290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Дар проклятых (СИ) » Текст книги (страница 6)
Дар проклятых (СИ)
  • Текст добавлен: 5 декабря 2019, 13:00

Текст книги "Дар проклятых (СИ)"


Автор книги: Настя Любимка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

– Идиот.

Мы ведь говорили, что не связаны родственными узами, он точно дурак.

– У тебя десять послушных сексуальных рабынь, на кой тебе я? Зар, я не вру, говоря, что покончу с собой, если ты ко мне прикоснешься.

Еще как вру, чтобы я из-за этой мрази себя жизни лишила? Да не дождется!

Азария перекосило.

– НЕТ!– крикнул и тут же сграбастал в объятья.

Свидетелем странной картины: в обломках письменного стола, валяющихся бумагах, стояла парочка, в которой один крепко сжимал в объятьях, а вторая брыкалась, стал Мартин.

– Азарий, пусти девушку, задушишь,– будничным тоном попросил он.

Сработало, медвежья хватка ослабла. Жадно глотая воздух, сползла на пол, придурок, чуть не задушил.

– Готовить столб? – холодно поинтересовался Мартин.

– Чего? – прохрипела я.

– Двадцать плетей,– повернулся ко мне Мартин.

– Нет, Мартин, не вмешивайся,– взревел Азарий и подхватив меня на руки, пинком открыл дверь.

Словно мой вес ничего не значил, совершенно не напрягаясь, он бежал по коридору. Впереди замаячили двери моей комнаты, у которой стояли два здоровенных лба. Заметив нашу странную парочку, они вытянулись, Зар что-то прошипел, они вздрогнули, затем один открыл дверь.

– Господин,– упала нам под ноги аллора.

– Вон! – заорал Азарий так, что уши заложило.

Испуганная женщина мигом вылетела в коридор, не забыв закрыть за собой дверь, вот это выучка!

– Пусти уже,– устало выдохнула.

Полустон, полурык и меня мягко опускают на диван в гостиной.

– Ты идиотка, какого драдха, вышла из комнаты или думаешь плети – это шутка?

– Забота проснулась?

– Дура!

– А я не боюсь,– спокойно смотрю в янтарные глаза.

– Не боишься? Да ты от трех ударов скончаешься!

– И что? Не с кем играть будет, печа-а-ально.

Я издевалась, откровенно забавлялась, наблюдая, как окончательно слетает маска с лица Зара. Растерянность, удивление, желание и ненависть, эмоции сменяли одна другую.

– Ты хочешь меня, а мне противно. Впервые так, да?

Покачала головой, демонстративно облизнула губы.

Перегнула палку, запоздало подумала я, когда мое тельце оторвали с дивана и потащили в ТУ самую комнату.

– И что дальше? – приземляясь на огромедную кровать, поинтересовалась,– сорвешь с меня одежду и изнасилуешь?

– Если понадобится еще и свяжу.

– Ты куда?

Азарий медленно шел к двери. Моя надежда сдохла, когда, не доходя до нее, он побрел к шкафу. В меня полетели какие – то тряпки, которые падая на кровать, звенели. Любопытство штука интересная, а при условии, что ничего нового за последнее время я не видела, так еще и убийственная.

Естественно я самозабвенно начала рыться в этих тряпочках. Впрочем, о чем – то таком я и догадывалась. Инкрустированные драгоценными камнями легкие полупрозрачные туники и платья. А вот это явно для танцев предназначается: длинная в пол юбка из множества лоскутов, широкий пояс с монетами и лиф идентичного с юбкой цвета.

– Это ты должна носить,– раздалось над головой.

И когда он так близко подойти успел?

– Нет,– категорично, но с жалостью, тряпочки-то краси-и-ивые.

– Там,– указывая себе за спину,– нижнее белье и пеньюары. Сегодня я хочу, чтобы ты надела все песочного цвета, ясно?

– Пфф.

– Повторяю, песочного цвета

– Да хоть лилового, не одену.

– Ло, я и так слишком мягок. Если понадобится, тебя слуги и переоденут, и подержат. Так что не кочевряжься.

– А с какой стати я должна это носить? Да еще под твою диктовку?

– Ты моя маэтэ и будешь делать все, как захочу я. До ночи пара часов, приведи себя в порядок. Да и тело натри розовым маслом,– как – то мечтательно протянул Зар.

– Сожалею, у меня аллергия на розы. Да и на ночь планы другие, – соскальзывая с кровати, поведала я.

И попыталась прошмыгнуть к двери.

– Стоять.

Застыла, страшно стало.

– Выбирай,– откидывая мои волосы и проводя пальцами по голой шее, зашептал Зар,– плети или ночь со мной.

Вздрогнула, но не отступила и так же жарко, в тон ему ответила:

– Плети.

– Умная девочка, – легкий шлепок по попе и эта зараза выходит из комнаты.

Моя попытка выйти следом, провалилась. Дверь не открывалась, зато после приступа ярости, когда я крушила все, что попадалось на глаза, беспрепятственно вошла кучка женщин.

Что тут началось! Одна из них, та, что стояла ближе ко мне, указала пальцам в мою сторону. Молниеносно две других сорвались с места и в один присест заломали меня.

Сказать, что я прибывала в шоке, не сказать ничего. Неужели все-таки плети? Как-то не верилось.

Но нет, меня тащили в ванну, в прямом смысле тащили, перекинув через плечо. Они вообще женщины? Откуда такая сила?

Я, помнится, возмущалась методам невад, так вот, там были цветочки. Мою кожу драили так, словно я была телкой на скотобойне. Под конец всех процедур, я тихо поскуливала, мысленно обещая прибить их.

Но когда эти женщины попробовали натереть меня розовым маслом, не сдержалась. Пара пульсаров и мои мучители полысели. Выхватив у одной дымящейся женщины полотенце, закуталась в него.

Так как они все еще прибывали в ступоре, продолжая гореть, сжалилась и отправила плавать в бассейн, а водичка там холо-о-о-одная.

К тому моменту, когда они мокрые, зато блестящие, лысинки прямо радовали, вылезли из ванны, я была полностью одета и готова к обороне. О чем красноречиво свидетельствовали огненные шарики в моих руках.

– Маэтэ маг,– восхищенно пискнула старшая, та, что указывала пальцем и бухнулась на колени.

За ней последовали остальные. Там внизу были не только они, но и моя челюсть.

– Вы там долго сидеть будете? – поинтересовалась я.

Ноль эмоций.

–Ну, я тогда пошла,– потушила пульсары и выскользнула за дверь.

До назначенного Азарием времени, оставалось буквально двадцать минут. Забравшись на кровать и обняв ноги, решала задачку. Что делать? С одной стороны получить обходительное отношение, купаться в роскоши и терпеливо ждать, когда мой дар вернется. С другой, сопротивляться изо всех сил и получить пресловутые плети, и не факт, что до дня рождения доживу.

Но цена... я не рамера, чтобы продавать свое тело! Этого не будет. У меня есть гордость! Пусть она появилась стараниями учителя, но появилась! Унижаться не стану!

Память услужливо подкинула момент из прошлого.

– Леди Лола, прискорбно сознавать, что ваше образование на таком низком уровне. Я не могу поставить вам зачет,– покачивая седовласой головой, и слегка причмокивая, говорил господин Иртер, учитель по базовым проклятьям.

И я, стоящая у стола, затравленным взглядом считая пыль на полу. Одна, вторая... третья. Я только сегодня, впервые, создала зелье, не спутав ни одного компонента, меня так хвалила Артиа, преподаватель по зельям,  даже разрешила его попробовать! И вот, теперь я вижу все до мельчайшей детальки. Что казалось незначительным, не требующим внимания, в разы увеличилось, и игнорировать не получалось. Малейшие морщинки на лице Иртера, приняли вид крупных борозд. Он был противен мне, никто из учеников не любил его.

– Но... мы можем договориться,– закончил свою уничижительную речь учитель,– ты понимаешь, о чем я?

Понимала ли я? Понимала, как и то, что если вылечу из школы, отец обещал жестоко наказать и запереть в подвале, не пуская тетушек ко мне.

Как-то я подслушала разговор старших учениц, где одна горько плакала, а другая утешала. С их тихого диалога, я и узнала, каким образом свои зачеты ставит учитель по базовым заклятьям.

– Жду тебя ночью.

Я была готова на все, лишь бы не быть исключенной из школы и не лишиться возможности видеться с тетушками. На все и даже на это. В пятнадцать лет мне было, не жаль ни своего тела, ни гордости. У меня ее попросту не было.

Уставшая от многочисленных переэкзаменовок по базовым, не спавшая последние три дня, я как во сне плелась в корпус, где проживали учителя.

Случайность или нет, но я попалась на глаза господину Ортону. Моя бессвязная ложь, а под ее конец обморок, привело к тому, что он попросту просмотрел мое сознание.

Это был первый раз, когда я своими глазами видела учителя в полной боевой готовности. Да и вообще, работу некроманта, видела впервые. То, что он сделал с Иртером, стало примером для многих остальных учителей, дрожали даже взяточники.

После демонстрации наказания, а по сути убийства, господин Ортон раз и навсегда вбил в мою голову, что я не ничтожество. На тот момент, его аргумент: что ради падали он бы и мизинцем не пошевелил, показался более чем убедительным.

Сейчас передо мной тот же выбор, жить, но на коленях или бороться. Бороться, не смотря на последствия. Что выбрать?

Вновь всплыли картинки из прошлого, совсем недавнего прошлого. Выпускная речь декана, господина Ортона.

– Пять лет назад, никчемные, практически бездарные существа вломились в эти ворота,– «эти ворота» пару раз грохнули, приветствуя мага. Церемония вручения дипломов проходила на улице, как раз во дворе, где когда-то шел прием.

– Кто-то сумел воспользоваться пуолученной информацией, что вдалбливалась в вмаши головы на протяжении пяти лет, кгто-то вылетел раньше, чем смог пёроизнести государственный экзамен,– с задних рядов послышались смешки. Все помнили барона Прутти, чей сын, нахватавшись двоек, был отчислен, так его папочка, неделю бегал к декану с деньгами, потом с угрозами, в итоге был отправлен в полет. В прямом смысле, окно в деканском кабинете восстанавливали за счет барона.

– Есть среди вас и гордость учителей, есть те, на кого мы сможем рассчитывать в тяжелую минуту. Кому – то дорога в Ковен, кто-то остается преподавателем, а кто-то на большее, чем быть сельским целителем, не смеет рассчитывать.

Половина целителей вздохнула, это о них велась речь.

– Но есть жемчужина, которая уверен, еще неоднократно удивит нас,– впервые за всю свою речь учитель улыбнулся. – Леди Лола Ирнейская, прошу, поднимитесь.

Словно в тумане я поднималась по ступенькам на импровизированную кафедру. Выпускники смолкли, образуя идеальную тишину. Первый год, я отчаянно отбивалась от их шуток и насмешек. Во второй год, я отбивалась от подхалимов и лицемеров. На третий, ко мне вообще боялись подходить.

– Лучший ученик за все время. Та самая жемчужина...

– Коса Смерти, Пресветлые с тобой! – крикнул голос из самого конца.

Неожиданно для меня, все выпускники встали, склонились и синхронно повторили фразу, один раз, второй, третий... На глаза наворачивались слезы, но сдерживала, сдерживала, пока учитель не спустился к ученикам и не повторил их действия.

Признание, общественное признания, а главное самого авторитетного человека в моей жизни. Я заревела, думаю, это послужило для всех шоком, никто никогда не видел моих слез. Получив свой диплом, я еще долго не могла прийти в себя.

Улыбнувшись своим мыслям, направилась в место для встреч с арэтэ.

Темные ведьмы не сдаются без боя. Темные ведьмы ломают препятствия, прогибаются под обстоятельства, но не более. Я та, что выдержала боль в миллионы раз сильнее, чем пресловутые плети. Сломать мое тело? Да, пожалуйста, дух не сломлен. Он – птица, парящая высоко в небе.

Глава восьмая

– Умная девочка,– жарко шептал голос.

Отмахнувшись, перевернулась на другой бок. Черт возьми! Умная девочка! Да я уснула! Объятья стали крепче, последний оплот, туника, соскользнула с тела. Поцелуи Зара цепочкой бежали по плечу, шее.

Словно в прострации отметила для себя, что его ласки ни капли не возбуждают меня. Он подловил меня, довольно удачный момент: сонная, еще во власти полусладкой дремы, тело расслабленно, но....

Никакой реакции, абсолютно.

Когда его пальцы сжали соски, проснулась окончательно.

Во-первых, больно, во-вторых, неприятно, и, в-третьих, да кто его учил так с женщиной обращаться?

– Канал связи налаживаешь? – прокомментировала манипуляцию с сосками.

Зар замер, затуманенным взглядом посмотрел на меня.

– О, есть контакт,– попыталась спихнуть его тушу с себя.

Почти удалось, все же он тяжелый.

– Ло? – нотки ясности прозвучали в его голосе.

– Да-да, слезь меня жертва озабоченности.

Пока он от гнева хватал ртом воздух, таки спихнула его с себя и облегченно выдохнула.

Перевернулась, подобрала порванную тунику, прикрылась и только тогда взглянула на арэтэ.

– Зар, – как можно мягче начала я,– у нас с тобой ничего не получится. Успокойся, выдохни.

– Успокойся? Выдохни? – кажется, я разворошила змеиное гнездо.

– Ты получаешь удовольствие от сношения с бревном?

– С бревном? – эхом повторил он.

– Именно. Ты уж извини, но ни ты, ни твои действия не возбуждают. Ты слишком груб и не сдержан.

– Вот как,– протянул Зар, его глаза вспыхнули.

Смотрелось жутковато, комната освещалась несколькими свечами, его длинные янтарные волосы блестели, а к этому добавился огонь глаз. Больно, так бывает, когда слишком долго смотришь на полуденное солнце.

– А с чего ты решила, что ты должна получать удовольствие? Маэтэ существуют для удовлетворения мужчины, что там чувствуете вы, никого не волнует,– желчно прохрипел Зар, подползая ближе.

Отпрянула. Ах, вот оно как, тело женщины собственность мужчины, что хочу то с ним и делаю?

– Я не твоя маэтэ, ты держишь меня насильно. Так что речи о моей покладистости, а уж тем более о доставлении удовольствия тебе, не может и быть.

– Ошибаешься, Ло, ты будешь делать все, что я потребую. Я даю тебе последний шанс, будь хорошей девочкой, не заставляй меня применять силу.

Пока он это говорил, отползла к самому краю необъятной кровати, и опустила одну руку вниз, так чтобы пульсар, вызванный мной, был незаметен, пока незаметен.

– А ты попробуй, – спокойно ответила на его угрозу.

Мгновение и он прыгнул на меня, идиот. Его полет был кратковременным, а удар болезненным. Встреча пульсара с жертвой прошла успешно. Крик, запах паленых волос, и боюсь, подпорченное лицо. Разве я виновата, что пульсар угодил ему не в грудь, куда я метила, а выше?

Чуть качаясь, Азарий поднялся и нарочито медленно пошел ко мне. Я во все глаза наблюдала за процессами, происходящими на его лице.

Ожог, закрывающий правую половину, пульсировал, пузырьки лопались, тут же затягиваясь, ярко красный цвет бледнел, пока от встречи с огненным шаром не осталось и следа.

Только теперь мне стало по-настоящему страшно, что он за существо? Как за столь короткий момент, от раны не осталось даже воспоминаний? Трясясь от страха, ползла в угол, вжалась, затравленно глядя на Зара. Его длинные волосы, местами укоротились, на плече затягивался последний рубец, а он шел ко мне.

– Не подходи! – заорала сумасшедшая.

Этой сумасшедшей была я.

– Ло, а я предупреждал,– тихо напомнило чудовище, бывшее когда-то Заром.

Он чудовище в теле человека!

– Не подходи! – сорвалась на визг. – Не приближайся!

Это было последнее, что я сказала в эту ночь. Дальнейшее помнилось смутно, боль, стыд, снова боль. Душа рвалась на части или кто-то ее рвал, медленно отдирая кусочек за кусочком, наслаждаясь каждым стоном и вскриком.

Я помню смутно большую часть ночного времени. И в этом мое спасение. Потому как результаты... нет, не впечатляли, ужасали и вызывали истерику.

Мне было противно смотреть на себя, впрочем, большую часть следующих суток, я не чувствовала ног, вяло шевелились руки, изглоданной костью валялась в кровати, не обращая внимания на старания аллоры.

На вторые сутки, разум вернулся ко мне, а с ним ярость и боль. И ненависть, я ненавидела себя, свою гордость, чертово самомнение о своих силах, я ненавидела себя за тот страх, что испытала к этому чудовищу. За то, что не смогла сдержать эмоций, за свой проклятый ступор, я могла обороняться или, в крайнем случае, убить себя. Я же... я просто тряслась.

Мерзко, как же мерзко...

– Деточка, пожалуйста, позволь,– голос аллоры дрожал,– позволь помочь.

Дело в том, что я даже в беспамятстве, не давала к себе прикоснуться, хоть служанка пыталась и не раз.

Я и без нее понимала, что нужно привести себя порядок, смыть с себя кровь, пот этого ублюдка, сменить окровавленные простыни и залечить раны...

Что – то после той ночи изменилось в аллоре, она смотрела более нежно, словно извинялась, как будто в чем – то была ее вина.

– Помогите подняться,– дрожащими руками цепляясь за одеяло, попросила я.

– Деточка,– всхлипнув, аллора бросилась ко мне.

Немного не так я представляла себе ее помощь. Осторожно оттолкнув протянутую руку, она как можно бережнее подняла меня на руки. И словно маленькую девочку, понесла в ванну. Несмотря на всю осторожность, ее касания для меня были хуже крапивы.

Тело жгло от воды, но стиснув зубы, терпела.

Аллора в полном молчании смывала кровавую пену, водила губкой по телу, а я плакала. Тихо, не издавая ни звука. Со слезами уходила боль, каплей за каплей, она растворялась вместе с пеной и мылом, вместе с причитаниями аллоры. Уходила, оставляя вместо себя камень, а не сердце. Я чувствовала, как внутри все леденеет, покрывается толстой коркой льда, не оставляя лазейки.

– Милая, наклонись немного,– прошелестела аллора.

Послушно выполняю просьбу. На голову льется теплая вода, аллора промывала каждый слипшийся волосок, вода в ванне окончательно покраснела.

К концу процедур задремала, аллора не только отмыла меня, но и чем-то мазала тело. Так же бережно, как несла в ванну, она вернула мое тельце в спальню. Что-то, приговаривая на своем языке, подталкивала кружку с отваром. Вздохнув, выпила, тут же уснув.

***

Ильгарред де Фиаре

Мои эмоции сплетались в тугой клубок, внутри, с каждым мгновением нарастали гнев и ярость. Хотелось сорваться с места и лететь за девушкой, которую выбрало мое сердце.

– Последний гарнизон пал,– устало возвестил эльф, и отложил вилку.

Поздний ужин, за столом главы из стран: Ирралии, Варресы и Анегнии.

– Да, благодаря Ковену Магов, спасибо, господин Ортон,– смотрю в глаза седовласого мужчины. А сам мыслями совершенно не здесь.

– Да хватит уже! Господин, ваше высочество,– вдруг вспылил некромант,– мы взрослые люди! Обстоятельства сложились так, что у нас только два выбора: сблизиться или больше не контактировать. Второе менее вероятней. Зовите меня Карл.

– Хран,– первый нарушил тишину король метаморфов.

– Ари,– последовал его примеру эльф.

– Ильгар.

– Так-то лучше. Что удалось узнать у Гастена?

– Лично у него или королевы? – искривил свои губы, вспомним змею в теле женщины,– Ло была права, весь заговор касался именно ее персоны, род Ирнейских настолько отупел за годы своего правления, что в их голове никак не укладывалось, что не всех прельщает власть. Но не это самое главное.

До хруста сжал пальцы и набрал в грудь побольше воздуха. То, что я должен сказать, до сих пор не укладывалось в моей голове.

– Похищение принцесс, работорговля, дело рук королевы и ее приспешников. Главными фигурами при исполнении были лорд Ирнейский и бывший глава Ковена Магов Дакер Партир.

Тишина стала звенящей.

– Теперь понятна особая ненависть к Ло, случайно влезла в осиное гнездо, так еще сил хватило противостоять.

– Насколько я помню, к ней никогда не относились как к члену семьи,– тихо сообщил Карл,– первые месяцы в школе, Ло была самым забитым, самым испуганным существом. Она никогда не знала материнской любви, ее темный дар, внушал страх ее семье. Отверженная – это про нее. Но я не понимаю, в нашей стране пусть и редко, но рождаются темные маги. Им бы гордиться, что в их роду появилась столь огромная сила, а они...

– И на это имеется ответ, – зло выплюнул эльф.

Три пары глаз устремились на него.

– Ладно, Карл и Ильгар, простите, но вы слишком молоды. Хран, ты так и не понял, что за загадочная раса помогла Зармении и чей представитель забрал Ло?

Метаморф вздрогнул, посерел и бледными губами прошептал:

– Карренги.

Я и господин Ортон уставились на эльфа, он единственный кто сохранял спокойствие, только глаза выдавали беспокойство и обреченность.

– Ее не вернуть,– покачал он головой,– она в Мертвом городе.

– Где? – вскочил со стула, опрокинув его.

– Мертвый город,– повторил Ари.

– Что за чертовщина, я никогда не слышал о подобном и Карренги, кто это? – взволнованно спросил Карл.

– Боюсь, вам не понравится ответ, – покачал головой Хран.

– Ильгар, забудь о ней, ты бессилен. Мы все бессильны,– глухо заключил Ари.

– Забыть значит? – холодно переспросил и сжал пальцы на груди,– смотрите.

Одно движение и рубашка рвется, обнажая мой торс, а куски ткани летят на пол.

– О, Пресветлые,– одними губами прошептал Карл.

– Как давно?– подскочил эльф.

– На второй день после нашей встречи. Именно поэтому я принял ее игру с танцем, на то, что ритуал свершится, не надеялся, я и так знал, что она – обещанная.

– Когда появилась золотая руна?

– Вчера,– глухо ответил, прикрывая глаза.

– Ты ведь понимаешь, да?

– Понимаю,– рыкнул Ильгар,– понимаю, что ей было так больно, что проявилась последняя часть рисунка. Понимаю, что она в беде, но телепортировать к ней не могу! След обрывается в океане!

– Ильгар, тише,– Карл положил руку свою руку на мое плечо.

– Она на изнанке. Империя Карренгов находится на изнанке мира, и вход туда находится на дне океана.

– Откуда ты знаешь?

– Я был там,– пожал плечами эльф,– на свадьбе Сириуса, отца Азария. На седьмой, последней свадьбе.

– Седьмой?

– Верно, у них принято многоженство. Помимо этого существуют гаремы, в зависимости от статуса и возраста, количество наложниц ограничено.

– Ло насильно выдали замуж?

– Хуже, она маэтэ, наложница по– нашему. У нее нет прав, у нее не должно быть желаний, постельная игрушка. Кратковременная. Ильгар, она не выживет.

Медленно, как в тумане, опустился на стул, голова кружилась, руки мелко тряслись. Что я за мужчина, который не может спасти свою женщину?!

– Расскажи о них,– глухо прошу, сжимая кулаки.

– Я знаю слишком мало,– вздохнул эльф,– когда – то существовал сильный темный маг, который и основал род Карренгов. Каким образом ему удалось попасть на изнанку и создать там свою империю – не знаю. Его расовая принадлежность – человек, до определенного момента...

– Как это? – удивился Карл.

– А вот так, мне доподлинно неизвестно, но еще мой отец предупреждал не связываться с Карренгами, в их жилах течет кровь Пресветлых. Она – то и изменила их сущность, это уже не люди. Одно время их род держал весь мир в своих руках, наши расы клялись им в верности. Именно поэтому, ни один из нас не сможет навредить представителям данного рода, но... около  тысячи лет назад, что – то произошло. Нашим странам была дарована независимость, а сами Карренги вернулись на изнанку, изредка выходя в мир, чтобы найти невесту для верховного правителя.

– Невесту? – облизнул пересохшие губы и тяжело выдохнул.

– Да, седьмую жену.

– Именно седьмую? – уточнил Карл.

– Да. Это все, что мне известно.

– Ты забыл добавить, что их сила чудовищна,– отозвался до этого молчащий Хран,– она сметает все на своем пути, у них нереальная регенерация. В секунду, глубокая рана затягивается...

– Да это невозможно! – подскочил Карл. – С чего бы им тогда прятаться?

– Извините, передо мной забыли отчитаться,– огрызнулся эльф.

– Ари, спокойно. Тут какая-то тайна,– задумчиво протянул Хран.

– Я узнаю,– хрипло заявляю,– всему есть объяснение, уверен, данная тайна – слабое место Карренгов.

Пошатываясь поднимаюсь со стула и бреду прочь из зала. Мне нужно побыть в тишине. Успокоить бешено бьющееся сердце. Ло, умоляю, дождись меня. Я не отдам тебя, девочка.

***

Лола Ирнейская

Мне снились тетушки. Я так давно их не видела.

Последний раз, когда мы встречались, мне было восемнадцать лет. Хоть и переписывались мы регулярно, но этого явно было мало, и им, и мне.

Их добрые лица, нежные руки, звонкий смех и непрестанные наставления. Я безумно радовалась тому, что внешностью пошла в них: от тетушки Летти, мне достались глаза, а от тетушки Катин густота и цвет волос.

Мне снились тетушки. На этот раз они не улыбались, в их глазах светило беспокойство и боль. Безумно хотелось протянуть руку и разгладить морщинки на их лбах. Хотелось прижаться к ним всем телом, обнять и говорить, говорить, говорить.

Как когда-то... часами, обо всем на свете. Я тянула руки к ним, я рвалась к ним, но что-то меня держало. Словно петля на шее. Как однажды в детстве.

Распахнула глаза, вздохнула, машинально провела рукой по шее, там все еще хранился привет из детства, тонкий маленький шрам от удавки.

Несколько минут бесцельного осмотра потолка, привели меня к выводу, что бездействие – это яд. Яд, от которого не существует противоядия.

Слишком часто я начала вспоминать ужасные моменты из жизни. Говорят, в момент смерти, в голове мелькают события всей прожитой жизни. Говорят, но не утверждают. Думаю, мы вспоминаем свое прошлое в преддверии смерти, когда остро ощущаем ее присутствие. Да, уверена, так оно и есть.

Я не хочу умирать, впрочем, я никогда не верила, что это возможно в столь раннем возрасте.

Даже тогда, на Даррнетском перевале, я будто поцелованная Пресветлыми, обходила ловушки этой уродливой старухи. Ни на секунду не задумывалась о возможности умереть.

А сейчас... сейчас мне кажется, дамочка по имени Смерть, ходит за мной попятам и жадно потирает ручки.

Глубоко вдохнув, закрываю глаза, но сон не идет. За окном последние мгновения ночи, самые темные, самые любимые. Свет еще не пронзает тьму. Но до этого момента остается совсем чуть-чуть, и ночь борется, сгущая краски. Так же, как всегда шла борьба в моей душе, вот-вот... и забрезжит свет. Еще чуть-чуть... совсем немножко, и мне станет легче.

Один раз стало, во время вручения диплома, так легко и невесомо я себя еще не чувствовала.

Медленно опускаю ноги на пол, запоздало отмечаю, что боли не чувствую, словно все приснилось, и ничего не было. Только нет сил смотреть в зеркало. На себя смотреть не хочется. Но есть волшебное слово, что не раз стаскивало меня с кровати ранним утром, когда после бурно проведенной ночи, мечтала только о сне. Это волшебное слово: НАДО.

Я должна посмотреть, что сотворила эта тварь со мной. Я должна, и если там все так ужасно, как чувствовала, то я должна это принять.

Ненавидеть себя – не выход, это самоуничтожение. Медленно словно на заклание, иду к большому зеркалу. Встала напротив, зажмурилась, страшно.

Открываю глаза. Исполосованное тело, уже рубцы, раны затянулись, и думаю, к вечеру, от них не останется следа. Но вот как? Я не Зар, у меня нет той силы, неужели мазь аллоры столь чудодейственна?

Осторожно провела по своим ногам, ногам в полосочку. Я все еще красива, а это... это можно исправить. Выдохнула, Зар ответит за каждую черточку на моей коже, за каждый мой стон и боль, за каждую мою мысль о смерти.

– Девочка? Ты уже стоишь? – всплеснула руками, вошедшая аллора.

Поспешила к кровати, сдернула одеяло и закуталась в него. Может показаться смешным, ведь эта женщина мыла меня и, конечно, видела обнаженной, но... так мне уютнее.

– Все в порядке,– улыбнулась ей.

В немом удивлении, она уставилась на меня, не понимая, изменения в моем настроении. А не собираюсь я хандрить, мне отсюда выбираться надо, а не сопли жевать. Пожалею себя позже, за кружкой крепкого эля в трактире дядюшки Гамбы.

– Вам уже лучше? – неверяще спросила аллора.

– Да, все отлично. В ночном бдении, не вижу смысла. Можете, иди спать.

– Но... как же...

– Простите, по – вашему, я должна рвать на себе волосы? Или может пытаться убить себя?

Женщина молчала, но ее глаза говорили красноречивее слов. Хм, все же ты не каменная аллора... отличненько.

– Нет, спасибо, я слишком люблю себя.

– Невероятная...– прошептала аллора.

– Что?

– Девочка, ты невероятная. И сильная, ты должна стать женой.

– Хм, и чьей?

– Азария, конечно,– всплеснула руками эта невероятная женщина.

– Вот как, извините, а я могу сменить аллору?

Она побледнела и мелко затряслась:

– Не губи деточка, не губи,– запричитала, падая к моим ногам.

– Э... встаньте, да встаньте же. Что с вами? Чего вы так испугались?

– Не губи... не губи,– будто не слыша меня, вторила эхом.

– Аллора, если вы мне сейчас ничего не объясните, я совершенно точно попрошу вас заменить.

Рыдания утихли, надежда появилась в ее взгляде, медленно она поднялась.

– Аллору, от которой отказалась маэтэ, казнят.

– Оу,– нет слов,– а поподробнее?

Вздрогнула, но взгляда  не отвела.

– Может... может, присядете? Разговор долгий будет, а вы не настолько окрепли,– наконец, после минутного молчания, выдала она.

Заинтригованная ее словами, послушно плетусь к кровати и присаживаюсь с краешку. Аллора устроилась напротив, попросту сев на пол, так что ей приходилось сильно задирать голову, чтобы видеть мое лицо.

– Аллора, вам же неудобно,– попыталась воззвать к разуму.

– Нет, тротто – запрет. Слуги не должны находиться на одном уровне с господином. Тротто.

Еще одно новое слово в мою копилку.

На этом аллора замолчала и просто смотрела на меня. Я не подгоняла ее, решив, что ей требуется время для того чтобы привести мысли в кучку, да и наверно, сделать какой-то выбор.

Ведь неспроста, она в самом начале нашего знакомства, отказывалась отвечать на мои вопросы.

– Мое имя Рагнесса,– чему-то улыбаясь, начала она,– я помогу тебе стать женой. По – другому, тебе не выжить.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю