Текст книги "Магнолия в снегу"

Автор книги: Марина Серова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Давай по порядку. Кто они?

– Не знаю. В номере меня ждали трое неизвестных. Они угрожали мне пистолетом. Сказали, что я должен буду выйти с ними из гостиницы, а если я попытаюсь бежать или позову на помощь – меня убьют… Мне пришлось делать то, что они говорили.

– И что потом?

– Меня посадили в машину, завязали глаза и привезли сюда! Просто втолкнули в эту камеру и заперли. А через полчаса эти же самые типы привезли сюда и тебя! Женя, что теперь будет?.. Кто эти люди? Что им от нас надо???

В глазах Глеба плескался неподдельный ужас. Он явно был не в себе. Но и мне пришлось не сладко. Кое-как я поднялась на ноги и обошла по периметру нашу ловушку. Со всех сторон кирпичная стена. И еще неизвестно, что за ней. Возможно, это подвал и мы находимся на несколько метров под землей… В любом случае – надо быть реалистами – нам отсюда не сбежать. Но попытаться стоило. Я подошла к двери, подергала ручку, потом присела на корточки. Скорее всего, эта кладовка запиралась с другой стороны на засов, по крайней мере, никаких признаков замка я не обнаружила. Пару раз я ударила в дверь – безрезультатно.

– Нас заперли здесь, как подопытных крыс! – продолжал убиваться Глеб.

– Крыс, – повторила я. – Как крыс…

– Что? – не понял Глеб.

Я беспомощно опустилась на землю.

Так вот оно что! Слова Макса про крысу не бредом были! Мне это вовсе не приснилось. Что он там говорил? «Попалась, крыса!» Так, значит, все, что происходило со мной, было чьим-то четко спланированным сценарием. Абсолютно все – знакомство с Максом в ночном клубе, его появление в гостинице и предложение выпить вина. Должно быть, в алкоголь добавили снотворное или что-то в этом роде. И потом – приезд врачей. Мне ведь показалось, что они приехали очень быстро. Конечно, это были никакие не врачи! Этим типам просто нужно было любой ценой вытащить меня из гостиницы. Глеба вывели под конвоем из нашего номера. А меня увезли на машине «Скорой помощи». Никому из гостиничного персонала и в голову не придет, что постояльцев похитили.

Ох, что-то в последнее время распитие спиртных напитков с малознакомыми мужчинами до добра меня не доводит. Сначала завязала роман с Глебом, а теперь и вовсе ввязалась в какую-то сомнительную историю…

– Женя, как ты думаешь, что им от нас надо?

– Возможно, все организовал Молчанов… – предположила я.

– Нет! Точно нет!

– Ну да, вряд ли это его рук дело. Ведь на Молчанова работают Влад и Дима.

Глеб согласно затряс головой.

– Да, Жень. Тогда кто?

Лично я считала, что Глебу виднее, но он отчего-то вопросительно пялился на меня.

– Ты, кроме Аверина, в карты больше ни с кем не играл? – на всякий случай спросила я.

– Нет, Женя! Женя, а если нас убьют???

– Если бы в планах у этих людей было нас убить, то они не стали бы так тщательно организовывать похищение. – Манера Глеба задавать идиотские вопросы по поводу дня своей кончины меня порядком злила. И без него было тошно!.. Я подтянула к себе ноги и уткнулась лбом в колени. Похоже, единственное, что нам остается делать, это ждать.

Не знаю, сколько точно прошло времени, прежде чем с той стороны двери загромыхал засов и металлическая створка со скрипом распахнулась. За нами пришли. Я подняла голову – в дверях стоял шкафообразный мужик.

– Выходите, с вами хотят поговорить.

Мы с Глебом переглянулись.

– Живее! – скомандовал верзила.

Делать нечего, пришлось подниматься на ноги и по одному выходить из каморки. Снаружи нас ждали еще двое громил. Они заковали нас в наручники и повели куда-то в глубь длинного обшарпанного коридора, вдоль которого находилось множество дверей. Очевидно, я была права: нас заперли в подвале. И действительно, в конце коридора мы поднялись по каменным ступенькам вверх и оказались на свежем воздухе.

После мрака подземелья на улице, несмотря на пасмурную погоду, оказалось непривычно светло. На долю секунды я зажмурилась, а потом распахнула глаза и начала озираться по сторонам.

Покосившиеся изгороди, низенькие домишки, месиво грязи вместо проселочной дороги и дальше – насколько хватал глаз – поля. Куда же нас занесло?

– Иди, что встала?! – тут же последовал тычок мне в спину.

Я зло глянула через плечо на своего конвоира (будет возможность – отомщу!) и поплелась вперед.

То, что поселок заброшен, было видно сразу. Ни занавесок на окнах домов, ни живности в огороде. Везде царило абсолютное запустение. И только за воротами одной из избенок я заметила несколько тонированных иномарок. К калитке этого дома и вели нас конвоиры, втолкнули на приусадебный участок и по вязкой грязи заставили топать до деревянного строения – не то жилого дома, не то сарая. Один из сопроводителей открыл дверь, и мы вошли внутрь. Никаких излишеств: деревянные стены, единственное засаленное окно и деревянная мебель. В кресле сидел незнакомый седой мужик, за его спиной маячил Макс…

– Садись! – Меня толкнули на диван, для Глеба нашелся колченогий стул. Наша стража выстроилась чуть в стороне: у каждого на поясе была кобура, каждый смотрел на нас немигающим взглядом. Было и без слов ясно, что попытка к бегству каралась здесь по всей строгости.

– Очень рад вас видеть, – оскалился в недоброй улыбке седой. – Знаменитая пара аферистов… Давно мечтал с вами встретиться с глазу на глаз! А вы, должно быть, не узнаете меня? – Он выдержал паузу. – Не понимаете, зачем вас сюда привезли?

– Зачем? – решила я проявить вполне здоровый интерес.

Седой хохотнул, поднялся с места и подошел ко мне.

– Дело давнее. Может, вы и знали меня, да забыли. А вот я вас помню. Никогда не забуду! Меня зовут Алексей Зорин. Не припоминаете такого?

Седой обращался ко мне, и лично я его видела первый раз в жизни. Но чует мое сердце – Глеб в курсе, что это за мужик…

– А имя Павел Зорин вам о чем-нибудь говорит?

Мне нечего было ответить. А упрямый Глеб молчал как рыба. Тогда заговорил сам седой.

– Ровно год назад вы занимались делом Павла Зорина. Он был успешным бизнесменом, владельцем десятка фирм, акционером нескольких предприятий. Был. Ровно до тех пор, пока вы не состряпали на него фальшивый компромат. Вы подделали чьи-то подписи, исправили цифры в отчетах и выставили все так, как будто он занимался отмыванием денег. Тогда это дело дало страшную огласку – на него накинулась свора журналистов, его посадили в тюрьму. Через месяц такого давления Паша не выдержал. Мой брат повесился в камере! И в этом виноваты вы!

На меня словно вылили ушат ледяной воды. Вот, значит, как, Глеб мне снова наврал.

– Это по вашей вине мой брат решил покончить жизнь самоубийством! – бушевал между тем Зорин. – И теперь я хочу, чтобы вы ответили за это!!!

– Послушайте, вы просто не знаете всей правды… – попыталась возразить я.

– Молчи! С той тварью, которая вас наняла, я уже поквитался. Его пристрелили, как бешеную собаку. Но для вас этого мало! Я хочу, чтобы вы весь остаток жизни провели за решеткой! Я сдам вас ментам!

Я не на шутку перепугалась. Иметь дело с правоохранительными органами в чужом городе, когда у тебя в сумочке паспорт на чужое имя, лучше не стоит.

– Не надо ментов, – слабо запротестовала я.

– Что, страшно? Думала, никогда тебя за хвост не поймают? Когда мой брат умер, я поклялся, что найду тех, по чьей вине это произошло. И я сдержал слово!

Я совсем растерялась. Вруну Глебу так и надо, но я-то – молодая да красивая – сейчас ведь ни за что пропаду! И как тут прикажете быть? Наручники не снять, за спиной охрана. А спасаться от мстительного Зорина как-то надо было. А впрочем…

– Я здесь ни при чем! Это все он! – начала я нести первое, что пришло в голову. – Он впутывал меня в свои аферы, заставлял работать с ним заодно. Я давно хотела уйти, бросить эти грязные дела, но… – Я запнулась на секунду, а потом выдала: – Но не могла, потому что у него и на меня имелся компромат! Если бы я отказалась помогать Глебу, он попросту сдал бы меня ментам. А теперь и вы с теми же самыми угрозами. – Я до того вошла в роль, что на глаза сами собой навернулись слезы. А я, оказывается, актриса… Главное, чтобы недоумок Глеб не ляпнул ничего лишнего. Но мой лжемуженек слушал меня, открыв рот, впрочем, и Зорин не перебивал. Видно, моя плаксивая байка проняла и его.

– Но с меня довольно! – неслась я дальше. – Я не хочу иметь никакого отношения к его делам! Я даже могу доказать, что не вру!

Выговорив последнюю фразу, я поняла, что дала маху, но было уже поздно.

– И чем докажешь? – хмыкнул Зорин.

– Мы с Глебом были только исполнителями, а все заказы стекались абсолютно к другому человеку. Это к нему обращались те, кто хотел устроить черный пиар для своих недругов, это он разрабатывал все планы по добыче информации. Он занимался и делом вашего брата. Мы лишь собрали необходимые для работы документы…

– И что же это за человек?

– Я назову его имя! Я сделаю так, чтобы он сам приехал к вам! Только обещайте, что отпустите меня!

Зорин смотрел на меня с недоверием. Было видно, что он колеблется.

– Я не вру, – убежденно говорила я. Главное, что в этот момент я действительно ни капельки не врала. – Я не имею к этим делам никакого отношения. Я даже готова назвать вам имя организатора всех афер! Неужели вам этого мало? Вы хотели найти человека, который на самом деле виновен в смерти вашего брата? Я могу вам в этом помочь!

– Говоришь, что готова назвать имя? – переспросил Зорин.

Кажется, лед тронулся. Теперь главное, чтобы и Глеб не подвел. Годами оттачивающий мастерство лихого лгуна, он, кажется, отлично понимал мою игру. По крайней мере, смотрел он на меня уже более осознанным взглядом.

– Да-да, готова, – энергично закивала я. – Только отпустите меня… Я здесь совершенно ни при чем…

– Она говорит правду? – обернулся Зорин к Глебу.

Мужик скривился, пренебрежительно глянул в мою сторону.

– Тварь, – с чувством произнес он.

Конечно, он понимал, что свободная Женяша будет куда более полезной в деле спасения его шкуры, и тоже старался, как мог:

– Крыса! И всегда такой была! Надо было сдать тебя ментам, как я и хотел сделать.

Алексей прошелся по комнате, остановился рядом с Максом. Они перекинулись парой фраз, Зорин обернулся.

– Уведите его! – кивнул он в сторону Глеба.

Рычащего и отбивающегося Глеба подняли со стула и выволокли из комнаты.

– Ничего у вас против меня нет! Ничего! Мало ли, что она вам рассказала! У вас нет никаких доказательств! – подливал он масла в огонь. Ай да Глеб, ай да молодец!

Когда вопли моего горе-напарника стихли, Алексей взял стул, поставил его напротив меня и сел верхом.

– Послушай меня внимательно и хорошенько подумай, – начал он, – я не жалел ни сил, ни денег на поиски. Я хочу, чтобы тот, кто имеет отношение к смерти моего брата, оказался за решеткой на долгие-долгие годы. И если то, что ты рассказала, – правда, я хочу, чтобы виновный поплатился за все сполна. Я даже готов отпустить тебя, если ты приведешь нас к нему. Но если ты меня обманула…

И без лишних слов было ясно, что мне небо с овчинку покажется. И кто тянул меня за язык? Но отступать было поздно.

– Кто этот человек?

У меня в мыслях было связаться с кем-то из тарасовских знакомых, но, загнанная в угол, я ляпнула такое, чего и сама от себя не ожидала:

– Роман Проскуров.

– Ты можешь сделать так, чтобы он сам приехал сюда?

Я сдавленно кивнула:

– Конечно. У него было для нас задание. Я могу связаться с ним и сказать, что мы нашли кое-какие важные документы и необходимо, чтобы он на них взглянул.

– Действуй! Место встречи – десятый километр по Рижской трассе, третий дом от дороги, – отдал приказ Зорин, встал со стула и отошел к окну.

Один из стражей за моей спиной зашевелился:

– Диктуй номер, – пробасил он.

– Не помню наизусть, – пискнула я, – он записан у меня на листочке. Где-то в сумке.

Верзила быстро распотрошил мой ридикюль, отыскал клочок бумаги и потыкал в кнопки телефона.

– Только без глупостей, – предупредил он, достал из-за пояса пистолет и взвел курок.

У меня по спине пробежал холодок. «Я пропала!» – подумала я.

Мне к уху приложили мобильный, к виску приставили дуло пистолета. Я слушала, как в трубке тянутся гудки, и молилась, чтобы Проскуров ответил. Что делать, если он не ответит – было непонятно.

Но когда я уже потеряла всякую надежду, что-то щелкнуло, и я услышала далекий-далекий голос:

– Слушаю!

– Привет, Роман. Это Алиса. Есть новости по делу Золотова и зайцев…

– Угу, – абсолютно безэмоционально отреагировал Проскуров.

– Можешь подъехать на десятый километр по Рижской трассе?

– Запросто.

– Третий дом от дороги, – стараясь сдержать дрожь в голосе, продолжила я.

– Постараюсь скоро быть, – коротко ответил Роман и отсоединился.

У меня тут же отняли аппарат. Детина с пистолетом шлепнулся на рассохшийся диван рядом со мной. Макс присел на стол и закурил. Зорин остался стоять у окна. Все ждали дальнейшего развития событий. И я ждала с замиранием сердца, ведь в случае чего именно мне предстояло жестоко поплатиться за свой длинный язык.

Наручные часы у меня сломались, видимо, еще тогда, когда меня везли в это логово, так что я не имела ни малейшего представления о том, сколько прошло времени. Но, судя по тому, что за окнами начало смеркаться, уже вечерело. Мне в голову полезли дурацкие мысли: «А что, если Роман ничего не понял?», «Или, говоря про кодовое слово, он просто шутил?», «Или просто решил не приезжать – с чего бы ему спасать малознакомую аферистку?»

– Через сколько он обещал быть? – обернулся ко мне Зорин.

Я похолодела.

– Обещал скоро приехать…

– Макс, иди, осмотрись там.

Максим затушил о стол недокуренную сигарету, поднялся и вышел за дверь.

Мы остались втроем – я, седой и его охранник с пистолетом. Двое других верзил, очевидно, остались сторожить Глеба.

– Может, снимете наручники, у меня уже руки занемели, – пожаловалась я.

Детина с пистолетом зло глянул на меня. Я затихла и отодвинулась подальше от него. Чтобы не сойти с ума от ожидания, я начала считать про себя минуты. Где-то на двадцать пятой сбилась со счета и бросила эту затею. Макса все не было…

Зорин отвернулся от окна.

– Что-то мне это начинает не нравиться…

В следующую секунду кто-то с такой силой ударил в дверь, что она слетела с петель. В дом ворвались люди. Зорина опрокинули на пол. У моего охранника из рук выбили пистолет и скрутили его. Кто-то выстрелил в потолок. От греха подальше я забилась в угол дивана.

– Скорая ты на неприятности, Алиска! – гоготнул кто-то у меня над ухом.

Я подскочила на месте, обернулась и выдохнула с облегчением – это был Проскуров.

Что дальше происходило в доме – я не видела. Роман помог мне подняться и вывел во двор. Один из его качков освободил меня от наручников. Еще несколько громил тащили к дому Макса и двоих охранников Зорина. Среди них шел и благополучно спасенный Глеб. Увидев меня, он бросился мне на шею.

– Женька, сработало! Наш план сработал! Мы обманули Зорина! Мы спаслись! Женька!

– Банда в сборе?! – хмыкнул Роман, глядя на нас с Глебом.

К нам приблизился один боец из свиты Проскурова:

– Больше никого в периметре нет. Только те пятеро. Что с ними делать?

– Ничего не делать! – успела я опередить негуманные предложения Романа. – Свяжите и оставьте в доме.

Бритоголовый вопросительно глянул на своего босса.

– Делайте, что она говорит, – дал добро Роман.

На то, чтобы выполнить мое пожелание, у бравых ребят ушло минуты две, после чего мы расселись по машинам. Три новеньких джипа один за другим помчались в сторону города. По чистой случайности или нет, но я оказалась в одном авто с Проскуровым.

– За что вас поймали? – спросил Роман.

– Старые счеты, – отмахнулась я, вдаваться в подробности злоключения мне не хотелось. – Роман, скажите, а кто вам рассказал про меня и Глеба? Ну, как вы узнали, что есть такие люди, которые за деньги готовы нарыть на вашего недруга компромат?

– Так Мишка Сафронов рассказал, – бесхитростно выдал Проскуров. – Вы полгода назад для него отличную работенку сварганили! Тогда как раз выборы были. Так вы на его главного конкурента такое досье нарыли, мол, он – хозяин притона!

Так я и знала. Глеб в очередной раз меня подло обманул. Аверин вовсе не принуждал его искать компромат на своих недругов – отнюдь. Это было привычным занятием моего якобы мужа. Но на всякий случай я спросила:

– А Бориса Аверина ты случайно не знаешь?

– В первый раз о таком слышу!

Наше авто стрелой пронеслось мимо последней отметки пригородной трассы и оказалось в черте города.

– Роман, спасибо, что пришел нам на помощь.

– Не за что! Я своих в беде не бросаю. Ты обещала помочь мне – я помогаю тебе! Все честно! – подытожил Проскуров.

Я покосилась на Романа, но ничего не сказала.

– Кстати, как ты думаешь, в какие сроки вы уложитесь, чтобы решить мою проблему?

– А в чем дело?

– Да понимаешь, Алис, мне кажется, за мной следят.

– Следят?

– Ну да. Помнишь, я рассказывал тебе, что одно покушение на меня уже было, только доказать ничего не удалось – мастер, который ремонтировал мою машину, умер от удушья… Мне кажется, Сашка Золотов снова взялся за старое. Надоело мне жить с оглядкой. Ты уж со своим напарником подсуетись…

Я снова глянула на Проскурова, встретилась с ним взглядом и тут же отвернулась.

– Например, сегодня какие-то подозрительные типы вертелись около моего дома. Может, мне это только кажется… Но ты постарайся, Алис.

Я почувствовала первый укол совести. А к тому моменту, как тройка тонированных иномарок тормознула у крыльца нашей гостиницы, меня раздирали сомнения – признаться или промолчать?

Роман первым вышел из машины и подал мне руку. Из другого авто выбрался Глеб.

– Подожди меня в холле, – бросила я ему.

Он пожал плечами, перекинулся с Проскуровым парой фраз из серии «привет-пока» и зашагал к крыльцу. Я дождалась, чтобы он скрылся за стеклянными дверями, и обернулась к Роману.

– Спасибо тебе еще раз.

– Сочтемся, – махнул рукой Проскуров.

Я напряженно сглотнула.

Сказать? Не сказать? А-а-а… Была не была!

– Роман, боюсь, что я не смогу тебе помочь.

– ??? – Я не поняла, чего больше было в его голосе – злобы или недоумения.

Я смотрела на джипы с головорезами Проскурова. Одно слово босса – и они пристрелят меня прямо здесь. Возможно, надо было бежать в свой номер, потирая руки и посмеиваясь над одураченным Романом, но я не могла не признаться.

– Я не Алиса.

Проскуров вытаращился на меня.

– Да ладно…

– Я приехала сюда в качестве телохранителя Глеба Полянского, а чтобы никто ничего не заподозрил, представлялась всем его женой.

– Ты? Телохранитель???

– Да. – Я снова обернулась на джипы. – Меня зовут Женя Охотникова. И я не имею никакого отношения к тем делам, которые проворачивали Полянские.

Проскуров смотрел на меня во все глаза.

– Ты что, меня кинуть решила? – В его голосе зазвучали недобрые нотки.

– Я говорю правду. Я действительно телохранитель. Я могла бы сейчас уйти и ничего не сказать, но подумала, что ты должен знать.

– Да ты знаешь, что я с тобой сделаю за такую подставу? – пошел на меня Проскуров. Я попятилась назад. – Ты хоть представляешь, кого ты кинуть решила???

Разъяренный Роман наступал на меня.

На перекрестке скрипнули шины какого-то авто, и я машинально обернулась. Как раз в этот момент из-за угла вывернул «Форд». По мере того как он приближался, опускалось боковое стекло.

– Да я тебя… – продолжал напирать Проскуров.

Я снова глянула на приближающееся авто. На заднем сиденье сидел один человек. Я успела увидеть одно-единственное движение – он вскинул руку… Какое-то седьмое чувство подсказало мне, что сейчас должно произойти.

– Ложись, – успела крикнуть я, с силой оттолкнула от себя Проскурова, мы оба потеряли равновесие и упали на землю. В следующую секунду бампер джипа прошила автоматная очередь. «Форд» пронесся в паре метров от нас, но я успела отреагировать – выхватила из-за пояса Романа пистолет и, не прицеливаясь, выстрелила по колесам иномарки – раз, другой, третий.

Машина была уже на следующем перекрестке, когда пуля пробила шину. «Форд» повело в сторону, вынесло на тротуар, и машина со всего размаха ударилась о столб. Раздался металлический хруст, вой сигнализации, братки Проскурова повыскакивали из джипов и бежали к разбитому «Форду».

Я выдохнула, повернулась к Роману, который продолжал сидеть на асфальте, отдала ему пистолет и вкрадчиво спросила:

– Теперь ты веришь, что я не врала, когда говорила, что работаю телохранителем?

Затем поднялась на ноги, отряхнулась и добавила:

– Вызывай полицию. Те, кто следил за тобой, пойманы! Только одна просьба – не говори, что это я стреляла в «Форд». Мне незачем светиться перед ментами. Если что – я буду в холле гостиницы.

Подхватив с земли свою сумку, я перекинула ее через плечо и поспешила в сторону отеля. У самых ступенек я оглянулась назад.

Толпа зевак уже начала стекаться к месту аварии. Проскуровские ребята окружили «Форд». Водитель пытался выбраться из разбитой машины, но ему не позволили. Где-то уже слышался вой сирен. Я не стала дожидаться, когда полицейские машины запрудят улицу, и быстро юркнула в гостиницу.

У стойки администратора меня дожидался Глеб.

– Что там произошло?

– Авария, – безразлично пояснила я. – Иди в номер, я поднимусь чуть позже.

Глеб не стал спорить, и хотя было видно, что его разбирает любопытство, послушно поплелся в сторону лифта. Я не стала терять времени – нашла телефонный аппарат и набрала номер полиции:

– Рижская трасса, заброшенный поселок на десятом километре, дом номер три. Срочно вышлите туда наряд полиции, – проговорила я.

– Кто вы? Что произошло? – занервничал голос на том конце провода, но я не стала слушать и, сочтя, что моя миссия по спасению мстительного господина Зорина и его команды выполнена, повесила трубку. «Хорошо, что завтра мы уезжаем, – подумала я, – а иначе пришлось бы искать новое жилье, вряд ли Зорин так просто успокоится…»

Я опустилась на диван в холле и стала ждать. В гостиницу входили незнакомые люди, приехали новые постояльцы – шумная семейка иностранцев. Кто-то, наоборот, покидал сию ночлежку. Я безучастно ждала. Прошло около получаса, прежде чем в дверях гостиницы появился Проскуров. Мужчина осмотрелся и решительно направился ко мне.

– Ну что? – спросила я, когда он молча сел рядом.

– Это были люди Золотова. Теперь ему не отвертеться… По крайней мере, на него заведут уголовное дело.

– Я рада. Значит, твоя проблема решена?

– Ну да.

– Можно считать, что мы в расчете? – уточнила я.

Роман молча кивнул.

– Тогда пока.

Я поднялась с дивана и уже хотела уйти.

– Женя, – неожиданно окликнул он меня моим настоящим именем.

Я обернулась и удивленно взглянула на него.

– Знаешь, может, ты и не мошенница, а самый обычный телохранитель. Но сегодня ты сумела организовать самый настоящий черный пиар для Александра Золотова. И всегда помни: если попадешь в беду – звони. Пароль – «Как дела у зайцев?»

Я улыбнулась, подмигнула Роману и, цокая каблучками, зашагала к лифту.

Глеб сгорал от нетерпения в номере. Стоило открыть дверь, он тут же метнулся ко мне.

– Женя, что произошло?

– Все в порядке. Считай, что с Проскуровым мы в расчете.

Я скинула туфли, прошла в комнату и бессильно опустилась в кресло, только сейчас поняв, как вымоталась за этот день.

Глеб бесшумно приблизился ко мне, сел на корточки и осторожно взял за руку.

– Женя, ты сердишься на меня?

– За что? – вскинула я брови. – За то, что ты в очередной раз меня обманул? Выставил себя жертвой, лишь бы я пожалела тебя и ничего не рассказала Аверину?

– Жень…

Я махнула рукой, не дав ему договорить.

– Мне плевать, – сказала я и вдруг поняла, что это действительно так – меня абсолютно не задевает то, что Глеб опять наврал мне. Меня это не расстраивает, не огорчает и даже не злит. – Завтра мы возвращаемся в Тарасов, и я забуду эту историю как страшный сон.

– И все же я хочу, чтобы ты знала правду. Я тебя обманул. Я просто струсил. Мы с Алисой на самом деле промышляли тем, что собирали компромат на заказ, устраивали черный пиар… Но мы решили завязать. Правда. Честно. Поняли, что пора заканчивать с такими делами – у Алисы намечались серьезные отношения с каким-то ухажером, дело шло к свадьбе, и она боялась, что вскроется ее криминальное прошлое. А мне просто надоело. Наверное, все было бы так, как мы и планировали, – мы бы развелись, забыли о прошлых делах, каждый начал бы новую жизнь. Но… Но я проиграл в карты Аверину. Он знал, чем я зарабатываю на жизнь, знал он и о том, что у меня есть верная помощница Алиса… Ну, остальное ты знаешь…

– А Андрей был в курсе этих дел? – только и спросила я.

– Андрей ничего не знал, – покачал головой Глеб. – Женя, ты веришь мне?

Я не успела ответить, в кармане у Глеба тоненько запиликал телефон. Он прижал к уху трубку:

– Слушаю!

Радуясь, что неприятный разговор прерван, я поднялась с кресла и прошла в ванную комнату, включила воду и критически глянула на свое отражение в зеркале. Бледная, растрепанная, с уставшим взглядом – я провела рукой по щекам, недовольно поморщилась. Не знаю, кому как, но мне семейная жизнь точно не идет на пользу! В данном случае исправить положение мог крепкий сон.

Я обернулась и сдернула с крючка полотенце.

В дверях ванной стоял Глеб.

– Жень… – начал он, и я сразу поняла, что выспаться мне сегодня не удастся.

– Что еще произошло?

– Звонил Аверин. Он говорит, что тех документов, которые я для него нашел, мало…

– Что? – вмиг рассвирепела я.

– И как теперь быть? – по обыкновению был в непонятках он.

– Не знаю, как тебя, но меня этот Аверин уже порядком бесит! – Я отшвырнула в сторону полотенце. – Собирайся! Сейчас же поедем к нему и расставим все точки над i.

– Ты о чем, Жень? – закудахтал мужик. – Ты хочешь рассказать ему всю правду? Про то, что ты не Алиса??? Женя! – Он повис у меня на руке. – Аверин меня убьет, если узнает правду!!!

«И поделом тебе!» – подумала я, но как-никак, а Глеб все еще был моим клиентом, и, соблюдая профессиональную этику, я успокоила его:

– И в мыслях не было рассказывать ему про Алису. Просто хочу объяснить непонятливому мужику, что карточный долг, конечно, дело святое, но и наглеть не стоит! Мало, видите ли, ему показалось документов!

– Жень, а может, не стоит так резко…

– Если хочешь отвязаться от этого дела, то советую немедленно ехать к Аверину! Или предпочитаешь и дальше куковать в Павловске, отрабатывая долги? – Я обернулась в дверях. – Предупреждаю сразу – лично я завтра собираюсь в Тарасов.

Глеб вздохнул, взял куртку и поплелся в коридор. Я хлопнула дверью и поспешила за ним.

Дорога до загородного дома Аверина мне была уже известна, так что нам не пришлось плутать и путаться среди развилок и перекрестков незнакомого города. И ровно через двадцать минут наше транспортное средство вкатилось в элитный поселок Павловска.

Нужный дом нашелся легко. Я остановила машину напротив знакомых ворот и посигналила, но никто не спешил нам открывать. Я еще раз нажала на гудок. И снова тишина.

– Что за черт! – обозлилась я, распахнула дверцу и выбралась из салона. Меня накрыло ночной прохладой, я плотнее запахнула куртку и осторожно шагнула вперед. Очевидно, за городом прошел сильный дождь, потому что я сразу же наступила в лужу, снова выругалась и дальше старалась идти по освещенному месту. Впрочем, Аверин явно экономил на электричестве – у дома не горело ни одного фонаря. И если бы я не оставила включенными фары нашего авто, то пришлось бы добираться на ощупь.

Я пошарила по металлической обшивке ворот в поисках звонка. Сделала шаг в сторону, споткнулась обо что-то и чуть не упала.

– Ну что еще за такое? – недовольно пробормотала я, машинально опустила глаза вниз и едва сдержалась, чтобы не заорать во весь голос.

Я споткнулась о чьи-то ноги.

В кустах у забора лежала женщина, обутая в туфли на длинной шпильке. Мутные отсветы горящих фар жутковато поблескивали на лакированной обуви. Плащ был перепачкан в грязи, а длинные темные волосы безнадежно спутаны.

Зажав рот рукой, я попятилась назад и тут же налетела на Глеба. Он успел выбраться из машины и теперь стоял за моей спиной.

– Ты чего, Жень?

Он проследил за моим взглядом и как-то странно ойкнул.

– Она мертва?

Я присела на корточки возле тела женщины, коснулась ее руки. Запястье было холодным. На автомате я дотянулась до шеи и попыталась нащупать пульс. Хотела дотронуться до лба, на котором еще кровоточила разбитая рана, но тут же отшатнулась в ужасе.

На меня немигающим взглядом смотрела Алиса Полянская.