Текст книги "Хорошо там, где нас нет"

Автор книги: Наталья Косухина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

ГЛАВА 12

Недостаточно только получить знания; надо найти им приложение.

И. Гете

К некоторым предметам отношение было непонятным. Взять хотя бы целительство. Лекции я слушала очень внимательно. Как я поняла, от этих знаний может зависеть моя жизнь, так как не знала, как здесь обстоят дела со здравоохранением, и не сталкивалась со здешним уровнем медицины. Мир подозрительно тихий…

Ректор – хороший преподаватель, хоть и немного сухо объясняет. Не представляю, как можно с этим резким человеком иметь личные отношения, но я не Искар и многого могу не понимать. Хотя разговоры об их отношениях ходили самые невероятные.

Но пока училась я спокойно и ровно, чему была несказанно рада.

По истории также были одни лекции, я изучала ее вечером в комнате, потому что на занятиях меня беспокоило только одно – как бы не заснуть. Еще чаще я садилась рядом с Вуку и шепталась. Она мне рассказала все, что знала про тех, кто был у нас на курсе. О ком-то больше, о ком-то меньше. Но про себя, несмотря на расспросы соседки, я ничего не рассказывала.

На примере того же Димы я увидела, к каким домыслам это может привести. Из уст в уста правда сильно искажается. А мне проблемы не нужны.

Гадания оставались для меня тайной. Практических занятий у нас не было, и, несмотря на лекции, которые мы писали и учили в большом количестве, предмет этот я не понимала. Столько существовало гаданий! Не перечесть. Но нам сообщили, что будут преподавать только проверенные и действенные. Это гадание на магическом шаре-то действенное?!

Хотя что я понимаю в гаданиях?

Мою уверенность в том, что это все шарлатанство, поколебал один из уроков, прошедший ближе к середине учебного года. На небольшом практическом занятии мы всей группой учились выходить за оболочку мира в нео – пространство между мирами, где текут линии судьбы людей и пути миров.

Следуя инструкции, я прикрыла глаза, успокоилась и постаралась расслабиться. Когда абсолютное ощущение покоя и расслабленности овладело моим телом, я постаралась выйти за его границы. И… у меня получилось.

Невероятно! В первый момент я была шокирована до глубины души. Как такое может быть?

Вокруг клубился черный туман, пространство пронизывали красные и серебристые линии. Только я дотронулась до одной, как мое сознание перенеслось куда-то и через миг оказалось в гуще сражения, происходящего около необычного полуразрушенного храма. Вокруг шел бой, люди рубились на мечах, слышался звон, грохот. Краем сознания я отметила, что по телевизору все происходит совсем не такие так страшно.

Я смотрела глазами человека совершенно мне чужого. Ощущала его ужас и отчаяние. Вокруг лилось много крови, слышались стоны и крики. А я, не успев ничего понять, сообразила, что в мое сознание начала проникать предыстория этого события!

Меня поразил ужас, и тут сознание пронзила боль. Меня выкинуло обратно.

Открыв глаза, я увидела склоненных надо мной преподавателя, Диму, Славу и Вуку. За ними виднелись лица одногруппников. Все выглядели довольно испуганными.

– Как вы себя чувствуете, Ронер? – поинтересовалась Пиграно.

– Нормально, – прислушавшись к своим ощущениям, пробормотала я.

– Ты не откликалась, когда мы звали тебя. Понимаешь? – спросил Слава тихим голосом.

И я поняла, почему ощущаю страх и облегчение. Потому что это ощущают они.

Кажется, наши отношения вышли на новый уровень. Теперь я не только чувствую, какие ребята испытывают эмоции, но и ощущаю их, как свои. Впору вешаться.

– Нет, – честно ответила я.

Преподавательница встала с лавки рядом со мной и тихо сказала:

– Урок закончен. Покиньте помещение немедленно.

Все стали осторожно собираться. Встала и я.

– А вас, Ронер, я бы попросила задержаться.

Настороженно посмотрев на Пиграно, я собрала вещи и села на место, ожидая, пока группа покинет аудиторию. Едва дверь закрылась за последним студентом, преподаватель поманила меня за собой.

Ничего не понимая, я последовала за неторопливо движущейся женщиной в боковую дверь. Там оказалась светлая комната, похожая на маленький антикварный магазин. Скорее всего, букинистический. Кроме книг – различные штучки непонятного назначения, шкатулки, череп какого-то животного и много-много всего интересного…

– Присаживайся, – предложила хозяйка кабинета.

Только теперь я увидела круглый столик у окна и четыре стула.

– Спасибо, – машинально ответила я, нерешительно присаживаясь на край ближайшего стула.

– Прочему ты все время благодаришь? – шуршала пакетиками за дальним столом преподавательница.

– У нас так принято.

– Теперь не «у нас», Надя. Могу я так тебя называть?

Я кивнула. Какой у меня выбор?

– Теперь ты дитя этого мира.

– Почему вы так решили? – удивилась я.

– Если он тебя не выкинул в первые трое суток или не убил, значит, принял. И у тебя изменилась внешность.

Мне стало не по себе от перспективы, которой удалось избежать.

– Откуда вы знаете?

– Мир слухами полнится, – неопределенно ответила Пиграно.

Надо думать. Здесь к ним тяготеют больше, чем на Земле.

– Да, я сильно изменилась, но не кардинально.

– С людьми из технических миров так всегда. Вас сложно полностью изменить, вы тяжелые дети, – со знанием дела ответила преподаватель, заливая в чашки кипяток.

– Мы… – начала я. – Это нам здесь тяжело.

– Конечно, тяжело. Я слышала о твоем конфликте.

Я угрюмо промолчала, так как не приучена говорить одному преподавателю о другом. Но Пиграно все поняла. Удивительная женщина!

– Не переживай, я ему твои слова передавать не собираюсь. Впрочем, как и другим.

Я подозрительно посмотрела на преподавателя.

– У него сложные отношения с коллегами, – пояснила она.

Неудивительно.

– Но он прекрасный специалист в своей области. Если хочешь мой совет… попробуй взять от него все знания, какие сможешь.

Хороший совет, но вот выполнимый ли?

Пиграно поставила передо мной чашку, в ней плескалась подозрительная сине-сиреневая жидкость.

Не желая обижать хозяйку отказом, я пригубила…

Умм… Прекрасный вкус неизвестных ягод. Необыкновенно! Вот бы рецептик.

Присев напротив меня, Пиграно спросила:

– Как ты относишься к моему предмету?

Я стушевалась:

– Мм… Он очень необычный.

Кивнув, преподаватель заметила:

– Скептически. Понимаю. В вашем мире наше ремесло не в чести?

Наше?

– Мм… Нет. К нему относятся довольно недоверчиво и не принимают всерьез.

– Это понятно. У вас закрытый мир, и дар виденья в нем проснуться не может. Тем интереснее, что он так ярко выражен у тебя.

Я постаралась ответить тактично:

– Не знаю, что сегодня произошло, но я собираюсь стать инквизитором.

Пиграно понимающе улыбнулась:

– Гарнер на тебя повлиял?

Я задумалась и постаралась ответить честно:

– Нет.

– Просто он умеет убеждать, когда хочет. А ты ему нравишься.

Я обалдело посмотрела на преподавателя:

– Нет.

Мой ответ был категоричным. Уж как женщина я его совсем не интересую. Пиграно пожала плечами и промолчала. Странное у нее поведение.

– В любом случае ты многого не знаешь, и сейчас я расскажу тебе, что не написано в учебнике. Просто это всем известно. В нашем мире есть разделение на активные предметы и пассивные. Полное образование получает тот человек или маг, кто получит диплом с двумя специальностями. И не всякое учебное учреждение может его дать.

Спрашивая, я уже знала, что услышу в ответ.

– А наше?..

– Да, Академия магии Нурана может его тебе дать. Если твоя основная специальность инквизитор, то пассивной могут стать гадания – очень престижная в нашем мире наука.

Я не знала, что сказать – информация явилась неожиданной.

– Но есть еще зелья…

Пиграно отмахнулась:

– Это твоя специализация инквизитора. Многие ее выбирают, а за тебя решила природа.

– Я пока еще мало знаю…

– Зато читаешь правильные книги.

Я удивленно посмотрела на Пиграно.

– Нам сообщают, если студенты интересуются литературой помимо той, что положена по программе. Студенты – еще не окрепшие умы, и мы чутко следим, чтобы они выросли достойными людьми и магами.

– Расскажите мне про Эрго, – неожиданно для себя самой попросила я.

Пиграно улыбнулась и отпила отвара.

– Хорошо. Но ты расскажешь мне, что видела «там».

Я кивнула.

– Ну в историю я углубляться не буду, это тебе и на лекциях расскажут. Основой нашего мира является порядок. Нас воспитывают так, чтобы мы выросли хорошими людьми, с честью и достоинством. Это престижные качества. Не лукавить, не злоумышлять, не переступать через людей ради наживы или расправы. За такие вещи наше общество наказывает отчуждением.

Ф-ф-ф… Тоже мне наказание.

– Мы не ищем сложностей и стараемся доверять друг другу и нашему государству. И пока серьезных разочарований у нас не было. Но как сама ты знаешь, есть в каждом человеке и что-то плохое. Вопрос только в твоих ценностях.

Куда я попала!

– Теперь ты.

Прикрыв глаза и припомнив все, что произошло, я постаралась до малейших деталей рассказать все и передать ощущения. Но предысторию сражения, то, из-за чего оно произошло, я скрыла. Ибо причиной оказалась я, хоть этого и не было на самом деле.

Пиграно нахмурилась.

– Не очень хорошо. Конечно, может быть, это не такое уж полномасштабное… – бормотала преподаватель.

Да, не война, но и не мелкая стычка.

– Пойми, Надя, у тебя есть дар, ты способна видеть, как и я или мои коллеги. Поэтому я хочу, чтобы ты стала углубленно изучать предмет.

– Почему?

– Есть две причины. Первая заключается в том, что, если сильный дар не контролировать, ты сойдешь с ума. Вторая – по теме «Освоение дара видения дарадой технического мира» я напишу научную работу.

Я шокированно смотрела на Пиграно. Вот так просто взяла и рассказала про свои виды на меня. Это нормально?

– К тому же я могу оказать тебе помощь в отношении тройки. Скоро она тебе понадобится.

Я молчала.

– Подумай и, если нужен будет совет, приходи.

– С чего вы?..

– Я видела твое будущее, Надя, – быстро ответила Пиграно и приподняла ладонь, останавливая мой вопрос. – Рассказать не могу. Нам запрещено открывать судьбу нам подобным. Просто скажу тебе, что не один раз тебе понадобится мой совет. Так что я буду ждать тебя.

– Тогда вы, наверное, знаете, какое я приму решение относительно вашего предложения? – спросила я и допила отвар.

Вкусно!

– Да, – безмятежно протянула она.

Провокация, как пить дать провокация.

В этот момент дверь отворилась, зашел Гарнер со словами: «Послушай, я понимаю, ты ведешь…» – и запнулся, увидев меня.

Я же, переведя взгляд с куратора на Пиграно, которая при его появлении растеряла всю свою веселость, кое-что поняла. А именно: мне необходимо ретироваться отсюда. Поздно, бай-бай пора ложиться и все такое…

Схватив свои вещи и попрощавшись с преподавателями, я пулей вылетела за дверь. Судя по флюидам, витающим в воздухе, там ожидается любовная баталия, хотя я могу и ошибаться…

Перед тем как нам дали амулеты с пропуском за стены Академии, нас собрал Гарнер. Он общался с каждой группой и тройками, которые курировал.

Сидя напротив куратора, мы чувствовали себя неуверенно и растерянно. Тот серьезно на нас смотрел, переводя взгляд с одного на другого, после чего сказал:

– Начну с общей информации. В первом полугодии вам читали лекции, давая базовую информацию о предметах. Во втором добавятся лекции, ориентированные на применение магии группами. Людям, не являющимся частью троек, подобное дается очень трудно, и тем не менее мы научим студентов всему, чему сможем. От вас я жду большего. Ронер уже передавала мои пожелания относительно вашей подготовки?

О да! Я все передала, но в ответ понимания не получила. Дракон поморщился, сказав: «Ты торопишь события». Оборотень оказался более многословным и бросил мне: «Да зачем нам это нужно, и обычными студентами быть неплохо».

При этом каждый напомнил мне, что мы вообще хотели разорвать отношения тройки. Только пока у нас ничего не получалось. Информации о нашей связи я нашла много, но про то, как прервать ее, ничего не обнаружила. С каждым днем ситуация становилась все хуже и хуже. В последнее время казалось, что у нас эмоции общие.

– Да, лер.

– Да, лер, – синхронно ответили мужчины.

– Постарайтесь. Вам необходимо взаимодействовать друг с другом. Ибо на втором году обучения начнется практика, и треть вашей программы займут заклинания для троек. А когда станете изучать специальность, там семьдесят процентов магических знаний будут именно групповые. Это все поняли?

Мы, как болванчики, синхронно закивали.

– Тогда можно переходить к общей информации. Начиная со второго полугодия вы будете совместно обучаться и совместно нести ответственность за свои поступки. Получает наряд один – отрабатывают все трое.

Что?!

– Так же и в отношении всего остального. Пора привыкнуть к тому, что и за ваше колдовство будут наказывать троих. Тройка – это большой дар, но и большая ответственность.

Я сидела подавленная, как, впрочем, и Дима со Славой. Наши чувства смешались – и непонятно, кто расстроен больше.

Вот с таким сложным настроем я пошла в увольнение. Вуку отправилась через портал домой, к родителям, а я, не зная, чем себя занять, направилась в город. Можно наведаться к Роде. Все равно жить негде: не в Академию же возвращаться ночевать… Можно в отель. Но целый месяц нужно чем-то себя занимать.

В этом мире я открыла для себя большое неудобство – здесь нет музыки, нет фильмов, нет компьютерных игрушек. Существуют книги, магические амулеты с примитивными играми и… все. Как тут люди живут, непонятно. Надо же как-то отдыхать, развлекаться. Может, Рода подскажет что-нибудь интересное?

Не успела я переступить ворота Академии, как меня нагнали двое… красивых молодых людей. Поравнявшись, один из них спросил:

– Прекрасная девушка, а не хотите ли вы провести отпуск с нами?

Покосившись на них, я заметила:

– По правилам моего мира вы сделали мне неприличное предложение.

Ребята недоуменно переглянулись.

– Странный у вас мир, – заметил Слава.

А я присмотрелась к кисточке дракона. До этого постоянно контролировала себя, чтобы игнорировать ее. Но она такая милая, пушистенькая, так и хочется взять ее в руки и потискать.

– Надя! – процедил сквозь сжатые зубы Дима.

– И не шипи, я и так все время стараюсь не смущать тебя. Будь уверен – на твою персону у меня видов никаких. Вот если бы можно было пушистика отрубить и забрать себе, – мечтательно протянула я.

Хвост дракона нервно задергался, а его смущенный хозяин посмотрел на меня с опаской.

– Что? – не поняла я реакции ребят, но те, переглянувшись между собой, только покачали головой.

Слава только посоветовал Диме:

– Присматривай за хвостом, с нее станется.

Поняв, что они всерьез приняли мои слова насчет отделения конечности от хозяина, я ускорила шаг, стремясь от них оторваться. Что возьмешь с дураков без воображения?

Но мужчины догнали меня, и Слава сказал:

– Увольнение мы проводим вместе.

Счастье-то какое!

– С чего это? Почему не едете домой?

– Я поругался с родителями, – ответил Дима, пожимая плечами и смотря в сторону.

– А я хочу почувствовать свободу от обязательств и шаблонов, – сказал Слава.

Остановившись и пристально посмотрев на них, я заметила:

– Вы мне оба врете!

Но ребята смотрели невозмутимо и молчали, хотя мы все трое знали, что я права.

Это не первая странность, которую я заметила. И вообще, они оба мутные какие-то. Однозначно что-то скрывают. Ни тот ни другой ничего о себе не рассказывают. Конечно, по случайно брошенным словам создается какая-то картинка, но недостаточная, чтобы понять их секреты.

Дракон являлся вторым наследником их страны, это я узнала от Гарнера. Но почему он отправился учиться в Академию и отказался от права наследования трона? У него были разногласия с родителями и братом, но если это просто разногласия, то из-за них вряд ли можно уйти из дома. Хотя в этом дурном мире все возможно.

Слава не менее странный.

У оборотней правит сильнейший клан. А Велислав лишь четвертый сын его главы. Только вот у оборотней право наследования переходит не к старшему, а к сильнейшему. Значит ли, что Слава слабый? Или тут что-то еще?

Имеется еще одна странность: оборотень совершенно не смотрит на представительниц противоположного пола.

Несмотря на то что с группой мы пока не сблизились, все равно иногда общались. Такое медленное сближение здесь совершенно нормально. Но если Дима поглядывал с интересом на девушек, то Слава – нет. Подозрительно…

А вот интересно, есть ли геи в этом мире?

– Ты слышала сегодня Гарнера? Мы должны больше проводить времени вместе, общаться и отвечать друг за друга, – сообщил мне Дима, улыбаясь.

Что-то подозрительна их такая инициатива, но, посверлив их взглядом, ничего подозрительного не заметила ни в лицах, ни в чувствах.

– Что ж, пусть будет так.

Заодно, может, покажут местные развлечения.

Мы решили, что все трое поселимся у Роды, если она пустит, но я обещала попросить.

Хозяйка открыла нам дверь и, увидев меня с двумя мужчинами на пороге, сразу поинтересовалась:

– А кто обещал, что, как надумает замуж, сразу ко мне?

Не сразу сообразив, о чем это она, я посмотрела на стоящих по бокам от меня недоумевающих ребят и закатила глаза.

– Нет, это мои одногруппники. Нам жить негде, – пояснила я.

Окинув их взглядом, Рода заключила:

– Так, мальчики не бедные и в таверне комнату снять могут.

– Там казенные харчи, а не твоя чудная готовка. А мальчики отощали, – заныла я, давя на жалость и приправляя все это лестью.

В моем мире срабатывало.

В обоих, как по команде, вскипело возмущение, но я нахмурилась и с помощью эмоций, без слов, предупредила парней о молчании.

– Ну ладно, уговорила. Заходи. Найду, где вам голову временно преклонить, – вздохнула Рода.

Протиснувшись в уже знакомый холл, я спросила:

– Моя комната будет та же?

– Да, иди располагайся. Твоим друзьям я сейчас выделю места для ночлега – вдвоем поживут. И марш потом на кухню: у меня к вам вопросы есть.

Я, чуть улыбнувшись, отправилась раскладываться. В этом вся Рода – в жажде сплетен. Не упустит шанса разузнать побольше об Академии и о моих спутниках. Она сразу поняла, что мальчики неплохие.

Через полчаса мы сидели на кухне и принюхивались к божественным запахам из кастрюли. Рода, посмотрев на нас, хмыкнула:

– Я гляжу, вы действительно там оголодали. Что, в Академии плохо кормят?

– О! Вы не представляете! Это просто помои. Невозможно есть! – тут же начал жаловаться Дима.

– Запахи там очень резкие, – поддержал его Слава.

– Да, для оборотня они и правда могут быть резковаты: смягчающую траву, наверное, не кладут, – покивала Рода и уже мне: – А ты что молчишь?

– А что? Конечно, в столовой Академии кормят не так, как у тебя, но есть вполне можно.

Ребята взирали на меня с недоумением.

– И не нужно на меня так коситься. Скажите спасибо, что еда вообще чем-то пахнет! Избалованные вы. В моем мире было время, когда люди постоянно опасались, что вместо поросенка в колбасу собаку положат, а спустя время уже стали задаваться вопросом: положили ли мясо вообще? Тоже мне, гурманы.

Все на кухне странно посмотрели на меня.

– Надя, что такое колбаса? – спросил Дима.

Видимо, о том, что такое поросенок и собака, он догадался.

– Мм… Вам лучше не знать, сейчас обедать будем, – неопределенно пробормотала я, в очередной раз понимая, как здесь трудно.

Передо мной возникла чашка с ароматным мясом, специями и вкусным гарниром.

– Ешьте, а потом вы мне подробно расскажете про Академию! – заявила Рода, с умилением смотря, как мы набросились на еду.

ГЛАВА 13

 
Умерен будь в еде – вот заповедь одна,
Вторая заповедь – поменьше пей вина.
 

Ибн Ста (Авиценна)

Вечером, после того как ребята ушли к себе, я осталась с Родой на кухне. Многое мы ей сегодня поведали об Академии, многое – нет. Но, видимо, любопытства хозяйки не удовлетворили.

Поэтому, налив нам по чашечке отвара, она уселась напротив и поинтересовалась:

– А теперь рассказывай.

Сначала я застыла в нерешительности и сомнении, но потом подумала, почему бы и не рассказать?

– Даже не знаю, что тебе ответить. С чего начать?

– Прижилась в нашем мире?

Тоже непростой вопрос…

– Наверное… все же нет.

– Почему?

– Рода, ваш мир очень странный. Он какой-то наивный, простой и в чем-то абсурдный. Ну разве можно так доверять друг другу?

– А почему нет?

Это сложно объяснить.

– Люди могут обмануть, предать.

– Ты не обманываешь и не предаешь, тебя не обманывают и не предают. Такой у нас закон. Почему тебе кажется странным, когда люди ценят свой мир и следуют правилам?

– Это противоречит человеческой натуре.

– Ты в этом уверена? Мы так живем не одну тысячу лет. И прекрасно живем.

Что тут скажешь?

Я не собираюсь следовать правилам этого мира и буду поступать так, как удобно и выгодно мне. Но Роде я этого не сообщила.

– Возможно.

– А что у тебя с этими мальчиками?

– Ты спрашиваешь про кого-то конкретного или про обоих сразу? – поинтересовалась я, хитро улыбаясь.

– Хоть про кого-нибудь из них.

Я покачала головой:

– Кроме отношений тройки, нас больше ничего не связывает.

– Только и всего? – разочаровалась хозяйка.

Только… В моем мире даже между влюбленными людьми такой близости нет.

– Только и всего. Я ни одного из них не рассматриваю как мужчину.

– Почему? У них высокое положение, они влиятельные, богатые, красивые. Что тебя не устраивает?

– Как мужчины они меня не привлекают.

Да и как они могут привлекать, когда я ощущаю их как часть себя? Это извращение какое-то.

– Что же за мужчина тебе нужен?

– Тот, что сильнее меня. И тот, о котором я не смогу забыть, выкинуть его из своей жизни. Настоящий мужчина!

Очень умные и торжественные слова. Самой понравились.

– Что за глупости у тебя в голове? Главное – хорошо и выгодно выйти замуж, а перед этим узнать жениха.

Ну да, ну да, про тридцать лет я до сих пор помню. Да и кто говорил про замужество?

– Мне сейчас серьезные отношения ни к чему. Моя жизнь и без того сложна, чтобы еще один геморрой себе приобрести.

– Что? – переспросила Рода.

– Проблемы, – перевела я.

Не рассказывать же в самом деле, что это за болезнь…

– Проблемы должен муж решать.

– Угу.

На это я только покачала головой, и Рода неодобрительно поджала губы:

– Но может, попробуешь со своими?..

– Нет. Рода, должна открыть тебе страшную правду. В тройках невозможны отношения интимного характера. Тогда мы не сможем сохранить связь и работать. Да и желания такого не возникнет.

В этот момент я почувствовала всплеск негодования и удовлетворения. Ага, значит, ребята подслушивают. Надо сворачивать разговор.

– Рода, посоветуй мне лучше, чем заняться на каникулах. Где можно отдохнуть?

– Что, библиотека больше не привлекает?

– Нет. Ее мне хватает в Академии. Так что надо сделать перерыв, иначе только хуже станет, если перезанимаюсь.

– Тогда увольнение у тебя получилось в самое удачное время: сейчас идут празднования начала весны. Хотя погода выдалась немного прохладной, тем не менее она замечательная. Завтра будет ярмарка. Со всех окрестностей в столицу будут стекаться торговцы, артисты и гости. Очень советую сходить.

Да?

– И все? – уточнила я.

– Потом можно отправиться…

Буквально через полчаса объяснений я уже знала, где и как можно хорошо провести время. Отпуск оказался практически ясным.

Что ж, посмотрим, что нам принесет завтрашний день…

Я встала на удивление рано. Странно, всегда была совой… Может, привычка срабатывает… или то, что, судя по эмоциям, два моих оболтуса уже поднялись и развлекаются.

У мывшись и приведя себя в порядок, я вышла на крыльцо, откуда и исходил восторг.

Около изгороди Дима флиртовав с какой-то девушкой с кувшином. Картина маслом: «Мы распушили хвост». Кстати, о хвосте: он подергивался и слегка помахивал из стороны в сторону. Надо запомнить. Видимо, у драконов так выражается волнение. Или интерес? Об этом я и спросила Славу, который сидел на крыльце и невозмутимо наблюдал эту картину, хотя девица кидала призывные взгляды и на него.

– Драконы обычно хорошо контролируют движение своего хвоста. Отсутствие контроля считается либо слабостью, либо проявлением власти, – тут же пояснил оборотень.

– В смысле?

– Ну они используют его при поединках, в личной жизни, для обозначения статуса. Хвост очень символичен. Нерассчитанное движение говорит о слабости и глупости. В данном случае – о молодости и беспечности. Перед нами дракон не чинится.

Тут я ощутила напряжение, и хвост ящера с силой ударил по кусту – листва осыпалась.

Ни фига себе!

– Если Рода увидит, она тебе его отрежет, – негромко проговорила я, зная, что Дима меня услышит.

Хвост присмирел, но злость в драконе плескалась немалая.

– Злится, что я тебе рассказал, – усмехнулся Слава.

– Да, я заметила, что у Димы много секретов. Очень интересно было бы их узнать, как и твои.

Слава замер.

– О чем ты?

– О том, что ты почему-то не едешь домой. Дима, к примеру, поругался с родителями и братом. А вот что здесь делаешь ты, когда у тебя есть семья?

– Мне нельзя туда ехать. Так постановил совет моего рода, – немного грустно ответил оборотень.

– И что же заставило их выпереть тебя?

– Что?

– Ну… Попросить тебя покинуть род? Ведь не по своей же воле ты оттуда уехал?

Слава молчал, и в сердце его разлилась такая боль, что я, вскочив и вытаращив глаза, бросилась к бочке с водой, чтобы умыться и прийти в себя. От забора раздалось шипение и повеяло злостью. Постепенно боль стала сходить на нет.

– Боже, что это было? – спросила я, вернувшись на место. – Ты что, гей и из-за неправильной ориентации тебя выгнали?

– Кто я? – не понял оборотень.

Может, в этом мире это как-то по-другому называется?

– Ну тебе нравятся мужчины? Я заметила, что ты совсем не обращаешь внимания на женщин.

В первое мгновение ничего не происходило, а потом случились сразу две вещи. Раздался хохот дракона – ему было очень весело, – и обиженный оборотень высказал мне:

– У меня есть девушка, которую я люблю! Мне другие не нужны!

И, поднявшись, ушел в дом.

Ох какие мы правильные и верные! Хоть чем-то этот мир мне близок.

Девица у калитки, увидев, что ее кавалер смеется без причины и вообще странно себя ведет (нас же она не слышала), пошла дальше по улице, а Дима присел рядом со мной, все еще посмеиваясь:

– Ты его обидела.

А то я без этого академика не догадалась бы.

– Он переживет, никуда не денется. Зато мы узнали причину его безразличия и, скорее всего, отъезда из дома.

Повернув голову, я увидела, что Дима пристально на меня смотрит.

– Ты просто ужасна, – мурлыкнул он.

– Спасибо. Только выйди из образа шикарного кавалера, а то меня сейчас стошнит.

– Прости, – улыбнулся дракон и после непродолжительного молчания спросил: – Почему я и Велислав тебя не привлекаем?

– Ты слышал вчера все причины.

– Но правды ты так и не сказала.

– Ты маленький для меня.

– О! А сколько тебе лет?

– Двадцать семь.

– Что?! – шокированно выдохнул Дима. – Да ты еще ребенок!

– Да?! – пристально посмотрела я на него.

Он запнулся, задумался и через пару минут ответил:

– В своем мире вы очень быстро стареете душой.

Мне нечего было возразить на это.

– Дим, а сколько живут драконы?

Поморщившись от своего сокращенного имени, ящер, немного помедлив, ответил:

– В среднем две тысячи лет.

– Что?!

Все, выносите меня!

Почувствовав степень моего потрясения, дракон пояснил:

– Зависит от особи. Кто-то меньше, кто-то больше. А у вас?

Тоже немного помедлив, я ответила:

– Лет семьдесят, если повезет.

Теперь в полном шоке был Дима, и мне кажется, в еще большем, чем я.

– Почему ваш мир так быстро убивает своих детей? – с недоумением спросил дракон.

На это я не могла ничего ответить. Я не знала, и он меня понял.

– Ладно, пойдем отловим нашего волосатого друга и отправимся на ярмарку. Пора уже. Кстати, в кого он оборачивается?

Дима, весело посмотрев на меня, пожал плечами. Ну вот, значит, будет, что еще выяснить.

Ярмарка проходила на огромной центральной площади, где сейчас стояли повозки с красивыми цветными тентами. Люди в толпе были так ярко одеты, что у меня начали болеть глаза.

– Как здесь много народа! – воскликнул оборотень. – И к каждому аттракциону длинные очереди.

Посмотрела по сторонам и, отметив, что к каждой повозке выстроилось не более десяти человек, махнула рукой:

– Разве это очередь? Вот у нас на почте – вот это очереди! В них не только состариться, но и покалечиться можно.

Ребята недоверчиво на меня покосились, но ничего не сказали. Они привыкли к моим странностям и все меньше спрашивали о незнакомых словах, довольствуясь смыслом сказанного.

Вот и Слава зря спросил про геев: не знал бы, что это значит, и не дулся бы.

Мы покатались на аттракционах, посмотрели выступление артистов и пошли на соревнования силачей. Ребятам нравилось, а я скучала. Что и говорить, парки с аттракционами в моем мире куда впечатляющи и после реслинга или бокса смотреть на возящихся и пыхтящих мужчин мне не доставляло удовольствия.

Вертя головой по сторонам, я вдруг заметила в толпе странные плавные движения двоих людей. Не могу сказать, чем они привлекли мое внимание, но, присмотревшись, я поняла: они срезают кошельки. С диска денег не снять без владельца, но люди носят и другие ценности. И далеко не у всех хватает средств на услуги мага.

Пока я стояла и размышляла о том, нужно ли мне вмешаться, Дима вздрогнул и, резко развернувшись, схватил вора за руку. Тот дернулся и, оставив у дракона свой рукав, бросился бежать. Впрочем, как и его подельник, который быстро растворился в толпе. Но упертый дракон погнался за воришкой, следом бежал Слава, а сзади, пыхтя и сипя, пыталась не отстать я.

Тупиковой улице я обрадовалась как родной и, согнувшись, оперлась рукой о стену, старалась отдышаться. Ребята уже поймали вора и отобрали имущество дракона.

– Зачем вы за ним побежали? Он же может быть вооружен!

– Это наш долг. Его нужно сдать стражникам, – нахмурившись, объяснил оборотень.

Ага, понятно… долг.

– У него моя семейная реликвия, – прошипел дракон, показав такие клыки, что я вмиг отдышалась и, выпрямившись, попятилась.

Но аргументы Димы мне оказались ближе.

Мы уже собрались связать вора, как он, изловчившись, вырвался из рук Славы и, наступив на откос окна на первом этаже, попробовал скрыться, карабкаясь наверх по стене.

Мужчина был демоном, и если бы Дима не поймал его в последний момент магической сетью, заклинание которой мы выучили, но ни разу не применяли, ему бы это удалось.

– Димирий, ты что сделал?! – вскричал Слава.

Дима, видно, и сам понял, что поступил неправильно, и, посмотрев на свои руки, отступил назад, а вор так и остался висеть, пришпиленный к стене здания невидимым колдовством.

– Нам же нельзя применять магию за пределами Академии! – напомнила ему я.

– Гарнер нас убьет… – прошептал дракон.

А я на радостях подбежала и, схватив ребят за рубашки, затрясла их, широко улыбаясь:

– Я так и знала, что в этом идиотском мире есть что-то нормальное!