Текст книги "Два мира, одна любовь (СИ)"
Автор книги: Наталья Буланова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Крис, у нас свободно. Парни уже внизу, так что никто не помешает, пойдем открою! – неожиданно предложил парень, чье имя, к своему стыду, я не знала. Но это упущение быстро исправил Кроф:
– Тренк, какой ты щедрый! – иронично заявил Этан, и так нетерпеливо выдохнул, будто много чего еще сказал, да не стал.
– А вы какие-то с Ником нервные после бала, – поднял голову Чакки, а я не стала дожидаться ответа Крофа – побежала переодеваться.
– Ты с одеждой? – проводил меня удивленным взглядом добрый Тренк.
– Заодно! – не буду ничего объяснять, пусть понимает, как хочет.
На построение обрадовали – сегодня только теоретические занятия и никакой практики! Ни полос препятствий, не вылазок по местности, только аудитория и знания!
Поэтому я счастливо улыбалась, даже когда срисовывала со скоростью черепахи символы и чужеродные слова с доски, и тем самым притянула к себе проблемы. Профессор по стратегическому мышлению остановился рядом со мной и недовольно протянул:
– Вы все еще в начале, кадет Свальд? – мужчина взял мою тетрадь, и я прикрыла глаза, заранее чувствуя надвигающиеся проблемы – листы были исписаны калякулями. – Вот даже как?! Смотрю, вам гораздо интересней рисовать, чем учится, Кристиан… Ну так с этим помогу: сейчас же выйдите из класса! А чтобы принести пользу и пустить энергию в дело, вы освежите столбы полосы препятствий. Их как раз надо покрыть слюной зувра…
– Фу-у-у… – посочувствовал парень справа.
– Жесть. Крис, затыкай нос... – посоветовал кто-то с задней парты.
– Тишина! Кадет Свальд, необходимое возьмете у каптера! – и профессор Урф гневно развернулся и пошел чертить на доске очередную гениальную схему просчета тактики врага с определенной магической силой, а я поплелась нести наказание и работать на благо академии.
К слову, слюна этого зувра воняла, но терпимо. Оказывается, мгновенно впитывалась в дерево, и то становилось устойчиво ко всем раздражителям, включая магию. Я даже хищно покосилась на огромную банку этой жижей с мыслью: а уж не отлить ли мне чуть на крайний случай? Пусть и от меня магия отскакивает!
– Пока не покроешь каждый столб, можешь даже не рассчитывать на глоток воды, – сказал каптер, которого явно науськал обиженный профессор Урф.
Как бы я не спешила, смогла сделать всю работу только к концу ужина. Влетела в пусту столовую в последнюю минуту перед закрытием, опрокинула в себя стакан ягодного морса, заела подсохшей булкой и еще раз залила напитком.
– Вот теперь другое дело! – мне и этой малости вполне хватило, чтобы почувствовать себя довольной. И даже наказание не было в тягость, только вымоталась немного.
Взялась за ручку двери с мыслями, что сейчас брякнусь на кровать и вырублюсь, как убитая. Но когда вошла в комнату, все планы рухнули…
На своих кроватях лежали Этан и Ник, закинув руки за головы. Один читал книжку, другой смотрел в потолок.
И что? – спросите вы. Пусть себе лежат, ничего страшного!
Но я вам скажу, что таким мужчинам лежать с голым торсом – это та еще запрещенка! Я бы на каждого табличку повесила «Осторожно! Горячо!»
Остановилась, словно замороженная, растерянно хлопая глазами. Это они что, хотят насильно выбить из меня реакцию? Так не дождутся! Сейчас, еще секунда, ну еще одна, и я возьму себя в руки и перестану выглядеть ошалевшей.
А потом я почувствовала, что в комнате нереально жарко.
– Фух, невозможно. Откуда такая жара? – Чакки дул в оттянутый ворот рубашки. – Крис, раздевайся, нам кто-то парную устраивает.
Я подозрительно посмотрела на Этана – владельца огненной магии. Дело рук Крофа? Но ребята поняли бы сразу… Или…
Перевела взгляд на Ника, стараясь не смотреть на кубики пресса, и заподозрила неладное: он не перелистывал страницы.
Может ли быть, что Прейд специально поддержал затею Крофа, чтобы вывести меня на чистую воду? Совсем ребят сомнения допекли, что даже такого спокойного парня проняло? С Этаном все понятно, от него я ждала любой каверзы, а вот такая комбо атака с двух сторон – полнейшая неожиданность!
– Крис… – Этан хитро блеснул глазами, явно собираясь выкинуть очередную проверку, и тут вдруг подключился Ник:
– Ай! Шея! – схватился он за страдалицу, корчась. – Крис, нажми на точку, чтобы отпустило! Ай! Быстрее!
– Эй! – возмутился Этан, но я уже подбежала к Прейду, спрашивая:
– Куда нажимать?
– Вот сюда! – показал Ник пальцем. – А потом ниже, я туда не достаю, надави и разотри по кругу.
Я сделала, как он просил, и руки запылали.
– Еще пониже, вот так, да! Оу, да! Отпускает!
– Прейд! – возмутился Этан, севший на кровати от возмущения.
Черт! Что я делаю?!
А, может, его и правда заклинило, а я…
– Расклинило? – спросила, заглядывая в лицо Нику.
– Немного, но…
– Вот и отлично! Дальше тебе Кроф хочет помочь! Вон, как возмущается, что я до тебя дотрагиваюсь, – я повернулась к Этану и показала на лежащего в шоке Прейда: – Он твой!
А потом шлепнулась на кровать прямо в одежде, чувствуя полное бессилие. Еще день! Еще завтра! Я продержусь!
Обижено сопение раздалось с обеих сторон. В комнате резко похолодало.
– О, отпустило, – Чакки с удовольствием накрылся одеялком, и сладко зевнул: – Крис, может, и мне массаж как-нибудь сделаешь?
– НЕТ! – гаркнули одновременно Этан и Ник так, что я подскочила на кровати.
Вот еще! Будут эти двое решать, что мне и когда делать!
– Может быть, – буркнула в ответ.
ГЛАВА 20.
Рано утром я проснулась, как от толчка. В холодном поту, мокрой насквозь пижаме, и с бешено стучащим сердцем. Нервно огляделась по сторонам, заметив мирно спящие силуэты ребят, и задышала медленней, успокаивая дыхание.
Это сон! Неправда! Я так сильно не попала!
Перед глазами замелькали картинки сновидений: вот я в белом свадебном платье иду к цветущей арке, у которой меня ждут улыбающиеся Ник и Этан. Когда я подхожу, мужчины галантно протягивают мне по руке, и я кладу руки в их ладони. По безымянным пальцам скользят два кольца, и я стараюсь подарить любящую улыбку каждому, никого не выделяя.
Рядом на стульчике рыдает та девчонка, что бросилась мне на шею на балу, утирает слезы платком.
С цветущей арки падает алый бутон, а на земле становится черным. Второй бутон повторяет судьбу собрата и чернеет рядом, потом третий. Великолепные цветы осыпаются на землю, становясь угольками, все быстрее и быстрее, пока не остается колючая, словно терновый венок, арка из стеблей и иголок.
Ник и Этан счастливо улыбаются, не видят, что происходит за спинами. А тем временем бутоны-угольки превратились в черный песок, который медленно, словно мелкие мушки, поднялся вверх, и закружился в водовороте смерча. Столб черноты стал плотнее, а потом и вовсе соткал фигуру человека.
Еще секунда, и темный силуэт стал настолько детальным, что я могла сказать, во что одет мужчина – свадебный фрак, где единственным белым пятном была роза в кармане. Черный фрак, черные туфли, черные волосы, черная маска на лице.
– Ты моя невеста! Это я призвал тебя! – говорит незнакомец, рот маски не шевелится, голос приглушен. – Не смей испытывать чувств к другим!
Взмахивает рукой, и Ник с Этаном отлетают в разные стороны, собирая собой с десяток пустующих стульев для гостей.
Рыдающая Матильда захлопала в ладоши и радостно рассмеялась:
– Да-да-да!
– Ты поняла? – незнакомец медленно развернулся и показал на место под аркой. И тут же, словно по чудесному велению, там показался мой мир: спешащий город, отчий дом с грустными родителями, поддерживающие друг друга объятиями, моя пустующая квартира.
Потянулась туда, словно мотылек на свет, но была поймана за руку незнакомцем:
– Никаких чувств! Поняла?
Мужчина во фраке взмахнул рукой, и тут же мой мир растворился в воздухе, будто его и не было. Последним, что я увидела, было обеспокоенное лицо матери.
И тут я проснулась!
Родители! Как они там? Как же до этого сна было удобно думать, что время в моем мире остановилось, и я вернусь в ту точку, откуда меня унесло в другой мир!
Чувствовала себя паршивей некуда – настоящей эгоисткой, что старалась настолько не думать об открытой ране, нанесенной женихом, что словно перекрыла себе воспоминания о родном мире. А ведь там остались люди, которых я люблю, и которым дорога я. Что они будут думать все эти полгода? Выдержат ли такой удар родители?
Существует ли способ послать им весть?! И кто этот незнакомец в черном? Плод моей буйной фантазии или настоящий маг, что навеял сон? От этого мира можно ожидать всего!
Ну, Крис, держись! У меня столько вопросом, что ты завтра устанешь отвечать!
Стараясь двигаться бесшумно, надела ботинки и выскользнула за дверь. Мне срочно нужен освежающий душ! Наконец-то я дорвусь, пока все дрыхнут в своих постельках, и смою этот сковывающий страхом сон.
Часовые у общежития проводили сонными взглядами, но ни слова не сказали. В душевой стояла непривычная оглушительная тишина, было влажно и пахло местным мылом. Интересно, а входная дверь запирается?
Да! Вот только на хилую щеколду!
– Щелк! – так спокойней.
Без приключений добралась до своего шкафчика, оглянулась по сторонам и осторожно присела на скамейку, чтобы снять ботинки. Оказывается, я уже настолько привыкла к гомону вокруг и компании, что сейчас чувствовала неловкость от тишины и одиночества. Радовало только предвкушение горячего душа…
Сначала повесила форму в шкаф, а потом передумала и взяла с собой, а сама обмоталась полотенцем. Зашла в душевую, пробежалась взглядам по перегородкам и выбрала самое дальнее место по правой стороне. Повесила вещи, полотенце и открыла душ, с удовольствием подставляя лицо под струи.
Кайф!
Мыло скользило по коже, смывая грязь, и я словно заново перерождалась. Вода всегда приводила меня в чувство и придавала сил. Помогла и сейчас: в голове быстро расставила приоритеты и примерную схему действий, решив, что если не могу изменить свое попадание, то сделаю максимум, чтобы обезопасить себя, разобраться в странных покушениях на жизнь Криса, и попробую маякнуть родителям, что со мной все хорошо.
– Это не командир Грум, а командир Глум, зараза! Лишь бы поглумиться! – неожиданно раздалось из коридора, и я спешно выключила воду, и прижалась к перегородке, сграбастав одежду.
– Вер, сам виноват! Если бы не готовил месть Прейду, то нас бы не поймали на складе! – ворчал недовольно второй голос.
Первая группа! И этот злобный Вер! Вот же напасть! Ну что им не спится? Или…Я принюхалась и поморщилась – до меня долетел запах кислых нечистот. Бу-э-э!
– Да какая разница, где нас поймали! Почему он меня, как последнего бродягу, отправил расчищать полигон с ящерами! – заскрипел вентиль, душ струей ударил в половую плитку через одно место от меня.
– Гык, мы Груму очень кстати подвернулись! – перекрикивал звук воды второй парень. – Слышал, сегодня группы отправят на укрощение этих чешуйчатых тварей, так что не успеем соскучиться, как опять там будем. А я так спать хочу! Хорошо, хоть дерьмо выгребать больше не будем!
Ящера? Твари? Сегодня? Но пятница же! Зачем так сразу?! Не могли полгодика подождать?!
– Если командир думает, что я оставлю Прейда в покое, то сильно ошибается. Нечего было трогать мою семью… – мстительно сказал Вер, а потом ушел с головой в купание.
Я же молилась про себя, чтобы им не приспичило осмотреть пустые кабины. Становиться невидимой я не умела, надеть форму тихо тоже не получится. Кое-как замоталась в полотенце, но и так ко мне будет больше вопросов, чем у меня есть ответов…
Чуть не поседела, пока эти двое не помылись. И когда они вышли в коридор, сползла по стеночке на пол от облегчения.
– Вер, смотри, сапоги… В душе кто-то еще есть! – раздалось громко и неожиданно, словно удар грома посреди ночи.
Черт! Что же делать?!
ГЛАВА 21.
ГЛАВА 21.
– Эй! Кто тут?! – крикнул Вер, мгновенно насторожившись. Еще бы, они тут свою месть Прейду обсуждают, а тут уши нарисовались – не сотрешь!
Может, поорут и уйдут, а? Думаете, напрасно надеюсь? А что мне остается?!
Вцепилась мертвой хваткой в полотенце, обвязанное вокруг тела и почти не дышала.
– Сапоги мелкого размера. Похоже, этого дрища – Криса! – с долей паники громко зашептал прихвостень Вера. Голос доносился из коридора. Похоже, именно сейчас обувь досконально осматривалась со всех сторон, и как же я сейчас жалела, что мои ноги не воняют, как у мужика.
Хотя, в этом магическом мире и мужики не особо-то и пахнут даже после марш-броска! Разве что, как этот Вер, в нечистотах не поковыряются.
– Крис-кис-кис, ты тут? – словно кошку, приманивал этот умник, приближаясь. – Прячешься? Понял, что услышал лишнего?
– Боится нас, букашка мелкая! Как в компании, так нос задирает, – шаги становились громче. – Давай-ка покажем, как надо себя вести!
– Начнем с языка! – предложил Вер.
Да провались вы пропадом! Что же за невезуха такая! – в сердцах воскликнула я, и услышала мужской крик, вперемежку со странным скрежетом.
– Вер, я ничего не вижу! Вер! – орал прихвостень главаря первой группы.
– Придурок, Зак, встань, тогда увидишь! Мы провалились из-за этого Свальда, – плевался словами, словно ядом, парень. А потом громко добавил, явно адресовав мне: – Это тебе не сойдет с рук! Загремишь в карцер за применение магии, понял?! Или будешь за ящерами год выгребать!
Я несмело выглянула из-за перегородки и с облегчением выдохнула: посреди душа зияла яма такой глубины, что даже макушек парней не было видно! И это все сделала я? Быть разрушителем, оказывается, полезно!
Зрение поплыло, я почувствовала резкую слабость и поняла, что не все так радужно, как представляла. Магия, судя по всему, не берется из потолка, и я потратила кучу сил, а теперь получаю откат. Усталость навалилась мокрым ватным одеялом, прибивая к полу, и я с трудом заставила себя кое-как одеться. Наполовину промокшая, потому что опиралась одетая на мокрые стены душа, выбралась из ниши и осторожно прошла мимо провала.
Ух и натворила я дел! Зато не поймали!
– Эй, Свальд! Я тебя вижу! – крикнул Вер.
Не страшно! – хотелось съязвить в ответ, но сил не осталось.
Моргнула, потом еще раз, после чего попробовала двинуть свинцовые ноги с места, и врезалась в чью-то твердую грудь.
Подняла голову и встретилась с пристальным взглядом командира Грума, у которого на щеке остался след от подушки.
– С-с-свальд! – недовольно начал тираду мужчина, а потом резко прервался, ухватив меня за плечо, и заглянул в душевую. Зло сверкнул глазами: – Весь резерв грохнул, кадет? Ума нет?
Я задрожала, как лист на ветру. Но не из-за страха, а от холода.
– Если думаешь, что так избежишь карцера, то зря надеешься! Резерв можно и там восполнить! – разозлено отчитывал Грум, а я уже мечтала вырубиться. Но то ли то зелье докторское укрепило тело, то ли просто я стала сильнее – упорно не отключалась.
– Солдаты, в карцер кадета Свальда за применение магии в стенах академии вне занятий. Поставьте в камеру восстановитель и дайте сок прасечника. Никого не пускать к нему.
– Есть! – словно из воздуха соткались двое мужчин, подхватили меня под локти и почти понесли под полом.
Уже через десять минут я лежала на деревянной узкой лавке в камере и наслаждалась покоем. Серьезно наслаждалась! Здесь можно было спокойно выспаться, не дергаясь от проницательных взглядов, а бессилие добавляло равнодушия.
– Может скажем командиру, что Свальд себя странно ведет? Улыбается, довольный… – послышался шепот у двери.
– А оно тебе надо? – спросил второй. – Может, у бедолаги план такой: отоспаться. Вдруг с группой не повезло, и те покоя не дают…
Не дают! – про себя согласилась я. Смотрят своими любопытными глазюками! Хотят докопаться до сути! Никакого покоя!
– Слушай, может, этот Свальд узнал, что сегодня их к ящерам забрасывают? Я вот когда кадетом был, если бы знал, через что придется пройти у чешуйчатых гадов, добровольно перед директором академии огненное шоу устроил, лишь бы в карцере пересидеть.
Я-то узнала, только ни за что бы не сообразила такое провернуть, если бы не приставучий Вер! Так это что, должна еще ему спасибо сказать, что не пойду сегодня к хладнокровным, а высплюсь? Так это не наказание, а санаторий!
– Откуда ему знать? Командир держит такие вылазки в секрете. А то бы все поголовно так откашивали.
– Связи? – предположил другой.
И тут я провалилась в сон…
– Кадет Свальд! КАДЕТ СВАЛЬД! – стены трещали от крика, кирпичная кладка съезжала, а я упорно не могла выбраться из вязкой трясины сна.
– М-м-м? – только и смогла вопросительно промычать в ответ. Уже во сне отзываюсь на чужую фамилию, скоро родную забуду!
– Не «м-м-м», а «я»! Встать, когда с тобой старшие по званию разговаривают! – рявкнул как дракон кто-то, и я подскочила, будто меня подпалили огненной струей. Хотя, почему будто – попу натурально жгло!
Огневой?
Встала перед незнакомым мужчиной, покачиваясь на месте. Этого усача я видела в первый раз. Кто он?
– Думаешь, что проваляешься весь день, и тебе все сойдет с рук? – мужчина обернулся назад и приказал: – Заносите!
Я с любопытством посмотрела на закрытый короб и боялась предположить о его содержимом. Усач выглядел так, будто принес мне худшую пытку в мире, и сейчас оттуда на меня прыгнет монстр бездны, с которым я должна буду сражаться голыми руками.
Солдаты мерзко хихикали, посматривая на меня с таким ожиданием, что я в панике посмотрела на дверь. А это законно? Такое издевательство, что они приготовили?
Как же мне не нравится выражение их лиц!
Хотелось спросить у усача: А вы кто?
Знаете, как в нашем мире уточняют у должностного лица, чтобы в случае чего знать, на кого жаловаться. Но посмотрела на мужика и не решилась навлечь на себя еще большие проблемы.
– Открывайте! – приказал усач, и солдаты осторожно подошли к ящику и ме-е-едленно подняли крышку.
С опаской сделала шаг вперед, подалась корпусом, заглянула внутрь и удивленно моргнула. Что это?
– Выйдешь из камеры, только когда пришьешь каждую эмблему академии на рукав ВРУЧНУЮ! – сказал мужчина таким тоном, словно это было самое великое наказание мира. – И чтобы аккуратно все было! Командир сам все проверит!
Солдаты выпучили глаза, с ужасом поглядывая на содержимое ящика, и попятились на выход. Усач одернул форму, преисполненный важностью миссии, и с вызовом посмотрел на меня.
Я же еле сдерживалась от приступа смеха.
– Трясешься? Правильно! Трясись! Потом лишний раз подумаешь, прежде чем силу применять!
Дверь захлопнулась, и оттуда послышалось:
– Спорим, за выходные не управится!
– За следующие выходные? – гоготнул второй.
О, нет, ребята, если бы можно было беззастенчиво ржать, я бы сейчас смеялась громче всех!
ГЛАВА 22.
ГЛАВА 22.
Рукодельницей никогда не была, но держать иголку с ниткой могла, да и природной усидчивостью обладала. Прибавим к этому абсолютную тишину камеры, ноль отвлекающих факторов и, к вечеру пятницы, получаем полностью готовую работу.
– Ты магичил?! – не верил солдат. Он принес скромный ужин из непонятного месива и напитка, и таращил глаза на пришитые эмблемы. Перебрал уже весь короб, убедился, что на каждой штуке есть нашивки и с подозрением покосился в мою сторону.
– Мик, какая магия в камере? – второй солдат стоял у двери и пристально рассматривал мою фигуру. Неужели, заподозрил, что я женщина только по одному умению нормально пришить? Мужики же тоже на такое прекрасно способны!
Или это иномирные мужики другие?
– Признавайся, у тебя фамильяр в кармане? – спросил этот самый Мик, уперев руки в боки.
Ага, домовой из другого мира! – мысленно закатила глаза. Меня придирчиво осмотрели с ног до головы, потом ткнули в моем направлении каким-то камнем и удивленно хмыкнули:
– Сам, что ли? – солдат уважительно стрельнул в мою сторону взглядом, а потом посмотрел на короб и его знатно тряхануло. – Что, занозой в детстве был, раз наказывали часто?
Эм-м-м? Я упустила хвост логики: какая зависимость между умением пришить и детскими наказаниями?
– Меня мать, только когда я домой ночевать не пришел, за иглу посадила, – негромко поделился Мик.
– Дичь какая! – подхватил второй, ведя плечами, словно сбрасывал плащ неприятных воспоминаний. – Ненавижу это! Лучше под обстрелом огненных шаров отца два часа скакать, чем иголкой пришивать!
Оба солдата вздрогнули, покосились на меня, как на инопланетянина, подхватили короб и вышли, бросив напоследок:
– Все равно раньше завтрашнего утра не можем отпустить. Командир уже ушел.
– Вот и замечательно! – вслух обрадовалась, чем заслужила еще одну порцию непонимающих взглядов.
– Странный этот Свальд, – послышалось отдаленное из коридора, как только солдаты закрыли камеру, и пошли дальше.
– У меня от него мурашки! – брякнул второй, а я довольно растянулась на скамейке и зевнула. Даже есть неохота, словно организм сыт одним восполнившимся резервом.
Не успела задремать, как услышала легкий стук по прутьям камеры. Повернулась, сонно взглянула на солдата, кажется, Мика, который прижимал палец к губам. Поманил рукой, и я заинтересованно подошла.
– Дай в окошко знак своей группе, достали!
Я удивленно моргнула. Обернулась, заметив узкое отверстие окна под потолком, и прикинула, как я к нему доберусь. Разве что поставив скамью на дыбы…
Кивнула, поблагодарив, а после потратила пять минут, чтобы приладить скамью к стене так, чтобы не грохнуться и выглянуть в окно. Ник стоял ровно, не шевелясь, словно статуя. Этан сидел на корточках, не сводя пристального взгляда с окна, а Чакки бродил туда-сюда, нервно поглядывая по сторонам. И все как один, переполошились, когда увидели мою физиономию.
Рты ребят шевелились, но до меня не доносилось ни звука. Похоже, защитная стена окружала здание так, что ни магический ветер, ни слово, не попадали внутрь. Показала жест с помощью большого пальца, что все в порядке, и помахала рукой «Идите». Ребята хмуро глянули в ответ, и только один Чакки ослепительно улыбался и махал рукой.
Надо же, беспокоятся!
Ночь в камере была самой спокойной за все время в другом мире! И пусть тело ломило, но я забыла, когда высыпалась так в последний раз. Сладко потягиваясь утром, подумала, что нужно периодически шалить с магией, чтобы получать вот такие передышки.
– Ты что такой довольный, Свальд? – недоумевал солдат, открывая замок.
– Так выходной же! – нашлась я, бессовестно улыбаясь во все тридцать два зуба.
– Точно ненормальный! – раздался шепот в спину второго солдата.
Бодрой походкой, чуть ли не вприпрыжку, отправилась в сторону ворот, как меня кто-то потянул за шиворот назад:
– Куда намылился? – Этан так возмущенно фырчал, что у него ноздри раздувались. – А завтрак?! А рассказ об одинокой ночи в камере?
К черту завтрак, я по тапкам! – подумала я, а сама разжала хватку Крофа и весело заметила:
– Что, без меня невкусно? – и только по стремительно сузившемся в хищном прищуре глазам поняла, что зашла на зыбкую почву. – Дома поем! Спешу!
И поторопилась, пока не ляпнула еще что-нибудь. Этан тут же пошел рядом, без труда нагнав с помощью своих длинных ног.
– Давай подвезу! – предложил, показывая на свой припаркованный за воротами дрон. – Что ты на общественном будешь толкаться!
– А я и не буду, – довольно подняла подбородок вверх, нашла взглядом огромную фигуру Джека рядом с какой-то странной висящей в воздухе колымагой, и показала рукой. – Меня ждут, пока!
– В понедельник заболеешь? – донеслось вслед, но я промолчала, махнув рукой.
Пока дошла до некроманта Кроф просверлил во мне дыру взглядом – между лопаток неимоверно жгло! Или это он там огненно магичит?
Оглядываться не стала, дала пять огромной лапище Джека и села в покачивающуюся, как на волнах, летающую железку.
– Она на ходу? – спросила, вжавшись в сиденье, когда эта телега заскрипела при первом движении. – Мы долетим?
– Домчим! – загадочно хмыкнул Джек, залихватски закинул бороду за плечо и дал такого газу, что я замолчала минут на пять. Мир к окне смазался, словно кто-то мазнул рукой по свеженаписанной картине, а живот скрутило узлом. Как хорошо, что я не ела!
– Все! Оторвались! – довольно пробормотал в бороду некромант, поглядывая в зеркало заднего вида, точь-в-точь как у наших машин – по бокам.
– От… от кого? – не сразу смогла говорить я от страха.
– От твоего дружбана! Сел на хвост, думает, раз на Пачетти, то король? Мой Кролик еще не таких обскакивал?
– Кролик? – переспросила, уже с уважением поглядывая на транспорт некроманта.
– Ага! Только не спрашивай, из чего он сделан, а то больше не сядешь, – некромант с любовью погладил руль.
– И не буду! – поклялась я, понимая, что так и есть. Да ну его! Я впечатлительная, фантазия хорошая, а выбираться с летающего острова, на котором находилась Академия, как-то надо!
Через десять минут мы сели на заднем дворе домика некроманта, и я выскочила из машины, желая побыстрее почувствовать твердую почву под ногами.
– Понравилось?
– Несказанно, – ответила со всем сарказмом, на который была способна.
– Спасибочки! – зарделся некромант, не поняв иронии. И мне даже стыдно стало: мужик старался, детище свое демонстрировал, доставил, а я еще нос ворочу.
– Было незабываемо! – искренне заметила я, и некромант окончательно растаял: с любовью погладил колымагу по гнутому крылу, и та заурчала в ответ.
– Бог мой! – от неожиданности меня отбросило назад на пару метров!
– Не боись! Не укусит! – успокоил Джек. – Ладно, пошли. Там Крис уже весь извелся, ждет новостей!
Извелся он! Ха! Да я лучше все эти деньки валялась бы, чем проходила через полосы препятствий, магические леса с болтунами, марш-броски! И да – никто меня про мужскую военную академию не предупреждал!
Мы вошли в дом, и тут же из глубины раздался голос Криса:
– Да я почти сдох от любопытства!
Кажется, слышимость тут удивительная! Или слух у некоторых…
Я вошла в спальню, приняла самый внушительный вид и с запалом начала:
– Кристиан Свальд, ты мне по гроб обязан будешь, после всего, через что пришлось пройти за эти дни!
Крис был бледнее подушки, и удивленно хлопал глазами.
– Что строишь невинность?! Почему не предупредил, что это не простая академия? – я встала у изножья кровати, как посланник кары небесной.
– А ты согласилась бы, если бы знала? – грустно улыбнулся двойник и пожал плечами: – Это ложь во благо!
– Ага. Для твоего блага! – наконец-то я могла высказать ему все, что думала. – Ты, вообще, думал о том, какого девушке среди сотни мужиков? В комнате со мной трое! ТРОЕ! Я уже молчу о том, что я подыхаю на практических занятиях, а в душ вообще не могу пойти! Ты знаешь сколько я увидела в первый день голых мужских задниц?
Крис заметно порозовел. Вот так-то!
– Прости… не подумал… – тихо сказал он, выглядя действительно раскаявшимся. Я даже немного поутихла, бурча:
– Ты знаешь, что я на грани разоблачения?
Крис подорвался на кровати и застонал от боли, рухнув обратно:
– Кто? Тебя засекли преподаватели?
– Нет. Двое из группы подозревают во мне девушку, поэтому, Кристиан Свальд, ты должен любыми способами в понедельник явиться на медосмотр и быть бодрячком!
Кристиан растерянно посмотрел на Джека и почесал затылок:
– Это возможно?
– На несколько часов я могу тебя простимулировать, но не более. Тебе только время поможет, – задумчиво поделился суждениями некромант. – Кристин, давай без этого выкрутишься?
– Я без этого только вкручусь в неприятности! – стойко стояла на своем, уверенная, что медосмотр не переживу.
– Думаешь, раздевать будут? – сомнительно протянул Крис. – Это вряд ли. Скорее опрос о состоянии здоровья, вес, рост, магическая метрика… Кстати, надо подумать, как объяснить, что она у тебя нулевая.
– Нулевая? – хмыкнула я, вспомнив все, что натворила. – А вот тут тебя ждет сюрприз! И, знаешь, у меня к тебе накопилось о-о-очень много вопросов!
Джек брякнул что-то про успокоительную настоечку и скрылся, а я воспользовалась возможностью и тихо спросила:
– Мы можем доверять Джеку?
Крис мгновенно стал серьезным и задумался на секунду:
– Думаю, да. Чудной он, но безобидный! Мы с ним даже подружились, пока я тут валялся.
– Это хорошо… – я прокручивала в голове свой план.
– Ты мне лучше расскажи, как прошел бал. Тебе удалось избежать родителей? Не попался, раз здесь? – Крис ерзал на матрасе от нетерпения.
– Знаешь, Кристиан Свальд, сначала ты ответишь на все мои вопросы. А то кинул в гущу событий без инструкций, и выплывай как хочешь! Ты хоть знаешь, что я не могу ни читать и писать по-вашему?
– Ой! – запоздало понял Крис.
– О, да! И это только начало моих неприятностей. Я за тебя не только потею, но и чуть не умерла пару раз!
– Как? – побледнел парень. – Было еще одно покушение?
– Два! Я приняла на себя ведьмин дар, – сделала паузу, во время которой следила за реакцией Криса. – И подарок от любимого дядюшки, который должен был разорвать в клочья – точечный магический удар.
На двойника было страшно смотреть – тот посерел после моих слов, опустил голову и, не моргая, смотрел на одеяло.
– Прости, – наконец сдавленно сказал он. – Не возвращайся, это опасно. Мы что-нибудь придумаем, как вернуть тебя…
И тут печать слова на моем мизинце напомнила о себе так, что я вскрикнула от боли.
– Что? Что такое? – не понял парень.
Я показала свою руку с проявившимся на ногте знаком и напомнила.
– Точно, печать, – двойник опять уронил голову вниз, и я не смогла прочитать выражение его лицо. То, как Крис отреагировал мне понравилось, особенно его слова о том, что не надо возвращаться, и паранойя немного отступила.
– Кто точит на тебя зуб?
Крис поднял взгляд, но губы остались плотно сжаты.
– Я должна знать, – уверенно настаивала на своем. – Сейчас именно я рискую своей жизнью.
Крис задумчиво посмотрел на меня:
– Я одного не пойму: ведьмин дар ориентирован на магическую силу, почему полетел к тебе, а не ко мне?
– Я тоже думала об этом. И у меня к тебе вопрос: у тебя осталась твоя сила?
Крис побледнел, сглотнул, и растерянно посмотрел на входящего с подносом некроманта:
– Джек уверял, что сила не откликается из-за моего состояния…
– А какая у тебя сила? – осторожно спросила я.
– Воздух, – удивленно моргнул Крис.
И я вспомнила упоминание на отборе в группы о Свальдах, как о роде воздушников.
– Я – разрушитель, – призналась тихо. Но зато какую реакцию произвела! Поднос упал из рук Джека, Крис подскочил на подушках, и оба с открытыми ртами смотрели на меня.
– Что? – я переводила взгляд с одного на другого. – Все так плохо?
Молчание длилось минуту. И это нервировало.
– Так и будете молча таращить глаза?
– Погоди, дева, мы перевариваем! – медленно пробормотал Джек. А потом растерянно погладил бороду, прошел прямо по осколкам и сел на кресло.
– Да что такое-то? – дайте конкретику!
– Ничего… Кроме того, что ты первая женщина – разрушитель. Остальное можно пережить… Где там моя настоечка? – и посмотрел с надеждой вниз, словно на полу могло что-то уцелеть.
