Текст книги "Война и миф"

Автор книги: Михаил Зыгарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Революционеры-милиционеры

Простояв около часа напротив Белого дома, лидеры оппозиции решили идти к гостелерадиокомпании КТР. Митингующие ходили к КТР и накануне вечером, но тогда их было раз в десять меньше. Пройдя полдороги, лидеры приняли неожиданное решение – вернуться к Белому дому.

– Если бы мы пошли к КТР, мы бы взяли его за минуту. А мы не хотим провоцировать силовых захватов, – объяснял мне депутат Мелис Эшимканов.

Разворот оппозиции явно деморализовал стражей порядка. Как только толпа отошла от Белого дома, основные силы милиции стали автобусами перевозить к гостелерадиокомпании – они там почти час ждали шествия, которое так и не пришло. Толпа же через полчаса вернулась к почти незащищенному Белому дому.

Митингующие заняли прежние позиции и стали взывать к милиционерам. Роль ведущего митинга взял на себя самый молодой из депутатов-оппозиционеров, 32-летний Омурбек Бабанов. При президенте Акаеве он считался преуспевающим бизнесменом, другом сына президента Айдара Акаева и даже бензиновым олигархом. При Бакиеве он (по его словам, под давлением) ушел из бизнеса, продал все свои заправки «Газпрому» и сосредоточился на оппозиционной деятельности.

– Солдаты! Братья! Вы служите не Бакиеву и Кулову! Вы служите государству! Переходите на сторону народа!

Следуя дирижерским наставлениям депутата Бабанова, толпа расступалась то перед одним офицером в оцеплении, то перед другим, как бы открывая им путь к грузовичку. После десяти минут подобной игры один из полковников милиции не утерпел и устремился навстречу лидерам оппозиции. Толпа подхватила его, донесла до грузовика и водрузила на импровизированную трибуну. Среди лидеров началось ликование. Полковник снял с себя каску, на него немедленно надели народный киргизский колпак. Он заговорил о том, что милиция и народ едины.

Еще через полчаса к грузовику побежали сразу трое офицеров. Толпа взревела от восторга. После этого один из командиров приказал милиционерам, стоящим по внешнему периметру Белого дома, разойтись – этот приказ они спешно выполнили, едва уклонившись от поцелуев растроганных митингующих. Зазвучала песня «Кыргызстан! Кыргызстан!», депутат Бабанов начал размахивать флагом и пританцовывать в такт – публика в ответ вскинула руки, как на рок-концерте.

Следующей радостной новостью стало известие о том, что на сторону народа готов перейти легендарный «Катани» – один из самых уважаемых в Киргизии милиционеров, давний друг премьера Кулова, нынешний замглавы МВД Омурбек Сува-налиев.

Победив внешнее оцепление, митингующие начали бороться со спецназовцами и национальной гвардией, выстроившимися по ту сторону забора. Омурбек Бабанов поднял на грузовик мать одного из солдат, которая начала умолять спецназовцев соединиться с народом. После этого гвардейцев, стоявших за оградой Белого дома, увели. Толпа вошла в раж, люди стали залезать на решетку, раскачивать ворота: казалось, еще секунда – и они ворвутся на территорию президентского дворца.

– Назад! Назад! Отойдите от решетки, – исступленно кричали лидеры оппозиции.

Революционные песни и танцы

Вскоре подоспел Алмаз Атамбаев, ходивший на переговоры с властями. Он рассказал, что пять минут говорил с президентом Бакиевым и предложил ему список требований: создание общественного телевидения, допуск оппозиционеров на КТР, конституционная реформа, отставка одиозных министров. Как только Алмаз Атамбаев закончил говорить, молодой Омурбек Бабанов бросился отбирать у него микрофон:

– Бакиев опять хочет нас обмануть! Бакиев кетсен!

Толпа начала скандировать «Бакиев кетсен!» вместе со своим молодым трибуном.

Вскоре к грузовику оппозиции поднялся глава администрации президента Абдылдаев.

– Уходи! – кричала ему толпа. Лидеры Атамбаев и Бабанов попросили народ помолчать, и люди притихли. Глава администрации объявил, что президент согласен уволить и. о. главы МВД Осмонали Горонова и заменить его «Катани» – Омурбеком Суваналиевым.

– Катани! Катани! – заревела толпа.

– Решения по всем остальным пунктам мы примем после консультаций, – закончил глава администрации президента и ретировался. Вскоре его место занял новый – народный – министр внутренних дел.

– Вы можете мне доверять! Я вас не подведу! – кричал «Катани» и обещал уволить непопулярного главу ГУВД Бишкека Конгантиева, родного брата генпрокурора.

– А он ведь горячий парень! Он ведь запросто может повернуть спецназ против Белого дома, – с гордыми улыбками шептались в толпе ветераны органов внутренних дел.

Площадь стала полниться слухами и новостями.

– Акимияты (районные администрации. – прим. автора) по всей Чуйской области переходят на сторону народа, – объявил забравшийся на грузовик аксакал.

– Президент Бакиев уехал в неизвестном направлении, – объявил в громкоговоритель один из оппозиционных лидеров.

Я попытался связаться с помощниками президента. Те, до кого удалось дозвониться, сказали, что не знают, где президент. По их данным, вечером он должен был приехать на прием по случаю Дня печати, но так на нем и не появился.

С наступлением темноты расклад сил в киргизской политике стал проясняться. Глава бишкекского горсовета и губернатор Чуйской области перешли на сторону оппозиции – последний даже выступил на митинге, закончив свою речь словами: «Бакиев – кетсен!» Оппозиционное движение за реформы объявило о проведении ночного внеочередного заседания парламента, чтобы рассмотреть разработанный оппозицией проект новой конституции. Но не оказалось кворума: 20 депутатов, лояльных президенту Бакиеву, собрались дома у депутата Сергея Попова, чтобы обсудить варианты продолжения борьбы.

Впрочем, сегодняшнее утро может вновь смешать все карты. 7 ноября в Киргизии отмечается как национальный праздник – День Октябрьской революции. На этот день власти намечали проведение нескольких шествий трудящихся, которые должны стать противовесами митингу движения «За реформы!». Репетиция подобного антимитинга уже состоялась в воскресенье – курултай конструктивных сил Киргизии, объединяющий пропрезидентские партии, призвал президента распустить парламент и сохранить президентскую форму правления в конституции. Сегодня президенту Бакиеву представится серьезный шанс побороться за власть.

«Коммерсантъ», 07.11.2006

Киргизскую конституцию вынесли на улицу

8 ноября 2006 года

Вчера в Киргизии начались столкновения между сторонниками и противниками властей. Оппозиция сформировала учредительное собрание и приняла новую конституцию. Президент и премьер объявили это попыткой узурпировать власть.

Целый день я наблюдал за тем, как политики пытаются выйти из кризиса при помощи консультаций, а их сторонники – при помощи камней и бутылок.

Ночь победы

– Что происходит? Мы же их не на пьянку зовем, не на праздник! Мы зовем их принимать новую конституцию! Это историческое событие! Как они не понимают? – горячился молодой Омурбек Бабанов, оппозиционер и главный «диджей» прошедшего в понедельник многотысячного митинга под лозунгом отставки президента и проведения конституционной реформы. Время клонилось к двум часам ночи, а парламентариям не удавалось собрать кворум, чтобы рассмотреть проект конституции.

– Поезжайте к ним, уговорите их приехать, – упрашивал коллег депутат Бабанов.

Было решено, что разыскивать недостающих депутатов отправятся спикер и еще два парламентария: в зале находилось 45 человек, а для кворума было необходимо 50.

Ситуация повторялась: утром в понедельник президент Курманбек Бакиев внес свой проект поправок к конституции, увеличивающих его полномочия. Но оппозиционеры на заседание не пришли, кворума не было, и обсуждение конституции не состоялось. Ночью все было наоборот. Окрыленные народной поддержкой, депутаты решили как можно скорее принять свой проект конституции, разработанный еще год назад конституционным совещанием и серьезно ограничивающий власть президента. Но теперь не пришли уже самые верные сторонники Курманбека Бакиева.

К двум часам ночи стало ясно, что кворума не будет. Более того, депутатов становилось все меньше. Спикер Марат Суталинов, вроде бы уехавший искать недостающих парламентариев, так и не вернулся. А лидер компартии, сын последнего первого секретаря республики Исхак Масалиев, заявил, что не против новой конституции, но не хочет сидеть всю ночь и не любит, когда на него давят. И тоже ушел.

Несколько парламентариев поехали в загородную резиденцию Курманбека Бакиева, но их к президенту не пустили, сказав, что он спит. Тогда депутаты решили принять конституцию тем составом, какой есть, назвавшись учредительным собранием. В парламент срочно вызвали председателей Верховного и Конституционного судов, которые поддержали желание членов новоявленного учредительного собрания принять конституцию.

– В стране сложилась экстраординарная ситуация. Поэтому и меры нужно принять соответствующие, – заявила глава Конституционного суда Чолпон Баекова.

Ее напутствие вдохновило депутатов. Они сначала единогласно проголосовали за создание учредительного собрания, а потом стали выходить по одному и подписывать новую конституцию. Порядка 20 присутствовавших депутатов всегда считались приверженцами оппозиции, остальные же скорее числились сторонниками президента Бакиева. Они выходили подписывать медленно и неохотно. Очевидно, чтобы они наутро, после разговора в президентской администрации, не передумали, председательствующий Куманбек Байболов заставил всех подписантов еще и сфотографироваться на память.

– Вы не думаете, что наутро ваше учредительное собрание назовут попыткой государственного переворота? – спросил я у Омурбека Бабанова.

– Да нет, – широко зевнул он и взглянул на часы: они показывали четыре утра. – И потом, вы же слышали, Чолпон Баекова сказала, что все, что мы делаем, законно.

Когда депутаты покидали здание парламента, у выхода все еще стояло около 2 тыс. митингующих.

– Молодцы! – скандировали они.

Утро правды

В 11 утра президент Бакиев и премьер Кулов собрали журналистов на пресс-конференцию.

– Скрытно от народа, под покровом ночи, поправ права граждан, группа депутатов попыталась незаконным путем взять власть в свои руки, – посетовал Курманбек Бакиев. Он выглядел немного растерянно и говорил, что единственный выход из кризиса – «скорейшее осуществление согласительных процедур с участием всех политических сил». Кроме того, он заявил, что не намерен распускать парламент, хотя у него есть соответствующие полномочия по конституции.

Более решительным, как обычно, выглядел премьер Феликс Кулов.

– Они предприняли попытку узурпации власти, и мы примем все законные меры, чтобы не допустить раскола страны.

Странность ситуации заключалась в том, что еще недавно все нынешние лидеры оппозиции считались сторонниками Феликса Кулова и ориентировались на него как на своего лидера. Зная о некоторой неприязни между президентом и премьером, оппозиционеры рассчитывали, что в какой-то момент господин Кулов бросит вызов Курманбеку Бакиеву и перейдет на их сторону. Но этого не произошло: Феликс Кулов активно вступился за своего давнего соперника президента Бакиева.

– Нам поступили сигналы от населения о том, что многие горожане хотели бы провести сегодня митинг против создания учредительного собрания. И мы не можем запретить им это делать, – заявил Феликс Кулов, – поэтому правоохранительные органы сделают все возможное, чтобы не дать этим митингам столкнуться.

К этому времени под конституцией, по версии учредительного собрания, подписался уже 41 депутат.

День крови

На главной площади Бишкека Ала-Тоо с утра было очень много народу: 7 ноября в Киргизии выходной, поэтому многие горожане приходили на митинг оппозиции с семьями. Постояв и послушав речи и призывы «Бакиев кетсен! Кулов кетсен!» («Долой Бакиева! Долой Кулова!»), горожане отправлялись вниз по аллейке, вдоль Исторического музея к Старой площади. Антимитинг сторонников действующего президента проходил в пяти минутах ходьбы от оппозиционного.

Всего на площади собралось под тысячу человек, но особую активность проявляли около двухсот, в основном крепкие юноши в спортивных костюмах. Они стояли группками, в центре каждой группки находился мужчина более старшего возраста в костюме – так может выглядеть тренер, привезший свою команду на соревнования.

Главным организатором антимитинга был Топчубек Тургуналиев, в прошлом правозащитник, а теперь лидер пропрезидентской партии «Эркиндык». Пожилой мужчина в национальном колпаке стоял на ступеньках парламента рядом с транспарантом «Народ и Бакиев – едины!» и произносил пламенную речь:

– Я начинал революцию против Акаева, а не они! Они присвоили себе право называться оппозиционерами! Омурбек Текебаев на самом деле куйрук (хвост. – прим. автора) Акаева! Курманбек Бакиев покончил с режимом Акаева, а они хотят вернуть Акаева назад! Позор!

– Позор! – кричали около двухсот крепких юношей.

На соседней площади расположились оппозиционеры, которые полтора года назад на моих глазах делали революцию вместе с Топчубеком Тургуналиевым и стояли с ним на одной трибуне.

– По нашему телевидению говорят, что Омурбек Текебаев – куйрук Акаева! Но это же бред! Это маразм! Настоящий куйрук Акаева – это Курманбек Бакиев! – кричал с трибуны депутат Мелис Эшимканов.

Колонна оппозиционеров переместилась, как и накануне, к Белому дому. Обстановка там была явно расслабляющая. Милиционеры и нацгвардейцы, днем раньше грозно стоявшие на страже президентского дворца, теперь вальяжно разлеглись на газоне, подстелив щиты, которыми они должны отгораживаться от митинга.

Осознав, что митингу не хватает драйва, «диджей бишкекского майдана» Омурбек Бабанов решил вновь зажечь митингующих.

– Там, на Старой площади, на антимитинге, стоят наши братья и сестры. Мы должны пойти к ним, объяснить, чего мы хотим, за что боремся. Мы должны постараться привлечь их в наши ряды.

Колонна вмиг сорвалась с места и пошла за грузовиком, на котором стоял молодой депутат Бабанов. Шествие обогнуло Исторический музей и стало приближаться к Старой площади. Увидев приближение митингующих, милиция стала выстраиваться в ряд, чтобы разделить две толпы. Омурбек Бабанов уже издали начал обращаться к участникам антимитинга, но в тот же миг в него полетели пластиковые бутылки с водой. Он сразу спрыгнул с грузовика. Антимитингующие стали бросать камни, митингующие ответили тем же – камнями и бутылками. Милиция побежала и стала теснить обе толпы. Справа взорвались две шумовые гранаты. Милиционеры стали щитами выталкивать участников оппозиционного митинга с площади. Обе толпы напирали, цепочки спецназовцев в масках и бронежилетах пытались их сдержать. Спустя минуту в сторону памятника Ленину, куда милиционеры гнали митингующих, полетели еще несколько гранат, из которых повалил дым.

– Газ! – закричали пришедшие с Ала-Тоо, кто-то побежал назад. Те, кто еще не успел дойти до памятника, наоборот, ринулись вперед на милицию и стоявших за ней антимитингующих.

Около получаса на Старой площади царила неразбериха. Потом мне удалось втиснуться между двумя рядами милицейского оцепления. ОМОН сдерживал толпы на расстоянии двух метров друг от друга.

– Кетсен! Кетсен! – скандировали справа от меня пришедшие с Ала-Тоо.

– Бакиев! Бакиев! – кричали слева те, кто стоял на площади и прежде.

Прямо навстречу мне шел человек в штатском в окружении десятка офицеров. Я побежал к нему.

– Я из газеты «Коммерсантъ». А вы? Что здесь происходит?

– А я глава СНБ (Службы национальной безопасности. – прим. автора). И я не даю комментариев.

– Но кто спровоцировал применение силы?

– Оппозиция! Вы же видели, что сюда, на площадь, пришла колонна во главе с Текебаевым? Зачем? Было же ясно, что это приведет к столкновению!

– Какие средства вы применяли для прекращения столкновений?

– Только газовые гранатометы.

– А сколько сил задействовано на площади?

– Это вы уже в МВД выясняйте, здесь внутренние войска. Эй, не напирайте, не напирайте! – глава СНБ бросился бежать в ту сторону, где началась небольшая потасовка митингующих с милицией.

– Мы победили! – объявил оратор с трибуны. – Лидеры оппозиции испугались и убежали. Вы слышите? – кричал он сторонникам оппозиции. – Омурбек Текебаев бежал из города!

Антимитинг взревел от восторга так же, как накануне ликовала оппозиционная толпа, когда ей сказали, что город покинул Курманбек Бакиев.

Я выбрался с площади, чтобы проверить, как дела в стане оппозиции. На соседней Ала-Тоо Омурбек Текебаев как ни в чем не бывало стоял на трибуне. Когда я уходил, перед парламентом заиграла победно-торжественная народная песня «Кыргызстан! Кыргызстан!», которая накануне уже почти стала гимном оппозиции – во время митинга у Белого дома ее прокрутили раз сто.

На Ала-Тоо тем временем было неторжественно. Звучали сирены «Скорых» – увезли восемь человек с разными повреждениями. Как говорили в толпе, у двоих пострадавших были огнестрельные ранения, впрочем, другие утверждали, что милиция использовала только резиновые пули.

– Это провокация! Милиция применила против нас силу! Они пошли против своего народа! Кулов решил разогнать наш митинг! Приходите сегодня ночью на площадь защитить палаточный городок. Они попытаются нас выгнать отсюда, – взывали со сцены.

Омурбек Текебаев вывел на сцену ребенка лет семи.

– Я бежал, меня били, – мальчик сглатывал слезы, – милиционеры меня били. Но все равно, Бакиев, я тебя не боюсь!

Я развернулся и ушел с площади. А оппозиционеры как раз заходили в юрту, в которой находится их штаб, чтобы обсудить план дальнейших действий.

Ближе к ночи планировалось начать заседание согласительной комиссии: депутаты собирались продолжать борьбу за конституцию.

«Коммерсантъ», 08.11.2006

Курманбек Бакиев перенес революцию

9 ноября 2006 года

Вчера поздно вечером парламент Киргизии принял новую конституцию. Это положило конец затяжному политическому кризису в стране. Президент Курманбек Бакиев удовлетворил главное требование оппозиции – провел конституционную реформу, но при этом сумел добиться максимального количества уступок и почти гарантировал сохранение за собой президентского кресла до 2010 года. За одновременным торжеством контрреволюции и революции я наблюдал своими глазами.

Бюджетная контрреволюция

Вчера в Киргизии произошло землетрясение. Толчки были довольно сильными, до четырех баллов.

– Вы знаете, почему нас трясет? – восклицала с трибуны на Старой площади эмоциональная женщина. – Помните, в Армении тоже было землетрясение? В то время там были волнения, митинги оппозиции, гражданская война. Негативная энергия людей передалась земле! То же самое и с нами. Утром, когда я почувствовала, что мой дом трясет, я подумала: неужели эти оппозиционеры довели нас и до этого? Неужели Бог разгневался и решил наказать нас?

Участники антимитинга – манифестации в поддержку властей – сочувственно захлопали и замахали транспарантами «Народ и Бакиев едины!».

На Старую площадь подходили все новые колонны. Люди шли строем, с транспарантами и, заходя на площадь, начинали скандировать: «Бакиев! Бакиев!»

– А почему вы решили прийти на этот митинг и поддержать президента? – спросил я у группы серьезных женщин.

– Чтобы поддержать президента, – не моргнув глазом, отвечали они.

– А где вы работаете?

– Это секрет.

– Как это, секрет?

– Ну а зачем вам знать? Мы пришли сюда, чтобы не было больше митингов! Мы считаем, что все митинги нужно вообще запретить законом, чтобы никто не проводил митинги. Хватит митинговать! Работать надо! Этими митингами не дают нам работать! И президенту!

Митинг у парламента и правда не давал всем присутствующим работать. К зданию свозили бюджетников: врачей, учителей, железнодорожников, работников ЖЭКов. Ради этого их на день сняли с работы, а начальники на площади по спискам сверяли, все ли на месте.

– Мы все вместе! Давайте покажем всем им, всему миру, что мы вместе! Давайте все, кто пришел на эту площадь, возьмутся за руки! – кричала ведущая. – Мы выступаем против тех людей, которые пытаются расколоть Кыргызстан! Разделить его на патриотов и преступников! Мы все едины! Ура! А теперь продолжаем нашу концертную программу.

Народу прибывало все больше: количество участников антимитинга впервые за все последние дни превысило количество митингующих на стороне оппозиции. А колонны все подходили.

Буржуазная революция

На соседней площади Ала-Тоо продолжали стоять приверженцы оппозиции. Накануне их отправили по домам, потому что лидеры оппозиции согласовали свой проект конституции со сторонниками президента и пошли на ряд уступок. Но утром президент не стал подписывать закон о регламенте, который позволил бы парламенту принять новую конституцию. Поэтому оппозиционеры стали заново устанавливать на сцене звуковую технику и зазывать сторонников. Те подтягивались медленно и не так организованно, как бюджетники на соседней площади. Дело в том, что большинство лидеров оппозиции – это депутаты и крупные бизнесмены, поэтому и основной костяк митингующих на Ала-Тоо составляют предприниматели и сотрудники частных фирм. Пресс-секретарь оппозиции Эдиль Байсалов со сцены стал зачитывать записки, присылаемые участниками антимитинга. В них люди жаловались на то, что их под угрозой увольнения заставляют идти митинговать к парламенту. Затем на сцену стали выводить и перебежчиков.

– Я врач! И от всех медицинских работников я выражаю вам свою поддержку, – говорила со сцены немолодая женщина. – Нас всех заставляли идти на тот митинг в поддержку президента, но я не боюсь их угроз. Как врач могу сказать вам, что в Киргизии эпидемия! Эпидемия цинизма и лицемерия! Источник заразы – Белый дом! – она указала рукой на стоящий неподалеку президентский дворец.

В предыдущие дни оппозиционеры каждый день ходили с площади к Белому дому. Но вчера с обеих сторон площадь оцепили: подход в Белому дому перекрыли двумя рядами курсантов военных училищ. Свободной была только дорога в сторону парламента – туда, где шел антимитинг.

Оппозиционеры были явно растеряны. Казалось, что властям удалось перехватить у них инициативу – они собрали более многочисленный митинг у парламента и перекрыли им все возможности для проведения шествий, заперев на площади Ала-Тоо. Но бывший спикер парламента Омурбек Текебаев пытался бодриться.

– Вот увидите, – убеждал он меня, – часам к трем дня большая часть антимитинга перейдет к нам. Их ведь там держат насильно.

Другой оппозиционер, старейший депутат парламента, в прошлом известный советский кинорежиссер и диссидент Дооронбек Садырбаев был более пессимистичен:

– Я думаю, что мы проиграли. Да. Оппозиция проиграла.

Он завел меня в юрту, чтобы остальные участники митинга не слышали нашего разговора и не расстраивались.

– Да, молодые либеральные лидеры нашей оппозиции повторили ошибку Спартака. Он не хотел атаковать, когда у него было 300 тыс., и ему пришлось сражаться, когда у него осталось жалких 30. Я убеждал их, что нужно все сделать как можно быстрее.

– Вы что, выступали за переворот? За штурм Белого дома?

– Конечно! Нужно было обезвредить Бакиева и Кулова в первые же дни, нельзя было упускать тот благоприятный момент. Нужно было штурмовать Белый дом и отдавать их под суд. Бакиев специально тянул время, а наши молодые лидеры не решились, – переживал диссидент. – Но вообще-то это не спасет Бакиева. Он не досидит свой срок. Не сейчас, так весной. Не весной, так следующей осенью.