355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Тихонова » HR-квест » Текст книги (страница 1)
HR-квест
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 03:04

Текст книги "HR-квест"


Автор книги: Наталья Тихонова


Соавторы: Дарья Кабицкая,Михаил Воронин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Наталья Тихонова, Михаил Воронин, Дарья Кабицкая
HR-квест

© ООО «Подъёжики»/Воронин Михаил, Кабицкая Дарья, Тихонова Наталья, 2014

© Издание. Оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2014

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс»

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес

Предисловие

Субботнее утро. Пасмурно. В уютном московском кафе за столиком сидят трое. На столе – чистый лист, на котором написано «HR-квест». Книги еще нет. Есть только название. И 7 лет за плечами, на протяжении которых мы создавали неуловимую, но вполне измеримую субстанцию – корпоративную культуру.

За это время мы провели более 900 мероприятий совместно с российскими и международными брендами. Мы участвовали в жизни сотни корпоративных «домов» и узнали, почему в одних сотрудники улыбаются, а в других – нет. Так родилось название книги.

В то дождливое столичное утро мы решили написать книгу. Пришел момент поделиться нашими знаниями с широкой аудиторией.

Работа на книгой длилась три года. Мы не могли закончить ее из-за постоянного цейтнота и еще по одной глобальной причине. Наш клиент стремительно эволюционировал. Росла роль social media в построении внутреннего бренда компании. Кардинально изменилась модель коммуникаций с аудиторией. Как сказал руководитель рекламного агентства Saatchi & Saatchi Кевин Роберт: «Старые модели коммуникаций бренда – односторонние, а сегодня люди хотят участвовать во всем сами – писать твиты, блоги, фотографировать, делиться мыслями и впечатлениями.

От эпохи потока информации мы переходим к эпохе вдохновения. Сегодня мы должны вдохновлять людей на действие».

Мы наблюдали за этим, изменяясь и развиваясь вместе с нашими клиентами. У нас была возможность понять и проанализировать, какие инструменты внутреннего маркетинга работают, а какие – бесполезны.

Перед вами – первый отечественный бизнес-роман с практическими советами, о том, как переосмыслить и усилить бренд работодателя.

Как сформировать работающие Emploee Value Proposition.

Как сделать сотрудников адвокатами бренда.

Как, повышая их лояльность, поднимать продажи компании.

Эта книга – не универсальная формула. Это выжимка нашего 10-летнего опыта работы с крупнейшими брендами.

В нашем романе мы расскажем, как проблемы бренда могут быть решены внутренними силами компании с помощью конкретных бизнес-инструментов.

Михаил Воронин,
Дарья Кабицкая,
Наталья Тихонова

Глава 1
Вызов

Субботин нажал кнопку вызова. На его лице читалось крайнее раздражение. Единственное, что как-то скрашивало это мгновение, было осознание, что вечеринку в честь дня рождения его свояченицы сегодня, видимо, придется пропустить.

Секретарша появилась мгновенно, догадываясь, что босс, скорее всего, недоволен.

– Вызывали, Николай Сергеевич? – тоненький голосок секретарши был почти не слышен.

Николай Субботин, генеральный директор российского представительства крупнейшего производителя японской электроники «Киото», восседал за массивным столом красного дерева с вычурной инкрустацией. Сшитый на заказ костюм, золотые запонки с ониксом в белоснежных манжетах, эксклюзивный Rolex выдавали в нем хозяина жизни.

На вопрос секретарши он также ответил вопросом. Риторическим.

– Это что? – в голосе читалось явное раздражение.

– Что-то не так, Николай Сергеевич? – Побелевшие губы секретарши едва двигались.

Субботин кивком головы указал на стоящую перед ним коробку с новой кофеваркой.

– А то. Ты что купила?

– Кофеварку. Для сестры вашей жены. На день рождения. Как вы просили.

– Я тебя о чем просил?

– Вы сказали… Кофеварку… – лепетала секретарша.

– Ага. Это значит – последнюю модель, с крутыми прибамбахами. А не это…

– Да, конечно… Я… Давайте я поменяю, Николай Сергеевич…

– Когда тут менять? У нее сегодня день рождения. Я уже и так на тусу опаздываю.

Он хмуро посмотрел на часы. Без пятнадцати семь.

– Ладно, сам заскочу по пути. Все, я уехал.

Субботин приоткрыл окно Mercedes, щелчком выбросил окурок на мокрый осенний асфальт. Порыв холодного ветра заставил его запахнуть воротник дорогого пальто.

Виктор, водитель Субботина, взяв с пассажирского сиденья коробку со злополучной кофеваркой, повернулся к боссу.

– Николай Сергеевич, я тогда…

Субботин кивнул, даже не взглянув на него. Виктор торопливо направился к ярко освещенной витрине. «Электромир» – гласила светящаяся фиолетовая вывеска.

В голове Субботина носились мысли о предстоящей вечеринке. Подруги свояченицы, их мужья… Чужие люди…

…Через пятнадцать минут Виктор вернулся. С той же самой коробкой.

Брови Субботина взлетели.

– Я разве непонятно объяснил, что нужно сделать?

Виктор хмыкнул:

– Так, Николай Сергеевич, не меняют они.

– Как – не меняют?

– Да вот так…

Субботин резко вырвал коробку из рук Виктора и с силой толкнул дверцу машины.

Субботин стоял в центре зала, с неприязнью оглядываясь по сторонам и щурясь от ослепительно яркого света. Мысль, что ему самому, генеральному директору представительства «Киото», приходится заниматься подарком на чей-то день рождения, омрачала все. Увидев секцию с нужным названием «Обмен товара», Субботин решительно устремился к ней.

Стоявший за стойкой молодой человек лет двадцати сухо поздоровался.

Субботин, не говоря ни слова, поставил перед ним коробку.

– Извините, но товар я вам обменять не смогу.

– Это еще почему? – раздражение в голосе Субботина готово было уступить место гневу.

– Потому что не положено, – равнодушно ответил молодой человек. – Упаковка у вас испорчена, сами посмотрите.

Кровь резко прилила к голове Субботина.

– Почему не положено? Я хочу вернуть ненужный мне товар, который в течение двух недель на гарантии, кстати.

Молодой человек смотрел Субботину прямо в глаза.

– Мужчина, я вам еще раз объясняю: с поврежденной упаковкой нельзя. Не положено.

– И что я должен делать с товаром, который мне не нужен?!.

– Откуда я знаю? – пожал плечами молодой человек. – Это уже ваши проблемы…

Субботин даже отступил на шаг, настолько подобное обращение было ему непривычно. Щеки горели, он уже набрал в легкие воздуха, чтобы вызвать старшего менеджера, как вдруг…

Субботин заметил, что «умные» чайники «Киото» «три в одном: кипятят, согревают, сохраняют тепло» – топовый товар его бренда – задвинуты в самый дальний угол одной из полок. Он оглянулся, внимательно изучая зал. Раздражение исчезло, его сменил холодный анализ опытного бизнесмена.

Субботин подошел к полкам. Скучающий консультант равнодушно оглядел его дорогое пальто.

– Молодой человек, хочу узнать про чайники «Киото». Что за фирма? Стоит брать?

Консультант, замявшись, начал бормотать что-то невнятное. Субботин, все еще надеясь, что столкнулся с единичным случаем некомпетентности, попросил позвать менеджера.

– Да, в чем проблема? – Менеджер появился минут через пять, не раньше.

Субботин широко улыбнулся, разыгрывая лояльного покупателя.

– Вы бы мне про чайники «Киото» рассказали…

Менеджер беспомощно взглянул на консультанта. Тот пожал плечами, как бы говоря: «Я уже рассказал все, что знаю!» Менеджер что-то залепетал…

Субботин почти машинально провел ладонью по коробке с чайником – она оказалась вся в пыли.

Достав из кармана айфон, он быстро пробежался по своей записной книжке в поисках нужного номера.

«Алексей Громов».

Для Алексея Громова, основателя, владельца и генерального директора компании «Электромир» сегодняшнее утро началось вполне привычно.

Его разбудил стук крупных капель дождя по оконному стеклу. «Холодная осень в этом году…»

Часы на столике у кровати показывали, что в постели еще можно понежиться как минимум двадцать минут. Громов, приложив ладонь ко лбу, перевернулся на спину, пролежал секунд десять, глядя в потолок.

– Пора вставать! – произнес он вслух, хотя в спальне кроме него никого не было.

А дальше все как обычно – холодный душ, завтрак (тост, йогурт, кофе, апельсиновый сок), телефонные звонки, проверка личной почты… И перед самым выходом – последний взгляд в большое зеркало в коридоре.

Сегодня Громов задержался у зеркала чуть дольше обычного. Через месяц ему исполнялось сорок пять. Он пристально вглядывался в глубокие линии на лбу, в опустившиеся углы рта, в ожесточенное выражение некогда блестевших глаз. «Вот она, старость», – подумалось вдруг.

И ведь странная вещь: в тот момент, когда его бизнес начал успешно развиваться, когда по всей России выросли филиалы его компании, он почувствовал, что устал, утратил цель в жизни.

Он, Алексей Иванович Громов, вместе со своим другом Владимиром Кольсбергом создавший маленький кооператив «Электромир» в 1990 году, не знал, куда идти дальше. Тогда вся его компания помещалась в маленькой скромной палатке на Рижском рынке, где продавалась первая импортная техника. А они с Володькой мечтали… Мечтали, что когда-нибудь мир будет принадлежать им… Что ж, кажется, его, генерального директора и владельца крупнейшей в России сети по продаже электроники, мечта осуществилась…

Громов нажал кнопку мобильного телефона.

– Ваш автомобиль у подъезда, Алексей Иванович, – немедленно последовал ответ личного водителя.

…И Громов окунулся в круговорот повседневных дел. Встречи, обеды, переговоры, вечером – офис. Свой кабинет Громов любил, ему было очень комфортно в этом просторном помещении овальной формы с прозрачной дизайнерской мебелью, простыми стенами, украшенными несколькими черно-белыми оригиналами Ansel Adams.

Отправив последнее письмо и выключив ноутбук, Громов, усталый, с удовольствием откинулся на спинку кожаного кресла. Все. Теперь – домой.

Резкий звонок мобильного разорвал умиротворяющую тишину кабинета.

– Это Субботин. Разговор есть. Срочный. Через час в «Пушкине». Жду.

Несмотря на полумрак, Субботина Громов заметил сразу. На столе стояла бутылка виски, тяжелый взгляд выдавал приличную степень опьянения.

И звонок, и раздраженный тон Субботина были для Громова неожиданностью. Обычно с ним Субботин держался на равных. Громов всегда считал, что «Киото» максимально заинтересована в сотрудничестве с его компанией…

Тем не менее… Этот странный звонок. Первой естественной реакцией, конечно, было – не ехать! С какой стати? Однако необычность ситуации разогрела его любопытство.

Оглядевшись, он почувствовал неприятный озноб. Кафе «Пушкинъ» (привет из лужковского прошлого) не вызывало у него ничего, кроме презрения ко всей этой извечной российской любви к неуместной роскоши. Ему, во всем предпочитавшему простоту, претила подобная пафосность.

Для Субботина же, как это ясно понимал Громов, «Пушкинъ» был, что называется, «своей территорией».

Резко выдохнув, как боксер перед ударом, Громов сделал шаг по направлению к столику Субботина.

– Добрый вечер, Коля! – твердо произнес он, протягивая Субботину руку.

– Добрый, – буркнул Субботин, машинально стиснув в ответ пальцы Громова.

Кивком головы Субботин предложил сесть.

– Прошу вас…

Ловким движением официант положил меню на стол перед Громовым. Тот мгновенно вышел из состояния оцепенения.

– Благодарю, просто воды, пожалуйста.

– С газом?

– Нет.

Во время этого диалога Субботин продолжал сидеть, уставившись на свой бокал.

«Специально заставляет меня поволноваться», – подумал Громов, усмехнувшись про себя. Он хорошо знал все подобные приемы.

Официант поставил перед Громовым стакан и бутылку минеральной воды.

Громов налил воду, сделал глоток.

– Николай, что там у тебя за разговор ко мне?

Субботин неторопливо выпил виски, снова наполнил стакан.

– Да разговор у меня к тебе простой. Через три месяца контракт «Киото» с твоей компанией истекает.

Громов инстинктивно отпрянул назад. Такого поворота он не ожидал. Понимая, что встреча с Субботиным, скорее всего, не сулит ничего приятного, он, тем не менее, рассчитывал, что контракт с его компанией, основным дистрибьютором продукции «Киото», который Субботин исправно пролонгировал уже три раза, останется неприкосновенным.

Субботин тем временем продолжал:

– И возобновлять контракт я не собираюсь!

В его глазах появился злой блеск. По выражению, с которым была сказана последняя фраза, Громов почувствовал, что ситуация доставляет Субботину какое-то садистское удовольствие.

– Николай, я что-то не пойму, чем вызвана такая бурная реакция. Что-то случилось?

Субботин вновь опустошил стакан.

– Случилось.

– Что?

– Наш топовый товар у тебя в магазинах не продается. – Субботин снова сделал большой глоток. – И ведь главное-то что… Я тебе доверяю… А ты меня подставляешь, план ты мне не сделаешь… Никогда. С такими-то продажами.

Тирада Субботина неприятно резанула слух, но, собрав в кулак все свое самолюбие, Громов заговорил как можно непринужденнее:

– Николай, возможно, в каком-то магазине у нас не все в порядке… Есть конкретика? Примем меры… Немедленно.

Однако Субботин распалялся все больше.

– Ты в магазины-то свои заходишь? Имеешь представление, в каком состоянии мои товары содержатся? Товары твоего лояльного поставщика! У меня все пальцы черными от пыли стали, как только я дотронулся до коробки. Не думаю, что контракт я возобновлю. Я уже почти решил. «Дан дил», как говорят америкосы.

Громов встал и, не подавая руки Субботину, четко, медленно произнес:

– Ну, раз «дан дил», то говорить нам больше не о чем.

Громов быстро шел по Тверскому бульвару, с удовольствием вдыхая полной грудью холодный осенний воздух. Мимо стремительно неслись машины, свет вечерних фонарей заливал улицу. Вызывать сейчас Олега, личного водителя, не хотелось. Ощущать привычный холод кожаного сиденья автомобиля, двигаться в напряженном вечернем трафике, быть частью жизни мегаполиса, быть вместе со всеми… Сейчас он хотел побыть в одиночестве. Наблюдать, как пар от его горячего дыхания растворяется в холодном воздухе.

…Карнавал московского тщеславия, бурлящая Тверская, как обычно, пестрела яркими огнями, звучными брендами, длинными точеными женскими ножками на двенадцатисантиметровых шпильках, дорогими и непонятно зачем нужными в российском климате Ferrari Сonvertible… Громов, который сам нередко оказывался участником этого безумного действа, сегодня чувствовал себя комфортнее в роли наблюдателя. Пройдя пешком от «Пушки» до Кремля, вернувшись по другой стороне Тверской и дойдя до площади Маяковского, он напряженно обдумывал ситуацию с «Киото».

Потеря столь крупного поставщика в тот момент, когда компания проходила этап национальной экспансии, была, конечно, неприятна, но, строго говоря, не смертельна. Вендеров у «Электромира» достаточно. Однако… Громова беспокоило то, что уход «Киото» мог стать значительным ударом по репутации его компании, повлиять на контракты остальных поставщиков. Что если начнется цепная реакция?

Громов резко втянул воздух в легкие. Опасность его компании угрожала не раз, особенно тогда, в девяностые, когда весь «Электромир» легко помещался в небольшой палатке на Рижском рынке. Но компания процветала, активно развиваясь, и Громов понимал, что на сегодняшний момент его активы защищены.

Прошедшая мимо женщина в ярко-красном пальто оставила после себя терпкий шлейф духов. «Ведьминский какой-то аромат», – машинально подумал Громов.

А что если… Может, все и к лучшему. Он так устал. В последнее время он больше делал вид, будто погружен в дела, встречи, приемы, тусовки. А ведь еще не так давно весь этот круговорот светской жизни доставлял ему удовольствие. Но не сейчас… Громов больше всего хотел покоя.

Казалось, сама судьба толкала его на путь, который он сам уже почти для себя выбрал. Отойти от дел. Уехать.

Метро «Маяковская». Впервые за пять лет Громов решил спуститься в подземку. Ему вдруг захотелось оказаться в московском чреве.

Здесь, на «Маяковке», они встречались тогда с Володькой перед презентацией своей компании первому инвестору. Всего-то нужно было несколько сотен долларов, чтобы раскрутить палатку на Рижском. По тем временам – огромные деньги. Громов усмехнулся, вспоминая. Еще совсем мальчишки, только вчера окончившие мехмат МГУ.

Громов вошел в вагон. Час пик уже миновал, людей было не так много. Сидевший напротив Громова юноша лет двадцати, отрезанный от мира белыми «эппловскими» наушниками и новеньким айпадом в стильном замшевом чехле, чем-то напомнил ему Володьку. Того Володьку, каким он был почти двадцать пять лет назад.

Интересно, на кого парнишка учится? На маркетолога, наверное. Или на дизайнера. Или психолог с заочного отделения 3-го «Заборостроительного», ныне гордо именуемого Свободным гуманитарным университетом. Очередной «офисный хомячок». Таких в офисе «Электромира» было немало.

В другой стране и в другое время Громов со своим мехматовским образованием мог бы стать известным ученым. Об этом он и мечтал, когда двенадцатилетним мальчишкой тайком от матери читал по ночам научную фантастику, книжки по физике и математике, научно-технические журналы, издававшиеся в Союзе. Тогда, в восьмидесятые, Лешка Громов был уверен, что в будущем его изобретения перевернут мир. Однако время распорядилось иначе. Ему не суждено было создать новый двигатель, самолет или космический корабль. Единственное, что он создал, – это маленькая палатка на Рижском, которая со временем разрослась и стала большой компанией. Его компанией. Его и Володьки. Компанией, ради которой он оставил свои юношеские мечты…

…Юноша-хипстер аккуратно сложил айпад с наушниками в стильную кожаную сумку и поправил большие модные очки в широкой темной оправе. Взгляд задержался на сидящем напротив мужчине. Лет сорок, классное пальто, кашемировый шарф в клетку (наверняка из Лондона). Что он делает здесь, в метро? И его взгляд… Почему он так смотрит? Юноша пожал плечами. Под пристальным взглядом мужчины он чувствовал себя неуютно.

В глазах Громова читались решимость и вызов.

Людочка, личный секретарь Громова, влетела в офис в 10:01, на ходу расстегивая легкую кожаную курточку, выгодно подчеркивающую ее симпатичную фигурку. «Слава богу, успела, – думала она. – Одна минута опозданием не считается…» Сам Громов, конечно, вряд ли будет на месте в 10:00, но если директор по персоналу Миронова заметит опоздание хоть на пять минут, могут быть проблемы…

Однако сегодня расчеты Людочки оказались далеки от реальности. Первым, кого она заметила сквозь полуоткрытые жалюзи кабинета босса, был, собственно, сам Громов, сидевший за столом и что-то быстро печатавший на ноутбуке.

Изумленная Людочка постучала в дверь и робко заглянула в кабинет.

– Доброе утро, Алексей Иванович…

– Доброе, – хмуро пробормотал Громов, не отрываясь от ноутбука.

Наблюдательный взгляд секретарши немедленно уловил нечто из ряда вон выходящее. Громов, этот аккуратист и чистюля, никогда не позволявший себе появиться в одной и той же рубашке два дня подряд, был одет точно так же, как и вчера.

«Дома не ночевал!» – догадалась Людочка.

И к тому же босс был явно не в духе.

– Людмила, на 10:30 я назначаю экстренное совещание совета директоров. Оповестите всех немедленно.

«Людмила», а не «Люда», как обычно… Значит, точно что-то стряслось…

– Хорошо, Алексей Иванович. Сейчас все сделаю.

Валентина Александровна Миронова шла на работу, сосредоточенно глядя перед собой. Низкие толстые каблуки старых, но добротных туфель глухо стучали по мокрому асфальту. Сдвинув брови, Валентина Александровна хмуро выхватывала взглядом идущих навстречу прохожих: куда они все так спешат?

Сама она никогда никуда не спешила. Жизнь ее была четко спланирована, следуя давно выбранному направлению к понятной и определенной цели. Валентина Александровна никогда не опаздывала, не суетилась, не забывала завести будильник. Спокойствие не изменяло ей даже в самые, казалось бы, драматические моменты… когда уходил любимый человек, когда умер племянник, когда единственная сестра оказалась на всю жизнь прикованной к постели после инсульта… Что бы ни случалось в ее уже довольно долгой жизни, Валентина Александровна только плотнее сжимала забывшие об улыбке губы, становясь еще спокойнее и неприступнее.

Двадцать лет, проведенные сначала в должности начальника отдела кадров крупного завода, а затем – директора по персоналу ритейловой компании, научили ее защищаться от чужих эмоций, не реагировать на беды других… А удары судьбы, казалось, только закалили ее, спасая от собственных сильных эмоций и переживаний. Подчиненные ее уважали и боялись до потери сознания.

Сегодня Валентина Александровна, как обычно, пришла на работу без десяти десять. Заварила чай, проверила почту.

В 10:05, тщательно вымыв чашку и вернувшись в свой кабинет, Миронова снова села за компьютер. Внимание привлекло новое сообщение от Люды, секретаря Громова.

«В 10:30 экстренное совещание совета директоров».

Громов сидел за большим круглым столом переговорной. Несмотря на то, что совещание должно было начаться еще десять минут назад, в комнате, кроме него, находились только Миронова, пришедшая ровно к половине одиннадцатого, и Людочка, готовая стенографировать.

– Где все? – бросил Громов секретарше. Явное раздражение, злость в голосе.

Людочка заговорила быстро, пытаясь скрыть неловкость:

– Алексей Иванович, еще просто сотрудников на месте нет. Я всем приглашение разослала, вот, Валентина Александровна подтвердит.

Громов взглянул на Миронову, та кивнула. Злость в глазах генерального директора уступила место доброжелательности и неожиданной теплоте.

– Да, я вижу. Валентина Александровна, конечно, вовремя пришла. Это вот остальные – опаздывают. Похоже, они вообще забыли, что у нас рабочий день ровно в десять начинается?!

Раздражение вернулось. Нахмурив брови, Громов посмотрел на экран компьютера. М-да. А он еще удивляется, что на уровне продавцов у них бедлам, когда сами директора… Десять сорок пять, а на рабочем месте никого нет…

Чтобы чем-то занять себя, почти машинально, Громов набрал в Интернете адрес сайта своей компании. На него он не заходил уже давно, с полгода, наверное. Мелкие белые буквы на жутком черном фоне… Наверняка за этот дизайн большие деньги заплатили…

Громов кликнул на «Отзывы покупателей».

«Полный отстой. Сервис никакущий. Ни разу вовремя не доставили покупку».

«Где они только набирают этих уродов??? В их магазины даже заходить неприятно».

«Цены-то такие откуда? За тот сервис, который они предлагают, они должны скидку давать процентов 50!»

Громов поднял глаза. Директора уже собрались и расселись вокруг стола.

По кривым неловким улыбкам и отведенным в сторону глазам Громов понял: воспитательных бесед на тему, что бывает с теми, кто опаздывает на работу, можно не проводить. Но все же не сдержался.

– Интересно, во сколько у нас на работу приходят рядовые сотрудники, если директора опаздывают на час?.. Ладно, это так. Вопрос риторический. Я не для этого здесь вас собрал.

А собрал я вас потому, что ситуация у нас…

И Громов медленно обвел взглядом всех сидящих перед ним руководителей. Он чувствовал, что градус напряжения в кабинете начинает зашкаливать. Кратко, четко и информативно Громов рассказал о вчерашней встрече с Субботиным.

– Так-то вот. Что делать будем?

Отлично – они снова отводят глаза.

Коммерческий директор Басин невнятно забормотал, что надо бы повышать качество сервиса, несколько нестройных голосов поддержало инициативу.

– Повышать качество сервиса надо. Никто не спорит. Вопрос – как.

Тишина. Громов почти с отчаянием смотрел на свой топ-менеджмент, понимая, что никто, кроме него, не сможет найти выхода из ситуации. Никто, кроме…

– А где Белов? – резко спросил Громов.

Басин с характерным астматическим присвистом в голосе ответил:

– Да он на встрече сегодня. В банке. Часам к двенадцати будет, я думаю.

Максим Белов, финансовый директор «Электромира», пришел в компанию три месяца назад.

Его отец, бывший партработник, сколотивший неплохое состояние в начале 90-х, любил называть себя элитой и искренне считал, что представляет собой чуть ли не образец новой русской аристократии. Яблонька от яблони падает недалеко, поэтому и сын Максим, еще до того, как отец оплатил его обучение в бизнес-школе Гарварда, считал, что принадлежит к кругу избранной, «золотой молодежи» Москвы. Приехав в Гарвард и обнаружив, что для аристократии Восточного побережья Штатов нет ничего более плебейского, чем вычурные рублевские манеры, Максим резко изменился, изучил стиль жизни и культуру WASP и с тех пор следовал ему даже в самых незначительных мелочах, больше всего боясь, что будет отвергнут самой желанной на свете компанией снобов из Массачусетса.

К своим соотечественникам – будь то бывший советский еврей из Бруклина, который сидит на соцпособии и клянет на чем свет приютившую его Америку, или профессор с мировым именем из Московского университета – Белов относился с нескрываемым презрением. Он всячески пытался оторваться от своих корней и считал, что ему это удалось. По-русски он говорил с легким американским акцентом, то и дело пересыпая речь английскими словами. Всегда и везде он, как истый массачусетский джентльмен, появлялся в безупречном блейзере, футболке поло и мокасинах, с небрежно перекинутой через плечо сумкой из великолепно выделанной кожи. В свободное от работы время он одевался просто, но со вкусом – джинсы, футболка или свитер со скромной надписью HARVARD…

Максим сменил уже несколько фирм, как в России, так и за рубежом, – и везде успешно занимался аудитом. Когда ему предложили должность финансового директора компании «Электромир», он согласился не раздумывая. Это же прекрасный рывок в карьере! Здесь он сделает себе имя!

…Войдя в офис, Белов сразу ощутил напряженную атмосферу. Что-то было не так. Ну, хотя бы озабоченность на обычно безмятежном лице секретарши Людочки, деловито спешившей сейчас по коридору навстречу Белову.

– Здравствуйте, Максим Сергеевич, – голос Людочки звучал озабоченно.

– Здравствуйте, Люда, – улыбнулся Белов. – Что у вас тут стряслось, пока меня не было?

Людочка в красках рассказала о случившемся и убежала по своим делам.

Белов прошел в кабинет, сел за стол и глубоко задумался. Ему, финдиректору компании, такая ситуация, конечно, не сулила ничего хорошего. С другой стороны… Интересно, можно ли это как-то использовать?..

Спустя несколько минут Белов уже искал знакомый номер в записной книжке своего мобильного телефона.

Громов сидел у себя в кабинете, невидящим взглядом уставившись в экран компьютера. Встреча с топами показала, что его рыба, то есть компания, гниет – и, как водится, с головы. «Разогнать их к черту! Нанять новых людей! Только деньги умеют получать. А чуть что, при малейшем намеке на кризис никто ничего предложить не может!»

В дверь деликатно постучали.

– Да! – резко буркнул Громов.

Вошла Миронова. Взгляд Громова тут же смягчился.

– Присаживайтесь, Валентина Александровна.

В «Электромир» Миронова пришла почти пятнадцать лет назад, когда компания начала разрастаться, понемногу становясь настоящим бизнесом. Несмотря на то, что Громов и Миронова давно знали друг друга и многое пережили вместе, они общались исключительно на «вы» и по имени-отчеству.

Громов бесконечно уважал Миронову за твердость, принципиальность и необыкновенный талант психолога. Она была первоклассным специалистом и всегда могла безошибочно определить, врет ее собеседник или говорит правду. Собственно, это и привлекло в ней Громова, и он сделал Миронову директором по персоналу своей компании.

Миронова села. Неловко положила перед собой на стол неухоженные руки, не знавшие маникюра. Глубокие серые все еще красивые глаза, обрамленные легкой сеточкой морщинок, смотрели прямо на Громова.

– Что я могу сделать, Алексей Иванович? Чем помочь?

Громов понимал, что вопрос Миронова задает совершенно серьезно и искренне. Да, она была абсолютно верным человеком и хорошим психологом, но предлагать решения в кризисной ситуации… Громов отдавал себе отчет в том, что ее сильной стороной это не являлось.

– Чем можно помочь, Валентина Александровна? Если глобально – нужны квалифицированные сотрудники. Вы прекрасно понимаете, что самая большая проблема у нас сейчас – это сервис. Во всяком случае, самая очевидная.

Миронова согласно кивнула.

– А если конкретно, – продолжал Громов, – то нужна работа над сайтом. Его надо полностью переделывать. Этот дизайн… Неужели мы за это еще и деньги заплатили? Опять же, нужна модерация. У нас на нем сплошные негативные отзывы. И никто, похоже, на это внимания не обращает. Так что вот вам конкретная задача на ближайшее время.

Миронова снова кивнула, на этот раз чуть менее уверенно.

– Только я, Алексей Иванович… То есть я знаю, что сайт переделывать нужно. Но не понимаю ничего во всех этих технологиях, Интернете и так далее.

– Так в чем проблема? Давайте поручим это кому-нибудь под вашим руководством.

Миронова задумалась. На ум тут же пришла Ира Куликова, одна из ее сотрудниц, отвечавшая за внутренние корпоративные события в компании, – вечно в Интернете, на Facebook, без планшета и телефона никуда не выходит. К тому же активная и коммуникабельная, все время в центре общения: конкурсы всевозможные устраивает в офисе, организует дни рождения сотрудников – недавно, например, ко дню рождения сотрудницы Ольги Захаровой в близлежащем парке записали видеоклип на мотив песни «Королева красоты». Слова Ирина, конечно, перереписала. Мироновой все это было глубоко чуждо – и планшеты, и дни рождения, и конкурсы, но сама Ирина ей импонировала.

– Думаю, – начала она, – есть у меня в отделе такая – Ирина Куликова. И специалист неплохой, и компьютеры любит, и все эти, как их, социальные сети…

– Отлично, это как раз то, что нам сейчас нужно! – с облегчением произнес Громов.

Ирина Куликова оторвалась от своей страницы на Facebook, куда только что поместила фото офиса службы персонала «Электромира», интерьер которого она вчера обновила своими руками. Похоже, что состояние покоя было Ирине вообще неизвестно. Она всегда была чем-то занята, всегда в курсе последних направлений и актуальных трендов. Везде – и в реальном, и в виртуальном мире – ее постоянно окружали люди. Всегда на позитиве, уверенная, что завтра будет лучше, чем вчера, Ирина была душой коллектива и пользовалась у коллег огромной популярностью. Окончившая психфак МГУ, в свои двадцать семь Ирина жаждала деятельности и карьеры. В «Электромир» она пришла почти девять месяцев назад на должность менеджера по внутрикорпоративным коммуникациям с перспективой дальнейшего роста. Это особенно импонировало амбициозной Ирине.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю