Текст книги "Няня с большой дороги (СИ)"
Автор книги: Мария Геррер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Понятно, – кивнула я.
Мы вернулись в гостиную.
– Итак, завтрак у детей в половине десятого. Я позволяю им немного нарушить привычный режим. Однако и летом дети должны подниматься не позже девяти. Макс будет ворчать. Маша ныть. Но это для них норма, тут ничего не поделаешь. Комнаты детей на втором этаже. На первом этаже есть еще пристроенная оранжерея. В ней за Машей надо особенно присматривать. Там много чего можно разбить и обо что порезаться. В цокольном этаже сауна и тренажерный зал. В правом крыле дома технические помещения – кладовая, прачечная и прочее. Дети туда не ходят – там скучно. А вот на кухню заглядывать любят. Но им там не рады. Идемте, я познакомлю вас с домработницей.
Князев открыл дверь из массива темного дерева. Терпкий запах пряностей и чего-то вкусного окутал меня с ног до головы. На сковороде с шипением жарились овощи. Над ними колдовала женщина лет пятидесяти. Она оглянулась через плечо и кивнула мне:
– Здравствуйте.
– Это Анастасия, – представил меня Князев.
– А я – Елена Павловна. Еда у нас точно по расписанию. Режим для детей превыше всего, – строго предупредила она меня. – Никаких перекусов, никаких сладостей. Это перебивает аппетит. Если захотите чай или кофе – скажите мне. Сами ничего не делайте, я потом ничего не смогу найти на кухне.
Тут идеальный порядок. Как в операционной. Кастрюли и сковородки блестят. Тарелки возвышаются стопками за стеклянными дверцами шкафов. На мебели ни пятнышка!
– Елена Павловна, вы запугаете Анастасию, – усмехнулся Князев.
– Я всех сразу предупреждаю, что на кухне можно, а что нельзя, – парировала домработница. – Это мои владения. Беспорядка у себя не потерплю. И вообще, посторонним тут делать нечего.
– Сегодня можете съездить с детьми в парк, – продолжил Станислав Игоревич. – Андрей вас отвезет и будет сопровождать. Планы на завтра обсудим вечером. Ну что ж, вы в курсе всего, что вам надо знать. Я поехал, а вы приступайте к своим обязанностям в девять утра. Пока выпейте кофе. Елена Павловна не такая строгая на самом деле, как кажется, уверяю вас.
Князев вышел, оставив меня наедине с домработницей.
Елена Павловна улыбнулась мне:
– Кофе со сливками?
– Да, – кивнула я. – И без сахара, пожалуйста.
– Я запомню.
Домработница достала медную турку, залила в нее холодную воду, кинула щепотку соли, насыпала кофе. Все ее движения были отточены и привычны.
Елена Павловна вскинула тонкие выщипанные брови и выразительно посмотрела на меня:
– Через пять минут подам его в гостиную.
Мне ненавязчиво дали понять, что на кухне мне не место. Я тут только мешаю. Однозначно, я – посторонняя.
Вышла на крыльцо. Тузик лениво посмотрел в мою сторону и положил лобастую голову на лапы.
Князев еще не сел в автомобиль. Он давал какие-то указания Андрею.
Удивительный человек этот Князев. Живет в странном современном доме, который снаружи похож на офисное здание. Хорошо хоть внутри уютно. Неужели ему нравится такая архитектура? А впрочем, на вкус, и цвет товарищей нет. Это я помешана на старине. Вовсе не обязательно чтобы всем она нравилась. И надо признать, в этом особняке тоже есть своя изюминка.
Станислав Игоревич занятой и очень деловой человек. Хваткий, энергичный. Судя по тому, что о нем говорят – бизнес ведет жестко.
И при этом он любит детей, возится с ними. Даже меня пригласил няней к Маше. Представляю, как ему было сложно переступить через себя. Не знаю, что у нас получится из этой затеи. Может и ничего. Наверняка я Князева жутко раздражаю. Я от него тоже не в восторге. Но меня подкупает то, как он носится с Машей и Максом.
Вспомнила, как Станислав Игоревич вел себя с детьми в ресторане. Много времени уделяет им. Балует, конечно. Но его дети совсем не похожи на тех, с которыми мне приходилось заниматься в гимназии.
Большинство моих учеников были залюбленны родителями. Хорошие дети, но очень избалованные. Я находила к ним подход, однако, как это было трудно. Сколько времени и нервов отнимало.
Я скучаю по своим ученикам. Они иногда звонят мне, и это очень греет душу. Про меня помнят. Значит, не зря я тратила свои силы.
По детям Князева сразу и не скажешь, что они из богатой семьи. Если только по одежде можно догадаться. Хорошо воспитаны. Понимают слово «нельзя». Макс книги читает! Это вообще сейчас редкость.
А то, что Маша шустрая, так это нормально. Она же маленькая, любопытная. Меня больше настораживают тихие дети, которым ничего не интересно.
Не понимаю, почему у предыдущих нянь с Машей и Максом были проблемы? Ну, подумаешь, что-то Маша испачкала? Зачем одевать супер дорогие вещи для занятий с ребенком? Если я испорчу платье, точно закатывать истерику Князеву не буду. Да и стоит мое платье копейки.
Даже странно, что Князев обратил на него внимание. Хотя наверняка это был пустой комплимент. Сказал так, из вежливости.
Станислав Игоревич закончил давать указания Андрею и посмотрел на меня.
– Удачи! Если будет совсем туго, звоните мне.
– Справлюсь, – заверила я его.
– Тогда до вечера! – усмехнулся он и помахал мне рукой на прощанье. – Но боюсь, вы слишком самонадеянны.
Может же, когда захочет, быть обычным человеком, а не надутым индюком и упертым бараном.
Глава 17. Анастасия
Детей мне будить не пришлось. Они появились в гостиной сразу после отъезда их отца.
– Ася, как хорошо, что вы согласились работать у нас! – Маша с разбегу прыгнула на диван, и он затрясся как от землетрясения.
Но я всегда начеку. Чашку с кофе я поставила на столик, как только услышала детские шаги на лестнице. Так, от греха подальше. И оказалась права.
– Вы еще не умылись? – строго спросила я.
– Умылись, – рассмеялся Макс. – Вы совсем не строгая. Это у вас не получается.
– Получится, если надо будет, – заверила я его.
Поднялись в Машину комнату. Это была комната маленькой принцессы. Оборочки на оконных занавесках, балдахин из тонкой ткани над кроваткой, плюшевые игрушки, потрясающие своей красотой куклы. Не ожидала, что в доме из стекла и бетона может быть уютная комната.
Маша села около зеркала, протянула мне расческу.
– Можно мне два хвостика? Чтобы я была похожа на белочку.
– Можно, – я причесала девочку.
Завтрак прошел чинно. Вообще дети вели себя на удивление хорошо. Потом я почитала Маше сказки. Максим смотрел телевизор. Передача о птицах Северной Америки. Все вполне допустимо. Никаких компьютерных игр.
Съездили в парк, покатались на аттракционах. После обеда собирали с Машей лего. Макс помогал нам.
Пришел кот Тимофей. Обычный, полосатый, гладкошерстный. Он материализовался ниоткуда. Подошел к нам. Презрительно дернул хвостом и громко мяукнул. Макс вздохнул и пошел кормить его.
Ничего особенно сложного я пока в работе няни не увидела. Может, просто с детьми надо больше заниматься, общаться с ними как с равными, а не сюсюкать?
– А давайте к ужину приготовим блинчики? – предложила Маша. – Папа их очень любит. Мы сделаем тесто вместе, а вы испечете? Вы умеете печь их на сковороде?
– Умею. Но не думаю, что Елене Павловне эта идея понравится.
– Нет, она ей точно не понравится, – рассмеялся Максим. – Маша уже делала блинчики. Потом Елена Павловна долго кухню отмывала и на нас ворчала.
Маша насупилась.
– Давай просто попросим Елену Павловну испечь блинчики, – предложила я.
– Это будет совсем не то, – вздохнула девочка. – Я хочу как в сказке, где Девушка-Невеличка все пекла сама. Она так хорошо это делала, что потом вышла замуж за принца.
– Тебе еще не скоро замуж, – заметила я.
– Так надо заранее учиться печь. И еще мне интересно смотреть, как блинчики и оладушки жарятся на сковородке. Они сначала белые и жидкие, а потом становятся румяными. Ну, пожалуйста, Ася! Ну, давайте попробуем! – Маша заскакала вокруг меня на одной ноге. – Вам Елапална разрешит.
– Нет, не разрешит, – я вспомнила утреннее общение с домработницей.
У Маши на глаза навернулись слезы. Надо было срочно сменить тему разговора. Однако это оказалось сложнее, чем я думала. Маша горько всхлипнула:
– Почему мне нельзя на кухню? Я ж хочу научиться печь… А так, буду неумехой…
Что особенного, если мы с ней сделаем тесто? Что в этом плохого?
– Ладно, – я вытерла девочке слезы. – Давай попробуем уговорить Елену Павловну. Но если ничего не получится, ты плакать не будешь. Договорились? Не все зависит от нас. Ты должна это уже понимать.
– Я понимаю, – обрадовалась девочка. – И вы ее уговорите.
Елена Павловна выслушала меня и категорически заявила:
– Нет. Ребенку на кухне не место.
– Маша будет под моим присмотром. Мы только разведем тесто для блинов. Потом она посмотрит, как пекутся блины и все.
– Однозначно нет, – отрезала домработница. – Недавно Маша сама начала делать тесто. Я потом до поздней ночи отмывала кухню.
– Тогда это было без спроса, – заметила Маша. – А теперь я буду помогать Асе. Вы же не хотите, чтобы я вам помогала. А я вас просила…
– Мне тут помощники не нужны.
Маша сникла.
– Елена Павловна, – обратилась я к домработнице. – Станислав Игоревич не будет возражать, если я и Маша немного похозяйничаем на вашей кухне. Обещаю, если что-то испачкаем, вымоем до блеска. Правда, Маша?
– Да, да! – заскакала Маша по кухне и задела пустую кастрюлю, стоящую на столе.
Та с грохотом покатилась по полу. Маша замерла на одной ноге и прижала ладошки к щекам.
– Я не нарочно, правда, – прошептала она.
– Ну, теперь вам все понятно? – вскинула брови домработница.
– И тем не менее я прошу вас пойти нам навстречу, – настаивала я. – Под мою ответственность. Я могу позвонить господину Князеву. Уверена, он согласится.
Подобрала с пола кастрюлю и поставила ее на место. Ничего плохого в приготовлении блинчиков я не видела.
– Делайте что хотите! – домработница в сердцах бросила полотенце на стол. – Звоните, договаривайтесь! Хоть весь дом спалите! Но убирать за вами я не буду, и не надейтесь.
Она развернулась и сердито вышла с кухни.
– Вот видите, все получилось, – неуверенно произнесла Маша, забираясь на высокий стул.
– Да, получилось, – только потому, что я собиралась обратиться за поддержкой к Князеву. – Теперь слушай внимательно, что тебе можно тут делать, а что нельзя, – я села напротив девочки. – Если хоть что-то перепутаешь, больше нас сюда не пустят. Итак, на кухне не скакать, руками не махать. К плите близко не подходить.
Маша внимательно слушала мои инструкции и кивала.
Я приготовила необходимую нам посуду.
– Посиди тихонько, я посмотрю, чем занят Максим, – попросила я девочку.
Макс лежал на диване в гостиной и играл в планшет.
– Макс, ты же знаешь, отец тебе запретил. Это портит глаза. Серьезно, точно тебе говорю.
– Мне можно два часа в день, – Макс отложил планшет и сел.
– Свои два часа ты отыграл, я следила за этим, – строго заметила ему. – Почему бы тебе не убраться в своей комнате? Твой отец велел мне проконтролировать это. Подозреваю, там как был беспорядок с утра, так и остался.
Макс поплелся к себе.
– Да там делов-то на пять минут, – бросил он через плечо.
– Вот и отлично. Значит, управишься быстро.
– Тогда я потом приду к вам. А то мне скучно сидеть одному.
Что делать ребенку в десять лет, если не дают играть в планшет?
– Покатайся на велосипеде. У вас такой большой сад. Настоящий парк. И это полезно для здоровья.
– Скучно… Все лето катаюсь.
Я задумалась. И правда, чем ему заняться? Можно друзей позвать. Или тут так не принято?
– Ты почему с друзьями не общаешься?
– Многие уехали на лето. Другие сидит дома. Играют в сетевые игры. Им разрешают.
– А это не надоедает?
– Нет, это интересно, – оживился Макс. – Хотите попробовать?
– Давай завтра, когда у тебя будет два часа на это.
Вдруг глаза у Максима округлились, лицо слега вытянулось. Он смотрел в конец гостиной, туда, где располагалась дверь. Я оглянулась.
На пороге стояло нечто белое. Я не сразу поняла, что это Маша. Она судорожно всхлипнула и заплакала.
– Я случайно! Она порвалась и упала! На пол. Потом как будто взорвалась!
Я подбежала к Маше.
– С тобой все в порядке?
– Да-а! – продолжала реветь девочка. – Я муку рассыпала-а… Теперь Елапална меня никогда на кухню не пустит. Никогда-а…
– А ну-ка, тихо, – я оглянулась по сторонам. – Пока еще Елена Павловна не знает, что ты натворила. Давай для начала все быстренько уберем. Макс, узнай, пожалуйста, где сейчас ваша домработница. Только так, чтобы она тебя не увидела.
Я потащила Машу в ее комнату.
– Елена Павловна в своей комнате. Телевизор смотрит, – доложил Максим. – Она у нас не живет, но комната для отдыха у нее есть.
– Отлично. Возможно, мы успеем все исправить, – обрадовалась я. – Максим, найди мне половую тряпку.
Пока парень искал тряпку, я переодела и отмыла Машу. Потом вымыла белые следы, что вели из кухни в спальню девочки. Это у меня получилось быстро – гранит моется легко.
Но когда я вошла на кухню, то пришла в ужас. Маша уронила не пакет с мукой, а небольшой мешок. Килограмма на три. Он рассыпался по всей кухне, припорошил ровным белым слоем мебель, пол и посуду.
– Да-а. Это быстро не убрать, – заметил Макс, протягивая мне тряпку.
– Надо попробовать, – я пожалела, что у моего платья широкая юбка. Завязала подол узлом.
– Прошлый раз муки было меньше, – призналась Маша.
– Я же просила тебя ничего не трогать, – строго сказала я.
– Я хотела помочь.
– Считай, помогла, – хмыкнул Макс.
– Ладно, нотации будем читать потом. Пылесос можно незаметно взять?
– Сейчас принесу, – пообещал Максим.
Мы все взялись за дело. Максим время от времени проверял, что делает домработница. Я пылесосила, потом протирала влажной тряпкой мебель. Маша подметала полы.
Макс сбегал к бочке с мусором и там вытряхнул пылесос.
– Я все аккуратно сделал, – доложил он. – Никто ничего не заметит.
Труднее всего было отмыть полы. На кафеле оставались белые разводы. Но я справилась с задачей. Теперь я напоминала взмыленную лошадь. Волосы прилипли ко лбу. Еще бы, я металась, как угорелая.
Наконец кухня приняла прежний вид. Я быстро приготовила тесто. Маша молчала, и делала все, что я ее просила. Но с инициативой больше не лезла.
– Я думала, вы уже закончили, – на кухню вошла Елена Павловна.
– Мы не спешим, – невинно улыбнулась я, размешивая тесто.
– А юбку зачем так завязали? – удивилась домработница. – И почему голова мокрая?
Вот дотошная!
– С юбкой мне так удобнее. А голова мокрая от жары.
– Ну, ну, – недоверчиво произнесла Елена Павловна, придирчиво оглядывая свои владения. – Никогда не думала, что для приготовления теста надо юбку завязывать почти на шее. И кондиционер работает отлично. Не надо мне пудрить мозги! Похоже, кто-то снова муку рассыпал?
Она провела пальцем по краю стола. Впопыхах я не до конца протерла его.
– И на ручках плиты тоже мука… Я же говорила, ничего хорошего у вас не получится.
– Но мы все убрали! – возмутилась Маша. – Почти все. Мы старались. Очень-очень.
– Вижу, – улыбнулась домработница. Похоже, она оценила наши усилия. – Ладно, пеките свои блинчики. Я потом уберу по-своему.
Князев вернулся с работы в половине седьмого.
– Ну, как прошел первый день работы в качестве няни? – поинтересовался он у меня.
– Более-менее нормально. Думаю, Елена Павловна немного поворчит на нас. Мы на кухне муку рассыпали.
– Не мы, а я, – призналась Маша. – Не нарочно, так получилось.
– Не буду я ворчать, – Елена Павловна стояла, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. – Они молодцы. Все отлично убрали.
Мне пришлось остаться на ужин. Дети меня уговорили. Маша хотела похвастаться блинчиками. Их она торжественно внесла в столовую и поставила перед отцом.
– Мы все пекли блинчики. Я, Ася. И Максим помогал. Он следил, чтобы Елапална не пришла на кухню, пока мы там убирались. И еще он пылесос вытряхивал. И еще…
– Машка, не болтай, – цыкнул на нее брат. – На кухне ничего страшного не произошло. Ты ее не слушай, папа. Я только убраться там помог. А блины пекла Ася. Машка только мешала.
– Я не мешала, – возмутилась девочка.
– Ты тесто мешала, – пояснил брат.
– Да, точно. Я тесто мешала. И у меня все получилось! Правда, Ася?
– Правда. Сегодня все молодцы. И Маша, и Макс очень помогли мне с уборкой.
– Только сначала намусорили, – рассмеялся Князев.
– Лично я не мусорил, – поправил его Макс. – Это все Машка. Она снова муку рассыпала. Но мы справились. Да, Ася?
– Да, потому что были все вместе, – кивнула я.
– Я рад, что все завершилось благополучно. А теперь хочу попробовать ваши необыкновенные блинчики, – признался Станислав Игоревич. – Они очень аппетитно выглядят.
Глава 18. Стас
В город Настю я решил отвезти лично. Дети стояли на крыльце и махали ей руками:
– До завтра, Ася!
Девушка оглянулась и помахала им в ответ. Я придержал дверцу внедорожника. Я нарочно выбрал его. Что-то мальчишеское проснулось во мне. Мне хотелось, чтобы Настя забиралась в высокий автомобиль. Хотелось увидеть ее ножки.
Легкая юбка взметнулась вверх, обнажая стройные бедра. Настя смущенно одернула ее, расположилась на переднем сиденье, расправила платье на коленях.
– Видите, у вас все получается. А вы сомневались, стоит ли становиться няней, – я все еще смотрел на ее колени, прикрытые тонкой тканью.
– Пока прошел всего один день, – она отследила мой взгляд и смутилась. Даже немного покраснела.
– Но какой насыщенный день, – заметил я, с сожалением переводя взгляд на руль и включая зажигание. – Елена Павловна не устроила вам нагоняй за разгром на кухне. Значит, вы и ей понравились. А это дорогого стоит, уж поверьте. Вы все вместе испекли чудесные блины. Рад, что даже Максим принял в этом участие. Надо же, он помогал в уборке! Его не заставишь лишний раз это делать. А тут такое рвение.
– Он не хотел подставить меня. Я не должна была начинать эпопею с блинами. Но Маша так просила. И у нее были железные аргументы.
– Какие же?
– Она собирается замуж за принца. Который сможет оценить ее кулинарный талант. Поэтому решила начинать готовиться к этому с детства.
– У меня удивительно мудрая дочь, – рассмеялся я. – Хорошо, что вы поддержали ее в этом начинании. Как говорится, путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Даже если моя принцесса не выйдет замуж за сказочного принца, навыки в кулинарии еще никому не повредили.
Покрутил ручку приемника, и салон автомобиля заполнила приятная музыка. Солнце клонилось к горизонту. Оно окрасило небо золотыми и алыми всполохами.
– Почему вас нет в соцсетях? – спросил Анастасию.
– Мне это не интересно. Если хотите что-то узнать про меня – спросите, я отвечу. Так будет проще. Тем более что в соцсетях редко кто пишет о себе правду.
– Согласен, – кивнул я. – Признаюсь, меня там тоже нет. А что за история произошла в школе?
– Родителям ученика не понравилось, что я слишком требовательна к их сыну. Посчитали, что нарочно занижаю ему отметки. А вы что, частного детектива нанимали? – в голове Анастасии я уловил настороженность.
Вполне естественно, что я наводил о ней справки. Детям она нравится, но это не повод безоговорочно ей доверять.
Впрочем, и няням с блестящими характеристиками я никогда не доверял полностью. И правильно делал. Ничего путного у них не получилось. Одни амбиции на пустом месте. Не нашли они подход к Маше. А Настя нашла. И Максиму она нравится.
– Мне обо всем рассказал Иванов. Пообщался с ним сегодня, – признался я.
– И он выложил все, что обо мне знает, – подытожила Настя. – Подозреваю, пытать вам его не пришлось?
– Обошлось без жестких мер. Я же говорю, он за крышу продаст хоть кого, – рассмеялся в ответ.
Пожалуй, я начинаю понимать, что детям понравилось в этой девушке. С ней легко, она не притворяется. И умеет слушать. А это очень важно, особенно для детей. Ее непосредственность хоть кого покорит. И при этом у Анастасии бездна такта.
Она не стала выпытывать подробности моей семейной жизни, как другие няни. Им почему-то было очень интересно, расстался я с женой официально, или нет. Словно прикидывали, а не закрутить ли со мной роман с маршем Мендельсона в финале.
Но, возможно, у меня просто паранойя и я в каждой свободной девушке вижу охотницу на мужа. Обжегшись один раз в браке, второй раз спешить под венец я не собираюсь. Побывал уже там, ничего хорошего не получилось.
Хотя двое детей это прекрасно. Без них моя жизнь была бы пуста. Уже за это я должен благодарить Жанну. И за то, что на детей она не претендует. Пусть живет счастливо подальше от нас.
– Тогда я и о вас хотела бы кое-что узнать, – голос Насти вывел меня из задумчивости. Похоже, на ее счет я ошибся. И ей тоже интересны подробности моей личной жизни.
– Да, разумеется, – холодно ответил ей.
– Вы никогда не хотели уехать заграницу, к родителям? Так было бы всем проще. Дети рядом с бабушкой и дедом. Семья воссоединилась. И сейчас это модно – бизнес тут, а жить где-то на Лазурном берегу.
Такого вопроса я точно не ожидал.
– Хотите от меня избавиться? – усмехнулся я. – Так на мое место придут другие застройщики. Такие же беспринципные, как я. И так же будут сносить старые дома в центре города.
– Я не об этом, – смутилась девушка.
– Я понял. Просто пошутил. Не поверите, но я – патриот. И я люблю не только свою родину, но и этот город. Тут я родился. Знаю, сейчас скажете, что я уничтожаю памятники истории. Поверьте, любить свой город можно по-разному. Вы хотите сохранять историю. Я хочу, чтобы город развивался и становился современным.
– Да, пожалуй, такая точка зрения тоже имеет право на существование, – кивнула Настя. – Хорошо, когда есть гармония. Тут сложно найти баланс. Но почему бы не развивать город на окраине, где масса свободного места?
– Я подумаю над этим, – пообещал Насте. В ее словах есть доля правды.
Конечно, в центре строить выгоднее. Но в принципе развить можно что угодно и где угодно при правильном подходе к делу.
Въехали в квартал хрущовок. Вот их точно можно снести без сожаления. Тихий двор пятиэтажки напоминал мне о детстве. Покосившаяся металлическая горка, кривая карусель. Чахлые деревья и старушки на лавочках. Когда-то мы тоже жили в похожем доме. Как давно это было!
Настя легко выпорхнула из автомобиля:
– До завтра!
– До завтра, – ответил ей.
Проводил девушку взглядом. Какая она изящная в этом платье. Прекрасная фигура. Я ее разглядел и раньше. Но теперь просто глаз не оторвать.
На первый взгляд хрупкая девушка, а смогла дать отпор подвыпившему мужику. Откуда у нее такие навыки? И с наручниками ловко придумала. Сообразительная. Отчаянная, я бы сказал.
Смелая, безрассудная и загадочная. Что за парень у нее? Такой же, как Настя, любитель старины и патриот нашего города?
И что-то подсказывает, что не просто так она ушла из школы. Не только из-за придирок родителей. Надо бы навести справки. Но это будет как-то нечестно. Настя сказала, что я могу спросить у нее все, что посчитаю нужным. Ответит ли она мне? Да и вообще, важно ли это? Думаю, что нет.
Дети сразу прониклись к ней уважением. Конечно, она помогла им в лесу, накормила, успокоила. Представляю, как Маша и Максим были напуганы.
Ася не просто хорошая девушка, она добрая. Поймал себя на мысли, что сейчас это редкость.
Мои знакомые девушки все красивые, ухоженные, знающие себе цену. А кто из них стал бы так носиться с незнакомыми детьми? Да и вообще, они бы никогда не попали на заброшенную усадьбу. Если только ради фотосессии.
Надо признаться, я не просто заинтригован Настей. Она меня по-настоящему заинтересовала. Есть в ней некая изюминка, удивительное очарование. То, чего я никогда не встречал у своих знакомых женщин. Она вся состоит из противоречий – решительная и мягкая, смелая и застенчивая.
Пожалуй, я слишком много думаю о Насте. И мне это приятно. Подобное чувство я испытал в выпускном классе школы. По уши влюбился в одноклассницу. На душе было тепло и радостно. Но я так и не открылся ей. Стеснялся, не мог найти подходящих слов.
И хорошо, потому что когда увидел ее год назад на встрече одноклассников – не узнал. Вульгарная, ярко накрашенная дама совсем не походила на стройную и нежную девочку из моей юности. Она облобызала меня, перемазав яркой губной помадой и едва не раздавив в богатырских объятиях.
– А ведь ты от меня был без ума, – игриво потянула она меня за галстук. – Ну что ж, я в разводе. Ты, говорят, тоже расстаешься с женой. Слышала, у вас серьезные проблемы. Ничто не мешает нам повернуть время вспять, мой милый Стасик.
Стасик? Неужели меня так когда-то звали?
От такого натиска я слегка опешил. Поспешил отцепить ее пухлую руку от моего галстука.
– Чего только не было в школе. К счастью, детство давно закончилось, – расстроил я резвую школьную подругу.
Больше на встречу с одноклассниками не пойду никогда.
Заехал в супермаркет и купил детям мороженое и фруктов. Когда Маша уснет, будем смотреть с Максом какой-нибудь боевик и есть виноград. Все, как любит мой сын.
Неожиданно позвонила бывшая теща. После инцидента с пропажей детей я высказал все, что думаю о ней и ее бойфренде. В очень резкой форме.
Естественно, после этого она мне не звонила. Впрочем, и раньше Анна звонила не часто, в основном, когда чего-то от меня хотела.
– Стас, я понимаю, что очень виновата.
– Мы уже говорили на эту тему, – слегка рыкнул я.
– Жанна тоже была недовольна. Ругала меня на чем свет стоит.
Я молчал, ждал, что еще скажет Анна.
– Я очень соскучилась по Маше и Максу. Хочу навестить их.
Надо же, до Анны наконец дошло, что у нее есть внуки.
– Да, разумеется, я не возражаю.
Бабушка еще никому не помешала. Может, сумеет все-таки наладить нормальные отношения с Машей и Максимом? Пора уже. Или у Анны другие планы? Что-то подозрителен мне такой неожиданный всплеск нежности к детям.
