Текст книги "Жертва полнолуния"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

– Они меня доконают! – простонала Маргарита, прикладывая руку ко лбу.

– Тебя-то за что? Я теперь, наверное, самый подозрительный субъект во всем доме. После каждого ответа на вопрос этот опер на меня так смотрел, что я уже чую запах тюремных нар. Будешь мне сухари посылать?

– Ты же не любишь сухари, – серьезно ответила мне Марго.

Это стало последней каплей. Я не выдержала и истерически расхохоталась. Марго неуверенно фыркнула, но поддержала меня.

Мало-помалу опера разъехались, строго приказав нам никуда не уезжать, взяв всевозможные подписи, отпечатки и заставив нас расписаться в протоколах допроса свидетелей. Только на меня извели больше пяти листов казенной бумаги. К обеду я чувствовала себя совершенно вымотанной и обессилевшей.

Обед нам пришлось готовить самим. Но аппетита у нас не было. Сейчас нас интересовало, когда и почему исчезли Полина и Мика. Так неожиданно и, главное, очень вовремя избежав допроса. Но зато все подозрения в убийстве Рины Павловны пали теперь на них. А в том, что это было убийство, никто не сомневался. Несчастной кухарке проломили череп, по мнению оперативников, разводным ключом, который валялся неподалеку. На нем сохранились кусочки кожи, волос и крови жертвы. Только вот отпечатков на рукоятке ключа так и не нашли. Следов возле тела было множество, особенно мужских, сорокового размера. Милиция немедленно ревизовала всю обувь, бывшую в доме, для проверки на соответствие. Но ничего подходящего среди нее не было. Размер ботинок мужа Илоны был сорок четвертый, мой – даже мои сапожки проверили! – тридцать девятый, Марго вообще в расчет не взяли с ее-то золушкиными ножками.

Короче, когда оперативники уехали, мы остались среди переворошенного дома. С изгвазданными полами и совершенно сбитыми с толку мозгами. Что произошло? Почему убили Рину Павловну? Куда делась эта парочка, Полина и Микаэль, которые, казалось, друг друга едва понимают? И почему они исчезли так, что не оставили ни малейшего следа пребывания в доме? Хотя, конечно, пару их отпечатков милиция, может, и найдет, но толку от них, если они никогда не привлекались к уголовным делам? Мика – тот вообще иностранец. Он произвел на меня впечатление такого рохли, что сейчас я пребывала в немом изумлении от его выходки. Кстати, насколько я помню, нога у него была не очень большая для мужчины. Скорее всего, тот самый искомый сороковой размер. А Полина? Единственное, что свидетельствовало о ее недавнем присутствии в комнате на втором этаже, так это то, что там не было пыли. Но отсутствие пыли нельзя считать достаточной уликой, а отпечатки в своей комнате она тщательно уничтожила. Зачем?

Милиция очень внимательно все осмотрела. К тому времени, когда они уже уезжали, я запоздало припомнила, что мы не потребовали у них ордер на обыск. Эх, мы, клюшки старые! Заходи, кто хочешь – ищи, что хочешь!

Я отправилась к Маргарите, которая сидела у Илоны.

– Я ничего не понимаю, – стенала Илона. – Марго, хоть ты объясни мне что-нибудь.

– Да что тут объяснять, – встряла я. – Свистнули колье, да и ноги делать. А Рину Павловну убили. Не знаю, почему. Может, для отвода глаз?

– Нет, колье на месте, – возразила Илона. – Вот оно.

Она показала мне украшение, с которым не расставалась теперь ни на секунду.

– Я даже спала с ним вместе, чтобы никто снова не украл.

Неожиданно Марго попросила посмотреть колье поближе.

– Ты думаешь, что оно ненастоящее? – без тени насмешки спросила Илона. Марго молча кивнула, рассматривая камни.

– Спешу тебя обрадовать, это бриллианты. В чем в чем, а в камнях я разбираюсь лучше, чем свинья в апельсинах.

Марго медленно кивнула, соглашаясь и возвращая ювелирное изделие хозяйке.

– Просто недавно в городе арестовали трех дельцов, которые изготовляли из стразов великолепные копии известных ювелирных украшений. Но, похоже, твое действительно в порядке. А я думала…

– Что это Полина с Микой его украли? – спросила Илона.

– Да. Знаешь, сегодня день Обезьяны, то есть в этот день велика вероятность всяческих казусов.

– Не поняла… – сказала Илона.

– Ну-у… Всевозможные неурядицы, неожиданные случайности. Обезьяна очень любит подшутить над человеком в свой день, ставит ему препятствия, создает курьезные ситуации.

– Да мне-то в этом какая радость? – горько воскликнула Иля.

– А такая, что они могут сами себя обмануть.

Я так же, как и Илона, не поняла ее слов, но смолчала.

– Время покажет, – сказала Маргарита.

– Кстати, – вдруг осенило меня, – Мика же иностранец! У него должна быть виза, загранпаспорт и всякие другие бумажки. Задержать его на границе – пара пустяков. Он не должен покинуть пределы России. Звони скорее в милицию!

Илона неуверенно посмотрела на телефон, но послушно взяла трубку, набрала номер отделения и попросила лейтенанта Перьева, но ей сказали, что он еще не приехал. Время уходило, а мы не могли ничего сделать.

Глава 6

А на дворе между тем было уже тридцать первое декабря. Настроения как не было, так и нет.

Вчера вечером Марго сидела на диване, как всегда, обложенная развернутыми звездными картами и держа в руках толстенный справочник. Бормоча всякие астрологические премудрости, она писала что-то на листке. Выражение ее лица ясно говорило: то, что она видит в таблицах эфемерид, здорово ей не нравится.

Я спросила, что же ей сообщили звезды, но она невнятно пробурчала, что хочет спать, а утром все расскажет.

Утром же она по моей настоятельной просьбе поведала мне следующее:

– Ситуация последних дней таит в себе множество подводных камней. Если вовремя не подстраховаться, то некоторые, воодушевившись быстрым и удачным развитием событий, рискуют не заметить опасностей и с разбега сесть на мель. Но это для нас очень хорошо.

Я с удивлением посмотрела на нее. Что может быть хорошего, если звезды прогнозируют препятствия? Но Марго, разумеется, не обратила на мой взгляд ни малейшего внимания.

– Связи Солнце – Уран, Луна – Плутон дают слабые кармические аспекты, сбивающие с привычного ритма жизни, провоцируют кризисные ситуации. Связь Венеры и Восходящего Лунного узла является неблагоприятным аспектом, который возбуждает в человеке злость и зависть. Не повезет в эти дни Водолеям…

– Полина – Водолей, – вспомнила я.

– И вообще решительным действиям на нынешнем небе благоприятствует лишь одна конфигурация: Меркурий – Юпитер, – сообщила Маргарита. – Ну что ж, безумству храбрых…

– Что-то мне больше всего хочется отдохнуть поскорее от всего этого. Я-то думала, что будет лишь расследование кражи, а произошло убийство.

– Ты ведь сама хотела недавно чего-нибудь остренького, – съехидничала Марго.

– Поверить не могу. Я сама не знаю, что на меня тогда нашло.

– В принципе ничего удивительного! Три дня назад Уран в твоем гороскопе был восходящим, то есть располагающим ко всяким авантюрам. Теперь же Уран расположен дисгармонично, что означает – никаких авантюр. Ты суха, как бублик!

– Очень смешно! – скорчила гримаску я. – Сама ты бублик! У тебя в гороскопе, похоже, все гармонично и очень мило. Уран по головке гладит, Марс охраняет, Венера в лобик целует, а Солнце смотрит на деточку Маргошечку с высоты и умиляется! Какая идиллия!

– Нет, – посерьезнела Марго, – у меня-то как раз все плохо. Есть смертельная опасность, есть какие-то трудности, есть враг, только и хорошего, что Уран гармонично расположен. Правда, это еще как истолковать! При прочих негативных аспектах чересчур активная и бесшабашная позиция нанесет лишь вред, а не пользу.

Мы оставили астрологические изыски в покое и отправились на дознание в отделение милиции. Там нас продержали около четырех часов, заново задавая те же самые вопросы, что и накануне. После бесконечного повторения, что я «не знаю», «не видела» и «не слышала», я наконец получила свободу. Марго освободилась чуть позже. Илона же вообще не поехала, сославшись на недомогание.

В агентство по подбору обслуживающего персонала Илона не звонила, так как болела весь день. Мы же с Марго хлопотали на кухне, стараясь приготовить хоть что-то к праздничному столу.

– Я поражаюсь твоему спокойствию, – сказала я, режа ножом на разделочной доске крабовые палочки.

Марго подняла глаза от глубокой миски с салатом, который она заправляла майонезом, и вопросительно посмотрела на меня.

– Столько всего происходит, а ты и в ус не дуешь! Ты что, уже все знаешь?

– Не все, но многое.

– Делись! – требовательно стукнула я ножом.

– Осторожнее с ножом, – сказала Марго. – Сегодня травматический день. Будь внимательна.

Я немедленно порезала себе палец.

– Черт! Это ты накаркала! Дай мне бинт, пожалуйста.

– Сама возьми. – У Марго сегодня было странное настроение. Вроде бы внешне она спокойна, но время от времени у нее прорывается что-то пакостное, и Ритка начинает упрямиться, не проявляя ко мне ни капли сочувствия. Я отшвырнула нож и полезла в холодильник, где была аптечка. – И не сердись, – добавила эта вредина, облизывая ложку. – Прими мир таким, какой он есть.

– Издеваешься? – выглянула я из-за дверцы. – А у меня, между прочим, нервы уже сдают. Подумать только, всего лишь вчера или позавчера здесь стояла Рина Павловна и жарила нам курицу. Может, ее дух все еще тут летает.

– Ты опять про привидения? – усмехнулась Марго. – Не волнуйся, сегодня ты их увидишь.

– В смысле? – насторожилась я.

– Вечером здесь будет большая компания. Шумная и наверняка пьяная. Это будет похуже безобидного призрака кухарки.

– Илона же никого не приглашала, – возразила я.

– У тебя плохая память. Она приглашала, только ты забыла об этом.

Не успела Марго это проговорить, как возле ворот раздался визгливый звук клаксона.

* * *

Илона не смогла гостей предупредить о том, чтобы они не приезжали. И привалила целая толпа.

Я пулей полетела к Илоне, чтобы узнать, что с гостями делать.

– Ох, ну не выгонять же их на улицу, – вздохнула Иля. – Сейчас спущусь.

Я быстренько переоделась в своей комнате, одолжив в гардеробе Илоны черный брючный костюм, – ну не буду же я встречать Новый год в обычных джинсах с вытянутыми коленками! Я погуще накрасила ресницы, заколола волосы в небольшой пучок сзади и надела мужскую шляпу с неширокими полями. Сдвинула набок. Красотища! Осталось только провести губкой по ботинкам для наведения блеска, застегнуть двубортный пиджак, и я готова.

Итак, сегодня Новый год. Маргарита, одеваясь, сказала, что именно в этот вечер случится что-то такое, что обязательно прольет свет на таинственные и необъяснимые происшествия, свалившиеся на Илону в эту неделю. Кроме того, Марго, посерьезнев, предупредила, что за Илей нужен глаз да глаз, потому что ей угрожает опасность. Я клятвенно пообещала быть с ней рядом весь вечер. Поскольку мы взяли лишь самые необходимые вещи, теплые и удобные, но не такие, чтобы их можно было назвать «вечерним платьем», Илона предоставила в наше распоряжение весь свой немаленький гардероб, чтобы мы смогли подобрать себе что-нибудь подходящее.

Для Марго нашлось миленькое черное платье на тонких бретельках. Краситься ей не было необходимости. У нее и так густые и черные ресницы.

Мы спустились в гостиную. Илона, набравшаяся сил и решившая во что бы то ни стало отвлечься от своих неприятностей, тут же начала нас со всеми знакомить. С половиной я так или иначе была знакома, в основном здесь собрались все те, кто посещает наш клуб.

Сразу же со всех сторон посыпались поздравления с наступающим, пожелания всех благ и все такое, как вдруг кто-то из гостей громко спросил:

– Илечка, а елка где? Что за Новый год без елки?

Илона нахмурила лоб, вспоминая, есть ли у нее елка. Я пришла ей на помощь.

– Видите ли, – обратилась я к симпатичному молодому человеку, которого так расстроило нарушение традиции, – елка у нас в гараже. Мужчины у нас в доме не оказалось. Сами понимаете, что женщинам не под силу поднять и установить двухметровое дерево.

– А в чем проблема? – усмехнулся он. – Давайте я помогу.

Я пригласила его следовать за мной. Мельком я уловила пренебрежительное движение плечами какой-то девицы, находящейся на грани истощения, и уничижительную улыбку ее подруги. Для них, видимо, сложно было представить, как это – пригласить гостей и с их помощью устанавливать елку. Ничего, пожила бы здесь пару дней, не удивлялась бы ничему.

Гараж был соединен с домом проходом. По дороге мы с молодым человеком познакомились.

– Денис! – представился мне высокий брюнет со спортивной фигурой и приятной улыбкой. В нем все вызывало расположение.

– Лиля. Вы уж извините, что мы вас так эксплуатируем…

– Да ладно, какие проблемы? Что я, не мужик, что ли? Помочь прекрасным дамам – долг каждого истинного джентльмена!

– Вот бы все были такими, а то слишком редко воспитанные мужчины попадаются.

Елка стояла возле стены, рядом с хозяйским «Мерседесом», уже в крестовине, распушенная, и одуряюще пахла хвоей. Мы осмотрели ее, после чего Денис, приноровившись, ухватил зеленую красавицу за ствол и понес ее к выходу. Возле дверей мне пришлось ему немного помочь, так как верхушка ели не пролезала в проход. Мы привели ель в горизонтальное положение и таким образом решили проблему. Понятно, что я немного перепачкалась в смоле, да и иголки просыпались мне за шиворот, но я не обращала на это никакого внимания. Денис оказался замечательнм собеседником, с прекрасным чувством юмора и совершенным отсутствием снобизма. Через пару минут мы уже хохотали над нашим внешним видом, представляя физиономии тех, кто собрался в гостиной. Пока мы шли, Денис вкратце рассказал мне об этих людях, так что, входя в комнату, я уже приблизительно знала, с кем мне придется встречать Новый год. Говорят, как Новый год встретишь, так его и проведешь. Так вот, компания эта мне совсем не нравилась. Надеюсь, что мне не придется терпеть их следующие триста шестьдесят пять дней.

Итак, в числе первых, пожалуй, стоит описать супружескую чету Богомолов. Обладатели энтомологической фамилии полностью ей соответствовали: оба высокие, худые, угловатые, с длинными конечностями и слегка выпученными глазами. Мне они и впрямь напомнили засушенных представителей мира насекомых. Богомол был банкиром, возглавляющим «Спай-банк», который занимал прочное место в сфере банковских учреждений нашего города уже десять лет. Его жена – Анита, как она себя называла – на самом деле была просто Аней, манекенщицей-блондинкой, привезенной мужем из Москвы. Анита Богомол ничем особенным в жизни не занималась, лишь холила и лелеяла свою тощую мосластую фигуру, доводя ее до состояния, граничащего с дистрофией. В одежде с эксклюзивными ярлычками эта самая фигура выглядела неплохо, но и только. Не подкрепленная внутренним содержанием внешняя оболочка усыхала, но постоянно жаловалась на то, что все равно «толстая».

Мозгов Аниты не хватало даже на то, чтобы с толком тратить мужнины деньги. Всегда ленивая, апатичная, она в основном проводила свое время возле бассейна на даче летом и в солярии «Гармонии» зимой и при этом меланхолично шептала что – то по телефону подруге, которая, кстати, тоже была здесь.

В отличие от бледной (несмотря на ультрафиолет, ежедневно поглощаемый кожей Аниты в солярии) подруги Маришка Деева была черноволосой, кудрявой и смуглой девушкой, так и пышущей здоровьем. Жаль, что не энтузиазмом. Маришка быстро загоралась, но еще быстрее гасла, как некачественная спичка. Ей ничего не стоило, например, позвонить той же Аните и, захлебываясь от восторга, рассказать о «совершенно потрясающем» (это ее любимое выражение) салоне красоты, недавно открывшемся в городе, пригласить ее на встречу и не поехать, так как, положив трубку, Маришка вдруг чувствовала себя нехорошо, и энтузиазм таял. Самое интересное, что Анита также никуда не ехала, теряя вдохновение, потому что переставала слышать голос Маришки. Искра зажигания потухала, если можно так сказать. Подруги отлично друг друга понимали и прекрасно ладили между собой. Будучи не замужем, Маришка постоянно таскала за собой какого-нибудь поклонника – находились и таковые, привлеченные деньгами папы и многообещающей красотой Маришки.

Вот и сегодня рядом с ней был какой-то молодой человек с роскошными блондинистыми кудрями. Как блондина звали, я так и не узнала, так как все называли его по фамилии – Тарзанов, или просто Тарзан. Невысокий, даже щупленький, он тем не менее держался с гонором и важно вел разговор с Богомолом, всячески вытягивая шею и стараясь смотреть банкиру прямо в глаза.

Но выпученные глаза Богомола были направлены весь вечер на Маргариту, которая оказалась в центре мужского внимания.

Она, впрочем, как всегда, мыслями витала где-то далеко. А посему и приводила в отчаяние своей холодностью и недосягаемостью пятого из персонажей, которому было бы не лишним посвятить целую страницу в Книге рекордов Гиннесса.

Все в нем было в превосходной степени: рост, живот, голова, уши и счет в банке. Только глаза были малюсенькими, незаметными среди лоснящихся складок розовенькой, как у поросенка, кожи. Но, вопреки всему, он выглядел симпатично и даже трогательно. Я его очень хорошо знала как мужа одной из своих клиенток, которые ходят ко мне на аэробику. Звали это чудо природы и современной коммерции Пал Палыч, а его жену – Викуся. В миру Пал Палыч управлял одним из самых дорогих магазинов дамской одежды. На новогодней вечеринке он оказался один, поскольку жена укатила к родственникам. Привыкший умасливать привередливых покупательниц, Пал Палыч никак не мог найти подход к Маргарите и весь вечер бродил за ней с грустным взглядом и двумя бокалами шампанского в руках. Зачем ему второй бокал, было совершенно непонятно, так как Марго шампанского не любит, предпочитая ликер, но, видимо, директор магазина не терял надежды на брудершафт.

Шестым участником новогодней вечеринки был рыжий мужчина непонятного возраста, национальности и рода занятий. Даже Денис его не знал. Он вел себя крайне странно: ни с кем не разговаривал и не улыбался. Я решила не спускать с него глаз, благо мне подвернулся подходящий повод познакомиться с ним.

Мы с Денисом живенько приспособили нелюдима помогать нам устанавливать елку. Он не мог отвертеться, а потому принялся за работу.

– А кто вы такой? – с места в карьер спросила я, невинно и, как я была уверена, обольстительно хлопая глазками.

– Э-э, Саша, – коротко бросил таинственный тип, после чего быстро ушел в сторону кухни.

Мне оставалось созерцать лишь его удалявшуюся спину. Я вздохнула и пошла к Илоне. Хотя бы узнаю, кто это такой.

– Иля, кто этот тип, с которым я сейчас разговаривала?

– А я у тебя хотела спросить, – удивленно посмотрела на меня Илона. – Впервые вижу. Но, возможно, он приехал с кем-то из гостей. Ох, голова просто раскалывается. Мне плевать, даже если здесь полгорода соберется. Лишь бы меня не трогали. Кстати, я тут елочные игрушки подготовила, ты посмотри…

Тут подошла встревоженная нашим долгим отсутствием Маргарита. Она только собралась нам что-то сказать, как ее опередила миловидная женщина лет тридцати, с которой мы, кажется, тоже еще не были знакомы.

– Денис, где ты бродишь? Почему ты меня не предупредил? Я что, должна беспокоиться за тебя?

Реакция Дениса меня разочаровала. Образованный умный мужчина, с прекрасным чувством юмора, оказывается, был подкаблучником! Он как-то смущенно посмотрел на меня и что-то негромко ответил жене. Я тактично отошла в сторону к бару, сделав вид, что хочу пить. Жена Дениса это заметила и, нахмурившись, сказала:

– Что убегаете, милочка? Совесть нечиста?

Я возмутилась:

– Моя совесть в порядке, а вам я советую сбавить тон, разговаривая со мной.

– Да пошла ты! – ответила эта стерва. Я даже на мгновение потеряла дар речи.

– Денис и Ольга Давыдовы, – очень вовремя вмешалась Илона. – А это Лилия и Маргарита.

Мы с женой Дениса смерили друг друга неприязненными взглядами, но ничего не сказали. Денис и Маргарита облегченно вздохнули. Илона ушла от нас к другим гостям. Я тоже хотела уйти, но надо было помочь Денису украсить елку. Все-таки взялся за гуж…

Тут Ольга, презрительно и высокомерно посмотрев на меня, демонстративно хмыкнула, пожала плечами и отошла. Я же недоуменно посмотрела на Давыдову. Интересно, она ко всем женщинам, которые улыбаются ее мужу, так относится, или я первая удостоилась этой чести?

– Не обращайте внимания, Лилия, – мягко произнес Денис, беря меня за руку и уводя от елки, возле которой мы стояли. Жена Дениса метнула на меня неприязненный взгляд, но смолчала и отвернулась.

– Я вам сочувствую, – сказала я без особого тепла в голосе. – Иметь такую ревнивую жену – небольшое удовольствие.

Денис неопределенно кивнул и переключил наш разговор на другую тему, спросив, чем я занимаюсь.

– Я инструктор по аэробике в клубе «Гармония», – ответила я, отпив немного шампанского, – а в свободное время… Иногда расследую преступления вместе с моей подругой.

– Да-а? Надо же, как интересно. И как успехи?

– Нормально, – сдержанно сказала я.

– Информативный ответ, – рассмеялся Денис. – Из вас много не вытянешь. Вы всегда такая серьезная?

– А вы чего ожидаете? Криминальной статистики? Так вы ее можете найти в газетах, и уж тем более это не тема для обсуждения на вечеринке.

– Сдаюсь-сдаюсь, прелестный Шерлок Холмс, вы меня убили своей логикой!

– Да я скорее доктор Ватсон, – смягчилась я и, в свою очередь, спросила его: – А вы кто?

– Всего лишь футболист «Ястреба». Пинаю на досуге мячик, а большую часть времени провожу в раздевалках, подставляя свою голову под гром и молнии, которые мечет наш тренер. А так я – обычный гражданин нашего города, исправно платящий налоги, голосующий за демократов и из всех напитков предпочитающий пиво. Но мне его пить нельзя.

– Исчерпывающий ответ в отличие от моего! – засмеялась я, и вдруг меня осенило: – Постойте… Так вы Денис Давыдов? То-то мне фамилия знакомой показалась! Надо же, капитан сборной нашего города!

– Совершенно верно. А вы разве знаете по именам наших футболистов?

– Да, пришлось узнать… Мой племянник – страстный поклонник футбола. Когда я прихожу к нему в гости, на меня немедленно вываливается уйма информации о наших доблестных игроках, которые никак в Высшую лигу не выйдут. Впрочем, Антон это все интригами объясняет, а не…

– Бездарностью состава? Вы это хотели сказать? – чуть-чуть печально улыбнулся Денис. – Отчасти вы правы, но не совсем. Раньше можно было бы жаловаться на отсутствие условий для игры, а теперь не на что. Условия есть, но, как ни странно, играть мы стали хуже. А раньше все было наоборот! Парадокс.

– Вам ведь деньги за каждый матч платят? – полюбопытствовала я больше для формы, так как прекрасно знала ответ.

– Да, за каждую игру. Даже за проигранную. Как видите, можно не напрягаться.

– А слава? А имя клуба?

– Это всего лишь красивые слова для болельщиков. Футбол – это такой же бизнес, как и все остальное. Как видите, моя жизнь не настолько романтична, как ваша. Все слишком грубо и прозаично.

– Это у меня-то романтичная жизнь? Скажете тоже! Трупы, кражи, нападения… Вы не представляете, как я от всего этого устала! Надеюсь, сегодня ничего такого не будет.

– А что, есть предчувствие? – усмехнулся Денис.

– У моей подруги есть.

– А что, ваша подруга ясновидящая?

– Нет, она всего лишь гениальный астролог, тот самый Шерлок Холмс. Вероятность того, что она ошибется, равна нулю.

Денис уважительно поднял брови, но тут же рассмеялся. Я посмотрела на гостей Илоны.

Аниты и Маришки не было видно. Их спутники беседовали о чем-то, оживленно жестикулируя. Коротышка Тарзан забавно смотрелся рядом с высоченным Богомолом. Девушка в серебряном костюме заигрывала с потерявшим надежду Пал Палычем, но он только вздыхал в ответ. Видно, Марго крепко запала ему в сердце. Ну-ну, не он первый, не он последний.

– Лилия, а где же ваша подруга? – обратился ко мне Денис.

– Хотела бы и я это знать.

* * *

Я, сев на небольшой диванчик в углу комнаты, где было довольно темно, стала наблюдать за ходом вечера. Елку мы с трудом, но нарядили. Помогли мне Денис и Маргарита. Кстати, елка вышла совсем неплохой. Красивая, стильная: банты вместе привычных шариков и сосулек, но почему-то именно этих традиционных елочных игрушек, купленных еще во времена советского дефицита, мне и не хватало. С каждым из шариков связано то или иное новогоднее воспоминание.

Меня оторвали от философствований две подруги, одну из которых я сначала приняла за Полину, но у этой волосы были более темного рыжего оттенка, да и нос с горбинкой. Они попросили меня сфотографировать их на фоне камина. Девушки ласково обнялись, и одна положила другой голову на плечо. Вторая, Инга, была очаровательной брюнеткой с тонким аристократическим носом, большими голубыми глазами и короткой стрижкой. Она походила на мальчика-эльфа в облегающем комбинезоне серебристого цвета.

Я щелкнула кнопкой. После этого Инга и ее подруга опять растворились в полумраке гостиной. Я же присела на диван, чтобы продолжить отдых.

Между собой мы с Илоной и Маргаритой договорились, что гостям – ни слова о происшествии, тем более что и время уже позднее, да и неудобно перед ними. Негоже им праздник портить. Решив, что ничего о смерти Рины Павловны знать гостям не надо, мы усиленно делали вид, что все в порядке. Особенно приходилось напрягаться мне как наиболее общительной части нашего с Маргаритой тандема, крепко спаянного дружбой и астрологическими выкладками.

Илона вообще лишь слабо улыбалась. В основном же она сидела где-то в углу и молчала, ссылаясь на головную боль. Мне ее поведение не казалось странным или неестественным, но вот, например, жена Дениса очень подозрительно на нее косилась.

Как я уже говорила, перед самым приездом гостей мы с Маргаритой приготовили всего пару салатов, но народ вряд ли бы удовлетворился такой непритязательной пищей, поэтому я с позволения Илоны выставила на стол ее сырные запасы, в том числе и «носки». Лимбургский сыр создал непередаваемую атмосферу в этой части гостиной, так что к столу никто близко не подходил, поэтому отсутствие аппетита у гостей было обеспечено.

Хорошо еще, что народ попался саморазвлекающийся. Похоже, эта компашка всегда тусуется в одном и том же составе, и потому все прекрасно друг друга знают. Никого ни с кем знакомить не надо, все общительны, пьяны, и всем весело. Что Богомолы, что Тарзан, что чета Давыдовых – Денис и его кошмарная жена Ольга, которая, по-моему, работает переводчицей. И почему же она такая ревнивая? Ладно, понимаю, что муж красавец, но ведь она и сама тоже хороша. Случись вдруг адюльтер со стороны благоверного, ей не составило бы труда найти ему замену. Неужели такая любовь?

Одна из девушек, рыжая, села рядом со мной и равнодушно скользнула по моему костюму серо-голубыми глазами.

– Вам нравится вечер? – начала я непринужденную светскую беседу, откидываясь на спинку дивана, благо, она была высокой и позволяла небольшую вольность в позе.

– Нет, – хмуро ответила девушка, сквозь бокал смотря куда-то на елку.

Я покосилась на нее, но ничего не сказала. Ответ девушки явно не приглашал к продолжению разговора. Не хочет – так не хочет, не буду настаивать.

Рыжая повернула голову ко мне, и я поняла, что она уже достаточно выпила. Ее взгляд был слегка мутным и расплывающимся.

– Люди мне не нравятся! Скоты они все… Плебеи, у которых банкоматы вместо мозгов и… остального. – После чего снова ушла в созерцание бликов в бокале шампанского.

Даже так? Что это: депрессия типа «Никто меня не понимает, и молча гибнуть я должна», или у нее имеется конкретный зуб против кого-то из компании? Я слегка задумалась, с умным видом кивнула, но сама повнимательнее присмотрелась к девушке. Не так она проста, как кажется. Вообще она внушала мне все большие и большие подозрения. А значит, надо быть осторожной. К тому же где-то здесь бродит таинственный Саша, который тоже вызывает опасения. Я поймала взгляд Маргариты, незаметно для других кивнула на рыжую девушку. Марго так же незаметно показала на Илону, и мы несколько успокоились. Каждый объект под наблюдением, если можно так выразиться.

И я, обратив свой взор на тусовку, сделала вид, что хочу найти собеседника пословоохотливее, чем полупьяная Лена или Милена, я не поняла, как она представилась.

Я старалась находиться в тени, чтобы сразу замечать всякие странности. Марго же, наоборот, была в центре внимания. Особенно мужского. В неярком свете гостиной она казалась прекрасной незнакомкой с Востока. Черный шелк подчеркивал белоснежную кожу, красиво облегая пышные формы Маргошки. Карие бархатные глаза сверкали, в общем, это был ее вечер. Но сама она, как я видела, пыталась увести Илону в кабинет, показывая ей какой-то листочек.

Я вдруг увидела, как таинственный Саша, не оглядываясь, уверенно скользнул в темный коридор.

Я надвинула шляпу на один глаз, взяла в левую руку бокал с шампанским и немедленно двинулась за Сашей. Но тут на меня налетело совершенно необычное существо с ярко-желтыми волосами и длинной челкой. Мы столкнулись, мой бокал дрогнул в руке, и содержимое пролилось на диван, рядом с безразличной ко всему девушкой. Шампанское быстро стало впитываться в обивку, но девушка, равнодушно скользнув по лужице взглядом, даже не попыталась спасти свое платье.

Существо, оказавшееся молодым человеком с карими глазами, жеманно затараторило:

– Ох, простите! Я так спешил, так спешил… Вы меня извините, не так ли?

Он обаятельно улыбнулся. Совсем молоденький, одетый в обтягивающую бежевую рубашку и золотистые брюки-клеш, он трогательно приложил наманикюренные пальцы к тощей груди и захлопал длинными ресницами.

– Конечно, ничего страшного, – улыбнулась в ответ я. – Позвольте узнать, куда вы так спешили? Прямо как метеор.

– Ох, как вы угадали? Мои друзья меня так и зовут! Правда, иногда еще кометой называют. Ну такой я, что попишешь? Себя ведь не переделаешь! А как вас зовут?

– Лилия, но… – я с сомнением посмотрела на темный коридор, в котором исчез Саша. – Я бы с удовольствием с вами поговорила, но мне тоже нужно спешить.

– Ага, – Метеор ни капельки не разочаровался и полетел по своим делам, бросив на прощание: – Увидимся, Лили.

– Девушка, я вижу, вы тоже шокированы его поведением? – обратился ко мне незнакомый приятный мужской голос.

Я обернулась и увидела невысокого блондина с длинными волосами. Тарзан, кажется. Он пьяненько – и когда только успел напиться? – подмигнул мне и слегка покачнулся.

– Да нет, я не шокирована. Просто… э-э, исключительно колоритный молодой человек. Он гей?

– Все так думают, но, если честно, я не в курсе. Я лично еще ни разу не видел его целующимся с мужчиной, хотя он иногда обнимает своих друзей за попки. Я думаю, ему просто нравится эпатировать публику. Его на все вечеринки в качестве гвоздя вечера приглашают.