Текст книги "Мой мышонок лорд преисподней (СИ)"

Автор книги: Михаил Злобин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 8

– Возьми мне, пожалуйста, теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, – попросила Дана, как только они вошли. А затем без лишних слов удалилась в другой конец заведения и уселась за столик.

– Вот жеж царевна, блин… – пробурчал себе под нос Василевский, так, чтобы одноклассница его не услышала. – Лучше бы поинтересовалась, запомнил ли я вообще, что она сказала…

Юноша подошел к стойке, вежливо поздоровался с девушкой-бариста, которая выглядела ненамного старше его самого. И попытался воспроизвести по памяти мудрёное название:

– Будьте добры теплый чего-то там с корицей и какой-то штукой без сиропа. А к нему абсолютно любой кофе. Неважно какой.

– Молодой человек, я не экстрасенс, – закатила глаза работница кофейни. – Говорите точнее, что вы хотели?

– Эх, я надеялся, вы поймете, что я имел в виду, – разочарованно поник Виктор.

Бариста многозначительно покосилась на Дану, с которой пришел юноша. Отметила её стать, дорогой костюм и безупречный легкий макияж. А потом неожиданно сжалилась над незадачливым кавалером.

– Первый раз у нас, да? – почти сочувственно осведомилась она. – Уж извините, но я вас при всем желании не смогу понять. В меню нашего заведения более сотни авторских напитков. И почти в каждый мы можем добавить корицу.

– А можно тогда ваше меню посмотреть? Вдруг вспомню…

– Не проще ли свою девушку переспросить? – лукаво улыбнулась работница за стойкой.

– Да мне бы не хотелось… – неопределенно покрутил пальцами в воздухе подросток.

– Стесняетесь? – хихикнула бариста, и Василевский почуял, как вмиг запылали его щеки.

– Ничё я не стесняюсь… – принялся было оправдываться мальчишка, но тут в разум вторгся раздраженный демон:

– Она просила тебя принести теплый браун панч с корицей и цедрой, но без сиропа, болван!

– Ох, Адастар, спасибо! Твоя феноменальная память меня выручила! Ты избавил меня от позора!

– Не благодари. Просто я всякий раз преисполняюсь скорбью и отвращением, когда ты источаешь беспомощность, — припечатал архигерцог. – Сразу становится печально, что связал себя клятвой с таким немощным человечишкой…

– Вот ты… — задохнулся от возмущения Виктор. – Ну спасибо тебе!

– Я же сказал, не благодари.

– Да ну тебя!

Подросток прервал ментальный сеанс общения и повторил работнице кофейни подсказанное демоном название.

– А для себя что будете?

– Латте какой-нибудь, – безразлично махнул рукой парень.

– Ну молодой человек, – состроила укоризненную мину бариста, – я же сказала вам: больше сотни авторских рецептов! Каждый напиток подобен произведению искусства! Таких тончайших сочетаний вы не попробуете больше нигде в городе! Ну какое латте?

– Ладно-ладно, тогда давайте что-нибудь самое дешевое!

Цокнув и неодобрительно покачав головой, девица принялась за работу. Всего около пяти минут потребовалось ей, чтобы приготовить две порции кофе. Но вот цена, которую она озвучила, ввергла Василевского в ужас.

– Сколько-сколько⁈ – понизил он голос до шепота.

– А что вы так удивляетесь? – сразу встала в защиту бариста. – Каждый наш авторский рецепт составлен…

– Я понял-понял! Пожалуйста, остановитесь! – перебил её мальчишка.

Изрядно опустошив накопления на своей молодежной карте, парень подхватил стаканы и понуро побрел к столику. От Крыловой не укрылся его подавленный вид, а потому она участливо поинтересовалась:

– Что-то не так?

– Да не, всё пучком! – выдавил кислую улыбку Витёк.

– Что, дороговато для тебя оказалось? Извини, я не подумала…

Как ни удивительно, но эта реплика прозвучала вовсе не издевательски. А скорее сочувственно и виновато.

– Нет же, говорю, всё нормально, – попытался изобразить воодушевление юноша, но внимательный взгляд одноклассницы подсказал, что она его видела насквозь.

– Про маски я говорила серьезно, – невзначай подметила школьница. – Тебе не обязательно стараться выглядеть тем, кем ты не являешься.

– Ну ладно, ты права! – сдался подросток. – Я охренел от здешних цен. Но совсем чуть-чуть. Теперь довольна?

– Может быть, – загадочно улыбнулась Крылова и пригубила свой кофе.

– Кхм… ну хорошо тогда… – помялся Виктор и тоже отхлебнул из стакана.

Фу-у-у! И вот за это он отдал столько денег⁈ Прав был Адастар, люди очень странные… Один чудак придумал рецепт сего напитка, по вкусу напоминающий жижу из-под мочёных носков. А толпы других чудаков готовы за это деньги платить…

– Дана, а чем ты вообще занимаешься? – нарушил затягивающееся молчание мальчишка. – Ну, в смысле, хобби или увлечения.

– Да всяким понемногу. Фигурным катанием, верховой ездой, фэшн-дизайном, теннисом, фехтованием…

– Э-э-э… офигеть, сколько у тебя всего… – чуть не поперхнулся юноша.

– Ну а ты?

– Раньше плаваньем занимался. Сейчас даже его пришлось забросить, – немного печально сообщил Витёк.

– А что так?

– Дык в гимназию эту перевели меня. Всё свободное время на зубрёжку теперь уходит. В моей старой школе программа была не такой сложной. А тут этот математический уклон…

– А почему ты вдруг решил здесь учиться? – спросила Дана.

– Это и не я решил, а предки, – вновь испустил грустный вздох Василевский. – Отчим лет пять назад «вкатился в IT», что называется. Стал неплохо по нашим меркам зарабатывать. Ну и они с мамой посчитали, что окончание такого престижного заведения даст мне отличную фору при дальнейшем выборе профессии и поможет найти место в жизни…

– Ну они, в общем-то, правы. Но ты, насколько я могу судить, переменам не рад?

– Ты же знаешь, как начался мой учебный год, – беззлобно фыркнул подросток. – С чего бы мне радоваться?

– Да, понимаю. Извини.

Одноклассники немного помолчали, сделав по нескольку глотков из ополовиненных стаканов. А потом Крылова вдруг предложила:

– Если хочешь, я могла бы помочь тебе вернуться в бассейн.

– Это как же? – ошарашено заморгал Виктор.

– Подтянуть тебя по учебе, чтобы ты не тратил на неё столько времени. Когда заполнишь свои пробелы в знаниях, то дальше станет значительно легче.

– Было бы здорово! – буквально расцвел мальчишка. – И ты в самом деле готова ради меня… ну, так напрягаться?

– Почему бы и нет, – пожала плечиками Дана. – Главное, чтобы у тебя было стремление стать лучше.

– Не поверишь, я уже прямо сейчас его в себе ощущаю! – шутливо приосанился Витёк, вызвав на устах спутницы легкую улыбку.

– Тогда до встречи. Но имей в виду, тебе придется подстраиваться под мое расписание. Я дополнительно сообщу, когда у меня будут свободные дни.

– А ты что, уже уходишь? – не смог скрыть своего огорчения юноша.

– Да. Мне пора. Увидимся завтра в школе.

Девушка встала из-за столика и прямой наводкой отправилась к выходу. Сквозь стеклянную дверцу Василевский видел, что едва одноклассница вышла из кофейни, как перед ней притормозил черный «Крузак». Словно бы только и ждал её появления. И если бы не прощальное обещание Даны поднатаскать по урокам, то молодой человек скорее всего бы подумал, что от него неприкрыто сбежали.

Всё-таки странная она какая-то, эта Крылова. Но какая ж, блин, хорошенькая…

* * *

Дана чинно уселась внутрь благоухающего новой кожей салона авто и захлопнула за собой дверцу.

– Доброго дня, мама, – поздоровалась она с сидящей на заднем кресле ослепительно красивой женщиной.

– Здравствуй, – неспешно кивнула пассажирка. – Решила сегодня немного прогуляться?

– Вроде того, – не вдаваясь в подробности ответила школьница.

– Ты была с тем самым мальчишкой?

– Да.

– Ну и как он тебе? – безэмоционально осведомилась родительница.

– Пока не знаю, что сказать. Он не похож на остальных, которых я встречала. С одной стороны, это самый обычный и заурядный человек. Но что-то в нём определенно есть. Нечто необъяснимое, что выделяет его из миллионов остальных.

– Тебя влечет к этому смертному, дорогая? – скосила глаза женщина.

– Мне кажется, о таком рано говорить, – с сомнением поджала губы Крылова. – Я еще не определилась, как отношусь к нему.

– Хорошо. Мне понятны твои колебания. Порывы человеческой плоти неудержимы и зачастую неоднозначны. Ты еще не один год потратишь на то, чтобы научиться слушать её. И кому, как не мне знать, сколь непреодолим этот соблазн. Однако, помни Данетрия. Если ты сблизишься с этим мальчишкой, сделай всё, чтобы не понести. Плод любви, зачатый человеком и нефилимом, слишком опасен и непредсказуем. Никто не знает, какую силу способен обрести ребёнок, порожденный таким союзом. Поэтому наши старейшины ни за что не позволят ему родиться. А для матери нет горя сильнее, нежели потерять своё дитя. Если так случится, то это разобьет тебе сердце, моё пёрышко…

– Знаю, мама, ты хорошо меня учила. Можешь не волноваться, я никогда не позволю произойти ничему подобному. Ни с этим смертным, ни с каким-либо другим.

– Рада слышать, дочь, – удовлетворённо прикрыла веки женщина. – А теперь, когда ты рассеяла мои опасения, не желаешь составить мне компанию в небе? Жизнь смертных так насыщена, что у меня еще не было шанса размять крылья на этой неделе! Еще немного и я забуду, каково это, когда твои перья ласкает ветер.

– С огромным удовольствием, мама!

* * *

– Держи равновесие, смертный! А теперь, тянись! Тянись сильнее!

Демон командовал подростком, как суровый тренер. А Виктор, кряхтя и постанывая при каждом физиологически неестественном движении, изо всех сил старался его указания выполнять.

– Ниже, дитя, ниже! Не волнуйся за мелкие повреждения. Я исцелю их быстрее, чем ты успеешь испугаться. Я не могу обучать тебя искусству битвы во снах, покуда твоё тело такое хлипкое! Сначала нам нужно укрепить его и подготовить к нагрузкам. Поэтому приложи больше усердия!

– Зач-ч-чем нам это⁈ – прохрипел юноша, балансируя на двух табуретках в подобии замысловатого шпагата.

– Не прикидывайся глупее, чем ты есть! – рыкнул мышонок, пристально следящий со второго этажа клетки за хозяином. – Ты носитель моей метки! А потому я должен сделать всё, чтобы обезопасить тебя. Если ты вдруг повстречаешь ангела…

– Ну Адастар, какие ангелы⁈ В нашем мире их отродясь никто не видел!

– Твоя неполноценность огорчает меня, дитя… Как ты можешь говорить подобный бред, когда легенды твоего мира подробнейшим образом описывают всех небесных созданий? От офалимов до серафимов.

– Да у разных народностей кого только не встретишь в сказках! – возразил Виктор. – И великанов, и драконов, и фей, и вампиров…

– Вот именно! Может, я прошу тебя слишком о многом, но задумайся, смертный! Отчего под светом вашей звезды больше нельзя встретить созданий из иных планов? А заодно и о том, почему вдруг твой мир лишился магии?

– Хочешь сказать, что мифические существа жили в реальности⁈ – раскрыл рот мальчишка.

– Ну конечно! Я лично бывал в сотнях миров и знавал жителей, населяющих их. Описания большинства из них в том или ином виде я находил в твоей магической скрижали. Я предполагаю, что небесный народ захватил вашу планету недавно. Примерно, пять-семь тысяч циклов назад по местному исчислению. И тогда же наступил энергетический упадок. Все склонные к магии создания оставили эту твердь. И отныне твоя Земля населена одними лишь людьми. Теперь-то понимаешь⁈ Это ангелы высасывают энергию всего вашего мира! И судя по тому, что вам не достается и крохи от неё, их здесь очень много! То же самое эти пернатые твари пытаются сделать и с бездной.

– Так мы, может, вообще к этим энергиям невосприимчивы! – из чистого упрямства продолжал спорить юнец.

– И снова ты заблуждаешься, дитя! – убежденно заявил демон. – Ваши энергетические тела невероятно чувствительны. Правда, столь же и немощны. Без магии они попросту атрофировались, низведя потенциал вашего вида до обычных животных. Но и в таком состоянии вы остаётесь очень отзывчивыми к любым чарам, даже самым слабым. Некоторые люди, к примеру, и вовсе способны ощутить от тебя эманации моей метки. И оттого могут вести себя немного странно.

– Подожди-ка, Адастар… – Виктор кое-как распутался из замысловатой позы, в которую его загнал грызун, и со вздохом небывалого облегчения просто сел на табурет. – Уж не из-за твоей ли метки Кубовскому так сорвало башню, что он кинулся на меня с кулаками⁈

– Я бы не стал исключать такую вероятность…

– Так ты что… ты… ты… – озарившая подростка догадка показалась ему столь возмутительной, что он даже не смог ее с ходу озвучить. – Неужели по твоей вине на меня теперь будет каждый встречный бросаться⁈

– Ну, положим, не каждый, – бесстрастно развел лапками мышонок, – а только самые восприимчивые. И это еще одна причина, по которой ты должен совершенствовать свое тело, дитя!

– Охренеть! Я на это не подписывался! На фиг мне такое счастье не нужно! – запричитал Виктор.

– Поздно плакать, наша клятва скреплена древним ритуальным жестом…

– Да и я без какой-либо задней мысли тебе руку подал! – вскинулся Василевский. – И вообще не думал, что оно меня к чему-то обязывает!

– Это уже не имеет значения. Ты принял мою метку. И твоё отрицание её не сотрёт. Так что прекрати ныть, человечишка, и продолжай тренировку! Мы успеем еще кое-что сделать до начала твоего первого урока.

Поминая разом и чёрта, и бога, Витёк вернулся к выполнению по-зверски жестокой растяжки. А демон им непрестанно руководил, указывая на ошибки или просто раздавая советы. Любой нормальный человек после такого бы еще две недели лежал пластом, травмировав себе все связки. Но Адастар действительно смог устранить последствия этой садистской экзекуции за пару минут, будто их и не было. И мальчишка сразу же почувствовал, что его тело стало более гибким и подвижным. Вот уж чудеса…

Договорившись со зверьком, что тот ни в коем случае не высунет носа из его рюкзака, парень наскоро позавтракал, и отправился в школу. Там уже в ставшей привычной манере он поздоровался с одноклассниками, которые постепенно стали его принимать в коллектив.

Марк, Игорь, Надир, Андрей – это те ребята, с которыми Витёк сдружился крепче остальных. Других сверстников он пока немного сторонился. И тем бо́льшим сюрпризом для рыжеволосого юноши стало то, что за пустующую парту Крыловой (она вообще имела привычку приходить в последнюю минуту) вдруг беспардонно приземлился одноклассник.

– Хай, Василевский, – продемонстрировал он открытую ладонь. – Как сам?

– Да неплохо вроде, – немного поколебался с ответом мальчишка, еще не понимая, что собеседнику от него понадобилось.

– Не напрягайся, я тебе проблем не доставлю. Наоборот, хочу важной инфой поделиться.

– А, ну тогда спасибо… э-э-э… – Виктор замешкался, вдруг поняв, что не может вспомнить имя парня.

– Что, забыл, как меня зовут? – криво ухмыльнулся тот.

– Ну типа того… Помню, только, что ты Белов. Сорян…

– Бывает, – отмахнулся школьник. – Хотя бы фамилию знаешь, уже хорошо.

– Просто фамилии чаще звучат на перекличках, вот и…

– Да ладно, не оправдывайся. Я Павел. – одноклассник вдруг без какого-либо перехода понизил голос, и Василевскому пришлось податься вперёд, чтоб его расслышать. – Я чего тебе сказать-то хотел. Стаса тут видел недавно…

– Кубовского? – уточнил юноша, ощущая, как сердце почему-то тревожно ухнуло куда-то в область живота.

– Его самого, – кивнул Белов. – И не одного, а с папашей. Причем, шли они в направлении кабинета директрисы. Я решил, что ты должен об этом узнать. Скорее всего, это всё из-за вашей драки. А предупрежден, значит вооружен. Успеешь, что-нибудь придумать.

– Но… он ведь сам зачинщик! Какие ко мне претензии? – рассерженно выдохнул Витёк.

– Это еще надо доказать будет, – многозначительно поиграл бровями Павел.

– А чего там доказывать? Больше половины класса свидетелей!

– Угу… только вот я тебе гарантирую, что против Кубовского никто не скажет и слова.

– Вы что, все так боитесь его? – удивился рыжеволосый мальчишка.

– Не-а. Просто это никому не выгодно. Ещё не понял, с кем учишься? Тут всем за бесплатным представлением интересней наблюдать со стороны. Можешь поверить, коллектив тут у нас именно такой. Ты как давно в нашем классе? Месяц? Ну а я здесь уже одиннадцатый год. Знаю, о чем говорю.

– Допустим. Ну а ты бы сам мог, в случае чего, подтвердить мою версию событий? – без особой надежды уточнил Василевский.

– Я не ходил смотреть на вашу потасовку, – неожиданно признался Белов. – Поэтому на меня не рассчитывай.

Ах, блин, а ведь точно! Это же Павел тогда сидел со скучающим видом за последней партой, когда остальные веселились и судачили о том, как Стас размажет своего оппонента! Вот же ж…

– Ну, я тебя предупредил, а ты уже сам решай, что делать, – свернул диалог однокашник. – Бывай!

Собеседник освободил парту Крыловой ровно в тот момент, когда она сама вошла в класс. Но Виктору не удалось толком пообщаться с брюнеткой. Потому что следом за ней прибежал учитель математики, с которым юноша не так давно поцапался.

– Василевский, чего сидим? – злорадно осклабился Салман Ибрагимович. – На выход!

– Куда? – прикинулся подросток, что ни о чём не догадывается.

– К директору, конечно! Или ты думал, что твои варварские выходки останутся безнаказанными? Давай-давай, шагай смелее! Одного тебя ждут. Ну а все остальные пока могут приготовить двойные листочки. Будем писать самостоятельную работу.

Над стройными рядами парт пронесся протяжный стон. Но Виктор всеобщего разочарования не разделял. Уж лучше бы он ломал голову над графиками функций и логарифмами, нежели участвовал во всех этих разборках…

Глава 9

Злопамятный математик довёл ученика до самых дверей директорского кабинета. И вроде даже собирался остаться после звонка на урок, чтобы насладиться тем, как будут распекать Василевского. Однако руководитель школы так выразительно зыркнула на Салмана Ибрагимовича, что тот испарился без всяких понуканий и лишних просьб.

В помещении остались всего четверо. Сам Виктор, директор и два представителя семейства Кубовских. Отец и сын. Причем младший до сих пор отсвечивал зеленой от синяков мордой. Крепко же Адастар ему наподдал, если оно всё еще не зажило.

– О, явился, отморозок малолетний! – тотчас же отпустил комментарий старший Кубовский, стоило только рыжеволосому парню переступить порог. – Вы посмотрите на него! Вылитый же уголовник! Вы вообще проверяете, кого в гимназию принимаете⁈

– Пожалуйста успокойтесь, Валерий Евгеньевич, – мягко осадила его педагог. – Сейчас мы во всём разберёмся.

Директор поджала тонкие губы и вперила строгий немигающий взгляд в Василевского:

– Полагаю, Виктор, вы уже догадались о причине вашего вызова?

– Ага, есть пара предположений, – напряженно буркнул парень.

– Ты еще поогрызайся тут! – рявкнул отец Стаса.

– Валерий Евгеньевич, не вмешивайтесь! – тоже прикрикнула женщина, а потом уже куда более спокойно обратилась к подростку. – Пострадавшую сторону я имела удовольствие выслушать. Теперь, Виктор, настала ваша очередь изложить свою версию событий. Можете приступать.

– Да тут и рассказывать нечего…

Рыжеволосый юноша в несколько предложений пересказал все подробности, предшествующие потасовке. Включая попытку унизить его в галерее, предпринятую Кубовским с приятелями. Ну и саму драку, конечно же.

– Нет, ну вы посмотрите, каков наглец! – вновь заголосил папаша Станислава. – Как брешет-то! Ты знаешь, щенок, что за клевету можно с шестнадцати лет к ответственности привлечь⁈ Чуешь, чем это для тебя пахнет⁈

– Валерий Евгеньевич, я прошу вас, дайте мне выслушать ученика, – устало закатила глаза педагог. – Вы уже высказались, и вам никто не мешал.

– А вы мне, Инга Германовна, рот не затыкайте! Вы посмотрите на моего сына! У него же на лице места живого нет! А этот маргинал рыжий тут небылицы сочиняет! Жертву из себя строит! Однако швы на бровь, почему-то, накладывали Стасу! Вы в заключении экспертизы посмотрите, там все описано!

– Если вы не собираетесь меня слушать, то, пожалуйста, покиньте помещение, –окаменело лицо директрисы.

– Чего⁈ На каком основании⁈ – встал в позу Кубовский-старший.

– На том, что это мой личный кабинет, а не площадка для дебатов. И вы данному ученику никем не приходитесь. У вас вообще нет права с ним разговаривать. Особенно в подобном тоне.

– Я буду с этим малолетним уголовником говорить так, как посчитаю нужным! Понятно вам⁈ – не уступил мужчина.

– Тогда я вынуждена вызвать охрану…

И только эта угроза уже подействовала на Валерия Евгеньевича. Что-то нечленораздельно прорычав, он гневно вскочил с офисного стула и порывисто двинул к выходу. Его сынишка быстренько последовал примеру папани, избегая при этом смотреть в сторону Виктора. Но Василевский в душе прямо-таки сгорал от злости. Поэтому отпускать одноклассника так просто не захотел.

– Эй, Стас, – позвал он, – а что с тобой стряслось? Совсем недавно ты такой смелый был. Хотел заставить ботинки вылизывать. Кости мне обещал переломать. Оскорблял. Куда же сейчас испарилась твоя удаль? Неужели ты настолько труслив, что даже своему папе побоялся рассказать правду? Ты ведь прекрасно осознаёшь – ты получил за дело. Ну вот попробуй, глядя мне в глаза, заявить, что я наврал. Сможешь? Хватит совести на такое?

Станислав притормозил и исподлобья посмотрел на Виктора. Он уже набрал воздуха для ответа, но его резко перебил отец:

– А ты пасть свою не разевай, щегол! – грубо выкрикнул он. – Будешь тут еще к совести взывать! Лучше готовься к проживанию в колонии! Потому что я это так не оставлю! Простое исключение из школы меня не устроит! Вы тоже, Инга Германова, мотайте на ус. Если не хотите говорить со мной, придется общаться с полицией и моими юристами!

Мужчина утянул за собой сыночка и захлопнул дверь. А рыжеволосый подросток после его слов остался стоять как оплёванный. Ну теперь понятно, от кого Кубовский-младший унаследовал дерьмовый характер…

– Ох, до чего же проблемная семья… – покачала головой директриса, устало потирая лицо. – Да уж, Виктор, не позавидуешь вам…

– Мне⁈ – возмутился Василевский. – Я еще и виноватым остался⁈

– Ну вы на потерпевшего не очень похожи…

– Мне что, по-вашему, следовало дать себя избить, чтоб стать потерпевшим⁈

– По-моему, Виктор, вам следовало сразу же обо всём сообщить администрации гимназии, а не устраивать дуэли в лучших традициях восемнадцатого века! – отчитала ученика педагог.

– Ага, и тогда бы надо мной все одноклассники глумились…

– Как бы там ни было, не вижу смысла обсуждать то, чего не случилось, – пресекла этот разговор женщина. – Сухие факты таковы, что Станислав Кубовский пострадал. У него диагностированы множественные гематомы, пятисантиметровое рассечение, сколы зубной эмали и черепно-мозговая травма легкой степени. А на вас ни единой царапины…

– И что теперь будет? – насупился Виктор. – К чему вы меня подводите?

– Послушайте, Василевский, не надо на меня злиться. Я еще только разбираюсь во всей этой ситуации, и вполне допускаю, что всё могло произойти именно так, как вы поведали. Буду откровенной, Станислав Кубовский уже не первый раз становится фигурантом подобных происшествий. Но до настоящего момента всегда находился на вашем месте. Однако сейчас исключение светит именно вам.

– Интересно получается. Пока этот амбал поколачивал всех вокруг, это вас не волновало. А стоило только дать ему отпор, так сразу стращаете меня тем, что выгоните из школы… – рассердился мальчишка.

– Я просто честно озвучиваю вам перспективы, – предельно спокойно ответила педагог. – Кубовский, по крайней мере, таких серьезных побоев никому не наносил. Поэтому отец и свора юристов помогали ему выходить сухим из воды. Я сожалею, Виктор, но на следующую встречу мне придется пригласить ваших родителей.

Внутри у подростка всё рухнуло. Нет-нет, он же обещал маме! Да и не он спровоцировал эту глупую драку… Почему же все так несправедливо?

– Скажите, Инга Германовна, а если я найду кого-нибудь в классе, кто подтвердит мою версию? – спросил юноша, цепляясь за последнюю соломинку.

– Если у вас получится, – особо выделила директор голосом первое слово, – то это станет огромным преимуществом для вас. В принципе, вам поможет любое доказательство. Не только свидетели.

Женщина больше ничего не добавила. Но каким-то неведомым образом парень осознал, что она убеждена – ни черта у него не выйдет. Инга Германовна целиком и полностью разделяет мнение, которым с Василевским поделился Павел Белов.

– Ладно… спасибо. Я могу идти?

– Да, возвращайтесь на урок. Я предупрежу Салмана Ибрагимовича, чтобы он не ставил вам пропуск.

– Угу…

Юноша уже дошел до двери и взялся за ручку. Но тут вдруг проснулся демон:

– Эй, дитя, не хотел вмешиваться в этот замечательный разговор. Ведь он был достаточно эмоциональный и подарил мне изрядное количество энергии. Особенно порадовал тот крикливый смертный. Настоящий кладезь…

– Отстань, Адастар, не до тебя сейчас… — понуро откликнулся школьник.

– А, ну коли тебе не интересна твоя кулачная схватка, запечатлённая кем-то на магическую скрижаль, то я могу не отвлекаться от чтения…

– Что-о⁈ Ты про видео⁈ Откуда оно у тебя⁈ — мысленно вскричал Витёк.

– Кто-то прислал его в этих ваших социальных сетях. Я еще плохо изучил их, поэтому не отвечу точнее. Посмотри сам.

– Погоди… ты что, лазал по моим аккаунтам? — опешил юноша.

– Ну если под сим унизительным словом ты подразумеваешь дотошное и подробнейшее изучение посланий, которыми ты обмениваешься с другими смертными через свою зачарованную скрижаль, то да. Именно это я и делал. С первого же дня.

– Адастар, но ведь так нельзя!

– Почему? И как я должен изучать обычаи людей⁈

– Да потому что это чужая личная жизнь! Слышал что-нибудь о тайне переписки⁈

– Нет. Но звучит как очередная блажь, выдуманная глупыми человеками.

– Ох, ты неисправим! Отдай телефон!

Юноша, не успев выйти из кабинета, скинул с плеча рюкзак и принялся в нем рыться.

– Что-то случилось, Виктор? – озадачилась поведением ученика женщина.

– Да. То есть нет. В общем, подождите! – сбивчиво протараторил юнец.

Подойдя к столу директрисы, мальчишка открыл пришедшее письмо и первому же кадру понял, что это именно то доказательство, которое его спасет. Тут было не только прекрасно видно, что сам Василевский просто стоит, пока на него с оскорблениями и угрозами надвигается Станислав. Но и запечатлено, кто из них первым попытался ударить оппонента.

Подросток пощелкал кнопками регулировки звука, повышая громкость, и динамики смартфоне предельно четко воспроизвели голос Кубовского: «Эй, чмошник, ты так и будешь стоять или сделаешь уже хоть что-нибудь? Иди сюда!»

– Что скажете, Инга Германовна? Сойдет такое доказательство? – во все тридцать два зуба ухмыльнулся Витёк.

* * *

На самостоятельную работу по алгебре Василевский, к сожалению, так и не успел. Когда он вернулся в класс, ученики уже сдавали исписанные листки. А вредный математик, хоть и пустил мальчишку на остаток урока, мстительно пообещал устроить ему индивидуальный зачет.

А после звонка к Виктору, сияя загадочной улыбкой, подошла Юлька Кирхнер.

– Ну что, помогло тебе видео?

– Так это ты⁈ Ты его снимала⁈ – изумился юноша.

– Тихо ты! Чего орешь так⁈ – зашипела одноклассница. – Ну да, вроде того. Я сразу поняла, зачем тебя Царь Соломон к директору повёл.

– Блин, какая же ты умница!

– Ну да, водится за мной такое, – состроила глазки Кирхнер.

– Спасибо тебе за это! Ты меня просто спасла, – искренне поблагодарил Василевский.

– Спасибо много! – иронично хмыкнула девушка. – С тебя тренировка, как ты и обещал.

– А, да не вопрос! Как только свободное время появится, так сразу!

– Ну да, понимаю, загруженность высокая, – с поддельным сочувствием покивала Юля. – Каждый день по шесть-семь уроков, внеклассные факультативы, подготовка к экзаменам, да еще и Крылову нужно успеть до кафе выгулять…

Виктор с серьезным видом кивал в такт словам одноклассницы, но ровно до тех пор, пока та не упомянула о Дане. И стоило мальчишке услышать о брюнетке, как его лицо поспешило сравняться цветом с огненной шевелюрой.

– Ч-чего? – выдавил он из себя. – А ты-то откуда знаешь?

– Так все уже знают, – легкомысленно пожала плечами школьница. – Ну а ты как хотел? Крылова – первая красавица во всей гимназии. За ней пытались ухлестывать все пацаны с параллели. Да и «мальки» из девятых-десятых классов тоже подкатывали. Но наша Эльза всех отшила.

– Э-э-э, а почему Эльза? – затупил подросток.

– Ты что, «Холодное сердце» не смотрел? – одарила собеседница Виктора насмешливым взглядом. – Ледяная королева там была такая.

– А-а, в этом смысле…

– Ага. Ну вот поэтому и готовься к повышенному вниманию со всех сторон, Донжуан. – ехидно изрекла Кирхнер.

– Блин, ладно, пристыдила! – сдался Василевский. – Когда там у тебя тренировка ближайшая? Я ж мужик, правильно? А мужик сказал – мужик сделал.

– … сделал вид, что ничего не говорил, – хохотнула Юлия. – Ладно, не хмурься. Шучу я. Пошли сегодня, чего откладывать? Я уже тебя разрекламировать на всю спортшколу успела. Тренер очень загорелся идеей с тобой познакомиться.

– Прям сегодня? А в другой день никак? – растерялся Витёк.

– А что такое? У тебя планы какие-то? Опять на свидание собрался? – хитро прищурилась одноклассница.

– Кхм… да нет, просто… форму же надо…

– Сойдет твоя обычная с физры, – отмахнулась Кирхнер.

– А перчатки?

– У нас есть. И бинты тоже.

– А шлем?

– Найдется.

– А… а… – юноша лихорадочно пытался вспомнить, что там еще используется из экипировки в контактных видах спорта.

– Слушай, да оденем тебя, не трясись! – оборвала его девушка. – Если тебе и капа нужна, то у меня в шкафчике валяется. Нулёвая, никем не кусанная. Ты, главное, самого себя доставь до спортзала. Остальное на месте порешаем.

– Эх, убедила. Сегодня, так сегодня…

* * *

К указанному одноклассницей адресу Витёк прибыл с получасовым опозданием. Сначала троллейбус долго не хотел приезжать. А потом он еще и в небольшой затор угодил на дороге. Поэтому когда подросток все же отыскал нужный спортивный клуб, то встретил внутри весьма разозлённую Юльку.

– Если б ты меня подставил, я бы этого не простила! – обиженно фыркнула она. – Уже все собрались, одного тебя ждем!

– Ну брось ты ворчать, я ж приехал! – всплеснул руками парень.

– Еще б ты не приехал! Ладно, пошли уже. Я тебе там шкафчик застолбила в раздевалке.

Осторожно придерживая сумку, чтобы Адастара там внутри сильно не раскачивало, Василевский отправился за спортсменкой. Она отвела его к неприметной двери, помеченной буквой «М» и подала резиновый браслет.

– Сто семнадцатый шкафчик твой. Замок электронный. Один раз браслет приложил – он открылся. Ещё раз – закрылся. Понял? Ну тогда поторопись, я здесь подожду.

Кивнув, юноша нырнул внутрь и принялся оперативно стягивать с себя повседневную одежду. Потом он резво запрыгнул в шорты, легкие кеды и безразмерную футболку. Ну, собственно, всё, готово!

– Сумку оставь, куда ты ее тащишь? – сделала Виктору замечание Кирхнер, увидав, что он вынес ее из раздевалки.