Текст книги "Нина и сила Абсинтиума"

Автор книги: Муни Витчер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Макс, скрипя суставами, подошел к ней:

– Мои дгузья Ггоп и Демия большие шутники. Попгобуй пгоизнести название книги вслух и ггомко.

Нина поднесла клюв жезла к губам и медленно произнесла каждую букву названия книги по отдельности:

– А-т-л-а-с м-а-г и-ч-е-с-к-и-х-ж-г-у-ч-и-х-р-а-с-т-е-н-и-й.

Клюв вновь открылся, и из него выпала книга. Абсолютно целехонькая.

– Невероятно! И очень остроумно! Я могу читать книгу в любой момент. Она будет всегда под рукой, внутри моего Талдома!

В восторге от знакомства с необыкновенной магией, она опять поднесла книгу к клюву, и тот опять проглотил ее. Теперь Нина уже нисколько не сомневалась, что она найдет в этой книге всю нужную ей информацию о свойствах Абсинтиума!

Слабый стон Рокси привлек всеобщее внимание.

Андора пощупала ей лоб:

– Да ты вся горишь, девочка, у тебя очень высокая температура!

– Давайте скорее разотрем ее Суспензией Оживляющей, – поторопила друзей Фьоре.

Рокси открыла полные слез глаза и прошептала:

– Я никогда не забуду того, что вы сделали для меня. Мы – единое целое.

Нина аккуратно взяла Талдом из ее руки:

– Пока Фьоре будет мазать тебя кремом, твой Талдом останется у Макса, он будет беречь его. А скоро ты снова возьмешь его в руки.Нам понадобятся твои отвага и упорство.

Робот бережно взял жезл Шестой Луны и сказал, словно клянясь:

– Я буду хганить его как самое догогое сокговище.

– А теперь, – потребовала Фьоре, – все выйдите! С Рокси останемся только я и Андора.

– Выйти?! Я не могу выйти! – встревожился Макс. С тех пор как андроид появился в Акуэо Профундис, он ни разу не покидал ее.

– Ладно, тогда повернись к нам спиной. Чтобы намазать Рокси кремом, мы должны снять с нее всю одежду! – строгим тоном сказала ему Андора.

– Да-да, конечно, я не буду смотгеть. – Макс поспешил отвернуться и даже закрыл глаза и опустил уши-колокольчики.

Ческо и Додо, переглянувшись между собой, захихикали.

– Не вижу ничего смешного, – разозлилась на них Нина. – Пока Фьоре и Андора занимаются лечением Рокси, мы возвращаемся в лабораторию. – И она погладила Рокси по щеке, пылающей как печка.

– Мне немного стыдно, но я знаю, что это для моего же блага, – прошептала та пересохшими губами. Глаза у девочки потускнели, и, казалось, навалившаяся на нее слабость вот-вот утащит ее в могилу.

– А вдруг крем не поможет? Может быть, право было Сперантио и я умру?..

Андора покачала лысой головой.

– Не говори глупостей, – строго сказала она. – Сейчас мы тебя намажем, и ты выздоровеешь. Мы постараемся это сделать быстро, а то что-то мне не нравится твоя высокая температура. – И подала знак ребятам поскорее покинуть подводную лабораторию.

Рокси закрыла глаза и, вздохнув, отдалась на волю судьбы.

Тяжелая дверь Акуэо Профундис открылась. Нина, Ческо и Додо вернулись в лабораторию виллы «Эспасия» , по пути не произнеся ни слова. Их мысли занимало одно: судьба их любимой подруги.

Как только они поднялись из люка, сразу заметили, что Платон лижет обложку говорящей Книги. Кот поднял голову, посмотрел на вошедших ярко-светящимися глазами, замяукал, словно испытывал боль, и несколько раз хлестнул хвостом по Книге. Нина подошла к коту:

– Что с тобой, мой маленький?

Обложка Книги шумно откинулась, Платон слетел на пол и свернулся клубком рядом Пирамидой Дракона.

В лаборатории зазвучал глубокий голос Книги:

Войдите в Зеркальную Комнату

С двумя пустыми ведрами

И молча займитесь

Плетением сети.

На поверхность жидкой страницы всплыли два ведра, две длинные иглы для вязки сетей и моток довольно толстой веревки. После чего все предметы взлетели и повисли в воздухе.

Нина сделала шаг вперед:

– Книга, для чего нам понадобятся ведра и сеть, которую мы свяжем?

Этого я вам не имею права сказать

И приказываю прекратить задавать вопросы.

Проверь, взяла ли ты серебряную слезу.

Без нее не достигнешь цели.

Не забудь взять с собой ключ

В форме половинки Луны,

Чтобы открыть дверь в Зеркальную Комнату.

В твоем Талдоме хранится книга,

Написанная Тадино.

Прочтя ее, ты будешь готова

К превратностям судьбы.

Не теряя спокойствия,

Готовься к тяжелым испытаниям,

Которые ожидают вас с Ческо.

Когда они закончатся, вам все станет ясно.

Ческо не удалось удержаться от вопросов:

– Я понимаю, что кроме книги в Талдоме нам понадобится ключ в форме полумесяца – без него мы не попадем в зеркальную Комнату, но серебряная слеза нужна, только если мы пойдем в Секретузию! Зачем она нам сейчас?

– Если Книга говорит, чтобы мы взяли ее с собой, значит, на то есть причина, – ответила сухо Нина. Оттолкнув Ческо, она подошла к столу, достала из ящика деревянную слезу с серебряной окантовкой и ключ в виде половинки лунного серпа. Положила их в центральный карман комбинезона. затем убедилась, что в левом кармане лежат две из последних тонких полосок Числомагов: «Все на месте. Я найду цифры 6 и 8 золотого Числа! Я должна сделать это! Сейчас все мои мысли только об этом!»

Ческо с ироничной улыбкой посмотрел ни Нину, и она сделала вид, что не заметила этого. Напряжение в их отношениях проявлялись в каждом их взгляде и жесте.

Но больше всего словами говорящей Книги был раздосадован Додо.

– А я? Ра...ра...разве я не пойду с ними в Зе...Зе...Зеркальную Комнату? – чуть не плача, спросил он, обращаясь к Книге.

Вздохнув, та ответила:

Додо 9009112,

Тебя ждет другое задание,

Которое ты будешь обязан выполнить.

Тебе предстоит приготовить Пастилку Сладкую.

Ее формулу и составляющие ты отыщешь,

Прочтя книгу «О самом важном» .

Додо стоял уставившись на жидкую страницу, и его щеки стали краснее его волос.

– «О са...са...самом важном»? Где я ее во... во...возьму? Пастилка Сла...Сладкая? Это что, ко...ко...конфета такая? – вопрошал он робко.

Не ответив больше ни на один вопрос, Книга закрылась. Над ней парили в воздухе ведра, иглы и моток веревки. Протянув руки, Нина и Ческо взяли их.

Затем, повернувшись к другу, Ческо сказал:

– Постарайся сделать все, что сказала говорящая Книга. Мы тоже пойдем выполнять ее указания, хотя из ее слов нам не все до конца понятно.

– Действительно не понимаю, – фыркнула недовольно Нина, – зачем со всем этим добром мы должны идти в зеркальную Комнату, когда надо бы бежать в Секретузию и отправляться на поиски остальных двух цифр Золотого Числа. Мы просто даем Каркону время привести в готовность своих каменных Воинов.

– Ты права, – хмуро произнес Ческо. – Он получил подкрепление в лице двух призраков и наверняка не будет сидеть сложа руки. Если Аббат Сикурио Фасторио рассказал ему о том, что произошло в лаборатории Тадино, а маркиз Амберо Колис Новис – о событиях в кабинете мэра, князь точно постарается отплатить нам за все!

– Тогда за де...де...дело! Вы идите, а я по... по...поищу книжку «О са...са...самом важном» в би...би...библиотеке зала Дожа. – Додо демонстрировал друзьям, что не потерял присутствия духа, скорее даже доволен тем, что будет в одиночку исполнять ответственное поручение говорящей Книги.

Нина прикоснулась рукой к приколотому кнопками к стене лаборатории голубоватому пергаменту с записью алхимических формул и рисунком Золотого Числа. Задержалась взглядом на деталях рисунка: звезде, круге, свече Атемизии Албореа и трех деревянных слезах.

– Вот она – гармония! Все заключено в этом рисунке! А Золотое Число – фундамент, на котором стоит гармония и красота Вселенной... Проклятый Каркон, мы не позволим тебе воплотить свой безумный план! – воскликнула внучка профессора Миши, готовая к борьбе.

Все трое одновременно покинули лабораторию. Выходя последней, Нина оставила дверь приоткрытой, поскольку ключ-сфера был только у нее.

– Додо, я тебе советую, побыстрее отыщи нужную книгу... посмотри ее на всех полках библиотеки. А потом, что бы ни случилось, вернись в лабораторию и плотнее захлопни дверь. Никто, слышишь, никто, кроме нас, не должен сюда войти! – предупредила она друга.

Додо кивком головы дал понять, что слышал ее слова, и принялся внимательно рассматривать корешки книг в шкафах, высившихся до потолка зала Дожа.

Платон никак не среагировал на уход юных алхимиков, занятых своими странными делами, и остался лежать клубком у Пирамиды Дракона.

Когда Люба увидела Ческо и Нину, сбегающих по винтовой лестнице с ведрами в руках, она сильно удивилась:

– Куда это вы несетесь с этими ведрами?

– Это такая игра! Не беспокойся, никаких неприятностей не будет! – крикнула в ответ Нина первое, что пришло ей в голову.

– Но вы же ничего не ели! Это специально, чтобы позлить меня? – растерялась русская няня.

Девочка Шестой Луны послала ей воздушный поцелуй:

– Не сейчас, Люба. Обещаем, сегодня вечером мы съедим все, что ты наготовила!

– Ну, если обещаете, тогда ладно, – сразу же успокоилась Люба. – К вечеру я приготовлю еще что-нибудь вкусненькое. У вас будет такой ужин, что пальчики оближете!.. Я вам испеку гигантский сливочный торт!

Ребята взбежали на второй этаж и остановились у двери комнаты, когда-то служившей спальней профессору Мише. Только из этой комнаты можно было попасть в Зеркальный зал.

– Было бы здорово, если б твой дед был здесь! Он нам очень помог бы, – произнес Ческо, глядя на дверь комнаты.

– Мой дед всегда здесь, – возразила Нина. – Он в моем сердце. Я тебе об этом много раз говорила. Мне иногда хочется войти в эту комнату и почувствовать его присутствие, но с тех пор, как она занята моими родителями, я сюда не захожу. Теперь придется.

Нина собралась было рассказать Ческо последнем письме деда, но вовремя сдержалась. Иначе ей пришлось бы рассказать о намеке деда на вызов в лице Ливио. А ей сейчас совсем не хотелось осложнять и без того непростые отношения с другом.

Как только Нина открыла дверь, аромат фиалок окутал ее. Закрыв глаза, она вошла в комнату. Следом вошел и Ческо.

– Повезло, что твои родители отправились путешествовать, а то у нас были бы проблемы, – тихо проговорил мальчик, чувствуя себя неспокойно.

Угасающий свет венецианского вечера проникал сквозь высокие окна, обрамленные занавесами из белого тюля и бордового бархата. Огромная кровать с балдахином была аккуратно заправлена. На комоде стояли в ряд безделушки, принадлежащие Вере, Нининой маме.

Ребята тихо пересекли спальню, через другую дверь попали во внутренний коридор, куда выходила дверь Зеркальной Комнаты. Едва Нина приложила к ней ключ в виде лунного серпа, дверь распахнулась.

Из алхимического ключа вырвался пучок голубоватого света и отразился фиолетовыми вспышками в зеркалах, покрывавших стены комнаты.

– Правда зеркальные шкафы моей бабушки Эспасии очень красивые? – прошептала Нина, вспоминая лицо графини, которую любил дед Миша. – В них до сих пор висят ее элегантные платья и хранятся многочисленные драгоценности. И до сих пор чувствуется ее запах... Но нам нужно быть начеку, – добавила она, чуть повышая голос. – Каркон любит появляться в зеркалах, а мне сейчас не хотелось бы начинать новое сражение с ним. да еще здесь.

Девочка Шестой Луны положила ключ-полумесяц на пол так, чтобы излучаемый им свет помогал лучше видеть. Рядом поставила ведро и положила моток веревки. На всякий случай достала из кармана Талдом.

Ческо тоже поставил ведро на пол и, передав Нине иглу, тоже достал свой алхимический жезл.

– Если возникнет необходимость, стреляем одновременно. А сейчас, как велела Книга, прекращаем разговаривать и начинаем вязать сеть в полном молчании, – прошептала Нина.

Они уселись рядом с ведрами и принялись за вязание, не понимая толком, зачем им эта сеть. Если их рты оставались закрытыми, то мысли гремели громом. Недовольство друг другом жгло их души сильнее алхимического пламени. Нина, опустив глаза, разматывала веревку, тогда как Ческо искоса бросал на подругу сердитые взгляды.

В этом тесном, замкнутом пространстве, освещаемом лишь неярким светом странного магического ключа, они постарались сесть подальше друг от друга, чтобы, не дай бог, даже не коснуться один другого. Нину мучило это состояние, но пропасть, расколовшая их отношения, казалась уже непреодолимой. Тайны, которые она вынуждена хранить от Ческо, цель, которую невозможно достичь, не пожертвовав полной откровенностью, чувство вины за это... Мысли путались в голове девочки, сливаясь в один вопрос: неужели их любви действительно пришел конец?

Ческо, сжав зубы, продолжал вязать сеть, запрещая себе даже думать о том, чтобы дотронуться до Нины.

Тишина была подобна пытке! И чем дольше тянулось время, тем невыносимее становилось безмолвие.

Когда веревка закончилась, ребятам стало понятно, что они связали действительно огромную сеть, такую огромную, какую не смогли бы использовать даже самые опытные рыбаки.

Они принялись сматывать сеть в рулон, и на какое-то мгновение их руки встретились. Они посмотрели в глаза друг друга, и голубоватый отблеск зеркал осветил их грустные лица.

Глухой шум заставил ребят вздрогнуть.

Вскочив, Нина успела заметить, как что-то мелькнуло в зеркалах, сначала справа, затем слева. Дверь шкафа со скрипом приоткрылась, образовав щель шириной чуть больше метра, а платья графини Эспасии пришли в движение, словно от порыва ветра.

Схватив с пола Талдом, Ческо тоже вскочил па ноги и закричал изо всех сил:

– КАРКОН!

Зеркала отозвались ослепительными лучами света, который, отразившись от потолка, валил комнату, будто извещая о появлении чего-то... или кого-то. И действительно, мгновение спустя перед ребятами возникли две серые тени: одна в форме женщины, другая – мужчины. Еще секунда, и тени материализовались, сияние угасло, и снова наступил полумрак. Свет лежащего на полу серповидного ключа остался единственным источником освещения.

Мелодичный женский голос разнесся по комнате:

– Какое безумное путешествие! Мое шикарное платье все измято!

Нина сразу догадалась, кому принадлежит голос:

– Камостилла! Наконец-то!

Древняя аристократка сделала несколько шагов по комнате, тогда как появившийся вместе с ней мужчина в рыцарских доспехах, оставшись стоять, поднял забрало шлема и смотрел на девочку молодыми, живыми глазами.

– Да, дорогая Нина, это именно я, Камостилла Картути Миконди 3345678, дочь Приметты Деи Пьерри 3344561, твоего далекого предка, тоже алхимика. Мой отец Грозно ничего не понимал в магии, он был мудрым добрым судьей. Мой муж, маркиз Гуадилльо дель Бомбардоне, тоже не интересовался алхимией. Как, впрочем, к моему сожалению, и наш сын Джакопо Мария, который избрал совсем другой путь. Так что я единственная, кто унаследовал от наших предков любовь к Алхимии Света.

Ребята, открыв рты от изумления, слушали длинное и подробное представление великолепной дамы, которая, оглядев комнату и поправив розы, вплетенные в ее черные как эбеновое дерево волосы, сказала, обращаясь к Нине:

– Должна заметить, что шкаф твоей бабушки впечатляет. В нем такие прекрасные платья, которые я сама бы с удовольствием носила!

Девочка Шестой Луны, улыбнувшись, пошла ей навстречу:

– Да, моя бабушка сама была очень красивая. Как ты. Добро пожаловать!

Легкое покашливание было вступлением для представления молодого мужчины, продолжавшего стоять за спиной Камостиллы.

– Мое почтение, юные алхимики, меня зовут Эдоардо дель Гуроне 3356911. – Рыцарь поклонился, звеня сверкающими доспехами.

Ческо ответил, вежливо кивнув головой, испуганный и очарованный в одно и то же время: никогда еще он не видел вблизи рыцаей в полном облачении!

Эдоардо повернулся к Камостилле. Благородная дама улыбнулась ему и поправила складки своего длинного голубого платья, проверяя, не повредило ли путешествие его позолоченной вышивке:

– Перелет с Ксоракса сюда был восхитительным: звезды... кометы... изумительные галактики. Я волновалась и радовалась, как икогда раньше!

– Если вам надо, то в лаборатории виллы «Эспасия» вас ждет Джиролума, – заботливо предложила гостям Нина, вспомнив, что оба они – призраки.

– Спасибо, пока мы в нем не нуждаемся. Может быть, попозже мы выпьем по паре капель, – ответил Эдоардо, разглядывая сплетенную ребятами большую сеть и стоящие рядом ведра. – Молодцы! Прекрасная работа! – похвалил он, ослабляя серебряные браслеты своих тяжелых лат.

– Эта сеть и ведра понадобятся вам? – спросила Нина.

– Нет, моя дорогая. Они понадобятся вам двоим, – ответила Камостилла и, взяв правую руку девочки Шестой Луны, стала с тревогой разглядывать почерневшую звезду.

– Она черная. Это значит, мне постоянно угрожает опасность... – принялась объяснять девочка.

– Я это знаю, знаю, – мягко перебила ее дама. – Но ты не бойся. Князь Каркон давно напрашивается на то, чтобы получить сполна по своим заслугам, – успокоила ее дама и протянула девочке раскрытую ладонь своей правой руки.

– У тебя красная звезда! – воскликнула с удивлением Нина.

– А чему ты удивляешься? Как у тебя и всех твоих предков, у меня тоже есть этот алхимический знак, которым отмечен весь наш род. Моя звезда красная, потому что в эту минуту мне не грозит опасность. Но скоро и моя станет черной. Война с Алхимией Тьмы не прекращается. Мы с Эдоардо прилетели сюда, чтобы помочь тебе в ней. Мы – призраки и обладаем способностью появляться и исчезать по собственному желанию, как Джолия и Фило Морганте, – закончила Камостилла и ласково потрепала Нину по щеке.

Тем временем Ческо не мог оторвать любопытного взгляда от необычного меча, висевшего на поясе рыцаря. Нина тоже обратила внимание на эфес меча в форме дракона с двумя хвостами.

– Это знаменитый Алхимический Меч? – спросила она смущенно.

– Он самый, – вновь кашлянул рыцарь. – Я никогда не разлучаюсь с этим магическим мечом, выкованным из сплава железа и золота. Он делает меня непобедимым. Если вы посмотрите на его эфес, то увидите, что на голове дракона вырезаны мои инициалы – ЭДГ. Я погиб, потому что не хотел отдать меч моему коварному врагу. К сожалению, в тот раз ему удалось нанести мне смертельный удар в спину, когда я этого не ждал. – Рыцарь выхватил меч из ножен, отчего по ушам присутствующих ударил громкий свист ветра, и с гордостью продемонстрировал лезвие меча, окрашенное чем-то красным: – Мне выпала честь использовать меч во многих битвах. Поэтому его лезвие постоянно в крови. Он пронзает тела моих врагов и хранит на себе их кровь!

Ческо протянул руку, чтобы дотронуться до меча, но Эдоардо быстро вложил его в ножны:

– Нет, мой дорогой юноша, никто не имеет права даже прикоснуться к нему. Каждый, кто пытался завладеть моим оружием, погибал от жестоких ран.

– А кто тот враг, что убил тебя? – поинтересовалась Нина.

– Сикурио Фасторио, мерзкий аббат и дальний родственник князя Каркона из дворца Ка д'Оро.

– Сикурио Фасторио?! – Ческо и Нина окаменели.

– Вы слышали о нем? – удивился рыцарь, передернувшись от возмущения, отчего его доспехи загремели.

– Он сейчас здесь, в Венеции! – объяснила Нина, обретя дар речи. – Он тоже призрак. Его позвал себе на помощь Каркон!

– Превосходно! – Свирепое выражение исказило благородные черты Эдоардо. – В таком случае у меня есть возможность отомстить ему! Мне уже не терпится встретиться с ним лицом к лицу.

– Но как ему удалось убить тебя? – Нине хотелось знать все подробности.

– Он выследил меня, когда я скакал на коне через лес в сторону моря. Там я должен был забрать флакон с Маслом Целительным, благотворным эликсиром, приготовленным специально для дамы моего сердца Домиции Беатины, с которой мы собирались пожениться...

– Домиция Беатина? Она тоже была алхимичка? – перебила его вопросом Нина, озадаченная тем, что никогда не слышала этого имени.

– Нет, она была простой девушкой, в которую я влюбился. Я знаю, что после моей смерти она долго проливала слезы. Мы очень сильно любили друг друга. – Голос Эдоардо задрожал от волнения.

– Любовь... Любовь порой не больше чем ловушка, – прокомментировал Ческо, бросив косой взгляд на девочку, заставившую его страдать.

– Согласен, нелегко встретить подходящего тебе человека. К сожалению, я умер молодым, но Домиция навсегда осталась в моем сердце. Так вот, как я уже говорил, Сикурио неожиданно напал на меня в лесу и нанес мне подлый смертельный удар ножом в спину. Он хотел завладеть моим мечом. Но у него ничего не вышло. Тибериозо обратил его в бегство, и аббат трусливо сбежал, потеряв свои алхимические инструменты.

– А кто такой этот Тибериозо? – спросил, сгорая от любопытства, Ческо.

– Мой друг, алхимик. Он тоже здесь с нами! – Сказав это, рыцарь громко свистнул, и из зеркального шкафа выплыло плотное облачко пара, пахнущее сеном. Задорное ржание предшествовало превращению облачка в белоснежного, величественного, с гордой осанкой коня в такой же белой попоне, заполнившего собой почти всю комнату.

Конь поднял правую переднюю ногу, склонил голову и встряхнул густой гривой: это была манера Тибериозо здороваться с присутствующими. Его неожиданное появление вызвало у ребят легкое замешательство и восторг.

– Клянусь всем шоколадом мира, впервые вижу коня-призрака! – захлопала в ладоши девочка Шестой Луны.

– Когда он умер, я упросил Этэрэю возродить его на Ксораксе. Как у всех нас, алхимиков Света, у него есть свой код: Тибериозо 3366722. И он тоже обладает магическими способностями. Вглядитесь в его глаза.

Эдоардо Дель Гуроне нежно потрепал коня по шее, и тот в ответ потерся головой о его доспехи.

Ребята приблизились к коню и увидели, что глаза чудесного животного были бирюзовыми, расцвеченными позолоченными искорками. Конь пожевал губами и, подняв белоснежный хвост, продемонстрировал первое чудо: красноватое облачко пара вылетело из его зрачков и моментально превратилось в огненные кольца, которые поплыли в воздухе, отражаясь в зеркалах.

– Здорово! – восхитился увиденным Ческо.

– Это все пустяки. Вот когда Тибериозо по-настоящему рассердится, он может делать невероятные вещи! – добавил с гордостью : Эдоардо. Подойдя к коню, рыцарь достал из кармана седла небольшой мешочек, в котором находились черная шахматная пешка и пять золотых монет. – А это те самые магические предметы, которые потерял Сикурио Фасторио, когда Тибериозо обратил его в бегство. Я знаю, что проклятый аббат очень дорожил ими, и буду рад продемонстрировать их ему! Чтобы вернуть пешку и монеты, он точно бросит мне вызов. Месть, которую я вынашиваю столько времени, будет безжалостной и смертельной для него! – Эдоардо трясло от ярости, когда он рассказывал о своем кровном враге.

– Хватит болтать! – Камостилла явно была недовольна тем, как развивались события. – Пора приниматься за дело. Сеть готова, ведра тоже.

– Что мы должны делать? – спросили ребята, не в силах оторвать взгляды от Тибериозо.

– Отправляться в путь! – ответил Эдоардо, снимая шлем. – Ступайте в Секретузию и нырните в серебряную ванну. Этэрэя была конкретна: ваша задача – отыскать цифру 6 Золотого Числа, наша – прийти вам на помощь в случае необходимости. И ничего не бойтесь, вы алхимики и прекрасно знаете, как противостоять силам зла!

Камостилла приподняла край своего длинного платья так, что стали видны узорчатые белые чулки, и ловко отстегнула от левой туфли овальную пряжку. На самом деле это была не просто пряжка, а шкатулка.

– Здесь весь мой алхимический мир, – с довольным видом пояснила она, открывая шкатулку.

Ребята с изумлением смотрели на маленькую вещицу, не в силах понять, что можно поместить в нее. Но на их глазах Камостилла достала из шкатулки Талдом старинной модели, гигантскую, явно тяжелую книгу в потрепанной обложке и огромный, весь в ржавчине, висячий замок.

– Как ты это сделала?! Это не пряжка, а какой-то бездонный магический мешок! – наконец смогла вымолвить Нина.

– Это супермагия! В эту пряжку можно положить тысячи различных предметов, – ответила Камостилла, передавая замок Ческо.

– Для чего он мне? – спросил тот, с недоумением крутя в руках ржавый замок.

– В нужный момент сообразишь сам! – последовал короткий ответ благородной дамы, которая, обернувшись к Нине, спросила: Знаешь, что за книгу я держу в руках?

Девочка Шестой Луны прочла вытисненное на обложке название: «Тайны цветов» и, разведя руками, призналась, что никогда не читала ее, хотя слышала, что это очень важная книга для каждого алхимика.

– Еще как важная! Это мой первый научный трактат. Я написала его, когда мне было всего девятнадцать лет. В нем подробно рассказано о всех алхимических красках Ксорака. Не исключено, что мои описания могут оказаться полезными и в этой ситуации, -объяснила Камостилла, возвращая гигантский том обратно в пряжку-шкатулку.

– Ты всегда была очень авторитетным алхимиком. Это ведь ты тщательно изучила формулу Эссенции Светящейся, с помощью которой тело умершего на земле человека перемещается на Ксоракс. Финальная фраза, которую он произносит перед смертью, – священна для всех алхимиков. – Девочка Шестой Луны сделала приятное знатной даме, продемонстрировав хорошее знание истории Алхимии Света.

– Все, что ты сказала, истинная правда! – зарделась от похвальных слов знатная дама. – Этэрэя всегда высоко ценила мои исследования. А знаешь ли ты, дорогая Нина, что владеешь одним из моих очень ценных творений, которое ты унаследовала от профессора Михаила Мезинского? – Камостилла загадочно улыбнулась.

– Знаю. В сейфе моей лаборатории хранится Биккьо, сделанный тобою магический кубок. Мне не терпится использовать его, – ответила с гордостью девочка.

– Не сомневайся, придет время и для этого, – заверила ее Камостилла и продолжила, вздохнув: – Подумать только, я могла не изобрести Биккьо, решись я выйти замуж за одного человека! Который оказался алхимиком Тьмы. К счастью, я вовремя одумалась и отвергла предложение о свадьбе, отдав руку и сердце моему горячо любимому маркизу Гуадиллио!

– И кто же этот алхимик Тьмы? – полюбопытствовал Ческо, с интересом глядя на благородную даму.

– Тоже маркиз. Амберо Колис Новис. Мерзавец, каких мало! – ответила та с презрением.

– Амберо Колис Новис?! – изумился Ческо.

Камостилла и Эдоардо переглянулись, а Тибериозо, тряхнув гривой, нервно переступил копытами.

– Ты знаешь, кто это? – с подозрением посмотрела на мальчика дама.

– Еще бы не знать! Этот тип тоже сейчас в Венеции. Это второй призрак, призванный Карконом на помощь.

Ответ Ческо заставил даму пошатнуться. Энергия, казалось, внезапно покинула ее: повисшие вдоль тела руки стали прозрачными.

– Проклятый мошенник! Если мы встретимся, я превращу тебя в пепел! – взорвалась женщина, крепко сжимая свой древний Талдом. Энергия медленно возвращалась к ней, и она полностью пришла в себя.

– Ты ненавидишь его только за то, что он попросил тебя стать его женой? – спросил Ческо, стараясь докопаться до истины.

– С его стороны это было всего лишь поводом для того, чтобы подобраться поближе к моим алхимическим секретам. Он так хотел заполучить меня в жены, что принес мне в подарок кольцо с огромным изумрудом. Какое счастье, что я отказала ему, потому что это кольцо сделало бы меня его рабыней. Понимаете? Это было заговоренное кольцо. Я хорошо знаю его методы убеждать других и способность изменять свой облик, чтобы обманывать людей, – ответила Камостилла, задыхаясь от гнева.

– Не волнуйся. Мы свернем шею Сикурио Фасторио и Амберо Колис Повис, – принялся успокаивать ее рыцарь. – Никто из них не помешает Нине отыскать цифру 6. Каркону придется проглотить горькую пилюлю и признать поражение.

Тибериозо подошел к двери и, толкнув мордой, открыл ее.

– Он хочет выйти. Эта комната слишком тесная для него, – пояснила Камостилла.

– Честно говоря, я тоже не отказался бы подышать свежим воздухом, – добавил Эдоардо.

– Я провожу вас, только... – Нина посмотрела на коня, – только надо будет спускаться по винтовой лестнице.

Она вспомнила, что для этого старой черепахе Джолии пришлось воспользоваться алхимическим трюком.

Эдоардо улыбнулся в ответ на ее опасения:

– Думаешь, что для Тибериозо это проблема? Ошибаешься. Мой конь способен исчезнуть и появиться там, где надо, он может даже проходить сквозь стены. Он же призрак! Как мы. Если тебе пришла на память мудрая Джолия, то алхимический прием, с помощью которого Джолия спустилась по лестнице, она использовала исключительно для того, чтобы понапрасну не тратить энергию. А у Тибериозо ее очень много. Не веришь?

Рыцарь читал ее мысли. Нина покраснела и не рискнула задавать другие вопросы, которые могли бы показаться гостям неделикатными.

Ческо погладил коня, с удивлением соображая, как такое мощное, мускулистое тело способно проходить сквозь стены и исчезать, когда понадобится.

Набравшись смелости, Нина все-таки решила спросить:

– Ну так что? Когда нам начинать?

– Сворачивайте сеть, ведра в руки и... – Камостилла взмахнула своим древним Талдомом.

– И что потом? – перебил ее Ческо, с любопытством разглядывая странный жезл благородной дамы.

– Что потом, узнаете позже, а пока делайте то, что я вам сказала, – распорядилась Камостилла.

Ребята быстро скатали сеть, взяли ведра. Ческо сунул в карман ржавый замок и вместе с Ниной вопросительно уставился на даму.

– Сейчас я перенесу вас в базилику. Мой Талдом хотя и выглядит дряхлым, но достаточно мощный для этого. – Камостилла пять раз нажала на гоасиловые глаза жезла. Мгновенно Нину и Ческо облепила легкая зеленая пена.

– Ничего не бойтесь! – пожелал им Эдоардо. Девочка Шестой Луны, стерев с губ мягчайшую зеленую пену, покрывавшую ее с головы до ног, крикнула в ответ:

– А что будет с вами, когда мы уйдем? Вы даже не знаете, где находится Акуэо Профундис... К тому же без Кольца Дыма вы не смо-жете попасть в нее!

– Ты забыла, девочка, что мы призраки и способны попадать, куда нам надо?! – с теплотой в голосе крикнула ей Камостилла. – Думай не о нас, а о Золотом Числе и испытаниях, которые вас ждут. Ты запомнишь их на всю жизнь! – Она еще раз нажала на глаза-кнопки древнего Талдома, и сфера из тончайшей пленки поглотила покрытых пеной ребят. Еще одно мгновение, и в комнате наступила полная тишина: ребята исчезли, уносясь, прочь внутри прозрачного шара.

Тибериозо требовательно заржал, и рыцарь, подхватив коня под уздцы, повел его к выходу.

– Как ты думаешь, у них получится? – спросила Камостилла.

– Они должны сделать это! Должны! – ответил Эдоардо, уверенный в результате.

Когда все трое проходили через комнату, которая принадлежала профессору Мише, благородная дама восхищенно воскликнула:

– Ах, какой аромат! А кровать с балдахином! Я поспала бы на ней с большим удовольствием!

Рыцарь в тяжелых доспехах, выйдя в коридор первым, уступил дорогу Тибериозо:

– Вперед, конь! Тебя ждет спуск по винтовой лестнице!

Камостилла улыбнулась шутке, спрятала Талдом и книгу обратно в магическую пряжку и вернула ее на свое место на туфле. Затем подобрала длинную юбку, уселась на перила лестницы и – фьють! – пулей пролетев по спирали, довольная собой, соскочила с них на первом этаже. Тибериозо, засияв бирюзовыми глазами, как уважающий себя призрак, в один миг перенесся прямо к двери Зала Дожа, ожидая, когда к нему присоединится его хозяин. Эдоардо со шлемом под мышкой, позвякивая доспехами, медленно, с достоинством сошел по ступенькам.