![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tayna-skarlett-ohara-163166.jpg)
Текст книги "Тайна Скарлетт О’Хара"
Автор книги: Мэри Рэдклифф
Жанр:
Прочие любовные романы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 32 страниц)
* * *
После этого урока авторитет Морриса Спеншоу среди воспитанниц неизмеримо вырос. Скарлетт заметила, что девушки перестали называть учителя литературы обидными прозвищами, какие сохранили за другими преподавателями пансиона.
На уроки литературы стали ходить с большей охотой, слушали учителя с большим вниманием. Нередко по вечерам обсуждали то, что слышали в классе.
Скарлетт решила, что настало время провести второе заседание Клуба сумасшедших литераторов. «А не пригласить ли в грот самого мистера Спеншоу? – подумала девушка. – Ведь ему было бы приятно и интересно».
Но она рассудила, что это будет слишком смелым и даже рискованным шагом. Все-таки, каким бы близким и симпатичным ни казался им учитель, он был взрослым. Он принадлежал к клану воспитателей! «Нет, – рассудила Скарлетт. – Пусть подруги сами решат позвать его или нет, я настаивать не буду».
Одновременно с такими мыслями мисс О’Хара все отчетливей чувствовала ревность. Да, она ревновала к своим подругам мистера Спеншоу! Ведь было время, когда только она говорила всем им, что он стоящий человек. Никто с ней тогда не соглашался. А теперь, когда воспитанницы готовы были носить его на руках, Скарлетт просто зеленела от злости, когда например Клара Ковальски или Анна Сент-Уайт, широко раскрыв глаза начинали говорить:
– А еще мистер Спеншоу мне сказал на перемене…
Скарлетт умом понимала, что молодой учитель стал девушкам кем-то вроде старшего брата, но ее все равно коробило общее внимание всех воспитанниц к предмету ее давних симпатий.
Итак, у мисс О’Хара возникла идея провести второе заседание Клуба сумасшедших литераторов. Скарлетт высказала свое предложение Марианне и с удивлением услышала:
– Слушай, а ведь я тебе то же самое хотела сказать. Ты буквально с языка сняла эту идею.
Глаза подруги светились от предвкушения предстоящего ночного похода.
Нечего и говорить, что остальные девушки приняли на ура предложение очередной раз посетить грот.
Отправились тем же вечером. Скарлетт заметила, что Тина несла что-то объемное, завернутое в материю. Но она не стала приставать с расспросами. «Тина сама все расскажет, если захочет, – подумала Скарлетт. – А если не захочет, то расспрашивать бесполезно».
Тайна выяснилась сразу же. Когда девушки расселись, как и в первый раз, на одеялах вокруг ящика, Тина с торжественным видом распаковала и поставила на импровизированный стол старую керосиновую лампу.
– Вот! – объявила она. – Как вы думаете, что это такое?
– Как что? – пожала плечами Барбара. – Лампа!
– Нет, – усмехнулась мисс Тейлор. – Это бог грота!
С этими словами Тина поднесла зажженную спичку к фитилю. Появился маленький огонек. Он увеличился, когда девушка покрутила фитиль.
– Вот, – сказала она. – Теперь этот бог на нас смотрит.
Веселушка стояла, сцепив ладони у груди и любовалась результатом своего труда.
– Ну и ну, – проговорила Молли. – Ты стала поэтессой.
Другие девушки восхищенно вздыхали.
– Да, – вдруг проговорила Молли Харрисон. – Все это красиво: бог грота, ночные походы, романтика, стихи… Но я не могу жить без одного молодого человека, и при этом не могу с ним разговаривать…
– Что? – не поняла Скарлетт. – Что это ты такое мудришь?
– Попытаюсь объяснить, – горестно промолвила Молли. – Я не знаю, со мной это творится уже давно. Я все молчала, подружки. Но теперь… Может быть, это грот на меня так подействовал?
– У тебя был молодой человек, – подсказала Марианна Мак-Коунли. – Если я не ошибаюсь, его звали Чарли Криггс. Что изменилось с тех пор? Тебе понравился другой?
– Бог мой, как ты могла подумать такое? – воскликнула Молли. – Нет, я говорю все о том же Чарли Криггсе. Но вот что происходит. Хоть я постоянно думаю о нем, я не могу проговорить с ним и пяти минут…
– Как это? – спросила Тина.
– А вот так! – кивнула Молли. – Чарли несколько раз уже подкарауливал меня то у ворот, то у этого самого пролома в стене, через который мы ходим сюда. И я не скажу, что не жду встреч с ним. Но только он открывает рот, как я ничего не могу с собой поделать. Меня просто душит желание поскорее отправить его домой. А он только обижается…
Скарлетт посмотрела на девушку ободряюще:
– Но ведь он приходит снова?
– Приходит, – кивнула та. – Но, думаю, что скоро его терпение иссякнет. Как он сможет узнать, что на самом деле он мне не безразличен? Он решит не быть назойливым.
– Но я не понимаю, – сказала Скарлетт. – Что с тобой происходит?
– Если бы я знала, – вздохнула Молли. – Я бы тогда решила свои проблемы сама.
– А по-моему, – предположила Тина. – Ты, подружка, просто смущаешься. Точнее говоря, ты боишься своего молодого человека. Только сама себе не признаешься в этом. Так сказать, не осознаешь. Боишься его, и потому стремишься избавиться от предмета страха.
– От страха? – наморщилась Молли.
– Именно!
Молли хотела что-то сказать, но тут в разговор вступила Клара:
– Но ведь ты же кричала тогда на уроке вместе с нами! Ты можешь преодолеть свое смущение!
– Так то – на уроке! – протянула Молли. – Ведь там мы были все вместе!
– Нет, так не пойдет, милая, – покачала головой Скарлетт. – Тина, по-моему, права. Нельзя так смущаться.
– Если бы я могла потренироваться, – захныкала маленькая мисс Харрисон. – Вот как Клара. С третьего раза закричала. Я бы тоже, немного потренировавшись, пересилила бы себя.
Скарлетт хитро посмотрела на Молли, потом на подруг.
– Немного потренировавшись? – и тряхнула головой. – Хорошо! Мы устроим тебе тренировку! Марианна!
Мисс Мак-Коунли подняла голову:
– Что?
– У тебя это должно лучше получиться… Ты у нас будешь Чарли Криггсом…
Марианна оценила то, что Скарлетт не выдала тайны ее увлечения театром. Но все же предложение соседки по комнате было неожиданным.
– Что? – воскликнула Марианна. – Но я даже не видела его!
– Ну и что? – парировала Скарлетт. – Молли его тебе опишет! Молли!
– Что?
– Какой из себя твой Чарли?
Молли задумалась.
– Он… красивый, – наконец, произнесла она.
Скарлетт издала стон.
– Красивый? Марианна, понимаешь? Будешь изображать красивого молодого человека!
Марианну стала захватывать идея Скарлетт. Она улыбнулась и кивнула:
– Молли скажет, получается у меня или нет.
Мисс Мак-Коунли встала и прошлась по пещере.
Девушка постаралась передразнить походку делового человека, который куда-то спешит, совершенно не думая ни о чем постороннем, как только о своей работе. Подбородок у груди, плечи опущены, спина согнута. И при этом утрированно широкие шаги.
Девушки захихикали.
Правда, Марианне было нелегко изобразить этого абстрактного молодого человека, так как площадь грота была невелика. Пролетев вышеописанным образом несколько шагов, девушка уткнулась в стену.
Вдобавок она ударила коленку и присела, морщась от боли.
– Искусство требует жертв! – констатировала Тина. – Послушай, Марианна, у тебя настоящий талант!
– Скажешь тоже! – простонала, превозмогая боль, Марианна. – Ну как, Молли, хоть немного похоже?
Но мисс Харрисон отрицательно покачала головой.
– Нет, нисколько.
– Черт возьми, – вздохнула Марианна. – Вот и я чувствую, что не очень-то у меня мужчина получился.
Скарлетт, отсмеявшись свое, сорвалась с места.
– Это все потому, что ты в платье, а мужчины ходят в штанах. Поверь мне, от этого все неприятности!
– И то, что я ударилась, – мрачно пошутила мисс Мак-Коунли.
– Не исключено! – парировала Скарлетт. – Я вообще удивляюсь, как это ты, летая туда-сюда в этой полутьме, не запуталась в подоле и не упала. Тебе нужно просто освободить ноги. Получится полное ощущение, что ты – мужчина!
– А ты-то откуда знаешь? – спросила недоверчивая Барбара Форман.
– Знаю, – кивнула Скарлетт. – Мне приходилось в детстве бегать в штанишках. К тому же, один мой сорванец-приятель надевал на спор мою юбку. Он подробно мне рассказывал о своих ощущениях. Так что в случае с Марианной нужно только эти рассуждения зеркально перевернуть. Результат тот же.
Девушки захихикали.
– Но я не смогу здесь снять платья! – с улыбкой отмахнулась мисс Мак-Коунли. – Давай как-нибудь обойдемся без этого!
– А зачем снимать? – воскликнула Скарлетт. – Смотрите, как можно сделать! Ведь оно прекрасно задирается!
С этими словами девушка вскочила на ноги и, сжав в кулачках подол платья, подняла его выше коленок и завела руки за спину.
Получилось, что на Скарлетт платья будто бы и нет. То есть оно сверху есть, а ниже пояса – панталончики с кружевными оборками.
– Ой, какие у тебя ножки! – пропищала восхищенная Барбара. – Мне бы такие!
Мисс О’Хара нагнулась и посмотрела на свои коленки.
– Ноги как ноги! – она пожала плечами.
Потом Скарлетт, не отпуская подола платья, прошлась по гроту, повторяя ужимки Марианны.
Девушкам снова стало весело, заулыбалась даже Молли.
– Ну как? – спросила Скарлетт. – Я себя чувствую мужчиной. Честное слово. Ко как это выглядит со стороны?
Молли взмахнула рукой и проговорила:
– Ладно, Скарлетт, хватит! Я ценю твою идею, но мне достаточно будет обычного вида Марианны.
– Точно, – сказала Тина. – Пусть Марианна опустится на одно колено. Как делают в романах…
– Только не на больное! – с жаром воскликнула мисс Мак-Коунли.
– Естественно, – заверила Тина, прижимая руки к груди. – Как ты могла подумать, что я не беспокоюсь о твоем здоровье!
Хихиканье.
Скарлетт посмотрела на подруг и отпустила подол. Через секунду платье приняло первоначальный вид, благо, оно было сшито из плотной материи.
– А ты, – Скарлетт повернулась к втянувшей голову в плечи мисс Харрисон. – Представь, что перед тобой твой Чарли. Как он к тебе обращается?
– Мисс Харрисон, – подала голос Молли.
– О Боже! Он даже не зовет тебя по имени!
Скарлетт не могла спокойно говорить от возмущения – ее всю колотило.
Мисс Харрисон, напротив, была преисполнена самого натурального спокойствия.
– Да. Я ему не разрешила.
– Молли, положительно ты дурочка, – процедила сквозь зубы Скарлетт. – Каменный век. Парень ей нравится, а она держит его в черном теле.
Мисс О’Хара оглянулась на подруг, как бы предлагая присоединиться к осуждению такого поведения.
– Она делает все, чтобы от него избавиться! – добавила Барбара.
– Нет, так нельзя, – заявила Клара Ковальски.
– Конечно, – кивнула Скарлетт. – Если меня не хочешь слушать, то послушай их! – она показала рукой на девушек. – Ты должна перебороть себя. Мы с Марианной сейчас тебе поможем. Проведем, так сказать, игру… Марианна, начни пожалуйста. Представь, что ты – это Чарли. Молли, что там такое тебе Чарли говорит всегда?
– Ой, нет, – замахала руками мисс Харрисон. – Я не могу. Нет, не могу.
– Перестань, – сказала Марианна. – Мы поможем тебе. Ты еще сама потом будешь благодарить нас. Ну, если не хочешь играть, как в театре, тогда просто расскажи, зачем Чарли приходил к тебе в последний раз. Кстати, а когда это было?
– Вчера вечером! – сказала Молли.
– И чего он хотел?
– Пригласить меня на свой день рождения.
– А ты?
– А я отказала. Как всегда. Сказала, что ни за что не пойду.
В разговор Марианны и Молли вмешалась Клара Ковальски.
– У тебя что, просто язык не поворачивался согласиться? – мисс Ковальски говорила на повышенных тонах. – Ведь это так легко – согласиться! Поставь себя на место мужчины – им гораздо труднее, потому что надо упрашивать. А тебе что? Согласилась – и все!
– Давай все-таки попробуем, – Марианна подошла к Молли и взяла ее за руки. – Вот смотри, я – это Чарли… Не могли бы вы, мисс Харрисон, согласиться посетить меня?
Молли посмотрела на Марианну, шмыгнула носом и вдруг заговорила:
– Посетить? А по какому поводу?
Слова давались ей сперва с трудом. Молли оглядывалась на подруг, потом постепенно перестала замечать их и уже говорила с одной Марианной:
– Почему это вы меня решили пригласить к себе, мистер Криггс-младший?
– Но у меня день рождения! – ответила Марианна. – Вы сделаете мне огромное одолжение, если согласитесь на этот визит, дорогая мисс Харрисон.
Молли смотрела, как на лице собеседницы плясали тени. Марианна старалась говорить басом, чтобы больше походить на мужчину.
– Я давно слежу за вами, мисс Харрисон, – говорила молодая артистка, все больше входя в роль. – Я каждый день прихожу к этим – девушка показала рукой на стену грота, – каменьям, чтобы хоть на один момент иметь счастье увидеть ваш лик. Не откажите мне, мисс Харрисон, потому что вы осчастливите меня до конца дней моих…
Молли смотрела не мигая, но со стороны казалось, что она глядит не на Марианну, а куда-то дальше. Видимо мисс Харрисон действительно представляла перед собой настоящего Чарли Криггса.
– Боже мой, как красиво-то! – вздохнула Барбара. – Молли, ну ответь ты ей… ему!
Глаза той, к кому обращалась Барбара, постепенно наполнились слезами.
– Чарли, я согласна! – прошептали губы Молли.
Она опустила голову под внезапно раздавшиеся аплодисменты девушек.
– Ну вот и все, Молли! – сказала Анна Сент-Уайт. – Видишь, ты сейчас сделала две вещи, причем абсолютно спокойно. Ты назвала своего молодого человека по имени и согласилась прийти к нему на день рождения. Почему бы тебе не повторить ему эти слова, когда он посетит тебя в очередной раз? Ты так обрадуешь его!
– Точно, Молли! – поддержала Анну Скарлетт. – Ты запомни эти чувства, которые у тебя возникли в момент твоих слов. А если трудно, мы запросто сможем повторить. Правда, Марианна?
Юная актриса посмотрела на Скарлетт, потом на Молли и молча кивнула.
Молли встретилась взглядом с той, которую только что принимала за Чарли.
– Ты, Марианна, здорово мне помогла. Но не надо больше изображать Чарли, ведь он совсем не такой. Да и я все запомнила. А тебя я готова расцеловать.
И мисс Харрисон подошла к соседке Скарлетт, порывисто обняла ее и чмокнула в щечку.
Марианна потупилась, а когда снова подняла глаза, ее лицо приняло обычное чуть насмешливое выражение. Скарлетт посмотрела на свою соседку с настоящей гордостью:
– Марианна, ты просто молодец! Я так рада за тебя! Я уверена, что из тебя выйдет прекрасная актриса!
Скарлетт сказала и тут же осеклась. Но девушки не поняли, что мисс О’Хара проговорилась. Они оценили актерский талант Марианны Мак-Коунли и подумали, что Скарлетт сказала комплимент подруге в общем смысле.
Иного мнения была сама Марианна. Она просияла и взволнованно заговорила:
– Ну вот, правда! Теперь у меня в запасе мужская роль!
И, посмотрев на соседку, добавила:
– Да ладно, Скарлетт, я думаю, давно можно было сказать о том, что я собираюсь стать актрисой.
– Ты? Актрисой? – недоверчиво протянула Барбара Форман. – А где ты будешь играть?
– Как где? – воскликнула она. – В нашем городе есть театр!
– Ну и что? – не сдавалась Барбара. – Театр сам по себе! Мы ведь живем в пансионе. Нас туда не выпустят даже на просмотр спектакля! Ты не сможешь сейчас проникнуть в театр! Только если таким же образом, как в этот грот. Ты что же, Марианна, намерена ждать окончания курса обучения?
– Нет, – ответила мисс Мак-Коунли. – Дело в том, что я на свой страх и риск предприняла кое-какие шаги. И, самое удивительное, получила положительный результат.
– О чем это ты? – заинтересовалась Тина.
– Городской театр будет ставить пьесу Вильяма Шекспира «Ромео и Джульетта». Я решила попробоваться на роль Джульетты…
– И что? – не дослушала до конца Барбара.
– Режиссер написал мне, что ему я понравилась больше всех…
Тина подскочила к Марианне и принялась тормошить ее.
– Так ты действительно будешь актрисой? Тебя заметили? Мы учимся рядом с гениальностью?
– Отстань, Тина, – вяло отмахивалась Марианна. – Какая там гениальность…
– Мы видели, какая! – говорила мисс Тейлор.
Марианна напустила на себя страшно недовольный вид, но Скарлетт была все равно уверена, что соседке приятна реакция подруг.
И причиной всего надо было считать оригинального учителя литературы, который меньше месяца назад принялся доказывать девушкам, что они вовсе не ординарные особы.
ГЛАВА 10
В один прекрасный день мистер Моррис Спеншоу озадачил девушек тем, что предложил им всем покинуть класс и выйти во двор.
Девушки вышли и стали перед клумбой. Через несколько секунд на ступенях пансиона показался учитель. Он быстро подошел к воспитанницам и проговорил:
– Так, прекрасно. Вы догадываетесь, зачем я перенес урок литературы сюда?
– Нет! – ответила за всех Скарлетт.
Мистер Спеншоу посмотрел ей в глаза.
– Неплохо, – оценил он. – Неплохо, что вы набрались смелости сказать за ваших подруг. Сегодня мы говорить не будем. Мы будем ходить.
И учитель, не замечая удивленно-недоуменных взглядов, которые устремились на него со всех сторон, продолжил:
– Для начала я попрошу мисс Скарлетт пройтись вокруг этой клумбы. А все постоят и посмотрят.
Скарлетт сделала круг степенной походкой.
– Спасибо, – поблагодарил учитель. – Минутку терпения, и вы все поймете. Теперь пусть пройдет мисс Анна Сент-Уайт…
В течение непродолжительного времени мистер Спеншоу заставил каждую девушку обойти клумбу. Остальные, до предела заинтригованные, наблюдали.
– Вы обратили внимание, что каждая из вас двигается по-своему? – спросил учитель, когда последняя из воспитанниц, Барбара Форман, семеня, приблизилась к классу с другой стороны клумбы. – Анна Сент-Уайт идет спокойно, думая, что рано или поздно она достигнет цели. А мисс О’Хара, например, думает: как бы скорее добежать?
Девушки захихикали.
– Но я вас попросил пройтись не для того, чтобы исправить вам походку, – сказал учитель. – Этим занимается мистер Спулл на уроках танцев. Меня интересует другое. Меня интересует, как ваши души, милые леди, соответствуют вашим походкам.
Он передохнул и окинул взглядом щурившихся на солнце девушек.
– Я хочу успокоить вас, молодые дамы, – улыбнулся учитель. – Вы ходите просто великолепно. Занятия танцами пошли вам на пользу. Вы грациозны, независимы, привлекательны… Особенно мисс О’Хара и мисс Харрисон… Когда-то вы сюда приехали неловкими пухленькими девчушками?
Воспитанницы переглянулись.
– А я хочу сказать, что душа находится в связи со всеми частями тела, милые воспитанницы. Да, да, мисс Форман, не морщите ваш очаровательный носик! И на моих уроках вы можете не только развить чувства души, но и, как следствие, добиться еще более отточенной походки… – Мистер Спеншоу усмехнулся. – Как я понимаю, вас всех это серьезно интересует.
– Конечно! – сказала Скарлетт, набравшись смелости. – Мы просто не сможем спать спокойно, если вы нам не отточите походку!
Все засмеялись.
– Хорошо, – кивнул учитель. – Если честно, мне просто надоело находиться все время в классе. Что это такое – однообразные уроки…
Девушки зашушукались, отмечая необычную откровенность мистера Спеншоу.
– А теперь урок окончен, – неожиданно объявил учитель. – Погода прекрасная! Можете пройтись по двору и отработать вашу походку. А можете присесть на скамейку с книжкой и порадовать душу. И если вам такая мысль по душе – можете наградить меня аплодисментами.
Девушки весело переглянулись и стали хлопать в ладоши.
– Мы тоже можем сказать вам честно! – воскликнула Тина Тейлор. – Побольше бы таких уроков литературы, господин учитель!
Моррис поблагодарил девушек за откровенность и распустил класс. Он не видел, что из окна второго этажа за ним и его уроком наблюдала хозяйка заведения миссис Хиггинс, тщетно пытаясь разгадать причину досрочного окончания занятий по литературе…
* * *
Молли Харрисон вышла в сад, потому что в глубине души чувствовала: Чарли сегодня придет наверняка. «Его не было уже три дня! – думала девушка. – Почему он не приходил сюда? Потому что обиделся на мое поведение? На то самое, от которого девушки отучали меня в гроте? Но ведь он отходчив, мой Чарли! Неужели он не придет? Я просто не выдержу, если он не появится сегодня вечером!»
Молли в эти три дня каждый вечер пребывала примерно в том же настроении. Она гуляла по саду, по двору. Подходила к воротам, выглядывала на улицу. Подходила к пролому в стене и долго оставалась там.
Чарли все не было, не было даже никакой записки от него.
И вот настал третий вечер. Молли даже не сразу отважилась направиться к пролому в стене. Она размышляла: «А может быть мне лучше не стремиться увидеться с ним? Что принесет мне это свидание? Я готова ему признаться в любви, а он может быть появится только для того, чтобы объявить мне о своем согласии по моим настойчивым просьбам отступиться от меня. Не лучше ли оставить все так как есть?»
Тяжелы и мучительны были эти размышления! Но в конце концов Молли сама не заметила, как ноги принесли ее в заброшенный уголок пансионного сада.
– Эй! – раздался вдруг тихий голос. – Мисс Харрисон! Добрый вечер!
Молли оглянулась. Чарли Криггс выходил из-за дерева. Оказывается, он уже проник на территорию пансиона некоторое время назад и на свой страх и риск решил совершить путешествие по пансионному саду.
Молли не рассердила, наоборот, ее рассмешила форма неожиданного обращения к ней парня. «Эй!» – сказал он безо всяких вежливых ухищрений, потому что не этот возглас шел из глубины души. Чарли как только увидел девушку, так сразу и крикнул, опасаясь, что Молли его не заметит.
– Добрый вечер! – приветливо отозвалась Молли. – Что случилось?
Она постаралась вести себя так, словно перед ней была одна из ее подруг.
– Ничего, – ответил Чарли. – Просто сегодня мой день рождения.
Молли округлила глаза:
– Так это сегодня ваш день рождения? – она встряхнула головой. – Вот уже не думала, что успею вас поздравить… Вы ведь мне говорили об этом довольно давно…
– Правильно, – кивнул Чарли, – говорил давно, потому что хотел пригласить заранее. Но сам день рождения – именно сегодня. Мисс Харрисон, – юноша покраснел, но не отвел пристального взгляда от лица девушки, – а вы в самом деле хотите меня поздравить с праздником?
– Да!
– Тогда поздравьте, если вам не трудно, – попросил Чарли. – Знаете, для меня это так важно…
– Ну что же, – сказала, чуть помешкав, Молли. – Поздравляю от души…
Она подошла к юноше, взяла его за руку и легонько пожала холодные дрожащие пальцы. Как только Чарли почувствовал ладонь девушки, он перехватил ее, опустился на колени, и припал губами к девичьей руке.
Молли, сама не зная отчего и удивляясь собственной смелости, принялась гладить молодого человека по голове.
– Мой дорогой Чарли, – бормотала она. – Мой дорогой Чарли…
По щекам девушки текли слезы.
– Что? – вскричал молодой человек. – Мисс Харрисон! Не ослышался ли я?
– Нет, Чарли, нет, – принялась повторять Молли. – Ты не ослышался, мой дорогой. Я зову тебя по имени, и ты тоже можешь обращаться ко мне так. Пожалуйста, не надо больше мисс Харрисон, пусть будет просто Молли…
Юноша поднялся с колен и посмотрел девушке в глаза.
– У тебя сегодня день рождения, – сказала Молли. – Прости меня, я чувствую себя последней дурой. Ведь я не смогу пойти к тебе. Меня никто не отпустит.
Чарли Криггс смотрел на Молли во все глаза. Он все еще боялся поверить своему счастью. Ведь все произошло так неожиданно…
А Молли продолжала:
– Хотя нет, о чем это я? Если хочешь, я сейчас же пойду к миссис Хиггинс и все ей расскажу. Я скажу, что вернусь в пансион еще до наступления темноты, и, я уверена, она меня отпустит. А если она вдруг будет против, то я скажу, что за мной присмотрит миссис Штикк. Ведь она будет у тебя сегодня вечером?
– Молли, Молли, – с грустной улыбкой остановил ее молодой человек. – Ничего не будет, я попросил отца и мать отменить праздничный вечер…
– Но почему?
– А ты не догадываешься? Потому, что ты не хотела соглашаться прийти ко мне. Понимаешь? Зачем мне праздник, если я не смогу увидеть там тебя? Я все рассказал отцу, и он меня понял. Он сказал матери: не надо мучить Чарли.
Молли от изумления молчала целую минуту.
– Чарли? Я и не подозревала, что доставляю тебе столько боли. Милый мой, прости меня, пожалуйста, ну прошу тебя.
Молодой человек порывисто обнял ее.
– Не стоит, дорогая моя, теперь об этом говорить. Что было, того уже не вернуть…
Потом он оживился:
– Но ведь это в конце концов не важно! Теперь я чувствую, что мне не нужен этот праздник дома.
– Правда? – отстранившись от него, спросила девушка. – Ты действительно так думаешь?
– Конечно, дорогая, – сказал Чарли. – И я не грущу, совершенно не грущу. Ты только что мне сделала настоящий подарок.
– Но чем же?
– Как чем? Своими словами! Скажи, Молли, – Чарли принял серьезный вид и даже немного заволновался. – А это значит, что ты не будешь отправлять меня, когда я буду приходить к тебе?
– Конечно не буду! – воскликнула мисс Харрисон. – Хватит, я достаточно тебя помучила. Теперь ты можешь приходить ко мне в любое время, только не во время уроков, конечно, и настала твоя очередь помучить меня!
– Мучить тебя? – молодой человек счастливо рассмеялся. – Нет, я не буду тебя мучить. Я тоже был порядочный зануда. Приходил сюда, когда мне вздумается, подстерегал тебя… Да кто угодно мог начать бояться такого преследования, не только ты, моя маленькая…
И он снова привлек девушку к себе.
– Теперь я не буду преследовать тебя, уж я тебе обещаю, – продолжал юноша. – Я буду появляться, только если ты меня позовешь. Правда, я не знаю…
Он в нерешительности замолчал.
– Что, милый? – спросила девушка.
– Я не знаю, позовешь ли ты меня? – сказал Чарли.
Он отважно взглянул собеседнице в лицо, ожидая сурового приговора.
– Позову, – кивнула Молли. – Обязательно позову.
Юноша тихо застонал, потом отошел на полшага от девушки и опустился на густую траву. Он лег на спину и уставился в небо. Потом закрыл глаза.
– Что случилось? – забеспокоилась Молли. – Тебе плохо?
Не открывая глаз, молодой человек вместо ответа отрицательно качнул головой. Потом вновь заговорил:
– Мне, наоборот, слишком хорошо, – ответил он. – Подожди, маленькая моя, не спрашивай. Дай мне привыкнуть к тому, что произошло.
Молли замолчала. Она присела рядом с Чарли, сорвала травинку и стала бездумно грызть ее.
– Но что с тобой случилось? – спросил наконец Чарли. – Почему ты так резко изменила отношение ко мне? Я еще до сих пор не верю, что ты – это ты!
Молли вздохнула.
– Это я, – тихо сказала она. – Но и не только я…
Чарли привстал на локте.
– Как это?
– Понимаешь, – принялась объяснять девушка. – Ведь ты всегда мне нравился. У меня просто смелости не хватало сказать тебе об этом. Ко мне помогли мои подруги.
– Ты им рассказала обо мне! – воскликнул юноша.
Молли кивнула.
– Ну да, а что мне оставалось делать? Я чувствовала, что поступаю плохо, неправильно… Но ничего не могла с собой поделать.
– А они?
– Они мне объяснили, что я – самая настоящая дура, – горестно усмехнувшись, проговорила Молли. – И, знаешь, перебороть себя мне помог еще один человек…
– Как?! Еще один!
– Ты сердишься?
Чарли ласково посмотрел на нее.
– Пожалуй, нет. Но кто еще помог тебе, что это за история?
– Это наш учитель литературы. Он совершенно особенный человек. Он нас всех, не только одну меня, заставил посмотреть на самих себя с другой стороны. Заставил поверить в собственные силы…
– Ох, Молли! Ты рассуждаешь, как мужчина!
Девушка улыбнулась.
– Тебя это пугает?
– Нет, – покачал головой Чарли. – Но это все так необычно.
Он сел и положил руку девушке на плечо.
– Молли, как его зовут?
– А зачем тебе? Нет, пойми меня правильно, Чарли, я вовсе не хочу сказать, что не доверяю тебе. Но зачем тебе знать имя учителя?
– Я скажу миссис Штикк, чтобы она как-то отметила этого вашего учителя. Судя по твоему рассказу, он в высшей степени высокородный и, главное, талантливый человек!
– Ты еще с ним познакомишься, я уверена. Но говорить что-либо ни миссис Штикк, ни кому-то другому не следует, – подумав, решила девушка. – Знаешь, у него, этого учителя, некоторые сложности с миссис Хиггинс.
– Нелады? Да этого человека надо носить на руках!
– Это ты так думаешь, и так думаем мы, воспитанницы. Потому что мы молодые люди, у нас нет предрассудков. Но мне кажется, что миссис Хиггинс думает иначе. По ее мнению, у нас в пансионе должны сохраняться добрые старые традиции. Пансион благородных девиц! Этим все сказано.
– Но ведь это она пригласила вашего учителя на работу?
Молли кивнула.
– Да, но пусть она лучше не будет знать, как этот человек проявляет себя. Насколько он прогрессивен. Мне кажется, он просто обогнал свое время…
– Послушай, – Чарли смотрел на девушку восхищенными глазами, – я и не предполагал, что ты у меня такая умная! Твои рассуждения о времени…
– Они шокируют тебя?
– Признаться, да…
– Хорошо, я буду молчать, если ты хочешь. Я не хочу выглядеть умнее тебя.
– Перестань, – засмеялся молодой человек. – Ты слишком плохо думаешь обо мне. Мне будет только приятно, если я буду нравиться такой образованной и разумной девушке как ты!
Молли нерешительно посмотрела на юношу.
– А твои родители?
Вопрос мисс Харрисон поверг юношу в изумление. «Она думает о моих родителях, значит она всерьез относится ко мне! – мелькнуло в голове молодого человека. – Боже мой, чем я заслужил такое счастье!»
– Молли, дорогая, уверяю тебя, что мои родители – порядочные люди и самых прогрессивных взглядов.
– Нет, – лукаво улыбнувшись, покачала головой девушка. – Знаешь, как бывает – человек проявляется в конкретных обстоятельствах…
– Не надо бояться, Молли. У тебя есть защитник, это я. К тому же, если папа или мама что-то плохое подумают о тебе, я поссорюсь с ними на всю жизнь.
– А как они думают обо мне сейчас?
– Уверяю, они души в тебе не чают! Ты на них произвела самое благоприятное впечатление!
– Неужели?
– Представь себе!
Молли закрыла глаза.
– Им хватило одного вечера…
– Но они знакомы с твоими родителями, – напомнил ей молодой человек.
Девушка недоверчиво усмехнулась.
– Знаешь, если на то пошло, я могу тебе открыть один секрет, – сказал, поколебавшись, Чарли.
– Да?
– Ты понравилась моему отцу, – заявил Чарли.
– С самого первого момента…
– С какого это момента?
– С самого начала. Особенно с нашей первой встречи.
– Но почему? – растерянно спросила Молли, вспомнив свое первое смущение на пороге дома Кризисов.
– Он смотрел тогда не столько на тебя, сколько на меня. И когда он увидел, что я краснею, то есть, что ты мне нравишься, он отозвал меня в тот же вечер (помнишь, ты тогда танцевала с этим, как его… с Френком Галузой) и сказал мне: эта девушка – что надо! Обрати внимание на нее, сынок, сказал отец, и ты не прогадаешь…
Молли покраснела.
– Не могу в это поверить, – прошептала она.
– И тем не менее, это правда!
– Но я держалась как дура!
– Зато естественно.
– Я постоянно попадала впросак, Чарли! Это был мой первый вечер, до этого я даже в гости никогда не ходила.
– Этого никто не заметил!
– А те барышни?
– Какие?
– Которые сидели напротив нас! Они смотрели на меня как будто я явилась к вам голая!
– Они просто напыщенные бабенки с пустыми головами. Родители приглашают их, потому что надо поддерживать светские контакты с городским обществом.