Текст книги "Не мой прекрасный принц (СИ)"

Автор книги: Надежда Швец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

16 часть

Когда Дагон не вернулся утром, я и вовсе пристала к Трагану, уговаривая его отправиться к шаману. Юноша внезапно проявил стойкость – он впервые мне отказал, сказав, что лезть в дела Дагона не стоит.

К обеду он также не вернулся, а я не смогла притронуться к пище.

Вечером же, я все-таки смогла доконать Трагана и уговорить хотя бы узнать, что происходит в городе, внутренне обмирая от мысли, что вести могут быть самые страшные.

На площади вовсю веселились – мне даже на мгновение показалось, что время колыхнулось назад и я вновь присутствую на Дерша.

Около огромного костра сновали дети, поблизости танцевали молодые пары под бесноватую, немного грубую музыку.

Чуть в стороне, на небольшом подиуме, вальяжно восседал Гро-Домин. Для него вынесли мягкий диванчик с множеством подушек, под ноги кинули расшитый ковер.

Я зябко поежилась и натянулась капюшон плаща на лицо поглубже, чтобы уж точно никто не узнал. Совсем некстати пришла мысль, что этот старый хрыч в большинстве наших встреч именно так валялся на диванчике подобно восточному императору.

Он окидывал окружающих властным, с легкой ленцой, взглядом. Будто бы считал всех присутствующих своими личными рабами, которых можно было забавы ради кинуть в костер. Впрочем, в неком роде, так и было.

– Как думаешь, – шепнула я идущему рядом Трагану, – могли бы пара человеческих наемников убить вождя? Если бы они пробрались к нему ночью, когда рядом никого?

Юноша тихо рассмеялся, уставился на меня так, словно поражался моей наивности.

– Конечно, нет! Ночью к нему не пробраться, если уж нападать исподтишка, то днем.

– Почему не пробраться?

– Его покои находятся в воинской части дома. Он спит только под присмотром стражей. Они над его постелью всю ночь стоят, – Траган испустил сдавленный смешок и добавил, – даже когда он не один спит.

М-да, многим насолил Гро-Домин, раз воинов даже от ложа не отпускает.

– Что, прям над постелью стоят? – изумилась я.

– Да, он заставляет их смотреть, чтобы в процессе никто из наложниц не подумал его прирезать.

Кошмар какой! Бедные его наложницы! За такое Гро-Домина как раз и стоит прирезать.

– А ты откуда знаешь?

Трагану я, конечно, доверяла. Но, зная о его близком родстве с Дагоном, который вообще однажды мне сказал, что орки людоедством увлекаются, я имела основания полагать, что надо мной издеваются.

– А я как-то в таверне пил с его стражником. Дирну эль язык уж очень развязал, он и проболтался.

Чем больше я узнаю о Гро-Домине, тем больше презрения и отвращения он вызывает. И ЭТО они называют вождем!

Праздник разгорался в полную мощь – к танцующим примыкало все больше орков, в поле моего зрения попали уже знакомые циркачи. Помнится, тогда мне удивил мужчина, глотающий клинки, но теперь он пошел дальше – извергал из своего рта огонь.

В другой ситуации я бы с удовольствием приняла участие в празднестве, но не сейчас, когда сердце и душу терзала тревога за Дагона.

Сколько бы я не щурилась, силясь рассмотреть в толпе любимое лицо, не было его тут.

Мрачными тенями, прикрытыми завесой плащей, мы с Траганом мелькали среди толпы.

Мне уже казалось, что целая вечность прошла, когда Гро-Домин приподнялся с дивана, а музыка замолкла и все стихли, ожидая слово вождя.

– В этот плодородный и удачный для всех нас год, – раздался его повелительный голос, – когда наши покровители были особо милостивы…

– За счет того, что ты отдал им наших детей, – прерывая вождя, послышался голос Дагона из толпы.

Пораженные орки расступались перед моим орком, пропуская его вперед.

Дагон выглядел, мягко говоря, изрядно помятым – его рубаха была в сплошных прорехах, куча порезов с запекшейся кровью испещрили лицо, руки и плечи.

Связанный Риталек, которого я даже не сразу узнала, выглядел значительно хуже – его лицо представляло собой кровавое месиво, веки столь опухли, что он даже глаз открыть не мог. Дагон волочил его за собой и на земле расплывался кровавый след.

Бросив шамана под ноги Гро-Домина, Дагон выпрямился и изогнул губы в кривой улыбке.

– Как тебе такое?

Вытянувшееся лицо вождя лишь первые секунды излучало изумление, но он сразу же взял себя в руки и принял бесстрастный вид.

– Что это такое, Грах? Наглое обвинение в мой адрес, нападение на шамана. Я прихожу к выводу, что ты безумен.

– О! – мой орк рассмеялся, повернулся к толпе. – Я, может, отчасти не в себе. Но до нашего уважаемого вождя мне далеко! Думаю, всем будет интересно узнать о неком тайном культе, который продолжал активную деятельность до сегодняшнего дня. Как известно, жертвоприношения были запрещены давно, когда наши предки одумались и перестали столь безжалостно избавляться от родных детей. Все мы годами верили в проклятие. Некоторые считали, что зря перестали приносить дары духам природы и она сама забирает свою законную жатву. А оказалось все проще! Нас вождь – орк, которого все считали главным отцом и лидером, все это время возглавлял еще и старый культ, который продолжал заниматься жертвоприношениями.

– Что за бред?! – закричал Гро-Домин, покрывшись бордовыми пятнами от злости. – Что ты несешь? Ты вообще понимаешь, что тебя ждет казнь за такие слова?

Орки не двигались, пораженно замерев, они словно обдумывали слова моего орка.

– Кстати, – продолжал Дагон, не обращая внимания на беснующегося вождя, – стоит сказать, что действовал он не один. Оглянитесь, братья, совсем рядом могут быть убийцы ваших детей.

– Да с чего ты вообще взял этот бред?! – вновь заорал вождь.

Дагон непринужденно приблизился к лежащему на земле Риталеку, пнул его в бок, отчего тот всхлипнул, выпустив изо рта струйку крови.

– Твой сообщник, который по чистой случайности, конечно же, является еще и шаманом, не выдержал и поделился вашим трепетным секретом.

– Это все лишь пустые слова, – уже спокойно ему ответил Гро-Домин и нарочито расслабленно уселся обратно на диванчик. – Ты напал на шамана, личность неприкосновенную. Это не первое подобное нарушение. В первый раз я тебя простил. Но сейчас ты перегнул палку, выдумав порочащие меня слухи, за что будешь жестоко наказан.

Орк подал знак своим воинам, чтобы они схватили Дагона, но они не сдвинулись с места.

– Чего стоите?! Взять его!

Лишь после грозного окрика, стражники вождя медленно, будто неохотно, направились к Дагону.

Не имея более сил оставаться в стороне, я выбежала вперед, остановилась прямо перед Дагоном и слегка вздрогнула, услышав тихое рычание сзади.

– Кете, какого хрена?!

– Я могу подтвердить его слова! Я слышу духов ваших предков!

Гро-Домин хрипло, каркающе засмеялся.

– И эта маленькая человечка здесь? О, интересно, кто же тебе поверит?

Дагон одним мощным рывком потянул меня назад, за свою спину, пока я скользила растерянным взглядом по лицам орков.

Шепот духов, который я уже научилась заглушать, стал громче.

Стоило остановить взгляд на лице одного из орков, который, как я помнила, являлся Домином – его я видела еще в доме Гро-Домина, как фигуру мужчины стали опутывать едва заметные нити, а из череды голос отделился один, четкий и звонкий.

– Драгами, – произнесла я, пристально смотря ему в глаза.

Орк слегка вздрогнул, по его лицу прошлась гримаса боли, но тут же исчезла за маской безразличия.

– Драгами, погибла в лесном пожаре, да? – продолжила я. – Такая маленькая, не больше десяти лет. Казалось, она просто убежала, чтобы поиграть…

– Это он тебе сказал, – указал на Дагона мужчина. – Все знают.

– А о том, что она любила яблоки в карамели, тоже все знают? И сказки про феи, которые прячут золотые пылинки в бутонах цветов? – продолжала я, передавая ту информацию, что шептал мне дух.

Тут уже маска равнодушия орка не выдержала, треснула под натиском скорби, которая жила в нем, как шептал голос, уже не один год.

Стражники, нерешительно остановившиеся вблизи от нас, развернулись и направились назад.

Гро-Домин вновь вскочил на ноги и нервно теребил пальцами бахрому на диванчике.

Дагон решительно подтолкнул меня в сторону толпы, где я сразу же была спрятана за плечо Трагана и, вытаскивая из ножен меч, решительно промолвил:

– Гро-Домин Багренк Корна, на основании этих обвинений, я вызываю тебя на бой по праву Варгрела.

Вождь не ответил, лишь наградил Дагона презрительным взглядом. Ответом ему послужила насмешливая, полная яда, ухмылка.

Схватив меч из ножек одного из стражников, Гро-Домин со свирепым криком спрыгнул с возвышения и молнией понесся к Дагону.

Лицо моего орка растеряло насмешливость – он резко стал сосредоточенным, собранным.

Подняв свой меч, Дагон блокировал удар вождя, отчего оружие, соединившееся в смертельном поцелуе, издало противный, скрежущий лязг.

– Я многое тебе прощал, – прорычал Гро-Домин, яростно нападая и пытаясь задеть мечом Дагона, – но сегодня ты перешел все границы.

Удары сыпались будто проклятые молнии – один за одним, непрерывно и грозно, от металлического скрежета пальцы на ногах сводило, мне было даже больно смотреть на это, но отвести взгляд было невозможно.

Дагон не нападал, лишь оборонялся, внимательно следя за противником и сохраняя ледяную решительность во взгляде.

Гро-Домин же, в свою очередь, был похож на разъяренного, бешеного медведя. Он уже понимал, что вне зависимости от исхода боя, ему конец. Даже в случае победы над Дагоном, орки не оставят его в живых.

Все-таки, один удар Дагон отразить не успел – противник полоснул его по плечу, глубоко рассекая кожу. Я едва успела зажать рот, чтобы никто не услышал мой вскрик, когда рубаха моего варвара в мгновение ока окрасилась кровью.

Этот удар послужил Дагону сигналом к действию – он начал нападать на вождя, постепенно оттесняя его назад, к столь любимому Гро-Домином диванчику.

Ярость, столь восхваляемая орками, стала губительна для вождя – он едва успевал отражать удары, пропустил несколько и теперь по его лицу и бедру, пачкая бежевую штанину, стекала кровь.

Когда Дагон выбил меч из рук противника, тишину нарушало лишь хриплое, с надрывами, дыхание вождя.

Понимая, что это уже конец, Гро-Домин рокочуще прокричал:

– Вы все еще пожалеете об этом! Духи лишат вас своего покровительства!

А в следующее мгновение, его голова слетела с плеч.

Брызги крови полетели в толпу, многие орки отпрянули, чтобы не быть испачканными тем, что осталось от смерти предателя.

Мой желудок сжался в комок, отвращение и тошнота душили горло. Меня бы вырвало, но из-за тревоги за Дагона, я за день так ничего и не съела.

Мой орк, весь перепачканный кровью – своей и чужой, склонился около возвышения, что-то поднял, выпрямился во весь свой рост.

Меня все-таки вырвало желчью, когда я смогла рассмотреть, что в руке Дагон, схватив за волосы, держит отрубленную голову.

Согнувшись в три погибели и сотрясаясь от крупной дрожи, мой организм избавлялся от всего, что могло быть в желудке. Орки же, тем временем, низко склоняли головы перед Дагоном и по толпе низко прошел шепот:

– Гро-Домин.

Эпилог

Изменить в один миг привычный уклад, которого придерживались много столетий – невозможно.

На это уйдет очень много времени, некоторые аспекты в обществе орков окончательно изменятся уже не при нашей жизни. Возможно, это придет в эпоху наших внуков, а то и еще позже.

Мне предстоит проделать тяжкую работу – вернуть орков к духам предков, открыть им глаза, показать истину.

Дагону, как новому вождю, придется устроить глобальную зачистку, выявить предателей и последователей культа. Из-за этого численность орков ощутимо сократится, а у моего мужа появится много врагов.

С новой властью и порядками готовы мириться не все – это подтвердят многочисленные нападения, которые будут организованы на нашу семью.

В новом обществе, выстроенном нами, более не будет гаремов – их заменит пансионат для девиц, где будут воспитывать достойных жен.

Вскоре здесь будет восстановлен храм предкам, куда нерешительно, чуть ли не тайно, потянутся орки.

Забавно, но я, взбалмошная и избалованная принцесса, стану наставницей не только для детей в школе, которая будет построена после устранения главных противников, но и для тех орков, которые решились возобновить свою связь с предками.

Я же и буду проводить первую свадьбу в храме по весне, когда передо мной предстанут двое юных влюбленных. Краснея и смущаясь, они признаются, что родители против такого союза. А вот духам было плевать на земные запреты, их интересовали лишь искренние чувства.

Однажды у меня даже появится ученица – маленькая девочка с множеством косичек, которая признается, что может общаться с духами также, как это делаю я.

Через полгода мне придет письмо от бывшей фрейлины Клэр. Так я узнаю, что наемники Каймона, сговорившись против него, сдали герцога отцу и он был казнен. А также, в качестве подарка королю отдали небывалую экзотику – рыжеволосую орчиху, которая тут же стала его самой обожаемой любовницей. Даже не знаю, кого мне было больше жаль – Ису или отца.

А через пару лет бродячий бард поведает нам замечательную балладу о том, как злой и коварный орк украл прекрасную луноликую принцессу, и женился на ней, а та смогла растопить варварское сердце и научила его любить. Тогда мы с Дагоном лишь улыбнемся, ведь лишь нам известно, что все было наоборот и это орк научил злую принцессу любить.

Все это ждет нас в будущем, мы еще даже и не знаем о том, какие коварные удары готовит нам судьба.

– Пташка, прекрати уже, все нормально, – бурчит мой орк, когда я в тысячный раз заглядываю под повязку на его плече, чтобы проверить не разошлись ли швы на ране.

В доме тихо, уже глубокая ночь и лишь откуда-то снизу можно услышать ожесточенный спор Зельде и Ру. Я даже начинаю сомневаться в том, что можно было селить их в одном доме.

– Может, успокоим их?

Дагон лишь смеется, отмахивается.

– Это нормально, Кете. Они так развлекаются, не лишай их забавы. А если тебе скучно, то я знаю, как тебя развеселить.

Этот варвар вновь тянет ко мне руки, прижимается всем своим обнаженным телом и по моей коже пробегают мурашки.

– Вообще-то, – грозно хмурюсь я, – именно из-за этого я и проверяю твою рану каждый раз. Быстрее бы уже зажило, а то никаких нервов на тебя не хватит.

Дагон вдруг становится серьезным, глядит на меня прямо, пристально.

– Что? Что такое? Я же вижу, ты хочешь сказать!

– Скажу, если обещаешь не истерить.

Я сразу же напрягаюсь, готовясь выслушать что-то неприятное.

– Война с троллями все-таки будет, пташка. Я уже тысячу раз просил тебя сидеть тихо и не высовывать нос, но ты никогда с этим не справляешься. Даже не знаю, как оставлять тебя здесь.

– Обещаю не истерить, – киваю я и, решительно выскользнув из постели, кидаюсь к сундукам.

– Что ты делаешь?

– Собираюсь. Сидеть тихо и не истерить я могу только рядом с тобой.

Вижу по Дагону, что он очень хочет казаться строгим и беспрекословным, но не выдерживает и на лицо вырывается улыбка.

– Совсем не боишься? Бешеная!

Я лишь пожимаю плечами и вновь вспоминаю старуху. Назвать ее шарлатанкой теперь не могу. Она обещала, что я стану любимой женой, если приму верное решение. А я пошла за орком, считая, что из-за этого однажды кровью захлебнусь. Так о каком страхе говорить?

Да и чего мне боятся, когда рядом он?

Конечно, Дагон – не мой прекрасный принц.

Дагон – лучшее, что могло со мной случиться.