290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Мифы мировой истории (От Адама до Потсдама) » Текст книги (страница 10)
Мифы мировой истории (От Адама до Потсдама)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 01:00

Текст книги "Мифы мировой истории (От Адама до Потсдама)"


Автор книги: Мария Баганова




Жанр:

   

История



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Борцы с «грехом» – инквизиция

Католическая церковь утратила авторитет, в Европе плодились ереси, которые угрожали могуществу римского престола. В XII – начале XIII века на юге Франции и на севере Италии распространилась ересь катаров, которые сразу поставили себя в оппозицию Риму утверждением, что церковь должна жить в бедности, а не в роскоши. На этом основании они часто грабили монастыри и аббатства, что, без сомнения, не могло не вызвать негодования католических первосвященников. Для борьбы с еретиками в 1215 году был создан особый церковный суд под названием «инквизиция». Его главой был назначен испанец Доминик де Гусман, в будущем объявленный святым. В 1222 году папа Григорий IX отправил в южную Францию первые отряды инквизиторов, которым предоставлялась власть самостоятельно расследовать деятельность тамошних еретиков, конфисковывать их имущество, а их самих сжигать.

Постепенно перечень задач инквизиции расширялся: с конца XV века в ее компетенцию начинают входить суды над ведьмами.

Процессы над колдунами имели место еще во времена Меровингов: Григорий Турский описывает сожжение несчастных. В IX веке сыновья короля Людовика Благочестивого обвинили в колдовстве его вторую жену – красавицу Юдифь и ее подругу Гербергу. Гербергу утопили, а самой Юдифи удалось оправдаться, хоть ее несколько лет и продержали в заключении в монастыре.

В X и XI веках тоже периодически случались процессы над колдунами и ведьмами. Священники, вожделевшие красивых женщин, обвиняли тех в колдовстве, и бедняжек сбрасывали с городских стен, вешали, жгли или топили, часто даже не по официальному приговору, а по самосуду толпы.

Все это были отдельные эпизоды, и число казнимых не превышало нескольких человек, массовый характер процессы над ведьмами приобрели не во времена «мрачного Средневековья», а в период Ренессанса, в XIV и XV веках. Этому способствовали буллы римских пап Иоанна XXII и Иннокентия VIII. Последний был известен своими гомосексуальными наклонностями, что не мешало ему иметь шестнадцать незаконнорожденных детей. Этот папа-сладострастник сокрушался, что «в некоторых частях Германии… очень многие лица обоего пола пренебрегли собственным спасением и, отвратившись от католической веры, впали в плотский грех с демонами инкубами и суккубами».

Сам он при этом не чурался действий, которые вряд ли подобают христианину. Тяжело заболев и желая продлить свое земное существование, он согласился на «переливание крови». По рекомендации какого-то шарлатана папа выпил кровь трех мальчиков, едва достигших десяти лет. Каждому из них пообещали по дукату, но все трое умерли от кровопотери. Папу их кровь также не спасла.

Этот папа издал в 1484 году знаменитую буллу против ведьм, в которой прямо запретил светским и местным церковным властям чинить какие-либо препятствия инквизиторам, грозя за это отлучением и другими карами. A то ведь местные власти приходили в ужас от свирепства папских следователей, буквально опустошавших их земли, и пытались умерить их рвение. Некий епископ сокрушался, что во вверенных ему деревнях выжили всего две женщины.

Три года спустя, в 1487 году, увидело свет страшное руководство для инквизиторов, оставленное членами ордена доминиканцев, профессорами богословия Яковом Шпренгером и Генрихом Инститорисом – «Молот ведьм». На взгляд современного читателя, это собрание самых диких суеверий, откровенной чуши и всевозможных непристойностей, которое выглядело бы смехотворным, если бы не третья часть, в которой описывается ход дознания.

Страшная история из «Молота ведьм»:

«В городе Равенсбурге один юноша был привязан к девушке, но когда захотел бросить ее, то чародейственным образом потерял мужской член, так что не мог видеть его и чувствовал лишь гладкое тело. Он опечалился. Однажды он пошел в погребок купить вина; пока он там сидел, пришла туда одна женщина, которой он подробно рассказал причину своего горя и показал ей, что стало с его телом. Эта хитрая женщина спросила, не подозревает ли он кого-либо. Он назвал и рассказал всю историю. Тогда женщина сказала: „Необходимо, чтобы ты силою, так как любезность не поможет, принудил ее вернуть тебе здоровье“. Юноша темной ночью стал выжидать ведьму на дороге, по которой та обычно проходила; когда он увидел ее, то стал просить вернуть ему здоровье; та ответила, что она не повинна и ничего не знает; тогда он набросился на нее и стал душить полотенцем, крича: „Если ты не вернешь мне здоровья, то умрешь от моей руки“. Так как лицо ее уже распухло и посинело, то она сказала: „Хорошо, отпусти меня и я тебя вылечу“. Когда юноша ослабил узел петли, ведьма коснулась рукой его бедер у лобка и проговорила: „Теперь имеешь, чего хотел“. Юноша, как он рассказывал потом, прежде чем убедиться глазами и осязанием, явственно почувствовал, что одним прикосновением ведьмы член его был восстановлен».

Инквизиция заговорила о слетающихся из разных концов Европы стаях ведьм, устраивающих шабаши, и для уловления этих преступников наладила целую сеть инквизиционных трибуналов. Подсчитано, что за 150 лет в Испании, Италии и Германии были сожжены 30 тысяч человек. В изобилии выходили книги о колдовстве и магии, ученые мужи всерьез рассуждали о том, может ли дьявол оплодотворить женщину, теряет ли при этом девушка девственность, может ли колдун лишить мужчину полового члена и о прочих «важных» вопросах. Во множестве трудов разбиралось и то, что же происходит на шабашах.

Считалось, что шабаши устраивались обычно на покинутом кладбище, вокруг виселицы, развалин замка или заброшенного монастыря. Чтобы попасть на шабаш, ведьмы пользуются специальной мазью, приготовленной из печени некрещеных младенцев. Ведьма мажет тело этой мазью, садится верхом на помело, произносит заклинание и тут же взлетает в воздух. Ей не страшны ни буря, ни дождь, ни замки на дверях.

Дьявол представлялся хвостатым, с козлиными ногами и крыльями, как у летучей мыши. Ему отвешивали поклоны, повернувшись спиной отрекались от Бога, Богородицы, святых и посвящали себя дьяволу. Ведьмы и колдуны, имея в руках факелы, бешено танцевали, в полночь начиналось пиршество, на котором пожирались жабы, пауки и внутренности детей, умерших некрещеными. Пиршество сопровождалось оргией, за которой следовала черная обедня. Облаченный в черную ризу дьявол злобно издевался над христианской службой и предлагал для поклонения огромную красную морковь.

Первые лучи света разгоняли ведьм, и они разлетались, точно стая ворон. По пути они выбрасывали свои мази и яды на жатву и тем самым ее губили. Дьявол вручал ведьмам магический порошок, изготовленный из толченых костей мертвецов с пеной жаб.

С его помощью ведьмы губили поля, отравляли пищу и убивали людей. Кроме того, у ведьмы имелась магическая палочка, которой она если ударяла по луже, то вызывала проливные дожди и грозный град, переносила плодородие с поля одного крестьянина на поле его соседа и т. д. Не вредить людям ведьма не могла: дьявол не разрешал. Если она пыталась ослушаться, он бил и терзал ее, вселялся в нее и делал ее одержимой.

Богослов Варфоломей де Спина писал: «Бесчисленное множество инквизиционных процессов и наказаний ведьм доказывает, что ведовство и колдовство действительно существуют: в противном случае инквизиторы, приговаривавшие ведьм к смерти, были бы несправедливыми судьями. Так как церковь не только знает и принимает к сведению эти приговоры, но также санкционирует и одобряет их – следовательно, эти вещи действительны и истинны. Ведь каждому ясно, что почти весь земной шар полон дьявольских преступлений».

Королева Неаполя Джованна Первая
(правила в 1343–1382 гг.)

А были ли ведьмы на самом деле? Да, некоторых дам той эпохи иначе и не назовешь. Вот, например, недобрая и немудрая Джованна Неаполитанская! Эта правительница была наследницей двух древних династий – Анжуйской и Дураццо. Столь неблагозвучное для русского слуха название происходит от римского города Дуррес, который известен также под греческим названием Диррахий и итальянским Дураццо, расположенного на территории современной Албании, примерно в тридцати километрах западнее Тираны.

Дед Джованны, король Неаполитанский Роберт, прозванный Мудрым, умер в середине треченто. Это был достойный монарх, покровительствовавший Джотто, Боккаччо и Петрарке. Однако была у него слабость: остров Сицилия, который он долго и безуспешно пытался завоевать.

Роберт пережил своего единственного сына, не оставившего наследника мужского пола. Король был стар, немощен и во многом утратил реальную власть. Вдовы его братьев Екатерина де Куртене и Агнесса де Перигор со своими фаворитами разоряли страну бесконечными увеселениями, требовавшими немало денег.

Старый Роберт принял решение выдать свою внучку Джованну замуж, выбрав ей в мужья младшего сына венгерского короля – Андрея. На тот момент и жениху, и невесте было по семь лет. Их торжественно обручили в 1333 году, а обвенчали – в 1343-м. Роберт предполагал, что Джованна с супругом будут совместно коронованы и станут вместе править, но Джованна была иного мнения!

Андрей ей совсем не понравился, она посчитала мужа диким и невежественным и вовсе не хотела делить с ним власть. В августе 1344 года с согласия авиньонского папы Климента VI, номинального сюзерена Неаполя, Джованна I была коронована одна, без супруга.

Вскоре она совершила свое первое убийство, отравив Агнессу де Перигор. Вместе с Екатериной де Куртене они поставили хворавшей тетушке клизму с ядом. Агнесса скончалась в страшных мучениях; все время, пока она корчилась и звала на помощь, Джованна и Екатерина насильно удерживали ее в постели, не выпуская из комнаты.

Напуганный Андрей написал своей матери, вдовствующей венгерской королеве Елизавете, сообщив о своем намерении бежать из Неаполя. Елизавета, не желая терять неаполитанскую корону, отправилась к папе Клименту и уговорила его короновать ее сына. Потом она навестила Неаполь, сделав там богатые подарки дворянам, а сыну вручила кольцо, обладатель которого, как считалось, не может погибнуть от холодного оружия или яда. Недовольная всем этим Джованна решила устранить будущего супруга. Но как? Она была суеверна и верила в мощь амулета, поэтому кинжал или отрава исключались.

В заговоре участвовал ее любовник, сын уже покойной Екатерины де Куртене Людовик Тарентский, и Карл Дураццо, муж младшей сестры королевы. Сентябрьской ночью 1348 года они подкараулили Андрея у дверей его супружеской спальни; подкупленный слуга быстро запер дверь, чтобы принц не мог скрыться в комнате. Джованна в это время лежала в постели и не сделала ни малейшей попытки помочь мужу, который пытался защищаться и звал на помощь. После довольно долгой борьбы убийцы повалили его на пол и задушили шелковым шнурком, так как тоже верили в силу «охранного» кольца. Потом тело выбросили из окна, во дворе его увидели стражники и слуги, и весть быстро разнеслась по городу. Толпы жителей Неаполя окружили дворец с криками: «Смерть изменникам и королеве-блуднице». Джованна спаслась, выдав второстепенных участников убийства. Уже после смерти Андрея Джованна родила от него сына, увезенного родственниками в Венгрию и там умершего в раннем детстве.

Джованна вскоре вышла замуж за Людовика Тарентского, одного из убийц ее первого мужа. Людовик был коронован и стал королем Неаполя. Но жить «долго и счастливо» новобрачным не удалось.

Венгерский король Лайош I, брат Андрея, вторгся в Неаполь, желая отомстить за смерть брата. Он захватил в плен Карла Дураццо, предал его суду, признал виновным в убийстве Андрея и казнил его. Джованна также была объявлена соучастницей, но заочно, так как она вместе с мужем бежала в Прованс. Дальнейшим планам Лайоша помешала начавшаяся именно в этом году – в 1348-м – страшная эпидемия чумы.

Оба монарха согласились на беспристрастное расследование под контролем папы Климента. Джованна I могла сохранить свой трон только при условии невиновности в смерти мужа, в противном случае Неаполь должен был перейти под власть Лайоша I. Вердикт папы был неожиданным: Джованну признали участницей убийства, но не виновной, поскольку она действовала по наущению дьявола. Убийцей Андрея был назван уже казненный Лайошем I Карл Дураццо. Лайош вернулся во Францию, признав Джованну королевой Неаполя. Вскоре стала ясна причина столь мягкого приговора: Климент выкупил у Джованны за ничтожную сумму Авиньон, место своей постоянной резиденции. А Лайош Венгерский получил от неаполитанской королевы 300 тысяч флоринов в качестве откупа. Чтобы уплатить ему эти деньги, Джованна даже была вынуждена заложить свою королевскую корону.

Авторитет королевы был совершенно подорван, в разоренной стране одно за другим следовали восстания; бароны отказывались подчиняться верховной власти, а во дворце на берегу Неаполитанского залива по-прежнему царили разврат, разгул, постоянно звучала музыка и лилось рекой вино, «нередко густо подмешанное кровью».

В 1362 году умер второй муж королевы, а уже в следующем году она вышла за молодого и замечательно красивого, но совершенно нищего Джакомо Арагонского, который уже через несколько дней после брака сбежал прочь из Неаполя. За ним выслали погоню, он был пойман, возвращен, снова бежал и вел бродячую жизнь, пока не умер в 1375 году в нищете и безвестности. Брантом передает сплетню, согласно которой бедняга был убит своей брошенной супругой.

В 1376 году уже стареющая Джованна в четвертый раз вышла замуж за рослого и здорового немецкого феодала Оттона Брауншвейгского. Так как старость была уже не за горами, а выживших детей у Джованны не было, она усыновила своего родственника – Людовика Анжуйского.

И снова разгорелась междоусобная война! Карл Малый, герцог Дураццо, внук отравленной Агнессы де Перигор, в 1382 году штурмом взял Неаполь, а после долгой осады – и королевский замок. Джованна вынуждена была сдаться. В ноябре 1381 года Карл III Малый был коронован как король Неаполя, а 22 мая 1382 года Джованна I была по его приказу задушена. Это убийство было объявлено отмщением за смерть Андрея Венгерского. Но мир в Неаполе так и не наступил: еще долгие годы Карл Дураццо был вынужден воевать с Людовиком Анжуйским.

Катарина Сфорца

Основателем рода считается кондотьер Муцио Аттендоло (1369–1424), получивший прозвище «Сильный», по-итальянски – Сфорца: он действительно был исполином, мог согнуть подкову и вскочить в седло в полном вооружении. На войну он ушел в пятнадцать лет, присоединившись к проходящим мимо наемникам. По преданию, Муцио метнул топор и загадал: если он застрянет в дереве, то юноша пойдет с солдатами, если упадет на землю, то останется. Топор застрял. К своему тридцатилетию Муцио уже сам командовал отрядом наемников.

Долгое время он служил неаполитанскому королю Владиславу, который желая заручиться преданностью кондотьера, взял «на воспитание» его сына – юного Франческо. Мальчик играл роль заложника, но, несмотря на это, Владислав искренне привязался к ребенку, окружил его заботой и воспитывал вместе со своими сыновьями. Дела пошли хуже после внезапной смерти Владислава: Муцио был вынужден бежать из Неаполя и вскоре утонул во время одной из битв с Браччио де Монтоне при переправе через реку.

Стефано Инфессура:

«В лето 1413, в июне месяце, из Неаполя прибыл в Рим король Владислав, пробил стену у Санта-Кроче и вошел со всем своим войском в Латеран к св. Иоанну, где пробыл несколько дней. Вследствие такого вторжения короля папа Иоанн удалился из Рима и переехал во Флоренцию: он выехал в июле месяце со многими римлянами, причем во время бегства многие из них умерли от истощения. Король взял замок Ангела и вошел в Рим, где ему были оказаны большие почести… Затем король направился во Флоренцию, но по дороге был отравлен. Он хотел поспать у одной девицы, которой флорентийцы сказали: „Сделай так, и мы обогатим тебя: введи этот яд в твою срамную часть, и он умрет, а ты останешься жива“. И оба умерли».

Это был уже закат королевства Неаполь, вскоре оно потеряло самостоятельность. Последний его суверенный монарх – король Ферранте (или Фердинанд I) оставил о себе мрачную память. Большая часть его преступлений была вполне обычна для того времени: он предательски убивал, нередко прямо за своим столом, доверившихся ему людей и насильно овладевал женщинами. То, что он отравлял в венецианских церквах чаши со святой водой, чтобы отомстить венецианской сеньории, вызывало большое осуждение. Но самой эксцентричной его причудой было другое.

Лосев А. Ф.:

«Он сажал своих врагов в клетки, издевался над ними, откармливал их, а затем отрубал им головы и приказывал засаливать их тела. Он одевал мумии в самые дорогие наряды, рассаживал их вдоль стен погреба, устраивая у себя во дворце целую галерею, которую и посещал в добрые минуты. При одном воспоминании о своих жертвах он заливался смехом».

Бежав из Неаполя, двадцатитрехлетний Франческо Сфорца вернулся на службу к Миланскому герцогу, который обручил его со своей внебрачной дочерью. Много лет спустя они поженились: невеста едва достигла шестнадцати лет, жениху исполнилось сорок. Однако, несмотря на столь большую разницу в возрасте, между супругами установилось взаимопонимание, и брак этот стал счастливым. Бьянка постоянно ездила вместе с мужем по местам боевых действий, брала на себя дипломатические миссии, участвовала в управлении. После смерти супруга она сделала все, чтобы власть перешла к ее сыну Галеаццо, в то время находившемуся в отлучке.

Увы, конец жизни Бьянки был печален: с сыном возникли трения. Не желая ссориться, Бьянка оставила Милан и поселилась в Кремоне, которая входила в ее приданое. Спустя два года вопреки советам своих приближенных она приняла участие в свадьбе Галеаццо, а вскоре после этого почувствовала себя больной. Это было весной, все лето Бьянка провела в постели, а в середине осени умерла.

Этот Галеаццо вообще был крайне неприятным типом: он приказывал закапывать живыми свои жертвы, выставлял на публичный позор соблазненных им женщин, однажды заставил крестьянина, укравшего зайца, съесть этого зайца живьем, с шерстью и шкурой, а за столом любил услаждать себя сценами содомии. В возрасте тридцати двух лет он был убит заговорщиками в церкви Сан-Стефано.

Злодей Галеаццо Сфорца оставил побочную дочь – Катерину Сфорца (1463–1509), ставшую графиней Форли и прозванную «Тигрицей Романьи». Порой именно ее называют как одну из настоящих моделей Моны Лизы.

Трижды она была замужем. Первый муж Катерины, Джироламо Риарио, «племянник», а на самом деле бастард папы Сикста IV выжил во время мятежа, разразившегося вслед за смертью понтифика, но затем во Флоренции был убит во время гражданского мятежа.

Катерина вторично вышла замуж за Джакомо да Фео, с которым обвенчалась тайно, так как он принадлежал к недостаточно знатному роду. Но и тут не замедлило случиться несчастье: заговорщики, возглавляемые неким Франческо Орсо, зарезали Джакомо на глазах у жены.

Николо Макиавелли:

«Все дома его были разграблены, графиня Катарина с детьми арестована. Для того чтобы дело увенчалось полным успехом, оставалось только захватить крепость. Так как комендант отказывался сдаться, заговорщики обратились к графине с просьбой побудить его к сдаче. Она пообещала сделать это, если они пропустят ее в крепость, и предложила оставить своих детей в качестве заложников. Ей поверили и пропустили в крепость. Но, едва оказавшись там, она принялась угрожать им мщением за мужа – смертью и жесточайшими пытками. Когда же заговорщики пригрозили, что убьют ее детей, она вышла на стену и публично задрала юбку, крикнув, что „формочка“ осталась при ней и она легко может наштамповать новых детей. Изумленные таким мужеством, заговорщики, видя к тому же, что папа их не поддерживает, а дядя графини, синьор Лодовико, шлет ей на помощь войско, взяли столько добычи, сколько могли унести, и укрылись в Читта-ди-Кастелло. Графиня снова получила свои владения и со всевозможными жестокостями отомстила за убийство мужа».

Графиня приказала оцепить квартал, где жили убийцы, и устроила там резню, не оставляя в живых ни мужчин, ни женщин, ни детей – никого, кто был связан с убийцами узами хотя бы самого дальнего родства.

Следует заметить, что эта мера оказалась действенной – третий муж Катерины, Пьерфранческо де Медичи, умер естественной смертью.

Существует легенда, что Катарина пыталась отравить самого папу Александра Борджа, отправив ему письмо, то ли пропитанное сильнейшим ядом, то ли содержавшее чумные бациллы. Андреа Бернарди в «Хрониках Форли» сообщает о некоем «моровом поветрии» – опустошительной эпидемии, поразившей город в конце 1499 года. И вот, по словам Бернарди, графиня приказала положить приготовленное к отправке письмо на одного из больных, надеясь таким способом перенести заразу на Александра.

На расправу со строптивой графиней был послан Чезаре Борджа. Катерина заперлась в замке Форли, отправив во Флоренцию семейные драгоценности и малолетних детей. Военные силы Форли были невелики, но графиня надеялась выдержать осаду. В крепость спешно завезли припасы, заново укрепили ворота и стены, отремонтировали внешний вал.

Увы, окрестные города предали прекрасную графиню, предпочтя более сильную сторону – бастарда римского понтифика. Жители Форли сами открыли перед Борджа ворота.

Современник этих событий, историк Сануто Марино не без злорадства описывает горестное положение Форли: насилие и разбой, чинимые солдатами Чезаре, стали, по его мнению, достойным воздаянием горожанам за их продажность и низкую измену.

Крепость выдерживала осаду еще две недели. Наконец одна из стен рухнула, в замке началась резня.

Тридцатисемилетняя Катерина Риарио Сфорца была взята в плен. Некоторые свидетели рассказывают, что разозленный ее долгим сопротивлением, Чезаре изнасиловал пленницу, а потом хвастался перед солдатами, что «графиня защищала свой замок куда яростней, чем свою честь». Затем ее заковали в золотые цепи и отвезли в Рим. Надо отметить, что Чезаре лично сопровождал ее, защищая от возможных оскорблений. В Риме графиню сначала поселили в одном из дворцов, но после попытки побега отправили в замок св. Ангела, где она провела еще год. Затем по просьбе французского короля папа освободил Катарину и разрешил уехать во Флоренцию к детям. Там она умерла спустя восемь лет.

Сын Катарины от третьего брака – Джованни делле Банде Нере Медичи – стал знаменитым кондотьером.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю