332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Мария Брикер » Мятный шоколад » Текст книги (страница 18)
Мятный шоколад
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 21:26

Текст книги "Мятный шоколад"


Автор книги: Мария Брикер






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 12
Следы призрака!

Они вышли на улицу и направились к дому сказочника. Клим видел, что Аля расстроена, но подыгрывать ей он был не в силах. Смеркалось. Вода в озере замерла и почернела. Дом Ивана Аркадьевича выступал темным пятном на фоне посеревшего неба, словно большая декорация к фильму ужасов. Стало жутковато. В голове у Клима опять что-то щелкнуло. Он остановился, огляделся, притянул Алю к себе и шепнул ей на ухо:

– Слушай, Аля, я хотел тебя спросить… Прежде чем отправить тебя к Зеленцову, Раиса сообщила тебе, что сериал «Уснуть навсегда» будет снимать один крутой режиссер. Так?

– Ну да, Варламов. Я тогда от радости чуть не описалась. Правда, меня это очень удивило. Потому что за сериалы он никогда не брался. И вообще, он лет десять как в Дании живет.

– В Дании? – заинтересованно переспросил Клим.

– Да. Но в этом нет ничего удивительного. Он, как бы тебе это… немного «того». В киношном кругу слывет человеком с большими странностями и фильмы снимает такие, что мозги наизнанку выворачиваются. Поговаривали, что из России он бежал от сумасшедшей трагической любви.

– Ой, ну конечно, – развеселился Клим, – без любви никак не могло обойтись!

– Ну правда! – обиделась Аля. – Влюбился в девчонку на старости лет, она его отвергла, он и уехал с горя.

– Ужасная трагедия, – ехидно заявил Клим. – Не оценила, значит, соплячка таланта великого гения. Наверное, повзрослела и локти себе кусает от обиды, что упустила такого кавалера. Могла бы сейчас в полном шоколаде быть!

– Фу, какой ты… – Алевтина скривилась и посмотрела на Клима осуждающе.

– Разве я не прав?

– Не прав! – безапелляционным тоном заявила Алечка. – Никогда не смей мне больше напоминать про шоколад. Слышишь! Не смей!

– Слушаюсь! – расхохотался Клим и поцеловал Алевтину в висок. Охранника на крыльце не было. Клим галантно помог Алечке подняться по лестнице на крыльцо и постучал в дверь. Алечка оправила платьице и приосанилась.

Дверь открыл, как всегда, безупречно вежливый и совершенно лысый дворецкий в ливрее и белоснежных перчатках. Алевтина ошеломленно уставилась на слугу и впала в ступор, забыв поздороваться.

– Не успел тебя предупредить, – хихикнул Клим, когда дворецкий удалился сообщить об их приходе хозяину.

– У меня что-то с головой, – потерянно сказала Алевтина.

– Да не волнуйся ты, – подбодрил девушку Клим, – ну, мало ли у кого какие заскоки? У милейшего Ивана Аркадьевича страсть к скромному обаянию буржуазии: дом, похожий на сказочный терем, дворецкий в ливрее, охотничья собака… была.

– Я не про то, Клим. У меня такое странное чувство, что я этого дворецкого где-то видела. И лицо Ивана Аркадьевича мне показалось знакомым. У тебя так не бывает?

– Боюсь, что с головой что-то не у тебя одной, – тихо сказал Клим. – Еще как бывает!

– Серьезно? – спросила Аля. – Ты меня утешил. Значит, не одна я сошла с ума.

– Про дворецкого ничего сказать не могу. Но Ивана Аркадьевича, его горничную и егеря Николая, кстати, он совсем недавно утопился, – добавил Клим невзначай, – так вот, я всех этих людей тоже как будто где-то видел. Но где – понять не могу.

– Ужасное место, – прошептала Алечка, оглядываясь по сторонам и прижимаясь к Климу. – Зачем егерь утопился? Мне страшно! Давай уйдем отсюда, Клим.

– Не волнуйся, дорогая, это всего лишь интерьер. А егерь был шизофреником.

– Здесь плохо, Клим. Давай уйдем отсюда! У меня нехорошее предчувствие. Ты как хочешь, а я ухожу. Все! Скажи Ивану Аркадьевичу, что…

– Аля, прекрати! Что я ему скажу? Это неудобно.

– Скажи ему… Ну, скажи ему, допустим, что у меня месячные неожиданно пришли, – выдала Алевтина и попятилась.

– Очень оригинально, вот сама ему об этом и скажи, – Клим ухватил ее за руку и попытался удержать.

Двери распахнулись.

– Рад вас видеть у себя в гостях! – радушно улыбнулся Иван Аркадьевич, пожал руку Климу и обеспокоенно посмотрел на Алю. – Алечка, что это вы такая бледненькая? Не захворали ли?

– У меня ме… – Клим с силой сжал Алечкин локоть, – мигрень… была с утра, – ойкнула Алевтина. – Но сейчас уже все хорошо. Не беспокойтесь, Иван Аркадьевич, – смущенно улыбнулась Алевтина.

– Что же мы в дверях стоим? – спохватился Иван Аркадьевич. – Прошу вас, проходите. Сегодня такой знаменательный день!

– Боже мой! Неужели у вас день рожденья?! – воскликнула Алевтина.

– Не угадали, голубушка. Сегодня у нас праздничный ужин, посвященный вашей помолвке, – сказал Иван Аркадьевич и, предугадывая следующий вопрос, добавил: – Клим был так любезен, что сообщил мне с утра эту радостную новость.

Клим клацнул зубами, бросил на сказочника презрительный взгляд, но промолчал. Иван Аркадьевич мстительно усмехнулся, и на его лице явственно отразилось удовлетворение.

Аля не заметила безмолвной дуэли мужчин.

Как только она вошла в гостиную и заметила аквариум – тут же оказалась рядом с ним, с увлечением наблюдая за рыбкой с золотым хвостом.

– Она восхитительна! – обернувшись к Ивану Аркадьевичу, восторженно сказала Алевтина. – Никогда не видела ничего подобного. Как она называется?

– Владычица морей она называется, – ехидно вставил Клим, – она же мадам Золотая рыбка. Если эту рыбу очень сильно попросить, она и желания умеет исполнять. Так ведь, Иван Аркадьевич?

– Клим, – осуждающе посмотрела на жениха Алечка.

– Не совсем так, – расхохотался Иван Аркадьевич.

– Неужели вы в прошлый раз меня обманули и эта рыбешка всего лишь златоперый карась? – притворно возмутился Клим и постучал по стеклу аквариума костяшками пальцев. Рыба осталась равнодушной. Ивану Аркадьевичу это явно не понравилось. Алечка засуетилась, схватила руку Клима и отвела ее от стекла.

– Напрасно иронизируете, молодой человек. По отношению к царице следует вести себя почтительней, – заметил Иван Аркадьевич, подошел к Алевтине, нежно обнял за плечи и заглянул в глаза: – Милая моя Алевтина, Клим во многом прав: если рыбку очень хорошо попросить, она может исполнить любое ваше желание. Но желание она исполняет не всегда, иногда она отказывается и, вильнув хвостом, уплывает в свой дворец. Хотите, я открою вам тайну и расскажу, что нужно сделать, чтобы рыбка не закапризничала? – загадочно спросил Иван Аркадьевич. Алевтина скривила лицо, изобразив нечто вроде улыбки, и судорожно кивнула. Она никак не могла понять, как ей реагировать на происходящее. – Хорошо. Подойдите ближе к аквариуму, – скомандовал Иван Аркадьевич. – Алечка покорно подошла. – Положите правую ладонь на стекло. – Алечка положила. – Закройте глаза, сосредоточьтесь, загадайте желание, повторите это желание про себя несколько раз и попросите рыбку его исполнить. – Алевтина зажмурилась и сделала все, что сказал Иван Аркадьевич. – А теперь осталось самое важное, и в этом заключается тайна! Вам осталось поверить в то, что рыбка исполнит ваше желание. Доверяйте рыбке всем сердцем и верьте, что ваше желание исполнится. Вот и весь секрет, – Аля открыла глаза и с удивлением посмотрела на Ивана Аркадьевича. Он был невозмутим и говорил совершенно серьезно. Его голос успокаивал и завораживал. Она слушала этот голос, восторженно смотрела на седовласого сухощавого старичка и верила всему, о чем он говорит. – Чудеса случаются не так уж редко, – внушал ей голос, – но случаются они только с теми, кто в них верит всей душой. И вы верьте. Если у вас получится, тогда Владычица морей согласится вам служить и исполнит все ваши сокровенные мечты. Вы верите в чудеса, Аля?

– Да, – как эхо отозвалась она. Что-то больно сжало плечо и рвануло назад. Она пришла в себя и обернулась. Клим притянул ее к себе и с силой прижал к груди. – Ты что? – попыталась вырваться Аля. Он молчал и не отпускал ее. Аля затихла, испуганно слушая, как под тонкой материей рубашки Клима бешено стучит его сердце, и ничего, совершенно ничего не понимала.

Клим вел себя странно весь вечер. Смотрел на нее, как полоумный, ничего не ел, много пил и пытался схватить под столом Алечку за руку.

Алевтина нервничала. Постоянно сбивалась с темы беседы, отвечала невпопад, регулярно роняла столовые приборы на пол, смущалась от своей неловкости, пугалась дворецкого, который вдруг возникал около нее и наполнял опустевший бокал вином, вжимала голову в плечи и начинала непроизвольно сутулиться, когда миловидная горничная меняла ей тарелку и раскладывала еду. Ей было все это в новинку, и она чувствовала себя скованно и неуверенно, от напряжения даже изысканно приготовленная еда казалась ей пресной и невкусной. Иван Аркадьевич делал вид, что ничего не замечает, ненавязчиво отдавал указания, чтобы Алевтине заменили вилку или нож, и пытался поддержать разговор.

Ближе к концу вечера Алевтине удалось расслабиться, она перестала чувствовать дискомфорт. Ей даже стал нравиться этот немного пафосный ужин, но тут в очередной раз все испортил Клим, которого сильно развезло: он стал в открытую хамить Ивану Аркадьевичу. Но апофеозом вечера, и это доконало Алевтину окончательно, стало торжественное сообщение Ивана Аркадьевича, что в честь столь знаменательного дня он заказал для жениха и невесты свой фирменный шоколадный десерт.

– Иван Аркадьевич! – высоким голосом воскликнула Алевтина, вскочив на ноги и пролив на скатерть бокал с вином. – Иван Аркадьевич… – Алечка умолкла, пытаясь придумать какую-нибудь вескую причину срочного ухода и не обидеть милого старичка. В конце концов, не рассказывать же ему, что сегодня она целый день провела в обнимку с унитазом, спустив в него свою нежную любовь к шоколаду. Веская причина никак не придумывалась, и Алечка так и стояла столбом, хлопая глазами.

– Что случилось, Алечка? – обеспокоенно спросил Иван Аркадьевич.

– Вы меня извините, ради бога. Все так замечательно, но я посмотрела на часы и вспомнила, что у меня срочное дело – там… – Алевтина изобразила неопределенный жест рукой и многозначительно посмотрела на Ивана Аркадьевича.

– А как же десерт, Алечка? Неужели вы так и не отведаете его? – огорчился старик. – Может быть, ваше срочное дело подождет еще пару минут?

– О, как бы мне хотелось!.. – проглотив вставший поперек горла комок, воскликнула Алевтина.

– Она не может, потому что в это время у нее по расписанию вокальные упражнения, – очень серьезным пьяным голосом сообщил Клим, решив прийти на выручку Алевтине. Алечка посмотрела с ужасом на жениха, потом на Ивана Аркадьевича и торопливо кивнула.

– Что, простите? – Иван Аркадьевич даже привстал со стула от изумления.

– Поет она в это время, – заявил Клим. – Вокал – дело такое! Следует распеваться исключительно в одно и то же время. Если пропустишь – голос садится на фиг.

– Что вы говорите, никогда не слышал о подобном, – поднял бровки Иван Аркадьевич. – Если для голоса вредно, тогда – конечно. Во сколько вам нужно приступать?

– В одиннадцать, – сказала Алечка.

– В одиннадцать! – воскликнул Иван Аркадьевич. – Боже мой, уже четверть двенадцатого. Вы уже опоздали на пятнадцать минут. Немедленно приступайте, и незачем вам куда-то идти, занимайтесь здесь.

– Я вас стесню, – пискнула Алечка.

– Что вы, Алевтина, как можно… Прошу вас, не стесняйтесь.

Десерт все равно пришлось есть спустя час. Ровно столько времени Алечка надрывалась соловьем под восторженные возгласы Ивана Аркадьевича и громкие аплодисменты Клима. После вокальных упражнений, к удивлению Алевтины, ей жутко захотелось чего-нибудь сладенького, и восхитительный шоколадный десерт пришелся как нельзя кстати. Остаток вечера прошел отлично, даже Клим перестал огрызаться на Ивана Аркадьевича и затих, но вел себя по-прежнему необычно, продолжал гипнотизировать взглядом Алевтину и активно гладил ее по коленке под столом. Пожалуй, то, что он гладил ее по коленке, Алечке было очень даже приятно, но его взгляд… гремучая смесь обожания, страха, нежности и сочувствия – ее пугал. Клим вдруг стал другим. Она чувствовала – все изменилось, но что, понять не могла. «Может быть, сегодня меня ждет постель», – застенчиво подумала Алечка, покраснела и загадочно посмотрела на Клима. Клим резко убрал руку с ее колена и отвернулся. «Блин», – подумала Алевтина, разозлилась и запустила ложку в десерт. Больше Клим на нее не смотрел и активно включился в беседу с Иваном Аркадьевичем. Как-то даже слишком активно, что показалось Алечке очень подозрительным. Она тяжело вздохнула. На мужчину с проблемами Клим не походил категорически. Вывод напрашивался лишь один – Клим ее не хочет как женщину. Данная мысль уже мелькала у нее в голове: как только дело доходило до самого ответственного момента, жених всегда вел себя неадекватно и становился чужим. Вот и сейчас произошло то же самое. И как она, собственно, должна реагировать на подобное поведение жениха? Она, конечно, не красавица, но если Клим решил ее взять в жены как бесплатную домработницу и направо-налево гулять – то она не согласна! Алечка ревниво покосилась на Клима и вздрогнула, вернувшись из своих глубоких дум в настоящее.

– Что ты сказал? – переспросила девушка, не веря своим ушам. Клим оторвался от увлекательной беседы с Иваном Аркадьевичем и удивленно вскинул брови. – Я тебя спрашиваю? – рявкнула Алевтина.

– Аля, ты только не нервничай, ладно? Что ты так разволновалась? Мы обсуждаем с Иваном Аркадьевичем дату и время мероприятия.

– Мероприятия? – ехидно спросила Аля. – Это какое такое мероприятие у нас случится послезавтра?

– Свадьба, – смутился Клим; Иван Аркадьевич откашлялся и поправил очки.

– Да что ты говоришь! А почему я не в курсе? Или ты на ком-то другом женишься?

– Ты что! На тебе, конечно! Ты же сама согласилась – как можно быстрее… Вот я и организовал все. Извини, я просто не успел тебя предупредить.

Аля резко поднялась и бросила салфетку на стол. Мужчины тоже поднялись и переглянулись.

– Иван Аркадьевич, спасибо, ужин был восхитителен, – торжественно произнесла девушка и маршевым шагом направилась к выходу.

– Аля! – окликнул ее Клим и устремился следом. Иван Аркадьевич усмехнулся, налил себе вина, поднялся в кабинет, сел в кресло, включил телевизор и расслабленно уставился в мерцающий экран. Дело близилось к развязке, и у него было поистине чудесное настроение. Все шло так, как он хотел.

Аля выбежала из дома, чуть не сбив с ног дворецкого, который вызвался открыть ей дверь, и бросилась к лодочной станции. Она бежала по мокрой траве. Босоножки от росы стали мокрыми, она поскользнулась, упала, кубарем скатилась на глинистый берег, села и изобразила на лице неприступность, ругая себя за то, что она такая клуша. Клим, который шел следом, несомненно, видел ее позорное падение и будет сейчас над ней отчаянно издеваться. Самое неприятное было, что он не бежал за ней, а просто шел, хоть и быстро. «Мог бы напрячься и побегать немного», – недовольно подумала Алевтина. Позади нее послышался звук падающего тела, матюги, шуршание по траве, и ее женишок оказался рядом с ней в позе засушенной коллекционной бабочки.

– Аль, только не смейся надо мной, ладно? И прости меня, пожалуйста, что я все решил без тебя, я больше не буду, – приподняв голову от земли, попросил Клим и посмотрел на нее жалостливо-жалостливо…

– Весь день ты меня уговаривал выйти за тебя замуж как можно быстрее и молчал, как партизан, что уже договорился с ЗАГСом! – сдерживая смех, строго сказала Алевтина. – Значит, ты был уверен, что уговоришь меня? Ну и кто ты после этого?

– Негодяй, – сказал Клим, невинно хлопнул глазами, шутливо повалил ее на землю, привстал на локтях и заглянул в глаза. – Ты меня простила? – тихо спросил он, снова в его глазах появился тот странный блеск, и она лежала, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть это выражение его лица – выражение страсти, нежности и отчаянья. – Аля, девочка моя, – прошептал он и склонился над ее лицом. У Алечки закружилась голова, она закрыла глаза, приготовилась к поцелую в губы, но Клим поцеловал ее в лоб. Она открыла глаза, Клим стоял с идиотской улыбкой на лице и протягивал ей руку. «Когда только вскочить успел», – подумала Алевтина и, игнорируя руку Клима, поднялась сама.

– Аля, – примирительно сказал Клим и попытался ее обнять. Она вырвалась и пошла в направлении коттеджа. – Аля, ну что опять случилось? – крикнул ей вслед Клим и хлопнул себя по штанам.

– Ничего, – обернулась Аля. – Ничего не случилось. Я просто устала и хочу спать.

Клим проводил девушку взглядом, поморщился и уселся на землю, хмуро глядя на воду. От воды шел легкий пар. Совсем рядом, в камышах, плеснула крупная рыба, по озеру поплыли круги.

– Эй, златоперая! – крикнул Клим. – Я тоже желание хочу загадать. Хочу быть счастливым, слышишь?! И я верю, что буду счастливым! Даже если ты мне не поможешь, я все равно буду. И мне на все плевать. Потому что я люблю ее и не хочу обижать. Поняла! Я люблю ее! – В кармане запищал мобильный. Клим сделал два глубоких вздоха и ответил: – Привет. Я не спал, только что из больницы приехал. Да, Заболоцкий выздоравливает. Я приеду через два дня… Я тоже соскучился. Все хорошо, просто я устал. Целую. И я тебя люблю, солнышко. Очень…

За спиной послышался какой-то шорох. Клим медленно положил телефон в карман и прислушался. Кто-то стоял сзади и часто дышал ему в спину, но это был не человек, так дышать могло только животное. Парализованный страхом, он сидел, не в силах обернуться. Постояв чуть меньше минуты, существо, шумно сглотнув слюну и вздохнув, потрусило по траве в сторону леса. Клим обернулся. На берегу, в нескольких шагах от него, отпечатался влажный след собачьей лапы. Судя по размеру отпечатка, собака была очень крупной. «Глафира!» – с ужасом подумал он, вскочил на ноги и помчался в коттедж. Заперев за собой дверь, он облокотился о косяк, вытер холодный пот со лба и дико расхохотался. Нервное перенапряжение последних дней и атмосфера базы сделали его шизофреником! Алевтина на его хохот не вышла. Он заглянул в комнату Заболоцкого, Аля спала, укрывшись легкой простынкой. Клим осторожно закрыл дверь, добрался до своей кровати и упал, не раздевшись, на одеяло. Он подумал о Лерочке. Ему вдруг стало жаль ее, но отчего подобное чувство возникло в душе Клима, он так понять и не смог.

Глава 13
Подарок к свадьбе!

Меньше всего Алечке хотелось сегодня думать об убийцах, сообщниках и прочих гадостях. Девушку занимали гораздо более серьезные вопросы: что ей надеть на собственное бракосочетание… и почему Клим решил на ней жениться? С самого утра он доставил ее к Илье Ильичу, где Алечка провела довольно много времени и вышла счастливая, сообщив Климу, что теперь ей можно вовсю есть яблоки. А после активно продемонстрировала это наглядно, сорвав яблоко с дерева в перекопанном саду Сан Саныча. Ехать на базу Алечка категорически отказалась, мотивируя это тем, что хочет провести ночь перед собственной свадьбой в одиночестве. Клим спорить не стал. По дороге к дому он завез ее в магазин, куда Алечка отправилась одна, тактично и смущенно намекнув, что ей необходимо купить кое-что интимное. Интимное она купила, но не идти же ей под венец в одном белье и чулках, пусть она и потратила на все это целое состояние!

– Аля! – раздраженно хлопнув по столу, сказал Клим.

– Что? – вздрогнула Алевтина.

– Ты будешь звонить Зотовой или нет?! Что ты сидишь и тупо пялишься в бесконечность?

– Я не пялюсь, там занято постоянно, – буркнула Алевтина. – И вообще, оставь меня в покое и не ори. Я тебе еще не жена! – Алевтина вновь набрала номер и со словами: «Да что же это такое?!» – хлопнула трубку на рычаг.

– Набирай еще! – скомандовал Клим. – И нечего на меня смотреть, как на врага. Времени в обрез. Нужно еще кольца купить и мне какой-нибудь приличный костюм приобрести.

– Ага, щас! Купишь ты у нас в мухосрани приличный костюм! Давай по-простому. Я ведь без свадебного платья по твоей милости осталась. Хотела сшить что-нибудь красивое, но не успеваю. А купить в нашем городе можно разве что занавеску. Так что никаких костюмов. Я, например, собираюсь просто светлый брючный костюм надеть.

– Аля, ты по поводу свадебного платья не волнуйся. Иван Аркадьевич хочет сделать тебе подарок и уже заказал свадебное платье, туфли и прочие аксессуары. Все это добро привезут с утра к тебе домой. Твой размер я ему сказал. Извини, хотел тебе сказать, но… – договорить Клим не успел, потому что Алевтина сняла с аппарата телефонную трубку и с размаха треснула его по лбу. – Ты чего? – растерялся он и потер место ушиба. Ответа не последовало, Алечка, обиженно надув губы, накручивала телефонный диск и на Клима не обращала совершенно никакого внимания.

– Я, пожалуй, пойду, а то ты бешеная какая-то сегодня. Сама с Зотовой поговори. Как мы с тобой уже решили, встретимся сразу в ЗАГСе. Иван Аркадьевич завтра за тобой машину пришлет к четырем. Смотри не опаздывай, нас поставили в список последними, как раз перед самым закрытием. И дверь никому не открывай. Ну и… это самое, – замялся Клим, – я жажду этого дня, чтоб ты знала.

Алевтина уронила трубку на пол и круглыми глазами уставилась на своего жениха. Клим улыбнулся, махнул ей рукой и, как сайгак, поскакал к выходу.

– Дурак, – пожала плечами Алевтина, закрыла за Климом дверь, задумалась и вдруг испытала невероятное облегчение. Казалось, она нашла ответ на вопрос, почему Клим был так с ней осторожен: просто он хочет, чтобы все случилось после свадьбы, и у них будет самая настоящая брачная ночь! Он слишком серьезно относится к ней, совсем не так, как к прошлым своим подружкам. Он любит ее и боготворит. Зотовой звонить ей больше не хотелось, а хотелось петь от счастья и танцевать. Она подхватила с софы маленькую шелковую подушечку, прижала ее к себе и закружилась по комнате, весело напевая себе под нос незатейливый танцевальный мотивчик. Рыбка исполнит ее самое сокровенное желание, была уверена Алечка, она наконец-то обретет счастье, и все в ее жизни будет хорошо.

Незаметно, в эйфории и в предчувствии скорого счастья, пролетел день, но время неожиданно замедлило свой ход и теперь тянулось, тянулось, тянулось… Казалось, вечер никогда не кончится. Аля маялась: то слонялась из угла в угол, то заваливалась на софу с кипой старых газет и журналов, бездумно просматривала их, щелкала пультом телевизора, периодически пыталась дозвониться до Зотовой. Около одиннадцати ей захотелось спать, она легла в постель, но тут позвонил Иван Аркадьевич, вытянул ее из-под одеяла, пожелал спокойной ночи и подтвердил, что платье привезут с утра. Спать сразу же категорически расхотелось, в голову полезли воображаемые фасоны всевозможных свадебных нарядов. Очень скоро воображение так расшалилось, что у Алечки заболела голова и ее стало подташнивать. Вернулось утреннее раздражение и состояние паники. Она насильно пыталась заставить себя уснуть, ворочалась в постели, но ничего не получалось. В душе росла злость на весь мир, что за нее все решили и лишили ее возможности хотя бы примерить наряд. Сволочи, убежденно решила Алечка, с ненавистью поглядывая на свой новенький мобильный телефон, лежавший на тумбочке рядом с кроватью. Она надеялась, что Клим догадается наконец позвонить и пожелать спокойной ночи, и тогда она выскажет ему все свои претензии. Время шло, Клим не звонил. Алечка взяла сотовый в руки и посмотрела на дисплей. Без одной минуты двенадцать. В гостиной настенные часы пробили полночь, и одновременно с боем часов зазвонил городской телефон. Он все звонил и звонил, но Алевтина не решалась поднять трубку. Часы отбили положенные удары, а телефон все звонил и звонил. Она положила на голову подушку, прижала ее к ушам, чтобы ничего не слышать. Все смолкло. Она села на кровати, настороженно прислушиваясь к тишине. На тумбочке завибрировал мобильный, Алечка трясущейся рукой схватила сотовый.

– Клим! – закричала она.

– Алевтина Сорокина, вас беспокоит знакомая продюсера Зеленцова. Что же вы к телефону не подходите? – раздался в трубке звенящий, очень знакомый голос, голос одноклассницы Кати Мухиной. Почему раньше она не узнала ее? Те же высокомерные интонации, тот же напор…

– Откуда вы узнали номер моего мобильного? – сухо спросила Аля, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не послать свою одноклассницу куда подальше и не выдать себя.

– Детка, для Артура Андреевича это не проблема. Кстати, он просил вам передать, что сценарий сериала «Уснуть навсегда» готов. И завтра вы получите его, чтобы внимательно ознакомиться с его содержанием и сыграть свою роль.

– Да пошла ты, знаешь куда, Дездроперма! – закричала Аля и отшвырнула мобильный прочь.

Сотовый ударился о стену и упал на пол. Она опомнилась, слетела с кровати, подняла телефон – он не работал. Алечка вернулась в постель и тяжело вздохнула: телефон было жаль до глубины души. Но это, как говорится, дело наживное и мелочи жизни, зато она пар выпустила и Дездроперму по стенке размазала! Алечка кровожадно улыбнулась, положила под голову ладошки и с чувством исполненного долга закрыла глаза. Кто такая Дездроперма и почему это имечко слетело с ее языка, было немного неясно, но Алечка решила обязательно придумать детальную расшифровку этого слова, чтобы Катьке Мухиной стало особенно обидно.

* * *

Утром ее разбудил стук в дверь. На часах было только семь. Ничего не понимая, она встала, отчаянно зевая, набросила халат, как сомнамбула доплелась до двери, потянулась к замку и… замерла.

– Кто там? – тихо спросила девушка.

– Алевтина, это капитан Зотова Елена Петровна. Помнишь меня? Открой, пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить.

– Господи, – тихо прошептала Аля и недовольно поморщилась. Естественно, в день собственной свадьбы ей как раз не хватало одного – общения с сотрудником милиции или даже с несколькими сотрудниками… – Вы одна? – спросила Алевтина хмуро: не исключено, что ее пришли арестовать по подозрению в убийстве Зеленцова.

– Конечно, одна, а с кем я должна еще быть? Алевтина, пожалуйста, побыстрее, – поторопила Зотова.

– У вас опять изжога? – распахнув дверь, ехидно спросила девушка. Елена Петровна как-то странно мотнула головой, отстранила ее и опрометью прошмыгнула в сторону туалета. – Конечно, конечно, проходите, не стесняйтесь и чувствуйте себя как дома, – съязвила Алечка и отправилась ставить чайник.

Зотова вошла на кухню довольная и умиротворенная.

– Что такая хмурая, Алевтина? – весело спросила Елена Петровна, устраиваясь на стуле.

– Замуж сегодня выхожу, – буркнула Аля и спросила: – Чай будете или кофе? Сразу предупреждаю, что кофе дерьмовый.

– Тогда чай, спасибо, – улыбнулась Елена Петровна. – А за кого замуж выходишь? Что-то ты не рада совсем, как я погляжу.

– Это я вам не рада, а замуж выходить – рада, – откровенно сообщила Аля, но Зотова не обиделась, а от души расхохоталась. Алевтина тоже рассмеялась. Погрела руки о медленно закипающий чайник, приготовила чашки. Зотова вопросов не задавала, разглядывая что-то за окном.

– А что это у вас с огородом приключилось? – полюбопытствовала она. – Такое впечатление, что трактор с плугом по нему проехал.

– Это не трактор, это мой жених. Он, когда волнуется, землю вскапывает, – прыснула Аля.

– Хороший у тебя жених, пахать умеет, с таким не пропадешь, глядишь, и денег напашет, – в ответ пошутила Елена Петровна.

– Он у меня, в общем-то, вполне обеспеченный. В торговле работает, – похвалилась Алевтина.

– Тогда конечно. Торговля – это хорошо. Но главное, чтобы щедрым был. Иной раз и обеспеченный, а денег на жену жалеет, – авторитетно заявила Елена Петровна, наблюдая, как Алечка заваривает чай.

– Мой очень щедрый. Ничего для меня не жалеет. У него даже фамилия, знаете, какая – Щедрин, – сообщила Алевтина и полезла в холодильник, пытаясь отыскать там что-нибудь съестное. Вчера она целый день хрустела яблоками и пила чай, а в холодильник даже не заглядывала. Она захлопнула холодильник и недовольно сморщила носик. За несколько дней ее отсутствия все продукты испортились.

– Щедрин… красивая фамилия, музыкальная, – похвалила Зотова. – Станешь, значит, ты Алевтиной Щедриной. Звучит красиво.

– Мне совершенно нечем вас угостить, – расстроилась Аля, обшаривая кухонные шкафчики. – Яблоки только. Или пельмени? Хотите?

– Не нужно, Аля, спасибо. Я в поезде перекусила. Только чайку.

Аля поставила чашки с дымящимся чаем на стол, села и виновато посмотрела на Елену Петровну.

– Я вчера звонила вам целый день, но так и не дозвонилась. В прошлый раз я не все вам рассказала.

– Знаю, Аля. В тот день Раиса Михайлова отправила тебя к продюсеру Зеленцову, и ты поехала. Рассказывай дальше, что в тот вечер произошло, почему ты убежала из Москвы? – подбодрила Елена Петровна.

– Да, я ездила к продюсеру, но я его не убивала. Его убила Катька Мухина, моя одноклассница, а меня она пытается подставить. Вы ведь из-за этого приехали? – спросила Алевтина, глядя на вытянувшееся лицо Зотовой. Елена Петровна не отвечала. – Но вы должны мне поверить, у меня и доказательство есть. Шарфик, которым Катька продюсера задушила в ту ночь! Она мне его в сумку подбросила. Его Клим нашел, так вот, он может подтвердить, что сам ей этот шарфик дарил, потому что он его из Парижа привез. А такие шарфики в единственном экземпляре делаются.

– Аля, подожди, о чем ты мне говоришь, я никак не пойму? – сморщилась Елена Петровна. – Какой шарфик?

– Ну тот шарфик, которым Катя Мухина, моя одноклассница, продюсера задушила. Она и меня пыталась задушить. Орудие преступления! Мой жених, Клим Щедрин, может это все подтвердить.

– Клим Щедрин? Ты сказала – Клим Щедрин? Миллионер? Тот, что две с половиной недели назад… – Зотова умолкла на полуслове и с интересом посмотрела на Алевтину. Похоже, зря она сюда приехала и зашла к этой милой девушке, потому что с головой у нее, кажется, начались какие-то серьезные проблемы.

– Елена Петровна, ну какой, к черту, миллионер! Мой жених в торговле работает, я же вам говорила. Что же вы не слушаете, о чем я вам говорю? Екатерина Мухина, моя одноклассница, убила продюсера Зеленцова!

– Да с чего ты это взяла? – разозлилась Зотова.

– Как с чего? Я там была и все своими глазами видела, – перебила Зотову Алечка. – Сейчас я очень подробно вам все расскажу, тогда вы точно поймете, – возбужденно затараторила Алечка. – В тот вечер, около половины двенадцатого, я приехала к Зеленцову на кастинг. Взяла с собой банку варенья, вошла в квартиру, банка у меня выпала из руки и по коридору укатилась. Я босоножки сняла и за банкой поползла. Ну, сами понимаете, как потом объяснять, что варенье раньше меня в квартире оказалось? Ползу я, значит, и тут меня кто-то шмяк по роже ботинком, и так два раза! А потом душить принялись. Я притворилась, что не дышу, убийца подумала, что я умерла, и ушла. А потом я вошла в комнату, а там продюсер сидит и мне рожи корчит! Я ему оплеуху отвесила, он с кресла упал, и тут я поняла, что он мертвый. Так он и лежал на ковре, пока я фотографии смотрела. А потом он, я извиняюсь… пукнул! Я испугалась и убежала, прихватив с собой ведро – для маскировки – и швабру с халатом. Потом я их в помойку выкинула, когда на вокзал поехала, и свои босоножки тоже. Но тогда я еще не знала, что это Катька Мухина убила продюсера, поэтому очень удивилась, когда ведро «приехало» раньше меня и у меня в доме оказалось. Это Катька меня так пыталась довести до сумасшествия и самоубийства! Потом вещи у меня дома стали появляться из квартиры Зеленцова. Звонки пошли странные. И главное – сам Зеленцов, мертвый, в красном халате мне являлся среди крестов и могил! Они хотят, чтобы я сошла с ума и покончила жизнь самоубийством, понимаете? Вот чего они добиваются! Я так думаю, что мертвый Зеленцов – это Катькин отец на самом деле. Он же спился совсем, поэтому у него и рожа синяя. Теперь вы мне верите, что я Зеленцова не убивала? – выговорившись на одном дыхании, спросила Алечка.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю