Текст книги "Разорван на куски (ЛП)"

Автор книги: Мэтт Шоу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Подарок второй

Кара узнала глаз, хотя и не привыкла видеть его вне глазницы. Это был глаз Джей Би. Карий глаз, который она привыкла видеть то полным похоти, то властным. Теперь он был мутным и безжизненным.

– Я думаю, это более очевидно, чем ступня. Можешь догадаться, что это символизирует в наших отношениях? – спросил Джарод, игнорируя страх, который испытывала его жена.

Кара продолжала бормотать:

– Я не хочу этого больше, я не хочу этого больше... – Она переключилась на: – Почему это происходит?

Джарод вырвал глаз из черепа Джей Би, когда тот кричал, умоляя о пощаде. Здесь же, как он его преподнёс, это должно было символизировать первый раз, когда Джарод «положил глаз» на Кару. Это было в местном супермаркете в их родном городе, где они оба выросли. Она была кассиром, а он – покупателем, когда впервые её увидел. Он не мог отвести от неё глаз – до такой степени, что задерживал свою собственную очередь. Он был так занят, глядя на неё, что не заметил, как кассир, обслуживающий покупателя перед ним, закончил и звал его. Каждый день – на этой и следующей неделе – он приходил в этот магазин, чтобы купить что-нибудь незначительное, надеясь, что ему удастся с ней поговорить. Каждый день в течение четырнадцати дней. Иногда он видел её, иногда нет. Когда видел, чувствовал, как его лицо краснеет, а сердце бьётся некомфортно быстро, до тошноты. Но до Кары он не был заинтересован в свиданиях. Своё время после школы он проводил с друзьями, играя в футбол или видеоигры, вроде Space Invaders. Теперь же он думал о том, как пригласить эту девушку на свидание и что вообще делать с ней, если она согласится.

– Почему ты это делаешь? – спросила Кара, по щекам которой текли слёзы.

– Потому что я пытаюсь нарисовать историю наших отношений. Ты помнишь, когда я впервые заговорил с тобой? Ты только закончила свою смену в супермаркете... Тебе никогда не давали много часов из-за твоего возраста, но ты всегда выглядела такой уставшей после этого, что мне было жаль тебя... Мне хотелось позаботиться о тебе и сделать так, чтобы тебе никогда больше не приходилось работать. С тех пор, как я работаю за границей в ненавистной мне работе, я, в некотором роде, сделал это для тебя, но какой ценой? Теперь ты дома, тебе скучно, а меня нет. Тебе одиноко. Мне следовало знать, что ты в конце концов найдёшь утешение в объятиях другого. Очевидно, что так и произойдёт, если подумать. И – не пойми меня неправильно – я знаю, что это, скорее всего, не имеет ничего общего с любовью, а больше с самим фактом близости с кем-то. Мы всего лишь животные, и у нас есть свои потребности, не так ли?

– О чём ты говоришь?

– Мы забегаем вперёд... – Он снова протянул глаз. Она снова отказалась его взять. – Ты помнишь, когда ты впервые поймала меня на том, что я «положил на тебя глаз»? Это был не первый раз, когда я это делал, просто первый раз, когда ты заметила. Я отвернулся, смущённый тем, что меня поймали. Когда я посмотрел на тебя, ты всё ещё смотрела на меня. Ты улыбнулась, и я покраснел. Затем, к счастью, мне удалось взять себя в руки, и я улыбнулся в ответ. Но я всё равно не смог заговорить с тобой. Не в тот визит. Но смог во второй раз. – Он вздохнул. – Мне просто хотелось бы вернуться в то время невинности. Один простой взгляд между нами, и мы знали, что подходим друг другу. Один простой взгляд, и ты знала, что нравишься мне, а я знал, что нравлюсь тебе. – Он сделал паузу, явно размышляя. – Вопрос в том, – спросил он, – как ты думаешь, сможем ли мы когда-нибудь вернуться в то время? Ты смотришь на меня и чувствуешь волнение?

Кара ничего не сказала. Она просто сидела, дрожащая, испуганная и бледная. Её глаза всё ещё были прикованы к отрубленной ступне на полу. Что он сделал?

– Я знаю, что ты встречалась с кем-то другим, но, – он сделал паузу. Он глубоко вдохнул и продолжил: – Я мог бы оставить это позади, потому что... Ну... – Он потянулся к следующему подарке. Это была одна из следующих по величине коробок. Он проверил этикетку, прикреплённую к верхней части коробки, и улыбнулся про себя. Очевидно, он взял правильную. Он поднял её и протянул Каре.

– Ты должна открыть эту, – сказал он ей.

– Я не хочу.

– У тебя нет выбора. Ты должна. Давай, мы почти закончили. Ты почти открыла все свои подарки на этот год.

– Я не хочу, блять, открывать её.

– Открой! – Он снова внезапно сорвался, всего второй раз с тех пор, как оттащил её от двери гостиной. Этого было достаточно, чтобы она поняла, что он на грани того, чтобы полностью потерять контроль. Учитывая то, что он сделал с Джей Би, она знала, что он может сделать то же самое и с ней. Часть её ожидала этого. В конце концов, она изменила ему. Она заслужила всё, что получила, не так ли? Она подавилась, когда её желудок сжался в тугой узел. – Пожалуйста, открой это, – сказал он – на этот раз спокойнее.

Кара закрыла глаза и открыла коробку. Она отложила обёртку в сторону, но не открыла глаза, чтобы посмотреть на то, что держит в руках.

– Тебе нужно открыть глаза, – сказал Джарод.

– Я не могу.

– Ты сделала самое трудное. Просто открой глаза и посмотри вниз.

Медленно, нервно, она открыла глаза и взглянула на то, что было спрятано в коробке, которую она держала. Учитывая то, как он говорил, прежде чем рассказать историю о том, как он «положил на неё глаз», она наполовину ожидала увидеть то, что увидела, но даже так – запах ударил сильно, и она снова подавилась.

– Ты ведь не собираешься... – начал он.

Он поморщился, когда Кара вырвала на пол.

Подарок третий и четвертый

– В тот самый первый раз в супермаркете, когда я увидел тебя за кассой, – начал объяснять Джарод, пока Кара вытирала рвоту с уголков рта. Она взглянула на коробку и окровавленное сердце внутри, пока Джарод продолжал: – Я знал с самого первого мгновения, как увидел тебя, что люблю тебя. – Он кивнул на сердце. – Это сердце символизирует то, что я чувствовал в тот день... – Его лицо внезапно помрачнело. Улыбка исчезла. – И ты, сука, всё испортила. – Из-за внезапной перемены в его выражении и тоне Кара не могла не посмотреть на него. Её сердцебиение участилось.

– Что?

– Независимо от того, толкнул ли я тебя в объятия другого, постоянно опростоволосившись... это не делает то, что ты сделала, нормальным. Если дома была проблема, если я каким-то образом тебя не удовлетворял – да, этот пидор рассказал мне обо всём, что я для тебя не делаю... Тебе следовало поговорить со мной. Ты должна была дать мне знать, чтобы я мог попытаться исправить это, или, если это было неисправимо, мы могли бы расстаться, и я сохранил бы хоть часть своего достоинства. Но нет, ты решила пойти и стать грязной маленькой шлюхой. Ты решила позволить другому мужчине надругаться над тобой. Он рассказал мне, как тебе нравилось, когда он тебя трахал. Он рассказал, как он тебя душил, пока вставлял, и как тебе нравилось, когда он играл с твоей задницей, пока ты была привязана к его кровати... Нашей кровати. Он рассказал мне всё, прежде чем я вырезал его язык и скормил ему. Я силой запихнул эту чёртову вещь ему в глотку, и на мгновение – я подумал, что уже убил его... Он начал задыхаться. Его лицо стало синеть... Я отступил, и он выкашлял его... Лежа там, на своей кровати – той, на которой он якобы тебя трахал снова и снова – он выглядел жалко. – Он рассмеялся. – Видела бы ты его сейчас.

– Мне жаль. Я не хотела...

Джарод поднял руку, чтобы заставить её замолчать.

– Даже не начинай. – Он объяснил: – Ты не хотела заниматься сексом с мужчиной снова и снова? Ты не хотела позволять ему делать то, чего мы сами никогда не делали? Ты не хотела... Отъебись. Такие вещи не случаются случайно. Ты либо планировала это с ним и дала согласие, либо он тебя изнасиловал. А если было последнее, ты бы не возвращалась за добавкой, хотя... – Джарод вздохнул. – Я слышал, это была одна из фантазий, которую ты разыгрывала.

– Мне жаль, – сказала она снова.

– «Мне жаль» не... – Он остановил себя. – Открой следующую коробку.

Отчаянно желая покончить с этим, Кара потянулась к следующей упаковке. Она была в коробке, похожей на ту, что она только что открыла. Дрожащими руками она начала стягивать обёртку, пока та не оказалась в её руке. Она посмотрела на коробку, а затем на мужа. В её глазах была мольба – умоляя его не заставлять её открывать коробку.

– Открой.

Медленно и нервно она снова принялась открывать створки коробки. Там, внутри, лежал отрубленный пенис в комплекте с усохшими яйцами. Кару не стошнило. Она не закричала. Она просто смотрела на него – что-то внутри неё сломалось.

– Ты знаешь, что это символизирует? – спросил Джарод.

Она подняла на него взгляд. Она не ответила, хотя могла бы догадаться.

– Я имею в виду, это не в масштабе, потому что мне пришлось работать с тем, что было, но, – продолжил он, – вот как ты заставила меня почувствовать себя. Ты заставила меня почувствовать себя огромным хуем. – Сказал он со смехом: – Опять же – это не в масштабе того, что я чувствую. Это просто даёт тебе представление.

Кара отставила коробку в сторону и крепко закрыла глаза, словно пытаясь заблокировать образы того, что она видела. Джарод просто стоял, наблюдая некоторое время.

– Итак, – спросил он, – тебе есть что сказать в своё оправдание?

– Мне жаль.

– И это всё?

– Я не хотела...

– Пожалуйста, не говори, что ты не хотела трахаться с ним. Тот факт, что ты это сделала – неоднократно... Ты знала, что делаешь. Ты хотела это сделать, и тот факт, что ты продолжала возвращаться за добавкой – очевидно, тебе это тоже нравилось... – Его голос затих.

Кара подхватила и продолжила свою мысль:

– Я не хотела причинить тебе боль.

Джарод не знал, что сказать. Была большая вероятность, что это правда. Она не хотела причинять ему боль, потому что не хотела, чтобы он узнал. Судя по тому, что говорил этот мёртвый сукин сын, дело никогда не было в любви. По крайней мере, с её стороны. Она просто использовала его, чтобы получить удовольствие, и если это действительно так – у неё никогда не было намерения, чтобы Джарод узнал, или чтобы она ушла от него. Однако это не делает ситуацию лучше.

– И всё же ты это сделала, – сказал он после дальнейшей паузы.

– Мне жаль. Я не хотела. Правда... – Она продолжила после небольшой паузы: – Я люблю тебя.

Джарод рассмеялся. Если бы она любила его, как говорит, то никогда бы не ушла к другому мужчине. Когда ты влюблён в человека, тебя не отвлекает другой. Это происходит только тогда, когда ты недоволен тем, что имеешь. Вот к чему всё это сводилось: она не была счастлива тем, что имела дома.

– Я много работаю. Я понимаю, почему ты пошла к кому-то другому. Ты расстроена, потому что меня нет дома, а когда я здесь, очевидно, я не удовлетворяю тебя – судя по тому, что Джей Би сказал тебе нравилось... – Джарод покачал головой. – Тебе просто нужно было поговорить со мной, и мы могли бы попробовать что-то, а теперь... – Он пожал плечами. – Теперь я не знаю, что делать и что думать.

– Я люблю тебя, – сказала она со слезами на глазах. Она посмотрела на посылки на полу, на тело, которое было разрезано на части. Она снова посмотрела на Джарода и повторила: – Я люблю тебя. – Она продолжила: – Пожалуйста, не оставляй меня... Я могу всё исправить...

Джарод улыбнулся.

– Я так и думал, что ты это скажешь, – произнёс он. Он знал, что она скажет что угодно, потому что – если не по какой-либо другой причине – она будет бояться за свою жизнь, после того, как ей преподнесли такие посылки. Однако тот факт, что она говорит это сейчас – идеально подходит для её последнего подарка.

Джарод потянулся к последней посылке и протянул её Каре. Она посмотрела на неё, слёзы теперь текли по её щекам.

– Я могу это исправить, – сказала она. – Я могу загладить свою вину.

– У тебя остался один последний подарок, который нужно открыть.

– Мне не нужно. Я понимаю, что ты говоришь... Я могу это исправить...

– Последний подарок важен, – сказал Джарод. – Оно завершает историю.

Он поднёс её ближе к Каре. Она вздохнула и вытерла слёзы с щёк, прежде чем взять у него коробку.

Подарок пятый

– Я могу всё исправить, – снова сказала Кара.

Джарод снова улыбнулся.

– Думаю, тебе стоит просто открыть последний подарок.

– Ты веришь мне, не так ли?

– Мой ответ на всё это находится в той коробке.

– Но...

Он снова повторил:

– Мой ответ на всё это находится в той коробке.

– Пожалуйста...

– Открой это.

Она посмотрела на коробку, а затем снова на Джарода. Он всё ещё улыбался. Обычно улыбка успокаивает, но – не эта улыбка. Она не была тёплой, приветливой. Во всяком случае, она заставила её чувствовать себя ещё более неловко в этой ситуации. Зная, что у неё нет выхода – по крайней мере, пока, – она разорвала бумагу. Чем быстрее она откроет, тем быстрее всё это закончится – так или иначе.

Содрав обёртку, она увидела, что это действительно ещё одна шкатулка для украшений. Однако края были испачканы красным, поэтому она знала, что прямоугольную коробку наполняют не украшения. Там не было ни браслета, ни ожерелья.

– Открой это, – сказал Джарод, подталкивая её. Предвкушение на его лице было очевидным. Он отчаянно хотел увидеть, как она откроет последний подарок. Он отчаянно хотел увидеть, сможет ли она сама понять. Хотя, учитывая шок, в котором она находилась от вида всех подарков, он в этом сомневался. Он кивнул на коробку во второй раз. – Открой это.

Кара вздохнула и сняла крышку. Как только она открыла и увидела содержимое, то закрыла глаза. Содержимое было извлечено из Джей Би вскоре после того, как Джарод вырвал его язык. Сначала язык, а затем губы – срезанные с его тела парой ножниц, украденных из собственного кухонного ящика Джей Би. Неуверенная, правильно ли она увидела, она открыла один глаз и заглянула вниз: две полоски розовой плоти, две губы.

– Ты понимаешь? – спросил Джарод.

Кара положила крышку обратно на шкатулку для украшений. Она не ответила Джароду. Ей не нужно было. Он был более чем счастлив объяснить, как и был рад объяснить остальные подарки.

– Это губы, – сказал он на случай, если она не поняла. – Всё, что ты сейчас говоришь – ты любишь меня, мы можем всё исправить, бла-бла... Всё, что ты говоришь мне прямо сейчас, – это чушь собачья. Ты просто отдаёшь дань вежливости. Ты говоришь то, что, по-твоему, я хочу услышать, но – на самом деле – у тебя нет намерения довести это до конца. В общем, ты лживая сука. Ты кусок дерьма и грязная, блядь, обманщица...

– Нет. Я могу всё исправить. Я могу наладить наши отношения.

Джарод улыбнулся.

– Отдаёшь дань вежливости. – Он продолжил: – У меня есть для тебя ещё один подарок.

– Ты сказал, что это всё...

Джарод подошёл к шкафу в другом конце комнаты. Он открыл его, и внутри действительно была спрятана ещё одна коробка. Загадочный пакет был по размеру похож на тот, в котором лежала ступня. Кара уже знала, что это будет не вторая ступня. Пока она продолжала нервничать, начал образовываться пот, отчего у неё зачесались подмышки. Джарод подошёл к ней.

– Хочешь, чтобы я открыл этот? – спросил он.

Она кивнула. Она больше не хотела ничего открывать. Она не хотела участвовать в этой больной игре. Она просто хотела найти нужные слова, чтобы сбежать от него. Убежать и найти помощь, прежде чем он навредит ей.

– Хорошо.

Джарод открыл последнюю коробку и достал из неё отрубленную руку. Рука была расположена таким образом, что средний палец был вытянут, а остальные пальцы и большой палец сложены, так что общий вид руки был похож на то, как если бы она показывала средний палец. Джарод рассмеялся.

– Пошла ты на хрен, – сказал он с игривой усмешкой.

Джарод бросил её в Кару, которая поймала, а затем сразу же уронила на пол. Прежде чем рука упала на пол – актуальность подарка была объяснена тяжёлым ударом Джарода ей в лицо. Удар, который немедленно лишил её сознания.

Ей оставалось винить только себя.

Джарод стоял над ней, его рука горела от удара. Он улыбнулся. Всё прошло по плану. Единственный вопрос теперь – что делать с этим беспорядком?

Эпилог

Подвал давно не использовался ни для чего. По крайней мере, ни для чего, кроме как свалки для хлама, который лучше забыть. Вещи, которые были недостаточно важны, чтобы держать в основной части дома, но слишком важны, чтобы выбросить вместе с остальным мусором. Теперь это была часть дома Кары, где ей предстояло жить, прикованной наручниками к трубам на стене. Только она и останки Джей Би – компания на то время, пока Джарода не было рядом.

Глаза Кары были красными и воспалёнными от слёз, которые она проливала с тех пор, как впервые проснулась здесь. Под глазами – тяжёлые чёрные мешки от недостатка сна. Её жирные волосы висели в беспорядке. Спутанный клубок, обрамлявший её бледное лицо. Далеко не та красота, что была у неё раньше, но Джарод не возражал. Ему она нравилась такой. На случай, если она выберется, сбежит от него... Попытается залезть в постель к другому мужчине. Теперь никто не будет достаточно отчаянным, чтобы захотеть её.

Она посмотрела вверх по лестнице подвала, когда дверь открылась, и появился Джарод. В его руках была серебряная миска, из которой когда-то кормили семейную собаку. Теперь она привыкла видеть её – в одно и то же время каждый день в течение последних пяти дней, что она была здесь. В ней не было ничего, кроме воды. Он спустил её по лестнице туда, где она была, и поставил перед ней на пол. Измученная жаждой, она сразу начала пить, пока её желудок урчал – отчаянно желая чего-то более твёрдого. Он давал ей воду каждый день, но твёрдой пищи, несмотря на её мольбы, не давал.

– Ты голодна? – спросил Джарод, хотя знал, каким будет ответ.

– Да.

– Хорошо. Будет приятно увидеть, как ты ешь, – сказал он.

Джарод посмотрел на останки Джей Би. Это должна была быть её еда. Избавиться от улик преступления, заморив Кару голодом настолько, чтобы она захотела это съесть. И только после того, как она употребит всё, что есть, он подумает о том, чтобы позволить ей покинуть пределы подвала. Он также совершенно ясно дал понять это Каре, и она снова начала плакать.

Джарод напомнил ей:

– Возможно, тебе стоит начать есть раньше, чем позже. Я дома всего пару недель, прежде чем снова уеду за границу, и – ну... не уверен, как долго ты продержишься здесь без того, чтобы кто-то приносил тебе воду, – сказал он. Он подмигнул ей, прежде чем повернуться обратно к лестнице.

– Пожалуйста, выпусти меня отсюда. Я никому ничего не расскажу об этом. Мы можем сделать так, будто ничего этого не было... – Пять дней, проведённых взаперти в подвале, и что-то надломилось. В её голосе был тон, в котором была доля правды. Если бы Джарод выпустил её сейчас, часть его честно верила, что она попытается вести себя как хорошая домохозяйка – напуганная тем, что ещё он может с ней сделать, если она попытается пойти против него. Тон, который предполагал, что она сломлена. Он улыбнулся и повторил своё предыдущее предложение.

– Поешь, и я позволю тебе вернуться в основную часть дома. А до тех пор... – Он пожал плечами, прежде чем снова повернуться к ней спиной. Ещё несколько недель, и он вернётся к работе. Единственное, о чём он теперь задавался вопросом, – будет ли она хорошей, послушной женой, с нетерпением ожидающей его возвращения, или она будет гниющим трупом, прикованным к трубам в подвале.

Время покажет.