355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Надежда Мунцева » Избушка в депрессии и она же под парусом, с продолжением и дополнением » Текст книги (страница 1)
Избушка в депрессии и она же под парусом, с продолжением и дополнением
  • Текст добавлен: 16 мая 2022, 03:36

Текст книги "Избушка в депрессии и она же под парусом, с продолжением и дополнением"


Автор книги: Надежда Мунцева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

Надежда Мунцева
Избушка в депрессии и она же под парусом, с продолжением и дополнением



Серия Баба Яга, Кащей, Горыныч и Ко. Откуда взялись мои герои?

Небольшое предисловие.

Друзья, абсолютно без моего согласия, и почти с нажимом, вот уже не в первый раз за последние полгода, мои герои сами решают, как им быть, и где находиться.

Я начинаю писать маленькую сказку, рассказ…, да что там! Сказочку, рассказик.

Потом второй, третий.

А потом герои берут меня за ухо и заставляют объединить их.

Так же получилось и в этот раз.

Начались все эти истории как абсолютно самостоятельные:

«Избушка в депрессии она же под парусом»

«Баба Яга навечно 2022»

И «Откуда взялись Амазонки? Альтернативная версия»

А теперь они начинают объединяться.

Вот чесслово!! Не виноватая я!! Это всё они! А я,…я просто всё записываю.

Введение

Приветствую друзей Бабы Яги и её веселой компании!

Откуда взялись мои герои, не похожие на традиционно злобных и вредных вредителей старых сказок?

Самой стало интересно отследить их следы. А потом захотелось и вам рассказать.

Родилась я в сугубо земной семье. Врачи. Военные. Кандидаты наук, медицина плюс биохимия. Дедулинька, после военной службы, стал тренером в стрелковом спорте. Достигнув статуса тренера сборной СССР.

Мои бабушки и дедушка были потрясающе эрудированными людьми. С ними было очень интересно.

Книг было множество. И я всегда очень любила сказки.

Помню как – то забавный случай произошел. Нынешнему поколению его курьезность будет сложно понять. Сейчас всё раскованней и свободней.

Нас держали, старались держать в строгости.

Но как-то раз моя бабулинька допустила ошибку.

Чем – то я её разгневала. Надо сказать, что и бабушка, и дедушка были очень корректны в воспитании, старались поучать мудро и мягко. И самое страшное было, это когда ты, напроказив, вместо прогулки с друзьями, солнечным деньком, получал двухчасовую, нудную, жуть, какую нудную лекцию о нормах поведения…

Ах,…сейчас бы я, наверное, слушала её как самый волшебный концерт…

Ох, что то отвлеклась немного.

Так вот, бабушка рассердилась:

– Сказки любишь?! Тебе уже тринадцать лет! Пора начинать готовиться к поступлению! А ты сказки?! Читай!

И широким жестом махнула в сторону внушительного строя книжных шкафов.

Её палец уперся в запретный, полный сборник «Тысяча и одна ночь»! Полный. Старшее поколение понимает, о чём я сейчас.

Одним из правил нашей семьи было:

«Слово не воробей».

И я, получив таким неожиданно странным способом, доступ, прочла их одним махом. Мало что поняла тогда. Но прочла.

А так читала запоем всё подряд. Страшные рассказы Эдгара По. Детективы Агаты Кристи и Конан Дойля. «Войну и мир» перечитывала много раз. Бальзак…ой, да если я начну перечислять всё, что прочла, получится солидный такой реестр.

И, конечно же, Бажов! И русские народные. И узбекские народные. И сказки народов Кавказа. И киргизские. Родилась в Киргизии, во Фрунзе. Но сказочно забавным образом теперь родилась в Бишкеке. Ладно, это не суть.

Мне уже шестьдесят через пару лет.

И я живу в собственном сказочном пространстве. Думаете, шучу? Как бы ни так!

У меня очень большая семья. Муж, дети. Толпа кошек, собак, черепаха, шиншилла, воробьи с синицами за окном.

Ронг, пес, покорно ждет, пока Сафа, черная кошка, поест из его миски.


Она же, Сафа, обожает вторую собаку, Тришку, спит рядом, вылизывает. И вообще дружит.


А разве не сказка, увидеть, как всё та же Сафа валяется в свежих опилках…ох, белые опилки на черной Сафе…тот ещё декор.

Так что у меня своя сказка. Уже длиной во много лет. И она никак не хочет заканчиваться.

Есть, само собой и противоположные персонажи, изредка набегающие в мои пределы. Само растворяющиеся.

Но внутри мирка мир и добро.

Иногда сотрясают бури. Так, бурьки. Кот соседский зайдет. От Томсона схлопочет.

Но вот один приблудился сам, обычно дети откуда-то притаскивают, а один сам пришел, и ничего, прижился.

От людей ещё шарахается, но как говорит РЖД, надежда есть.

Поэтому, наверное, и мои герои любят улыбаться. И даже если приходится отходить кого – то метлой или закинуть на сосенку, делают это с доброй улыбкой.

Во благо же. Иногда помогает.

Вот так. Вкратце и сжато.

Если хотите о чём-то спросить и.о. Бабы Яги, меня, то бишь, спрашивайте. Отвечу. Если знаю. Секретов не держу. Зачем? Тяжко с ними. Могут взять и открыться.

Это я и из сказок, и по жизни давно поняла.

Всем добра и улыбок всегда.

Всегда с вами, пока вы этого хотите, Надежда Мунцева и.о. Бабы Яги по обстоятельствам.

Чудес нет


Да нет там никаких чудес!

Дорога, дом, тропинка, лес.

Болота, сказочно красивы,

Малина, заросли крапивы.

Как будто злющий чародей,

Закрыл красоты от людей.

Ой, что там? Муравьи,

Всегда спешащие они.

Совсем как мы, всегда как я

Себя гонящая. Куда?

А что за топот? Бог Лесной!

Рога над гордой головой.

Мы разойдемся, хватит места.

И нам обоим интересно.

Или немного страшновато?

Да что вы! Вас не съем, зайчата!

Я просто погулять пришла.

Я с вами, добрые друзья.

Моя любовь – моя порука,

Что жизнь не одолеет скука.

И может сказку рассказать

Всегда природа, силы Мать.

А так…конечно, нет чудес.

Дорога, дом, тропинка, лес.

P.S. Чудеса вокруг, друзья.

Стоит только посмотреть любя.

Избушка в депрессии и она же под парусом

Баба Яга третьи сутки ночевала под кустиком. Не совсем, в шалашике, пеньки служили и столом и стулом, ель поделилась лапами.

А всё почему?

Избушка впала в натуральную депрессию.

Ни на вежливое: «Встань ко мне передом», ни на крепкое: «Полено тебе в бок!», не отзывалась.

При любой попытке войти на крылечко хлопала своей лохматой зюйдвесткой, и делала резкие повороты, оверштаг или фордевинд, смотря, откуда запах хозяйски надувало.

Печь не топилась. Плевалась сажей в трубу, нарушая все экологические законы. Лапы…ой, лапки-то, уже подгибались и заплетались!

Она даже зернышки не клевала! Она даже от молочка нос крылечный воротила!

Баба Яга была в полном отчаянии, потому как Избушка отказывалась что-либо пояснять. Да она и кудахтать почти перестала!

На третьи сутки Яге ничего не оставалось делать, как призывать прабабчатую Ягу.

Эта Яга была настолько старой, и настолько мудрой, что ни одного натурального зуба уже не имела. Но таки мудрость в ней очень даже сочеталась с практичностью, и она сумела накопить денежек на вставные протезы, вызывавшие ярую зависть своей остротой и белизной, а у некоторых резкое желание оказаться где-нибудь, токмо не рядом с ней.

Прабабчатая Яга по мелочам не призывалась. Ибо, прежде чем оказать помощь, такое ворчание разводила, столько истин прописных высказывала, что у Бабы Яги последний зуб судорогой сводило.

Но тут деваться было некуда! Избушка …ай, жалко-то как! Избушка рыдала всеми окнами, стонала всеми половицами, и худела, худела, худела прямо на глазах.

Даже мох из пазов посыпался.

Одна надежда была, что мудрая старуха, таки мудрая, а не просто старуха.

Прабабчатая Яга явилась без шума и пыли. Внезапно возникла на полянке, одним левым глазом оценила обстановку, подошла к Избушке, пошепталась с ней, и выдала вердикт:

–Тебе правнученька, надоть ужо древний язык-то вспомнить! Она ж на нём лучше понимает. А то осовременилась! Что это за «океюшка» в твоем разговоре мелькает?! Кекеюшка, такая?!

Яга стыдливо промолчала, есть грех, заразно оно, современное оскопление слов.

–Ладно, долго говорить мне нонеча неколи.

Младшая Яга, мысленно подготовившаяся к долгой, очень долгой лекции пополам с проповедью, незаметно вздохнула. Очень незаметно. Ибо если бы старшая услышала такой облегченный вздох, не миновать отповеди!

– Слушай внимательно, – продолжила старшая, – твоей Избушке надоело быть транспортом, она хочет хоть на немножко побыть пассажиром. А далее думай сама!

Баба Яга почесала уже и так до нельзя взлохмаченную макушку.

Вот чего вы ворчите?! Подумаешь, прическа у Ягуси сбилась! Что? Никогда в шалаше не ночевали?

А зря! Романтика! Звезды… сосновые лапы…точечный массаж без отрыва от производства, на уровне иглоукалывания, соловьи заливаются…комары…ох, комары!!! Через их песни никакой соловей не пробьется!

А вы прическа!

Старшая Яга уже растворилась в воздухе, как ни бывало.

Младшая подошла к окошку, косящемуся на неё большим глазом, и ласково сказала:

–Избушечка, милая, ты что, на ком нибудь покататься хочешь?

Избушка фыркнула, квохтнула:

– На кокококом?! Нет! На чём!

– Поняла, – обрадовано, наконец-то диалог завязался, – ответила Баба Яга. – Тогда у меня к тебе есть предложение.

Ты довозишь меня до моря, я тебе нанимаю корабль. Сразу десяток зайцев подстрелим. И тебя покатаем, и мне за море окиян давно уже пора наведаться. Метелкой там кое – кому по кое – каким маковкам настучать!

Согласна?


Избушка радостно, как неоперившийся цыпленок, заскакала по полянке, кудахча во всё крыльцо.

Вы нарушили государственную границу

И пришла суета. Что за суета спрашиваете?

Места для Избушки на стоянках заказать надо? Надо. Думаете, что в сказках всё просто? Прыг-скок и ты на морях? Ха!

Да у них своих бюрократов волшебных, как гороха в мешке мальчика с пальчика!

А заправку дровами в степях суховейных?

А,…а,… а, … короче, продумать надо было многое. Заранее. Чтоб не вышло:

«Вас тут не стояло, гражданочка. А куда это вы мою вязанку дров поперли?! Потапыча местного сюда!! В погонах! Пусть разберется!»

Разобрались бы ясный, частный, но проще сразу всё предусмотреть, чем потом время терять. Одно хорошо, маски шоу отменили.

Хотя…с таким выражением личика, как у Яги, маски без надобности. Она ж как глазом глянет, как сверкнет улыбкой с оскалом, сразу везде пропустят. Лишь бы на эту святочную харю больше не любоваться.

Харя была не для всех. Только для особо одуренных, русских слов не понимающих. И всё ж хорошо, что не надо больше эти фикции в карманах таскать. Для карманов лучше назначение найти можно, так ведь?

Но вот суета завершилась. Чемоданы уложены, новые купальники Озоном доставлены, босоножки на Ягову ножку, найдены.

Порядок, братцы, можно к морю отправляться.

Эх, пошла родимая! С ветерком!! Да с хохотком! Да с песнями о путешествии чудесненьком.

Долго ли путь длился иль коротко, сказать не могу. Ничего там особо не случалось.

Всё предусмотрено, всё включено. Что тут запоминать? А! Виды? Ну, это отдельная статья. Могу фотки выложить. Путь из болот к морю, называются. Коли время будет.

Потому как на месте события завертелись калейдоскопом безостановочным.

Всё началось с того, что Избушка, увидев синие, синие, синие волны, потеряла остатки терпения, и с разбегу, окатив отдыхающих волнами, равными девятому валу, влетела в ласково зовущую бирюзу.

Яга выпрыгнуть не успела. Она даже охнуть не успела, как оказалась по пояс в воде. Соленой.

Плюясь и отплевываясь, вспоминая прародительницу Избушки не совсем мадамскими словечками, теми самыми, что раньше в заговорах применялись, а теперь на заборах пишут, Яга натянула уже мокрый купальник, и рыбкой нырнула прямо из окошка в волны.

Она хотела высказать Избушке всё, что она думает о таком её поведении, но…

Поглядев на прикрытые в неге ставни, приоткрытый по-детски ротишко крыльца, ругаться передумала.

Избушка гребла сильно, мощно, споро. Яга только и успела, что ухватиться за заднее крылечко, чтоб не отстать.

И они оказались в чистом, без народа пространстве.

Боже, какая благодать! Вот как можно в таких местах ссориться и что-то делить?! Поясните мне, бестолковой!

Тут жить только да радоваться надо. Так ведь? Сама знаю, что так.

Избушка наконец-то слегка притомилась и прилегла подрейфовать в теплом, спокойном, мягко подсоленном течении.

Яга, счастливо вздохнув, поплавала ещё чуточку вокруг неё, и забралась на крылечко позагорать.

– Вы нарушили государственную границу! Вы нарушили государственную границу! Нарушителям сушить весла…тьфу, то чем гребли, и сдаться на милость властей!

При отказе выполнить наши требования, имеем право открыть предупредительный огонь!

Ор из рупора нарушил идиллию. Баба Яга открыла глаза, и внимательно посмотрела в сторону того, кто посмел такое выорать.

«Бессмертный что ли? Аль жизня так достала, что самоутопиться возжелал?!»

Явно читалось сейчас на её милейшем личике. Таком, которое если в таком состоянии увидеть во сне, то только три варианта остаются:

1) Уснуть навсегда, там, где спал.

2) Икать и заикаться, пока что-то ещё страшней не увидишь.

3) Вытекающее из второго: Увидев страшнее, бежать в сторону задумчивого кабинета. Такого, где раньше газеты читали, а теперь с приходом цивилизации рулоны туалетной бумаги висят.

Ну, …если их ещё в магазинах не расхватали. Мы ж первым делом при любом перепуге что делаем?

Правильно! Скупаем гречку, сахар, соль, и туалетную бумагу.

Тренинг у нас такой. Кто больше донесет, и как обвести вокруг пальца продавца, чтобы вместо положенных пяти, дал двадцать пять рулонов.

Не получится обвести, мелочи-то, какие! Мы пять, нет! Мы двадцать пять раз в очередь станем, зато всех победим!

Не будите во мне Посейдона!

Таможенники и Яга несколько секунд смотрели друг на друга. Первые удивленно, ещё бы, не каждый день встретишь в открытом море Избушку, гребущую курьими ножками, и помогающую себе ставнями, навесом под крышей, и при это широко улыбающуюся крыльцом, на котором сидит дама в купальнике, со зверским выражением лица.

Яга… Яга смотрела задумчиво, настолько задумчиво, что у таможенников засосало где-то под ложечкой, и возникла вполне себе здравая мысль:

«А может, ну её?! Пусть и дальше нарушает?!»

Яга вытянула ручищу в сторону внутренностей Избушки, в её лапище оказалась кудрявая метелочка.

Яга расслаблено, неторопливо, в каком-то месте даже грациозно, поднялась оттуда, где сидела, подошла в край к воде, и с размаху шибанула по волнам метелкой:

– Посейдон! Посейдонушка! Братишка, пока ты там статуем притворяешься, меня тут обижать изволят! Давно тебе опунцию хуаножопензис (Opuntia huajuapensis) не дарили?! На ебельмании желтошиповой(Uebelmannia flavispina) посидеть захотелось? Аль забыл, как оно бывало?! Так я напомню! Ишь, он, позолотел весь, а кто за порядком следить будет?! Кто?! Я тебя спрашиваю!


Волны вспенились, одна огромная, поднявшись, распалась, и из воды показалось заспанное лицо Посейдона. В бороде застряли крошки вчерашнего ужина, на голове поплясала толпа русалок, оседлав морских коньков.

Вид, словом, у Посейдона был весьма и весьма импозантный.

– А! Ягусенька! Сколько лет, сколько зим! И кальмара мне в корму, сразу ругаться… ах, ты всё такая же милашка!

– Сто восемьдесят семь! И не надо льстить!

Ворчливо ответила Яга.

– И тебе, царь морской приветствия. Чтой то ты совсем служивых распустил. Прям хоть в службу безопасности к себе на работу нанимайся.

Должны они своих знать в лицо, али не должны?!

Таможенники стремительно принимали всем лицом цвет морской волны.

Ещё бы, такое потрясение! Сначала дама на Избушке посередь широких вод.

Затем всклокоченный дядька, выплывший из них же, да ещё с какой-то золотой дубиной, трех зубчатой в кулачке размером с хороший бочонок.

Тут не только позеленеешь, посинеешь. И очень захочется стать маленькой, незаметной креветкой, чтоб упятиться отсель да подалее.

–Ну, касатики, – обратился морской владыка с нару…ой, простите, блюстителям порядка, – смуту наводит, друзей моих старинных в смущении вводим? А давно ль вы плавали брассом до берега? Ась?!

Отвечать! Отставить молчать!

Гроз рык Посейдона погнал волну к берегу, волны собирался в кучу, грозя превратиться в девятый вал.

Яга окликнула царя:

– Э! Друг мой сердешный, ты серчать-то серчай, только на невинных страху не нагоняй!

Посейдон опомнился, успокоился, и вместе с ним успокоились волны.

Таможенники в позах и состояниях полузомби, с отвисшими челюстями, заикаясь, и икая, пытались что-то из себя выдавить:

–Ммммее…ммммыыы….ммммуууу…

–Вот…как на слабую женщину в рупор орать, так они смельчаки и храбрецы, а как ответ перед начальством честный держать, сразу в козликов и теляток готовы перекинуться!

Яга насмешливо хохотнула, и продолжила:

–Ну, что касатики, будем считать, что договорились? Или продолжим разговор во дворце у царя морского?

У служак срочно прорезались голоса:

–Договорились! Ись, ись, ись, ись …

Подхватило послушное эхо, доносясь от тех прибрежных скал, куда стремительно, в считанные секунды долетел пограничный катер.

– Что, подружка старинная, погрузимся в воспоминания в моей избушечке подводной?

– А я не утопну? – заопасалась Баба Яга.

– Не, не утопнешь! Я тебе специальную капсулу сейчас создам. А во дворце моем для каждого своя атмосфера работает. Не боись! Плывем? Избушка ты с нами?

Дай пять и после

Потрясения таможенников на этом отнюдь не завершились. А как иначе?

Кто на Бабу Ягу хвост, ладно, голос подымет, тому долго икать придется.

Когда катер подошел к причалу, всё вроде было как надо. Балки на месте, швартовые пальцы тоже не на распальцовке, лесенка, швартовные…да всё в порядке!

Кроме одного. Почему – то встречал их не сотрудник в форме, а Мишка в шубе.

И нежно тянул к ним раскрытую лапку. Такую лапку, медвежью… Обычного, Мишкиного размера.

Таможенники попрыгали в воду, и решили изобразить соревнования по плаванию на скорость.



Медведь тоже. О, морской царь с морским епископом в придачу! Спасите наши души! СОС!! Ладно, душ там почти, что уже не было, но тела – то, тела спасите!!!!

Когда они заплыли на порядочное расстояние, один сообразил оглянуться назад.

Медведя в волнах не было.

Умный прокричал всем, что можно грести назад, и они аккуратно, осторожно, поминутно оглядываясь, доплыли до причала, кое – как зацепили катер, слава всем богам, не успевший сбежать.

И дружно пошли отпаиваться горячим чаем.

Что характерно, все спонтанно, но слажено дали клятву, взяток больше никогда не брать. Зря народ не пугать. Но нарушителям, настоящим спуску не давать.

И уж поверьте, с тех пор это самая честная морская застава!

Что не верите? Ну, и ладно. Я правду сказывать не нанималась. Хотя да, согласна, честные служаки всяких систем только в сериалах да сказках бывают.

Вывод: У меня своя, сказочная, правда. И я могу ей верить. А вы…да как вашей душеньке угодно.

В прибрежном леске посмеивался Хозяин леса. Леший, если вы не знали.

Они черпали широкими ложками мед из солидного бочонка, вместе с Михайло Потапычем, малина красная! Леший пояснял Михаилу, от чего так дружно дриснули служаки, хотя он, медведь, просто хотел с ними поздороваться. Лапу пожать.

Он им рычал даже: «Дай пять!»

Леший сказал, что они подумали, что их крыша уехала, а новая требует всё поднять до пятерного размера.

Мишка катался от смеха. Леший наслаждался медом, беседой и тишиной в лесу.


Знаете, той самой, особой. Когда все шорохи мягко стекаются в ровный гул, и убаюкивают, убаюкивают……. И так хорошо спится, когда под боком теплый мох, на лицо падает тень, не мешая глазам, греет летнее солнышко.

А ты знаешь, что можешь спать спокойно, потому что живешь в мире со своим миром.

Кто такой морской дьявол и почему эту манту трудно съесть

Ради дорогой гостьи, Посейдон расстарался не на шутку.

Столы ломились от всякого всего, не только вкусного, но и полезного.

Яга чувствовала себя на глубинах прекрасно, царь правду сказал, дышалось очень легко.

– И где ж ты, душа моя, так долго пропадала? Чего в гости не залетала?

– Эх, – вздохнула Баба Яга, – то я в агрессии, то Избушка в депрессии, то кризисы, то революции, то ещё что в таком же духе. То за мной с факелами да кольями гоняются, то ко мне за помощью кланяются.

А уж чуть было совсем не решилась в другие миры податься, устала, чутка от этого, но нашлась одна, упертая как тур златорогий, уговорила таки остаться!

– И кто ж посмел с тобой спорить?

– Да, бабулька одна деревенская, Надеждой кличут, вечно со всеми спорит, ничего на веру не берет! До всего и всех докапывается. Она и уломала. Семь ден за мной по пятам ходила, да нудила, расскажи ей, да расскажи. А ещё лучше покажи! Такая…баранистая,… но уломала всё же!

А скажи-ка мне, дорогой, кто такой морской епископ? Что он настолько силен, чтобы его в помощь призывать?

Посейдон покатился со смеху:

– Да, манта это, манта!

– Какая манта?! – недоумевающее спросила Яга, – та, что ль, что я на днях стряпала, да в мантышнице варила?


Морской царь чуть не захлебнулся от хохота:

– Уморила, ой, уморила! Подружка, вот ты что творишь?! Если морской царь помрет от того, что захлебнулся, так, сколько воплощений потом отмываться?! Засмеют!! Ты, что и впрямь не знаешь, кто такая манта?

Яга обиженно насупилась:

– Я ж тебе не википедия, чтоб всё знать! И вообще, не знать не стыдно! Не хотеть знать стыдно! И неча тут ржать, аки конь стоялый! Я вот тебя к себе позову, посмотрим, сколь ты в моих пределах не знаешь!

Посейдону на самом деле стало стыдно, так стыдно, что он из золотого стал почти пурпурным:

– Прости, ну прости дурака! Права ты, матушка, ой, права! Всё знать не может никто.

А знаешь, что? Я тебе сейчас её покажу.

Эй, специально обученные рыбы, позвать ко мне манту!

Спец. рыбы засуетились, куда-то понеслись, где-то чем– то забулькали, и в зал вплыла величественно жуткая…рыба?! Нет, наверное – таки это не оно…ой, мамочки, пустите меня на Землю, обратно, это что ж за чудище морское?!

Чудище поняв, что его сильно испугались, горделиво помахало тонким хвостиком, испустило несколько ярких лучей, и выплыло прочь, по мановению руки Посейдона.

Посейдон пояснил:

– Вот он тебе и морской епископ. Боялись его моряки, ох, боялись, как только не обозвали! И морским дьяволом, и епископом.

Забавно, согласись? Вечные противники сошлись в одном симпатичном скате:

И дьявол, и епископ.

Яга хохотнула:

– Так-то оно часто бывает.

– Эт точно!

Подхватил Посейдон.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю