Текст книги "Наперегонки с луной (ЛП)"

Автор книги: Мишель Гауф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Глава 4

Дин вышагивал перед грузовиком. Каждая косточка в его теле хотела убежать быстрее ветра и убраться как можно дальше от сексуальной красотки за окном кабинета.

Но еще сильнее ему хотелось остаться, словно его ноги приросли к полу гаража.

Когда он подошел к Сандей и потерся об нее щекой, он попробовал ее сладость каждой порой. Ее пряничный аромат и сущность девочки с календаря аля «давай, можешь попытаться» медленно перемещался по жилам, усиливая желание. Она не одна из этих тоненьких как спичка любительниц потягивать чай, которые только и думают, что о помаде и стрелках на чулках. Сандей уж точно не будет обмениваться смсками по мобильному и проводить вечера за коктейлями. Естественные красные губы и чувственная энергия – да все бывшие Дина должны гореть от стыда.

И это его возбуждало.

Если бы Дин закрыл глаза, то мог бы представить, как его пальцы гладят податливое тело Сандей. Скользят по шее, спускаются по плечам, проводят по гладкой внутренней части ее локтей к запястьям. Его язык играет с твердыми сосками, поглаживая твердые вершинки, вырывая из горла любимой возбужденные стоны. Он входит в нее, грубо подтягивает к своим бедрам и погружается до конца.

Такие мысли сделали его еще тверже, если такое вообще было возможно.

Из задумчивости Дина вывел резкий треск и брызги искр. Обернувшись, он выглянул на улицу. В завесу дождя вторгся запах гари. На землю упал кабель. Моргнул свет, и гараж погрузился во мрак.

Сандей замерла, привыкая к темноте. Затем нашла фонарик в верхнем ящике стола и вышла передать его Дину. Его зеркальные глаза вспыхнули на лице; Сандей знала, что ее тоже светятся.

– Значит, ты не споткнешься и не упадешь.

Дин притянул Сандей к груди и закружил, прижав фонарик к ее спине.

– Могу поспорить, что в темноте я найду тебя быстрее, чем при дневном свете, котенок.

Сандей повернулась к нему и положила руки на мускулистые плечи. Она сжала пальцы и покачнулась, впиваясь в Дина ногтями, но твердые мышцы груди под ладонями вызвали интерес, а не желание отступить. Плоть, точно замша, нагретая под палящим солнцем, покрылась жемчужными каплями пота. Один лизок никогда не утолит жажды.

– Котенок проглотил язык? – спросил Дин.

– Я кошка, – прошептала Сандей. – И ты забываешь, что я кусаюсь и царапаюсь, если меня поставить в положение, которое мне не нравится.

– В данный момент ты кажешься полностью удовлетворенной.

Его рука скользнула вверх по ее спине. Сандей изогнулась в ответ на незнакомое прикосновение, выгнула туловище и прижала грудь к скульптурно выточенной груди Дина. Появилась навязчивая мысль, что они так до сих пор и не поцеловались.

Дин пробормотал хриплым шепотом:

– Твоя упругая грудь великолепно подходит к моей. И я чувствую запах твоего желания.

Сандей замерла в его объятьях.

– И чем же оно пахнет?

– Имбирным пряником, моторным маслом и сексом. Боже, Сандей, если ты не заинтересована, ты должна отстраниться. Уйти в дом. Я не смогу прикоснуться к тебе, а потом остановиться. Ты не понимаешь, что творится у меня внутри. Когда оборотень так близко, все чувства обостряются до предела. Каждое прикосновение умножается десятикратно. Проклятье, мой член не сможет выдержать напряжения.

Сандей кивнула через плечо.

– Может, разберешься со своими проблемами в кабинете?

Рычание и грубый поцелуй. Блаженная атака желания, вожделения и примитивной потребности. Такой требовательный рот. Попробует ли Дин взять вверх?

Сандей ответила с такой же решимостью. Она не будет подчиняться.

Рука на спине скользнула ниже и обхватила ягодицы. Не разрывая поцелуя, Дин поднял и усадил Сандей на ящик. Рутбир испортил дыхание Дина, но удивительная сладость побуждала целовать так же жадно, как и он ее.

Он снес ее оборону. Смягчил волю. Он хотел обладать, проникнуть внутрь и оставить свою метку.

Сандей обвила ногами бедра Дина. Он зарычал в ответ, толкнув свою твердую плоть к ее тазу, и потерся, давая знать, что он делает это за вознаграждение.

Но она не могла уступить.

– Нет, – Сандей отодвинулась и отклонилась назад. За ее спиной не оказалось ничего, кроме автомобильных запчастей.

Дин схватил ее, прежде чем она бы полетела вниз.

– Да, скажи да, пожалуйста.

Ноги Сандей все еще сжимали его бедра. Его твердость пульсировала у ее паха, настойчиво, в нужде. Сандей хотелось расстегнуть ширинку и обхватить руками твердую «награду». Но если она не может довести начатое до конца, то не собирается дразнить.

– Я не могу.

Сандей высвободилась из объятий, спрыгнула с ящика и убежала к выходу гаража, где ливень ее защитит от сладострастного волка.

Снаружи, сорванный с воздушной линии, сверкал провод под напряжением. Будет ли вспыхивать всю ночь, не смотря на дождь? Сандей чувствовала себя подобно этому проводу. Искрится и наматывается внутри, в одной искре от возгорания.

Дин остался стоять склоненным к ящикам: голова опущена, руки лежат на джинсах. Она уже привела его в своего рода безумие. Но не получала ни малейшего удовольствия от поддразнивания.

Выйдя под проливной дождь, Сандей закричала от безысходности.

Сильные руки затащили ее внутрь.

– Ты с ума сошла? Там провод под напряжением!

Дин схватил дрожащую Сандей, обвив руками ее спину. Он прижался носом к ее волосам и закрыл глаза. Ее чуть не ударило током. Проклятье, он едва знал ее, но сердце стучало так, словно он мог потерять свою пару. Свою настоящую пару. С кем он мог бы состариться вместе.

Откуда такая безумная мысль? Он никак не может взять фамильяра в качестве любовницы, а уж тем более пары.

– Я не подумала, – сказала Сандей. – Отпусти меня.

Если б только она позволила ему уйти. Поскольку теперь Дин связан, остаться здесь не только из-за дождя и сломанного грузовика. Сердце билось, словно отсчитывая минуты, на которые он хотел с ней остаться.

Один, два, три... бесконечно.

Это вожделение? Надо было уйти, несмотря на дождь. Он смог бы убраться подальше от людей, только оборотню пришлось бы терпеть грозу.

Двое встретились на краю его непрочной тюрьмы. Мокрая, с льющейся по лицу водой Сандей даже не пыталась убежать. Рубашка полностью промокла и прилипла к телу, вырисовывая твердые соски.

Дин втянул воздух и перестал тянуться к милой своими трясущимися руками – а затем подумал «да пошло оно» и все-таки потянулся.

Большой палец потер сосок. Испуганный вздох Сандей перерос в резкий вскрик, когда Дин сжал ее бедро, требуя близости. Он собирался узнать, что не дает ему освободиться от ее непередаваемой привлекательности.

– С чем ты борешься Сандей? – Дин наклонился и ущипнул отвердевший бугорок. – Поговори со мной. Ты знаешь мои обстоятельства. Нет секса? Оборотень вырвется на свободу. А что у тебя?

Она изогнулась, когда Дин просунул руку под ее рубашку и сжал обнаженную грудь.

– Боже, они совершенны!

Сандей провела пальцами по его голове, и Дин лизнул ее. Движение словно говорило не останавливаться. И все же Сандей двигалась очень не торопливо.

– Я... – Ногти пробежались по его волосам, посылая мурашки по шее. Вызывая реакцию больше похожую на дрожь. – Так хорошо. Мне это необходимо.

– Так давай сделаем это. Хватит ходить вокруг да около. – Дин стащил ее рубашку через голову и выбросил в дождь. Туда же последовала и его рубашка.

Сандей рванулась и прижала руки к груди Дина. Прикосновение поразило обоих, словно провод под напряжением. Дин подумал: «А не буду ли я тоже отбрасывать искры от этой электрической связи».

– Скажи мне, что хочешь этого, – попросил он.

Сандей скользнула губами по его соску, и Дин закусил верхнюю губу.

«Боже, какая злая кошка».

– Я не приму никакого ответа, кроме да, – предупредил он.

Сандей отскочила от него. Тени удерживали цвета. Дин видел любимую даже в темноте. Ее высокую и розовую грудь и длинные мокрые волосы, рассыпавшиеся по великолепным полушариям.

Напрягая плечи и отведя тоскующий взгляд в сторону, Сандей сказала:

– Это не правильно. Я не могу этого сделать. Прости.

Она повернулась уйти, но Дин бросился за ней. Притянул к себе, а когда Сандей стала вырываться, прижал спиной к капоту грузовика.

– Сандей посмотри на меня.

Ее голубые глаза уставились на него. Сандей вздохнула и продела большие пальцы в петли на поясе.

– Ты ослепительна, – выдохнул Дин. Наполовину обнаженная, горделивая девушка, бросившая вызов его потребности командовать, доминировать над другими. Прекрасная пара к его агрессивному характеру. Большинство остальных обычно брало, что он давал, не прося большего. Но ее нежелание утолить его жажду вызывало у Дина еще большее рвение. – Ты чувствуешь, что словно так нельзя? Словно ты просто ублажаешь меня?

– Нет, я испытываю такое же желание.

– Тогда позволь мне доставить тебе удовольствие. – Он опустился на колени, облизывая ее пупок. Ее подрагивающая кожа нежно касалась его щеки. Ее мягкость казалась фантастической. Дин опустился на колени в пропахшей моторным маслом мастерской и, прижав щетинистый подбородок к молнии на джинсах, провел пальцами по попке Сандей. – Мне сейчас очень нужна кошечка.

– Но не демон.

Сандей подняла ногу и толкнула Дина в плечо, откидывая его под колеса грузовика.

– Я не могу с тобой переспать, – добавила она, отворачиваясь. – Я не умею контролировать демона. Если я займусь любовью, он выйдет в эту сферу. И никто не сможет сказать будет ли это к добру, худу или убийству.

Глава 5

Сандей попыталась разглядеть линию электропередач, которая извивалась на земле перед гаражом. Провод уже не искрился, однако все равно мог нести в себе смертельную опасность, о чем ей было хорошо известно. Мир погрузился во тьму, и только закатившийся под грузовик фонарик служил единственным источником света.

Сандей подумывала поймать провод с помощью рубашки и длиной палки, но потом передумала, слишком грязно. Холод ее не беспокоил. От завесы дождя с шипением проступал легкий туман, ощущавшийся на ее груди эфемерными поцелуями.

Ощутить на них рот Дина было бы еще лучше. Почувствовать его сильные руки, ласкающие ее тело, так как ему нравится. Поглощая энергию из ее поцелуев, он возвращал ей с торицей.

Дикое животное с виду оказалось таинственным, грациозным и завораживающим внутри. Дин показал себя волнующим и очаровательным. Неприрученным. Сандей никогда не представляла себе, каково это заниматься любовью с волком. За всю свою жизнь она имела связь только с одним демоном; все остальные же были смертными. Неспособные понять ее и дрожащие от страха, особенно после того как она достигала оргазма.

Сандей не думала, что Дин испугается демона. Однако после встречи с этими адскими ублюдками, они успели проложить через нее мост, и с тех пор в ее автомобильном парке не было ни одного светлого денечка. А когда она достигала пика наивысшего наслаждения, то обычно превращалась в кошку... против своей воли.

Вот, почему она ни с кем не встречалась.

Но с какой стати именно она должна мучится от неудовлетворенного сексуального желания?

– Я должна взять под контроль этот мост, – пробормотала она себе под нос.

Для фамильяра она была еще довольно молода, практически смертная в свои двадцать пять лет. Большинство существ ее вида не обладало достаточным мастерством, чтобы справиться с таким мостом, не раньше того как они проживут вторую жизнь. И, да у фамильяров было девять жизней.

Да и попрактиковаться ей возможности не выпадало. Конечно, если бы они занялись любовью не спеша, то она смогла бы сосредоточиться и обуздать ту невероятную силу, впускавшую демонов в этот мир.

– Мне суждено умереть одинокой и старой женщиной-кошкой. По крайней мере, в этой жизни.

Вздохнув, Сандей навострила уши и прислушалась. Дин снова вышагивал вдоль грузовика. Сандей чувствовала его жажду, агонию от вынужденного воздержания; все это дрейфовало в воздухе осязаемыми волнами чувственного мускуса.

Закрыв глаза, Сандей пожелала, чтобы дождь прекратился и освободил Дина от мучительного волнения, а ее от ужасной дилеммы, с которой она никогда бы не хотела столкнуться.

Боялась ли она оказаться в объятьях полностью обращенного оборотня? Да. И сильно. Ей не хотелось, чтобы ее швыряли туда-сюда, словно какое-то чучело, и вполне вероятно покалечили бы. Надо взять на заметку, как один из наименее предпочтительных способов умереть.

– Я мог бы попробовать…, – мягко прозвучал голос.

Дин стоял позади нее. Жар от близости его тела прошелся щекоткой по спине Сандей, высекая за собой несмываемую татуировку. «Да, отметь меня. Сделай своей, как никто до тебя».

– …пробежаться до города. Это волк не любит дождь. Но я мог бы попробовать в форме верволка.

Вер – это человек. Волк – животное на четырех лапах. Верволк? Смесь того и другого.

– И что ты собрался делать в городе? Приставать к какой-нибудь невинной дурочке?

– Я не причиняю вред людям, Сандей.

– Прости, я сказала не подумав. – И все же после его слов у нее словно камень с души свалился, о существовании которого до этого момента она даже не подозревала. – Просто... ну, посинеют ли твои яйца или нет, но лучше тебе остаться здесь, чем верволком рыскать по Стилу.

– Это только твое предположение. У меня и в мыслях не было кого-то убивать, скорее напугаю до чертиков. Чем ближе полночь, тем труднее совладать со своими желаниями. У меня никогда не было времени нормально ухаживать за женщиной.

– Ухаживать? Это так теперь называется?

– Эй, имей хоть немного уважения. Сегодня ночью городом будут править животные инстинкты.

– А я значит добыча?

– Я не должен был так говорить. Дьявол! Сандей, я никогда не был воплощением обаяния. И у меня нет роз или шоколада...

– Мне это и не нужно. Меня интересует только искренность. Ты достаточно честен со мной. Я ценю это.

– То же самое я могу сказать и о тебе. Должно быть, тебе не часто хотелось показать свою сущность потенциальному любовнику. И ты не можешь контролировать превращение?

Сандей кивнула и потерла друг о друга ладони.

– Это не временное состояние моего тела, а то, кто я есть.

– Я не боюсь демонов.

Сандей усмехнулась и бросила на него взгляд через плечо.

– Это за тебя говорит отчаянная потребность в сексе?

Дин пожал плечами и вздохнул.

– Так... каково это встречаться с обычными парнями? В смысле, похоже, что это свидание всей твоей жизни...

– Одно сплошное разочарование. Поверь, мужчины не назначают мне повторного свидания, после того как видят меня во время оргазма.

– Может, следовало начинать не с обычного смертного. – Дин прикоснулся к ее спине, при этом, не предпринимая больше никаких шагов. Благослови его Боже! Она и так натянута как струна. – Я чувствую твой вкус на своих губах. И мне этого мало.

– Я тоже хочу тебя, Дин. Просто это физически неосуществимо. Только не принимай на свой счет, ладно?

– Постараюсь. Почему бы тебе не подойти ко мне ближе, чтобы я смог обнять тебя? Хочешь, я достану твою рубашку?

– Мне не холодно. У меня есть запасная в кабинете.

Один шаг, и она уже прижимается к груди Дина. Его тело было твердым и в то же время мягким. Каменные мускулы, и плоть, словно замша на ощупь. Теплые руки собственнически обвились вокруг талии Сандей.

Могла ли она поставить на его груди невидимую метку, которую он выколол на ее спине? Да. И пусть весь мир знает, что он принадлежит ей. По крайней мере, в этот момент. Этот незнакомец прочно засел в ее сердце.

Сандей прижалась щекой к его плечу. Ей были приятны их молчаливые объятья. Тем более сейчас они носили совершенно невинный характер.

– Итак, твой грузовик. Он уже стал классикой. Я вижу, как ты бережно к нему относишься.

– Внешне, да. Но я понятия не имею, что мне, черт возьми, делать, когда дело доходит до технической части.

– Ты спешил домой до наступления полнолуния?

– Ты знаешь ответ. Оборотень чувствует себя свободным только на своей территории.

– Ты говоришь о своей второй сущности как об отдельной личности.

– Я не помню, что происходит после обращения. При таком раскладе тяжело считать оборотня частью себя. А ты принимаешь кошку как часть тебя?

– Конечно. В отличие от тебя, мои кошачьи воспоминания не исчезают, когда я становлюсь человеком. Я редко обращаюсь. И получаю больше удовольствия от своего человеческого тела.

– И, правда, у тебя восхитительное тело. Нежное, с ароматом имбирного пряника.

– Как жаль, что волки не ладят с кошками.

– Да. – Дин положил подбородок ей на плечо. – Или... они только так говорят.

– Ты относишься к какой-нибудь стае?

– Не-а. Есть только одна стая, и она переехала в Миннесоту. Вожак, старый оборотень по имени Северо, любит ставить на все ограничения. Он держит стаю в ежовых рукавицах. Я же предпочитаю свободу и покой политическим разборкам.

– Должно быть, ты одинок. Я провела много времени наедине с собой, но иногда у меня появляется желание просто быть частью чего-то, понимаешь?

– Понимаю. В мире людей нелегко быть тем, кто мы есть. Очень редко у нас на пути встречаются те, с кем можно найти общий язык и кто не разделяет мнение большинства. Я знаю, каково это быть другим.

Сандей откинула голову ему на плечо.

– Да уж, другим...

Она всегда отличалась от всех. Даже не подозревая, кто она на самом деле, люди обходили ее стороной, интуитивно чувствуя ее необычность. Сандей не имела ничего против своей второй сущности, она родилась фамильяром, и все же временами ей хотелось, чтобы ее приняли такой, какая она есть, перестав скрываться.

Она не запротестовала, когда Дин поднял руки и стали поглаживать ее грудь в продолжительной ласке. Ощущать прикосновения мужчины, которому известно, какую угрозу она в себе несет и который столь же опасен – потрясающе.

Пожалуй, стоит рискнуть и заняться с ним умопомрачительным сексом. А он у них таким и будет, в этом она не сомневалась. Даже сейчас, когда он массажировал ее соски, вагона истекала влагой и жаром. Саней сжала бедра, послав импульсы по нервной системе.

Дин провел горячим языком по шее Саней, скользнув вдоль яремной вены. Только напоминания о вампирах ей не хватало. Она на дух не переносила этих сексуальных порождении ночи; с ними у нее был короткий разговор при помощи кола.

– Задумалась о вампирах? – спросил Дин, не отрывая губ от ее шеи.

Сандей фыркнула.

– Терпеть их не могу.

– Я тоже. Рад, что в этом вопросе наши мнения совпадают. – Он слегка куснул ее за шейку, затем обвил вокруг нее руки и на мгновение приподнял над землей. – Черт, не могу не прикасаться к тебе.

Она повернулась к нему, и ее грудь распласталась по каменно-твердым мышцам его груди. Звук его учащенного дыхания придал ей уверенности. У них все получится. Она не могла упустить такую возможность.

– Как думаешь, мы сможем ограничиться прелюдией?

– Сомневаюсь.

– А что, если я продержусь, пока ты не кончишь? Должно получиться.

– И лишишь себя оргазма? Э, нет, так не пойдет. Такой мужчина, как я так не поступает. Я хочу, чтобы ты дрожала и постанывала подо мной, и никак не иначе.

– Но это единственный выход.

– На самом деле... – Он сделал шаг назад и отпустил ее руку; на его щеках появились ямочки. – У меня есть идея.

Сандей вздрогнула, услышав звук перезаряжаемого ружья. Дин стоял, гордо приподняв подбородок и держа в руке обрез, который он извлек из кабины своего грузовика.

– Ты действительно дикарь, когда дело доходит до ухаживаний. И это, по-твоему, романтично? – громко спросила Сандей.

– Черт, нет. Оно для убийства демонов.

– Оружие их только взбесит.

– Да, но оно сможет отстрелить ему пару конечностей, и пока монстр будет собирать себя по кусочкам, у нас появится время получить вместе разрядку и обратить вспять твою связь с демонами. Ну, что скажешь?

Дин прав. Ей необходимо время, чтобы сосредоточиться и полностью освободиться от этих адских созданий. Также ей нужна ведьма, чтобы контролировать их. Сандей ни разу не пробовала проделать это самостоятельно. И, тем не менее, у нее должно получиться. Все возможно.

Конечно же, Дин хочет заняться сексом. Как и она.

Сандей поманила его пальцем. Дин последовал ее безмолвной команде и подошел ближе. Приподняв ее одной рукой, он приблизил ее грудь ко рту. Затем он обернул ее ноги вокруг своей талии и осторожно усадил на капот грузовика. Из горла Сандей вырвалось хриплое бормотание. Она ударилась локтем об ствол обреза и, выхватив оружие из рук Дина, Сандей положила его рядом с собой.

– Для меня оружие и секс несовместимы, большой мальчик. Держи его поблизости, но не мечтай, что оно станет чем-то вроде секс игрушки.

– Даже не думал. – Он крепко поцеловал ее в шею.

Нежные и трепещущие поцелуи явно не про этого мужчину. Сила его желания пробуждало в Сандей жажду немедленных действий. Все происходило на высокооктановом уровне, яростно. Именно такие она любила автомобили.

– Вроде, наверху у тебя должна быть кровать?

– Она ненадежная. Но у меня есть шерстяное одеяло. Постелем его в задней части грузовика.

– Мне нравится ход твоих мыслей. Не двигайся. Я сейчас вернусь.