Текст книги "О "мемуарах" генерала Гранта"

Автор книги: Марк Твен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Когда я собрался уходить Фред Грант спустился со мной на первый этаж и поразил меня сказав тихонько, что врачи пытаются скрыть от отца действительное состояние его здоровья, тогда как на деле считают, что он нежилец и что жить ему осталось не более двух-трёх недель.

Это происходило 21 февраля 1885 года.

После этого дня Грант ежедневно, насколько позволяли силы, трудился над правкой рукописи своей книги. Фред читал её ему очень медленно, а он по мере надобности вносил правки. Он терял драгоценное время, поскольку написано было только от половины до двух третей второго и третего томов. Однако его больше беспокоила абсолютная точность уже написанного, чем завершение всей книги с неточностями, после чего выяснилось бы, что он уже не в состоянии ничего выправить. Его память была в отличном состоянии и вряд ли кто-либо обладающий такой памятью отказался доверять ей. Генерал же не доверял. Как бы ни был он уверен в событии или дате, он ни за что не оставлял их, не сопоставив с официальными данными. Этот постоянный мучительный поиск данных обходился огромными затратами времени, но небесполезными. Всё, что в книге Гранта называлось фактами, можно было принимать с полным доверием как тщательно прверенные.

Что же до его памяти, она работала у него как чудесный механизм. Как то раз он сказал мне, что никогда еще не рассказывал о боях при Уайлдернесс со времени их окончания и до времени его возвращения в Вашингтон. Он сел и подробнейшим образом описал всё по памяти, а закончив свой рассказ, сверил его с отчётами своих подчинённых и убедился, что почти не сделал ошибок. Если быть точным, он сказал, что допустил две ошибки.

Гранту приходилось терять время ещё по одному поводу. Три статьи для журнала Сенчери он написал и получил за них гонорар, но ещё до этого пообещал в течение лета написать четвёртую. Черновик он набросал, но полностью статья была не готова.

Издательство Сенчери разрекламировало эти статьи и теперь опасалось, что Грант не успеет уже завершить их. К этому времени известия о болезни Гранта вышли уже за рубежи страны и газеты были полны сообщений о его угрожающем состоянии. Ребята Сенчери несколько раз приходили за четвёртой статьей и это очень огорчало и обижало Фреда, так как он знал, что они, как и весь остальной мир сознают, что его отец при смерти. Фред считал, что они должны проявить больше терпения и человечности. Грант работал над этой статьей нерегулярно, когда позволяли покидающие его силы, и был настроен завершить её, если удастся, поскольку дал слово и никак не мог отказаться от него, пока оставалась хоть малейшая возможность сдержать его. Я спросил, правда ли то, что не было ни контракта, ни соглашения о размере оплаты этой статьи издательством Сенчери. Он подтвердил это. – В таком случае, – сказал я, – спросите с них за неё 20 тысяч. Она вполне того стоит – стоит и вдвое больших денег. Возьмите с них эту сумму за статью в незавершённом виде, отдайте её им и скажите им, что она будет стоить гораздо дороже в случае, если генерал сможет завершить её. Это поумерит их пыл и даст вам покой. – Он не желал просить столь высокую цену за статью, но полагал, что если бы смог бы дать её им, то мог бы затребовать оплату в 5 тысяч. Было ясно, что скромность этого семейства в денежных вопросах просто нерушима.

Примерно в ту же пору я как-то был у Гранта и разговаривал с генералом Бадо, как вдруг увидел на столе пачку машинописных листов какой-то работы и, взяв перую страницу, стал читать её. Я понял, что это очерк, посвященный взятию Виксберга. Посчитав, я обнаружил на этой странице около трёхсот слов, а значит во всём тексте 18-20 тысяч.

Бадо пояснил, что это одна из трёх статей Гранта для Сенчери.

Я сказал, – Они не имеют никакого права требовать четвёртую статью, поскольку в этом тексте хватает материала на две, а то и три стандартных журнальных статьи. -

На этот момент копии этой и двух остальных статей лежали уже в сейфе Сенчери, а значит, обязательство на выполнение четвёртой статьи сполна исполнено и без дополнительной статьи. Но ребята Сенчери считали, что без четвёртой статьи контракт не будет выполнен, а потому настаивали на её получении. Если бы эту статью для Сенчери писал я, то при обычной цене для меня эта статья стоила бы около 700 долларов. Выходит, они платили Гранту не больше чем мне, и это включая 1000 долларов уже выплаченного ему аванса.

Даже если бы ребята Сенчери вообще ни в чём не смыслили, они б и то знали, что одна страница работы Гранта стоит дороже сотни моих. Они почитали себя честными, порядочными, добродушными и если бы кто-то смог убедить их в обратном, они бы исправились. Однако всё красноречие, излитоё на них мною, пропало даром, совершенно даром. Они продолжали считать, что ведут себя в отношении Гранта вполне великодушно и были неспособны смотреть на вопрос в ином свете.

Позже, в Маунт МакГрегор, они согласились отказться от половины статьи о взятии Виксберга и они отказались даже более чем от половины – сократили её с двадцати двух страниц до девяти, и только эти девять появятся в журнале, при этом, к уже заплаченным 2500 долларов они доплатили еще столько же. Значит, если этим ребятам дать такую возможность, они обладали способностями к обучению порядочности и человечности.

Спустя какое-то время после заключения контракта на издание книги Гранта, я узнал, что между ним и Сенчери существовала лишь устная договоренность, в рамках которой издательство разрешало Гранту использовать материалы статей журнала в его книге. Существует неписанный закон, согласно которому автор имеет полное право использования своих журнальных статьей по своему усмотрению. Этот закон настолько укоренился, что автор совсем не ожидает каких-то трудностей с получением от журнала документа, удостоверяющего его авторское право, в любой момент, когда он запросит его для использования содержания статьи для книги. Но я боялся, что в данном случае компания Сенчери может проигнорировать неписанный закон и воспользоваться законными правами, то есть откажет нам в использовании материалов статей Гранта, напечатанных журналом, для его книги. Положение дел было аховое, поскольку Грант был слишком болен, чтобы переписать эти материалы. С этим нужно было что-то делать и очень срочно.

Стряпчий Гранта, м-р Сюард был очень обеспокоен, узнав об отсутствии письменного договора. Я же не был так пессимистичен – я полагал, что на деятелей Сенчери вполне можно было рассчитывать в том, что касалось выполнения любых принятых ими устных обязательств. Только вот было у меня опасение, что их понимание устных обязательств могло не совпадать с таковым пониманием Гранта. Поэтому я вернулся в дом Гранта и попросил Фреда изложить на бумаге содержание устного договора, как он его понимал. Этот документ он прочитал отцу и тот, согласившись, что там всё верно, слабеющей и дрожащей, но собственной рукой, поставил под ним вполне узнаваемую подпись.

Затем я позвал Уэбстера с нашим юристом и мы втроём отправились в издательство Сенчери, где нашли Росуэлла Смита (главу компании) и нескольких членов редколлегии. Я просто и незатейливо изложил своё дело и понял, что их трактовка договорённости совпадала с трактовкой Гранта. Таким образом, препятствие было мгновенно преодолено и, чтобы покончить с делом, мы приступили к составлению письменного документа

Когда инцидент был исчерпан или, может, близок к тому, я сделал следующее любопытное открытие.

Я уже знал, что ребята Сенчери намеревались впоследствии издать все их статьи о войне в виде книги, в числе которых и статьи Гранта. Однако, зная сколь ничтожную цену они заплатили Гранту за его статьи, мне казалось, что он должен получить дополнительную плату за использование его материалов в их книге – то есть вознаграждение, как правило выплачиваемое автору в наше время по ещё одному неписанному закону. Но как только я завёл об этом разговор, то к моему изумлению мне было отвечено, что все эти статьи ими куплены и оплачены при твёрдом понимании того, что первая проплата была и последней. В подтверждение этого потрясающего обстоятельства они представили расписку, подписанную Грантом, из которой однозначно явствовало, что каждые пятьсот долларов являлись платой не только за использование соответствующей статьи напечатанной в журнале, но и за использование её впоследствии в книге.

Совершенно ясно было одно – оценивая значение этих статей для упомянутой книги, цену, которую они заплатили генералу за публикацию в своём журнале, трудно было назвать как-то иначе, чем бесценком.

Раз ребята из Сенчери даже не краснели, то, очевидно, они считали данную сделку честной и законной, да я и сам верил, что они нисколько не осознают, что совершают что-то негодное. Совершенно ясно было, что они покупают у Гранта десятидолларовые золотые изделия по цене четверть долара за штуку, и при этом, я думаю, не менее ясно было, что они не осознают, что совершают что-то нечестное.

Росуэлл Смит, с довольным видом человека, загнавшего себе гвоздь в ногу, сказал мне – Я рад, м-р Клеменс, что книга Гранта досталась вам, рад, что нашёлся кто-то достаточно смелый, чтобы взяться за неё при данных условиях. Что, по-вашему, генерал хотел от меня?

– И что же?

– Он хотел, чтобы я гарантировал ему продажу тиража в 25 тысяч двухтомного издания его книги! Я не взял бы на себя риск подобной гарантии в отношении ни одной когда-либо издававшейся книги.

* Эти самые слова я уже несколько раз приводил. У меня (в записной книжке) имеется точная цитата высказывания Смита, подтверждающего версию о том, что они и вправду считали, что 10-процентное роялти составит половину прибыли от книги Гранта!

Приписка, сделанная 10 сентября 1885 года: На данный момент продано 250 тыс. двухтомников или 500 тыс. однотомных экземпляров книги, и это при том, что рекламная кампания проводилась только на половине территории стране.

Я не произнёс ни слова вслух, но про себя хорошенько высказался. Это было ещё одним ярким свидетельством того, что о реальной ценности книги Гранта ребята Сенчери имели понятия не больше, чем дети малые.

Ко времени написания этих строк (25 мая 1885 г.) мы не рекламировали книгу никоим образом – не истратили на рекламу ни доллара – даже не подавали объявления ни посредством листовок, ни как-то ещё, о том, что мы готовы к приёму заявок от книготорговцев. И, невзирая на всё это, у нас уже заказов bona fide /прим. пер. лат. «по своей воле», без всякого навязывания/ на 100 тыс. двухтомников (то есть 200 тыс. однотомников), и эти заказы поступили от людей, которые взяли на себя обязательство принять партию книг и оплатить её и которые, к тому же, предоставили нам самые достоверные доказательства своих финансовых возможностей относительно выполнения подписанных ими контрактов. Территория, охваченная указанными заказчиками, составляет лишь около четверти площади Северных штатов. Кроме того, у нас на рассмотрении ещё заявки на 50 тыс. двухтомников и, хоть мы и уверены в способностях и энергичности этих заказчиков, мы не отдаём им заказы по той лишь причине, что пока что не вполне удовлетворены их финансовой состоятельностью.

После того, как стало известно, что книга Гранта попала в мои руки, две газеты – одна нью-йоркская Уорлд и одна бостонская (кажется Гералд) – тут же опубликовали эту новость и в обоих случаях была занята такая позиция, что посредством некой изощрённой незримой ловкости рук и беспардонно воспользовавшись святой простотой ребят из Сенчери, я увёл их книгу – книгу, которую они имели право считать их собственностью, поскольку условия её издания были обоюдно согласованы и Грант был готов к подписанию соответствующего контракта, как тут вдруг в дело незванно встрял я.

Оба эти газетные сообщения не соответствовали действительности, хотя сообщение бостонской газеты считалось достаточно правдивым по той причине, что оно было составлено сестрой м-ра Гилдера, редактора Сенчери, в результате чего на страницах газеты был устроен тщательный разбор моих неправедных маневров, и никому, похоже, не хватило ума смекнуть, что если книгу Гранта урвал один какой-то пройдоха, то это лишь значило, что он не дал сделать этого другому пройдохе, поскольку в статье бостонской газеты об условиях Сенчери прямо говорилось как о 10-процентном роялти. Ни одна живая душа не заметила и не обсудила этой детали. Все как один слепо уверовали в то, что условие о 10-процентном роялти в едва не подписанном Грантом контракте не имело ничего общего с надувательством.

Я давно взял за правило не мешать газетам писать обо мне и моих делах столько дезинформации сколько душа пожелает, а посему я не желал ни оспаривать публикации этих газет, ни излагать свою версию данного дела каким бы то ни было способом.

Однако один репортёр (по наущению одного из редакторов газеты Курант) явился в наш дом в Хартфорде узнать мою версию для освещения её в сообщениях Ассошиэйтед Пресс. Я надиктовал краткое сообщение, опровергающее информацию газеты Уорлд об охлаждении отношений между Грантом и Сенчери, в результате чего последние якобы больше не будут издавать статьи первого несмотря на их широкомасштабную рекламу. Я пояснил в своём сообщении, что никакого охлаждения отношений, как и почвы для него, не было; что подряд на издание книги был открыт для всех конкурентов; что я подал своё предложение вместе с просьбой к Гранту уведомить остальных претендентов о предложенных мною условиях, чтобы он подобным образом мог выбрать для него наивыгоднейшие; что впоследствии я получил этот подряд, но совершенно без использования нечистых или подковерных средств. Сообщение моё было кратким, лаконичным и не содержащим ничего оскорбительного.

Оно было передано телеграфом в штаб-квартиру Ассошиэйтед Пресс в Нью-Йорке, однако этим концерном опубликовано не было. Я справился, почему и мне ответили, что, несмотря на то, что данное сообщение представляет большой общественный интерес, оно всё же так или иначе послужило бы рекламой для книги – до этого я бы сам не додумался. А ещё мне намекнули, что имей я среди персонала Ассошиэйтед Пресс знакомство, то за умеренную взятку мою заметку можно было бы распространить по всей стране. Неужто это правда. Неужели в таком огромном и солидном концерне способны на такое.

Продиктовано в 1885 г.