Текст книги "Голос ночи"
Автор книги: Наталия Мазова
Жанр:
Научная фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)
– Владычица! Я видал Ладрину Хиорнскую, принцессу Эленморну и молодую королеву Лигодола, Винату – все они перед тобою не более, чем драные кошки! Я не желал бы себе другой королевы – но в том-то и дело, что корона никогда не увенчает твою голову. Долквир давно поделен. Старый черный Вэйанор крепко положил глаз на долину Тонда – и он завоюет ее твоими руками и присвоит себе плоды победы, ты же останешься ни с чем. А воевать на стороне Земель Ночи против народа Юга, который всего лишь отстаивает свою свободу – даже под твоими знаменами это не прибавит мне чести.
– Ха! Ты выведал секрет моего успеха – и тем не менее продолжаешь думать, что я бескорыстно работаю на Вэнтиса? Так слушай: если Каменные Кольца падут второй раз – их новым властелином станет мой сын, Ассэн Анхемар! В этом помогу ему не только я, но и лоин Кеасор, а дом Вэйанор в самом лучшем случае добьется протектората. Вот моя цель с того самого дня, как я покинула заштатный гарнизон в Сухих Землях и приняла под командование лучниц принцессы Эленморны.
Глаза Хейна расширились.
– Так вот оно что... Прости за нескромный вопрос, Владычица: кто отец твоего сына?
Лицо Лайгрилы приняло такое выражение, что она стала выглядеть именно той Властительницей Запада, какими их представляют на Черном Востоке – высокомерной и гордой, существом высшей расы.
– Молодой король-кервит – так считает вся долина Тонда, а я не опровергаю. Но ты, я думаю, слишком умен, чтобы верить в эти сказки! Ты прекрасно знаешь это имя – догадайся! А догадавшись, помни, что это всего лишь твоя догадка...
– Неужели... сам Синеглазый?!
– Ты этого имени не произносил, а я его не слышала, холодно бросила Лайгрила, отворачиваясь от своего собеседника. Но он схватил ее за руку и снова повернул к себе:
– Я больше ни о чем не спрашиваю. Слишком мало я любил сам, чтобы судить о чужой любви и нелюбви. Но вот мое слово: в день, когда Тонд признает тебя и твоего сына, когда Каменные Кольца распахнутся перед вами – у вас не будет более верного вассала. Однако до тех пор, пока это не произошло, я буду подчиняться лишь голосу своей совести. А что до клятвы фактически я принес ее тебе еще утром.
– Я принимаю твою клятву, Хейнед Рондмар от Ирганто, впервые Лайгрила назвала менестреля его полным именем.
Несколько минут длилось молчание. Потом Хейн нерешительно сказал:
– Что ж, Владычица, видно, мне пора уходить....
– А вот теперь я тебя никуда не выпущу! – Ни с того ни с сего Лайгрила вскочила на ноги и, раскинув руки, загородила выход из шатра. – До тех пор не выпущу, пока ты не споешь мне вторую песню, которую хотел петь утром. Или кто-то здесь думает, что если Голос Ночи угодил в Стальные Когти, то он так легко отделается?
Он с лукавой усмешкой скрестил руки на груди:
– Помилуй, Владычица! Все мои вещи, в том числе и лютня, давно уже в Змеином Ущелье. Меня бы по ней вмиг опознали.
Лайгрила наклонилась и вынула откуда-то из-за подушек золотистую лютню.
– Видишь, я и это предусмотрела. Подойдет?
Хейн бережно принял инструмент в руки, взял несколько пробных аккордов и кивнул с довольным видом:
– Замечательная вещь! Никогда бы не подумал, Владычица, что ты еще и этим балуешься...
– Не я – Кеасор.
– Ну тогда слушай, – Он заиграл вступление, и Лайгрила моментально узнала песню, после которой она и начала доискиваться, кто такой этот Голос Ночи. Ту самую песню, которой когда-то оскорбил ее Левелл...
Зачем ты лез, ломая цепь щитов,
И делал то, что трудно одному?
Ты предпочел пролить на землю кровь
уму.
А при дворе, едва закончен бой,
Идет разбор поступков на войне
И те, кто шел по трупам за тобой,
в цене...
Грозно зазвенели струны... Да, вот оно:
К чему твоя победа,
Когда другим награда,
К чему твои морали
Они мешают жить,
К чему твое молчанье,
Когда молчать не надо?
И вдруг, неожиданное, усталое, до конца жизни оправдывающее ее:
Но если шрамов много,
Их невозможно скрыть...
Ах, Голос Ночи... Сейчас, когда он не издевался, не упрекал, не обвинял, а просто пел, только и можно было в полной мере оценить его силу. И даже было чуть грустно, что вот по ее вине приходит конец одной из красивых загадок долины Тонда... Был бы у Ассэна такой друг...
К чему твоя победа,
Когда другим награда?
А им нужней награда
И так им скучно жить!..
Хейн кончил и теперь смотрел на нее выжидающе – не разозлилась ли она? Да нет, вроде не должна.
– Когда ты это про меня сочинил? – спросила она, глядя открыто и спокойно.
– На следующий день после бегства из отряда Ласдора. А самое главное – не про тебя, а про самого себя.
– Так, значит...
– Именно. Ну разве стал бы я петь про тебя: "Но ты сказал, что скоро будешь с ней"? Ни легенда про кервита, ни правда сюда как-то не вяжутся. Ой, прости, – торопливо прибавил он, заметив, как Лайгрила закусила губу.
– А вот какая песня воистину про меня, так это та, что пел Сайто, – добавил Хейн после некоторой паузы. – Особенно это: "Был на щите и на коне, изведал власти и плетей". Вот подберу и буду петь – ему-то уже не доведется...
– Да ничего страшного с ним не случилось, – перебила Лайгрила. – Кость не задета, Хальдок говорит – через три созвездия будет играть, как играл.
– Это правда, Владычица? Ты такой камень с моей души сняла! Ведь этот Сайто, какой бы он ни был, тоже менестрель, каких поискать. Встретились бы мы при других обстоятельствах нашли бы, чему друг у друга поучиться...
Его пальцы снова затанцевали по струнам.
– На этот раз песня про Ирганто, – пояснил он перед тем, как запеть.
Здесь на скале громоздится скала,
Город от бурь защищая,
Цепь валунов белоснежно-бела
От многочисленных чаек.
А между скал – безопасный проход
Судну с осадкой любою...
Лево руля – город, светел и горд,
Встал пред тобою!
Судно на якорь и шлюпки спустить,
Новые выдать одежды!
Нас на руках будут долго носить
Мы оправдали надежды.
И в завершение дивного сна,
После речей и объятий
Выбежит молча из дома она
В праздничном платье.
Он, улыбаясь, надел на нее
Цепь темно-синих сапфиров
Сладко мечтать, веря в счастье свое
С тем, кто объехал полмира!
Он за три года везде побывал,
Земли на полдень разведал,
Бился с пиратами и торговал,
Бури изведал...
Внезапно мелодия оборвалась на полуфразе.
– А дальше я так и не сочинил, – Хейн развел руками. Другое навалилось...
Он пел целый вечер – Лайгриле даже не приходилось просить. Пел свое и нет, из долины Тонда и с севера, лирические, боевые, пиратские...
В рваную куртку проникнет соленый ветер,
Вспыхнет звезда и дорогу мою осветит,
Теплые брызги ударят в лицо...
Ждать надоело, в конце-то концов!
Я уничтожу светила, коль мне не светит!
Долго потом ходили слухи, один другого странней, о том, как ночью, непонятно откуда, над Кругом Совета звучал голос менестреля наемников...
Наконец Хейн встал и поклонился:
– А вот теперь мне действительно пора. Алвард заждался в Змеином Ущелье.
– Что ж, еще ни один менестрель не уходил от меня без награды, – Лайгрила протянула ему исписанный листок. Подорожная на твое настоящее имя. Мало ли что случится...
– Спасибо, Владычица. Прощай, или, вернее, до свидания!
– До свидания, Голос Ночи, и да хранит тебя Гэльдайн Милосердная!
Лайгрила долго смотрела, как в темноте мелькает белый плащ. Кто-то остановил его, Хейн ответил коротко и властно властитель Севера, Кетиар с ним лицом к лицу столкнется, и то не узнает...
– Я верю тебе, – тихо прошептала Лайгрила. – Однажды ты вернешься.
8-15.03.94
