![](/files/books/160/oblozhka-knigi-provodnik-si-374946.jpg)
Текст книги "Проводник (СИ)"
Автор книги: Мария Лионова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Рядом с мальчишкой присела девочка лет десяти и протянула ему вторую тарелку из своих рук. Дарьяна невольно посмотрела как на дне ее плескалась горячая жидкость, непонятного цвета. Есть как-то сразу расхотелось, но желудок твердил обратное.
– Почему не кушаешь? – послышался вопрос, от девочки глядевшей на Дарьяну с любопытством. Девушка не нашлась что ответить, поэтому просто пожала плечами.
– Ты тут новенькая да? – Дарьяна криво улыбнувшись, кивнула. На что девчушка соскочив со своего места и схватив удивленную девушку за руку, уверенно потянула ее из-за стола. Дарьяна подчинилась и они вышли со второго входа в трапезную.
Там в небольшом дворике, толпились в ожидании своей порции остальные дети. Они подавали пустые чашки, в которые высокая, крупная женщина наливала с большой кастрюли бульон, стоящей на круглом столе.
Ее сильные, большие руки проворно двигались, работая, а сама она то и дело покрикивала на вдруг зазевавшегося перед ней очередного засоню.
– Пойдем же, тебе нальют. Мадам Брук очень не любит, когда мы затягиваем с едой.
Девочка сунула ей в руки такую же чашку и подтолкнула к женщине. Та на автомате выхватив чашку налила как и всем и сунула кусок серого хлеба, взглянув на девушку в последний момент. На секунду женщина будто остолбенела глядя на Дарьяну, затем быстро спросила:
– А ты что здесь делаешь? Разве тебе приказывали работать с детьми?
– Аа, я… меня сюда привели, – расстерялась девушка.
– Кто? – не унималась женщина.
– Я не знаю, как его зовут. Тот что без бороды, – ответила Дарьяна смотря как мадам Брук кивает, а потом раздражённо отмахивается от нее, веля им идти прочь.
Ничего не понимая девушка вернулась и села на свое место, которое было уже занято ребенком и которого решительно немного подвинув, ее спутница ей освободила. Есть совсем расхотелось, не было аппетита.
Заметив, что Дарьяна не притрагивается к еде, девочка клятвенно заверила ее, что бульон варят из самых лучших, оставшихся косточек разделанных куропаток, которых добывают в замок для их господина.
– Ты ешь-ешь, нам много времени на это не дают, – прихлебывала малышка, то и дело участливо обращаясь к Дарьяне, поторапливая ее.
Девушка грустно кивнула с неохотой откусывая кисловатый хлеб и неспешно жуя его, после которого сразу же захотелось пить.
Осторожно зачерпнув деревянной ложкой бульона, девушка отхлебнула, смакуя его во рту. Вкус и правда походил на куриный. Все почти разошлись, когда девушка тоже доела свою порцию, почувствовав как силы вновь возвращаются к ней.
– Пойдем! – торопила ее соседка, которая уже держала за руку мальчишку. – Помоем чашки и вернём мадам. Она уже ругается. Слышишь?
После завтрака все дети шли за человеком, который появился сразу же едва они закончили есть. Его злой и худощавый внешний вид, был противоположной стороной его характеру. Он строго, но добродушно поторапливал всех поспешить.
Все действовали складно без вопросов, отчего складывалось понимание, что каждый не впервые знаком с правилами этого места.
Тут были только дети и подростки, которые были значительно выше Дарьяны. Хотя это ее нисколько не удивляло. В родном мире ее часто принимали за школьницу. Она привыкла к этому, хотя по началу это не могло не расстраивать молодую девушку, желающую в будущем создать семью. Ей казалось, что ее маленький рост может стать этому помехой.
Наконец их привели на большое, вспаханное поле. Работа заключалась в сеянии зёрен пшеницы. По крайней мере в этом девушке была ясна логика. Все как в ее мире. Люди заботились о будущем урожае.
– Как тебя зовут? – обратилась Дарьяна между делом к своей маленькой подружке.
– Фиона, мадмуазель! – улыбнулась девочка и указала на мальчика рядом. – А его Генри, он мой младший брат.
– А где же ваши родители? – улыбнулась Дарьяна услышав обращение девочки к себе. – Где родители у всех остальных детей?
– Наши работают с другими взрослыми. Видимся мы только поздно вечером. И то не всегда. И не у всех здесь есть родители.
Откровения малышки, в который раз убедили девушку в жестокости этого мира. Какое-то время Дарьяна молчала, переваривая услышанное. Затем снова обратилась к Фионе:
– Значит вы совсем нигде не учитесь? – при этом вопросе девочка так странно посмотрела на нее, будто совсем не понимает ее. Было ясно, что у них даже понятия нет такого. Учиться…
Кстати что касается понимания, девушку вдруг осенило, что все говорят на ее родном языке. Спросив об этом девочку, ответ который снова навлек на мысли, что все это не может быть правдой. Что это точно сон. Литургический может. Затянувшийся. Который к тому похоже уже никогда не закончится.
Как оказалось, на каком бы языке ты ни говорил, здесь все друг друга поймут. В этом мире один язык на всех. А какой он?! Для каждого он покажется своим родным. Будь то английский или немецкий или русский как в ее случае. Только имеющие магические силы могут говорить на языке, который уже они простой люд не поймут.
День клонился к позднему вечеру. Изможденные от непосильной для такого возраста работой, дети еле передвигали ноги.
Полноценного обеда не было, им сунули каждому в руки ломоть хлеба и подкатили кадушку с водой. Благо ещё, что мучений от жажды они не знали весь оставшийся день. И все же Дарьяну поражалало такое жестокое обращение с детьми. Глядя на их перепачканные землёй, изможденные лица, сердце щемило от жалости. Она вот-вот готова была и сама расплакаться от усталости и опустошённости. А тут дети…
Конечно она не понаслышке была знакома с работой в земле. С бабушкой они каждый год засаживали свой небольшой участок картофелем и овощами. А после она старалась вырваться с учебы, чтобы помочь собирать их урожай. Но никогда та работа не была такой изнуряющей как сейчас. И хуже всего было от того, что эту работу выполняли дети.
Еле живые они неторопливо шли с поля. Работа была окончена и они успели до сумерек. Их наставник, не смотря на то что работал наравне со всеми, и был как и все утомлен, все ж находился в приподнятом настроении. Сегодня ему не придется выслушивать выговор свыше.
Дарьяна шла и смотрела как и без того серое небо окрашивалось в темный цвет. Темнело… Тучи выглядели ещё более зловеще. В своем мире она любила такое небо, даже себе не могла объяснить почему. Готова была часами сидеть и смотреть на него. Но здесь и сейчас очень хотелось хоть немного увидеть проблески солнечного света.
Ещё не дойдя до окраин поля, где начиналась дорога обратно в замок, они увидели приближающихся всадников. По мере их приближения, Дарьяна начинала нервничать; схватив машинально за руки Фиону и ее брата. Она узнала в толпе Рэя, едущего впереди тройки с остальными. Сердце остановилось, а затем пустилось вскачь, как те кони, мчавшиеся им навстречу, отбивая бешенный ритм в груди.
Ваал [1]– демон вероломства и обмана.
Глава 6
– Оо, не-ет! Только его тут не хватало! – в сердцах проговорила Дарьяна, глядя как наездники приближаются к ним.
– Ты говоришь о господине? – Фиона задрав головку, всматривалась в испуганную девушку.
Дарьяна удивлённо посмотрела в ответ, понимая что произнесла слова вслух. Плохи ее дела думала она, раз она уже не может сдерживать свои мысли и эмоции.
Всадники приблизились, натягивая уздечки, взбеленившихся, разогнавшихся лошадей. Проводник остановился позже, как раз около надзирателя детей. Его недовольной резким торможением конь встал на дыбы, едва не задев передними копытами голову, присевшего в страхе мужчины.
Дети в испуге вскрикнули, собравшись поодаль от них в кучку. Двое детей по бокам от Дарьяны тоже прижались к ней, в страхе зарываясь лицами ей в одежду. Девушка испугалась не меньше них, тем не менее нашла в себе силы успокоить ребят; шепнув им какие-то утешающие слова, которые захотев не вспомнила бы после.
Жеребец Рэя успокоился. Он же сам, надменно взглянул коню под ноги, на еле живого от страха мужчину. Затем повернулся к сопровождающимся в первой тройке мужчинам и велел расспросить как обстоят дела на поле. Он даже не удосужился обратить внимание на невнятные и бессмысленные бормотания наставника, который похоже пытался отчитаться перед господином.
К великому облегчению Дарьяны, всадники не задерживаясь тут же тронулись в путь. Их путь, по-видимому, держал как раз мимо их засеянного теперь неьольшого поля.
Проезжая мимо девушки, за которую по прежнему держались испуганные дети, мужчина в маске повернул голову в их сторону, заметив эту картину. А затем их взгляды с ней встретились, после чего Дарьяна поспешно опустила голову, беззвучно шевеля губами; ругая себя словами и чувствуя как краска стыда заливает лицо. Теперь он точно убьет ее думала она, не раз попадаясь на том, что рассматривает его. Но всадники промчались мимо, оставляя за собой лишь клубы пыли от копыт лошадей.
Девушка облегчённо выдохнула, чувствуя как напряжение спадает. Но если бы она могла только знать, что эта встреча была лишь началом ее кошмара, то она бы не торопилась сейчас радоваться.
Весь путь обратно к замку Дарьяна думала о Веде. Она не знала как ей узнать, отпустили ли ее домой. Вдруг она все ещё томится в той темнице. О более худшем исходе, думать она себе запрещала. Но пообещала, что обязательно что-нибудь о ней узнает.
На ужин как правило снова раздавали бульон и ломоть хлеба. Возвращая посуду мадам Брук, девушка заметила, что та кажется была сегодня особенно не в духе. Ее тучная фигура возвышалась над ужинающим наставником, который казалось слушал ее в пол уха. Он задумчиво смотрел в одну точку и для успокоения мадам время от времени кивал головой, давая понять что слушает ее.
Дарьяна слышала, как женщина размахивая руками, жаловалась на то, как неблагодарно с ней обходились. Девушку мало интересовало в чем же были ущемлены права мадам Брук, она собиралась уже развернуться и идти с остальными ко сну, когда увидела что в этот момент мадам отвлекаясь с гневным лицом повернулась к ней. Ее взгляд сощурился, кажется она вдруг нашла на ком ещё можно вымести свой гнев.
Сжав губы и опершись большими руками о стол и касаясь его своим засаленным фартуком, она сдувала ртом выбившуюся из под платка прядь темных волос. Этот вид мог внушить кому угодно страх.
– Вот полюбуйся! – крикнула она мужчине рядом, который удивленно поднял рассеянный взгляд. – Почему вот эта вот здоровенная девка, на которой можно пахать и пахать, околачивается тут с детьми?
Дарьяна казалось остолбенела, а мужчина перевел удивленный взгляд на женщину и сказал:
– Мадам, прошу вас не надо. Она устала, как и все мы. Где вы видите, что она здоровенная?
– Я тебя умоляю Нильс, ты разве не видишь, что она не ребенок?! Ей уже впору своих детей заводить! Слепцы!
Разгневанная женщина собирала посуду, махнув на них обоих рукой. Унося груду тарелок, она всё ещё бубнила себе под нос: о великой несправедливости, о своей доброте и порядочности.
Дарьяна же стояла, глядя на впереди сидящего мужчину, который переведя взгляд, посмотрел куда-то позади нее. Она медленно обернулась, последовав за его взглядом и увидела в трёх метрах стоящего «безбородого».
Он сложив огромные ручища, опирался на дверной косяк, а его прищуренный взгляд, насмешливо блуждал по Дарьяне. Глаза ощупывали девушку с ног до головы, они будто раздевали ее.
Девушка сглотнула, прекрасно понимая, что ей конец. Стоя так перед мужчиной она не знала, что ей делать дальше, ясно что он слышал все слова мадам Брук. И теперь стоял в дверном проёме, загораживая ей путь.
– Пропустите девочку Раф, – раздался голос наставника сзади, который видимо решил сделать вид что не понял слов мадам. – Завтра ведь им рано вставать, пусть выспится.
– Ооо, конечно– конечно пропущу, – иронично отозвался громила впереди, отходя от двери и с наигранно приглашающим жестом рук, указал девушке путь.
Дарьяна неуверенно двинулась, почти поравнявшись с ним, она едва не отлетела назад, почувствовав резкое препятствие руки в дверном проёме. Мужчина снова загородил путь возвышаясь над ней.
– Я пропущу, только не туда дорогуша! Ты птичка– попалась в другую клетку.
С этими словами он схватил ее за шкирку и поволок в другом направлении.
Девушка забилась в его руках, как раненный зверь, то и дело оборачиваясь с мольбой на лице на мужчину позади. Тот закрыв глаза и положив ладонь на лоб обречённо сел назад на свой стул.
Он видел подобные картины миллион раз, он и сам был тысячу раз на волоске от смерти, не раз встревая в подобные ситуации. Что он мог сделать. Да ровным счётом ничего! Разве что вкалывать так, чтоб у ребят была возможность более длительного перерыва между выполняемой работой. Он такой же подневольный раб в этом мире. Цеплялся за жизнь как мог, которая не стоила в этом мире и ломанного гроша.
Дарьяна между тем сопротивляясь мужскому натиску, ногами пыталась тормозить напору, с которым ее тащили.
– Что вы делаете!? Куда вы меня тащите. В чем моя вина? Отпустите, я пойду самаа! – кричала она обессилев.
Ждать что ее просьбу выполнят не пришлось долго, так как громила швырнул ее в одну из ближайших клеток конюшни. Девушка упала на свежий соломенный подстил, больно ударившись рукой о задетую ею стену.
Не успев отойти от болевого шока, почувствовала как ее сильно потянули за выбившиеся волосы. Закричав от новой боли, девушка что было сил оттолкнула возвышавшегося над ней мужчину. Но тот как каменная глыба не тронулся с места, лишь слегка пошатнулся. Зато это его похоже развеселило. Звучным басом расхохотавшись, показывая неровные зубы, он стянул с Дарьяны сползший на шею платок, а затем глянув в глаза полные слез, произнес:
– Посмотрим, что же ты скрывала все это время! – и не давая девушке осознать, что он имел ввиду, – дёрнул края кофты в разные стороны, отчего послышался треск рвущейся ткани и звук отлетающих от стены и падающих на бетонный пол пуговиц.
Дарьяна закричав, в ужасе посмотрела на мужчину, одновременно прикрывая руками черное бельё. С глаз брызнули слезы, которые похоже ещё больше этим распаляли ее мучителя. Он неприятно оскалившись, с легкостью разомкнул ее руки. Рассматривая ее округлую грудь, под кружевом, а затем больно обхватил ее всей пятерней, сжимая.
Девушка не отдавая себе отчёта, тут же склонила голову и вцепилась со всей силы зубами ему в руку. Мужчина взревел, выдернув руку, он в бешенстве посмотрел на кровоточащую рану. Его красные глаза расширились, и он гневно посмотрел на Дарьяну, занеся огромный кулак для удара, отчего девушка вся сжалась, приготовившись к новой боли.
– Эй Раф, – мужчина обернулся на голос, за клетчатой наполовину двери, стояла мадам Брук. – Ты что это удумал. Тебе что-ли решать что делать с ней?
Она укоризненно и бесстрашно взирала на мужчину. Дарьяна же в свою очередь с осуждением посмотрела на женщину. По ее взгляду читалось, что не сболтни тогда женщина о ее истиной сущности, этого бы всего не произошло с ней. Мадам Брук избегала смотреть на нее, чувствуя на себе взгляд девушки. Она следила как громила борясь с собой несколько секунд, наконец развернулся выходя и закрывая за собой дверь.
– Мне сказали тебя господин ждёт! – деловым тоном сообщила она мужчине. Но тот ничего не ответил, он продолжал злобно смотреть на дрожащую в углу девушку.
– Я с тобой ещё не закончил, маленькая сучка! – угрожающе произнес он, дёрнул металлическую цепочку на двери и развернувшись большим шагом направился к выходу.
Слезы ослепляли девушку, были слышны ее частые всхлипывания. Она старалась из-за всех сил, чтоб не упасть тут на подстил в рыданиях. Слепо шаря одной рукой в поисках разлетевшихся пуговиц, другой рукой она придерживала на груди полы разорванной кофточки. Ее раздражало присутствие стоящей по ту сторону двери женщины, хотелось остаться сейчас одной.
– Дай-ка мне сюда свои вещи, я починю и принесу, – женщина казалось чувствовала себя виноватой, раз предлагала свои услуги. – Я… мне жаль что так вышло, не стоило мне кричать в тот момент об этом. Но кто ж знал что этот пёс там стоит и слушает. А ты тоже хороша, подошла ко мне под горячую руку. Давай же поскорей, пока я не передумала.
Девушка посмотрела на теряющую терпения женщину. Похоже это было не в ее правилах, прогибаться перед кем бы то не было. Да и в ее положении, теперь обижаться на кого-либо тоже не было смысла. Тем более на того, кто похоже искренне расскаивался и был готов помочь.
Вытерев слезы тыльной стороной руки, девушка быстро стянула с себя порванную вещь и протянула вместе с пуговицами в проем клетки.
– Вот возьми, ты ведь наверно мечтаешь о ванне, – женщина смочила в кадушке с водой, стоящей рядом, кусок чистой белой ткани, вытащенного из передника. – Оботрись пока я сбегаю и найду что-то подходящее тебе из одежды. Вода тут чистая не беспокойся, даже лошадь ещё не пила. За ними тут, как ты наверно заметила, ухаживают гораздо лучше чем за людьми.
Мадам Брук ушла, а Дарьяна ещё с минуту стояла и смотрела на смоченную тряпку, капли от которой капали ей под ноги. Как женщине удалось остановить поток слёз, девушка сама не заметила. Только зачарованно смотрела на мокрую вещь.
Ванна. Она и забыла что это такое. События этих дней так выматывали ее, что она едва успевала только прикрывать глаза как забывалась глубоким, тревожным сном. О ванне и речи не могло быть. И теперь глядя на стекающуюся струйками воду, Дарьяна поняла как ей не хватает горячей, расслабляющей воды. Чтоб закрыть глаза и раствориться вместе с лопающимися пузырьками на поверхности.
Девушка качнула каштановой гривой, прогоняя мираж и принялась обтираться: проводя холодной приятной тканью от шеи, груди и лицу. Приобретя более менее опрятный вид, она задумчиво сидела, ожидая женщину и прикрывая грудь мокрой тканью.
Услышав как скрипнула входная дверь, она напряглась, боясь что вернулся ее мучитель. Но эта была мадам, она держала за пазухой свёрток. Размотав который, оказался огромной, бывшей когда-то белой рубахой.
– Зато чистая и целая! – заметив сомнение на лице девушки, констатировала женщина. Она ещё что-то бормотала себе под нос, словно выполняла привычно-каждодневную рутинную работу, затем забрав мокрую тряпку назад обратилась к Дарьяне – Всё, меня здесь не было. Утром если ты будешь тут, зайду и может удастся хоть покормить незаметно.
– Спасибо вам, – Дарьяна и правда была ей признательна сейчас. Обиды остались в прошлом. Рано или поздно все равно бы всё выяснилось. И что-то подсказывало ей что более долгое умалчивание не принесло бы ничего хорошего.
Но как же она терпеть не могла ожидание. Здесь ей в последнее время приходилось делать это чуть ли не постоянно.
Сидя теперь на соломе и чувствуя, как после тяжёлого труда и слёз, глаза болезненно слипаются, девушка не стала себе противиться. Она так крепко уснула, что даже не услышала как в конюшню шумно вошли люди, держа за узды усталых от долгого бега лошадей.
– Пусть как следует накормят его, – говоривший остановился у соседней клетки, где спала девушка. – Тайфун сегодня летал как бешенный, зверюга. Сегодня он в ударе, как впрочем и всегда.
– Конечно мой господин, – нерешительный голос Рафа прозвучал в ответ, затем продолжая после некоторой паузы он произнес – Я говорил о той новоприбывшей. Мы ведь ее к детям отправили. Она тут сейчас.
– Ты мне это зачем говоришь?! – раздражённо перебил его низкий голос. – Не можешь разобраться уже с людьми? Мне тебя учить что делать? Пусть продолжает свою работу, если нет сопротивлений. А будет, тогда и поговорим.
– Но она водила нас за нос, – пытался оправдаться собеседник.
– Сутки за нос?! Ты тронулся умом Раф? Не забивай мне голову этими вопросами. – прорычал мужчина, затем послышались решительные шаги направляющиеся по проходу.
Проходя клетку, в которой лежала Дарьяна, мужчина в последний момент заметил спящую девушку. Он вопросительно посмотрел на Рафа, вернее тому показалось, что вопросительно и он кивнул обернувшемуся.
Рэй остановился, глядя на свернувшегося спящего ребенка. Иначе и не назовешь. Такой умиротворённый и крепкий сон бывает только у детей. Подогнутые под себя ноги, в истерзанных колготках. В ее облике необычным, от ранее видевшемся ему были– разбросанные по соломе, длинные, каштановые волосы. Ну и чистое теперь и очень бледное лицо.
Мужчина отвернулся, почувствовав на себе взгляд Рафа. Махнув ему следовать за ним он продолжил путь к выходу следуя большим, размашистым шагом.
Дарьяна проснулась от звуков «кишащих» вокруг. Конюхи выводили уже покормленных и отдохнувших лошадей; их нетерпеливый ржач свидетельствовал, что они вновь готовы к работе. Девушка подтянулась, почувствовав боль во всем теле, так будто ее хорошенько попинали накануне вечером. Ныла каждая мышца, непривыкшая к тяжёлому и долгому труду.
Стряхивая с себя солому, Дарьяна встала, озираясь по сторонам. Подошла к двери и взявшись за деревянную решетку прислонила голову, пытаясь разглядеть что происходит в коридоре. Никто не обращал на нее внимания. В этом мире все для всех являлось вполне объяснимым. Никому не придет в голову задавать вопросы, почему человек сидит в одной из клеток, а не животное.
Девушка в отчаянии отодвинулась от клетки. Что готовил для нее этот новый день? Ничего хорошего она уж точно не ждала. Дарьяна вздохнула, закрывая глаза. Но тут же открыла их, почувствовав мягкое, теплое касание на своих пальцах. Девушка в страхе обернулась, одернув руку от деревянной решетки.
На на нее смотрел – красивый черный конь. Он стоял один возле ее двери, такой высокий и статный. Вся его уверенная поза в нем будто говорила, что он не нуждается в помощи. Дарьяна тихонько хихикнула и с улыбкой подошла ближе к жеребцу. Лошади всегда восхищали ее своей красотой, грацией и умом. Но так же вызывали чувство страха. Она страшилась их дикой силы. Никогда не понимала этих животных. Сейчас же она не отдавала отчёта своим действиям. Подойдя очень близко, осторожно просунула руку в решётку, с секунду помешкав она решительно коснулась его лоснящегося бока, двигаясь к сильной шее животного. Конь казалось застыл, словно эти простые и ласкающие жесты были для него чем-то новым. Ладошка девушки гладила его морду, а затем слегка ткнула пальцем в мягкие подушечки носа.
Дарьяна едва слышно рассмеялась, одергивая руку, боясь что животное ей её укусит. Конь фыркнул, задирая морду и демонстрируя девушке свои большие зубы.
Не понимая, что он делает девушка снова радостно засмеялась. Впервые за все это время ей было весело. Ее смех сопровождался мотанием, мордой коня.
Похоже ему не нравилось поведение девушки. Дарьяна перестала смеяться, подозревая недовольство жеребца. Снова подходя ближе она зашептала:
– Какой же ты красавец! – девушка восхищённо смотрела на коня. – И как мне вас величать сударь? – продолжила она с иронией, вновь дотрагиваясь до рта животного, которое снова зафыркало. А Дарьяна также фыркнула от смеха. Совершенно забыв где находится, ее по– детски забавляло ее первое знакомство с животным. Она смеялась забыв обо всем и обо всех на свете. Ей и самой казалось, что смех ее звучит как– то по другому, будто впервые себя слышит.
После она вспоминала, как подняв голову после очередного приступа смеха, ее счастливая улыбка быстро померкла, когда она увидела возле животного проводника в маске.
Кровь ударила в голову и в глазах как-то сразу потемнело. Вышедшее казалось солнце в комнате тут же померкло. Вокруг вновь стало темно и тоскливо. Сердце отбивало барабанную дробь в груди, а напряжение нарастало. Дарьяна тогда насупила брови, но к ее самой изумлению – глаза не опускала, как обычно.
Может она привыкала к этой жуткой маске, а может просто устала постоянно бояться. Или же недавнее веселье придало ей некой смелости. Девушка не могла найти этому объяснений. Она просто не могла заставить себя не смотреть.
– Что здесь происходит? – наконец нарушил молчание холодный голос мужчины. – Почему она все ещё тут?! – со злостью добавил он будто спрашивая кого-то. И только тут девушка заметила неподалеку от мужчины стоящего и пялившегося на нее Рафа.
Он смотрел куда-то ниже ее лицо и Дарьяна проследила за его взглядом. Щеки ее вспыхнули, она не заметила как воротник не по ее размеру большой рубашки опустился вниз, оголяя плечо с черной лямкой белья и едва прикрывая правую грудь.
Она быстро прикрылась, сжимая воротник кулачком. И сжав губы отвернулась от мужчин, гордо подняв голову. Пусть это выглядело глупо, все лучше чем стоять как провинившаяся с опущенной головой. Она ни в чем не виновата! Но краска на ее лице говорила об обратном. Девушке было стыдно.
– Господин мой, – начал было Раф извиняющимся тоном. – Она пойдет с группой рабочих на обкладку стен. Я уже распорядился и займусь лично этим.
– Не много ли чести заниматься этим лично Раф? – брезгливо отозвался Рэй, хватая за вдетую конюхом уздечку жеребца, который нетерпеливо переминался с ноги на ногу. – Приеду посмотреть лично на обкладку, надеюсь в этот раз будет все законченно.
Вскочив в седло и расправляя полы плаща, мужчина не взглянув более на девушку пустил коня из конюшни мелкой рысью.
Дарьяна шла по знакомой дороге следом за «бритолицым». Он шел быстро, девушка едва поспевала. Но благо в этот раз идти было легко так как они спускались по ступенькам, по которым раннее они поднимались с Ведой.
Вспоминая о старой женщине, Дарьяна набралась смелости и поравнявшись с Рафом спросила:
– Вы не знаете где сейчас Веда? – мужчина резко остановился и наклонившись к девушке схватил ее за рубашку на шее.
Гневно глядя на нее он прижал ее к грязной стене и прохрипел в ответ:
– Я смотрю ты чересчур осмелела дрянь! Я поубавлю в тебе твою спесь– то, подожди только вечера.
Его лицо было так близко от Дарьяны, что невольно она уловила неприятный запах у него со рта. Боясь что ее вырвет прямо на него, девушка зажмурилась и попыталась отвернуться. Она уже пожалела, что вообще открыла рот, спрашивая его. Вывернувшись, она скользнула вниз и прошмыгнув у него между ног, вскочила на ноги у него за спиной.
– Если ещё притронетесь ко мне– я расскажу все Рэю! – ляпнула и сама опешила от своих слов.
Реакция мужлана была ожидаемой. Он расхохотался, держась своей огромной ручищей за стену. А девушка лихорадочно соображала, что бы ещё такого сказать.
– Он потеряет уважение потом, если узнает …узнает, что вы прикасались ко мне.
Девушка заметила рывок громилы в ее сторону, а затем почувствовала хлесткий удар ладони на щеке. Слезы выступили от боли и в глазах потемнело. Не позволяя ей ещё отойти от удара мужчина закричал ей в лицо:
– Не Рэй, а господин! Он тебе господин ты поняла? – Дарьяна быстро закивала, не предполагая, что вызовет такую ярость своими словами. Она надеялась, что этим она охладит его пыл к себе.
– Нашему господину вообще плевать, что я с тобой сделаю дальше. От этого его отношение ко мне не изменится. Я ещё и не такое делал с тварями вроде тебя. Когда подпаливал их пятки огнём. Тебя будет ждать та же участь, если ты что-то скрываешь. Ты же знаешь как пахнет паленное мясо, а? Но перед этим мы вволю потешимся с тобою сладкая.
Дарьяна широко выпучила глаза после этих слов. Она вдруг ясно увидела картину горящих в огне женщин. Кусок хлеба съеденный накануне и так заботливо вручёный ей мадам на дорогу, просился к выходу. Отодвинув мужчину она упала на корточки боясь что ее и впрямь вывернет на него. Руки, ноги девушки дрожали, когда ее подхватили и без церемоний поволокли дальше.
– Некогда разлеживаться, этим занимаются по вечерам, – говорил мужчина с явным намеком, таща за собой еле волочащую ноги девушку.
Дальше было ещё страшнее. Они оказались в гуще бегающих, будто муравьв-труженников людей и птиц гигантов. А она кажется уже успела о них подзабыть. В спину грубо подтолкнули к ещё одному плечистому мужчине, стоящему к ним спиной.
И когда тот обернулся она у узнала в нем мужчину с бородой.
– Займешься этой тоже? Только пусть уж доживёт до вечера. У меня на нее есть планы.
Дарьяна слышала как ее мучитель хохочет. Они ещё о чем-то говорили, она отвернулась чтоб не видеть и не слышать их. Смотрела за работой других, не совсем понимая для чего она тут. Одни возили камни разных размеров, другие клали из них стену, предварительно смазывая их видимо известковым раствором.
– Эй ты, – девушка машинально обернулась на голос. Бородач махал ей следовать за ним. Рафа рядом не было. Обреченно вздохнув, она поплелась следом.
Они зашли под деревянный навес, где пыль стояла столбом и шла полным ходом обработка и выравнивание камня. Люди в защитных одеждах, с закрытыми лицами стучали и раскалывали материал как орех.
Дарьяна попятились, не веря своим глазам она тут же выскочила назад, откашливаясь и чихая. Бородач догнал и схватил больно за руку.
– Куда это ты собралась? Я тут тебе в няньки не нанимался, бегать не собираюсь. Вон там спецодежда, – он указал на деревянный сарай рядом. – Одевайся и живо сюда.
– Убейте меня лучше сразу! – не выдержала девушка и перекрикивая грохот стучащих добавила – Неужели от меня будет здесь какая-то польза? Меня же сразу забьют тут камнями!
Внезапно с противоположной стороны послышался звук от копыт. Кто-то скакал в их сторону. Дарьяна посмотрела на мужчину перед собой, он спохватившись начал отходить с дороги, увлекая за собой сопротивляющуюся девушку.
Один миг и перед ними предстал Рэй верхом на своем жеребце. Он будто бы пытался обуздать Тайфуна, сильно натягивая уздечку, отчего конь лишь открывал челюсть, пытаясь освободится от трензеля в зубах.
Дарьяна в ужасе вскрикнула, когда животное вдруг рванулось в их сторону. И не смотря на сопротивление со стороны хозяина, встал перед «бородатым» на дыбы. Отскочив с ним по разные стороны, девушка смотрела как конь снова и снова наступает на перепуганного мужчину. Наконец тот спиной нащупал дверь каменоломни и открыв ее быстро скрылся за ней.
Тайфун фыркнул, глядя на запертую дверь, а затем повернулся к Дарьяне. Девушка в страхе огляделась по сторонам в поисках укрытия от бешенного животного. Но тот больше не предпринимал попытки напасть. И хозяин и конь будто обессилили недавней борьбой. Оба застыли выравнивая дыхания.
Наконец Тайфун зашевелил вдруг ушами и делая шаг к девушке поднял голову, фыркая губами, прям как там в конюшне. Затем кивая своей длинной гривой, он приблизился к напуганной Дарьяне, которая даже боялась пошевелиться. Она не пыталась сделать попытки скрыться, убежать, будто застыла камнем от стараха.
Конь подошёл совсем близко, отчего девушка вдруг зажмурилась, почувствовав его теплое дыхание на своем лице. Однако тут же удивлённо распахнула глаза, когда почувствовала мягкое касание животного к своим волосам. Обнюхав ее, он стал тыкать в ее руки мордой. Дарьяна неуверенно подняла руку и ткнула в его мягкие губы пальцем.