290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Маски сброшены (СИ) » Текст книги (страница 13)
Маски сброшены (СИ)
  • Текст добавлен: 29 ноября 2019, 19:00

Текст книги "Маски сброшены (СИ)"


Автор книги: Наталья Самсонова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

– Конечно, ни у кого бодрящего зелья нет?

– Конечно есть,– в тон ей отозвался некромант. – Но советую выпить его перед самым визитом к мэру.

«Внизу шум», вдруг мурлыкнул Дикки. Но испугаться никто не успел, потому что его поправила Финли:

«Кухарка взялась за завтрак».

– А не рано? – удивилась Грета.

– Не-а,– мотнула головой Тирна. – Из Цал-Диртанна уезжают все мало-мальски способные колдуны и ведьмы. А те, кто остаются – в почете. Таких на кухню не загонишь. Так что да, до рассвета час – протопить плиту и вытащить с ледника вчерашние заготовки. Они же не только для посетителей готовят, у них еще местная школа столуется.

– Школа магии? – с интересом уточнила Грета.

– Просто школа,– покачала головой эйта Краст. – Магов даже на один класс не наберется. У детей завтрак с семи утра до семи тридцати. Ну или можно дома поесть. Это же королевский приказ, чтобы учеников кормили. Повышают стремление к учебе.

– Учатся за еду? – не поверила мора Ферхара.

– Не совсем,– улыбнулся Алистер. – Родители отправляют детей в школу – не приходится кормить.

– На самом деле это большая экономия,– покивала Тирна.

На этом беседа оборвалась. Алистер спустился вниз и оставил подруг собираться. Ни Грета, ни Тирна так и не определились, как именно им следует выглядеть, но постарались выбить десять из десяти. Прошлую прическу эйты Краст удалось повторить без безудержного чиха, а вот с волосами моры Ферхары пришлось повозиться. В итоге из безразмерного мешка была извлечена нить черного жемчуга, которой и перевили замысловатую косу.

Собравшись и подкрасившись, подруги с удивлением констатировали, что солнышко уже давно встало. И через час будет вполне прилично навестить мэра – уже не завтрак и еще не обед. А значит они не будут выглядеть так, будто хотят напроситься на приглашение к столу.

– А все-таки мы красотки,– прицокнула языком Тирна. – Что ты говорила про мой дар?

– А? А, дар. Да все уже понятно,– отмахнулась Грета и все же пояснила,– менталист рождается от менталиста, вот я и хотела сказать, что у тебя в родне кто-то должен обладать таким же даром.

Тирна удивленно посмотрела на подругу и недоверчиво хмыкнула:

– Ага, а самый первый менталист соткался из воздуха и солнечных лучей?

– Почему? – Грета осторожно присела на стул,– это наследственный дар. Ты никогда не задумывалась, откуда эта спесивая гордость «чистокровных магов» при том, что среди эйтов порой рождаются такие самородки, что им еще лет в тринадцать даруют право титуловаться дерром и мэдчен?

Между делом мора Ферхара вытащила выданные Алистером флакончики с бодрящим зельем. Которые подруги и употребили, поморщившись от слишком яркого мятного вкуса.

– Так благородные же ж,– пожала плечами эйта Краст. – Они, говорят, чтобы тоску прогнать вены себе режут, чтобы кровь пустить. Вот и гордятся, что являются истинно благородным родом без примеси низкородной крови.

– Есть и такие,– согласилась Грета. – А есть те, кто сознательно культивирует определенный дар. Так, сильный менталист получится если скрестить эмпата и интуита. И их получившегося ребенка опять скрестить с эмпатом, потом следующее поколение с интуитом и так до тех пор, пока не появится первый полноценный менталист. А вот потом уже можно жениться и выходить замуж за кого угодно – этот дар ничем не перешибешь.

– Как-то это гадко прозвучало,– передернулась Тирна. – Не может быть, чтобы моя мама целенаправленно «скрещивалась».

– А ты спроси у нее, на кого ты похожа,– посоветовала Грета. – Вот и выяснится, кто у вас привнес в родословную этот дар.

– Так что ты хочешь сказать, что мама менталист? – нахмурилась эйта Краст. – Ну что за глупости? Хотя… На рынке она торгуется лучше всех, отказать ей в ее просьбах никто не может. Хм.

– Слабый, необученный менталист расходует силу как может,– покивала Грета. – Это не страшно. Будь она очень сильна уже бы выгорела. А так не стоит и разговор поднимать.

Помолчав, Тирна призналась:

– А я в бабушку пошла. Она из благородных, маму нагуляла и в Цал-Диртанне поселила. Не приезжала никогда, чтобы никто не связал с ней ребенка. Все думают, что мама дочь эйты Вертанки, мы все ее бабушкой звали. А вот когда я в столицу выбралась, там и познакомилась со свой настоящей бабушкой.

– А кто она?

– Не могу сказать, она первым делом с меня клятву взяла. Да на самом деле род-то у нее как есть захудалый,– эйта Краст фыркнула,– она меня первым делом потащила силу мерять. Мол, если сильна, то дам свою благородную фамилию. А я ей – вот уж хрен тебе столовый, бейра старая! Если я мэдчен, то фамилию отцовскую оставлю. Чай не ублюдок нагулянный, а в законном браке родилась. Сама понимаешь, после такого диалога у нас общение как-то не заладилось.

Так, посмеиваясь, подруги поспешили на зов Алистера. Дикки и Финли спускаться вниз отказались – шумно, много ног, а на лису еще и таращатся все кому не лень. Единственное, что рыжехвостая принесла бейру и напомнила, что той нужно больше времени проводить с хозяйкой. Эйта Краст тут же подхватила малышку на руки и охнула – та вновь стала легкой.

– Знать бы, кто и когда успел на нее потаращится,– удивилась Грета.

– Так она же раньше нас сюда прибыла,– пожала плечами Тирна и поудобнее перехватила Карамельку. – Я только не понимаю, почему моя малютка опять легонькая?

– У меня нет ни единой мысли,– развела руками Грета.

«Дикки, ты не знаешь, почему Карамелька потеряла вес?» мора Ферхара постаралась дотянутся до своего дорфа.

«Иногда бейры умирают от истощения», проинформировал он, «Но почему – не знаю. Не самые общительные звери».

Судя по паническому взгляду Тирны у Карамельки открыт карт-бланш на все продукты, а так же вазы, горшки и книги.

– Может, это из-за того, что я у нее отнимала несъедобные предметы? – тихо шептала Тирна,– да и грызла бы она этот дорфов шкаф, можно подумать, что мне бы денег не хватило расплатиться! И кисея на окнах тоже не особо ценная! Она же как с цепи сорвалась, так все и тянула в рот.

– Мне кажется, что ее нужно на пару часов переправить в лес,– задумчиво произнесла Грета. – Пока она ходила с дорфами на луг – хорошо росла и развивалась. Значит, там она ела что-то полезное. Перед тем как отправиться к мэру попросим Финли отнести Карамельку к Верному. А нет, он же остался присматривать за Ее Величеством.

Девушки вышли в зал и подошли к столику, за которым их ждал Алистер. Коротко поделились проблемой и некромант только ругнулся. К мэру было желательно прийти со всеми зверьми.

– Но с другой стороны, еще не хватало мучить твоего фамилиара,– в итоге решил он. – Потому как взрослого дорфа никто не рискнет погладить, а вот потискать детеныша бейра желающие найдутся.

Уже после завтрака, когда Финли и Карамелька отправились под крылышко к Яростному, Грета спросила у Алистера:

– Но если мы к мэру идем вместе с Дикки, в открытую, то зачем он прячется в трактире?

– Чтобы не пугать людей,– улыбнулся некромант. – Которые охотно уничтожают то, чего боятся.

До особняка мэра проще и быстрее было бы дойти пешком. Алистер только посмеивался и пугал подруг выдержками из драконьего этикета, да так затейливо пугал, что медленное продвижение в карете переставало раздражать.

– Откуда столько телег на улице? – в очередной раз вздохнула Грета.

– Торговые дни близятся,– уныло отозвалась Тирна.

– Мы уже почти прибыли.

И действительно, экипаж последний раз конвульсивно дернулся и остановился. Алистер выбрался первым и помог спустится девушкам. У входа в особняк их встречал высокий, импозантный старик. Который существенно изменился в лице, когда на землю соскочил дорф.

– Добрый день, мое имя Алистер Ферхара, это моя супруга Грета Ферхара и ее подруга Тирна Краст. Мы хотели бы выразить свое почтение мэру славного города Цал-Диртанна.

– Позвольте поблагодарить вас от его имени и пригласить в дом,– поклонился старик.

Грета с трудом сдержала усмешку. Судя по всему, сейчас будет демонстрация «ах, как мы вам не рады».

– Прошу, проходите в малую винную гостиную и располагайтесь,– их проводник поклонился и вышел.

– А бедненько живет мэр,– протянула Грета. – Со стен краска слезает. Да, Цал-Диртанн и правда не богатый город.

Конечно, она понимала, что их провели в худшую комнату. Но если сделать вид, что они искренне считают комнату лучшей, то мэру же хуже. Ведь наверняка же каким-то образом подслушивает.

– Ну а что ты хочешь, Грета? – включилась в игру Тирна. – Городок наш маленький, живем сельским хозяйством. Сорок лет на стену скопить не могли, умертвия под боком бродили. Откуда роскоши взяться?

– Ничего-ничего,– мягко рассмеялся некромант,– вернетесь во дворец и расскажете Гарри, что есть места похуже царлотского магистрата.

– А что с ним? – заинтересовалась Тирна.

– Пол провалился,– трагично вздохнул некромант,– под тяжестью золотых плит, коими были щедро украшены стены личного кабинета мэра.

– Люди говорят,– вкрадчиво заметила Грета,– что это Ее Величество помогла полу провалиться.

– Официальная позиция королевской семьи – во всем виноват прогнивший пол,– Алистер выразительно улыбнулся,– артефактор не может устроить дереву преждевременное разложение.

– А некромант? – прищурилась Тирна.

– Некромант может,– еще шире улыбнулся дерр Ферхара,– но где ж его взять, некроманта-то? Легендарная личность.

Удобно устроившись, они перебрасывались шуточками, вспоминали Царлот и ностальгировали. Причем эйта Краст скучала по шумным улочкам больше всего:

– Мне раньше казалось, что я так и не привыкла к столице. А вот в родное болото вернулась и понимаю – и сердце, и душа у меня там, в Царлоте, остались.

– Я всю жизнь там прожила,– улыбнулась Грета. – Вряд ли где в другом месте приживусь.

– А мне возвращаться некуда,– хмыкнул некромант. – Там меня не ждут. Вроде даже закон по-быстрому приняли. О некоторых видах запретной магии.

Он старался улыбаться, говорил так, будто его это вовсе и не задевает. Но Грета ясно видела, что такое отношение очень обижает Алистера. Обижает и, одновременно, разрушает его уверенность в себе. Это злило мору Ферхару, но она никак не могла придумать, как отвлечь любимого.

Всех отвлек резко вскинувшийся дорф и, следом, звук распахнувшейся двери. Грете, чтобы увидеть кто вошел, пришлось повернуться.

В дверном проеме стоял невысокий, полноватый мужчина. Рыжеватые жидкие волосы, цепкие серые глаза и на удивление густая борода.

Повисло тягостное молчание. Мужчина стоял, смотрел на сидящих в комнате людей, никто из которых и не подумал подняться на ноги и как-то его поприветствовать. Когда пауза затянулась до совсем уж неприличного размера, Дикки улегся удобнее, выпустил когти и принялся их вылизывать. Зрелище было убийственное, особенно если вспомнить повадки этих магических зверей – дорфы не вылизывают себя подобно домашним мурлыкам. Оставаться чистыми им помогает магия. Но зато в слюне дорфа содержится малая толика яда, который они и наносят на свои когти. Чтобы было проще охотиться.

– Доброе утро,– мужчина прикипел взглядом к Дикки. – Я эйт Торман Ставин, мэр этого города.

– Доброе утро, я дерр Алистер Ферхара, моя супруга мора Грета Ферхара и ее подруга эйта Тирна Краст.

– Кхм, да. Ворону-то здесь все помнят, да,– мэр все так же не мог оторвать взгляд от дорфа,– как она кислые яблоки из чужого сада таскала. А ведь у Крастов свои есть, сладкие до невозможности.

– А я с кислинкой люблю,– не растерялась Тирна.

Мэр грузно опустился в ближайшее свободное кресло и начал занудно расспрашивать Алистера: что в столице, как в столице, будут ли присылать еще магов на практику. Тут некромант встрепенулся и задал встречный вопрос:

– А что им тут делать?

А Грета, увидев как напрягся любимый, постаралась внушить эйту Ставину желание говорить правду, только правду и ничего кроме правды.

– Так как,– растерялся мэр,– у нас две аномалии. Вот они их и исследуют. Да и щиты вокруг города ставят. Вы, дерр Ферхара, сами посудите – стена это хорошо, да только дорого. И материалы, и рабочим заплатить. А тут бесплатные маги. В такую дыру присылают только слабых да нищих, вот они и согласны за тарелку супа возводить защитные барьеры. Им хорошо и мне хорошо, и, самое главное, люди спокойны.

– Но ведь стена призвана еще и отгонять не-мертвых,– нахмурилась Тирна,– а тут они вдоль щита таскаются. То есть, таскались.

Удивленно посмотрев на эйту Краст мэр честно высказался:

– Так это по науке. Нам завезли свежие трактаты, мать твоя и зачитывала всем желающим.

– Что по науке? – поразилась эйта Краст.

– Так это же «естественный отбор» – слабые и глупые должны умереть, чтобы дать жить сильным и умным. Если кто выходит к умертвию, то он сам себе этот отбор и устраивает. Устраивал.

Ставин не чувствовал себя виноватым. И, подогретый магией моры Ферхары, рассказал много интересных вещей. Правда, слушать все его откровения было неприятно. Вдоволь наговорившись, мэр ушел. Пожурил только напоследок, что не к нему первому пришли:

– Мне-то все равно и особо с вами сидеть не интересно, но престиж же! Порядок должен быть во всем, тут главный – я. Не мама и не папа.

Дверь закрылась и в комнате как-то резко стало легче дышать.

«Отвратительный человек», оценил его Дикки и передернулся.

– Боюсь, что после такой беседы он захочет нас убить,– хмыкнула Тирна.

– Скорее подкупить,– покачал головой некромант. – Ничего противозаконного он не делал.

– Как? – ахнула Грета,– а как же эти студенты, отсутствие стены и…

– И? – улыбнулся некромант,– ничего противозаконного. Вот если бы из казны дали денег на стену – вот это было бы хищение. А вот то, на что народ добровольно скидывался отследить почти невозможно.

– Но маги-то! – напомнила мора Ферхара.

– А что маги? Они подрабатывали. Гарри и Лин стараются, очень стараются изменить свою страну. Но Кальдоранн велик и в нем таких вот Ставинов несчесть.

– И поверь, у него в столе еще кипа листочков, где мальчики и девочки сами изъявляют желание работать на благо города,– вздохнула Тирна. – Соседка так работала – мать ей деньги на еду давала, а та ела здесь, в обмен на работу. Потом туфли себе купила.

– Что ж, в любом случае самое главное мы сделали,– подытожил Алистер. – Теперь покрутимся по городу и вернемся в трактир. Пару часов поспим, затем поужинаем и отправимся в местный театр.

– Зачем? – поразилась Тирна. – Клянусь, там нечего делать! Постановки такие, что глазам больно.

– Зато можно выкупить целую ложу и прикрыть ее пологом,– широко улыбнулся Алистер.

– Кто это сказал? Там тридцать мест и все друг у друга на головах сидят,– фыркнула Тирна. – Нет, если уж искать прикрытие, то надо идти в гостиницу. Ту, в которой селиться поначалу хотели. Там и колдовать не придется – никто ни за кем не следит.

Так и решили. До вечера еще погуляли по окрестностям, Алистер подновил щиты вокруг города и, после ужина, вызвал экипаж. Возница ничуть не удивился, только кивнул и неуверенно произнес: (1a3e)

– Поздно уже, может мест не быть.

– У нас заказано,– бросила Тирна и подмигнула подруге,– правда хорошо, что я такая все успевающая и ничего не забывающая?

Грета в ответ только плечами пожала, конечно хорошо. Только немного жутковато – на дворе ночь, луна висит и звезды высыпали. Да еще и ветер, как на зло, прохладный. А им в проклятую церковь идти. Жуть и ужас. Но интересно.


Глава 11

Под чутким руководством некроманта подруги освоили нелегкую науку проникновения на чужую территорию – в гостиницу-то они прибыли при полном параде! Немного покрутились на виду и заказали отдельный кабинет. Ухмыляющийся некромант приказал доставить два ящика игристого вина и корзину яблок.

– Странный выбор,– прокомментировала Грета, когда это все принесли.

– Воспоминания о буйной юности,– мечтательно отозвался некромант и прихватил с собой пару яблок.

Одно из которых едва их не выдало – выкатилось под ноги хозяину гостиницы, на чей чердак они поднялись.

– Дорфовы слуги,– пробурчал мужчина и подобрал яблоко. Обтерев его о собственную рубаху, он с удовольствием вгрызся в сочный плод.

Потерю яблока некромант перенес стоически – вздохнул, взлохматил волосы, но стенать не стал. Просто показал подругам, как легко и просто вскрыть замок невидимой шпилькой.

– Боюсь, что я не запомнила,– протянула Тирна.

– Я тоже.

– Будет поспокойней – научу,– пообещал Алистер. – Очень полезный навык.

Переодевались быстро. Плотные темные штаны, нижние рубашки из той же ткани. Высокие, выше колена, сапоги и жилетки с серебряными застежками. На жилетках были капюшоны.

– Если бы я встретила незнакомого человека в такой одежде, то сочла бы его профессиональным вором высшей категории,– хмыкнула Тирна.

– В какой степени так и есть,– улыбнулся некромант и пояснил,– я скопировал стиль одежды моего хорошего знакомого. При жизни у него были весьма специфические навыки.

– Ничего себе,– округлила глаза Грета. – А теперь как мы пойдем?

– По крышам,– подмигнул Алистер.

Прогулка по крышам вышла незабываемой – между домами были пролеты такой ширины, что ни Грете, ни Тирне не хватало духу прыгать самостоятельно. И некроманту приходилось их переносить. Что чрезвычайно веселило Дикки, который легко и ловко перескакивал с крыши на крышу.

– Почему по крышам, а не по улице? – спросила мора Ферхара, опасливо всматриваясь в черноту очередного пролета.

– Потому что чары отвода глаз на этой одежде очень слабые,– пояснил Алистер. – Внизу мы будем привлекать слишком много внимания.

– Хвала Серой Богине, что Цал-Диртанн так невелик,– проворчала Грета.

«Есть что-то завораживающе в полете над пустотой», мурлыкнул дорф и ловко перескочил на соседний дом. Следом Алистер перенес Грету, а после нее и Тирну. Перебираясь на другую сторону дома приключенцы не заметили милующейся парочки, которая сиганула куда-то вниз с криками «До-орф! До-орф!».

Со сдавленной руганью некромант сорвался следом за ними и через пару минут вернулся и небрежно бросил:

– Уложил.

– Как?! – ахнула Грета.

– Рядком,– удивился Алистер. – Утром проснутся. А ты о чем подумала?

Грета только подняла вверх руки и мило улыбнулась.

Край города встретили бурной хвалой в честь Серой Богини. Разрыв в щитовых чарах Алистер нашел еще когда небрежно восстанавливал провисшие участки.

– Вот здесь, ступайте ровно между двух одуванчиков,– поучал он.

– Все хорошо, да только не видно этих одуванчиков,– вздохнула Тирна и осторожно подсветила себе путь.

«Стая рядом. Яростный и бейра остались на стоянке, остальные ждут у храма», Дикки немного помолчал и нехотя добавил, «Там что-то не так. Их пугает аура храма».

От известия, что храм пугает дорфов Грета изрядно струхнула. Все королевства бояться дорфов, а тут страх сам боится.

– Все будет правильно,– спокойно произнес некромант.

– Вот это сейчас ни разу не утешило,– проворчала Тирна и добавила,– мне умирать нельзя, со мной Карамелька связана. А она еще не прожила свои лучшие годы.

«Я прожил много, но хочу еще. Грете тоже нельзя умирать. Поэтому умрут враги», спокойно отозвался Дикий.

Путь до храма прошел в непрерывной борьбе с кочками и корнями, которые так и норовили забраться под ноги. И только некромант вышагивал так, будто ярким солнечным днем прогуливается по уютной улочке Царлота.

– Ты видишь в темноте? – наконец спросила измучившаяся Грета.

– Не так как днем,– отозвался Алистер,– но близко. Тихо. Мы пришли.

Черная громада церкви на фоне звездного неба давила на психику не хуже темного менталиста.

– Так разве храм Серой Богини не должен ночью слегка мерцать? – едва слышно спросила Тирна.

– Храм Серой Богини – должен,– шепнул некромант,– это проклятое сооружение – нет. Дикки, там есть кто-то живой?

Дорф долго молчал, жадно принюхивался к воздуху, всматривался и переминался с лапы на лапы. После чего недовольно муркнул:

«Не понимаю. И да, и нет. Будто само место живое и истекает болью».

У Греты по шее побежали мурашки, она решила было, то это из-за слов дорфа. Поежившись, она вдруг успокоено поняла, что мурашки не от слов собрата по магии, а от чьего-то теплого, вишневого дыхания. Повернувшись, она хотела укоризненно попенять Тирне, что, мол, нельзя так пугать. Вот только за спиной никого не было.

– Ал,– нервно позвала Грета,– не посчитай меня дурой, мне сейчас как будто кто-то в шею дышал.

– Подробности?

– Теплый выдох, запах вишни,– пожала плечами Грета.

– Мне тоже,– тихо-тихо сказала Тирна. – Всю дорогу. Я думала это кто-то из вас вишневых конфет натрескался.

– Что ж, это повод войти в храм с центрального входа,– усмехнулся некромант.

Дикки шумно принюхался и сообщил, что никакой вишней не пахнет. Вот прям вообще никакой. Алистер был с ним солидарен, а вот Грета и Тирна продолжали ощущать насыщенный вишневый аромат.

– Это может быть охранка,– предположил некромант и вышел вперед, на большую поляну перед храмом.

– Охранка? – Грета не отставала и крепко сжимала руку подруги.

– Представь, если бы ты шла по лесу одна? Почувствовав чужое дыхание ты бы запаниковала, закричала и выдала себя,– объяснил дерр Ферхара.

– Звучит разумно,– признала Тирна. – Но жуть жуткая. Когда вернемся в столицу, надо будет такую защиту научится делать.

– И ради эксперимента набросить ее на темные альковы дворца,– поддакнула Грета. – Я так понимаю, что Ее Величество борется с развратом в стенах своего дома?

Тирна захихикала и быстро зашептала:

– Только надо будет сделать не вишневый запах, а такой, мужской. Что-то вроде запаха дорогих сигар и виски – благородные дерры, поджидающие юных мэдчен, будут неприятно удивлены тем, что их самих там подловили более опасные хищники.

– Тогда еще и ощущение щипка за задницу,– фыркнула Грета. – Для полноты ощущений.

– Перепадало тебе от них? – сочувственно спросила эйта Краст.

– Я редко выбиралась в свет, но да, порой бывали неприятные эксцессы.

Подруги болтали и пытались отвлечь себя от пугающей громады проклятого храма. Внезапно некромант призвал с десяток зеленоватых светлячков, которых он и запустил внутрь здания.

– Отставить болтовню, не разделятся, смотреть в оба глаза,– четко произнес некромант. – Лучше вас было оставить в трактире.

– Но? – спросила Грета.

– Но боязно, что пока я здесь, он мог прийти к вам.

– Я думала, это заброшенное место,– шепнула Тирна.

«Пахнет свежей кровью», слова Дикки не добавили спокойствия. И едва только они шагнули в храм, как его приоткрытые двери захлопнулись.

– Ну вот и все, мы все умрем. А какой хоть кровью пахнет? Человеческой? – деловито уточнила Тирна.

– Не рассчитывай на легкую смерть, Тирна. На вас еще отбор менталистов висит,– усмехнулся некромант, а Грета только поежилась.

«Питательной, не ядовитой свежей кровью, натекшей из еще живого тела пригодного в пищу», обстоятельно ответил Дикки и добавил, «Мы стараемся не есть людей, но вы вполне съедобны».

Грета вздохнула и погладила дорфа по голове:

– Все, кто не ядовит, теоретически съедобны. А для дорфов наверное и нет несъедобных существ.

«Жаб не люблю», поделился Дикки, «На зубах противно скрипят и по пищеводу скользят неприятно».

Под ногами неприятно скрипел мелкий песок. Дорф брезгливо дергал усами – все было пропитано застарелой кровью. Но об этом он сказал только некроманту. Еще не хватало пугать сестру!

– Надо же, камни Богини все равно светятся,– прошептала Тирна. – Только со статуями что-то не в порядке.

– Не торопимся,– бросил Алистер. Он беспрерывно выпускал магические поисковички, но ничего живого пока не обнаружил.

Грета первой рассмотрела чудовищную пародию на семью богов. Очевидно, что изначально в этом храме Бог и Богиня стояли рядом, а их сын сидел на полу. Так и осталось. Только Бог-сын лишился рук, а в живот Серой Богини был вбит крюк. И судя по темным потекам, именно там кровный маг проводил свои ритуалы.

– Неужели они даже не отмыли это все? – едва слышно выдохнула Грета.

– Они постоянно появляются,– хрипло ответила Тирна. – Маг столичный сказал, что это плотная, овеществленная иллюзия. Я это матери пыталась объяснить, когда штаны от крови застирывала. Очень плотная иллюзия. Такая, что на себе унести можно.

– И никто никого не вызвал? – нахмурился некромант.

– А кто рискнет? Вреда от храма никакого,– пожала плечами эйта Краст. – Тут ведь самой главной страшилкой были умертвия, а осквернение храма просто фу и гадость. Отстроили для Серой Богини новый дом, а этот приказали забыть.

Они подошли вплотную к статуям.

– Дикки, свежей кровью отсюда пахнет? – спросила Грета.

«Да. Нет. Подожди», муркнул дорф и подкрался ближе к статуям. Он передвигался крошечными шажочками и все равно едва не свалился вниз – вместо мраморных плит под правую переднюю лапу попала прикрытая иллюзией пустота. В этот же момент окружающие узнали, что Дикки прекрасно запомнил все бранные слова, да еще и научился ими виртуозно пользоваться.

«Запах оттуда. Со стороны кажется от каменной женщины, но на самом деле из подвала».

– Наверное, не стоит спрыгивать прямо на жертвенник? – задумчиво протянула Тирна.

– Отчего же? Такие прыткие жертвы должны ошеломить злодея,– нервно пошутила Грета.

– Я бы обрадовался,– пожал плечами некромант. – Попробуем обойти.

«Нор и ходов вокруг храма нет. На два часа дорфьего скока – нет, дальше не искали», отчитался Дикки.

– Если перевести дорфий скок в человечий топ, то это сколько будет? – уточнила Грета.

«Восемь-девять часов».

– Значит, спуск в подвал точно внутри храма,– кивнул сам себе Алистер.

– А он не может владеть телепортом? – спросила Тирна.

Некромант задумчиво пожал плечами и попробовал объяснить:

– Он-то, конечно, может. Но если он владеет телепортом, то почему связался с кровной магией?

– Это как-то взаимосвязано? – поразилась мора Ферхара.

– Как правило, к кровной магии в итоге приходят слабые маги. Если наш противник владеет телепортом, то он сильный маг. И зачем ему тогда рисковать разумом? А уж учитывая, что телепортироваться в компании с кем-либо могут далеко не все телепортисты…

Покивав, Грета уточнила:

– Но ты же предполагаешь, что он дракон?

– Именно поэтому я и считаю, что он не владеет телепортом,– кивнул Алистер и направился в темноту колонн.

– А это-то как взаимосвязано? – хором удивились подруги и поспешили следом за ним.

Между делом, в поисках спуска, Алистер пояснил, что молодые драконы крайне слабые маги. Вся сила уходит на подпитку второго облика и пока не случится первый оборот, можно даже не пытаться замахиваться на телепорты, огненные шары и ледяные стрелы. Может дракон воду в чайнике вскипятить – уже хорошо.

– Так что, скорее всего, это совсем юный идиот посчитавший себя человеком,– подытожил дерр Ферхара. – А ведь мог обрести крылья. Что с вами?

– Не знаю что с Гретой, а я просто представила, что в центре Царлота обретет крылья дракон, который «искренне считает себя человеком». Если легенды не врут, то драконье пламя горит до тех пор, пока не кончится горючее. И потушить его невозможно.

– Да, это так,– чуть смутился Алистер. – И, скорее всего, он сжег бы и город, в котором обратился, и себя. Потому что драконы в драконьем пламени тоже очень замечательно горят.

– Тогда, нам стоит порадоваться такому выбору… Ай!

Спуск вниз нашла Грета – ее нога прошла иллюзию и только Дикки удержал сестру от падения. Он попросту подгреб ее к себе лапой, отчего она плюхнулась на задницу и прикусила язык.

– Шпашибо,– пробормотала мора Ферхара.

– Я пойду впереди, за мной Грета, следом Тирна, последним Дикий.

Спускаться по лестнице и одновременно наблюдать, как твои спутники погружаются в мрамор – тяжело и неприятно. Грета старательно напоминала себе, что это всего лишь иллюзия, что Алистеру есть чем дышать. И что она сама тоже сможет дышать. Едва только ее глаза оказались ниже уровня иллюзии, та развеялась. И у моры Ферхары сразу же возникли вопросы – серый, растрескавшийся камень говорил о том, что подземелье куда старше самого храма.

Судя по всему, у некроманта возникли те же вопросы:

– Тирна, ты уверена, что после осквернения этого храма был открыт новый? Может быть его пытались перенести и построили здесь?

– Я была в этом уверена,– отозвалась эйта Краст,– но сейчас не подпишусь. Я в любом случае почти вдвое младше истории с осквернением храма и…

– Стоп! – Грета даже остановилась. – А это точно храм?

– В каком смысле? – Тирна едва успела остановится, чтобы не врезаться в спину подруги. – Ты же сама видела.

Алистер нахмурился, посмотрел на супругу и тут же кивнул:

– А ведь верно.

– Да вы о чем вообще? – вспылила эйта Краст.

– Не злись,– мягко произнесла Грета. – Подумай. Серая Богиня не слышала людей довольно долго, но точно меньше сорока лет. Она довольно часто являлась и вряд ли кто-то рискнул бы осквернить ее настоящий храм. Потому и фигуры довольно непривычно расположены. Скорее всего это фальшивка.

– Ладно,– помолчав сказала Тирна. – Давайте дальше спускаться, я в любом случае не смогу вспомнить того, чего не знаю.

Узкая лестница, сдавленная с двух сторон стенами, закончилась крепкой, окованной металлом дверью. Алистеру понадобилось пять мощных проклятий, чтобы выбить ее.

– Вашу ж мать,– выдохнула Тирна. – Это просто дорфья куча!

– Я бы сказала – драконья куча,– нервно хихикнула Грета.

Впереди, над рассыпанными золотыми монетами, царили красные сумерки. Что придавало металлу жутковатый отблеск. От остатков двери шла узкая тропка из золотых монет. Она вилась между высокими горками драгоценностей, предметов мебели (изрядно подгнивших) и еще чего-то непонятного, трудно опознаваемого.

Алистер коротко выругался и одним жестом показал свое отношение к ситуации – он сотворил щит вокруг подруг. Чуть подумал, и одарил им еще и Дикки. Все же против драконьего пламени дорфу не выстоять.

– Держитесь рядом. Я пойду вперед. Дикки, ты замыкаешь. Вы вдвоем по тропе пройдете?

Переглянувшись, подруги уверенно кивнули и прижались друг к другу.

«Неприятный металл, гадкий», муркнул дорф. «Не хочется прикасаться».

Грета согласно кивнула и добавила:

– Здесь хватит на две королевские сокровищницы.

– Драконы не тратят то, что сносят в сокровищницу,– не оборачиваясь произнес некромант.

– Я прошу прощения, что не верю в усилия нашей группы. Но может имеет смысл уйти, и призвать сюда королевскую стражу? – вдруг спросила Тирна. – Ну просто знаете, во мне пробудился робкий писк разума.

– Во мне тоже,– ровно ответил идущий впереди Алистер. – Беда в том, что мы не можем покинуть храм. По крайней мере, у меня не получается выйти на костяную равнину. Второй раз за последнее время. Ну а в то, что мы без магии сможем продолбить каменные стены… Мой робкий голос разума подсказывает – это невозможно.

– Остается идти вперед,– вздохнула Грета.

«Я призвал стаю, но не уверен», как-то мрачно произнес Дикки. «Я их не слышу. Когда закрылась дверь – как отрезало».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю