355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мид Райчел » Пламенное сердце » Текст книги (страница 20)
Пламенное сердце
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 19:51

Текст книги "Пламенное сердце"


Автор книги: Мид Райчел



сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава двадцать первая
Адриан

– Сидни…

Я в полусне пробормотал ее имя, когда ощутил ее присутствие в постели. Мой сонный мозг ничего больше не успел сообразить – Сидни поцеловала меня. Я обнял ее и – приятный сюрприз! – она оказалась обнаженной.

– Что происходит? – спросил я. – Я не жалуюсь. Это просто академический интерес.

– Я поучаствовала в одном потенциально опасном деле, – нервно ответила Сидни. – Нет, никаких «потенциально». Это было опасно и дико.

И она поведала мне невероятную историю о том, как они с Эдди подсунули Нейла под нос стригою. Я чуть было не вскочил и не наорал на нее за то, что она так рискует собою. В моем воображении всплыла ужасная картина: мы с ней схвачены двумя стригоями и один из них кусает ее. У меня в голове не умещалось, как можно так рисковать.

– Постой! – Я представил себе заклинание, которое описала Сидни, и резко сел. – Там были все?! И Джилл?!

– Этого мы не планировали, – быстро проговорила Сидни, садясь рядом. – Это было дополнение к Ангелине и Трею.

Представить Сидни умершей было ужасно. Но представить умершей Джилл было, в некотором отношении, еще ужаснее, потому что это я уже видел наяву.

– Джилл могли убить, – простонал я. – Нам полагалось оберегать ее!

– Знаю. – Сидни снова прижалась к моему плечу. – Я действительно не хотела ее присутствия. Эдди тоже переволновался, хотя я не уверена, как он себя чувствует теперь, после того, как она его поцеловала.

– После того… что? Ладно, к этому мы еще вернемся. Сидни! Почему ты меня не предупредила?

– Потому, что ты попытался бы остановить меня. Или пойти с нами. Поверь мне… мне очень жаль. Я просто хотела… чтобы ты был в безопасности. – Она теснее прижалась ко мне. – И не говори, что ты не понимаешь такую логику!

– Конечно, я понимаю! Да, я бы попытался тебя остановить! – Я схватил ее за руки и, к собственному удивлению, обнаружил, что меня бьет дрожь. И снова в моем воображении вспыхнули ужасные картины окровавленной Сидни. – Это же не побег на чаепитие с колдуньями! Это жизнь и смерть! Если бы тебя убили… если бы ты меня покинула…

– Я знаю, – выдохнула Сидни. – Знаю…

И внезапно ее руки обвили меня, а губы коснулись моих. Она повалила меня на кровать, и из моей головы вылетели все мысли. Между нами вспыхнула такая жажда и такой накал, какого я никогда прежде не ощущал, а это о чем-то да говорило, в свете нашей активной сексуальной жизни, которую мы вели последнее время. Возможно, соприкосновение со смертью толкнуло нас так яростно доказывать, что мы живы. Я понимал, что нужен ей, что мне нужно раствориться в страсти и быть как можно ближе к Сидни… что я никогда больше не должен ее потерять.

Сидни продолжала целовать меня с таким неистовством, что слегка оцарапала губы о мои зубы. Это было всего лишь несколько капель, но когда я ощутил сладковато-соленый вкус ее крови, меня охватил исступленный восторг. Сидни отстранилась, тихо ахнув, и глядя на нее в неверном свете, я увидел ответный экстаз на ее лице – едва ощутимый выброс моройских эндорфинов овладел ею. И я отчетливо понял, что сейчас мог бы впиться клыками в ее горло и она бы мне разрешила. Сегодня я мог бы обладать и ее телом, и ее кровью, если бы пожелал. Искушение напиться ее крови терзало меня не только потому, что это была кровь, а потому, что это была ее кровь. Ее суть. Я жаждал соединиться с нею всеми способами, чтобы между нами не осталось никаких границ, а были волны эндорфинового наслаждения. Она позволила бы мне это. Но дело было в том, что я не мог быть уверен, что нормальная Сидни – как бы сильно она меня ни любила – хотела этого. А пока я не был в этом уверен, это было границей, которую мы пересекать не станем, в какое неистовство меня бы ни вводила эта мысль.

Сидни застыла надо мной на несколько напряженных мгновений, и каждый из нас вел свою внутреннюю битву. Потом момент искушения миновал, и мы внезапно вернулись друг к другу, как будто ничего не произошло, без воспоминания о крови. Меня омывало море желания, и я тонул в нем. Сидни отвечала страстью на мою страсть, она прошептала мое имя и вцепилась в меня с такой силой, что ее ногти впились в меня, как будто она боялась, что потеряет меня, если разожмет руки.

Потом она упала рядом со мной, продолжая цепляться за меня, пока ее учащенное дыхание не вернулось к нормальному. Я обнял ее. Мое сердце лихорадочно колотилась от всего того, что произошло. Я больше не сердился. Трудно было сердиться после такого секса, но меня все еще терзал страх от того, как близко она была к смерти. Но она была жива и в безопасности рядом со мной. Она никуда не уйдет. Я повторял это себе снова и снова, сжимая ее в объятиях.

Если начистоту, я понимал, почему она хотела оставить меня в неведении. И мне это не нравилось. Если бы мы поменялись местами, я сделал бы то же самое, чтобы защитить ее. Кроме того, мне трудно было судить Сидни – ведь и у меня имелись свои тайны, начиная с приема лекарства.

Последним важным моментом было то, что риск оправдался. Я не мог отрицать важности результатов. Кровь Оливии сработала. Каким-то образом, методом предположений, мы создали магическую вакцину против стригоев. Если бы еще найти способ воспроизвести ее!

– Знаешь, – пробормотал я, снова прокручивая в памяти ее рассказ, – Ангелина и Нейл сегодня действительно рискнули всем. – Я никогда больше не буду смеяться над ними.

– Никогда? – поддела меня Сидни.

– Ну, возможно, не так много, как прежде.

– Эдди тоже рискнул всем, – напомнила она мне.

– Да, знаю, но для него это нормально. – Потом я вспомнил, о чем она говорила раньше. – Постой. Ты сказала, что Джилл поцеловала его?

– Да. На самом деле, все было очень романтично, в духе «как ты смел рисковать собою?!» – Сидни помолчала. – Это было похоже на то, что произошло сейчас между нами.

– Лучше бы оно не было похоже! – прорычал я.

– Скажем просто, что побуждения были те же самые.

Я вздохнул и сделал себе мысленную пометку: поговорить завтра с Джилл.

– Учитывая, что все живы, я могу признать, что произошло важное событие. При дворе все на уши встанут.

– А завтра вечером мы встретимся с Маркусом и провернем еще одно важное дело, – пробормотала Сидни. – Возможно, сработает.

– Это всегда так, – произнес я. Я провел пальцами по ее плечу, влажному от испарины. А когда рука скользнула к шее, я нащупал тонкую металлическую цепочку и обнаружил, что Сидни сняла не все. На ней по-прежнему был тот деревянный крестик с вьюнком, который я сделал для нее. Меня это почему-то поразило в самое сердце.

– План побега номер сорок пять, – сказал я. – Присоединиться к колонии нудистов на Фиджи.

– А у них есть колония на Фиджи?

– Они ведь должны водиться в теплых краях, разве нет?

Страх потерять ее все еще жег меня, почти достаточно для того, чтобы возникла новая потребность в физическом слиянии. Но пока мы лежали, разговаривая, слились наши разумы и дух. Каждое объятие дышало миром и покоем, и душевная безмятежность, которую каждый из нас внес в жизнь другого, позволила мне заснуть так крепко, как я не спал уже очень давно.

Я не знал, с какими сложностями Сидни доведется столкнуться утром. Разрешение миз Тервиллингер поможет, конечно, но наверняка Зоя пожелает знать, куда запропастилась ее сестренка. Возможно, Сидни скажет, что они задержались и она заночевала у Джеки на диване. Но в любом случае, Сидни справится со всем. Это будет ее битва, не моя.

Она перебрала продукты, оставленные Касси, и нашла все, что нужно для приготовления оладий. Правда, у меня не было кленового сиропа, но зато имелся малиновый джем, которым мы щедро намазали горячие оладьи. В жизни не ел ничего вкуснее. Мы мирно сидели за кухонным столом, прихлебывая кофе, Сидни читала новости на экране телефона, а я листал сборник поэзии. Сейчас я твердо знал, что могу этим заниматься до конца жизни.

– План побега номер семьдесят три, – сказал я. – Открыть в Швеции ресторан с фирменным блюдом – оладьями.

– Почему в Швеции?

– Потому что там ничегошеньки не пекут.

– Ошибаешься.

– Тогда мы завоюем потенциальных клиентов.

Отвозить ее в Амбервуд было и горько, и сладко, в особенности потому, что волшебство нашей ночи уже закончилось. Но нас обоих ждали дела, и я все равно собирался увидеться с ней попозже.

– Ты в курсе, что я тебя люблю? – Желание поцеловать ее на прощание было так велико, что я чуть не нарушил наши правила.

Сидни улыбнулась, прекрасная и золотистая в утреннем свете.

– Не так сильно, как я тебя.

– Мой сон воплотился: я спорю о том, кто кого сильнее любит. Так, начинаю. Я люблю тебя сильнее. Твоя очередь.

Сидни рассмеялась и открыла дверь.

– Я училась вести дискуссии. Ты проиграешь моей логике. До вечера.

Я смотрел ей вслед и не уезжал до тех пор, пока она не скрылась в здании.

Когда я вошел в квартиру, мой мобильник звякнул. На миг мне подумалось, что это Любовный телефон, а потом я вспомнил, что потерял его. Когда я позвонил в ту кофейню, они сказали, что нашли два телефона, и я собирался заехать к ним сегодня. Тем временем на мой обычный телефон пришло сообщение от Лиссы. «Включи ноутбук. Нам нужно поговорить лицом к лицу».

Я догадывался, о чем она хочет говорить, и, когда она ответила на мой вызов, ее сияющее лицо подтвердило мою догадку.

– Ты слышал? – возбужденно спросила Лисса.

– Об опасной вылазке, которую молодежь предприняла вчера вечером, ни у кого не спросясь? Да, слышал.

Лисса проигнорировала мой сарказм.

– Адриан! Это невероятно! Это поразительно! Мечты становятся явью! Я знаю, что им не следовало этого делать, но все уже позади, они целы, и мы получили ответ!

– Знаю.

Лисса озадаченно взглянула на меня.

– Как ты так спокойно говоришь об этом?

– Я узнал обо всем ночью. У меня было время прочувствовать новость. – И плюс к тому мысль о том, как рисковала Сидни, сильно убавила во мне благоговения перед этой эскападой.

– Ты понимаешь, какую большую роль ты в этом сыграл? – Взгляд ее нефритово-зеленых глаз сделался пронизывающим. – Ты понял то, что не сумел понять никто из нас. Все стало возможным благодаря тебе.

Я пожал плечами.

– Кто-нибудь из вас, умных девушек, до этого додумался бы.

– Но на самом деле додумался именно ты. Теперь нам только нужно найти более действенный способ добиваться подобного эффекта, так, чтобы не приходилось каждый раз пользоваться кем-то из стригоев. – Ее энтузиазм приугас. – Я бы хотела…

– Я знаю, – отозвался я. Я так и думал, что к этому все идет. – Но я не могу, Лисса. Я буду принимать таблетки.

Лисса кивнула, уступая.

– Я так и думала. Зря я спросила. Знаешь, а ты хорошо выглядишь – и не шути, что ты всегда прекрасен. Это что-то совсем другое. Свет. Счастье. Не знаю.

– Тут все не так безоблачно. Я на днях слушал «Стену». Сейчас я тебе выскажу свои впечатления!

– Как-нибудь в другой раз, – с улыбкой отказалась Лисса. – А пока что, может, ты сможешь просто помогать нам советами. Мы с Шарлоттой возвращали обращенных. Соня сама была возвращена. Мы с тобой воскрешали мертвых.

– Впечатляющее резюме, Ваше величество.

– Ты знаешь, о чем я. Мы достаточно сделали и достаточно повидали, чтобы вычислить, как произвести эту работу. Мы не позволим духу победить нас. – К ней снова вернулась прежняя восторженность. – Я не желаю славы, Адриан, но я желаю что-то оставить после себя. И это вполне может стать моим вкладом. Я не хочу стать одним из тех монархов, которые просто правили. Я хочу что-то сделать для моего народа.

– Кузина, ты ведь собираешься провести закон про возраст? И про количество родственников?

– Да! – Лисса посерьезнела. – Адриан… я собиралась сказать тебе об этом попозже. Совет скоро поставит на голосование закон о родственниках монарха, и насколько я могу сказать, у нас имеются все нужные голоса.

– Ничего себе! – вырвалось у меня. – Если эту поправку примут… Джилл будет в безопасности! Она сможет уехать из Палм-Спрингс!

Что означало, что Сидни тоже придется уехать.

– Я знаю. И ее примут. Я уверена.

У меня все поплыло перед глазами.

– И что тогда с ней будет?

– Она сможет вернуться ко двору, ходить в школу, учиться всякой придворной ерунде. – Лисса заколебалась. – И я была бы не против получше узнать ее. А ты, наверное, думаешь, что я плохо с ней обращалась.

– Ты сделала то, что должна была делать, – заявил я, не собираясь ничего ни подтверждать, ни отрицать. Обстоятельства поставили обеих сестер в очень скверное положение.

– Можешь сообщить ей новость, но остальным не надо, пока не пройдет голосование. Как только все будет улажено, мы просветим общественность.

Я отдал честь.

– Как прикажешь. – Я понял, что Лисса собирается закончить разговор. – Слушай, твоя худшая половина далеко? Мне нужно кое-что у него спросить.

В глазах Лиссы промелькнуло удивление. Мы с Кристианом не очень-то ладили.

– Конечно. Он рядом.

Лисса встала. Мгновение спустя на экране появился Кристиан со своей фирменной саркастической улыбкой.

– Адриан! – произнес он. – Нужен совет по прическе?

На полсекунды я остолбенел. Хотя тетя Татьяна и не преследовала меня наяву, она до сих пор жила в моей памяти. А все Озеры были похожи друг на друга, и глядя на Кристиана с его черными волосами и льдисто-голубыми глазами, я вдруг увидел вместо него его тетку – Ташу Озера. Прежние паника и депрессия нахлынули на меня, и я медленно, осторожно отодвинул их. Кристиан не виноват. Мы с ним друзья. Я могу совладать со своим приступом.

– Советы, украденные у моей персоны? Спасибо, не надо. Но я слыхал, ты знаешь отличный рецепт мясного рулета.

Он впал в ступор, и я почувствовал себя гораздо лучше.

– Ты что, начал готовить? – пробормотал он, в конце концов.

– Кристиан… Я – человек Ренессанса. Я могу все. В общем, пришли мне рецепт, я попробую его повторить. Если внесу усовершенствования, непременно расскажу тебе.

Кристиан ухмыльнулся.

– Пытаешься произвести впечатление на девушку?

– Готовкой? – Я указал на свое лицо. – Вот, что требуется, парень!

Закончив с королевскими проделками, я связался с Джилл. Я хотел сам сообщить ей новости про закон. Если честно, я решил ее куда-нибудь вывезти, но дампиры настаивали, что тогда кто-нибудь из их компании обязательно должен ее сопровождать. Меня подобный расклад не устраивал, поэтому мы с ней договорились встретиться у нее в школе, для «семейного» пикника. День выдался хороший, и у меня еще оставались оладьи. Большую их часть слопал утром Прыгун, прежде чем Сидни превратила его в статуэтку и забрала с собой, чтобы он некоторое время побыл при ней.

– Невероятно! – вырвалось у Джилл при виде выпечки.

Еще одна польза угасших уз заключалась в том, что я мог приукрасить свою роль в изготовлении оладий.

– А ты? Неужели ты присоединилась к импровизированной охоте на стригоя, не сказав мне! – бросил я.

Джилл вздохнула.

– Я бы рассказала, но некогда было. Все произошло чересчур быстро. Вот мы их преследуем, и вдруг – раз – и мы в центре событий!

– Да… ты тоже стала эпицентром.

Джилл покраснела.

– Хватит, Адриан. Это был обычный поцелуй. И потом мы поговорили. По его словам, ему надо подумать. Я теперь гадаю, что бы это значило. – Джилл вздохнула, как безнадежно влюбленная. – Возможно, он вовсе не ответил мне на поцелуй, а лишь пытался сообразить, как бы помягче отодвинуть меня.

– А он поцеловал тебя в ответ? – поинтересовался я.

– Да, я застала его врасплох.

– Крошка, он – страж. Они всегда начеку. – Очень забавно было наблюдать, как на ее лице расцветает улыбка. – Пора тебе завести собственный роман, – добавил я. – Вместо того чтобы наблюдать за моим.

Улыбка Джилл переросла в неприкрытую ухмылку.

– Я отчасти жалею, что уже не причастна к твоему внутреннему миру, – произнесла она. – Конечно, мое утверждение звучит странно. Нет, подглядывать мне не нравилось, но ощущать такую любовь… это потрясающе!

– Потерпи. Твой час настанет. – Солнце палило изрядно, но мы сидели в тени, и я растянулся на благоразумно прихваченном одеяле. – Только постарайся не лезть в драку со стригоями, ладно?

– Опасная выдалась схватка, – призналась Джилл. – Не только для моей жизни, но и для правления Лиссы – и куча последствий была бы, если бы я умерла.

Я прищурился.

– Странно, что ты упомянула о Лиссе…

Я поделился с Джилл новостями, о том, что она, возможно, не станет самой желанной мишенью для врагов Лиссы. Я сказал ей, что тогда она будет жить нормальной жизнью – насколько это доступно для принцессы, сводная сестра которой сидит на троне. У Джилл глаза сделались как два блюдца – того гляди, на лице перестанут помещаться.

– Я увижу маму… – Она сморгнула слезы. – Я привыкла к Палм-Спрингс… но я безумно по ней скучаю! Ты представить себе не можешь, как я иногда тоскую!

Я утешающе похлопал ее по руке. Мне не хотелось показывать, что не одна она скучает по матери.

Джилл совладала с эмоциями.

– А как же остальные? Они ведь разъедутся, да? На новые задания?

– Ага. Причин оставаться тут нет.

– И Сидни тоже, – добавила Джилл.

Я кивнул. Я понял это сразу же, как только Лисса ввела меня в курс дела.

– А ты что намерен делать?

– Понятия не имею, – сказал я честно. – Я приехал сюда ради тебя. Я по-прежнему хочу поддерживать тебя. Но нужно ли это при нынешнем состоянии уз? И как бы я мог составить компанию Сидни, когда она получит следующее задание? В Палм-Спрингс у нас есть повод видеться – совместная работа. Если же я брошусь за ней на другой край света… ситуация будет подозрительной.

– Она может уйти от них, как Маркус. – От сочувствия Джилл я чуть не расплакался. – Вы сможете спрятаться. Ты еще строишь планы побега?

Западная Вирджиния. Рим. Новый Орлеан. Фиджи. Швеция.

– Я просто шутил, – отмахнулся я. Мне по какой-то загадочной причине сделалось грустно. – Мне нужно встретиться с ней. Она пока ничего не знает, поэтому многое не решено.

Но сперва я хотел разобраться с Маркусом, передать ему чернила. Уже дома, я написал Сидни – предельно осторожно, потому что у меня не было Любовного телефона. «Все по-прежнему?» Ответ последовал быстро. «Пока, да».

Время еле ползло, в основном потому, что я извелся без Сидни. Я повозился с домашними заданиями и сбегал в кофейню – но увы, среди найденных моего телефона не оказалось. Оставалось лишь надеяться, что кто-нибудь нашел его в Карлтоне и передал на охрану. Иначе нам с Сидни придется заводить новые Любовные телефоны.

Потом я отправился к Джеки, открыл мне Маркус. С ним было двое незнакомых мне парней. У обоих были золотые лилии на щеках, без индиговой печати. Никак, подопытные кролики?

– Адриан, – произнес Маркус и шагнул вперед, чтобы пожать мне руку.

– Маркус. – Я ответил на рукопожатие. Надо же, до каких вершин мы добрались! А ведь через шестьдесят секунд после нашей первой встречи я попытался набить ему морду.

– Это Джейми и Чад. Я их подобрал в Нью-Мехико.

Я пожал руки и им, и тут в гостиную вошла Джеки. Я заулыбался. Я искренне рад был видеть ее.

– О, какие гости!

Она поставила поднос с чаем и лимонадом на стол и поцеловала меня в щеку.

– На сегодня свиданий не намечается? – поинтересовался я.

Глаза Джеки весело заблестели.

– Как же я уйду, когда надо принимать у себя нелегальное собрание? Не волнуйся, вас никто не потревожит. А если ты переживаешь про наши с Малахией отношения, то не беспокойся, мы встречаемся, и все у нас прекрасно.

– Переживаю? Нет. Озадачен? Слегка обеспокоен? Да. Но я не удивлен, что у вас все хорошо. Я уверен, что он ест у тебя из рук, сердцеедка.

Джеки рассмеялась.

– Ах, Адриан, я рада, что Сидни держит тебя под рукой, с тобой так весело!

– Я предполагал, что так оно и будет, – сказал Маркус, поблагодарив кивком за лимонад. – Кстати, о Сидни… Странно, что она не приехала еще час назад.

Я посмотрел на часы. На самом деле, она опаздывала на пять минут.

– Месяц назад так и было бы. Но теперь, когда сюда прислали ее младшую сестру, жизнь стала несколько… сложнее.

У Маркуса сошлись брови.

– А поподробнее можно?

Джеки подхватила на руку полосатую кошку.

– Думаю, это намек на то, что мне пора вернуться к себе в кабинет. Если вам что-нибудь будет нужно – обращайтесь, и пусть Сидни заглянет поздороваться, прежде чем соберется уходить.

Я устроился в гостиной с Маркусом и его веселыми парнями. Я стратегически захватил весь диван, чтобы на него никто не садился, пока Сидни не придет. Во всяком случае, чтобы люди не садились. Стоило мне усесться, как на диван запрыгнули три кошки и стали устраиваться поудобнее.

– Они призвали младшую сестру Сидни, – объяснил я Маркусу. – И прислали работать сюда. Ей хочется показать себя, и она с большим подозрением относится к деятельности Сидни – интересуется, где это она проводит столько времени или почему так дружески общается со всякими мороями.

Маркус помрачнел.

– Я ее предупреждал. Я ей говорил, что так и будет. Лучше бы она ушла со мной!

Я указал на емкость с чернилами – должно быть, ее принесла Джеки.

– Если б она ушла с тобой, она не сумела бы сделать вот это. Она, возможно, изменила всю твою стратегию, Робин Гуд. Эти чернила навсегда разрушают принуждение алхимиков, и при этом они не видны. Ты можешь повсюду заслать двойных агентов.

– Понимаю. – Он посмотрел на Джейми и Чада. Те восторженно взирали на своего вожака. – И поверь мне, я думал об этом. Но это очень опасно. Алхимики умеют выискивать предателей.

– Сидни тоже не простая девочка, – уперся на своем я.

– Точно! Но как я уже говорил раньше, невозможно выигрывать постоянно. Когда-нибудь да поскользнешься. На мелочах.

Я напустил на себя непроницаемый вид и притворился, что занят трехцветной кошкой, мурлыкающей у меня на коленях. Мелочи. Вроде секса в машине. Или ночевки в неподобающем месте. Или поиск меня в ломбарде. Или любой другой вещи, которую сможет обнаружить соглядатай алхимиков. Мы начинали все с добрыми намерениями, но Маркус прав. Мы сделались беспечны. Подняв голову, я увидел, что Маркус таращится на меня своими ярко-голубыми глазами. Пусть он и не догадывался про наши с Сидни отношения, но он знал, о чем я думаю. Я боялся, что Сидни угрожала реальная опасность.

– Ты можешь забрать ее отсюда? – спросил я.

Маркус кивнул.

– Ладно.

– Куда ты ее увезешь?

Западная Вирджиния. Рим. Новый Орлеан.

– Куда-нибудь, где она и дальше могла бы приносить пользу, но чтобы ей ни причинили вреда. – Маркус помолчал. Я понимал, что он действительно беспокоится о ней и о других своих рекрутах. – А она согласится?

– Да, – твердо произнес я, не желая упоминать о том, как нелегко будет уговорить ее бежать. И я пойду с ней.

Маркус задумался, потом взглянул на мобильник.

– И где она? Мне до ужаса охота поскорее разузнать побольше об этих чернилах.

Я тоже проверил время. Сидни опаздывала на пятнадцать минут. Я не мог припомнить ни единого случая, чтобы Сидни куда-либо опоздала. Я взялся за телефон, подумал над нейтральным сообщением и написал: «Все нормально?» Ответа не последовало, и я решил, что это добрый знак.

– Она, наверное, едет, – сообщил я Маркусу. – Она никогда не отвечает на смс за рулем.

Он хотел узнать про чернила, так что я постарался изложить ему суть, не упоминая про то, что Сидни использовала магию. Геологические подробности я помнил плохо, но Маркус все равно ими заинтересовался, равно как и новостями о вакцине от стригоев.

Когда прошло еще пятнадцать минут, я занервничал. Я позвонил Сидни, зная, что в машине она пользуется блютузом. Но мне ответил автоответчик. Маркус пристально взглянул на меня.

– Адриан, что происходит? – спросил он.

– Понятия не… погоди!

Мы прислушались к шуму подъехавшей машины. И почти сразу же застучали в дверь. Я немного удивился: почему Сидни не открыла дверь сама? Джеки поспешила на шум, но я оказался у двери первым…

И обнаружил за ней Эдди.

Одежда его была изорвана и испачкана, а правая щека покраснела и распухла. Взгляд у него был полубезумный – я никогда прежде не видел Эдди в таком состоянии. Меня охватили ужасные ощущения, тьма, отчаяние и страх, давно уже оставившие меня в покое, снова заявили о себе. Прежде чем Эдди успел произнести хоть слово, я понял, что случилось, по выражению отчаяния на его лице – таким же оно было, когда он не сумел спасти Мейсона. Я чувствовал, что выгляжу сейчас так же, как Эдди.

– Что случилось?! – воскликнула Джеки.

Но Эдди смотрел на меня одного.

– Адриан! – выдохнул он. – Я пытался, пытался… их было слишком много. Я не смог остановить их. – Он качнулся вперед и схватил меня за руку. – Я боролся, но они забрали ее. Это была засада. Я не знал, что она задумала. Ничего страшного не случилось бы, если бы она меня не перехитрила!

Он сунул свободную руку в карман и достал золотистого дракончика. Эдди протянул его мне, но я не мог к нему прикоснуться.

К нам подошел Маркус.

– О чем ты? Что произошло?

Я на миг прикрыл глаза, силясь успокоиться. Я не знал подробностей, но знал общий результат.

– Все рухнуло, – сказал я, взяв дракончика. – Середина не удержалась.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю