444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Усачев » Написать Империю 6 (СИ) » Текст книги (страница 5)
Написать Империю 6 (СИ)
  • Текст добавлен: 8 ноября 2026, 05:30

Текст книги "Написать Империю 6 (СИ)"


Автор книги: Михаил Усачев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

Первым прибыло племя Каменных Рогов.

Их было около двадцати. Высокие, широкоплечие, мало похожие на людей, с серой кожей и короткими изогнутыми рогами. Они шли молча, неся на плечах тяжёлые меховые плащи, а их оружие – широкие топоры и молоты – позвякивало при каждом шаге.

Серебряная Луна узнала их вождя. Гурдан. Старый воин, переживший три межплеменные войны и потерявший в последней почти половину своего воинства.

Он не поклонился ни ей, ни старому «волку».

– Вождь Шахрама, – произнёс он, обращаясь к её отцу. – Я пришёл исполнить обещание. Но не жди от меня слов поддержки.

– Я и не жду, – спокойно ответил отец Серебряной Луны. – Сегодня мы собрались не для того, чтобы все со мной соглашались.

Гурдан хмыкнул и прошёл к отведённому месту.

Серебряная Луна проводила его взглядом.

Она знала, что он думает об Империи. Несколько лет назад его младший сын погиб в стычке с людьми на западной границе. С тех пор Гурдан не верил ни одному человеческому обещанию.

И всё же он приехал.

Это уже что-то значило.

Вскоре у входа в лагерь появились новые гости. Затем ещё одни. Одни приходили небольшими группами, другие – целыми отрядами. Воздух постепенно наполнялся голосами, запахом дорожной пыли и дымом костров.

Некоторые старейшины приветствовали Серебряную Луну сдержанными кивками. Другие рассматривали её так, словно пытались решить, не совершила ли она уже ошибку, просто согласившись на встречу с Империей.

Особенно выделялись представители племени Золотого Ветра.

Их одежда была украшена тонкими металлическими пластинами, а на шее каждого висел знак в виде трёх переплетённых колец. Они славились торговлей и умением заключать сделки даже с теми, кого ещё вчера считали врагами.

Их предводительница, высокая женщина с песочными волосами, подошла к Серебряной Луне сама.

– Наконец-то мы встретились, – сказала она. – Я слышала, что ты собираешься стать вождём.

– Если последний обряд пройдёт хорошо.

– А если нет?

– Тогда моё положение будет весьма незавидным… Однако, это не значит, что я не справлюсь с последствиями.

Женщина улыбнулась, но в её глазах не было веселья.

– Хороший ответ. Значит, ты понимаешь, что власть не принадлежит тому, кто её хочет. Она принадлежит тому, кто способен удержать её, когда всё начинает рушиться.

– А ты приехала проверить, способна ли я?

– Я приехала понять, куда ветер подует завтра.

Она легко коснулась плеча Серебряной Луны и направилась к остальным гостям.

Серебряная Луна посмотрела ей вслед.

– Вот так они и будут говорить…

Никто не станет открыто признавать, что боится. Никто не захочет первым назвать себя слабым. Все будут рассуждать о будущем пустошей, о древних обычаях и судьбе своих народов.

А потом спросят, что Империя собирается получить взамен своей дружбы.

И это будет самый трудный вопрос.

К полудню собрание переместилось к большому навесу в центре лагеря. Для гостей поставили длинные столы, принесли воду и еду. Оружие никто не сдавал.

Таковы были пустоши.

Даже на переговорах никто не хотел оказаться беззащитным.

Серебряная Луна сидела рядом с отцом. Он пока не вмешивался в разговоры, предпочитая слушать. Она понимала почему: сегодня все должны были увидеть её не просто наследницей Шахрам, но главой племени, которое все считают сильнейшим.

– Мы слишком долго жили так, будто пустоши принадлежат только нам, – сказал один из старейшин. – Но теперь люди нагнали нас. Мы вечность бежали от них! Спрятались на краю континента, но отступать больше некуда! Они строят дороги по проклятым землям. Их товар уже стал у нас данностью. Нам дали пятьдесят лет мира, без воин с людьми, но эта эпоха заканчивается…

– И что ты предлагаешь? – спросил Гурдан. – Построить им ворота и пригласить к себе?

– Я предлагаю не закрывать глаза на то, что происходит.

– Люди всегда приходили к нам с обещаниями, – отрезал Гурдан. – Сначала торговля. Потом договоры. Потом гарнизоны. А когда мы понимаем, что случилось, наши дети уже говорят на их языке.

– А что плохого в том, чтобы наши дети знали ещё один язык? – возразила предводительница Золотого Ветра. – Если этот язык поможет им торговать, путешествовать и выживать?

– Ты говоришь так, потому что считаешь монеты, а не трупы сородичей!

– А ты говоришь так, потому что до сих пор хоронишь своего сына.

На мгновение разговор оборвался.

Гурдан медленно повернул к ней голову.

Отец Серебряной Луны чуть заметно приподнял руку, останавливая охрану, которая уже начала двигаться к столу.

– Мы собрались здесь не для того, чтобы вспоминать личные обиды, – произнёс приглашённый старейшина.

– Личные? – Гурдан тяжело поднялся. – Когда человеческие армии входят в наши земли, это уже не личное. Когда наши племена вынуждены выбирать между покорностью и войной, это не личное. А когда один из наших вождей решает, что знает, как лучше для всех, – это тем более не личное.

Несколько зверолюдей одобрительно загудели.

Серебряная Луна не отвела взгляда.

– Я не прошу вас принимать мои решения на веру, – сказала она. – И не прошу любить людей. Я прошу вас посмотреть на то, что происходит, прежде чем выбирать сторону.

– А если мы уже посмотрели? – спросил кто-то из дальнего конца навеса. – И увидели, что Империя слишком сильна, чтобы оставаться просто соседом?

– Тогда нужно понять, чего она хочет, – ответила Серебряная Луна.

– А ты знаешь?

Она выдержала паузу.

– Разумеется!

Её голос заставил всех замолчать.

– Это чушь! Ничего ты не знаешь! – Вспылил Гурдан.

– Нет, – сказала она. – Я признаю, что не знаю всего. Но намерения Императора к нам предельно открытые! Мы не имеем права плевать на протянутую к нам руку, если не хотим сдохнуть!

Её голос стал как железо.

– Я видела Империю. Видела её силу. Видела, что люди способны создавать вещи, перед которыми даже боги бессильны, спросите переселенцев из племени Фив! Я понимаю, почему вы боитесь. Но я также знаю, что пустоши не станут безопаснее только потому, что мы откажемся разговаривать.

– А если разговор закончится цепями? – спросил Гурдан.

– Тогда нам придётся бороться за свободу.

– Против Империи?

– Против любого, кто попытается её отнять!

На этот раз никто не ответил сразу. Пойти на уступки Империи не значит утратить гордость племён и их древний дух.

Отец Серебряной Луны посмотрел на дочь. В его взгляде не было ни одобрения, ни осуждения. Только внимательность человека, который понимал: слова, произнесённые сегодня, ещё долго будут преследовать её.

У дальней стены лагеря стоял незнакомец.

Он прибыл почти незаметно, когда внимание всех было приковано к прибывающим делегациям. Его одежда полностью скрывала тело. Тёмная ткань закрывала голову, лицо и шею; даже руки прятались под широкими рукавами.

Никто не знал, к какому племени он принадлежит.

На его одежде не было знаков, украшений или привычных узоров пустошей.

Он не подходил к столам, не участвовал в спорах и не пытался завести разговор. Лишь стоял у стены, наблюдая за собравшимися.

Когда Серебряная Луна впервые заметила его, незнакомец уже смотрел на неё.

И не отвёл взгляда, даже когда она повернулась в его сторону.

– Кто это? – тихо спросила она у отца.

Тот проследил за её взглядом.

Его лицо изменилось едва заметно, но Серебряная Луна знала отца достаточно хорошо, чтобы уловить перемену.

– Я не знаю.

– Он прибыл с какой-нибудь делегацией?

– Я не видел, чтобы он хоть с кем-нибудь разговаривал.

– Тогда почему его пропустили в лагерь?

Отец помолчал.

– Потому что сегодня сюда приехали десятки племён. И каждый из них привёл своих воинов, слуг и советников. Не всех можно проверить.

– Но его мы не знаем.

– Отправлю кого-нибудь проследить…

Он негромко позвал одного из стражников и отдал распоряжение. Тот кивнул и растворился среди людей.

Серебряная Луна снова посмотрела на незнакомца.

Тот уже отвернулся и словно изучал узор на старой каменной стене.

– Почему-то у меня дурное предчувствие…

В пустошах было много тех, кто предпочитал не показывать лицо. У каждого находилась своя причина: старые долги, кровная месть, изгнание или страх перед чужими глазами.

Но этот человек не походил ни на одного из таких.

Он не выглядел потерянным. Не выглядел испуганным. И, что страннее всего, не проявлял ни малейшего интереса к спору о будущем пустошей.

Словно уже знал, чем всё закончится.

К вечеру переговоры закончились. Ожидаемо, все остались при своём мнении, но обозначили его в голос, во всеуслышание.

Одни требовали гарантии от Империи. Другие считали, что любые гарантии ничего не стоят. Третьи предлагали просто сидеть и ждать…

А некоторые предпочитали произносить заговоры, вполголоса.

– Сегодня они обещают дружбу, – шептал седой зверолюд своему соседу, когда думал, что его никто не слышит. – Завтра попросят дороги. Послезавтра – право разместить солдат. А потом скажут, что защищают нас от наших же соседей.

– И что нам делать?

– Не позволять им решать за нас.

– Даже если для этого придётся воевать?

– Лучше погибнуть свободным, чем жить рабом.

У стены лагеря незнакомец в тёмной одежде исчез.

Никто не заметил, когда он ушёл.

Лишь на земле остался едва различимый след – узкая борозда в пыли, ведущая за пределы освещённой части лагеря.

Серебряная Луна узнала о его исчезновении уже после заката.

Стражники обошли окрестности, но не нашли ни самого незнакомца, ни следов его спутников.

Когда ей доложили об этом, её предчувствие лишь окрепло.

– Пришлите ко мне начальника стражи утром, – сказала она. – И выясните, кто видел его первым.

– А если он уже покинул наши земли?

Серебряная Луна посмотрела в сторону тёмной пустоши.

– Тогда выясните, куда он пошёл.

Ветер прошёлся по лагерю, зашевелил полотнища шатров и донёс издалека гулкий, протяжный вой.

Собрание должно было решить, какое будущее ждёт пустоши.

Но Серебряная Луна впервые подумала, что, возможно, кто-то другой уже начал принимать это решение за них.

Глава 14

Ночь опустилась на пустоши.

Дневные голоса стихли, костры в лагере стали ниже, а большинство прибывших делегаций разошлось по своим шатрам. Однако далеко от центральной стоянки, среди скал, где ветер выл особенно громко, несколько зверолюдей собрались вокруг небольшого огня.

Здесь не было ни стражи Шахрама, ни слуг, готовых подслушать разговор. Только вожди, каждому из которых было что терять.

Гурдан, предводитель Каменных Рогов, сидел на плоском камне, опершись тяжёлыми руками о колени. Напротив него расположились двое других: высушенный солнцем старик с длинными ушами и молодая женщина, чьё лицо пересекал шрам от виска до подбородка.

Последним пришёл мужчина в тёмно-коричневом плаще. Он не принадлежал ни к одному из крупных племён, но его присутствие никого не удивило. В пустошах иногда именно те, у кого меньше всего земли, лучше других знали, что происходит на её границах.

– Я не понимаю, зачем мы вообще продолжаем эти разговоры, – первым заговорил Гурдан. – Серебряная Луна уже сделала свой выбор. Она хочет дружить с людьми.

– Она хочет выиграть время, – возразила женщина со шрамом. – Это не одно и то же.

– А разница?

– Время можно использовать по-разному.

Старик тихо усмехнулся.

– Пока мы спорим, Империя строит дороги, двигает армии и изучает наши земли. Не знаю, что задумал её император, но глупцом он не выглядит.

– Вот именно, – сказал Гурдан. – Если он не глупец, то зачем ему дружба с нами? Что мы можем предложить Империи, чего у неё ещё нет?

Никто не ответил.

Вопрос повис над костром, и даже треск сухих веток на мгновение показался слишком громким.

– Землю, – наконец произнесла женщина.

– У него и так хватает земли. Да и разве наша земля лучше чем их?

– Тогда проходы через пустоши. Наши проводники. Наши знания. Но главное – возможность расширить свою власть без новой войны.

Гурдан сплюнул в пыль.

– Чушь какая. Мы просто магия для него. Мы – ресурс!

Было печально всё признавать, но для Империи в этих землях действительно не было ничего ценного. Ценность имели только они, зверолюди.

– Так неприятно, чувствовать себя просто товаром на рынке…

– Для Империи мы либо партнёры, либо домашний скот, с которого можно состричь уйму денег, ведь так? Если уж выбирать, я бы предпочла первый вариант.

– А я предпочитаю не становиться ни тем ни другим.

Старик покачал головой.

– Так не получится. Когда большая держава приходит к границам маленьких народов, она не оставляет им возможности стоять в стороне.

– Тогда нужно показать, что цена нападения будет слишком высока, – сказал Гурдан.

Женщина со шрамом внимательно посмотрела на него.

– Выступить против них в лоб? Смешно…

– Убьём одного из них и кровью умоемся…

На этот раз никто не усмехнулся.

Все понимали, насколько опасна была эта мысль.

Племена пустошей веками враждовали друг с другом. Одни спорили за источники воды, другие – за пастбища и торговые пути. Некоторые помнили обиды, которые начались ещё до рождения нынешних вождей.

Объединить их было трудно. Шахрам смогли. Все вожди здесь собрались именно потому, что нынешний вождь Шахрам был хорошим политиком, славным воином. Но вот новый вождь…

Ещё не заняв своё место, она уже заставляла всех думать о новых сражениях. Либо между самими собой, либо все вместе, против соседа – чудовища.

– Она не враг нам, – сказала женщина.

– Пока нет.

– А если она сможет добиться условий, которые устроят все племена?

Гурдан посмотрел на неё так, словно она предложила поверить в сказку.

– Ты действительно думаешь, что Император будет спрашивать нас, чего мы хотим?

Их требования, их мечты, на самом деле были достаточно приземлёнными. Вот только страх был велик. Всё, что хотела Империя – их самих.

– Диких животных перед охотой прикармливают, – сказал один из вождей. – Некоторые вещи нельзя поднимать, даже если они очень сладкие…

Старик медленно поднял голову.

– Если мы начнём готовиться к войне, слухи дойдут до Шахрама. А оттуда – и до Империи. Рохан узнает, что мы собираемся против него, и получит повод привести сюда армию.

– А если мы не начнём готовиться, то однажды армия придёт без всякого повода, – ответил Гурдан. – И тогда нам останется только выбирать, кто первым опустится на колени.

– Вы рассуждаете так, будто война уже решена.

Голос прозвучал из темноты за их спинами.

Все четверо вскочили. Руки потянулись к оружию.

Никто не услышал шагов.

Между тенями стоял человек в длинной одежде. Его голова и лицо были полностью скрыты тканью. Лишь узкая полоска тени там, где должны были находиться глаза, отделяла капюшон от остальной одежды.

Гурдан первым обнажил топор.

– Кто ты такой?

Незнакомец ему не ответил.

– Я задал вопрос.

– Я его слышал.

Голос был спокойным, почти бесцветным. Нельзя было определить ни возраст говорившего, ни его происхождение.

Женщина со шрамом шагнула в сторону, пытаясь рассмотреть незваного гостя сбоку.

– Ты следил за нами?

– Я услышал ваш разговор.

– И решил, что можешь вмешаться?

– Вы говорите о будущем пустошей. Было бы странно вас не послушать.

Гурдан сделал шаг вперёд.

– Назови своё племя.

– А если я не назову?

– Тогда ляжешь в мою землю, здесь, и навечно!

Незнакомец чуть склонил голову.

– Ты уверен, что это твоя земля?

На лице Гурдана напряглись мышцы.

– Что ты сказал?

– Сегодня здесь собрались десятки племён. Каждый считает пустоши своей землёй. Каждый уверен, что именно его предки имеют на неё больше прав. И каждый ждёт, что остальные признают его правоту.

Человек в капюшоне сделал шаг к огню. Свет скользнул по ткани, но лица так и не показал.

– А за пределами ваших споров стоит Империя. Ей не нужно доказывать, чьи предки первыми пришли в эти земли. Ей достаточно решить, что они ей нужны.

– Ты говоришь так, будто знаешь Империю, – произнёс старик.

– Я знаю, что происходит с теми, кто слишком поздно понимает чужие намерения.

– И какие же у неё намерения? – спросила женщина.

Незнакомец посмотрел на неё.

– Разве вы сами не обсуждали это весь вечер?

– Мы не знаем, чего хочет Рохан.

– Тогда почему вы так боитесь его?

Никто не ответил.

Незнакомец продолжил:

– Возможно, он действительно хочет мира. Возможно, ему нужны торговые пути и безопасные границы. Возможно, он даже готов оставить ваши обычаи нетронутыми. Но что произойдёт, когда его интересы изменятся? Когда ваши земли понадобятся ему для чего-то большего?

Гурдан крепче сжал рукоять топора.

– Ты пришёл убедить нас начать воевать?

– Нет. Я пришёл напомнить, что у вас ещё есть выбор.

– Какой?

Незнакомец не стал отвечать. Даже через одежду было заметно, как уголки его рта приподнялись.

Старик прищурился.

– Кто тебя послал?

На этот раз незнакомец ответил, но тоже не сразу.

– Тот же вопрос можно задать каждому, кто сегодня приехал в Шахрам, – произнёс он наконец. – Кто-то хочет торговать. Кто-то – получить власть. Кто-то надеется, что Империя защитит его от соседей. А кто-то уже решил, что Серебряная Луна должна стать удобным мостом между пустошами и людьми.

– Не смей говорить о ней так, словно знаешь её, – резко сказала женщина со шрамом.

– Я говорю не о ней. Я говорю о том, что случится, если вы позволите другим принимать решения за вас.

Он отступил от костра.

– Не доверяйте мне. Не доверяйте Рохану. И не доверяйте тем, кто обещает вам безопасность, ничего не требуя взамен.

– Тогда кому нам доверять? – спросил старик.

Незнакомец уже скрывался между скалами.

– Себе.

Через мгновение его силуэт исчез в темноте.

Четверо ещё долго стояли у огня.

Первым нарушил молчание Гурдан.

– Я не знаю, кто это был. Но в одном он прав.

– В чём же? – спросила женщина.

– Нам нужно быть готовыми.

Старик тяжело опустился на камень.

– Готовыми к чему? К войне, которую мы сами можем спровоцировать?

– К войне, которую можем не пережить, если будем ждать.

Мужчина в коричневом плаще посмотрел туда, где исчез незнакомец.

– А если он хотел именно этого? Чтобы мы начали бояться, подозревать друг друга и готовиться к битве?

Гурдан промолчал.

Эта мысль была неприятной. Но ещё неприятнее было признать, что никто из них не мог объяснить, кто появился у костра и откуда он узнал об их встрече.

– Пока ничего не предпринимаем, – решил старик. – Никаких открытых союзов. Никаких угроз Шахраму. Сначала узнаем, кто этот человек.

– А если времени у нас нет?

– Тогда тем более не будем совершать ошибку только потому, что кто-то торопит нас.

Они разошлись до рассвета, договорившись встретиться снова.

Никто из них не заметил, что на вершине дальней скалы, далеко за пределами света костра, на мгновение блеснул крошечный огонёк.

А затем погас.

Утром Серебряная Луна получила доклад о ночном собрании.

Не обо всём. Лишь о том, что несколько вождей покинули лагерь после полуночи и вернулись перед рассветом. Их разговоров стражники не слышали.

Она выслушала доклад молча.

– Они готовятся к чему-то? – спросила она.

– Мы не знаем.

– А человек в тёмной одежде?

– Его не нашли. Никто не может подтвердить, что он вообще покинул лагерь тем путём, которым пришёл.

Серебряная Луна подошла ко входу в шатёр. За ним начинался новый день, и лагерь уже просыпался. Гости снова собирались обсуждать будущее пустошей, словно ночь ничего не изменила.

Но она чувствовала: что-то изменилось.

Недоверие, прежде скрытое за осторожными вопросами, теперь получило голос.

И если она не сумеет убедить племена, что у них есть будущее без войны, кто-нибудь другой обязательно предложит им будущее, в котором война станет единственным выходом.

Глава 15

Утро началось с ветра, который гнал по лагерю мелкий чёрный песок.

Серебряная Луна сидела за длинным столом под большим навесом. Перед ней лежали записи, сделанные во время вчерашних переговоров. Она почти не спала: каждое предложение, каждый спор и каждое недосказанное слово снова и снова возвращались к ней, в её мыслях.

Вчера они обсуждали Империю так, словно речь шла о далёкой стране, о которой никто ничего не знал.

Но это было неправдой.

Племя Шахрам уже торговало с Империей. Имперские послы приезжали к ним, а представители её народа бывали в Городе Зарева. Серебряная Луна сама видела человеческие города, их дороги, магические устройства, изобилие еды и чистой воды.

Она знала, что Империя не похожа на другие человеческие государства.

И именно поэтому происходящее тревожило её ещё сильнее.

– Начнём с торговых условий, – сказала она, когда представители племён заняли свои места. – Шахрам уже получает товары из Империи. Мы знаем, что она готова предложить и другим племенам.

– Еду в обмен на магию, – отозвался Гурдан, предводитель Каменных Рогов. – Вот и вся её щедрость.

– Еду, которой у нас недостаточно, – заметила предводительница Золотого Ветра.

– А магию, которую мы отдаём, мы больше не сможем использовать сами.

– Если мы не используем её для добычи еды, какая нам от неё польза?

Гурдан ударил ладонью по столу.

– Она делает нас сильными!

– Сильными? – Женщина повернулась к нему. – Скажи это тем, кто каждый год умирает у пересохших источников. Скажи это семьям, которые делят одну порцию еды на несколько дней. Или тем, кто вынужден отправлять детей в набеги, потому что иначе им нечего будет есть.

– Ты предлагаешь обменивать нашу силу на мешки зерна?

– Я предлагаю не притворяться, будто одной силы достаточно, чтобы накормить наш народ!

Гурдан оскалился, но промолчал.

Серебряная Луна посмотрела на собравшихся.

– Империя не скрывает, чего она хочет. Ей нужна наша магия. Она готова платить за неё едой и другими товарами. Для людей это выгодная сделка: они получают то, что им необходимо, а мы – то, чего нам не хватает.

– Тогда в чём проблема? – спросил один из молодых вождей.

Серебряная Луна не сразу ответила.

– В том, что мы можем стать очень зависимыми.

Она произнесла это спокойно, но за столом стало тише.

– Сегодня мы продаём столько магии, сколько нужно, чтобы получить еду. Завтра нам понадобится больше еды. Мы увеличим поставки магии. Потом наши стада вырастут, наши семьи станут больше, а потребности народа увеличатся. И однажды мы обнаружим, что уже не можем прожить без Империи.

– Это называется торговлей, – сказал кто-то.

– Нет. Торговля – это когда ты можешь отказаться от сделки, если она тебе невыгодна. А если отказ означает голод, у тебя нет настоящего выбора.

Отец Серебряной Луны, до сих пор молча слушавший разговор, слегка наклонил голову. Он не вмешался, но она заметила, что его взгляд стал серьёзнее.

– И всё же, – продолжила она, – пока мы торгуем, наши люди получают еду. Мы можем сохранить численность племён, поддерживать стада и прекращать войны за источники воды. Мы уже знаем, как выглядит жизнь, в которой не каждый день приходится бороться за выживание.

– А что произойдёт, если мы откажемся? – спросил старик Тарвек.

– Тогда нам придётся искать другой способ прокормить народ.

– У нас нет другого способа, – сказал он.

– Именно.

Тарвек посмотрел на неё с неожиданным вниманием.

– Я выросла среди пустошей. Я знаю, что происходит, когда еды не хватает.

Она вспомнила оазисы, вокруг которых годами сражались соседние племена. Чёрную воду, непригодную для питья. Ядовитые папоротники, которые быстро разрастались у редких источников чистой воды. Стада, дававшие молоко, которое могло отравить чужака, но позволяло выживать тем, кто с детства привык к нему.

И войны.

Не героические сражения из песен, а жестокие набеги за пастбища и воду. Войны, в которых победители получали ресурсы проигравших, а проигравшие теряли возможность прокормить свои семьи.

Иногда племена начинали такие войны не потому, что ненавидели соседей.

Просто лишних ртов было слишком много.

– Если мы полностью откажемся от торговли с Империей, – сказала Серебряная Луна, – нам придётся снова бороться за каждый источник воды и каждый клочок земли, на котором можно прокормить стадо. Войны вернутся. А вместе с ними вернётся и необходимость сокращать численность племён.

Последние слова прозвучали тяжело.

Никто не стал просить её объяснить, что она имела в виду.

Все знали.

Когда ресурсов не хватало, пустоши сами заставляли свои народы становиться меньше.

– Ты говоришь об этом так, словно у нас только два пути, – произнёс Гурдан. – Продавать магию людям или убивать друг друга.

– Пока я не вижу третьего, который мог бы прокормить всех.

– Значит, нужно найти его.

– Согласна. Но мы не можем строить сегодняшние решения на надежде, что однажды у нас появится собственный путь!

Предводительница Золотого Ветра задумчиво провела пальцем по краю чаши.

– Я была в Империи, – сказала она. – Не в самом Городе Зарева, но видела их торговые поселения. Люди живут иначе. Там не нужно быть сильнейшим воином, чтобы получить еду. Можно работать, торговать, создавать вещи. Можно прожить всю жизнь, не убив ни одного человека.

– И ты считаешь это хорошим? – спросил Гурдан.

– Я считаю это невероятным.

– Для нас сила всегда была главным мерилом.

– А что она дала нам? – Женщина посмотрела ему прямо в глаза. – Мы сильнее многих людей. Но у нас меньше еды, меньше чистой воды, меньше безопасных мест для жизни. Мы можем победить соседа в бою и забрать его стадо. Но даже после победы у нас всё равно остаётся та же земля, та же вода и то же количество пищи.

Она ненадолго замолчала.

– В Империи я видела, как магия превращается бесконечные золотые посевы пшеницы. Люди нашли способ использовать её иначе чем мы. И теперь они могут предложить нам больше еды, чем мы когда-либо получали от даже самых больших набегов.

– А взамен они заберут нашу силу, – сказал Гурдан.

– Да.

– И ты готова с этим смириться?

– Я готова обсуждать условия.

Серебряная Луна почувствовала, как разговор постепенно сдвигается с места. Впервые они обсуждали не абстрактную угрозу Империи, а то, что каждый из них видел или мог представить.

– Давайте посмотрим на это иначе, – сказала она. – Представим, что торговля расширяется. Племена получают достаточно еды, чтобы больше не воевать из-за каждого оазиса. Наши дети перестают умирать от голода. Стада растут. Люди получают возможность заниматься не только выживанием.

– А Империя получает всё больше нашей магии, – добавил Тарвек.

– Да.

– Её дороги становятся длиннее. Её города – богаче. Её магические машины – сильнее. И всё это благодаря нам.

Серебряная Луна не стала спорить.

– Да.

Тарвек медленно поднялся.

– А потом однажды Империя решит, что ей нужно ещё больше магии. Она предложит новые условия. Скажет, что прежних поставок недостаточно. Что она обеспечивает нас едой, что наши народы существуют благодаря её товарам, что мы обязаны поддерживать торговлю.

Он обвёл взглядом собравшихся.

– И что тогда? Мы откажемся? Мы позволим своим детям голодать, потому что не хотим отдавать больше силы? Или согласимся, потому что уже не сможем жить иначе?

Никто не ответил.

– Вот чего я боюсь, – продолжил старик. – Не того, что Империя завтра нападёт на нас. А того, что однажды нам больше не потребуется нападение. Мы сами станем зависеть от неё настолько, что будем делать всё, чего она захочет.

Гурдан медленно кивнул.

– Словно домашний скот, правильно?

Слова прозвучали грубо, но метили в самую суть.

– Нас будут кормить ровно настолько, чтобы мы не подохли от голода, – продолжал он. – Будут забирать магию, пока мы покорны. Будут давать больше, когда им потребуется больше от нас. И если однажды мы перестанем быть им полезными, они просто перестанут нас всех кормить, а безвольный раб уже не будет знать, как охотиться!

– Ты не знаешь, что Империя так поступит, – возразила предводительница Золотого Ветра.

– А ты не знаешь, что не поступит, правильно⁈

Она открыла рот, но не нашла ответа.

Серебряная Луна опустила взгляд на записи перед собой.

Она помнила Город Зарева. Его яркие улицы, чистые каналы, магазины, полные еды. Помнила людей, которые покупали магию и превращали её в нечто, что нельзя было создать одной личной силой.

Там магия была товаром.

В пустошах магия была частью самого человека, его достоинством, его защитой и мерилом положения среди остальных.

Для Империи сделка могла быть просто выгодной торговлей.

Для пустошей она могла изменить всё устройство жизни.

– Вы забываете ещё кое-что, – тихо произнесла Серебряная Луна. – Если мы откажемся от торговли, голод не станет ждать, пока мы найдём другой путь. А если согласимся, зависимость не появится за один день. Она будет расти постепенно. Возможно, настолько постепенно, что наши дети уже не заметят, как всё изменилось.

– Значит, ты признаёшь, что это ловушка, – сказал Гурдан.

– Я признаю, что это риск. Но я не стану объявлять ловушкой то, что пока спасает жизни наших сородичей.

– А сколько жизней мы готовы продать за одну чашу еды?

– Ни одной, – сказала она. – Именно поэтому мы должны договориться об условиях, прежде чем станем зависеть от них ещё сильнее.

Отец Серебряной Луны впервые подался вперёд.

– Давайте прекратим спорить о том, хороша Империя или плоха. Мы не знаем ответа. Возможно, Рохан действительно хочет получить магию, развивать торговлю и укреплять свою страну. Возможно, со временем он захочет большего. Любой правитель думает прежде всего о своём народе.

Он посмотрел на дочь.

– Вопрос здесь в другом. Что должны сделать мы, чтобы не оказаться в положении, когда у нас останется только один путь?

Серебряная Луна кивнула.

– Нам нужны условия, которые нельзя будет изменить в одностороннем порядке. Нам нужно понимать, сколько магии мы можем продавать, не ослабляя собственные племена. Нам нужно добиться того, чтобы поставки еды не зависели от того, насколько покорно мы выполняем требования Империи.

– И ты думаешь, люди на это согласятся? – спросил Гурдан.

– Я не знаю.

– Ты снова не знаешь.

– Потому что не собираюсь обещать вам то, чего не могу гарантировать.

Она встала.

– Но я знаю другое. Если мы сейчас разойдёмся и каждый начнёт действовать самостоятельно, Империя будет договариваться с каждым племенем отдельно. Самые сильные получат лучшие условия. Остальные будут вынуждены соглашаться на то, что им предложат потом. И в конце концов мы окажемся в ещё худшем положении, чем сейчас.

Тарвек долго смотрел на неё. Затем медленно опустился на своё место.

– Я не дам согласия на торговлю магией от имени своего племени, – произнёс он. – Не сейчас. Для нас это не просто сила. Мы не можем обменивать то, что считаем частью наследия наших предков, на человеческую еду.

– Я не прошу тебя согласиться сегодня.

– Но если Империя придёт на наши земли?

– Тогда я буду защищать право твоего народа самому решать свою судьбу.

– Даже если мы откажемся от твоих договоров?

– Даже тогда.

Старик ничего не ответил, но впервые за всё собрание не выглядел так, словно готовился к спору.

Всё стало труднее.

Сложнее.

Совет закончился даже на худшей ноте, чем начинался с утра.

До праздника осталось только три дня.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю