Текст книги "Золушка в бикини"

Автор книги: Наталья Александрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

«В конце концов, я все равно проснулась и больше уже не засну, – подумала Лола. И чем раньше я встречусь с Мюллером, чем раньше приступлю к своей работе, тем раньше найду ответы на все мучающие меня вопросы., если только я их действительно найду…»

Она встала, приняла душ, оделась, отыскав в шкафу простые черные брюки и свободный кремовый свитер, и вышла в коридор. Она пошла вперед и только через несколько минут поняла, что идет не в ту сторону, куда шла вчера.

Лола не стала возвращаться. Она решила, что чем больше узнает об этом доме, тем лучше, а хозяева сами виноваты – ведь они ничего не сказали ей о том, куда идти…

Она свернула влево и оказалась перед запертой дверью. Тотчас же из-за угла показался очень высокий парень с забранными в хвост волосами – тот самый, которого она видела ночью возле гримерки, – и коршуном кинулся к ней:

– Сюда нельзя!

– Что у вас здесь – пыточная камера? насмешливо проговорила Лола. – Или комната Синей Бороды?

Ей показалось, что парень сейчас ударит ее, такая злость появилась вдруг на его лице.

Глаза его, и так выкаченные, еще больше вылупились, казалось, что они сейчас вообще выскочат из орбит. Однако он справился с собой и проговорил вполне нормальным голосом:

– Вернитесь назад по этому коридору, в конце повернитесь направо и спуститесь по лестнице. Вас уже ждут.

Лола пожала плечами и направилась в указанном направлении.

«Тоже мне, тайны мадридского двора!» подумала она, спускаясь по очередной деревянной лестнице с резными перилами.

Она узнала место, в котором оказалась: это была гримерная, в которой вчера с ней работала Оксана и где Лола побывала ночью. Она толкнула дверь и вошла внутрь.

Оксана действительно ждала ее. Не ответив на приветствие – видимо, это было здесь принято, – гримерша усадила ее в кресло и быстро, ловкими движениями восстановила вчерашний грим. Закончив работу, внимательно осмотрела дело своих рук, выдвинула ящик стола и сравнила Лолу с образцом. Видимо, оставшись довольной, сняла простыню с Лолиных плеч и сухо распорядилась:

– – Прямо по коридору до угла, потом налево.

– Какие вы все здесь милые! – проговорила Лола на прощание и направилась, куда ей велели.

Перед ней оказалась большая, ярко освещенная комната с высоким потолком, обставленная, тяжелой черной мебелью. В этой комнате был огромный камин, в котором горел, казалось, целый грузовик дров. В глубоком кресле возле камина сидел Олег Олегович, чуть поодаль стоял невысокий мужчина с заметными залысинами и маленькими бегающими глазками.

– Доброе утро! – поздоровалась Лола.

Продюсер односложно ответил, лысый незнакомец промолчал.

– Хорошо, хорошо, – проговорил он, внимательно рассматривая Лолу, как будто она была манекеном в витрине, – Может быть, это и пройдет… Только как насчет инструкций?

– Всему свое время, – вполголоса отозвался Мюллер и повернулся к Лоле:

– Как вы выспались?

– Отвратительно, – честно призналась девушка. – В этом доме очень душно, а окна не открываются… Кроме того, мне всю ночь слышались какие-то голоса.

– Ну вот и прекрасно, – проговорил Олег Олегович, из чего Лола сделала вывод, что он ее вовсе не слушал. – Сегодня у нас трудный день, поэтому очень хорошо, что мы поднялись пораньше. Разрешите познакомить вас с Анатолием Александровичем, – он повернулся к лысому.

– Это режиссер? – осведомилась Лола.

– В каком-то смысле. – Олег Олегович улыбнулся одними губами, не сводя с Лолы холодного изучающего взгляда.

Мужчины выразительно переглянулись, Олег Олегович откашлялся и произнес внушительным, хорошо поставленным голосом:

– Ольга, мы с вами говорили о том, как важно проникнуть во внутренний мир своей героини. Вы должны выглядеть, как она, говорить, как она, одеваться, как она, ходить, как она, думать, как она…

– И писать, как она, – добавил лысый тип.

– Да, и писать, – подтвердил Олег Олегович.

– Писать? – удивилась Лола. – А это еще зачем?

– Для более полного проникновения в образ, – невозмутимо ответил продюсер. – Почерк – это очень важная часть человеческой индивидуальности, он многое говорит о человеке. Анатолий сейчас покажет вам образец ее подписи, и вы поучитесь ее копировать…

Лысый вытащил из маленького кожаного портфеля несколько чистых листов бумаги и желтоватый, слегка помятый листок, на котором красовался затейливый росчерк. Лола различила отчетливые буквы «Ков», дальше шла эффектная размашистая завитушка.

– Попробуйте это повторить, – предложил продюсер, положив перед Лолой чистый лист и образец подписи.

«Что за бред? – подумала Лола, глядя перед собой. – Все это нисколько не похоже на работу над ролью! Вместо репетиций, вместо режиссерского разъяснения трактовки образа, вместо заучивания текста, наконец, я должна копировать чью-то подпись! Нет, это никакие не съемки! Судя по всему, я влипла в какую-то криминальную историю!»

– Попробуйте, Ольга! – настойчиво повторил Олег Олегович и вложил в ее руку дорогую перьевую ручку.

Лола послушно взяла ручку и размашисто черкнула на листе что-то, весьма отдаленно напоминающее образец.

В то же время она лихорадочно думала.

Она неожиданно прозрела. Детали происходящего встали на свои места.

Работая с Леней, ей часто приходилось играть роль другого человека. В этом ей очень помогали навыки актерского мастерства.

И сейчас она чувствовала, что ее хотят втемную использовать, чтобы заменить кого-то… причем нетрудно догадаться, кого – ту самую девушку, чьи фотографии лежали в ящике гримерной.

– Попробуйте еще раз, – попросил Олег Олегович, взглянув на листок с подписью. Пока получается не очень похоже.

«Я должна сыграть ее роль перед кем-то, кто видел ее только на фото, – думала Лола, раз за разом расписываясь на листе. – Сыграть ее роль и поставить ее подпись… Значит, одно из двух – либо девушки уже нет в живых, либо она ни за что не соглашается сделать то, что им нужно. В любом случае, после того как я сыграю эту роль, они захотят от меня избавиться. Я стану нежелательным свидетелем…»

– Так уже лучше, – поощрил ее продюсер, но все-таки попытайтесь еще.., вот здесь, в конце, завиток должен быть более естественным ..

Лола послушно рисовала затейливые завитушки, в то же время напряженно думая, как выпутаться из своего ужасного положения.

«Если я должна появиться в банке, или в нотариальной конторе, или в каком-то другом офисе, сыграть ее роль и поставить подпись на каком-то финансовом документе, то значит – меня повезут в город, и там у меня будет больше шансов связаться с Леней, дать ему знать, что я попала в беду, что мне нужна его помощь… А может быть, представится случай сбежать от них… Не смогут же они привести меня в банк связанной или под дулом пистолета! А вот если человек, на которого рассчитан весь этот спектакль, сам приедет сюда – все гораздо хуже. Тогда у меня нет почти никаких шансов выбраться отсюда живой».

– Почти совсем хорошо, – сказал Олег Олегович, удовлетворенно рассматривая последние варианты подписи. – Ну попробуйте еще несколько раз, чтобы закрепить навык!

«Пока они думают, что я ничего не подозреваю, что я круглая дура и верю в сказку про глубокое проникновение в образ, со мной будут обращаться прилично. Как только поймут, что я их раскусила, – перейдут к жесткому сценарию, запрут меня под замок и будут действовать угрозами. Тогда у меня будет меньше шансов спастись, у меня будут связаны руки, возможно даже в буквальном смысле. Значит, нужно еще немного потянуть, поиграть в их игру. Во всяком случае пока я им нужна, а это значит, что еще некоторое время я в безопасности».

– Очень хорошо, – проговорил продюсер. Теперь пройдем с вами первую сцену. Анатолий временно заменит вашего партнера, который приедет позднее. Ваша задача – держаться как можно естественнее, по возможности реагируя на реплики партнера.

Представьте себе: ваша героиня недавно потеряла отца. Она, конечно, огорчена, но не чрезмерно: отец последнее время жил далеко, она очень давно с ним не общалась да и вообще была на него обижена. Тем не менее, когда партнер выразит вам свои соболезнования, вы должны принять их с подобающим выражением…

– Понятно, – кивнула Лола. – Что дальше?

– Дальше, возможно, какое-то время придется поддерживать ни к чему не обязывающий разговор, а потом партнер предложит вам подписать некий документ. Вот здесь вы и должны будете поставить ту самую подпись, которую сейчас отрабатывали…

«Понятно, – подумала Лола, – девчонка получила наследство, сюда приедет адвокат с завещанием ее отца, и мне придется разыграть перед ним роль безутешной сироты и богатой наследницы. А после удачного дебюта благодарная публика от меня избавится, и мой хладный труп закопают где-нибудь на заднем дворе.., если, конечно, за оставшееся время я ничего не придумаю».

Чтобы окончательно удостовериться в своей страшной догадке и в то же время уточнить планы «киношников», Лола подняла на «продюсера» взгляд и самым невинным тоном спросила:

– Где мы будем снимать эту сцену – здесь, в этой комнате?

Олег Олегович на мгновение замялся, переглянулся с лысым, и Лола проговорила:

– Мне просто хочется представить себе обстановку, в которой это будет происходить… войти в образ…

Олег Олегович еще раз переглянулся со своим партнером и кивнул:

– Да, скорее всего это будет происходить здесь. Но вы должны быть готовы к тому, что по ходу сцены придется перейти в другое помещение. Возможно, этого потребует настроение фильма. Понимаете, наш фильм снимается отчасти как импровизация на заданную тему…

«Никогда не слышала такой ерунды, – подумала Лола. – За кого они меня принимают? За полную кретинку?»

Широко открыв глаза, она удивленно спросила:

– А где же камера? Где оператор? Где осветители и весь остальной технический персонал?

– Это экспериментальный фильм, – не скрывая раздражения, ответил «продюсер». Мы снимаем все на скрытую камеру, чтобы добиться эффекта большей естественности.

Новое слово в кинематографии… , Он не успел закончить свою фразу, потому что на пороге комнаты появился уже знакомый Лоле высокий парень с забранными в хвост волосами. Он приблизился к Олегу Олеговичу и что-то прошептал ему на ухо.

* * *

Леня Маркиз отсутствовал дома вовсе не потому, что проводил время со своей давней любовью. С Беатой он расстался тогда же, в кафе нового торгового центра, причем ему пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы уйти. Но странное дело: как только Маркиз вышел на улицу и сел в свою машину, тотчас пропало все очарование от встречи. Его тянуло к Беате, только когда она была рядом. То есть не то чтобы тянуло, просто на короткий миг Леня чувствовал себя снова двадцатилетним мальчишкой и возвращалось прежнее чувство. Леня понятия не имел, было ли так у Беаты. Сейчас, сидя в машине, он был спокоен и без сожаления выбросил из головы голубые глаза своей давней подруги.

Как и обещал Лоле, Маркиз заехал в супермаркет и накупил продуктов. Однако Лола не соизволила выйти из своей комнаты. То есть она выползла, чем-то ужасно недовольная, буркнула что-то неразборчиво и удалилась к себе. Леня отнес ее плохое настроение на счет болезни и отдал Пу И Лолину порцию котлет. Кот тоже не оплошал, так что в конечном счете все остались довольны.

С утра Леня поехал отдавать своему приятелю Ухо взятую взаймы скромную «Тойоту», задержался в гараже, потом вытащил Ухо пообедать, так что вернулся, когда уже стемнело. В квартире было тихо, но как-то беспокойно, и Леня скоро понял почему.

У Лолки в комнате был жуткий беспорядок, шкаф раскрыт, и везде валялись одежда и предметы туалета. Самой Лолы в обозримом пространстве не наблюдалось, чему Леня, надо сказать, очень удивился. Только что болела, прямо помирала, а теперь умотала куда-то спешно.

– Вот еще вопрос… – удивленно пробормотал Леня.

В ответ на кровати зашевелилась куча одежды и показался любопытный черный нос.

– Пу И! – обрадовался Маркиз. – Хоть ты-то никуда не делся! А где Лола?

Пу И выбрался на открытое пространство и умильно поглядел на Леню. Этим взглядом он хотел сказать, что ужасно рад его видеть и что неплохо бы вывести собаку на законную вечернюю прогулку, а то он, Пу И, снимает с себя всякую ответственность за последствия.

– Лучше не ври, Пу И, – укоризненно сказал Леня. – Если не знаешь, где Лолка, так и скажи.

Пу И настойчиво дал понять, что его в первую очередь интересует прогулка, и Леня покорился. У подъезда они встретили соседку Розалию Львовну, которая умилилась на Пу И, а потом набрала воздуха и затараторила быстро-быстро, всплескивая руками и ахая:

– Леонид, я просто в восторге! Я получила такое удовольствие, просто ни с чем не сравнимое! Олечка прекрасно выглядела, просто восхитительно! Жаль только, что не предупредили меня заранее… Нужно было сказать, да что там, повесили бы объявление в подъезде, чтобы по квартирам не бегать!

Леня в недоумении поднял брови, но не такой он был человек, чтобы бестактно обнаружить свое невежество. Он решил подождать, авось болтливая соседка прояснит вопрос.

– Лелечка просто потрясающе, потрясающе телегенична! – распиналась Розалия Львовна. – Она прекрасно смотрелась на экране!

"Вот номер, – подумала Леня, – оказывается Розалия видела Лолку по телевизору…

Что бы это значило?"

Леня знал, что при всей своей восторженности соседка далеко не в маразме, то есть перепутать Лолу с какой-нибудь посторонней девицей она никак не могла. Розалия вечно торчит у телевизора и надоедает всем соседям, пересказывая очередной сериал при встречах на лестнице.

– Если бы я знала заранее! – громко сокрушалась соседка. – Я бы всех соседей предупредила, а так сама едва успела на половину ток-шоу! Так и не поняла, о чем там шла речь, но Олечка очень ловко отбрила этого ведущего! Он мне никогда не нравился! А я в поликлинике задержалась, пришла к половине третьего, шоу уж полчаса идет!

Тут Пу И возмущенно гавкнул и едва не написал Розалии на теплый ботинок. Леня подхватил хулигана и устремился прочь. По дороге он профильтровал соседкину болтовню и сообразил, что Розалия видела сегодня Лолу в ток-шоу, которое идет с двух до трех дня, и что ведет его мужчина. В первом попавшемся газетном ларьке Леня купил программу передач. Выходило, что Лола участвовала сегодня в ток-шоу «Когда не все дома».

– И чего ее туда понесло? Пу И, ты не знаешь?

Песик на бегу оглянулся и прижал уши отстань, мол, только мне и дел, что за Лодкой присматривать…

Лолы все не было и не было. Ну ладно, думал Маркиз, Лолке попала вожжа под хвост и она потащилась на это дурацкое телевизионное шоу. Ему ли не знать, до чего Лолка тщеславна. Позвонили небось оттуда, она и рванула, позабыв, что простужена и вообще про все на свете. Но сейчас уже вечер, шоу давно кончилось, где же Лолку носит?

Тут очень кстати прибежал на кухню Пу И, держа в зубах рваную и мятую бумажку.

Леня совершенно машинально достал из шкафа пакет с печеньем для собак. В последнее время Лола безуспешно пыталась всучить песику это невкусное печенье вместо сдобного орехового. Пу И бросил бумажку и гавкнул, требуя печенья. Однако когда разглядел, что ему подсовывают, то очень обиделся и удалился, не оглядываясь. Бумажку он бросил, а Леня подобрал. И с изумлением увидал, что это записка от Лолы. Маленький паршивец нашел ее и успел изжевать. Но все же Лене удалось разобрать кое-что.

«Я уезжаю на съемки. Надеюсь, на тебя можно оставить животных? Не забудь погулять с Пу И, а попугаю дать витаминов. Л.»

– Что за черт? – рассердился Маркиз. – Что это еще за шутки?

Совершенно хамская записка, без обращения, а вместо подписи – одно холодное безразличное "Л"! Как ни был Леня рассержен, он все же понял, что записка эта совсем не в духе Лолы, что она обязательно написала бы все подробно и назвала дорогим Ленечкой и в конце непременно приписала «целую»…

Его подруга придавала большое значение эпистолярному жанру. Что же заставило ее на этот раз им Пренебречь?

Маркиз пожал плечами и пошел посоветоваться с котом Аскольдом. Кот, однако, вел себя индифферентно, а точнее – просто сладко спал на Лениной кровати. Попугай тоже ничем не порадовал, на прямой вопрос, где Лола, он выдал свое неизменное «Кошмар-р».

В Лолиной комнате Пу И пытался примерить новый ошейник. Ошейник был очень красивый, весь отделанный разноцветными стразами. На взгляд Маркиза, в нем было слишком много пестрого и блестящего, но, разумеется, он был далек от мысли навязывать собаке свои вкусы. Леня застегнул сверкающую пряжку, и Пу И радостно запрыгал по комнате, чуть не запутавшись в пакете. На пакете была надпись «Бутик Монморанси», и Леня тотчас забеспокоился, потому что вспомнил, что бутик одежды и аксессуаров для домашних любимцев с таким названием находится на третьем этаже того самого торгового центра, где вчера он встречался с Беатой.

– Пу И, вы были в торговом центре? вскричал он.

Песик склонил голову набок и поглядел на Леню с легким укором. Чтобы окончательно добить Леню, из пакета выпал магазинный чек, на котором, разумеется, стояла вчерашняя дата. Леня отмел трусливую мысль, что Лола могла быть в торговом центре не в то время, когда там был он, либо же могла не заметить там Леню с дамой. Но думать так значило бы переоценивать силы провидения, а Леня Маркиз никогда не надеялся понапрасну.

– Ну, ребята, кажется, я попал… – признался Леня.

– Кр-ранты! – злорадно согласился влетевший в комнату попугай.

Ясно, что Лолка видела их вчера, оттого и разозлилась. А его еще черт дернул наврать ей, что встреча с заказчиком в кафе на Никольской! Совесть у Лени была нечиста, хоть ничего плохого он в общем-то не делал. Но он знал, что Лола ужас как не любит, когда он ей врет, да и кто любит-то? – Но в ситуации существовали и свои положительные стороны. Во-первых, раз Лолка ушла из дома назло ему, Маркизу, то она скоро вернется. В противном случае она обязательно взяла бы с собой самое дорогое, то есть своего карликового волкодава.

– Приятель, как же ты ее отпустил одну? спросил Леня и потрепал песика за уши.

Пу И вдруг пригорюнился и вспрыгнул к Лене на колени. Леня тяжко вздохнул и поймал себя на том, что прислушивается к шуму лифта. Мимо, еще раз мимо.., вот наконец лифт остановился на их этаже. Леня с Пу И на руках выскочил в прихожую и придал лицу покаянное выражение. Но нет, это соседка тяжело протопала, впечатывая каблуки в пол.

В рассеянности Леня покормил животных два раза подряд, потом надолго застрял у окна. Лолу он не увидел, зато разглядел на платной стоянке ее машину. Все ясно, машину не взяла, стало быть, закатилась куда-то в компанию, и вернется ночью в сильном подпитии. Бывали уже случаи.

Откровенно говоря, случай такой был всего один раз, Лола спиртное не сильно уважала, но сейчас Маркиз был здорово сердит на свою боевую подругу за то, что заставила его волноваться.

Еще через полчаса Леня позвонил Лоле на мобильник, решив смиренно выслушать все, что она скажет. Однако там ответили, что абонент находится вне зоны действия сети.

"Нарочно отключила мобильник, – возмущенно подумал Леня, – чтобы я волновался.

И еще врет, что уехала на съемки. Какие съемки могут быть в такое время? Ночь на дворе!"

Чтобы отвлечься, он включил телевизор и попал на криминальные новости. Произошла криминальная разборка со стрельбой возле ночного клуба «Какаду», жертв нет, еще случились три аварии, причем одна машина врезалась в парапет на мосту и утонула в Неве. Молодую женщину сбила машина, водитель с места происшествия скрылся.

Невольно Маркиз представил себе, как Лола стоит на перекрестке в растрепанных чувствах и не смотрит по сторонам. И в это время наперерез несется машина, а Лола уже на проезжей части, но не видит машины. Резкий скрежет тормозов, удар, легкое тело летит и шлепается на асфальт…

– Нет, так больше не может продолжаться! – вскричал Леня и помотал головой, чтобы избавиться от ужасного видения.

Он снова побежал в комнату Лолы, Пу И за ним. На тумбочке сидел кот Аскольд и посматривал в окно.

– Опять объедал Лолины фиалки? – закричал Леня, – Знаешь же, что попадет!

Аскольд поглядел высокомерно и ненавязчиво подтолкнул лапой раскрытую записную книжку. Леня сел на кровать и взял книжку в руки. Раскрыта она была на букве "С". Вот и поди догадайся, кому Лола звонила перед уходом, когда тут записей полно!

Серафима – эту Леня знает, это ветеринар, подруга Лолки.

Салон красоты «Сабрина», Собачья школа, Соловей Вера – эту вообще весь город знает, она журналистка.

Саломатина Альмира Михайловна, антицеллюлитный массаж. Господи, Лолке-то она зачем?

Серенький Максим Леонидович – кто такой? Наверное, по делу, решил Маркиз, подумав, Лола не могла завести роман с мужчиной, у которого такая фамилия. Что там дальше?

– Савушкина Мария…

– Дур-ра, Машка, дур-ра пр-ротивная! тут же заорал попугай.

– А ты откуда знаешь? – удивился Леня, Лола говорила? Попугай выразительно промолчал, а Маркиз внимательно вгляделся в записи. Два телефона этой Савушкиной, служебный и домашний, а еще внизу приписочка, две буквы «ТВ». Стало быть, эта Савушкина работает на телевидении, небось, она и вызвонила Лолу на ток-шоу. Может быть, они с этой Машей теперь отмечают Лолин успех? Хотя какой там успех…

Леня немного поколебался и все же набрал Машин номер.

Ответил недовольный женский голос.

– Я прошу прощения, – заворковал Леня самым своим обаятельным голосом, – я очень извиняюсь, но не могу ли поговорить с Машей Савушкиной?

– Не можете, – буркнула женщина, – нет ее, и долго не будет!

– Откуда вы знаете, что долго? – невольно спросил Леня.

– Откуда я знаю? – закричала женщина, и в голосе ее прорвались истерические нотки. – Да потому что только что из больницы! В реанимации она, в тяжелом состоянии! Паразит какой-то наехал и даже не остановился! Вот до чего дожили, людей на улицах давят!

– Так это про нее по телевизору… – ахнул Леня и поскорее повесил трубку.

Теперь он уже дал волю своему беспокойству. Лолка куда-то пропала, а Маша, та самая девица, с которой Лола общалась незадолго до того, как уйти куда-то в неизвестном направлении, попала под машину. Да еще водитель скрылся с места происшествия.

И теперь Маша в тяжелом состоянии, и расспросить ее про Лолу нет никакой возможности.

Совпадение? Леня Маркиз очень не любил таких совпадений, он в них не верил.

* * *

Далеко от города в уединенном загородном доме события продолжались. Услышав слова парня с глазами навыкате, «продюсер» нахмурился. Новость его наверняка огорошила.

Отпустив парня, он оглядел всех присутствующих и негромко проговорил:

– Времени на репетицию не осталось.

Клиент прибыл.

– Мой партнер? – переспросила Лола невинным тоном.

– Да, партнер! – рявкнул Олег Олегович. Вы запомнили мои инструкции? Выглядеть расстроенной, но не слишком. Поддерживать нейтральный разговор. Подписать бумаги, которые он вам предложит. Да, вот еще: по роли вас зовут Ирина Николаевна. Не забудьте и не перепутайте. И имейте в виду: все должно быть снято с одного дубля! Возможности переснимать у нас не будет!

Последние слова Мюллера прозвучали угрожающе.

Лола надулась и села в кресло по другую сторону камина. Анатолий Александрович еще раз взглянул на нее и вышел из комнаты.

Почти сразу за дверью послышались торопливые шаги, дверь распахнулась, и в сопровождении знакомой Лоле мрачной женщины, выполнявшей в этом доме самые разнообразные функции, появился невысокий, Сочень тщательно одетый старичок с ровно, волосок к волоску, уложенными седыми волосами и длинными, аккуратно подкрученными старомодными усами. В руках он держал пухлый, весьма потертый портфель. Сопровождавшая его женщина на этот раз умудрилась придать своему мрачному лицу довольно приветливое выражение.

Оглядев комнату, старичок сдержанно кивнул Олегу Олеговичу и направился прямиком к Лоле с сочувственной улыбкой на губах. Лола встала и сделала шаг ему навстречу.

– Ирина Николаевна! – проговорил старичок с легким акцентом и прикоснулся к Лолиной руке губами. Руке стало щекотно от усов.

– Ирина Николаевна! – повторил старичок со сдержанной, точно отмеренной порцией грусти. – Я должен выразить вам свои соболезнования по поводу кончины вашего глубокоуважаемого батюшки! Знаю, знаю, он чуть отстранился и театрально взмахнул рукой, – вы не поддерживали близких отношений в последние годы, но это ничуть не умаляет…

– Не умаляет, – подтвердила Лола и показала старичку на свободное кресло. – Прошу вас, присаживайтесь.

Старичок опустился в кресло, заботливо уложил на колени свой пухлый портфель и уставился на Лолу, сочувственно вздыхая.

При этом он стал удивительно похож на грустного спаниеля.

– Чай, кофе? – подал голос Олег Олегович.

– Кофе, – коротко отозвался старичок и снова повернулся к Лоле.

– Я прибыл к вам для того, чтобы сообщить вам последнюю волю покойного, – проговорил он сдержанным, официальным тоном. – Я при жизни вел его дела и являюсь его душеприказчиком. Меня зовут Роберт Грин, но это теперь, в Америке, а прежде меня звали Роберт Эммануилович Гриневский.

«Чувствую себя героиней латиноамериканского мыльного сериала, – подумала Лола. – Сообщить последнюю волю покойного, с ума сойти! Только весь ужас ситуации в том, что, если я срочно что-то не придумаю, этот дурацкий сериал будет последним в моей жизни».

– Мне тоже кофе, пожалуйста, – с самой невинной улыбкой попросила Лола.

Олег Олегович отдал короткое распоряжение и снова замер, из своего угла внимательно наблюдая за разговором.

– Мне, конечно, очень жаль отца, – заговорила Лола, доверительно склонившись к старику, – но должна вам сказать, что он поступил очень жестоко, оставив мою мать без всякой поддержки, с тяжело больным ребенком на руках…

– С больным ребенком? – растерянно переспросил адвокат. – Вы имеете в виду…

– Я имею в виду себя, – доверительно сообщила Лола. – Разве вы не знаете эту ужасную историю?

Старичок уставился на нее в полном изумлении, из чего стало ясно, что эту историю он не знает.

– Когда моя мама ожидала меня, – все тем же доверительным тоном продолжила Лола, она прогуливалась в Парке культуры и отдыха имени Кирова… Знаете, это было излюбленное место прогулок наших соотечественников, вроде вашего Централ-парка.., а беременным, как вы знаете, очень полезны прогулки!

Старичок, не понимавший, к чему она клонит, усердно закивал, а Олег Олегович в своем углу громко кашлянул, видимо, давая Лоле понять, чтобы она не увлекалась.

– И вот во время этой прогулки на нее внезапно напала огромная собака! Огромная свирепая собака породы ротвейлер!

Старичок снова кивнул, давая понять, что следит за рассказом и что такая порода – ротвейлер – ему хорошо знакома.

– Мама от страха упала и потеряла сознание. К счастью, собака не причинила ей вреда, и мама благополучно доносила меня до положенного срока, но у меня с самого раннего детства иногда случаются очень странные припадки!

– Что вы говорите? – испуганно прощебетал старичок и на всякий случай вместе с креслом отодвинулся от Лолы.

– Да! – энергично кивнула девушка. – Я совершенно неожиданно перестаю контролировать свои поступки, бросаюсь на окружающих и даже – вы не поверите! – иногда я даже лаю!

– Что вы говорите! – еще больше испугался престарелый адвокат и огляделся, видимо, присматривая путь к отступлению.

– Вы представляете, как трудно было моей матери одной воспитывать такого больного ребенка?

– Нет, не представляю! – честно признался адвокат. – Но, надеюсь, эти припадки с возрастом прошли?

– Если бы! – грустно вздохнула Лола. С возрастом они стали только чаще! Теперь они случаются по крайней мере дважды в месяц. И обычно это происходит тогда, когда. я чем-то взволнована!

Адвокат беспокойно огляделся по сторонам и еще немного отодвинулся от Лолы.

– А что говорят врачи? – с опаской осведомился он.

" Да ничего особенного, – Лола легкомысленно отмахнулась. – Это, конечно, неизлечимо, но приступы случаются не слишком часто, а в промежутках между ними я себя вполне нормально чувствую.

Из угла снова донеслось громкое покашливание. Лола обернулась и увидела Олега Олеговича, который побагровел от злости и, кажется, готов был испепелить ее взглядом.

Она как ни в чем не бывало отвернулась от «продюсера» и продолжила, обращаясь к перепуганному адвокату:

– Так что вы говорили о последней воле моего бедного отца? Расскажите скорее, я так волнуюсь, так волнуюсь! Я просто места себе не нахожу от волнения!

– Зачем же волноваться? – испуганно проговорил адвокат. – Совершенно не нужно волноваться! У вас нет никаких поводов для волнения!

В это время дверь открылась, и мрачная служанка вкатила столик, на котором был сервирован кофе. Адвокат взял чашку, кивком поблагодарив прислугу, Лола последовала его примеру.

– Нет, все-таки я очень взволнована! – воскликнула она, отпивая маленький глоток. Вы просто не представляете, что я чувствую!

У меня сердце так колотится, так колотится!

– Простите, – адвокат растерянно следил за ней, – а вам не вреден кофе? Эти ваши приступы…

– Кофе? – Лола сделала еще один большой глоток и громко рассмеялась. – Наверное, вреден, но если отказаться от всего, что вредно, стоит ли тогда жить? Жизнь – это вообще смертельная болезнь!

– Для вашего возраста это чересчур пессимистические взгляды, – осторожно отозвался адвокат. – Может быть, вам нужно лечиться? Принимать какие-нибудь успокоительные лекарства, исключить кофе и спиртное…

– Что вы говорите! – раздраженно воскликнула Лола. – Вы хотите, чтобы я отказалась от всего, что доставляет мне удовольствие?

Я очень в вас разочарована! – Она одним глот-'. ком допила кофе и вдруг нервно засмеялась: Простите, но я вспомнила один удивительный эпизод… Это ужасно смешно! Если я вам расскажу, вы будете хохотать, как ненормальный!

Мы с одним знакомым как-то пошли в ресторан., там еще была женщина с собачкой…

Она засмеялась еще громче и вдруг запустила в хмуро наблюдавшую за ней служанку пустой кофейной чашкой. Служанка вскрикнула и отскочила, с ненавистью взглянув на Лолу, затем схватила со столика салфетку и принялась оттирать с платья кофейную гущу.

– Что с вами? – испуганно спросил адвокат, приподнимаясь.

– А почему она смотрит? – воскликнула Лола, указывая рукой на служанку. – Почему она все время на меня смотрит? Я не выношу, когда на меня так смотрят! – Она громко зарыдала, заламывая руки, и медленно сползла с кресла на пол. Рыдания перешли в истерический лающий хохот.

Адвокат вскочил, бережно прижимая к груди свой драгоценный портфель, и попятился, в замешательстве глядя на девушку.

– Ирина Николаевна! – проговорил он в слабой надежде быть услышанным. – Ирина Николаевна, возьмите себя в руки! Нельзя же так.., мы собрались здесь по серьезному поводу.., я должен огласить завещание.., последняя воля вашего покойного батюшки…