Текст книги ""Свой парень" (СИ)"

Автор книги: Маша Сундеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

– С Маринкой моей кувыркался, а потом из себя капитана корчил? Значит, так, на лед я с тобой больше не выйду! Выбирай, ты уйдешь из команды или я! – отрывисто произносит Егор Щукин.

Вот это поворот! Андрей Кисляк переспал с девушкой своего друга?

– Щук!… – Андрей пытается что-то сказать, но дверь уже хлопает.

Кисляк заходит в комнату и виновато смотрит на меня:

– Мда… – только и произносит парень, пряча глаза.

– И что теперь? – тихо спрашиваю я.

Кисляк бесшабашно отмахивается:

– Да ладно, прорвемся! Нормально все будет!

Как ты мог вообще? – этот вопрос чуть не срывается с моего языка, но я сдерживаюсь усилием воли.

Но Андрей, кажется, понимает мой невысказанный вопрос и выдыхает:

– Да я сам не знаю, как так получилось!

– Все будет хорошо! – произношу я, стараясь не думать, каково сейчас несчастному Щукину.

Комментарий к Два дня рождения и визит Щукина.

https://vk.com/fanfics_mms

========== Идеальный день ==========

– Жень, привет! Пошли гулять? – эта фраза Сергея высвечивается на экране ноутбука. Я тут же подскакиваю и виновато смотрю в зеркало. В последнее время мне кажется, что наши с парнем отношения ухудшились, и у нас просто нет точек для соприкосновения. А тут вдруг он сам написал!

– Привет! С удовольствием! :)

– Одевайся потеплее, пожалуйста, я за тобой зайду.

Потеплее? Это еще зачем?

К назначенному времени я подготавливаюсь основательно, танцую перед зеркалом, прилаживая различные прически и показывая задорной язык своему отражению. Да-да, я знаю, я уже взрослая, но перед зеркалом во мне всегда оживает внутренний ребенок.

После долгих раздумий я все-таки решаю принять слова Сергея не как банальное проявление заботы, а как намек на будущее место свидания, поэтому действительно надеваю теплую куртку, белые перчатки и шапку.

– Привет! – выпаливаю я, слетая вниз по лестнице и по внешнему виду парня тут же понимаю, что не прогадала. Сергей шагает мне навстречу и протягивает руку: – А ну-ка закрой глаза.

Я вопросительно вскидываю бровь, а парень оказывается за моей спиной, и на мои глаза опускается плотная темная повязка.

– У меня же сегодня вроде не день рождения? – изумленно протягиваю я. – И ты не боишься, что я упаду? С моей-то прирожденной ловкостью мы рискуем вовсе не добраться до места!

– А я такси взял! – фыркает Сергей, и его крепкие ладони касаются моих плеч, мягко подталкивая к выходу.

Всю дорогу я изнываю от любопытства, то и дело норовя извернуться так, чтобы повязка чуть сползла. Сергей каждый раз со смехом пресекает все мои попытки.

– Вот, мы на месте. Еще чуть-чуть. Стой здесь и никуда не уходи, – его ладонь быстро касается моего запястья, и парень исчезает.

Я слушаюсь, и в голове быстрой лентой проносятся варианты, где я могу оказаться.

Лес? Ресторан? Сквер?

Но реальность оказывается гораздо лучше.

Лента сползает мне на шею, и я негромко вскрикиваю, прижимая ладони к губам.

Каток! Я на катке, и в руках моего парня – прелестные белые коньки.

В животе связывается морской узел, когда я понимаю, что сейчас точно опозорюсь, разъехавшись, как корова на льду.

– Я не умею, – признаюсь я.

– Я знаю, – улыбается парень и протягивает руку. – Я научу, я умею.

На мои глаза наворачиваются слезы, и я несколько раз моргаю, с любовью глядя на Сергея.

– Да просто мы на каникулах гуляли, и потом ребята решили пойти на коньках покататься, а я отказалась.

– Не любишь лед? Или в целом, ты вообще не спортсменка?

– Я вообще не спортсменка, но на коньках ни разу в жизни не стояла. С моей-то прирожденной ловкостью наверняка упаду. Поэтому никогда с классом в Ледовый не ходила…

– И не жалеешь?

– Очень жалею. Только потом уже неудобно было, они же все уже умеют, а я…

Разговор с Андреем моментально всплывает в моей памяти, и у меня даже перехватывает дыхание от внезапного осознания.

– Я не знаю, что мне делать. Мне кажется, я ему неинтересна! – я уже близка к тому,

чтобы разрыдаться прямо на глазах у парня.

– Жень, успокойся! Я уверен, что он тебя любит. Просто никак не может придумать, что особенного сделать для тебя. Вот увидишь!

Кисляк… Это он все устроил! Это он рассказал Сергею о моем желании!

Этот день пролетает как одна минута. Первые минут десять я катаюсь вдоль бортика, а потом парень со смехом все-таки вытягивает меня в центр. Я верещу, а Сергей обхватывает меня за талию, и от этих прикосновений мгновенно становится ужасно тепло.

Всего через какие-то сорок минут я уже позволяю себе отлипнуть от парня и даже пару раз разгоняюсь. В один момент это выходит мне боком, нога подворачивается, и я непременно упала бы, если бы руки парня не сомкнулись на моей талии: – А вот не надо было от меня убегать! – фыркает тот.

Когда время истекает, мои ноги гудят от приятной усталости. Падаю на скамейку возле входа и закрываю глаза, позволяя Сергею самому оттащить коньки в пункт выдачи.

Парень плюхается рядом и протягивает мне плотный конверт:

– Смотри, что у меня есть!

По лукавым огонькам я понимаю, что внутри наверняка что-то невероятно приятное. А когда открываю его, то дар речи окончательно пропадает.

Фотографии. Как оказалось, нас здесь фотографировали.

Я редко так говорю, но это чудесные кадры! Мы держимся за руки, Сергей отцепляет меня от бортика. А одно фото сразу же западает мне в душу. Мы скользим по льду, я вскидываю голову навстречу парню, и между нами такое короткое расстояние, что кажется, что наши губы вот-вот соприкоснутся.

Глаза. Мои глаза на самом деле светятся.

Я улыбаюсь, ощущая, как опасно дрожат губы, и медленно кладу конверт в сумку.

– Спасибо за этот день.

Сергей, естественно, провожает до подъезда. А уже в квартире, несколько раз пересмотрев фотки и поставив одну из них – ну,да, ту самую! – в рамку, я спохватываюсь и беру в руки телефон.

“СПАСИБО”

Ответ не заставляет себя ждать: смс от Кисляка прилетает спустя около полминуты.

“Я здесь не при чем.”

Фыркаю и решительно отбиваю:

“Ага, конечно! Что еще расскажешь? Я серьезно, спасибо!”

“Всегда рад.”

Спустя несколько минут, когда терпеть дальше уже просто нет сил, я выкладываю в социальную сеть свою любимую фотографию с Сергеем и приписываю комментарий: “Спасибо за шикарный день, он навсегда останется одним из лучших дней в моей жизни.”

И я совершенно не удивляюсь, когда первый лайк прилетает от Андрея Кисляка. Иногда мне кажется, что он просто за мной следит, потому что не бывает такого количества совпадений.

Я завариваю себе чай, устраиваюсь на диване и от переизбытка эмоций все-таки решаюсь сорваться к наверх к Кисляку, когда мой совершенно невероятный сосед, словно в очередной раз почувствовав меня, присылает мне сообщение ВКонтакте: – Остыла?

Я невольно улыбаюсь – несмотря ни на что, Андрей всегда может вызвать мою эмоцию только одной фразой и быстро печатаю: – Ты что-то перепутал, я была на льду, а не в сауне.

Ответ не заставляет себя ждать:

– Ты знаешь, о чем я. Остыла или все еще пищишь от восторга?

Фыркаю и набираю:

– Почти остыла.

– Врешь.

Я даже подпрыгиваю, нервно оглядываясь по сторонам, словно проверяя, не прячется ли Андрей где-нибудь в углу комнаты.

Наверное, я слишком долго не отвечаю, потому что приходит следующее сообщение:

– Хочешь, я угадаю, что ты сейчас делаешь?

– Ну, давай.

Ты пьешь чай из кружки, которую тебе подарила Тоня.

Я не верю своим глазам и быстро отдергиваю занавеску – в конце концов, у Кисляка есть ключи.

– КАК?

– Секрет фирмы. Жень…

Я терпеливо жду: обычно в наших переписках мы пишем, как говорим, поэтому после моего имени непременно должно что-то последовать.

– Теперь ты пойдешь со мной кататься на коньках? Я тебя многому смогу научить.

Змей-искуситель Кисляк не учел одного: я бы и так с ним пошла. Куда угодно.

– Да.

Комментарий к Идеальный день

Извините, что так мало.

https://vk.com/fanfics_mms

========== Почему так больно? ==========

Мое безоблачное счастье длилось недолго.

– Жень, прости, нам нужно расстаться. Дело не в тебе, ты замечательная! Мне нравится другая девушка! Прости меня, я такой трус, что даже не смог сказать это тебе в лицо! – виноватый голос Сергея, доносящийся из трубки, словно пробивается через вату в моей голове.

Я отодвигаю от себя телефон и несколько секунд тупо смотрю на имя звонящего, изо всех сил мечтая, чтобы это оказался просто сон.

– Жень? – настороженно спрашивает Сергей, ничего не услышав в ответ.

Я делаю глубокий вдох, борясь со слезами, а потом сбрасываю вызов.

Трусиха? Но что я могу ему сказать?

Если я ужасно боюсь сорваться…

Глаза застилает пеленой слез, а ноги совершенно не слушают меня, когда несут к моему любимому месту в городе – к небольшому пруду в парке.* Я прислоняюсь к стволу дерева и рыдаю навзрыд, задыхаясь от собственных слез.

Почему такое произошло со мной? Как он мог так со мной поступить? И почему я постоянно привязываюсь к людям?

– Девушка, вам помочь?

– Девушка, с вами все в порядке?

Не знаю, сколько времени проходит таким образом, но я немало ощутила на себе любопытных взглядов и искренне сочувственных вопросов.

Надо же, а я считала людей черствыми и равнодушными!

Телефон в сумке разрывается, но я сбрасываю как Сергея, так и Андрея.

Меньше всего на свете хочу, чтобы кто-нибудь из них видел меня в таком состоянии! – Женька! Женька, я чуть с ума не сошел!

От знакомого голоса я непроизвольно вскидываю голову и тут же виновато вытираю глаза рукавом.

Кисляк торопливо падает рядом со мной, прямо на траву в своих новых модных джинсах и обвиняюще произносит:

– Ты чего на звонки не отвечаешь, так нельзя людей пугать!

– Я просто… – я шмыгаю носом, а Андрей внезапно совершает то, что на его месте первым делом сделала бы любая девушка: крепко обнимает меня.

Я, честное слово, думала, что уже выплакалась, но, как это всегда бывает, от участия людей слезы бегут еще быстрее.

– Сергей меня бросил, – мой рот беспомощно кривится.

– Я знаю, – кивает Кисляк. – Он мне позвонил и признался, сказал, что волнуется.

– А сам приехать не захотел, да? – голос опасно вибрирует.

– Я здесь нужнее, – коротко поясняет Андрей. – Что случилось?

– Он влюбился, – я пожимаю плечами и зло срываю с шеи цепочку с подарком Сергея на мой день рождения – с той самой минуты я носила его не снимая. – Да не нужен мне твой подарок! – Размахиваюсь – и запускаю подвеску в озеро, и его воды кратко булькают, выпуская на поверхность небольшие пузыри.

– Ненормальная! – выдыхает Кисляк, торопливо скидывает куртку и…бросается в озеро. Прямо в одежде! Я непроизвольно вскакиваю на ноги: – Андрей!

Спустя несколько томительных минут Кисляк, тяжело дыша, появляется на берегу, сжимая в ладони серебряную цепочку.

– Это еще кто из нас ненормальный! – первое, что я произношу, встречая его.

Рубашка парня липнет к телу, и я не могу смотреть на него без дрожи. Андрей силой разжимает мои ладони и вкладывает внутрь кулон: – Это я помогал ему выбирать. Ты думаешь, он смог бы выбрать что-то такое классное? Так что считай, что это я тебе подарил, ладно?

Я невольно улыбаюсь, надевая подвеску обратно на шею.

В такой ситуации только Андрей может меня развеселить.

– Ты же замерзнешь! – качаю головой я, все еще не способная поверить, что этот придурок реально полез в воду ради дурацкой цепочки!

Кисляк абсолютно хладнокровно пожимает плечами, выжимая рубашку и натягиваю куртку прямо на голое тело.

– Тебе еще повезло, что сегодня тепло, – бурчу я.

А кажется, что каток был только вчера…**

– Обещаешь, что больше не будешь делать глупостей? – лукаво спрашивает Андрей.

Получив в ответ мой кивок, Андрей тянет меня за руку:

– Поехали домой.

В автомобиле я с видимым облегчением замечаю, что Кисляк включил подогрев сидений и наконец могу себе позволить расслабиться: еще не хватало, чтобы этот упрямец заболел из-за меня.

– Так вот почему ты не боялся заболеть?

Парень фыркает:

– Ты сейчас с хоккеистом разговариваешь, мы большую часть своей жизни на льду проводим! – напоминает он, и я понимающе хмыкаю.

Вжимаюсь в спинку кресла и всю дорогу ловлю на себе лукавые взгляды Андрея.

– В целости и сохранности! – торжественно сам себе объявляет Кисляк, как только мы оказываемся на моей лестничной клетке. – Давай, до скорого!

Я открываю замок и осторожно захожу внутрь.

Здесь все напоминает о нем. В свое время я здорово повозилась, распечатывая фотографии и сооружая из них различные коллажи, чтобы теперь иметь возможность лицезреть Сергея в каждой комнате.

Рыдание вновь поднимается из глубины, я судорожно срываю со стен, извлекаю из рамок такие теплые кадры, когда-то бывшие самыми любимыми – и безжалостно разрываю их напополам.

Сергей украдкой косится на меня в кино.

Протягивает мне, как маленькому ребенку, сахарную вату на палочке.

Я осторожно касаюсь морды лошади – Сергей со своей неизменной доброй улыбкой в этот раз остался за кадром.

Мы в баре – том самом, в котором мы познакомились. Я часто туда заходила после пар, ожидая своего парня. Даже приноровилась делать уроки в такой шумной атмосфере. А Сергей готовил мне вкусные безалкогольные коктейли…

Мы гуляем в парке, уплетая обалденные калачи в сахаре.

Дальше я уже смотреть не могу, поэтому, задыхаясь от воспоминаний и с застилающими глаза слезами, отправляю на пол все новые клочки фотобумаги.

В замке ворочается ключ. Я, погруженная в свои мысли, слишком поздно понимаю, что это означает, торопливо вытираю глаза краем рукава, но безнадежно опаздываю. Вошедшему в квартиру Андрею хватает одного взгляда, чтобы оценить ситуацию.

– Ну, я так и думал, – подытоживает парень, мрачно переводя взгляд с моего лица на гору обрывков на полу.

Не говоря больше ни слова, Кисляк направляется на кухню, задев по дороге краем большого пакета угол двери и негромко выругавшись.

Я шмыгаю носом, вытираю лицо, краснею от стыда – наверное, выгляжу сейчас ужасно.

На кухне звенит посуда, хлопают дверцы, пищит микроволновка.

А потом Андрей появляется в комнате и ставит передо мной кружку с горячим какао, на поверхности которых – крохотные зефирки.

Я недоуменно моргаю: никогда не пробовала, хотя смотрела во всяких кино.

– Что это?

Кисляк выглядит довольным:

– Если никогда не пробовала – загадай желание. Маршмеллоу это называется.

Точно!

– Но у меня нет ни какао, ни маршмеллоу, – все еще пребываю в шоке, делаю глоток и даже зажмуриваюсь от удовольствия.

Парень вновь улыбается, явно наслаждаясь происходящим.

– Зато я знаю места, где это можно купить, – парирует он. – А ничего не поднимает настроение девушке лучше, чем шоколад!

– И как ты успел? Ведь мы только недавно приехали, – растерянно протягиваю я, пытаясь сопоставить временные рамки. Не может же быть, что я столько проревела!

– Как будто бы я не знал, что увижу! – фыркает Кисляк. – Мне, как только Сергей позвонил, я сразу понял, что нужно срочно купить.

И только тут части головоломки в моей голове с громким щелчком встают на место, и наконец приходит вопрос, который я должна была задать раньше: – Я не знала, что вы друзья.

– Были друзьями, – поправляет Андрей. – Ну да, есть такое. Сошлись как-то, после твоего дня рождения, кстати. Он круто на приставке играет, на компьютере пару секретов и тайников показал.

Ох уж эти мальчишки! Только игры на уме!

– Выходит, вы часто общались? – поверить не могу, что я этого не знала! Могла бы заметить все подтрунивания парней друг над другом!

– Пей, а то остынет, – кивает Андрей на кружку, которую я обхватываю пальцами.

Я послушно делаю глоток, опускаю взгляд, чтобы полюбоваться на аккуратные зефирки и, не веря самой себе, замираю.

Костяшки моего друга сбиты.

Только не это!

– Андрей! – мой голос похож на писк полузадушенного цыпленка. Когда тот вопросительно переводит взгляд на меня, я киваю на его ладонь. Он следит за направлением моего взгляда – и мрачнеет, тут же догадавшись, в чем дело: – Блин… Жень!

– Это же не то, о чем я думаю? – в панике вопрошаю я.

– Перед тем, как найти тебя, я сделал еще одну остановку, – убито признается Андрей.

Он избил Сергея…ради меня. Я сама не могу понять, какое чувство это знание у меня вызывает: гордость или ужас.

Наверное, на моем лице написаны все эмоции, потому что Кисляк внезапно оказывается рядом и торопливо сгребает с пола все бумажки.

– А говорят, что мужская дружба самая крепкая, – губы как будто заледенели, и такие простые слова произносятся с трудом.

Андрей смотрит на меня, и его губы растягиваются в улыбке:

– Всегда приходится выбирать.

Это означает, что он выбрал меня?

– Ты видел его новую девушку? – на последних словах мой голос странно падает, и я буквально чувствую, как они раздирают мое горло.

Андрей с жалостью смотрит на меня и качает головой:

– Ему повезло, я ее не видел. Пей какао, – он уходит, прижимая к груди ворох бумаг, а я закрываю глаза и делаю глоток.

Кисляк бесцеремонно возвращается в комнату с огромной миской в руках, набитую чипсами, орешками, моими любимыми конфетками и громко провозглашает: – Время киносеансов!

Я передергиваю плечами – искать ничего нового мне не особо хочется. Да и вообще, я стараюсь ограничить себя в чипсах: слишком вредно.

– Вредно же, – сама удивляюсь, насколько безразлично звучит мой голос.

– Ууууу, – протягивает Кисляк, приземляя миску на тумбочку. Я допиваю какао и благодарно киваю:

– Спасибо большое, очень вкусно.

Некоторое время Андрей молчит, закусив губу и пристально изучая меня. А я пытаюсь понять, в чем я нуждаюсь больше: в том, чтобы спокойно поплакать или в том, чтобы почувствовать рядом плечо друга.

Кого я обманываю? Меньше всего я хочу, чтобы он уходил!

– Эти чипсы слишком вредные, – тихо произношу я.

Но, кажется, сегодня у Кисляка на все есть ответ:

– Только вредная еда помогает во время депрессий, не замечала?

Я признаю его правоту и отправляю в рот вредный, но восхитительно хрустящий и вкусный чипс. Кружок сам тает на языке, и я все-таки улыбаюсь.

А Андрей продолжает удивлять меня дальше. Подходит к ноутбуку, нажимает пару клавиш и со вздохом поворачивается ко мне: – Ну что, давай уже смотреть твоих “Зачарованных”?

Я круглыми от удивления глазами смотрю на него:

– Обалдеть! Куда ты дел моего друга? Ты же его не любишь!

– Сегодня я люблю все, что любишь ты, – просто отвечает парень. – Какая там твоя любимая серия?

Такой трудный вопрос мне еще не задавали. “Зачарованные” – мой самый любимый сериал на все времена, и каждую серию я знаю наизусть.* Выбрать?

– Ну, давай начнем с первой, – киваю я, и Андрей запускает фильм.

Диван под парнем слегка прогибается, когда тот падает рядом со мной, накидывает мне на плечи плед и устанавливает на коленях большую миску с вкусняшками.

Когда на экране появляются такие знакомые титры, я внутренне расслабляюсь и благодарно произношу:

– Спасибо.

И не только за плед. За то, что ты рядом.

Комментарий к Почему так больно?

* Я думаю, все уже поняли, какой мой любимый сериал

https://vk.com/fanfics_mms

========== У каждого есть свой Хэппиенд… ==========

Ту цепочку с кулоном я больше не снимала. Для меня эта вещь теперь ассоциируется не с Сергеем,а с тем безумным поступком Кисляка.

Тоня уже давно перестала вздыхать по Андрею, а я оставила всякие попытки объединить этих двух. Сначала моя подруга по-прежнему всякими намеками сводила меня парня, доказывая, какие бы прекрасные отношения могли у нас получиться. Она перестала это делать, когда у меня появился Сергей, но после “героического” поступка Андрея – вы бы видели, как она на меня смотрела! Язык у подруги чесался неимоверно, мне ли это не знать? Но просто ради меня она все-таки молчала, не желая ворошить прошлое.

У нас с Андреем были прекрасные отношения. Мы ни разу не ссорились, парень понимал меня с полуслова. Пока в один вечер…

Честное слово, я практически не помню подробностей. Какая-то ерунда, вскользь брошенное слово, мое и его плохое настроение удачно совпали, и я взвилась ракетой до потолка.

Другой человек бы уступил, но Кисляк не такой. Сначала мой друг пытался своими колкими шуточками поднять мне настроение, а затем беспомощно замолчал.

Молчащий Кисляк! Кто рассказал бы – не поверила!

– Женя, почему ты всегда вымещаешь свое настроение, свою агрессию на близких людях? – внезапно тихо спрашивает он.

Ненавижу, когда кто-то говорит о моих недостатках.

– А ты мне кто? Сват, брат, парень? – едко огрызаюсь я.

Я жалею об этой фразе сразу же. На лицо Андрея набегает волна, и он шепотом произносит:

– Надо же. Кажется, я многого себе навоображал. А я… Ладно, неважно.

– Андрей, прости! Я не хотела!

Пыл уже проходит, но Андрей кивает сам себе и хлопает дверью. Вот так вот просто, обрывая все мои надежды на примирение.

Я дурочка. Я такая дурочка. Ну правда, почему достается всегда близким?

Я набираю номер телефона парня, получая при этом холодные равнодушные гудки и с каждой секундой все больше злюсь на себя.

Ну, кто тянул меня за язык?

Кисляк тоже гордый, и он не обязан терпеть мои выходки.

Я подхожу к его двери с тортом-мороженым(нашим любимым, мы всегда ели его двумя ложками) и поднимаю руку, чтобы нажать на кнопку звонка.

И тут же замираю. Громкий смех, слегка картинный, как из фильмов о какой-нибудь блондинке. Чересчур наигранный голос с придыханием.

– Андрей, ну поговори со мной! Почему ты такой мрачный?

– Свет, – я узнаю этот усталый выдох. – Я же говорил, тебе не нужно приходить!

– Мало ли что ты говорил! Я подумала, что тебе наверняка понравится это шампанское и кое-что еще, – звук поцелуя.

– Свет! Прости, у меня нет настроения!

– Хочешь сказать, что я зря приехала? Андрей, я же тебя люблю!

– Свет! – Андрей глухо стонет. – Пока!

Девушка за дверью коротко взвизгивает, что-то падает, жалобный вскрик.

Спохватившись, я торопливо поднимаюсь на один лестничный пролет и прижимаюсь к стене, стараясь, чтобы парень меня не заметил.

Осторожно выглядываю: светленькая девушка в черном костюме закусывает губу, борясь со слезами, а потом торопливо бежит вниз по ступенькам.

Я же делаю большой глоток воздуха и с тортом наперевес бросаюсь на абордаж такой уже ставшей родной квартиры.

Кисляк открывает дверь и замирает на пороге, глядя на меня.

– Привет! – я растягиваю губы в улыбке, не показывая вида, насколько они у меня дрожат, и тут же протягиваю вперед коробочку.

Андрей смотрит на нее и тут же сводит брови в линию:

– Прости, но теперь у меня нет настроения.

– Андрей, подожди! – я вставляю ступню в щель между дверью и стеной. – Я не хотела говорить этого, я идиотка!

Парень опускает взгляд на коробку в моих руках и хмурится:

– Жень, я считаю, что ты – один из самых близких для меня людей! И я был уверен, что и ты так же думаешь обо мне. Но твои слова…

– Я дура, что сказала так! Ты мне очень дорог, правда!

– Прости, – одними губами произносит парень и закрывает дверь.

А я только и могу беспомощно смотреть на упаковку с нашим любимым мороженым.

Не могу поверить, что мы поссорились! Что больше не будет его фирменного утреннего кофе, что он больше не зайдет за мной утром, что в сообщениях больше не окажется какого-нибудь образца курсовой, что мы больше не будем смотреть по вечерам фильмы.

Я всхлипываю, захлебываясь в слезах и запуская ложку в мороженое. Шоколад приятно тает на языке, и я с трудом глотаю.

Обычно мороженое приносит мне радость и поднимает настроение, но сейчас это не помогает.

В таком состоянии проходит три месяца. Мы по-прежнему не разговариваем, хотя я все равно все время смотрю на него в коридорах и, если честно, частенько наблюдаю за дверью его квартиры.

А потом мой скайп назойливо вибрирует.

Юля. Моя двоюродная сестра из Америки.

– Жень, слушай, тут такое! Билеты очень дешевые, не спрашивай, почему, я не отвечу! Приезжай к нам? Кстати, твое место на факультете журналистики все еще дожидается тебя!

Я невольно улыбаюсь. Когда-то после 9 класса мне предлагали пойти на двухгодовое изучение языка, а потом поступить в Америке на факультет журналистики и даже уже пристроили, но я отказалась. Просто не захотела уезжать от своей семьи. Но я уже выросла, живу одна в большом городе, да и факультет журналистики, наверное, куда круче за границей, это же огромные перспективы!

– Думаю, я приеду

В последующие недели настоящая чехарда. Я ношусь по городу, покупаю необходимые вещи, без перерыва болтаю с сестрой.

– Мам, ты уверена, что…? – я не договариваю, но она, как всегда, понимает меня без слов:

– Все хорошо. Ты же будешь к нам приезжать?

– Конечно!

И вот наступает роковый день. Я тащу за собой чемодан, а на спине битком набитый рюкзак, а верная подруга провожает меня до самого аэропорта.

В зданииТоня крепко обнимает меня:

– Ну вот, мы же собирались поехать в Питер, предательница! – укоряет она. – Как ты вообще решилась?

– Просто подумала, что почему бы и нет, меня давно ждут, да и я соскучилась.

Вранье. Мне просто невыносимо находиться в этой квартире, знать, что надо мной живет человек, которого я потеряла из-за глупости!

Тоня понимающе косится на меня и улыбается:

– Звони или пиши мне, хорошо?

– Конечно!

Девушка оглядывается на табло электронных часов, занимающих полстены.

– Сколько у тебя времени до вылета?

– 2,5 часа, – пунктуальность – это мое кредо, я всегда прихожу очень заблаговременно, потому что безумно паникую, когда опаздываю.

– Опять кучу книг своих прочитаешь… – вздыхает Тоня.

Подруга вечно потешается, как много я читаю, хотя сама не менее жадно глотает книжки. Но я в этом плане настоящая одержимая, читая книги сутками напролет.

– Жень, прости,мне надо бежать! – извиняюще выдыхает девушка, складывая руки в умоляющем жесте.

– Иди, ты чего, я же не рассчитывала, что ты будешь со мной все это время! – смеюсь я, и Тоня тут же уносится.

А я нахожу себе свободное место, достаю из рюкзака книгу и мгновенно погружаюсь в увлекательнейший мир.

С интересным томиком время проходит совершенно незаметно, и меня еле-еле вытягивает из книги знакомый голос:

– Женя!

Я непроизвольно вскидываю голову и глазам своим не верю.

Андрей стоит прямо возле моего сиденья с огромным букетом в руках и виновато смотрит в пол:

– Женя, пожалуйста, не улетай! Не надо. – его голос дрожит.

А я едва сдерживаю безумный порыв кинуться ему на шею.

– Как ты узнал?

– Тоня написала мне смс-ку. – Кисляк разворачивает ко мне дисплей, и я с изумлением распознаю текст: “Женя улетает навсегда в Америку. У тебя 2 часа”.

Вот же коварная женщина!

– Я просто хотел справиться со своими чувствами. Я хотел, чтобы ты все осознала. Я чуть-чуть увлекся, я не должен был так себя вести, прости меня!

– Чувствами? – я произношу это одними губами, но парень слышит:

– Да. Женька, ты же нравишься мне с самого первого дня нашей встречи! У тебя так воинственно горели глаза, когда ты наседала на меня. А ведь любая девушка обычно робеет, когда общается с незнакомцем! А потом меня сразу привлек твой острый язычок. Твой характер. Твоя непосредственность. Удивительно, как ты ничего не замечала! Тебе же Тоня столько раз говорила!

Ты нравишься мне с самого первого дня нашей встречи.

Не может быть!

– Ты правду говоришь? – на глаза наворачиваются слезы.

Андрей кивает и хватает мой чемодан за ручку:

– Ты не можешь улететь! Ты же знаешь, как я ненавижу Америку! Жень, я такой идиот, ты нужна мне!

– Я тоже перед тобой виновата. Прости меня, я не должна была так говорить. Ты – один из самых дорогих для меня людей на этой планете. – я уже сама с трудом борюсь со слезами.

Кисляк прижимает меня к себе, и я наконец-то растворяюсь в этом привычном запахе дорогого одеколона.

– Не улетай,ради меня, – его голос срывается.

А я мотаю головой:

– Не улечу.

За последнее время я поняла, как сильно ты мне нужен.

– Я люблю тебя, – шепот Андрея ерошит волосы возле моего уха.

А я решаюсь произнести уже давно рвущуюся из меня правду:

– И я тебя.

И уже очень давно.

Андрей целует меня, и в моей жизни все становится на свои места.

Тоня была права. Она с ума сойдет от восторга!

Кстати, насчет подруги. Она у меня молодец! Но насчет той смс-ки я еще с ней разберусь!