Текст книги "Потерянные во времени"

Автор книги: Мелисса де ла Круз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 19
Последний венатор

Джек вернулся из Джезиры поздно вечером и первым делом осмотрел рану Шайлер. Он снял бинты и изучил результаты трудов Махруса. Кожа по-прежнему бугрилась, но краснота сошла. Оставался заметный, но не уродливый шрам.

– Боевая рана, – сказал Джек. – Я горжусь тобой. Ты храбро сражалась.

Шайлер застегнула рубашку и уселась на гостиничной кровати, скрестив ноги. Она уже начала чувствовать себя как дома, невзирая на то что портье продолжал посматривать на обоих с подозрением.

– У меня не было выбора, – отозвалась девушка. – На моем месте ты поступил бы так же.

– Мне следовало быть рядом, – сказал Джек. Он выслушал рассказ Шайлер, не перебивая и сохраняя невозмутимый вид. Но постепенно юноша понял, что он мог лишиться любимой. Шайлер видела: Джеку стоит немалых трудов совладать со своими эмоциями.

– Не волнуйся, любимый. – Она улыбнулась и погладила мужа по щеке. – Я чувствовала, что твоя сила со мной. Без тебя я бы не справилась. Ну а ты… обнаружил на северном берегу то, что мы ищем?

Джек сердито покачал головой.

– Когда мы пришли на место встречи, Нефилимы уже скрылись. Я думаю, они намеревались ввести нас в заблуждение. Братья Леннокс наведались в храм, но им сказали, что никакой жрицы по имени Зани там отродясь не было.

– Может, у Махруса имеются новости, которые могли бы помочь? – предположила Шайлер.

– Если он на самом деле долго работал в этом регионе, надеюсь, он в курсе событий, – согласился юноша. Они собирались встретиться с венатором после возвращения Джека, чтобы обменяться информацией и обсудить дальнейшую стратегию. Братья Леннокс отправились следом за Дэмин и Дэхуа. Китаянки продолжали поиски оставшихся членов египетского ковена и собирались передать вампирам души крови.

Кофейню наводнили студенты, болтливые старики и шумные семьи. Через портативные колонки лилась франко-арабская музыка. Джек с Шайлер заняли столик в дальней части помещения, откуда хорошо просматривался вход. К счастью, Нефилимы не наносили удары в местах проживания Красной крови. Похоже, они полностью сосредоточились на вампирских оплотах. Но лучше не терять бдительности и оставаться начеку. Красавец Махрус прибыл точно в условленное время. Внешность венатора была настолько притягательна, что многие посетители кофейни оборачивались вслед юноше.

Джек поднялся со стула, приветствуя гостя, и пожал ему руку.

– Я в долгу перед тобой – ты спас Шайлер жизнь. Благодарю тебя, целитель. Я никогда не смогу сполна расплатиться с тобой, но только скажи, и мой меч – твой меч, даю слово.

Махрус поклонился:

– Это честь для меня, Аббадон.

Подошла официантка с чашечками горячего кофе по-турецки, и пару минут они просто наслаждались вечерним воздухом, потягивая крепкий напиток.

– Я не слышал о жрице Зани, – сообщил Махрус. – Если она известна своей святостью, то стражи должны знать о ней. Я спрошу.

– Мы думаем, что это и есть Катерина, – пояснила Шайлер.

– Любопытно, – отозвался Махрус. – Не исключено. Я думал обнаружить сестру в Каирском музее. Она любит египетскую историю и искусство. Но я заблуждался.

Юноша рассказал им о годах, проведенных в Иордании. Покинув Рим во время царствования Калигулы, он отправился на восточную границу и обосновался в отдаленном поселении в бывшей Оттоманской империи.

– Мы являлись мирным ковеном, – сказал Махрус. – На протяжении столетий мы существовали в гармонии, пока…

– Продолжай.

Взгляд венатора затуманился.

– Все происходило медленно и исподтишка. Поначалу мы ничего не заметили. Мы не чувствовали угрозы, а ковен нас не предупредил. Нью-Йорк не подавал вестей. Нам не сообщили о трагедиях в Париже и Рио. Если бы мы знали, то смогли бы подготовиться, – с горечью произнес он. – Но мы оказались легкой добычей.

Шайлер взволнованно сжала руку Джека под столом. Махрус продолжал:

– Сначала стали пропадать смертные девушки. Типичная проблема Красной крови, решили мы, но начали приглядываться. Потом обнаружили гнездо Нефилимов. Мои венаторы вступили в сражение, но тайные Кроатаны нашего конклава воспользовались случаем и также нанесли удар.

Махрус погрустнел.

– Все члены моего ковена мертвы. – Он закрыл глаза. – Остался я один. Последний венатор. – Он вздохнул. – Я жив только благодаря товарищам.

– Вы имеете в виду Дэмин и Дэхуа? И Сэма с Тедом?

– Да. Они сражались с Нефилимами. Это – единственная поддержка, пришедшая извне. Они направлялись в Каир по следам нового роя демонского отродья. Я отправился с их отрядом. Я знал, что здесь находится моя сестра, и хотел предупредить ее. Есть нечто поважнее и ковена.

– Вам известно, что Катерина входила в Орден Семерых?

Махрус кивнул:

– Да. Я присутствовал при возведении Врат в Лютеции.

– Как вы думаете, именно поэтому Нефилимы собрались в Каире? – спросила Шайлер.

– Уверен. В каждом городе они действуют по одинаковой схеме. Наносят удар сперва по молодежи, затем по старейшинам, а в конце уничтожают нерожденных. Нефилимы осведомлены о слабых местах Дома Циклов. Отродья злобны и сильны, но мы не сидим без дела. Я полагаю, кто-то должен направлять их ненависть. Вероятно, тут замешан Кроатан – могущественный союзник Люцифера. Он укрывал Князя Тьмы, сохраняя его дух живым. Я считаю, что Кроатан методично уничтожил все ковены, начиная с нью-йоркского.

Глава 20
Ночной клуб «Край света»

Оливер ошибался. Когда они шли по оживленным улицам, он изменил свое мнение на противоположное. Тартар вовсе не похож на его родной Нью-Йорк. Город «Большого Яблока» был энергичным, честолюбивым, воодушевленным и страстным. Мегаполис имел элегантный архитектурный план. Сеть улиц покрывала его целиком, за исключением очаровательного местечка, где ранее пролегали тропинки и пастбища. Теперь там раскинулся Вест-Виллидж. В Нью-Йорке главенствовали порядок и логика. Оливер верил, что никогда не заблудится в городе, и любил его. Подрастая, он изучил множество укромных уголков. Он знал Манхэттен как свои пять пальцев и гордился этим. Подобно многим ньюйоркцам, Оливер и представить себе не мог, что можно жить где-либо еще.

Тартар же оказался мертв. Он гнил изнутри и кишел червями. Здесь находилась не просто столица мертвецов, но и сам труп города, приготовленный к погребению и выложенный на стол в морге. В удушающе жарком и влажном Тартаре не светило солнце. Толпы сновали повсюду. Обессиленные и изнуренные люди вяло передвигались по улицам. Детей не было. Никогда прежде Оливер не видел столь тоскливого места, лишенного надежды. Везде царила гнетущая атмосфера. Город вонял, словно помойка, и кишел огромными мухами, наверняка разносящими разные болезни. Оливер сроду не встречал подобных насекомых, которые пикировали очень проворно.

Глядя на извилистые улочки, Оливер подумал, что в них можно пропасть навсегда. По словам Мими, в аду нет ни прошлого, ни будущего – одно настоящее. Тартар являлся сборной солянкой, безобразным лоскутным одеялом из зданий, тротуаров и проезжей части. Сплошная какофония, ни порядка, ни эстетического замысла. Отдельные районы напоминали торговые ряды, раздутые на стероидах, – мигающие огни, витрины нелепых магазинчиков с облезшей краской и афишами дрянных фильмов. Встречались и десятки заброшенных мест. Практически все, включая фасады, ограды и дороги, покрывали глубоко въевшиеся грязь и сажа.

– Идем! Это обычные окраины. Нам нужно в центр, – сказала Мими, увлекая Оливера к строению, напоминающему вход в метро.

Поезд, расписанный граффити, с ревом ворвался на станцию. Сиденья перекошены, а окна исцарапаны. Когда заработал динамик, оттуда раздался невнятный треск. Путешественники запрыгнули в вагон. Мими, похоже, знала, что делает. Юноша положился на ее способность прокладывать путь в преисподней. Платиновые волосы девушки – самое яркое пятно в темном Тартаре – привлекли несколько пристальных взглядов пассажиров. Но путников быстро оставили в покое. Никто не угрожал Оливеру, не проявлял интереса или любопытства. Окружающим было на них наплевать. Массовое безразличие витало в воздухе и почти обрело плоть. С таким враждебным равнодушием Оливер столкнулся впервые. Парня бросило в дрожь.

Поезд, пошатываясь, двинулся вперед. Миновало несколько станций, и наконец они добрались до места назначения.

– Вперед! – скомандовала Мими.

Оливер заметил над выходом из подземки плакат: «Оставь надежду всяк сюда входящий» [6]6
  Данте – «Божественная комедия» («Ад», песнь 3). Эта надпись располагалась над вратами ада.


[Закрыть].

И снова Оливер удивился, подумав: «Что я делаю в аду? Здесь не место человеку, тем более живому».

Они очутились в настоящем пекле. Толпа на улицах увеличилась. Стоял запах тлеющих угольев, дышать становилось все труднее. Оливер заметил троллей с серебряными ошейниками. Они работали таксистами, официантами и подметали замусоренные улицы. Парень узнал и злобных угрюмых демонов с красноватыми лицами и небольшими рожками надо лбом. Но страшнее всех оказались существа с лицами столь прекрасными, что на них трудно было смотреть. Их пустые глаза сияли холодом, а безразличие обжигало, словно лед.

– Кроатаны! – прошептала Мими.

Оливера передернуло. Демоны – просто грубые и уродливые, но Серебряная кровь, бывшие ангелы, стали извращением самой идеи красоты. Оливеру будто привиделись живописные полотна, измазанные экскрементами.

– Им плевать, что мы здесь, – сказала Мими. – А если мы наткнемся на самого Князя Тьмы, реакция будет все та же.

– Поэтому они рвутся завладеть землей? – спросил юноша.

– Да. Ад мертв, и в нем ничего не растет, – отозвалась Мими. – Так было не всегда. Просто мир разделился на заре времен. Свет наверху, тьма внизу.

– А где Люцифер? – поинтересовался Оливер.

– Наверное, ниже девятого уровня.

– А что там?

– Ядро, – ответила девушка. – Центр преисподней. Место, где создавались Темные Ангелы. Там никому не дозволено находиться. Кстати, нас и на седьмой еле пустили.

Мими объяснила ему иерархию. На самой вершине – Кроатаны – Люцифер и Серебряная кровь. Затем идут демоны огня и пламени, живущие в преисподней. Далее следуют погибшие души – люди, осужденные на пребывание в Царстве Мертвых. Они обречены навеки оставаться в аду. За ними – обузданные ошейниками тролли – не ангелы, не демоны и не люди. Это особые создания, о которых никто ничего не знает наверняка, кроме того, что они выполняют желания демонов. Тролли находятся на самом дне общества. Низший класс, каста неприкасаемых.

– Ну, еще, конечно, Адские Гончие, – добавила Мими. – Но их редко встретишь. Возможно, они внизу, в девятом круге, вместе с Люцифером. После того как они восстали и выступили против нас в Риме, Князь подчинил Гончих себе. Габриэлла надеялась, что когда-нибудь сумеет вновь привлечь их на нашу сторону, но суждено ли этому сбыться?

Оливер вернулся к прежнему мнению. Если Тартар – Нью-Йорк, то сейчас они, похоже, в Нижнем Ист-Сайде, каким он был до того момента, пока его не застроили модными винными барами и шикарными отелями с хипстерами-завсегдатаями. Не хватало лишь уютных итальянских кафе с мафиози в спортивных велюровых костюмах, играющих в карты у входа.

Центром района, где они находились, являлось темное здание, перед которым сгрудилось много народа. Из дверей неслась монотонная странная музыка. Оливер заметил, что зеваки с волнением чего-то ждут. Красивая демоница с сексуально-заостренными рожками восседала над аудиторией на высоком стуле стиля «спасатель на пляже» и презрительно посматривала вниз. Время от времени она указывала на кого-то хвостом, и дюжие тролли – здешние вышибалы – грубо проталкивались вперед, орудуя локтями. Они помогали немногим избранным достичь входа, перегороженного бархатной веревкой.

Оливер этот порядок знал прекрасно. Исполнители именовали его «фейс-контроль», или «работать на двери». Негласные правила основывались на отказе и унижении наряду с низкой самооценкой. Настоящий ад. Оливер решил, что пора прекратить думать об этом. А вдруг все превратится в клише? Возможно, скоро он застрянет в лифте в компании незнакомцев.

Мими тем временем пробиралась через плотную, волнующуюся толпу.

– Эй, ты идешь? – обернувшись, окликнула она Оливера и заметила, что юноша нерешительно бредет позади.

– Да, – смирившись, отозвался он. Может, благодаря Мими им не придется стоять здесь вечность.

– Это место нам годится, оно не хуже любого другого. Видит бог, Кингсли любит ночные клубы, – сказала девушка. – Теперь надо добиться, чтобы эта дьявольская сучка меня заметила.

Мими сунула два пальца в рот и громко, пронзительно свистнула.

Все резко обернулись, включая самодовольную демоницу. Она и Мими долго буравили друг друга взглядами. На мгновение Оливер почувствовал себя мелким и глупым подростком. Ему снова четырнадцать, он пытался пробраться в «Мумбу» и обломался. Но вдруг демоница указала на них взмахом хвоста.

Мими надулась от гордости. Создания ада расступились, словно Красное море, вышибалы забрали их двоих, и спустя секунду они очутились в клубе.

Глава 21
Дом мечты

Весной следующего года Чарльз купил медиакомпанию и запланировал приобретение контрольного пакета акций нескольких радио– и ТВ-каналов. Он намеревался вступить в конкуренцию с крупным круглосуточным каналом новостей и множеством других медийных холдингов. Он желал руководить всемирным социальным общением и влиять на культуру Красной крови исподтишка, через все рычаги современной коммуникации. В общем, Чарльз обзавелся пультом управления.

Городской особняк на Пятой авеню был почти готов. Большую часть времени Аллегра тратила на художников по интерьеру, обсуждая с дизайнерами цвет стен, пропитку оконных рам и мебель. Они планировали сохранить кое-какие вещи из дома на Риверсайд. Корделия обещала преподнести им гарнитур в стиле честерфилд и серебряную посуду в качестве свадебного подарка, но Аллегра жаждала начать с чистого листа. Некоторые полагали, что покупка мебели отдает мещанством. В определенных кругах уместной считалась лишь обстановка, полученная по наследству. Аллегра стояла на своем. Традиции – вещь хорошая, но она хотела, чтобы новый дом исключал любые намеки на тяжкое бремя и воспоминания прошлых циклов.

Впрочем, некоторых обычаев она придерживалась. Еще со времен правления в Египте – тогда их звали Менес и Мени – брак скреплялся тем, что невеста перевозила свое имущество в жилище мужа. О тяжелых вещах пусть позаботятся грузчики, но некоторые ценные безделушки Аллегра намеревалась самолично отнести в особняк, дабы принести туда удачу. Она решила взять с собой шкатулку с драгоценностями, хрустальную вазочку с ароматическим маслом, чашку риса и флягу с водой.

В тот день Аллегра стояла в практически готовой гостиной и размышляла о советах дизайнера. В комнату вошел Чарльз.

– Не знал, что ты здесь.

– Хотела проверить обои. Я беспокоилась, не окажутся ли они слишком яркими, но, пожалуй, вполне годятся.

– По-моему, чудесно, – сказал Чарльз.

– Тебе нравится?

– Очень. – Он кивнул.

– Хорошо, – отозвалась Аллегра.

Чарльз улыбнулся:

– Мне приятно видеть, как ты счастлива.

– Я и правда счастлива, – согласилась Аллегра.

Если она повторит слова много раз, может, и сама в них поверит?

Глава 22
Болезнь крови

– Ты весь вечер очень тихая, – заметил Джек, когда они вернулись в номер после продолжительной беседы с венатором из Аммана.

Шайлер кивнула, усевшись на край кровати, сбросила туфли и сняла серьги. Она еще ломала голову над рассказом Махруса о систематическом истреблении вампиров. Ковенов Рио, Парижа, Киева, Шанхая, Аммана и Каира больше не существовало. В лучшем случае они ушли в подполье. Нью-Йорк – одно из немногих безопасных пристанищ – держался из последних сил. Но кто знает, надолго ли его хватит? Они должны отыскать Катерину, пока Серебряная кровь не вырвалась из преисподней!

Джек заметил страдания Шайлер и положил руку девушке на плечо:

– Не теряй надежды. Настало тяжкое время, но я верю, мы найдем способ остановить зло.

Шайлер кивнула. Как найти Катерину? Где она скрывается? Ведь она в городе. Даже Махрус согласился, что теория Шайлер убедительна. Нефилимы действуют активнее всего в Каире. Осталось только придумать, как выманить Катерину.

– Тебе это не кажется странным? – внезапно спросила она. – Если проще не впускать демонов на землю, полностью уничтожив пути, как это сделал Кингсли с помощью субвертио… почему Михаил создал Врата?

– Наверное, у него имелась веская причина. Закон Творения гласит: созданное Всемогущим нельзя уничтожать. Врата ада хранили мир на протяжении столетий. Михаил вложил силы в их основание. Они ослабели потому, что он лишился прежней мощи, – задумчиво произнес Джек.

– Как ты думаешь, Махрус прав? Насчет Серебряной крови, стоящей за тем существом из Нью-Йорка? – поинтересовалась Шайлер. Убийства начались именно там, так же как и первые смерти от полного потребления. В Италии Оливер рассказывал, что Форсайт Ллевеллин исчез, а Мими с венаторами разоблачили его как предателя. Блисс подтвердила, что ее отец в нынешнем цикле, Форсайт (самый близкий помощник Чарльза) являлся тайным Кроатаном и хранил дух Люцифера в дочери. – А если Форсайт здесь? – поежившись, спросила она. – Это он спланировал резню?

– Мы выясним, – сказал Джек. – А затем уничтожим его, – пообещал юноша. – Нам нечего бояться, тем более изменника.

Шайлер приникла к нему, и Джек прижался головой к ее шее. Шайлер погладила любимого по щеке, ощутив под пальцами щетину. Она повернулась к Джеку, и оба медленно опустились на кровать. Вскоре девушка ощутила, как Джек пронзил ее кожу клыками и начал пить кровь.

Шайлер захлестнуло дремотное ощущение счастья, как было всегда при проведении Священного Целования. Она почувствовала, что Джек отпустил ее и выключил свет. Шайлер уже засыпала, когда вдруг у девушки резко заболел желудок. Она села на кровати, согнувшись пополам и вцепившись в живот.

– Что случилось? – встревоженно спросил Джек. – Я сделал тебе больно? Шайлер! Отзовись!

Она покачала головой. Девушка изнемогала от сильной боли. Казалось, будто тело разрывается пополам. Тошнило, голова кружилась, и комната поплыла перед глазами. Шайлер глотнула воздуха.

– Ничего… страшного… – произнесла она, и ее вырвало. Весь ужин оказался на полу.

– Шайлер! – отчаянно крикнул Джек, чувствуя себя совершенно беспомощным.

Девушка вцепилась в тумбочку, не обращая внимания на юношу. Грудь судорожно вздымалась и опускалась. Волна дурноты прошла, и Шайлер получила возможность вздохнуть свободнее. Но затем накатил новый приступ – на этот раз куда более сильный и пугающий… Кровь и желчь застывали темной вязкой лужей.

Джек быстро вытер все принесенным из ванной полотенцем. Он взглянул на Шайлер:

– Приляг.

– Не могу. Когда стоишь – легче.

Он швырнул полотенце в угол и подошел к девушке.

– Обопрись на меня.

Шайлер вцепилась в него – ее трясло. Все время их поисков в Каире она неважно себя чувствовала… Но так скверно, как сейчас, ей не бывало никогда в жизни. Это похуже Трансформации и пострашнее периода, когда она жила вдали от Ковена и ее кровь поредела. Казалось, будто она умирает. Но ощущение миновало, желудок успокоился. Шайлер стало лучше.

– Я в порядке, – сказала она, еще держась за Джека. – Наверно, обычный вирус. Может, кишечный грипп.

– Ты уверена?

– Да. Нормально. Просто стошнило. Со мной уже бывало. – Шайлер успокаивающе улыбнулась.

Джек не скрывал беспокойства. Он не замечал, чтобы Шайлер нездоровилось, а ведь они делились всем! Глубина собственного неведения потрясла юношу. Но в чем причина?

– И давно у тебя это недомогание? – тихо спросил он. – Любимая, скажи!

Шайлер пожала плечами.

Несколько недель, возможно, месяц. Джек прав. Она таилась от него, поэтому он не догадывался.

– Я не хотела тебя тревожить, у нас и так куча проблем. Не переживай, ничего ужасного.

Джек не ответил, лишь продолжал ее обнимать. Оба молчали. У каждого появились секреты, которые они хранили друг от друга ради любви. Но вскоре всем тайнам предстояло выплыть на поверхность. Медленно, но верно.

Глава 23
В свете рампы

Когда они оказались в ночном клубе, Оливера передернуло. «Край света» располагался в помещении, напоминающем старинный собор. Оскверненная церковь, которую обратили в обитель греха. Музыка оглушала, всюду стоял запах дыма и разгоряченных тел. Они едва могли двигаться среди посетителей. Сплошное убожество. Оливер даже глянуть боялся, в чем он одет. Юноша зря опасался – его наряд составляли джинсы и куртка-сафари. Привычная одежда. Может, жители Тартара не подвержены иллюзиям или местный стилист взял выходной? Хотелось спросить об этом Мими, но девушка была занята. Она уверенно протискивалась вперед и вертела головой во все стороны, высматривая Кингсли. Оливеру не хотелось терять ее из виду. Наконец оба поднялись по лестнице и остановились напротив ВИП-кабинетов.

Эти помещения оказались устроены наподобие матрешек – одно переходило в другое. Оливеру показалось, что в бесконечной цепочке комнат легко застрять навеки. Каждая – меньше, темнее и жарче, чем предыдущая. В мозгу юноши отдавался заунывный ритм техно-музыки. Можно элементарно свихнуться, подумал он с тоской. Местные демоны просто кишели вокруг. К каждому кабинету прилагались вышибала и стервозная горничная, но Мими скользила между ними, словно владелица «Края света».

Она внезапно остановилась, и Оливер чуть не врезался в девушку. Они добрались до конца ВИП-анфилады. Дальше дверей уже не имелось. Точка.

Присев за столик, Мими жестом приказала Оливеру сделать то же самое. Они устроились на мягких банкетках красного бархата. Но не успели они устроиться поудобнее, как менеджер, бульдог в лоснящемся уродливом костюме, подошел к парочке.

– Падшая! – прорычал он, указывая на Мими. – Ты не наша! Убирайся! Тут таких типов не обслуживают!

Мими, оскорбленная, выпрямилась и заспорила:

– Хельда мне позволила!..

– Хельда, она – там, – ответствовал демон, тыча большим пальцем вверх. – Мне плевать, что она говорит. В моем клубе Падших не будет. Если у тебя не Серебряная кровь – отказ, детка! А клиентам неприятно видеть тебя. – Он дал знак троллям, застывшим у дверей, и те мигом стащили Оливера и Мими с банкеток.

– А ну пустите! – скомандовала девушка. – Как вы смеете?! Знаете, кто я такая?

– Как насчет него? – спросил один из троллей босса, кивая на Оливера.

– А что там? – ощерился демон.

– Он живой! – алчно сказал вышибала. – Можно его забрать?

– Берите, мне плевать.

Тролли благодарно хрюкнули и начали пускать слюни.

Мими сражалась, но силы были не равны. Их уже волокли из ВИП-кабинетов, как вдруг монотонную музыку прорезал низкий, чистый и знакомый голос.

– Отпусти их, Вельзевул. – Мими застыла. На мгновение у нее даже дыхание перехватило – едва верилось, что после всех тягот она будет вознаграждена. Девушка медленно повернулась и увидела стоящего поодаль красивого мужчину. Его лицо скрывал полумрак.

Но демон лишь недовольно заворчал.

– Я сказал, отпусти. Я что, непонятно выражаюсь?

– Фу, парни, лежать, – сказал начальник, и подчиненные разжали лапы.

Оливер, прищурившись, взглянул на темную фигуру. Он был почти уверен, что узнал говорящего, но на миг засомневался, можно ли расслабиться или стоит бояться дальше. Но потом решил, самое худшее – это отродья, капающие на него слюнями, и успокоился.

– Но, босс, от них воняет по всему заведению… – заскулил демон, смиренно и испуганно.

– К себе бы принюхивался, – усмехнулся красавчик освободитель. – Иди поищи кого-нибудь еще для наездов, а моих гостей оставь в неприкосновенности.

Он шагнул к свету и протянул руку.

– Форс, – произнес Кингсли Мартин, лощеный и любезный, как и всегда. Но появилось в нем нечто новое, хотя на внешности эта особенность даже не отразилась. Он являлся той же сексуальной бестией с дерзкой челкой и сверкающими глазами. Кингсли и прежде выглядел так, словно не прочь повеселиться. Здесь же в нем появилась некая непринужденность, словно он полностью соответствовал окружающей его обстановке преисподней. Он не казался ни замученным, ни несчастным, и Мими не стала бросаться ему на шею. Что-то в облике Кингсли заставило ее воздержаться от проявления чувств.

Кингсли взирал на девушку без малейшего удивления. Он не казался шокированным или возбужденным. Он вообще не имел ни одной из тех эмоций, каковые, по мнению Мими, ему следовало выразить при встрече. Кингсли будто случайно наткнулся на старую знакомую.

– Как мило увидеть тебя здесь. Хочешь выпить?

Мими не могла понять, что за игру он затеял. Может, Кингсли не желает выказывать своих чувств к ней перед толпой чудовищ? Этого ли ожидаешь от парня с проворными пальцами и ненасытным сладострастием? Она вспомнила, насколько быстро Кингсли умел раздеть ее, когда он ее хотел, и как скоро и часто он желал повторить все вновь. Неужели этот парень пожертвовал собой, чтобы она могла жить?

Отлично, она сравняет с ним счет в небрежности тона. Она – Мими Форс, и если Кингсли желает поиграть и поохотиться, то она предоставит ему этот шанс.

– Конечно. Чем угощаешь? – спросила девушка, тряхнув волосами и устраиваясь за угловым столиком.

Кингсли щелкнул пальцами. Перед ними возникло прекрасное видение – амазонка около шести футов роста в крохотном серебристом платьице. Наряд выгодно обрисовывал ее многочисленные прелести.

– Сирена, позаботься, чтобы мои друзья получали все, что только пожелают, – протянул Кингсли.

– Будет сделано, босс. – Кельнерша положила два переплетенных в кожу меню на стол.

– Что будете пить? Угощаю за счет заведения.

Мими раскрыла меню, чтобы определиться с заказом. Когда она подняла голову, Кингсли уже и след простыл. Она кинула вопросительный взгляд на Оливера, но тот пожал плечами.

– Вы друзья Араквеля? Ох и повезло вам, – шепнула официантка.

– Почему? Он владелец клуба?

– Лучше. Советник босса, – сказала она.

– Значит, член шайки? – совсем запутался Оливер.

– Вроде того. Он – правая рука Хельды, – объяснила Мими. – Будешь что-нибудь пить?

Она откинулась на спинку кресла и несколько мгновений оценивала ситуацию. Неудивительно, что преисподняя отчаянно сопротивлялась их путешествию. Хельде нежелательно терять исключительно ценное приобретение только из-за желания Мими вернуть своего парня.

– Ха! Хорошо иметь дружков в высших кругах, верно? – пробормотал Оливер с нервной улыбкой.

Мими не ответила. Она нашла Кингсли, но получалось, что Хельда сказала правду. Он нигде не пропадет. Он и в аду так устроился, что лучше не придумаешь.