой пластиковой бирке так и было написано!
Нина представила, что эту карточку можно подложить молодым коллегам или студентам с развитым чувством юмора.
Нина посмеивалась, представляя возможный розыгрыш, умывалась и собиралась на работу. Позвонил Сергей:
– Поздравляю тебя, Нинон! Ты лучшая девушка на земном шарике, в нашей вселенной и в бесконечности космической. Что тебе пожелать? Буду краток и эгоистичен. Оцени по достоинству мои скромные достоинства! Осчастливь меня своим расположением, дружбой, тесной дружбой, самой тесной, очень тесной, все теснее и теснее…
– Поняла! – рассмеялась Нина. – Оценила. Я тебя обожаю!
– Получила?
– Что?
– Значит, вот-вот или я его прибью.
– Кого? Ой, извини, в дверь звонят.
– Это, наверное, от меня. Целую!
За порогом стоял мальчишка лет десяти—двенадцати. Держал бутонами вниз, как веник, четыре жухлые розы.
– Ты Нина?
– Да.
– Тогда это тебе, – он протянул веник, – от Сереги!
Нина перевернула букет, и вялые розы уронили понурые мертвые головки.
Четыре цветка, как для покойника и будто с несвежей кладбищенской могилы.
– А ты кто? – спросила Нина.
– Брат Сереги, Вася.
Теперь все понятно. Ребенок несмышленый! Сережа попросил его купить цветы заранее, мальчика обманули, подсунули вялые розы. Бедняжка, он, наверное, переживает. Точно, переживает, ногти стал грызть.
– Спасибо! – улыбнулась Нина. – Цветы… оригинальные цветы. Хочешь чаю? С именинным тортом? – хитро подмигнула она. – Моя мама вчера испекла свой фирменный. Могу краешек отрезать.
– Если не жалко.
Васька сидел на кухне, трескал торт (вкуснятина!), шумно втягивал чай. Ничего у Сереги девушка, симпатичная. Но против Ленки Голубовой, на которую все пацаны их класса запали, тень бледная. Ленку кто-нибудь рассмешит, и хочется этому гаду в глаз дать. А Нина улыбается и смешить не надо. Расспрашивает про школу, про увлечения, про любимые предметы и спорт. Что я не знаю, как отвечать правильно? Если еще торту попросить, задержаться, то честно можно биологию прогулять (уже первый урок алгебры по уважительной причине пропущен), а русский, литература и физика присоединятся. Чего она спрашивает? На каком объекте в Питере Серега работает?
Специальность, работа и увлечения старшего брата – источники постоянной зависти Василия. Сам он на высоте, в закрытых пространствах, вроде лифта, не говоря о пещерах, испытывал дурноту, головокружение и дикое желание оказаться на твердой земле, под открытым небом и с неограниченным доступом воздуха. Сережка насмехался: рожденный ползать летать не может. Мама сказала, что это из литературы, и таких, как брат, единицы. Они вроде мутированных особей – это уже из биологии. А все люди боятся того же, чего и Васька. Но ему-то хотелось быть единичным, как брат, а не массовым, как все.
– Вообще-то Серега поехал в Питер к жене, – заявил Василий и придвинул к себе второй кусочек торта.
Нина перестала улыбаться, побледнела, лицо у нее вытянулось, точно голова из шарообразной стала в яйцевидную превращаться. Но Василя уже несло.
– Рожала Серегина жена. Второго. И опять девочка, а Серега о сыне мечтал. Роды тяжелые. С первым кесарево сечение было, и второй улежал, залежал… предлежал, – вспомнил Вася слово, – предлежал неправильно. Надо головой вниз, а он поперек, – разъяснил Вася и для наглядности провел себе вилкой по животу. – Намучилась, пока перевернули. Серега знаменитого профессора за большие деньги привлек, чтобы профессор переворачивал… там, внутри, девочку. Леной назвали. Еще у этой девочки было завитие, привитие… О! – опять вспомнил Вася. – Обвитое пуповиной. По всему телу. И еще, как следствие, у этой девочки была… фиксация, фиксия, прификсация, префектура, – «асфиксия» не всплыла в Васиной памяти. – В общем, она не дышала и была синей-синей. Но сейчас уже дышит и сосательный рефлекс имеет.
Знания Васи объяснялись просто. Вчера к его маме приходила подруга, пережившая большие волнения из-за вторых родов дочери. Если вместо Сергея в рассказ поставить зятя маминой подруги, то все в принципе будет соответствовать действительности. Маме не удалось ни выпроводить ужинающего сына из кухни, ни остановить откровения подруги. Вася услышал много интересного. Кесарево сечение запомнил. Раньше думал, кесари – это вроде царей, а они животы беременным секут. Сосательный рефлекс – вообще улётное выраженьице. Мишка Озеров станет Ленку Голубову смешить, а я ему небрежно брошу: «Ну ты, козел! Опять у тебя сосательный рефлекс?»
В душе у Васи шевельнулась тень раскаяния: не сказать ли Нине, что он пошутил. Уж больно Нина изменилась, точно оглохла. Три раза спросил: «Я пойду?» – она не слышит. Была бледная, а сейчас в красных пятнах лицо. Еще рассердится, если признаюсь, Сереге донесет про цветы и жену. И потом можно сказать, что разыграл. Еще лучше – пусть Серега сам скажет.
Василий вежливо поблагодарил за угощение, ответа не получил, выскользнул из кухни, вышел из квартиры.
Нину точно забинтовали толстым ватным одеялом. Звуки внешние не доносятся и не продохнуть. Грудь, горло стянуло, привалило мягкой и одновременно стотонной массой. У нее секундного сомнения не было, что мальчик не врет. Слишком много деталей и подробностей для детского ума не предназначенных. Запало ему в голову, потому что дома активно обсуждали.
У Сережи есть жена (наверное, не расписаны официально) и двое детей. Девочки. У нее, возможно, два мальчика. Сережа мечтал о мальчиках… Подлец! Какой подлец! Мама! Мудрая мама предчувствовала в нем подлость. И Алиса была права, когда заявляла: никому нельзя верить! Никому! Только своим желаниям! Они не подведут, а, реализовавшись, доставят удовольствие. Какие все умные, только Нина дура!
Значит, желания. Чего я сейчас хочу?… Вот ЭТО ни под каким видом! Еще раз: забудь и не смей мечтать! Далее. Что далее? Воздуха не хватает, куда делся кислород?
Нина подошла к окну, распахнула створку, подставила лицо под холодный поток. Хорошо, легче. Который час? Если она не выйдет из дома через десять минут, то опоздает на урок. Тема? Отглагольные существительные «течение» и «стечение». Стечение обстоятельств. Будь прокляты те обстоятельства, при которых она познакомилась с Сергеем!
– Убью дядю Васю! Рожусь и туг же убью! – вопил Шурка. – Провокатор! Мелкая скотина, вонючка!
– Врун и малолетний преступник! – подхватила Женя. Они испытывали редкое единодушие. Так мамочку напугать!
Нормальная внутриутробная жизнь, встроенная в жизнь беременной женщины, физиологически, подспудно оберегающей себя и плод от сильных потрясений, бедна драматическими событиями. Это как кино со сплошь положительными героями, а отрицательные мелькают в кадре для легкого щекотания нервов. У них же – не соскучишься! Папочка в неведении и отсутствует. Бабушка Ира и дедушка Рустам знать про них не знают. Бабушка Эмма мамочку к аборту подталкивает. Как развратная Алиса, которая испытывает только зов собственных желаний. Да, если бы все были как Алиса, человечество из амеб бы не выбралось или осталось на уровне инфузорий! И дядя Вася – подарок врагу. Лучше бы успеваемость в школе подтянул!
2
Василий не планировал брату подсуропить. Само получилось, выскочило, сорвалось с языка, а потом забавлялся: сколько можно нафантазировать, а тебе верят. Хотя Вася имел полное право отомстить Сереге… за арбузы.
Десять дней назад Сергей собирался в командировку, складывал рюкзак. Вася канючил, умолял, унижался – просил разрешения играть на компьютере брата в его отсутствие. Вася без спроса играл бы, но Сергей ставил пароли, которые взломать не удавалось.
– Хочешь, я тебе ботинки буду целый месяц чистить? – предлагал Вася. – Кровать заправлять и в комнате убирать.
– Обойдусь без лакеев.
– Серега, пожалуйста! Тебя все равно не будет.
– Родители обещали? Закончишь год без троек, подарят комп. Учись, недоросль, и тебе воздастся.
– Это еще когда будет! Да и чё, я ботан, чтобы по русскому без «троек»! Скажешь, у тебя «пятерки» по русскому были?
– Отхлынь! – Сергей не хотел признаваться, что в орфографии не силен.
– Брат называется! Чё, тебе жалко? Чё, ты меня не уважаешь? Чё, я испорчу?
Просительных вопросов с «чё» Василий задал полтора десятка. Наконец, совсем уж в отчаянии, предложил:
– Давай на что-нибудь поспорим? Сергей посмотрел на него задумчиво:
– Вообще-то есть у меня одно дело…
– Я сделаю! На что спорим?
– Спорить мне с тобой смешно. Договоримся так: я задаю тебе простенькую арифметическую задачку. Решишь – играешь на компе, не решишь – мое поручение выполняешь.
Васька с готовностью схватил листок и ручку, приготовился записывать.
– Проценты в школе проходили? – спросил Сергей и, получив утвердительный ответ, продиктовал условие. – Имеем арбуз весом десять килограммов. Девяносто процентов массы арбуза – вода. Его везли из Астрахани в Москву. Пока довезли, арбуз усох. И теперь воды в нем осталось восемьдесят процентов. Вопрос, сколько теперь весит арбуз?
И записывать было нечего! Васька быстро, в уме решил, выпалил:
– Девять кило!
– Ответ неверный, «двойка»!
– Почему? – возмутился Вася.
Но брат не ответил. Зазвонил его сотовый, Сергей нажал на кнопку, расплылся в улыбке:
– Нинон? Увидела мои звонки в неотвеченных? Точно, пять раз набирал.
Сергей показал брату жестами – выметайся. Сначала пальцем потыкал в сторону двери, а потом изобразил, что даст коленом под зад.
Васе ничего не оставалось, как выйти. На кухне папа ел… арбуз. Вася их не любил, одна вода, девяносто процентов.
Рассказал папе про задачу.
– Правда же, арбуз будет весить девять килограммов? – возмущался Вася. – Масса мякоти не изменилась, так? Воды было девяносто процентов – девять кэгэ. Стало восемьдесят процентов – это восемь килограммов. Восемь кило воды, плюс один мякоти, будет девять.
– Нет, сынок. – Папа отрезал себе новый кусок и впился в него зубами.
– Но твердая часть арбуза ведь никуда не делась! Она же не усохла!
– Правильно, сколько ее было? Килограмм. Но теперь она представляет собой двадцать процентов. Один процент, следовательно, пятьдесят грамм. А весь арбуз весит пять кэгэ. Хорошие задачи вам в школе задают, – похвалил папа, вытирая рот и руки, – на сообразительность.
Если бы в школе! Вася с ненавистью посмотрел на объеденные арбузные корки, полосато-зеленые снаружи, влажно-розовые внутри.
– Ты чего такой хмурый? – спросил папа. И благодушно подмигнул. – Можешь не признаваться учителю, что я тебе помог решить задачу. Другие имеются?
Другие! Может, Сергей, еще одну задачку предложит? Вторая попытка. А папа проконсультирует…
Но Сергей сказал, что ему некогда, и по условиям договора был только один подход к снаряду.
Собирается ли Васька выполнять долг чести? Мол, дал слово – держи.
– Я удержу, поддержу, в смысле – сделаю для тебя, что попросишь. А ты дай поиграть?
– Василий! – осуждающе покачал головой Сергей. Иезуитски добавил: – Мне не жалко, но тебе надо воспитывать волю, держать крепкое мужское слово.
– Буду держать… со следующего раза. Ну, чё тебе…
– Стоп! Я могу обратиться к другому человеку, но в отношении тебя сделаю выводы. – И Сергей выразительно показал на вожделенный компьютер.
– Ладно, говори, что делать.
Надо было через десять дней явиться в половине девятого утра по адресу, который Сергей написал по бумажке (как доехать и код замка двери подъезда). Предварительно купить в цветочном киоске круглосуточного универсама рядом с искомым домом двадцать пять самых лучших и свежих роз. Их стоимость сто рублей штука (Вася мысленно присвистнул). Итого, получи на руки две тысячи пятьсот.
Сергей уехал, а у Васи оказалась сумма, которой он прежде в руках не держал. Отщипнул от пачки в первый же день. Почему именно за стольник покупать? Можно поторговаться. Например, сказать, что мама лежит в больнице, на операции, при смерти. Это цветы для врачей, папа последние деньги собрал. Сейчас ему цветы отвезу, чтобы врачам раздавать, а сам домой. Там сестричка маленькая, тоже больная, гепатитом. (Про гепатит Вася знал, потому что у них в школе был карантин. В туалете на перемене стояли физрук или учитель физики, проверяли, чтобы все руки мыли.) Скукситься и пропищать продавцу: «Тетенька, я вас очень прошу! Пожалейте нашу мамочку!» Если сильно напрячься, то и слезу выдавишь.
Десять дней – большой срок, много денег – великий соблазн. Васька перед ним не устоял. Да и чувствовал себя обделенным: к компьютеру не подступишься, а по чужим делам бегай, цветочки таскай!
