![](/files/books/160/oblozhka-knigi-soldaty-pogibshey-imperii-373415.jpg)
Текст книги "Солдаты погибшей империи"
Автор книги: Михаил Михеев
Жанр:
Боевики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)
Здесь же… Действительно, перебрал художник абсента на полыни. Или, как вариант, курнул что-то. А может, нашел старую книгу с иллюстрациями. Впрочем, одно другому не мешает. Неважно. На объективную реальность, данную нам в ощущениях, настенная живопись походила мало. Именно тем она, видать, людям и нравилась. Во всяком случае, народу здесь и сейчас было изрядно.
Пиво местное тоже оказалось хорошим. Жаль только, больше одной кружки не выпьешь. Не потому, что не влезет, пить много и не пьянеть Влад умел. Но именно что умел. Порой это тоже необходимо, мало ли какую задачу поставит тебе командир. Однако же завтра потребуется свежая голова, а потому не стоит усердствовать. Другое дело, можно набрать с собой – в дороге оно хорошо утоляет жажду, если принимать аккуратно, по чуть-чуть. И, опять же, знать меру, не то снизятся реакция и внимание, да так, что даже от банды диких гибэдэдэшников не отобьешься. Все хорошо в меру!
Подумав об этом, Влад беззвучно рассмеялся. Мысли как у старого деда, а ведь нет еще и восемнадцати. Что ж дальше-то будет, спрашивается? Однако же проблемы следовало решать по мере их поступления, а сейчас главной было съесть все, что лежало перед ним на тарелке. Магистр не обманул, говоря, что кухня здесь приличная. Во всяком случае, пахло одуряюще вкусно, и разом забывается, что совсем недавно вроде чаевничал…
Женщина с низкой социальной ответственностью появилась ровно тогда, когда Влад закончил с трапезой. Вообще, есть он мог очень много, при этом не толстея – искусственно подстегнутый обмен веществ штука своеобразная. Просто зачем переедать без нужды, если умеешь процессом управлять. Вот он и управлял. И как раз в тот момент, когда тарелка опустела, представительница древнейшей профессии опустилась на стул аккурат напротив него.
– Желаете продолжить вечер? – поинтересовалась она низким грудным голосом. Влад поднял глаза… Угу. Ничего так, фигуристая. Подкрашена грамотно, выглядит даже красивой. Особенно с учетом того, что ей лет сорок, не меньше. Морщинки на шее не скроешь, так же как и состояние кожи на руках. Вроде бы и ничего особенного в нем нет, однако понимающему человеку мелочи скажут многое.
– Благодарю, но у меня дела, – скучающим голосом ответил он, щелкнул пальцами, подзывая официанта, после чего расплатился и спокойно вышел. Определиться с контингентом он успел, не просто ел ведь, а наблюдал и анализировал. Полезная, к слову, привычка, недаром ее специально ставят в Ордене таким, как он, доводя исполнение до состояния условного рефлекса. Магистру тут наверняка понравилось, не зря он рекомендовал именно это место. Вот только не учел отец-командир разницу в возрасте. Лично Влада тусовка в клубе «кому за…» совершенно не интересовала. И потом… У него и вправду было еще одно дело.
Знакомая гостиница… А вот человек за стойкой незнакомый. Точнее, незнакомая – премиленькая девушка, стоит признать. Может, чуть старше Влада, но совсем немного, блондинка… Натуральная, к слову, однако притом очень деловитая. И как раз в его вкусе… Увы, в другое время, может, и попробовал бы к ней подкатиться, но не сейчас. Подняться в номер – и выпить лекарство, выданное еще при выезде из Цитадели. Когда принимать, расписали там же. Зачем? Неизвестно. Докторам виднее, а приказ есть приказ, его не обсуждают, а выполняют…
Вопрос о том, где ночевать, перед Владом не стоял. У магистра, возможно, комфортней, но пребывать в гостях он не любил. Здесь, в гостинице, ты платишь – и все, никто, никому и ничего не должен. Занимаешься тем, что считаешь нужным, главное, формальных рамок приличия не переходить. В гостях же волей-неволей приходится подстраивать свои интересы под мнение хозяина. Зачем? Да и, действительно, можно с кем-нибудь замутить. Хотя бы с той блондиночкой, что сидит на ресепшене.
Вот только не получилось. Глаза начали слипаться, и вскоре оруженосец погрузился в глубокий здоровый сон. И последняя мысль его была о том, что все же день выдался тяжелым и устал он куда сильнее, чем предполагал.
Когда они выезжали на Старый тракт, город бурлил. Уже второй день бурлил, к слову. И не было в том ничего удивительного, поскольку событие в нем произошло воистину необычное и пугающее. Обывателей пугающее, разумеется, не бойца, подготовленного Орденом. Хотя, с другой стороны, Владу тоже было самую малость не по себе.
Для торгового города, по которому снуют толпы народу, убийство такой же естественный процесс, как справление малой нужды. Просто из-за того, что у одних людей есть деньги, у других их нет, и они по мере возможности пытаются исправить эту несправедливость. Не всегда получается сделать работу без шума, и тогда в ход идут ножи. А еще, бывает, люди придерживаются разных взглядов на политику, хотя убийство из-за такой мелочи, скорее, исключение из правил. Все же политика не настолько серьезное занятие, как накопление денег. Куда чаще случается, что с перепоя друг друга режут, из-за баб… В общем, если в городе более недели не происходит ни одного убийства, это значит, полиция скрывает от народа статистику преступлений.
Однако есть люди, которые могут не опасаться за свою жизнь. Их убивать чересчур сложно, опасно или попросту не принято. Не тот уровень, как говорится. Это, к примеру, главы криминальных структур. Не уличных банд, разумеется, а синдикатов44
Дон Карлеоне в гробу перевернулся бы от смеха, узнав, что понимают здесь под синдикатом. Если считать его акулой, то эти орлы тянут разве что на карасиков.
[Закрыть]. Или руководители купеческих гильдий. Не всех, конечно, а самых значимых. Высшие иерархи Церкви, Ордена и еще пары наиболее значимых организаций послевоенного мира… Хотя, если честно, и рядовых членов этих структур трогать было чревато. Ну и еще кое-кто. К числу последних относился и мэр данного конкретного города, найденный вчера утром в собственной постели намертво приколотым к ней антикварным мечом из числа коллекционных экземпляров, висящих обычно в той же комнате на стене.
Меч довоенной, к слову, выделки, был из такого мягкого железа, что, пробив насквозь тело мэра и кровать, врезался в паркет и согнулся от удара. В результате, если верить слухам, вытаскивали его долго и мучительно – искореженная полоса хромированного, отполированного до блеска и даже сейчас отказывающегося тускнеть металла упорно отказывалась вылезать обратно.
В результате уже второй день основными вопросами, звучащими в городе, были «кто это мог сделать?» и «как он проник в дом мэра?». Последнее, к слову, было достаточно актуально – охрана была поставлена хорошо, и, как считалось, даже таракан не прополз бы незамеченным. И при таком раскладе очень многие, также защищающие свои жизни с помощью мускулистых, до зубов вооруженных здоровяков, невольно начинали примерять судьбу мэра на себя и опасаться, что охрана на проверку не так хороша, как считалось.
С точки зрения Влада, куда более важным мог оказаться вопрос «за что». Хотя бы просто потому, что вопрос, кто именно мог это сделать, насчитывал довольно большое количество имен. Несколько сотен как минимум – для любого, прошедшего школу Ордена, система охраны особняка выглядела откровенно дырявой. Смешно полагать, что кроме Ордена нет организаций, где могут готовить специалистов подобного уровня.
Иное дело – зачем? Мышиное Братство, как часто называли Орден не слишком умные острословы, Церковь и еще пара-тройка серьезных игроков выставляли часть своих возможностей напоказ. Гордо и нагло, чтоб другие связываться не рисковали. В отличие от них, большинство конкурентов не стремилось демонстративно гордиться своими достижениями. Кому надо и без того знает. Исходя из этого, получалось, что найти специалиста не так уж и сложно, были бы деньги. И риск минимален – как бы полицаи ни демонстрировали рвение, они были обучены поддерживать порядок и хватать мелких воришек. Крупные, как известно, сидят в банках и делают свой гешефт так, что ни одна собака не подкопается. Ловить же профи, умеющих появляться из ниоткуда и уходить в никуда, это совсем другой уровень, для уездной полиции недостижимый.
Так что – основной вопрос Римского права. Ищите, кому это выгодно. И Влад не сомневался – искали. Только, естественно, простой народ, багажом лишних знаний не обремененный, о том не догадывался. Сам же Влад и вовсе плевать хотел на местечковые разборки. Куда больше его интересовало, не появится ли у них проблем при выезде из города. Однако же нет. Какое бы ни свершилось преступление века, создавать препятствия движению гостей торговый город не мог себе позволить. И в результате из ворот их троица выехала без каких-либо препятствий.
Магистр ехал неторопливо, раскланиваясь со встречными знакомыми. Несмотря на ранний час, народ в город уже подтягивался, а он за столько лет успел тут перезнакомиться едва ли не с половиной населения. Влад и княжна держались в кильватере, стараясь никого не сшибить лошадьми. Это было бы как минимум признаком дурного тона. Впрочем, не сильно плотный еще был поток, и выезд не потребовал усилий.
Постепенно окружающие город деревеньки остались позади, а с ними вместе иссяк и поток местных жителей. Уже неплохо. Пока еще тянулись поля – климат, ставший после войны не то чтобы мягче, скорее, более ровным, позволял снимать здесь приличные урожаи. Колосья пшеницы золотились под солнцем, навевая спокойствие и умиротворение. Впрочем, закончились и они. А потом Влад засек слежку.
Откровенно говоря, в том, что она будет, оруженосец не сомневался изначально. Магистр, как ни крути, фигура из тех, что без пригляда не оставляют. Стало быть, появился бы смысл удивиться, не будь этой самой слежки. Это значило бы, скорее всего, что идут за ними профессионалы более крутые, чем сам Влад. Но в данном случае результат вышел предсказуемым, о чем оруженосец немедленно доложил магистру.
– Я знаю, – отец-командир выглядел невозмутимо расслабленным. Молчаливым только чересчур – с того момента, как они покинули населенные места, он не произнес ни слова. – Пусть их.
Влад только кивнул, соглашаясь. Откровенно говоря, он придерживался того же мнения. Пока не мешают – пусть следят, тем более что здесь отрываться было негде, а устраивать резню чревато. Хотя бы тем, что противников больше и уровень подготовки их не вполне определен. Впрочем, отдай магистр соответствующий приказ, Влад засунул бы свое мнение поглубже и действовал бы согласно распоряжению командира. Дисциплину еще никто не отменял.
Хуже всех приходилось, пожалуй, Александре. Магистр был погружен в непонятные простым смертным раздумья, Влад бдел, непрерывно контролируя обстановку, а ей оставалось только ехать, сатанея от скуки. Но, к ее чести, как отметил Влад, она хотя бы старалась не мешать. А то пришлось ему как-то сопровождать одну даму, так уже через час в ушах просто звенело от ее болтовни. Не то чтобы это помешало ему тогда выполнить задачу, но нервных клеток стоило изрядно.
До моста они добрались аккурат к полудню, и при виде этого знаменитого сооружения никогда не бывавший в этих местах Влад невольно замер. Внушало сооружение, чего уж там. Может быть, в довоенные времена мост этот и не был чем-то грандиозным, но сейчас…
Да, после Огненной войны было потеряно очень многое. Города в подавляющем большинстве стояли в руинах, а то, что предки творили походя, ныне казалось недостижимой мечтой. В том числе и мосты – часть из них была разрушена, другие смело в первые годы после окончания бойни, когда буйствовали ураганы, наводнения, а весной на реках шли невиданного ранее масштаба ледоходы. Участь творений рук человеческих очень часто оказывалась незавидной, но кое-что все же уцелело. И этот мост был одним из таких счастливчиков.
Огромные быки, сложенные из гранитных глыб, уверенно выдерживали натиск воды и льда, могучие фермы ажурной стальной паутиной высились по краям. Как ни странно, металл практически не ржавел, но все равно каждое лето на нем обновляли краску, а в большом доме у реки жила семья потомственных смотрителей, проверяющих состояние моста и, случись нужда, проводящая мелкий ремонт. Окрестные города вскладчину платили смотрителям жалованье и доставляли материалы – в основном из старых городов, где среди обломков найти можно было многое. Когда-то, если верить рассказам стариков, по мосту проходили рельсы, но их давно сняли за ненадобностью. Но даже без них творение предков впечатляло.
Влад тяжело, хотя и незаметно для спутников, вздохнул. Как ни крути, их цивилизация потеряла слишком многое. Сейчас верхом инженерного искусства были паромные переправы, мосты перекидывали разве что через совсем уж небольшие речушки. На что-то большее не хватало ни производственных мощностей, ни знаний, ни, чего уж там, финансов. И если с первым вопрос выглядел худо-бедно решаемым, в руинах до сих пор можно было откопать многое, в том числе и практически любой металлопрокат, а инженерные решения оставался шанс найти в литературе, благо справочников и учебников сохранилось в достатке, то с деньгами дела обстояли как-то совсем уж не очень. Мелкие правители и возможности имели невеликие, а серьезные организации вроде той же Церкви на скрепы, позволяющие стянуть рыхлые образования в подобие рухнувшей некогда державы, не тянули. И по всему выходило, что в ближайшие годы, а может, и десятилетия, рождения масштабных проектов не ожидалось. А жаль…
Здесь, у моста, магистр свернул чуть в сторону и, проехав по берегу метров двести, скомандовал привал. Легко, будто дорога заставила его помолодеть, спрыгнул с коня и тут же отправился собирать дрова для костра, игнорируя стоящий рядом трактир. Может, и правильно, в таких придорожных забегаловках непонятно на что можно нарваться. Бывает, что еда лучше, чем подают в городской ресторации. Наоборот тоже бывает, а лететь впереди лошади на реактивной тяге никому не хотелось.
С дровами проблем не было – паводок весной притащил и оставил на берегу немало деревяшек, которые с того времени успели высохнуть едва ли не до звона. Наиболее интересные с точки зрения использования бревна уже давно растаскали местные, но и оставшегося хватило. Влад занялся лошадьми, тремя верховыми и вьючной, а княжна просто бродила по берегу, разминая ноги. Все же опыта дальних поездок верхом у нее было не то чтобы много. Впрочем, довольно скоро она вернулась и принялась распаковывать мешок с провизией. Влад лишь кивнул одобрительно – не зря девка хлеб свой ест и не белоручка, пускай и княжна.
– Мы ждем кого-то? – поинтересовался Влад час спустя.
– Да, – просто ответил магистр, с помощью тонкой палки выцарапывая из золы печеную картофелину. Над водой плыл негромкий звон колоколов – на противоположном берегу стояла церковь, и ее золотой купол ярко сиял на солнце. Магистр слушал звон с искренним удовольствием. – Ждем.
– Кого?
– Увидишь, малыш. Не беги впереди паровозного дыма.
Влад пожал плечами. Обижаться было глупо, требовать, чтобы его посвятили во все тайны вселенной – еще глупее. Каждый знает ровно столько, сколько требуется для выполнения поставленной задачи. Да и вообще, иногда незачем мчаться на врагов, размахивая шашкой. Бывает, проще немного подождать – и они сами приползут, измученные дальней дорогой. В том же, что враги будут, Влад не сомневался, иначе бы прислали в помощь магистру специалиста иного профиля. Так что поспешать лучше медленно. И слушать, что говорит старший, хотя бы потому, что он компетентнее.
Исходя из этих нехитрых постулатов, оруженосец бросил на сухой песок куртку и с наслаждением вытянулся, хрустнув суставами. Над головой медленно плыли редкие облачка, придающие глубокой синеве немного лубочный вид. Влад бездумно наблюдал за ними, пользуясь минутами отдыха на всю катушку. Будь на его месте кто другой, не прошедший школы Ордена, то уже заснул бы, наверное, однако Влад легко переборол в себе это неуместное желание. Как бы он ни был расслаблен, готовность в любой момент вскочить и рубить была в него вбита намертво. Иное дело, право думать он с чистой совестью передоверил магистру – все же аналитика никогда не была его коньком.
Решение, как выяснилось, было правильным. Очень скоро внимание оруженосца привлек странный чухающий звук, доносящийся со стороны реки. Звук этот сопровождался едва заметным изменением в плеске невысоких речных волн, и подобные сдвиги обстановки не могли не привлечь внимания.
Влад сел, внимательно глядя на приближающуюся к берегу посудину. Когда-то, в далеком прошлом, это было небольшой самоходной баржой, плоскодонной и с широкой откидывающейся аппарелью. Небось, какую-нибудь сельхозтехнику по реке перевозила, благо форма днища и малая осадка позволяли сему корыту приткнуться к берегу практически где угодно. Опять же, трактор с нее мог съехать на твердый грунт, не замочив колес. Ну, или там гусениц, в прошлом техника была куда разнообразнее современной.
Увы, прошедшие десятилетия не могли не оставить следов на облике скромной труженицы пресных вод. Металл обшивки ржавеет и истончается, да и камни по курсу нет-нет да и попадаются. К счастью, те же предки оставили вблизи расположенных у рек городов множество кладбищ такой вот техники, давным-давно отслужившей свое. Когда-то ее нерентабельно было даже на металлолом разбирать, зато благодарные потомки до сих пор могли поживиться там и в меру изношенными деталями механизмов, и стальными листами. Очищай от ржавчины, приводи в норму «напилингом», да и пользуйся. Здесь, очевидно, именно так и поступили. В результате баржа обзавелась многочисленными заплатами, а то и целыми участками обшивки, позаимствованными у древних судов. К слову, их предки частенько делали «на глазок», и металл ставили куда толще – «так надежней». Неудивительно, что он вполне себе дожил до времен, когда даже прах создателей развеялся по ветру без следа.
Судя по высокой, истекающей темным, с характерным запахом, дымом трубе, штатный дизель тоже канул в Лету. По причине крайней изношенности, скорее всего. Его место заняла паровая машина – резкое падение технологических возможностей привело к тому, что они в последние десятилетия приобрели немалую популярность и не собирались пока сдавать позиций. Нет, дизель тоже могли сделать, равно как и бензиновый двигатель, но это была штучная (и, соответственно, крайне дорогая) работа. Да и топлива для таких двигателей не напасешься – по углеводородам медленно возрождающаяся цивилизация давно уже сидела на голодном пайке. В отличие от каменного угля или, на худой конец, дров – этого добра пока хватало. Вот и крутили теперь винты кораблей паровые машины. И неплохо крутили, к слову, хотя бы даже из-за более широкого распределения максимума крутящего момента, что помогало иногда при более скромной формальной мощности переигрывать те же дизели.
– А вот теперь, малыш, быстро на борт…
Как магистр оказался на ногах, Влад не рассмотрел, настолько быстрым и смазанным вышло движение. Мимолетом слегка позавидовав такому профессионализму, он тут же вскочил, и, прежде чем княжна успела сообразить, что к чему, мужчины навьючили лошадей и залили костер. В тот момент, когда металлическая пластина аппарели коснулась песка, они уже были готовы. Полминуты на погрузку (одна из лошадей заупрямилась, а то бы еще быстрей справились), и винт уже взбивает в неопрятную желто-серую кашу воду, песок и ил, заставляя баржу пятиться, отходя прочь, на безопасные глубины.
Вот теперь нашлось место в картинке и спокойствию магистра по поводу тех, кто их ненавязчиво, но плотно опекал. Вдоль реки дорог нет, по лесу за кораблем ни верхами, ни пешим драпом не угнаться. Вряд ли у них здесь найдется корабль. И… Ну, в общем-то, и все. Где они высадятся на берег, остается лишь гадать. С большой долей вероятности погоня отстанет. Ну а ежели каким-то чудом не отстанет, так приговорить их в случае нужды где-нибудь в глуши много проще, чем на тракте. И шума лишнего не будет, что само по себе немаловажно.
Несмотря на некоторую внешнюю неуклюжесть, шла баржа достаточно ходко. Впрочем, еще и потому, что ей помогало быстрое течение. Вежливо поздоровавшись с капитаном, высоким и широкоплечим мужчиной в тельняшке, фуражке набекрень и с буйной рыжей бородищей, Влад отошел в сторону. Просто для того, чтобы не мешать им с магистром обсуждать какой-то особо важный вопрос. Судя по тому, что общались эти двое по-приятельски, да еще и под коньяк, разливаемый в аккуратные серебряные стопки, знакомы они были давно и хорошо. Впрочем, в этом изначально можно было не сомневаться. Ну а раз не пригласили к разговору – стало быть, не стоит и лезть. Каждый знает свой маневр, что не понимаешь – объяснят, но только если это действительно важно.
Появившееся внезапно свободное время Влад затратил на то, чтобы осмотреть баржу. Кстати, несмотря на слегка неряшливый из-за многочисленных заплаток внешний вид, суденышко было крепкое. А еще – вооруженное. На слепленном «из того, что было» перед рубкой мостике стоял крупнокалиберный пулемет, старенький, но ухоженный. В кормовой же части, между настройкой и солидного вида лебедкой, поднятая над ними, на самопальном опять же, но крайне основательном помосте, располагалась спаренная двадцатитрехмиллиметровая зенитная скорострелка.
Хорошая штука. Разумеется, вряд ли сейчас есть риск нарваться на самолет… Хотя тот же гронт может иногда оказаться намного опаснее иного штурмовика. И потом, даже без пикирующей с небес пакости зенитка – штука небесполезная. По наземным или там плавающим целям работает как бы даже не лучше. Да и высокие крутые берега еще никто не отменял. А она их накроет с легкостью. Пулемет ей тоже под стать. Кем бы ни был капитан этого корыта, к плаванию в здешних, не славящихся спокойствием, водах он подготовился основательно.
Влад так увлекся лицезрением милых сердцу любого нормального мужчины стреляющих игрушек, что совершенно упустил из виду Александру. И обнаружил княжну в рубке, где она с каким-то детским восторгом, словно зачарованная, наблюдала, как рулевой с особым (можно не сомневаться, исключительно для зрительницы) изяществом крутил штурвал. Тот, достаточно потертый, выглядел, тем не менее, блестящим, как зеркало. Интересно, сколько поколений матросов своими руками полировали эту брутального вида деревяшку?
Ну и замечательно. Все на борту, все при деле, стало быть, есть возможность немного посидеть и забить большой и толстый инструмент на дорожные хлопоты. Тем более, от тебя сейчас ничего не зависит. Именно в согласии с этой житейской мудростью Влад и поступил. Конечно, вначале еще раз проверил лошадей и размещение их невеликого груза, а потом сел на кучу каких-то мешков и начал просто смотреть на реку.
Услугами кораблей (барж, катеров, весельных лодок – актуальное подчеркнуть, недостающее вписать) он пользовался уже неоднократно. Тем не менее глядеть на огромную, неспешно движущуюся массу воды ему никогда не надоедало. В прах истают кости последнего человека, а река будет все так же неторопливо нести свои воды. И кто сказал, что люди – первые, кого она переживет?
Однако же хорошо! Несмотря на достаточно жаркий день, посреди реки было очень комфортно. Прямо хоть раздевайся да загорай. Впрочем, до этого не дошло, и Влад просто наблюдал, как искрится солнце на волнах, временами бодро плюхаются речные дельфины да затаился у берега здоровенный гавиал55
Вид рыбоядных крокодилов.
[Закрыть]. Что тех, что других в этих местах раньше никогда не было, но изменение климата перекроило многое. По слухам, все это зверье попало сюда из построенного незадолго до Огненной войны в одном из городов то ли дельфинария, то ли аквариумного комплекса. Город-миллионник (сейчас такие даже представить трудно) и развлекательные центры имел соответствующие. После того, как рыбы-птицы-звери из зоопарков попали в естественную, так сказать, среду обитания, многообразие видов, начавших плодиться и размножаться в реках, впечатляло. Конечно, многие, особенно самые теплолюбивые или искусственно выведенные, достаточно быстро вымерли, но какие-то вполне шустро прижились и неплохо себя чувствовали. Как эти гавиалы, к примеру, регулярно портящие жизнь рыбакам. И, по слухам, вырастающие даже крупнее, чем на исторической родине. Пристрелить бы его, а то вишь, расплодились в отсутствие естественных врагов. И плевать им, гадам, что вокруг не родная сельва, а березы да елки.
Впрочем, у крокодилов враги, как оказалось, все же имелись. Влад пару раз слышал о таком, но не слишком верил, сейчас же, благодаря не иначе как хорошей карме, смог наблюдать воочию крайне редкое зрелище. Аккурат рядом с одним из гавиалов, не тем, здоровенным, но тоже ничего себе, вдруг раздвинулись куст, и на рептилию обрушилось бурое нечто. Буквально несколько секунд – и средних размеров медведь уже возвращается на сушу, волоча за собой мелко вздрагивающего крокодила. Похоже, косолапый в одно движение сломал ему хребет. Мишки вообще быстро учатся, и новые приемы охоты освоили, похоже, сразу же. Пополнили, так сказать, продуктовую корзину. Что же, осталось пожелать своему, исконно русскому мишке удачи в борьбе с иноземным захватчиком, он же главный пункт сегодняшнего меню, и релаксировать дальше.
До вечера Влад успел поспать, поучаствовать в отдраивании палубы (лошади, сволочи, не только жрут, и оставлять гостеприимным хозяевам такие гостинцы было не слишком вежливо) и даже порыбачить. Выглядело последнее достаточно просто: толстая леска (ее, кстати, уже лет десять вовсю производили на одной из мануфактур Ордена, это производство тонкой никак не удавалось наладить), здоровенная блесна, толстая палка, чтобы леска ушла вбок, а не попала под винт – и за борт. Пароход идет, блесны играют, рыба цепляется.
Она и впрямь цеплялась. Несколько крупных, одна так с небольшое бревно, щук, некрупный осетр… Говорят, их тоже до Огненной войны не было, однако же сейчас осетрина здесь давно уже не была экзотикой. Попалось что-то неопознанное Владом, но с восторгом принятое на борт и немедленно отправленное на кухню. Здесь ее гордо, по-морскому, именовали камбузом. На взгляд оруженосца какой-либо разницы не было, но у морячков, даже пресноводных, свой гонор. На финал блесну взял окунь весом почти в пять кило, Влад таких в жизни не видел, хотя и знал, что после той войны многие виды что рыб, что зверей, стали куда крупнее, чем раньше. В общем, рыбалка удалась.
Жаль только, не всем речным обитателям радиация, оставшаяся после взрывов боеголовок или все еще сочащаяся из разрушенных реакторов, пошла на пользу. Да и химия, которой в первое время хватало – слишком уж на многих заводах попадались запасы всевозможной дряни, которые или из-за случившихся в войну разрушений, или позже, когда начали разрушаться от времени склады, вылились либо высыпались, а иногда и просто испарились. Сильнее всего пострадали от этого реки, и последствия крупнейшей в истории глобальной техногенной катастрофы встречались до сих пор.
Эта река не стала исключением. Пару раз на блесна цеплялись змеюки. Трудно сказать, из какой рыбы они мутировали, но отделывались от них сразу же, просто и без затей перерезая леску. Жалко, конечно, однако дефицитом она давно уже не была. Да и блесен в корабельной мастерской наклепать дело получаса, а что не слишком красивые – так ведь и рыба нынче неизбалованная.
Вообще, связываться со змеюками – дураков нет. Все уже поумирали. Не слишком хищная, но крайне нервно реагирующая, если ее потревожить, опасная даже на суше, поскольку могла ползать не хуже настоящей змеи, да вдобавок ядовитая до последней чешуйки, эта рыба вырастала до изрядных размеров. Хорошо еще, встречалась она редко. Ученые Ордена, исследовавшие в том числе и эту пакость, говорили, что генетически змеюки нестабильны и постепенно вымирают. Вдобавок и естественных врагов у них хватало – яд действовал отнюдь не на всех хищников. Может, и так, но пересечься с такой рыбкой лично Влад не хотел бы. И команда баржи в этом, похоже, была с ним солидарна. А ведь змеюки – отнюдь не самые опасные твари из тех, что можно встретить в воде.
Взять хоть тех же водяных коней. Здесь они, правда, не водились, но неподалеку от Цитадели Ордена оккупировали несколько заболоченных озер. Обычные бегемоты, только обросшие шерстью – то ли мутация, то ли климат. Холода их, кстати, не смущали. А ведь бегемот куда опасней любого крокодила.
Впрочем, бегемоты хорошо, а ужин по расписанию. Местный повар (ой, простите, кок) готовил отменно. Неудивительно, впрочем, – учитывая основу меню работающих на реке людей, надо быть мастером. Главным образом для того, чтобы по вкусу рыба не была похожа на рыбу. У него, кстати, получилось, да и коньяк из капитанских запасов был неплох…
Их атаковали под утро, когда мрак ночи сменяется аморфной серой хлябью, мешающей видеть похуже обычной, подсвеченной луной и звездами темноты. Да еще туман, густо стелющийся над водой. Те, кто готовил ловушку, учли и его. Или создали – бывали одаренные, способные работать и с водной стихией. Но, естественно, основным оружием здесь были мозги организаторов, в которых серого вещества оказалось поболе, чем у многих официальных гениев.
Изящно сработали, к слову, заранее натянув поперек фарватера сеть и притопив ее так, чтоб она не мешала проходящим судам, и в нужный момент натянув. В результате баржа намотала на винт несколько метров прочнейшей капроновой нити, мгновенно потеряв ход. Ну а пока вахтенный начальник соображал, что же, собственно, произошло и почему их беспомощно разворачивает поперек течения, за путешественников взялись уже всерьез.
Сколько лодок накинулось на баржу со всех сторон, оставалось лишь гадать. В иной ситуации эти похожие на жуков пузатые конструкции не имели бы никаких шансов, равно как и возглавлявшая их ладья, судя по обводам бывшая в девичестве торговым кораблем. Использовать же двигатели – а они у пиратов могли и найтись – означало раньше времени переполошить экипаж атакуемого судна. Однако с заклинившим винтом и спящей командой, увлекаемая лишь течением, баржа выглядело простой добычей. И в логике речным пиратам было не отказать.
Тревога, которую подняли на барже, запоздала. И потом, семь человек экипажа и трое пассажиров, одна из которых женщина… Право же, это несерьезно. А вот на магистра Ордена, да даже на его оруженосца нападающие явно не рассчитывали.
Влад спал на палубе, сунув бронежилет под голову. С его точки зрения, было достаточно тепло, а свежий воздух приятней мазутной вони, напрочь отбивающей запахи. Кому-то, может, все равно, однако человеку, которому целенаправленно развивали все органы чувств, неприятно. И проснулся он от того, что изменился звук, фоном оттеняющий все остальные. Почти не воспринимаемый – но моментально ощутимый, как только пошли другие тональности.