355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэгги Лерман » Цена всех вещей » Текст книги (страница 18)
Цена всех вещей
  • Текст добавлен: 29 апреля 2017, 01:00

Текст книги "Цена всех вещей"


Автор книги: Мэгги Лерман



сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

46
Кей

В пятницу мои нервы не выдержали, и вечером я попыталась дозвониться до Ари или Дианы. Ари говорила со мной всего пару секунд, а Диана и вовсе не взяла трубку. Я посылала ей сообщение за сообщением, но она ни разу не ответила.

Эй, это Кей. Просто позвони… да. Давай поговорим.

Диана, это Кей. Я думала о тебе. Перезвони мне.

Нам не обязательно видеться. Можешь не разговаривать со мной. Просто напиши, что с тобой все в порядке.

Опять я. Позвони.

Позвони мне.

Когда получишь это сообщение, позвони мне.

Ари мне тоже не особенно помогла. Из трубки донесся протяжный вздох.

– Я не хочу с тобой разговаривать, Кей.

– Но Диана…

– Возможно, она тоже не хочет с тобой разговаривать.

– Она должна. Каждые три дня. Что, если она пыталась уехать из города и с ней что-нибудь случилось? Что, если у нее травма и она не может со мной увидеться?

– Больше похоже, что она тебя презирает, – сказала Ари. – Возможно, тебе стоит уважать ее выбор.

– Ты не понимаешь – у нее нет выбора.

На другом конце трубки повисла долгая пауза. Я слышала, как это прозвучало. Отвратительно. Но от этого мои слова не переставали быть правдой.

– Ты говорила с ней? – спросила я.

Повисла еще одна тяжелая пауза.

– Нет. Все пошло… довольно неожиданно. Если ты не заметила.

– То есть ты не знаешь, – почти закричала я. – Ты не знаешь, в порядке она или нет! Ты не в курсе, и тебе все равно, что с ней случится!

В голосе Ари появился лед:

– Это неправда.

– Так позвони ей сама. Пожалуйста! Она игнорирует меня, но должна ответить тебе…

– Я тебе не девочка на побегушках.

– Но я только хочу убедиться, что с ней все в порядке! Ари? Алло? Ты там?

Она повесила трубку.

Мина вошла в тот момент, когда я говорила с Ари, и остановилась послушать. Мы застыли посреди темной кухни возле гранитной столешницы. Мама с папой ушли обедать в ресторан, оставив нам четыре двадцатки, которые с тех пор так и лежали нетронутыми. Предполагалось, что мы закажем себе еду на дом. Типичный родительский перегиб.

– Что? – спросила я.

– Ничего.

– Если собираешься орать на меня, ори. Не стоит изображать статую правосудия.

– Возможно, тебе следует оставить их в покое.

Я отмахнулась от нее:

– Не могу.

– Кажется, Диана не желает с тобой разговаривать.

– Она должна со мной говорить.

– Возможно, ей это тяжело. Мне и самой не особенно хочется с тобой общаться, а я твоя сестра.

– Так не общайся! – выпалила я. – Прекрати притворяться, что тебе не все равно, и оставь меня в покое.

– Мне не все равно, – сказала она.

– Ну да, конечно.

– Не могу поверить, что ты использовала против них заклинание. О чем ты думала, Кей?

Несмотря на то, что произошло, и тот факт, что мне было наплевать на ее мнение, в сердце все же что-то екнуло.

– Это не так уж сильно отличается от заклинания красоты. Просто теперь мне не придется оставаться одной.

– Ты пользовалась заклинанием красоты?

Я округлила глаза. Должно быть, она меня разыгрывала.

– Я писала и говорила тебе об этом. Видимо, ты была слишком занята, чтобы заметить.

Она покачала головой.

– Ты никогда мне об этом не говорила.

– Говорила! Как же по-твоему я вдруг заполучила такую великолепную внешность?

– Ты всегда была симпатичной, – сказала она.

– Не глупи.

– Ты моя замечательная сестренка. И понравилась бы любому, кто узнал бы тебя поближе.

– Ты что, невнимательно слушаешь? Я уже не сладкая малышка Кейтелин. Я плохая девчонка. Я врежу людям. Разрушаю жизни.

Мина опустила скрещенные руки и обогнула стол, чтобы подойти ко мне. Я отступила назад.

– Ты не плохая девчонка.

– Правда? Если я такая замечательная, зачем ты тогда меня бросила?

В комнате как будто стало нечем дышать. Мина ничего не сказала.

– Я была полезной, пока ты болела, – сказала я. Мой голос отдавал сталью, точно кусок железа, вонзающийся Мине между бровей. – Была удобной. Но теперь, когда ты в порядке, кому нужна глупая, страшная, одинокая Кейтелин?

Мина вцепилась себе в левую руку в самом болезненном месте. Стоило ей случайно что-то им задеть, как она тут же вскрикивала от боли.

– Все было совсем не так, – сказала она.

– Лгунья. Именно так. Тебе стало лучше, и ты быстренько сбежала отсюда. Чтобы полностью измениться. – Я понимала, что должна сделать глубокий вдох и успокоиться, но чаша терпения была переполнена. Мне было необходимо высказаться. – Так вот я тоже изменилась. Я изменила лицо. Нашла собственных подруг. Которые не бросят меня по собственной прихоти. Которые не смогут меня бросить.

Я вновь набрала Дианин номер, бормоча под нос «возьми трубку, возьми трубку». Мина оставила меня на кухне одну и вышла из дома через черный ход. Потом она завела машину и уехала прежде, чем я успела подбежать к окну. «Ну и хорошо, – подумала я, – убирайся». Не нужно было меня раздражать.

Эй, Диана, это Кей. Эмм. Я… переживаю за тебя. Пожалуйста, позвони… эмм.

Столько всего могло случиться. Внезапный грипп, неудачно соскользнувшая нога. Она могла оставить включенным газ или уронить фен в ванной. Или, не глядя, сойти с тротуара, или подраться с незнакомцем.

И все из-за того, что я ее оттолкнула.

47
Ари

Телефон Дианы сразу переключился на режим голосовых сообщений. Затем трубку взяла миссис Норс.

– Я была бы очень признательна, если бы вы сказали мне, где сейчас Диана, – попросила я. Это было вечером в пятницу. Темнело. Я стояла на кухне и смотрела в окошко, словно Диана могла выйти с соседского двора.

– Ох, Ари. Я правда не уверена, что она хотела бы, чтобы я тебе рассказала.

– Но вы знаете, где она?

– Ей нужно немного времени. Ты должна понять.

– Миссис Норс, – отчетливо произнесла я. – Вы знаете меня практически всю мою жизнь. Пожалуйста, не могли бы вы сказать мне, куда уехала Диана?

На другом конце трубки воцарилась тишина.

– Я думаю, что она отправилась искать Маркоса.

– Маркоса? – сказала я, едва не рассмеявшись. Хотя ничего смешного тут не было. – Какого черта ей понадобилось это делать?

– Ну… возможно, она его простила.

Нет. Диана не была глупой. Маркос целовался с Кей и разбил ей сердце.

– Это невозможно.

– Маркос многое сделал для того, чтобы заслужить ее прощение. Не каждый бы на такое решился.

Я слышала легкое осуждение в ее голосе, хотя тон был мягким.

– Не каждый будет целоваться с другими девушками и разрывать с Дианой все контакты.

Повисла пауза, голос миссис Норс окончательно заледенел:

– Может, ты хочешь, чтобы я поговорила с твоей тетей?

– Я в порядке, – сказала я. – Спасибо, что рассказали про Маркоса.

– Поговори с Дианой завтра. Уверена, ты все поймешь.

Я положила телефон на столешницу. Джесс крикнула из гостиной:

– Все в порядке?

– Конечно! – фальшиво ответила я.

– Мы с твоей мамой постоянно воевали по этому поводу, – сказала Джесс, появляясь из кухни. – Она была крутой старшей сестрой и никогда не хотела, чтобы я за ней увязывалась.

– У нас с Дианой все совсем не так, – ответила я.

– Понимаю. Ты хочешь быть единственной, кто может уйти и бросить ее дома одну. А сейчас все наоборот. – Джесс ухмыльнулась. – Когда у Кэти появилась ты, я тоже стала крутой. Начала гулять, флиртовать с кем попало, звонить ей посреди ночи. Это было так ново для меня, что я не могла не утереть ей нос. Хоть немного. Возможно, Диана делает то же самое.

Мне хотелось спросить: «Почему же ты выбрала именно этот момент, чтобы разоткровенничаться о моей мертвой матери, когда последние девять лет мы обе делали вид, будто ее вообще никогда не существовало?» Однако вместо этого я задала совершенно другой вопрос:

– Джесс, как Уину удалось заставить меня избегать Диану и потерять любовь к балету?

Минуту Джесс казалась удивленной, точно забыла о моем заклинании – а может, она просто не знала о переменах в душе прежней Ари.

– Никто никогда не заставлял тебя делать что-либо, Ари. Это не был ответ на вопрос.

Я взяла телефон и позвонила Маркосу.

48
Маркос

Кэла не было ни на пляже, ни в спортзале, ни в магазинчиках, расположенных вдоль основной улицы. Дев уже проверил скобяную лавку и дома друзей Кэла. Дев шутил по поводу того, как мы прочесывали кофейни, бары и лобби банков, но после того, как на улице стемнело и к нам присоединился Брайан, шутки кончились. По виду братьев трудно было сказать, действительно ли они обеспокоены или только притворяются.

Я, конечно, беспокоился о Кэле, я не был монстром. Но не до такой степени, чтобы сходить с ума и стоять на автобусной остановке, раздавая листовки. Хотя он и был моим братом – лучшим из них. Единственным, на кого мама наложила заклинание. Последний раз, когда мы виделись несколько дней назад, он был болен, и я подумал, что Кэл мог потерять где-нибудь сознание.

Во время моих походов к Диане братья не организовали ни одной поисковой операции. Нужно было быть полным идиотом, чтобы не заметить этого. Они позволили мне исчезнуть. Это притупило мои страдания, позволило сбежать от всего. Возвращать меня было бесполезно.

Брайан провел нас по всему городу. Мы прочесали все закоулки, в которых я никогда не бывал и с которыми Брайан, похоже, был близко знаком. Бродяги с коричневыми картонными коробками, уличные хулиганы, люди, находившиеся под действием алкоголя, наркотиков или заклинаний. Под тем городом, который я знал, скрывался еще один, жалкий и убогий. Брайана знали все, но Кэла никто не видел.

Ари позвонила, когда мы проверили последний бар и направились к полицейской машине Брайана, припаркованной на краю жилого комплекса. Я не брал трубку до тех пор, пока не включился автоответчик. А потом телефон зазвонил вновь.

Я ненавидел Ари. И больше никогда не хотел с ней разговаривать. Она предала моего лучшего друга.

Но мой лучший друг любил ее.

– Она может идти в задницу.

– Не надо так.

– Что ж, хорошо. Скажи, что мне делать.

– Узнай по крайней мере, зачем она звонила.

– Но она отвратительна.

– Ничего подобного. И ты это знаешь.

– Я все еще зол.

– Ладно, злись дальше. Только прости ее.

– Что, если я не могу?

– Можешь.

– Что, если я не хочу?

– Заткнись и сделай правильный выбор, придурок.

– Что тебе надо? – спросил я.

– Ты в магазине? – спросила она. Голос ее звучал резче, чем обычно.

– Нет. А что?

– Здесь велосипед Дианы. Она не отвечает на звонки. Дверь закрыта, так что я не знаю, как она попала внутрь. Я даже не знаю, зачем она сюда пришла, если не для того, чтобы найти тебя.

Я остановился, позволив Брайану и Деву забраться в машину без меня.

– Дианы нет дома?

– Нет, по словам ее матери, она ушла искать тебя.

По ее тону было понятно, что она считала это самой глупой вещью, которую только Диана могла сделать. И на секунду я с ней согласился – если бы я продолжал сидеть и ждать, Диана осталась бы дома.

Едва я покинул пост, как она тоже ушла. Диана не могла этого допустить. Неужели, пока я сидел у нее во дворе, ей казалось, будто это она приглядывает за мной?

А затем Брайан гаркнул в громкоговоритель, чтобы я садился в машину, и я вдруг понял, зачем приходил к ее дому и так странно себя вел. Дело было вовсе не в том, что я хотел покаяться и заслужить ее прощение. Это было что-то вроде особого вида GPS-навигатора: пока я знал, где находится Диана, она не была окончательно для меня потеряна. И в то же время мне было понятно, где нахожусь я: рядом с ней.

Но теперь она потерялась. И я тоже.

49
Кей

Я так и не уснула. Просто лежала в кровати с телефоном на груди, ожидая, когда позвонит Диана и сообщит, что все в порядке – что она ждет, когда ее спасут или, если получится, спасется сама. Я видела, как в комнате стемнело и на потолке начали появляться полоски света от фар проезжающих мимо машин. Так продолжалось не один час, но Диана по-прежнему не звонила. Я испугалась, что крюк случайно убил ее в попытке привести обратно ко мне.

Это грубый инструмент, напомнила я себе. Он удерживает людей рядом, но не более того. Возможно, заклинанию не удалось рассчитать степень применения силы, а потом было уже слишком поздно.

После полуночи я услышала шум Мининой машины на подъездной дорожке, а через пару минут она прокралась в мою комнату и села на край кровати.

– Позвонила? – спросила сестра.

Я покачала головой.

– Я тоже неудачно съездила. Прочесала каждую закусочную и каждый бар на двадцать миль вокруг.

– Ты ездила искать ее?

– Еще проверила несколько пляжей, но никто не видел девушку-подростка с ярко-красными волосами.

– Но зачем было…

– Ты расстроена. Я хотела помочь.

Я легла на бок и свернулась в позу эмбриона.

– Наверное, она поранилась или ее держат где-то взаперти. Поэтому она и не может со мной связаться. Но заклинание все равно сработает. Оно всегда работает.

Мина вытащила из моего одеяла перышко.

– Я знала ее не слишком хорошо. Но она кажется… правильной девочкой.

– Что ты имеешь в виду?

– Неужели ты и правда считаешь, что без заклинания вы не смогли бы подружиться?

Я положила телефон на сердце, чтобы он хоть немного меня согрел.

– Если собственная сестра хотела убраться от меня подальше, с какой стати кому-то постороннему ошиваться поблизости?

– Кейтелин. – Она дернула за одеяло так сильно, что я вынуждена была посмотреть прямо на нее. – Когда это я пыталась убраться?

– Как только тебе стало получше, ты уехала. Путешествовать без меня. А ведь мы хотели отправиться в путешествие вместе, но, я понимаю, это были мечты умирающей девочки – а не настоящее обещание.

– У тебя ведь были занятия в школе.

– У тебя тоже. Но ты на них не ходила. Планы изменились. Ты изменилась. Посмотри на себя.

Она закусила губу и поежилась в своей заколотой английскими булавками рубашке.

– Когда мы обнаружили, что рак в стадии ремиссии… Да, думаю, кое в чем ты права. Я решила, что правила изменились. Изменились настолько, что я могу остаться в живых. – Она нахмурилась, пытаясь вспомнить. – Мне было необходимо использовать этот шанс. Впервые за много лет я больше не была умирающим человеком. Ты не представляешь…

– Нет, ты права. Я не представляю, каково это. Так тяжело болеть и все прочее. – Я задержала дыхание и прошептала: – Я хотела, чтобы тебе стало лучше, Мина. И больше ничего. Долгие годы. Мама с папой тратили на тебя все свободное время, и я тоже, потому что любила тебя. – Я попыталась вдохнуть, но не смогла: из носа текли сопли. – Все это просто эгоистичная чепуха, я не должна испытывать подобных чувств. И все же я их испытываю. Да еще и рассказываю тебе. Я просто отвратительна.

– Я все равно буду твоей лучшей подругой, какой бы отвратительной ты ни была.

Знаете, бывает иногда, что кто-то говорит прекрасные, искренние слова и вы понимаете, что это правда, поскольку у человека нет причин вам врать, но вместо того, чтобы поднять настроение, эти слова ложатся на плечи невыносимым грузом?

Мине это удалось. Я могла бы стать счастливее от того, что сестра решила провести со мной время. Ее поступок должен был смыть горечь последних двух лет или, по крайней мере, сделать послевкусие не таким гадким.

Но Диана была где-то там, в беде, и все из-за меня. Не говоря уже об Ари и Кэле – они тоже находились в потенциальной опасности. Из-за того, что я сделала с ними.

Не думаю, что даже Мина захотела бы остаться моей подругой, если бы заклинание навредило Диане. Или убило ее.

Возможно, она и осталась бы рядом, верная и все понимающая, – но я не желала быть человеком, которого ей нужно было бы прощать каждый день и каждую секунду. Я хотела быть лучше. Заслуживающей этой любви. Той, кем она могла бы гордиться всю оставшуюся жизнь.

Телефон завибрировал: пришла эсэмэска. Я понимала, что это не от Дианы, и приняла решение что делать еще до того, как прочитала сообщение Ари.

Приходи в скобяную лавку СЕЙЧАС ЖЕ.

Мина выглянула у меня из-за плеча и прочитала сообщение.

– Мне нужно, чтобы ты кое-куда меня отвезла, – сказала я.

– Дай угадаю…

Я покачала головой.

– Сначала нужно кое-что остановить.

Кивнув, Мина взяла меня за руку.

Все будет хорошо. Я исправлю все, что натворил крюк.

50
Маркос

Я оставил братьев и побежал к скобяной лавке, что было не так-то просто после двух недель на чипсах и пиве. К середине ночи я наконец добрался до места. Улица опустела, магазины были закрыты жестяными щитами, свет нигде не горел. В нескольких кварталах дальше шумел океан. Ари с трудом поднялась на ноги, стукнувшись о входную дверь. Она едва не упала, но успела схватиться за буквы УО на табличке «УОТЕРСЫ», которая украшала стеклянную входную дверь в магазин.

Я думал, что буду в ярости, когда увижу ее, но не ощутил ничего, кроме облегчения. На секунду мне вдруг стало не важно, что она забыла Уина, – Ари переживала за Диану не меньше меня. И это кое-что значило.

– Выглядишь дерьмово, – хрипло сказала она.

– Спасибо. Почему бы тебе не упасть еще разок?

– Если повезет, упаду. Я плюхаюсь, прям как падший ангелочек.

Я достал ключи и махнул, чтобы она отошла от двери.

– Ты правда думаешь, она здесь? – спросил я.

– Не сложно проверить.

Я подпер дверь кирпичом.

– Дев заходил сюда несколько часов назад, когда мы искали Кэла, и здесь было пусто.

Ари моргнула несколько раз:

– Кэл тоже исчез? – В темноте я не мог ничего прочесть по ее лицу. Я уже собирался ответить, когда она вдруг схватила меня за руку. – Ты чувствуешь этот запах? – спросила она, и в тот же момент я ощутил острый, сухой химический аромат, доносившийся из магазина.

Ничего хорошего.

– Диана! – едва переступив порог, крикнул я. Запах внутри был сильнее, в воздухе витало что-то такое, что застревает в горле, заставляя человека кашлять так, будто он выкурил штук пятьдесят сигарет.

– Диана, ты здесь?

Ари стояла за моей спиной. Я знал, что ей здесь не нравится, и не мог ее в этом винить: в ночной тьме магазин казался угрожающим. Неровные ряды принимали причудливые очертания, из темноты выступали пугающие силуэты, в воздухе воняло газом. Мы шли по коридорам, выкрикивая имя Дианы и проверяя узкие проходы со всей возможной быстротой.

– Вы так и не нашли Кэла? – спросила Ари.

– Нет. Не представляю, что с ним стряслось. Я выяснил, что мама уже несколько лет оплачивает какое-то заклинание для Кэла. Отдает старой гекамистке по шесть штук каждый месяц.

– Шесть тысяч долларов! – Глаза Ари чуть не вылезли из орбит. – Никогда не слышала, чтобы кто-то столько платил даже за постоянно действующее заклинание. Да еще каждый месяц? Для чего?

Я и не представлял, что это так дорого. Я покупал заклинание лишь один раз в жизни, в последнюю ночь Уина.

– Он не может никому навредить. Даже не смог меня ударить. Но, возможно, за такую-то сумму заклинание должно касаться чего-то посерьезнее.

– Фух. Это так странно, потому что заклинание Кей…

Я вздрогнул.

– Пожалуйста, можешь не упоминать о ней?

Она на секунду задумалась и заговорила лишь после того, как мы миновали очередной проход.

– Послушай, могу я тебя спросить… – Она нервно зашмыгала носом. Я не припоминал, чтобы она хоть когда-то спрашивала разрешения задать вопрос, и поэтому сразу напрягся. – Тебе действительно нравится Диана?

Я смотрел только вперед.

– Я люблю ее, – ответил я.

Следующие несколько метров она молчала. А потом споткнулась о садовый шланг и зашипела.

– Прости, – сказала она.

Тяжелый груз на сердце вдруг рассыпался на мелкие кусочки.

– Я хочу сказать, за все. Мне правда очень жаль.

– Знаю, принято.

Я еще не простил ее. Пока нет. Но это был первый шажок к примирению. Если бы я мог отключить часть сознания, то поверил бы, что мы с Ари снова друзья. Так же, как и прежде. А слева рядом с нами будто бы снова шел Уин. И молчал.

Из-за едва заметной двери в мастерскую сочился свет. Заметив это, Ари схватила меня за руку.

– Диана? – позвал я. – Ты здесь?

Я толкнул дверь свободной рукой, и кожу обожгло. В мастерской было так светло, что мне пришлось проморгаться, прежде чем я что-то увидел. И дело было не только во флуоресцентных лампах. Несколько балок в бункерах для скрапа,[27]27
  Скрап – отходы производства, в данном случае деревянные.


[Закрыть]
которые располагались вдоль стен, полыхали огнем.

– Черт, пора выбираться отсюда, – сказал я, выскакивая обратно. Пламя охватило уже всю мастерскую, а потом и весь магазин. Мы оказались отрезаны от выхода.

Ари судорожно втянула воздух и, оттолкнув меня в сторону, бросилась прямо в горящую мастерскую. Я окликнул ее по имени, как идиот, а потом увидел то же, что и она: в клетке, за сетчатой дверцей, там, где мы обычно держали сварочный аппарат, была Диана.

Сердце бешено застучало. Нет, нет, нет, нет, нет. Горящие полки с деревяшками и инструментами словно приблизились и сомкнулись над моей головой.

Увидев нас, Диана встала на ноги, плача и что-то рассказывая одновременно. Но из-за шума в ушах я не мог разобрать ни единого слова.

Спотыкаясь, я пробежал через весь магазин, вцепился руками в цепь и рванул ее на себя – и очень удивился, когда с ней ничего не произошло. Ключ, ключ, ключ, ключ, ключ – я знал, где он находится, за дверью, на крючке за дверью в мастерскую. Там должен быть ключ, открывающий клетку, чтобы Диана…

Диана рыдала. Ари прижала руку к решетке в попытке дотронуться до подруги.

– Я искала тебя, – посмотрев на меня, сказала Диана. – Тебя не было под деревом. Я пошла искать тебя.

Я оторвался от клетки и побежал к двери, где должен был висеть ключ. Деревянные балки в бункере для скрапа продолжали полыхать. Некоторые из них уже почернели, от них валил дым. Я вдруг поскользнулся на чем-то жидком. Что это было? Алкоголь? Полы блестели – кто-то пролил на них выпивку.

Оказавшись возле двери, я потянулся за ключом, хотя собственными глазами видел, что ключа на месте нет. Кто-то забрал его.

Я все еще мысленно называл его «кто-то», хотя сделать это мог лишь один-единственный человек. Только он мог зайти в магазин после того, как Дев все здесь прочесал. Только он мог взять ключ, запереть Диану и устроить пожар – хоть я и не мог представить зачем. Но мне не хотелось в это верить.

Инструменты висели на деревянной доске слева от меня. Огонь почти добрался дотуда, но загореться она еще не успела. (Хотя это должно было вот-вот произойти. Пылало практически все помещение, а Диана по-прежнему сидела в клетке.) Сделав глубокий вдох, я закашлялся, а потом схватил лом.

И тут же с криком его выронил – лом оказался раскален докрасна. Тогда я обернул левую ладонь рубашкой и, подобрав лом, побежал обратно к Диане.

Она смотрела на меня из клетки, по ее щекам текли слезы.

Она меня не ненавидела. Хорошо.

Я начинал задыхаться. Пахло деревянными щепками, растворителем и чем-то вроде серы. Мне не хватало воздуха. Я попытался поддеть висячий замок ломом, но лом выскользнул из моей руки и со звоном упал на пол. На секунду оторвав взгляд от Дианы, я наклонился, чтобы его поднять. Ари закричала. Я обернулся.

На входе в мастерскую стоял Кэл. В одной руке он держал серебристую зажигалку, а в другой – бутылку с растворителем.

– Дай мне ключ! – завизжал я. Хотя, возможно, это был кто-то другой. Я не расслышал ни единого слова. Языки пламени ревели все громче.

Кэл направился к нам, и я посмотрел на Диану.

– Все хорошо, все хорошо, мы выведем тебя отсюда…

– Маркос, нет – ты должен выбираться сам…

– Я не уйду без тебя.

Кэл остановился в нескольких футах от нас и, не говоря ни слова, поставил бутылку на пол. Я не приглядывался к его лицу – хотя с глазами у него творилось что-то странное – сосредоточившись на мысли, что ключ у него.

– Быстрее, быстрее! Ключ!

– Заклинание больше на меня не действует, – сказал Кэл. Диана с шумом втянула воздух, и я перевел взгляд на нее, пропустив момент, когда Кэл поднял лом. Сзади что-то свистнуло, и в глазах Дианы отразилась паника. А потом голову пронзила боль и мир погрузился в темноту.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю