Текст книги "Лето золотой раковины"

Автор книги: Наталия Кузнецова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава IX
Глупый розыгрыш

Хоть Ромка и собирался утром подольше поспать, проснулся он раньше всех – не терпелось скорее приступить к осмотру своего подземелья. Он вскочил, разбудил всех остальных, и на свидание с Надеждой друзья прибежали раньше времени, но она уже ждала их в условленном месте. Одетая в старую футболку и потертые джинсы, женщина выглядела как подросток. Увидев ребят, Надежда помахала рукой:

– Привет следопытам!

Ромка подвел ее к знакомому забору и указал на кусты малины:

– Вон там провал. Давайте привяжем к яблоне веревку и по ней спустимся вниз.

Лешка полезла в сумку, достала веревку, оглянулась на дом Александры Прокофьевны, заметила мелькнувший в окне желтый халат и подумала, что пожар пожаром, а вредная тетка все равно сейчас к ним привяжется. И что они станут ей говорить?

Словно прочитав ее мысли, Надежда предложила:

– А давайте не будем никуда спускаться. Лучше пойдем к хозяину дома, спросим, для чего ему этот ход, и попросим разрешения туда заглянуть.

Ромка сразу же согласился, и все направились к главному поселковому пожарному. Не успели постучать, как дверь открылась сама. Видимо, хозяин собрался куда-то уходить и как раз вышел им навстречу. Увидев перед собой Лешку, мужчина поднял вверх седые брови, отчего еще резче обозначились все морщины на его продубленном лице:

– Что, до сих пор своего брата разыскиваешь?

– Нет, вот он, еще вчера нашелся, – указала на Ромку Лешка.

– Мы тут по-другому делу, – сказал Артем и в поисках поддержки оглянулся на женщину, а она приветливо улыбнулась:

– Меня зовут Надежда Николаевна, я пишу книгу, и меня интересует прошлое вашего поселка. А вчера…

– Совершенно случайно, – ввернул Ромка.

– Да-да, совершенно случайно ребята обнаружили, что у вас имеется что-то вроде подземного хода. Если не секрет, расскажите, зачем он вам нужен и сколько лет существует.

– Чего? – не понял мужчина. – Какой еще ход? Нет у меня никакого хода и никогда не было.

– Ну как же? – удивился Ромка. – Вон там, под яблоней, самое что ни на есть настоящее подземелье, и я там был. Не верите? Идемте, покажу.

Федор Игнатович, недоверчиво хмыкнув, вышел в свой сад. Ромка подвел его к малине, раздвинул ветки:

– Видите в земле дырку? А внизу подземный ход, и идет он от вашего дома.

Мужчина покачал головой:

– Странно. Я эту малину весной окучивал и ничего такого не заметил. Откуда что взялось? Разве что ливень землю размыл. А ты как туда попал?

– Так получилось, – сказал Ромка и быстро и складно поведал Федору Игнатовичу уже заученную историю про ежа и попугая. Мужчина удивился и слегка растерялся:

– Ну надо же, два года здесь живу и впервые о каких-то ходах слышу. Оказывается, не знаю, что творится на собственном участке.

Надежда тронула его за рукав:

– Давайте вместе посмотрим, что он из себя представляет.

Главный поселковый пожарный не возражал:

– Что ж, идемте, мне и самому интересно.

Они зашли в широкие сенцы, свернули налево. Федор Игнатович открыл небольшую деревянную дверь, за которой скрывалась ведущая вниз лестница. Он нащупал на стене выключатель, вспыхнул неяркий свет, и по каменным выщербленным ступенькам все спустились в небольшой, глубокий, самый обычный погреб. В одном его углу за деревянной загородкой хранились остатки старой картошки, на стеллаже поблескивали стеклянные банки. У стены напротив входа стояла тяжелая чугунная ванна.

– Так вот почему я не смог оттуда вылезти. Ванна мешала! – воскликнул Ромка и сдвинул чугунную тяжесть с места. А потом схватил стоящий рядом ломик, поддел им один из кирпичей, из которых была выложена стена, и с легкостью его вынул. За первым кирпичом последовали другие, и вскоре перед всеми открылся небольшой черный лаз.

– Милости прошу, – сказал Ромка, вспомнив почему-то про Маргариту Павловну. Она часто вот так церемонно выражалась.

Федор Игнатович посмотрел на мальчишку, как на фокусника, оглядел свою чистую светлую рубашку, махнул рукой, встал на четвереньки и первым пролез в узкий низкий проход. Сделав галантный жест, Ромка пропустил вперед себя еще и Надежду и юркнул следом. После него в темницу проникли Лешка с Венечкой, экскурсию замыкал Артем.

Подземная темень тут же сменилась ярким светом от разом вспыхнувших пяти фонариков, прихваченных с собой предусмотрительными следопытами. Ромкина темница оказалось того же размера, что и погребок пожарного, со сгнившими деревянными сводами, совершенно пустая, если не считать кучи земли, рухнувшей сверху вместе с Ромкой, и полуразвалившейся бочки со ржавыми обручами.

– Это не подземный ход, – сразу сказал Федор Игнатович. – Это старый заброшенный погреб. Вход в него засыпали, а камеру, то есть вот это помещение, – не удосужились. А так как он не кирпичный, а деревянный, то со временем доски сгнили, а дожди и сырость сделали свое дело. Если бы ты, – повернулся он к Ромке, – сюда не провалился, то вскоре здесь в любом случае образовался бы небольшой котлован.

– Погреб? Всего-то! – с огромным разочарованием протянул мальчишка и, достав из сумки самодельный металлоискатель, прошелся им по стенам и полу, но ничего не нашел, кроме старого медного пятака и нескольких пробок от бутылок.

– Придется зарыть это безобразие, не то со следующим ливнем мой дом поплывет, как корабль, – сказал пожарный и полез назад. Он отряхнул руки, но рубашка и брюки оставались в грязи. Пригласив всех в дом, Федор Игнатович скрылся за одной из дверей, откуда послышался шум воды. Вернулся он в другой одежде, заметил на столе бумажник, взял его в руки и негодующе качнул головой.

– Между прочим, меня вчера обокрали. Думал, что в Медовке воров нет, но это не так. Кто-то воспользовался пожаром и, пока я тушил соседский сарай, проник в мой дом.

– А что у вас пропало? – насторожился Ромка.

– Деньги. Уходя, я бросил бумажник на стол. Вернулся, открыл – пустой. А дверь оказалась не заперта, хотя я помню, что закрыл ее перед уходом.

– И много? Вы в полицию заявили?

– Не стал я с полицией связываться. Денег было немного, больше ничего не украли, а могли бы и телевизор, и ноутбук унести. Впредь умнее буду, запоры укреплю, а то и собаку заведу.

– Это правильно, – с одобрением кивнула Лешка, а Ромка дернул пожарного за рукав:

– А кто здесь раньше, до вас жил?

– Женщина одна, Риммой Ивановной ее звали. Ей стало трудно с домом управляться, в Москву переехала. А больше я о ней ничего не знаю.

– А как ее найти, не подскажете? – спросила Надежда. – Она, наверное, много интересного про ваш поселок рассказать может.

– Где-то у меня был записан ее адрес.

Пожарный прошел в другую комнату, до друзей донесся шум от выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Федор Игнатович вышел к ним и виновато пожал плечами:

– Никак не могу найти записную книжку.

– Ее тоже вор украл?! – воскликнула Лешка.

Пожарный усмехнулся:

– Книжку – не вор. Ко мне на днях дочь приезжала и уборку делала. После ее набегов я многие вещи месяцами ищу, потому что она их по разным местам рассовывает, лишь бы порядок был. А по мне, лучше беспорядок, зато знаешь, где что лежит.

– Я тоже, – обрадовался Венечка, встретив единомышленника.

Лешка про себя усмехнулась. У Венечки в комнате раньше ступить было некуда, а с появлением щенка вещи перекочевали наверх и теперь, чтобы сесть на диван или в кресло, сначала надо долго расчищать себе место.

Федор Игнатович улыбнулся и извинился, сказав, что спешит. Когда все вышли из дома, Лешке тоже захотелось извиниться – перед Надеждой.

– Жалко, что это не тайный ход, да? – сказала она. – Вы только время с нами потеряли.

– Ничего страшного. Зато я вспомнила, как была подростком и тоже не упускала случая куда-нибудь проникнуть, раскрыть какую-нибудь тайну.

Новая Лешкина подруга вытащила из кармана зеркальце, увидела на лице черные разводы, картинно ахнула, из другого кармана извлекла платочек, вытерла нос и щеки и распрощалась с друзьями.

Вдруг позади них раздался шелест шин. Лешка оглянулась и увидела девушку, которая вчера привезла тетке Шуре письмо от внука. Девушка притормозила, так как дорога была узкой, и друзья расступились. Прибавив ход, велосипедистка понеслась дальше, видимо, спешила поскорее развезти свою почту.

Венечка равнодушно глянул ей вслед и схватил Ромку за руку:

– Слушай, а как ты догадался, какой кирпич в стене отковыривать? Их же там много, а ты сразу в точку попал.

– Так он мне сразу в глаза бросился. А вы разве ничего не заметили? Конечно, вы не такие наблюдательные, как я. – Ромка всегда выхвалялся, все к этому привыкли, и потому никто на его последние слова не отреагировал. Все ждали, что он скажет дальше. И он продолжал: – Кирпич этот был исцарапан больше других и слегка выступал. И поддался легко, раз – и отошел. А следы на полу от отодвигаемой ванны тоже не заметили? А ты, Темка, не обратил внимания на небольшой камень, на котором я вчера сидел, вас дожидаясь? Он тоже сдвинут был. Ну да, ты не помнишь, как он раньше лежал, ты ж там не столько времени провел, сколько я.

Венечка напряженно сдвинул брови:

– Так ты хочешь сказать…

– Ну да, я уверен, что после меня там побывал кто-то еще. И… – Ромка задумался, и глаза его вспыхнули. – Мне знаете, что кажется? Что деньги у пожарного украли для отвода глаз. Иначе бы он удивился, зачем к нему кто-то влезал, стал бы думать, что этот странный грабитель у него делал. И, узнав от нас про старый погреб, пришел бы сейчас к тому же выводу, что и я. А так решил, что это был обыкновенный вор, теперь замки поменяет и успокоится.

– Но… Значит, там что-то искали. Уж не баул ли твой?

– А что ж еще?

– И кто это мог быть? – задумалась Лешка.

– Ну, должно быть, тот, кто его туда спрятал. Кстати, он делал тайник за стенкой нового погреба и, скорее всего, понятия не имел о том, что к нему примыкает еще и старый, деревянный. А когда стена старого погреба сгнила, то клад в него и вывалился. Я, кажется, уже говорил, что баул мой прямо из гнилья торчал. Надо же, как повезло, что я нашел его до того, как за ним пришли. Странно, конечно, что тот, кто его туда спрятал, не сделал этого раньше.

– Действительно, странно, – согласился Артем.

– Ну и ладно, – махнул рукой Ромка. – Каких только совпадений не бывает. Но это говорит о том, что я и вправду нашел сокровища.

– А мы вчера, когда ты ушел спать, вспомнили, что они называются аммонитами, – сказала Лешка. – Видели их на ВВЦ.

Ромка раздвинул рот до ушей:

– Класс! Наверное, они очень дорогие! Хорошо, что мы о них никому не сказали. А раз Федор Игнатьич ничего не знал ни о старом погребе, ни о тайнике, то и баул этот не его. И, значит, ничей, потому что тот, кто его спрятал, нечестный человек, а потому не считается. Честный мог прийти к хозяину дома, сказать, что это его добро, и преспокойненько забрать свои сокровища. А раз он так не сделал, и я нашел баул первым, то он мой.

– Это еще как посмотреть, – сказал Артем, но его друг счел свою логику безукоризненной и помчался домой к своим сокровищам.

* * *

Не помывшись и не переодевшись, Ромка подбежал к своей кровати, выдвинул из-под нее старую сумку и стал выкладывать аммониты на пол, радуясь каждой раковине.

– Сегодня они кажутся еще красивее, чем вчера. Надо их пересчитать, вот что.

На лестнице послышались шаги. Ромка стянул с кровати покрывало и набросил на свой клад.

– Рома, почему у тебя покрывало на полу? Подними немедленно, – строго сказала Нина Сергеевна и обвела глазами друзей: – Надеюсь, вы надолго явились. Но если куда отойдете, не забудьте хорошо закрыть двери, потому что я ухожу.

– И куда направляешься? – спросил Артем.

Нина Сергеевна потрясла большой хозяйственной сумкой:

– В магазин, скоро вернусь.

– Никуда мы не пойдем! – крикнул ей вслед Ромка и, подняв с пола покрывало, открыл свои сокровища, снова восторженно охнул и приказал: – Надо срочно узнать, сколько эти аммониты могут стоить и откуда они вообще берутся.

Венечка первым сбежал вниз, но не успел подойти к компьютеру, как громко зазвонил домашний телефон. Подняв трубку, он оглянулся:

– Просят пригласить Олю.

Лешка удивилась. Кто мог ей сюда позвонить? Может, мама соскучилась?

– Алло, – сказала она, отчего-то волнуясь.

– Оля, – голос был незнакомый и непонятно какой, то ли мужской, высокий и хриплый, то ли женский, но грубый. Или мальчишеский? Сразу и не разобрать. – Скажи, это не у тебя, случайно, еж пропал?

Лешка опешила:

– Вообще-то у… у меня.

– Приходи на станцию, к павильону, получишь своего ежа назад. Да не забудь сотню, отдашь за хлопоты.

– Ладно, – тут же согласилась Лешка. Деньги у нее были. – А когда?

– Немедленно, – прохрипел неизвестный (или неизвестная?) и отключился.

Девочка бросила трубку и, подпрыгивая от радости и нетерпения, понеслась к себе.

– Ты куда? – удержал ее Артем. – И кто это был?

– Не знаю, кто. Он ждет меня на станции с ежом и просит за него сто рублей.

– А если это не тот еж? – спросил Венечка.

– Посмотрим, тот или не тот. А если и не тот, я все равно его куплю, пусть у нас в саду живет.

Вбежав в свою комнату, Лешка закрылась, чтобы переодеться. Артем остался за дверью и решительно заявил:

– Одна ты никуда не пойдешь, слышишь? Хватит с нас того, как Ромка вчера за ежом ходил. Надоело мне играть в сыщиков.

Лешка обрадовалась еще больше. Как же приятно, что Артем за нее беспокоится. Скрыв довольную улыбку, она открыла дверь и равнодушно пожала плечами:

– Ну, если тебе так хочется, можешь пойти со мной.

С грохотом отодвинув стул, вскочил и Венечка. Ему тоже захотелось посмотреть на ежа, из-за которого разгорелся весь сыр-бор.

– Я тоже пойду, – заявил он.

Ромка вернулся к своим сокровищам, покидал раковины в баул, задвинул его под кровать и сбежал вниз.

– Тогда и я с вами, не сидеть же здесь одному. Лешк, а тебе, случайно, не Ведерников звонил?

Сестра покачала головой:

– Нет, его бы я узнала. Это был кто-то совсем незнакомый.

– Да Сашка не стал бы с нее деньги требовать, он ежа и так бы отдал, сам бы принес, – вступился за дружка Артем.

– А как кто-то незнакомый узнал твой домашний телефон? – нахмурил брови Ромка.

– Мало ли. Это ж не секрет.

– Какая разница, как? – радостная улыбка снова заиграла на Лешкином лице. – Главное, что ежик нашелся и что он жив и здоров.

Вместе с друзьями за ворота выскочил Дик. Лешка хотела отвести его назад, а потом передумала. Несчастный пес и так почти все время сидит взаперти, будто и не уезжал из московской квартиры. Когда в прошлом году Дик жил в будке возле дома с мансардой, она и то гуляла с ним куда чаще, чем теперь. Поэтому Лешка вернулась за намордником и поводком, чтобы грозный с виду «кавказец» никого не напугал на станции. И еще она прихватила с собой полотенце, чтобы нести в нем ежа.

Артем закрыл входную дверь и калитку, и они помчались на встречу с таинственным незнакомцем. Впереди всех неслась Лешка – ей больше всех хотелось поскорей заполучить пропавшего зверька.

Запыхавшись, она вбежала в небольшой открытый железобетонный павильон, где на скамьях вдоль двух стен – с третьей находилась касса – сидели поджидающие электричку пассажиры. Людей было немного, навстречу Лешке никто не поднялся. Она оглядела каждого. Ее никто не ждал.

– Где же он?! – вскричала она и вылетела на платформу. Но и там с ежом никто не стоял. Вернувшись обратно, Лешка приблизилась к сидящей с краю женщине: – Вы здесь ежа не видели? Вернее, кого-нибудь с ежом в руках?

Женщина покачала головой:

– Не заметила я никаких ежей.

– Ну как же так? – Уголки Лешкиных губ опустились вниз, она еще раз обошла павильон, опустилась на свободную скамью и попросила: – Давайте еще немножко подождем. Может, его что-нибудь задержало.

Венечка с Артемом тоже обежали платформу и сели рядом с ней.

– Ни у кого никаких ежей нет, – сообщил Венечка.

Посидев минут пятнадцать, Ромка дернул сестру за руку.

– Тебя, балду, разыграли, – хмыкнул он.

Лешка уже и сама это поняла и с обидой сморщила нос:

– Но кому понадобилось так глупо прикалываться?

– Мало ли кому. Пошли отсюда, нечего народ смешить.

Насупившись, Лешка взяла Дика за поводок и молча пошла вперед. Ее догнал Венечка:

– Не переживай. Ну подумаешь, ну сбегали на станцию, кому от этого хуже?

– Дело не в том, что мы, как дурачки, туда бежали, а то, что ежик наш так и не нашелся. А я так обрадовалась, что с ним все в порядке, – ответила Лешка и зашагала еще быстрее, прямо по середине улицы. И перед самым домом на нее чуть не налетела велосипедистка – та самая светленькая девушка-почтальон с красным рюкзачком, которая сегодня уже встречалась им у дома Федора Игнатовича. Хорошо, что Артем подоспел вовремя и сдернул Лешку с дороги.

Ромка тоже посторонился, сделал несколько шагов вперед и присвистнул.

– У нас сегодня что? – сам себя спросил и сам же ответил: – Суббота.

– И верно, – поморщился Артем.

Во дворе их дома стоял автомобиль.

Глава X
Покушение на баул

На отдыхе дни недели один от другого ничем не отличаются, и потому никто из ребят даже не вспомнил о намеченном на субботу приезде четверых родителей, собравшихся совместить приятное с полезным – и чад своих навестить, и природой с погодой насладиться. Одна Нина Сергеевна об этом помнила, потому и пошла в магазин с огромной сумкой.

Как только друзья вошли во двор, на пороге возникла Людмила Сергеевна. Артем отпрянул, чтобы успеть увернуться от пылких объятий своей мамочки, однако она и не подумала обнимать любимого сыночка, а с укоризной воскликнула:

– Темочка, почему же вы ушли и все оставили открытым?!

– Как это – оставили? – удивился Артем. – Мы все закрыли, честное слово.

– Закрыли, – подтвердила Лешка, потому что сама видела, как Артем повернул в двери ключ, а выходя из калитки, аккуратно ее захлопнул. – Это, наверное, Нина Сергеевна забыла.

– Нина пришла после нас, – покачала головой Людмила Сергеевна. – Мы приехали, а здесь все двери распахнуты и никого нет.

– Правда? И что, что-то пропало? – испугалась Лешка.

В окне кухни показалась Нина Сергеевна.

– Ничего не пропало. Но вы уж, пожалуйста, так больше не делайте.

– Но Темка, честно, закрывал, я тоже видел, – вступился за друга Ромка и вдруг, несмотря на свой загар, резко побледнел. – А из дома никто не выбегал, вы не заметили?

– Нет, конечно, – ответила Людмила Сергеевна, будучи в полной уверенности, что дети попросту заступаются за ее сына. Но Ромка не стал ничего ей доказывать, а метнулся в дом, чуть не сбив с ног собственных родителей. Бросив им «здрасьте», он проскользнул между Валерией Михайловной и Олегом Викторовичем и взлетел наверх.

Через пару секунд Ромка вернулся обратно, и теперь на его загорелом лице цвела улыбка.

– Мама, папа, вы и представить себе не можете, как я рад вашему приезду, – произнес он это с такой искренностью и признательностью, что родители засветились от счастья.

– Ну вот, а ты не верила, что они наш ждут, – шепнул Валерии Михайловне Олег Викторович.

– Конечно, мы вас ждали. – Лешка подбежала к отцу, краем глаза наблюдая за братом. Что это с ним стряслось?

А Ромка, позволив маме себя обнять, тут же вырвался из ее рук и подозвал к себе Артема с Венечкой. Лешка, быстренько чмокнув отца в щеку, тоже присоединилась к мальчишкам.

– Вам не показалось странным, что кто-то открывал нашу калитку? – таинственным шепотом вопрошал ее брат.

Артем пожал плечами:

– Что ж тут странного? Воров полным-полно развелось, к счастью, ничего не успели украсть, родичи наши спугнули.

Но Ромка не успокаивался:

– А я уверен, что кто-то приходил не за чем иным, как за моим баулом. Проследил, когда уйдет Нина Сергеевна, а потом и нас из дома выманил, а вот появления наших предков не предусмотрел, и если бы не они, не видать бы мне моего клада, потому что догадаться нетрудно, где он у меня лежит.

– Погоди, – наморщил лоб Венечка. – Ты, что ли, забыл, нас никто никуда не выманивал, на станцию одну только Лешку звали.

Но Ромку не смутил и этот довод.

– Ну, во-первых, он мог предположить, что ее одну мы никуда не отпустим, а во-вторых, во-вторых… – Он помолчал, подыскивая нужные аргументы, а потом произнес зловещим тоном: – А что, если он решил похитить Лешку и попросить за нее выкуп – мой баул?

– А Дик? – возразила Лешка. – Он бы не дал меня похитить.

Ромка скорчил рожу:

– А что твой Дик? Ты могла его с собой и не взять, это раз, а потом, сама знаешь, что твой глупый пес все подряд лопает, кто бы что ему ни подсунул. Его запросто можно обмануть или даже отравить.

Лешка побледнела, а Венечка покачал головой.

– Ну, ты загнул. – Но глаза его вдруг испуганно округлились. – Хотя тебя же похищали из-за Лешкиного руконожки.

– Вот именно.

Все на минутку умолкли, и Артем счел, что Ромкины утверждения небезосновательны.

– Но кто это мог быть? Как его искать? – сузил глаза мальчик. – И откуда он мог узнать, что эта сумка у нас?

– Надо, наверное, получше спрятать твои аммониты, – предложил Венечка.

– Кто это такой и как его искать, не знаю, предположений у меня миллион, но не проверять же каждое? Как он узнал, что сумка у нас? Наверное, проследил за нами вчера, на улице-то было темно, и мы его не заметили. Спрятать баул, конечно, надо. – Юный детектив призадумался, и вскоре хитрая усмешка промелькнула на его лице. – Но искать мы никого не будем, он сам найдется. Устроим ему ловушку, вот что.

Еще раз лучезарно улыбнувшись родителям, Ромка промчался мимо них наверх. Выдвинув из-под кровати свои сокровища, он заявил примчавшимся за ним друзьям:

– Знаете, что мы сделаем? Спрячем все ракушки в другом месте, а эту сумку набьем камнями. Пусть он ее крадет, а мы на него посмотрим в прямом смысле этого слова. Короче, создадим ему все условия для воровства: он хапнет мой баул, а мы – его самого.

– Тихо! – прошептал Артем.

Ромка задвинул клад под кровать и, как Дик, повел ухом. На лесенке раздавались шаги. К ним шел Олег Викторович.

– Ну и как отдыхаем? – дружелюбно осведомился он.

– Классно. Прекрасно, – опередил Ромку Попка и, кувыркнувшись на качалке, подлетел к прутьям клетки, ухватился за них коготками, высунул головку и вполне осмысленно взглянул на отца своего хозяина.

– Слышал? – сказал Ромка и поднял вверх большой палец. – Во отдыхаем!

– Я рад. А сейчас чем собираетесь заняться? На пляж пойдете?

– А вы?

– Разумеется, мы тоже люди. – Олег Викторович шагнул к столу, где под настольной лампой сверкала золотом окаменелая раковина. – А это что?

Ромка раздумывал недолго:

– Это… Это Венька нашел. Шел по улице, смотрит – лежит. Ну, он поднял и домой принес.

Чтобы не подводить друга, Венечка суетливо поправил очки и молча кивнул.

Олег Викторович взял раковину в руки:

– Надо же, никогда в жизни не видел таких красивых аммонитов.

– Откуда ты знаешь, что это такое? – воззрился на него Ромка.

Отец слегка пожал плечами:

– Так я уже большой мальчик и много чего знаю.

– Тогда объясни толком, что это такое. Мы никак с утра в Интернет не войдем – все некогда.

– Вот и хорошо, что не торчите за компьютером, – одобрил друзей Олег Викторович и принялся объяснять: – Насколько мне известно, аммониты – это подкласс давным-давно вымерших головоногих моллюсков. А жили они так давно, что и представить невозможно. Первые из них появились, если не ошибаюсь, четыреста миллионов лет назад, а продержались они в морях и океанах безумно долго, более трехсот миллионов лет.

– Такие старые? – Ромка с уважением взглянул на раковину, а потом на обладающего столь обширными познаниями отца.

– Головоногие? – сдвинул брови Венечка. – Как осьминоги, что ли?

– Ты прав, осьминог тоже головоногий моллюск, только без раковины. А аммонит сидел в своем известковом домике, и из устья раковины торчали только его щупальца с присосками да глаза. А если моллюску угрожала опасность, то он втягивал щупальца внутрь и закрывался крышечкой. Раковина делилась на множество камер, вот, видите? – Олег Викторович указал на еле заметные прожилки на срезе наглядного пособия. – Но тело моллюска находилось в верхней, наружной камере, а остальные были заполнены газом. Регулируя количество газа в раковине, аммонит погружался на дно или всплывал на поверхность, как подводная лодка. Кстати, похожий моллюск живет сейчас в западной части Тихого и в Индийском океанах и именуется наутилусом. Кстати, поэтому так назвал свою подводную лодку капитан Немо. Хотя вы, наверное, Жюля Верна не читали, считаете его устаревшим фантастом. И вообще, дети теперь, к сожалению, все реже берут в руки книги.

– Я читал, эта книга называется «Двадцать тысяч лье под водой». – Венечка не только внешне походил на мультяшного Знайку, но и был таким же умным и начитанным. – А еще капитан Немо появляется в «Таинственном острове».

– Молодец, – похвалил мальчика Олег Викторович и продолжил свою краткую лекцию: – Аммониты были самых разных форм и размеров, от нескольких сантиметров до двух метров, их насчитывалось около тысячи пятисот видов, а поскольку они быстро сменяли друг друга во времени, то интересны не только палеонтологам, но и геологам, так как помогают им определять возраст попавших в них полезных ископаемых.

«Так вот почему находящиеся в бауле раковины такие разные! Они же разнятся по возрасту в миллионы лет!» – подумал Ромка и пожалел, что не может показать отцу найденную коллекцию. Тогда придется все ему рассказать, а он начнет за них волноваться, еще и маме проговорится, и последствия этого лучше себе и не представлять.

– А вот это, – указал Олег Викторович на сверкающую желтую поверхность, – скорее всего, марказит, минерал, из которого получают серную кислоту. Похож на золото, не правда ли?

– Мы сначала так и подумали, – ответил Венечка, – но потом сами разобрались.

– Значит, хоть эта ракушки и не золотая, но все равно очень ценная, так? – решил еще раз удостовериться Ромка.

– Ну, разумеется. Странно, что такие редкости на дорогах валяются. – Конечно, Олег Викторович понял, что Венечка чего-то недоговаривает, но пытать его не стал, так как хотел поскорее очутиться на речке, и лишь поторопил друзей: – Собирайтесь скорее.

– Уже идем. – Ромка вскочил с кровати и вдруг схватился за горло и закашлялся так, что на глазах выступили слезы.

– Что с тобой? – встревожился отец.

– Ерунда, простудился немного, – хриплым голосом проговорил юный сыщик. – Не волнуйся, пройдет.

– Как это – пройдет? Надо лечиться, и немедленно.

– Я не сильно простыл, чуть-чуть, – пошел на попятную Ромка и с большим сожалением вздохнул: – Однако боюсь, что купание в реке только усугубит мою болезнь.

– Разумеется, усугубит, – согласился Олег Викторович. – Тогда пусть все идут, а я останусь с тобой, чтобы ты не скучал. Когда ты был маленький и болел, то всегда просил, чтобы я с тобой посидел.

Но Ромка замотал головой и, поняв, что перестарался, существенно умерил свой хрип.

– Спасибо тебе, но я уже большой и знаю, что ты всю неделю мечтал о речке. Иди и ни о чем не думай, а я еще успею накупаться. Только маме ни о чем не говори, чтобы не омрачать ее отдых. А мне нисколько не будет скучно. Полежу с книжкой, посмотрю телик.

Олег Викторович потрогал Ромкин лоб.

– Температура вроде нормальная. Ну что ж, сиди дома и полощи горло. Постараюсь скоро вернуться.

Помявшись на пороге, отец ушел.

– Ты прямо сейчас хочешь прятать аммониты? – спросила Лешка. – Потом, что ли, нельзя? Нина Сергеевна ведь дома, а при ней кто сюда придет их воровать?

Но брат был непреклонен:

– Зачем тянуть время и рисковать? Этот, не знаю кто, может и Нину Сергеевну как-нибудь обмануть. Лучше перестраховаться. Вы идите, а то предки чего-нибудь заподозрят. Я и сам со всем управлюсь.

Вскоре все ушли, кроме Нины Сергеевны. Ромка с благодарностью принял от нее какое-то полоскание, тут же выплеснул его за окно и незаметно выскользнул во двор. За забором он нашел обломки кирпичей и набил ими баул. А в сарае обнаружил несколько пачек старых газет, припасенных для растопки камина и иных хозяйственных нужд, и сложил их все вместе. Получилась высокая стопка, внутри которой он вырезал огромную нишу, потому что не раз читал о том, как люди прячут деньги, драгоценности или даже пистолеты в книги. Но для его громоздкого клада как нельзя лучше подходили именно газеты.

Работал Ромка долго. Немало времени ушло на то, чтобы изрезать кипу макулатуры. Побегать тоже пришлось порядком. Чтобы Нина Сергеевна ничего не заметила, он таскал в сарай аммониты небольшими порциями. Учитывал юный детектив и то, что за его действиями может подглядеть преступник.

Завершив свой нелегкий труд, Ромка позвал с собой Дика, заперся с ним на веранде и улегся на Венечкину кушетку, поставив перед собой зеркало так, чтобы, не вставая с места, обозревать и калитку, и окна гостиной, и входную дверь – ее он предусмотрительно оставил открытой.

Но в этот день за его кладом никто не пришел.

На следующий день снова пришлось кашлять и терпеть ингаляцию – Валерия Михайловна не могла уехать, не вылечив сына. Ромка вынес и это испытание – на что не пойдешь ради выяснения тайны?

А когда к вечеру все четверо родителей собрались в Москву, Владислав Николаевич подошел к Венечке:

– Собирайся, поедешь с нами. Я обещал твоей маме завезти тебя домой.

Венечка чуть не заплакал. Завтра все будут ловить преступника, а он – торчать в душной московской квартире. Мальчик убежал на веранду, позвонил домой и принялся уговаривать родителей разрешить ему остаться еще хоть на один денек.

Его мама долго не соглашалась.

– Ну пожалуйста, погуляй еще немного с Дожиком, – хныкал Венечка.

– Дело не в собаке, а в том, что мы сами не сможем за тобой заехать, потому что машина в ремонте, – объясняла мама.

– И ничего страшного. Здесь меня посадят на электричку, а ты или папа можете меня встретить. Заняты будете? Ну и ладно, сам доберусь, ты забыла, наверное, что я уже большой. Телефон-то у меня с собой, и вы с папой в любой момент сможете меня проконтролировать.

Венечка отключил мобильник и с превеликим облегчением выдохнул из груди воздух:

– Наконец-то удалось ее уговорить. Потом я к вам еще разок приеду. Как было бы хорошо, если бы Дик с Дожиком смогли подружиться! Я взял бы Дожика с собой, и мы пожили б у вас подольше.

– Да, с вашими собаками одна морока, – пожалел Венечку Ромка. – То ли дело мой Попка. Вот от кого никаких хлопот и неприятностей, и поговорить можно, и доверить всегда найдется кому.

На это трудно было что-либо возразить.