332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Буланова » Моя строптивая пара (СИ) » Текст книги (страница 10)
Моя строптивая пара (СИ)
  • Текст добавлен: 19 декабря 2020, 20:00

Текст книги "Моя строптивая пара (СИ)"


Автор книги: Наталья Буланова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

И только футболка и джинсы легли в стопку, как запах крови внезапно прекратился. Шаги тоже стихли.

Сзади Суворов почувствовал движение, резко развернулся, но наткнулся на Дмитрия, главу клана Иных.

– Позволь мне. Я сам должен поквитаться с ней, – сказал гибрид, скидывая одежду на ходу. Еще секунда, и перед альфой обернулся полуволк-полумедведь.

Многие гибриды в форме зверя выглядели смешно: несуразные сочетания двух видов животных смотрелись как насмешка природы. С Димой же все было по-другому: от медведя он взял мощь, от волка – грацию и выносливость.

Черные когти опустились на плиточный пол. Огромный зверь с темно-серой шерстью, чьи волоски были словно наэлектризованы, перебирал лапами: не терпелось сорваться с места. Морда оскалилась в предвкушающей волчьей улыбке, а уши дернулись в точности как у косолапых. Длинный пушистый хвост мотался, словно маятник на часах, в ожидании охоты.

– Иди, я прикрою, – согласился Суворов, оборачиваясь в светлого крупного волка.

Гибрид, казалось, взял все самые сильные стороны двух видов, выиграв в лотерею судьбы: острый нюх медведей и глаза волков. Если бы было наоборот, то Дима мучился бы со слабым зрением, а волчий нюх пусть и был хорош, но не компенсировал бы расплывчатость мира медведей.

В одном ему не свезло: гибрид был стерилизован, и это было единственным больным местом мужчины.

Дмитрий выступил вперед, пригнулся, стараясь поймать след, и тут же уловил запах Плетки среди десятков других. Здесь она прошла человеком пару часов назад. Но где же она сейчас? Как заглушила запах крови?

Ледовый дворец был огромен, с множеством укромных мест, но гибрид был уверен, что у раненой рыси не будет и шанса уйти. Слишком много охотников сегодня горят жаждой мести. И если Мун ее отпустил и не погнался следом, то либо он смертельно ранен, в чем Дима сомневался, либо остался со своей парой.

Но гибрид даже был рад, что сможет столкнуться с врагом всех Иных лично. Тихо пробирался вперед, втягивая воздух, и почти потирал лапы в жажде расправы.

Неожиданно в нос ударил насыщенный запах ароматизатара со вкусом чего-то съестного, но слишком неправдоподобный, чтобы вызвать слюну. А потом у стены гибрид нашел открытую и полностью использованную баночку с воском для клюшек. Эта штука пахла так, что перебивала даже запах крови!

Дмитрий завертел мордой по сторонам, заметив мазки воска на стенах. Разводы от пальцев. Значит, Плетка обернулась в человека. Уж не зализала ли раны воском? Глупость, но усложнить задачу может, особенно если она размажет эту мазюкалку по всем ответвлениям коридора, чтобы скрыть свой след.

Гибрид угрожающе зарычал. Он не позволит Плетке снова испариться! Она обернулась в зверя, значит, никаких фокусов со спреями не провернет.

Дмитрий снова закрыл глаза, разобрав ароматы буквально на атомы, и двинулся вперед, скорее ведомый чутьем, чем запахом. Нашел окровавленные тряпки, которыми Плетка стирала кровь. Увидел разорванные лоскуты и понял, что она перевязала себе раны. Но как бы она ни стерла кровь, как бы ни сбивала дурно пахнущим воском в разных направлениях, гибрид без проблем нашел ее запах.

И он шел вверх!

Выше и выше, петляя по коридорам, бегая туда-сюда по лестничным пролетам, Дмитрий все же не сбился со следа и вышел на крышу.

Здесь!

ГЛАВА 88

ГЛАВА 88

Гибрид не поверил своим глазам. Неужели?

На плоской открытой крыше лежало женское тело, перемотанное кровавыми тряпками. Спина, ноги… Какая же худая эта Плетка с виду, а на деле оказалось, что даже кости не торчат!

Рядом остановился волк и тоже настороженно посмотрел вперед. Оба оборотня думали об одном: Плетка притворилась мертвой, чтобы подпустить преследователей поближе и попытаться вцепиться в глотку.

Медленно переставляя лапы, напряженные до пружинящих конечностей, волк и гибрид подбирались к жертве с двух сторон. В трех шагах от нее оба замерли и втянули воздух. Прислушались.

Дыхания нет. Минута, две…

Столько невозможно задерживать воздух в себе! Плетка не дышала.

Дмитрий даже почувствовал вкус разочарования: схватки не вышло. Мун все-таки нанес ей травмы, несовместимые с жизнью. А он так хотел лично разорвать мучительницу на части! Ну хотя бы добить! Но никак не застать ее дохлой.

Внезапно взгляд упал на голову женщины. Светлые пряди, не седые. Их попытались скрыть под головой, но они, кажется, длинные. Пропитались кровью? Кажется, они слишком длинные… Ну-ка, ну-ка, а что с шеей? Да у нее же вскрыта глотка!

Если бы Мун нанес ей такую травму, она бы столько не пробежала, путая следы до самой крыши. Тут что-то не то!

Гибрид с альфой синхронно обернулись. Кажется, оба заметили неладное в одно время и решили убедиться. Дмитрий перевернул бездыханное тело на спину и чертыхнулся.

– Твою мать! Она нас обманула!

От тряпок точно пахло Плеткой. Эта хитрая стервь не только убила ни в чем не повинного человека, так еще и выдала за себя, обмотав кровавыми лоскутами. Воск для клюшек скрывал настоящий запах погибшей.

А девушка была красивой даже сейчас, на краю входа в другой мир. И гибрид почувствовал внутри щемящее чувство утраты, хотя даже не знал бедолагу.

Жалко, когда уходят молодые.

– Она снова обвела нас вокруг пальца! – процедил сквозь зубы альфа. – Скажи своему клану оцепить периметр, а я прикажу своей стае войти внутрь. Мы привыкли работать в команде, так что так будет результативней.

Гибрид не был рад раскомандовавшемуся альфе, но признал правоту волка. Сейчас не до разборок между собой и не до измерения авторитета, главное – поймать эту сволочь.

Стас и Дима отдали короткие приказы с крыши и получили утвердительные кивки снизу. Команды поняты. Отлично!

– И пусть наш док поднимется на крышу, – добавил Дима, обращаясь к гибриду внизу, а сам про себя пробормотал: – Вдруг ее еще можно спасти…

– Она потеряла слишком много крови. Не жилец, – прагматично отметил альфа.

– За жизнь нужно бороться до конца. Наш док творит чудеса, пусть попробует! – возразил гибрид, которые видел немало случаев в изоляторе, когда смерть разжимала смертельный захват или же, наоборот, уносила самых крепких.

Дмитрий рванул вниз, и инстинкты альфы заставили того пуститься следом, догнать, обогнать.

– Ты куда?

– Я проверю подвал. Здесь должна быть огромная система стока, возможно даже выход в систему городской канализации. Если так и есть, то, скорее всего, она там.

– Так что ты молчишь? Сейчас направим часть стаи туда.

– Направляй. Я пошел!

– Но твои ребята снаружи.

– Стас, я понимаю, что инстинкт вожака просто не терпит конкурента рядом, но запихни-ка его в одно место, – с этими словами Дмитрий обернулся в зверя и рванул так, что когти скребанули по полу.

Альфа рыкнул и обернулся следом, впервые прислушиваясь к совету гибрида.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 89

ГЛАВА 89

Замок на подвальной двери был сорван и измазан в крови. Отчаянные разводы по двери, жирные капли на полу, ведущие, словно дорожка, вниз по лестнице.

Вот где в достатке клубился запах Плетки!

Здесь она уже так не скрывалась за воском для клюшек. Или же, возможно, ее раны открылись настолько, что их было не замаскировать ничем.

У оборотней от обилия крови врага все мышцы сводило в ожидании драки! Быстрей бы! Быстрей!

Стас и Дмитрий промчались по следу, но все равно не успели: решетка в огромный сток оказалась сорвана. Гибрид, разгоряченный погоней, прыгнул следом за Плеткой, но, пробежав пять метров по грудину в воде, остановился на развилке трех ходов. Здесь след смывался и полностью терялся.

Преследовать дальше – пустая трата времени и ресурсов. Миллионы ходов просто не оставляли шанса на удачу.

Р-р-р, опять ушла! Ускользнула из-под носа!

Вернулись Стас и Дима ни с чем. Суворов нашел в стопке вещей на полу свой телефон и написал послание всем участникам облавы:

“Она ушла по системе канализации. Отбой. Всем спасибо за участие”.

– Альфа, достать план сети? – тут же спросил Егор, подбегая.

Не только двое сегодня настроились на хорошую драку или хотя бы погоню. Оборотни так и дышали негодованием, ругаясь как сапожники.

– Нет, это бесполезно и очень опасно, – медленно покачал головой Стас, запрокинул голову наверх и закрыл глаза.

Дмитрий устало присел рядом со своей кучей вещей, чувствуя приступ бессилия. Опять ушла! Да сколько можно? Раненая, окруженная… одна против кучи оборотней, она все равно умудрилась выскользнуть из рук.

– Мун ведет шестерых свидетелей. Нужно собираться, а то и без того привлекли много внимания, – сообщил Суворов, заглянув в телефон.

Гибрид вскочил и быстро натянул штаны, а сам зажал телефон между плечом и ухом, набирая кому-то:

– Док, как дела у девушки?

Дмитрий замер, слушая ответ. В этот момент он даже дышать перестал, чтобы не перебить врача. А потом кивнул коротко, будто его видели, и сказал:

– Сейчас организую.

Закончил разговор, поднял голову к альфе и сказал:

– Семь свидетелей. Девушку пока удалось отвоевать у лап смерти. Только я заберу ее с собой.

– Как ее состояние?

– Крайне тяжелое. Док боится, что она не переживет транспортировки.

Альфа задумчиво почесал висок:

– У меня есть идея. Нужно только сделать быстрый запрос на полет, и все.

– На полет чего? – тут же поинтересовался гибрид, чувствуя проблеск надежды. Дима уже упустил Плетку, но ему не хотелось отпускать еще и девушку на тот свет.

– Вертолета, – показал пальцем в небо альфа. – В городе полеты разрешены, так что все пройдет быстро. И девушка как раз на крыше – удобно забрать.

– Спасибо! Это даст ей шанс выжить! – обрадовался как за себя гибрид. – Я пойду все подготовлю!

– Хорошо. Я отдам распоряжение и встречу дорогих свидетелей. Кажется, среди них есть бывший Санни, так что день обещает быть веселым.

Альфа и гибрид разошлись в разные стороны, но у обоих промелькнула одна мысль: “Может, Плетка сдохнет там в канализации, а мы и не узнаем?”

И оба покачали головами. Такие гадины так просто не умирают!

ГЛАВА 90

ГЛАВА 90

Территория стаи Суворова. Санни

– Вот бы сейчас фонарик из фильма “Люди в черном”, – мечтательно протянула я, глядя, как из трех машин выползают пятеро хоккеистов и тренер.

Мужчинам было явно не по себе на земле двуликих, но они крепились как могли. Леша даже приставал к Егору, правой руке альфы, с шуточками плана: “А если оборотню улыбнуться так, что будет видно зубы, он воспримет это как угрозу?”

Правда, сразу успокоился, когда тот оскалился в ответ и предложил:

– А ты попробуй!

Паша не спускал с меня глаз и давно оказался бы рядом, если бы его пропустили. Но сверхи – дружный народ, очень умело ограждали бывшего от зазнобы своего казначея. Я бы даже сказала – профессионально, сбивая на подлете все попытки пойти на сближение.

Да и я отворачивалась. Смотреть не могла на нетронутую физиономию бывшего, тогда как лицо Муна до сих пор было исполосовано. Регенерация проходила, но совсем не так, как показывают в фильмах: “оп – и огуречик”. Медленно, будто в ускоренном времени, раны затягивались.

Я всю дорогу смотрела на них, думая о том, как оборотень может совершенно не обращать внимания на растерзанное бедро. А еще меня очень волновал укус на попе. Как ему сидится? Нормально?

Пришлось даже язык себе прикусить, чтобы не спросить, пока ехали в машине.

– Что за фонарик? – поинтересовался Мун, даже не подозревая о моих мыслях.

Он забрал из бардачка машины темные очки еще у Ледового дворца, поэтому никого не пугал своим отсутствующим взглядом. Всю дорогу сюда он обсуждал со Стасом то, что ждет свидетелей, но, кажется, разговор предназначался только для моего успокоения.

В машину к Муну я села добровольно под удивленным взглядом волка. Похоже, он приготовился к долгим уговорам, а тут такая неожиданность. Он даже запал выдохнул, когда сел рядом, и удивленно принюхался ко мне.

Интересно, пытался почуять подвох?

Почему я здесь? Каюсь, боялась за людей, а разговор в машине действительно чуть успокоил нервы.

– Ты не смотрел “Люди в черном”? – удивилась я. – Там герои светили в глаза ручным фонариком и стирали ненужные воспоминания. Легко и просто!

– Нужно подкинуть лисам идею, – задумчиво почесал подбородок мужчина. – Нам бы пригодилось!

– Мун, этот фильм видели все, кроме тебя, – подколол друга альфа. – Если бы лисы могли что-то подобное изобрести, то давно бы приложили лапу и срубали бабки, сдавая в аренду.

– Думаешь, даже продавать бы не стали?

– Зачем? Так выгоднее, плюс право собственности остается за ними.

– Но и обслуживание! Это может…

Эти двое разговаривали так, будто находились наедине, а не в окружении оборотней, ожидающих приказа. Взятые в круг свидетели тревожно переминались с ноги на ногу, все еще не веря оборотням.

– Ау! Вы ни о ком не забыли? – шепотом одернула Муна, и тот так коварно улыбнулся, что я поняла: специально ездит по нервам хоккеистов.

Мстит за свои потраченные клетки, что ли?

– Ну что, пошли, бабоньки? – спросил Мун, обращаясь к свидетелям.

– Мун! – одернул его альфа.

– Прости. Не удержался, – фыркнул оборотень без капли раскаяния.

– Я сам с ними разберусь. – Стас вышел вперед, а потом обратился ко мне: – Санни, подлечишь раны Муну?

– Но я хотела присутствовать при разговоре… – Я шагнула вперед и больше не смогла сделать ни движения: совесть так и тянула назад. Он ранен из-за меня. Спас мне жизнь. Ну неужели я могу быть такой черствой?

Э-э-эх! Сердце девичье – не камень!

Ну не убьют же они мою шестерку, верно?

– Ох, бедро! – тут же схватился за ногу Мун.

– Не та нога, – уперев руки в боки, подсказала я.

– О, милая! Как это трогательно. Ты помнишь, где у меня рана!

Язык мой – враг мой, всегда это знала.

ГЛАВА 91

ГЛАВА 91

Коттедж Муна

Мун отдал бы все свое состояние за возможность видеть сегодня. Потому что чувствовал: отношение Санни к нему изменилось. Словно она встала на его сторону, стала смотреть по-другому. И оборотень просто не мог дождаться вечера, чтобы увидеть своими глазами теплые лучи его Солнца.

– Сиди ровно. Пусть на тебе все заживает как на собаке, рана выглядит жутко, – командовала девушка, ходя по дому.

Мун слышал, как она бойко стучит пятками по полу, и улыбался как дурак.

– Мне нравится, что ты чувствуешь себя как дома, – сказал, а сам прикрыл глаза, чтобы насладиться возмущенным сопением. Она так забавно злилась.

Санни зашумела баночками, зашелестела упаковками, а потом ногу защипало так, будто сотня маленьких крабиков разрывала мясо клешнями.

– Е-я-й! – вырвалось из Муна от неожиданности.

Сверх не издал бы звука, если бы был готов, но тут случилась подлянка: слишком он разнежился, наслаждаясь звуками дома, где хозяйничала Санни.

– Фу-у-у-х! Ф-у-у-у! – тут же подула на рану девушка, припадая перед ним, держась за колени мужчины.

А, нет, не зря он дал слабину! Как же иногда приятно побыть беззащитным пациентом. Правда, от девичьих рук на коленях жжет огнем. Еще чуть-чуть, и Мун поверит, что обнаружил у себя две новые эрогенные точки. Главное, чтобы потом Санни не обнаружила свидетельство его прямого желания!

Так, нужно срочно завести разговор о чем-то другом. Перевести тему!

Но тут Солнце обожгло другие раны на ноге, и снова подуло теплым ветерком. Пока-пока, все правильные мысли! Теперь Мун думал только об одном: выдержит ли он обработку ран на животе?

– Ложись! – приказала ничуть не хуже альфы Санни, и Мун послушно лег на диван, стараясь думать о неудачных вложениях в этом году. Черт, почему их так мало? Нужно собрать за все десятилетие!

И только руки девушки коснулись торса мужчины, как он перевернулся со скоростью юлы на живот и подставил спину:

– На животе само заживет. Давай лучше спину.

На самом деле и на спине заживет, но оборотень просто не мог отказаться от такого подарка судьбы, как забота Санни.

– Хорошо, – безмятежно сказала девушка, даже не зная, как была близка к тому, чтобы собственными глазами увидеть, насколько желанна для волка.

Невесомые пальцы приятно порхали по спине, но хрупкий баланс восстанавливала жгучая обработка. Мун даже себя похвалил за то, что смог взять чувства под контроль.

– Теперь повернись. Твое лицо тоже нужно обработать. А то заживет с чернотой внутри, всю внешность испортишь, – назидательно сказала девушка, ожидая, пока оборотень сядет обратно на диван.

– Так я не лицом работаю, – со вздохом расстался с нежными пальцами на спине сверх, возвращаясь в сидячее положение.

Диван рядом прогнулся, ладони девушки обхватили его лицо, прижимая уши, и повернули к себе:

– Держи голову вот так!

– Есть, мое солнышко! – усмехнулся Мун.

– Не называй меня так, – сконфуженно, с ноткой упрека, отреагировала Санни.

– Почему? Тебе не нравится? – Оборотень старался не дышать через нос, но было поздно. Такой теплый, родной запах одурманил голову с первого мгновения, как дыхание девушки коснулось его лица.

– Зови меня как все – Санни.

Она взялась за крупную рваную рану от скулы до подбородка, но даже легкие щипки и резкий запах лекарства не вернули Муну трезвость. Он думал лишь о том, как близко находятся губы девушки.

– Я не хочу быть как все, – многозначительно заметил оборотень. А потом не выдержал, сорвался: обхватил рукой затылок девушки и поцеловал так, будто хотел вынуть душу и забрать себе…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 92

ГЛАВА 92

Санни

Я не любила врать, тем более себе. Стоило признать: Мун мне нравился. Против такого мужика, как он, просто невозможно устоять! Пусть он временами обрастал шерстью, но у всех есть свои маленькие недостатки, верно?

Обрабатывая глубокие борозды ран на теле мужчины, я чувствовала, что не выжила бы даже после одной из них. Эти рваные дорожки сейчас могли быть на моей коже, но Мун меня спас.

Глаза защипало от чувства признательности. Я коснулась волевого подбородка оборотня, посмотрела в его незрячие глаза и почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Одинокая капля, которая прочертила дорожку по щеке вниз и упала на пол, поставив окончательную точку в отношениях с Пашей. Пусть я его и называла бывшим, во мне тогда все еще колыхалась обида.

Я поняла, что двухлетние чувства остались позади. Их унесло в водопад случая и расщепило о железные камни фактов. Даже обида отправилась той же дорогой, очищая разум и сердце от ненужных переживаний.

Вспомнились слова оборотня: “Я дам тебе любовь, защиту, семью…”

И ведь защитил! И любил, похоже.

А то, что оборотень…

Неожиданно из капкана мыслей меня вырвало резкое движение оборотня. Губы Муна безошибочно нашли мои, словно мое тело он чувствовал как свое. Мужские пальцы заплелись в прядях волос, притиснув меня к себе, углубляя поцелуй до предела.

В моей крови забурлили пузырьки удовольствия, понеслись по венам, колко лопаясь на кончиках пальцев, на губах и в точках соприкосновения наших тел.

Мун ловко поменял наше положение, и вот уже мягкая обивка дивана коснулась моей спины.

Завалил меня так профессионально, будто только и делал, что нокаутировал девушек на диванах. Но я не могла даже забить рукой о мягкий ринг, чтобы попросить нас разнять. Некому. Только мы одни. Только Санни и Мун.

И если кто-то рассчитывает на мои тормоза, то прощайтесь с этой идеей. Колодки самосохранения стерлись в ноль. Одна мысль еще удерживала разум: раны оборотня откроются.

Да, точно! Нельзя!

– Х-х-хватит, – скорее простонала я, чем запротестовала.

– Это звучит как: “Продолжай еще, мне хорошо”, – хриплым голосом сказал Мун, а каждый звук словно вибрировал в моем теле.

Если он скажет так еще хоть слово, мою ручку стоп-крана точно сорвет!

ГЛАВА 93

ГЛАВА 93

Теперь я знала, что это не совпадение: как и тогда в ангаре, от Муна у меня сносило крышу. Напрочь.

Становилось безразлично все, кроме его губ и рук. Разум торопливо собрал чемоданчик и заскрипел колесиками в сторону отпуска.

– Твои раны… – моя последняя жалкая попытка очистить совесть.

– Леший с ними! – шикнул нежно Мун.

– Леший тоже существует? – на всякий случай уточнила я.

Мало ли, надо знать. А то вдруг у них тоже истинные пары есть, а ты, такая несведущая, по грибочки пришла.

– Санни! Не порть атмосфер-р-ру, – тихонько рыкнул в шею Мун и игриво куснул за плечо, не оставляя следов.

– Так существуют или нет? – От этого легкого “кусь” дыхание перехватило, поэтому вопрос получился еле слышным.

– Нет! – сказал Мун, спуская ниже шеи.

– Фух! – выдохнула я от облегчения.

Оборотень рванул ткань свитшота в разные стороны, открывая меня, словно нетерпеливый ребенок новогодний подарок в упаковке.

– Как же я хочу тебя сейчас увидеть! – со сладкой тоской в голосе оборотень положил ладони на ключицы и медленно провел руками вниз, ощупывая меня, словно слепой скульптор свое творение.

Руки мужчины остановились на несколько мгновений на груди, уделяя особое внимание мягким полушариям, а потом пустились вниз. Стиснули талию, рывком прижали мои бедра к разгоряченному телу оборотня, показывая всю необузданную силу желания.

А я уже хотела большего. Мне недостаточно было поцелуев, недостаточно прикосновений, недостаточно рывков. Тело выгибалось в жажде получить большее… еще чуть-чуть, капельку, еще-еще…

Но Мун не спешил – растягивал удовольствие, заставляя меня плавиться под его руками. Даже самые сокровенные места открылись для него, но он играл пальцами со мной, дразнясь, подводя к краю.

– Ты такая красивая, – шептал он мне на ухо.

И я верила. Пусть он не видел, но я чувствовала обожание даже через кончики пальцев. Я сама сейчас его обожала – и в то же время хотела покусать за промедление.

Ну, давай же! Давай!

– Я сейчас зарычу! – пригрозила я.

Мое терпение было на краю. Сейчас наброшусь на него сама!

– Порычи для меня, милая. Я хочу это послушать! – коварно сообщил Мун, и место пальцев занял язык.

И я зарычала! И только когда, казалось, я больше не могу издать ни звука, Мун дал себе карт-бланш…

Утро и вечер дом прятал за шторами нашу страсть, но наутро не смог утаить наше счастье от стука в дверь и плохих новостей…

ГЛАВА 94

ГЛАВА 94

Мун

Теперь у Муна было персональное Солнце, согревающее его постель своими теплыми лучами. Как только за горизонт закатилось земное светило и оборотень обрел способность видеть, он не мог насмотреться на девушку в своих руках.

Они почти не говорили: общались тела, без слов передавая чувства и эмоции. Не могли насытиться друг другом.

Его Солнце оказалась слаще тропических фруктов, нежнее перышка. Словно личи, она обладала твердой корочкой, но такой вкусной серединой.

Может, это просто сон? Мечта?

Муну казалось, что стоит ему разжать объятия, как Санни растворится, словно прекрасное видение. Даже промелькнула мысль: “Вдруг он умер в схватке с Плеткой и попал в рай?”

Но все прекрасное в его жизни быстро разрушалось словно карточный домик. И это чудесное утро не было исключением.

Барабанный стук в дверь веял тревогой.

– Ты нужен альфе. – На пороге стоял Егор. Запнулся, втянув носом воздух, а потом отвел глаза, понизив голос: – Прости, мужик, но это срочно.

Рассветные лучи еще не окрасили небо, поэтому оборотень прекрасно видел по глазам утреннего гостя, что дело серьезное. И тревожный взгляд Егора за спину Муна говорил о том, что все это как-то связано с Санни. В другом случае он бы давно сказал оборотню, в чем дело.

– Сейчас. – Мун закрыл дверь, прошел в спальню и склонился над разнеженной ласками девушкой.

– Кто там?

– Мне нужно отойти, поспи.

– Что-то случилось?

Сначала оборотень думал сказать, что все в порядке, но горло сжалось спазмом, стоило взглянуть Санни в глаза, где светились первые признаки доверия.

Мун кивнул:

– Пойду разберусь. Не переживай. Поспи, я вернусь и все расскажу. – Оборотень погладил девушку по спине, с сожалением оставляя ее одну.

Как только вышел из дома, тут же спросил Егора:

– Что случилось?

– Бывший твоей пары устроил представление.

Мун даже остановился на секунду, будто плохое предчувствие обхватило колени.

– Не согласился на такое щедрое предложение?

– Сначала все шло как по маслу. Каждому хоккеисту предложили контракты мечты в разных командах по всему свету. Было видно, что хлопот с согласием не будет. Только тренер отказался от всего и сказал, что и так будет держать язык за зубами.

– Так в чем дело?

– А вот потом началось самое интересное… Этот Паша подписал бумаги, а потом разбил себе нос об стол, организовал сотрясение, врезался в стулья, пока его не скрутили.

– И-и-и?

– И сейчас он требует к себе Санни. Догадайся зачем.

ГЛАВА 95

ГЛАВА 95

Санни

Стук в дверь вырвал меня из неги сна. Неужели я расслабилась настолько, что просто заснула? Ведь хотела дождаться Муна!

Впопыхах натянула на себя одежду и понеслась к двери. Что же там случилось?

– Санни, тебе нужно пойти со мной. – Альфа собственной персоной стоял на пороге.

Неприятное предчувствие, как бешеная собака, хватало за пятки, заставляя ускориться, пока я окончательно не привела себя в порядок и не выскочила из дома оборотня.

– Где Мун? – спросила, пытаясь понять по лицу Стаса, что происходит. – С ним что-то случилось?

– Беспокоишься? – сквозь маску сосредоточенности промелькнула понимающая улыбка, и я отвела глаза.

– Когда Мун уходил, упомянул, что что-то произошло.

– Тебе нужно самой увидеть, – расплывчато ответил Суворов, чем лишь усилил напряжение внутри.

Что мне нужно увидеть на территории стаи? Здесь только мои люди – значит, дело в них.

– Что-то случилось с тренером и командой? – первой мыслью было, что вновь объявилась Плетка, но потом я поняла, что не может быть: даже оборотням нужно время, чтобы залечить раны.

– Увидишь, – снова ушел от ответа альфа.

Я поняла, что спрашивать бесполезно. Почему-то меня даже не хотят подготовить к тому, что меня ждет, и это настораживало. А когда меня ввели в ближайший к особняку Суворова коттедж, я поняла, что дело плохо.

В доме, закатанном в мрамор, словно музей, стояли хмурые оборотни. Все они с тревогой смотрели на меня, скрываясь за ширмой ожидания.

Все двери здесь запирались на цифровые замки с опознаванием лиц, стены были подозрительно толсты, а сам дом совершенно не напоминал жилой.

– Идем за мной. – Альфа вышел вперед и проводил меня до дальней комнаты.

Распахнул дверь и широким жестом руки пригласил внутрь.

Первое, что бросилось в глаза, – это белый халат медика, синий чемоданчик и окровавленное лицо Паши. Парень не подпускал к себе последователя Гиппократа, волком смотрел на Муна и, как только увидел меня, вскочил на ноги, а потом повалился на бок с криком боли.

Да что здесь, черт побери, происходит?!

ГЛАВА 96

ГЛАВА 96

Врач успел быстрее меня: открыл веки и посмотрел зрачки, перевернул на спину и стал быстро прощупывать тело хоккеиста.

Я видела, как часто поднимается и опускается грудная клетка мужчины. Лица всех оборотней исказила скептическая гримаса. Всех, кроме Муна: он один выглядел предельно сосредоточенным и держался в стороне, внимательно смотря то на меня, то на Пашу.

Я опустилась рядом с хоккеистом на колени и спросила врача:

– Что с ним?

– Небольшое сотрясение, сломанный нос, но он будет в порядке. Сейчас он…

Внезапно Паша резко втянул воздух, распахнул глаза и бегло осмотрел все вокруг, будто только пришел в себя и пытался понять, где он и что происходит. Тут же попробовал сесть, но, видно, голову повело, и мужчину зашатало.

Неужели Паша подрался с кем-то?

Я оглядела всех присутствующих оборотней и ни на одном не обнаружила и царапины. Мун с тревогой наблюдал за мной в абсолютном молчании, только кулаки сжимались до белых костяшек.

– Санни, нам нужно уходить отсюда, пока отпускают! Посмотри, что они со мной сделали!

– Они? – Я с беспокойством осмотрела пострадавшего парня с головы до ног. – Что случилось?

Я все никак не могла понять, что же произошло. Как? А другие хоккеисты? Паша с кем-то сцепился?

– Ты сама не видишь?

– Кто тебя так? За что? – спросила, а сама еще раз осмотрела всех оборотней. Скептическое выражение никуда не делось.

– За что? А ты лучше у этого спроси! – И кивком окровавленного подбородка показал в сторону Муна.

– Мун? – удивилась я.

Я уже было подумала, что кто-то из других оборотней сорвался. Но чтобы Мун? И когда? Сейчас?

– Теперь ты убедилась, что они животные? А он – жестокий убийца. Если бы его не оттащили, он бы меня убил! – отплевываясь кровью, сказал Паша, с ненавистью глядя на оборотня.

Я обернулась на Муна в полном непонимании. Когда успел? Ведь сообщение о неприятностях застало нас в доме. Или драка произошла только что, после какого-то саботажа Паши?

Мун будто окаменел, прямо глядя мне в глаза, но не говорил ни слова. Будто чего-то ждал.

– Когда все произошло? – спросила я, поворачиваясь к Паше.

– Глубокой ночью. Они не давали ни еды, ни воды, заставляя подписать контракт, а потом пришел он.

– Ночью? – еще раз уточнила я.

– Да, часа в три ночи по ощущению.

Какая поразительная точность!

Я отстранилась от парня, встала на ноги и посмотрела на Пашу сверху вниз.

– Идем? Сейчас я встану, помоги мне. Они не посмеют нас задерживать… – засуетился хоккеист, отталкивая руку доктора.

– Уходи, Паш.

– А ты? – застыл парень. – Неужели после того, что увидела, останешься с этими монстрами.

– Паш, ты монстр похуже.

– Ты не слышишь? Этот твой Мун превратил меня в это!

– Этот мой Мун всю ночь провел со мной, – я сказала это, уже не смотря на Пашу, только на оборотня.

Прямо на моих глазах невероятное напряжение покинуло Муна. Он широко улыбнулся, сверкнув зубами, мгновенно оказался рядом со мной и сграбастал на руки.

– Я могу идти!

– Оборотни любят чувствовать тяжесть своей пары! – громко, так, чтобы слышали все, сказал волк и пошел на выход.

– Он врет! – закричал сзади Паша.

Я обернулась на него из-за плеча и увидела, как один из оборотней включил проектор и на белой стене понеслась запись, как хоккеист сам разбивает себе нос об стол, словно умалишенный.

– Сдурел! – выдохнула я.

– Согласен! Я бы тоже сдурел, если бы ты ему поверила…

ГЛАВА 97

ГЛАВА 97

В душе у меня будто разлилась зеленая липкая мерзость. Поступок бывшего сделал ноги настолько ватными, что я не сопротивлялась Муну. Да и чему? Хорошо же: несут, холят, лелеют. Помогают как можно быстрее покинуть прошлое, которое сильно завоняло гнильцой.

Сама, наверное, я еще минут пять смотрела бы на транслируемое на экране зрелище, где Паша виртуозно себя калечит. Вот уж не ожидала, что он опустится до такого!

Рассчитывал, что я испугаюсь оборотней и убегу с ним? Вот дурак!

– А как другие ребята? Как тренер? – попыталась отвлечься я, припоминая, что видела только оборотней и Пашу в том доме.

– У них мозги на месте. Мы позаботились о каждом. Они в курсе, что за соблюдением договора о неразглашении будут следить другие оборотни уже на новых местах.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю