332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Марина Ночина » Желания на прокат (СИ) » Текст книги (страница 1)
Желания на прокат (СИ)
  • Текст добавлен: 15 сентября 2016, 00:01

Текст книги "Желания на прокат (СИ)"


Автор книги: Марина Ночина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Ночина Марина
Желания на прокат


Глава 1

   – Анька! Заканчивай маяться дурью и иди к нам! Ты же сюда не учится, приехала, а развлекаться! – прокричала её сестра, перекрикивая громкую музыку, наливая себе, очередной коктейль у импровизированной стойки бара во дворе, одновременно умудряясь строить глазки белобрысому парню, внимание которого девушка уже успела привлечь слишком короткой обтягивающей юбкой и вызывающе откровенным топом. Но такая одежда сейчас была уместнее старых джинсовых шорт и растянутой майки, в которых на балконе второго этажа, сидела и читала умную книжку Аня. Девушка коротко улыбнулась Насте, отрицательно покачала головой, показав книгу и получив в ответ умильную рожицу сестры, снова уткнулась в учебник. Отдых отдыхом, а летняя сессия в самом разгаре. Да и каждый предпочитает свой вид расслабления: кто-то веселится под вызывающую одну головную боль музыку, а кто-то читает.

   Аня относилась ко второму типу, в отличие от взбалмошной старшей сестры. Родители уже давно поняли, что повлиять на поведение любимой старшенькой не в состоянии, поэтому-то и уделяли всё своё внимание младшей дочери. И она оправдывала их ожидания, уже в шестнадцать лет поступив в Московский Авиационный Институт. Да и сейчас оканчивая второй курс, радовала родителей одними "отлично" в зачетке. Но, тем не менее, продолжала штудировать книги, боясь что-то забыть и подвести семью. Настька же проводила отведенное ей на подготовку к экзаменам время – развлекаясь, а потом строила глазки преподавателям, которые не могли устоять против обаяния девушки. Мало кто мог.

   Двадцати однолетняя платиновая блондинка с модной короткой стрижкой, с фигурой которой может позавидовать любая модель, никогда не вылезающая из микро нарядов и, конечно же, высокие каблуки, удлиняющие и без того длинные стройные ноги, могла обойтись и без подготовки. Настасья не стеснялась демонстрировать противоположному полу своих прелестей. По сравнению с ней, Анькой, вечной серой мышкой, в заношенных до дыр джинсах и безразмерных майках, Настя была мечтой любого мужчины. И всё равно сестры любили друг друга, всегда и во всем помогая и поддерживая. И даже сейчас, когда Настька вытащила сестру на вечеринку, та на неё не обижалась, пусть и не было Ане здесь интересно.

   Анна вздохнула, переворачивая очередной лист книги по программированию, пробежала глазами по знакомым скриптам, и устало прикрыла глаза. Она действительно устала. Может и вправду стоит отложить учебу хоть на пару дней и как следует развлечься? Да и атмосфера, царившая вокруг, подбивала отбросить опостылевший учебник и позволить себе пару глупостей.

   Настя как любительница вечеринок, уговорила сестру поехать на одно из многочисленных "увеселительных" мероприятий, устраиваемое её друзьями и Аня зачем-то согласилась. И вот после двухчасовой поездке на машине одного из друзей сестры, они оказались у шикарного трёхэтажного дачного домика, где уже вовсю шла громкая вечеринка. Настька сразу же, даже не занося вещи в дом, бросилась в самую шумную компанию, а Аня скромно, подхватив их сумки, отнесла вещи в выделенную сестрам комнату, в которую её проводил симпатичный парень, младший брат хозяина домика и вечеринки. Стас, так звали парня, вежливо показал, что к чему и, улыбаясь, пригласил погулять. Но Аня как обычно в таких ситуациях, отказалась. Нет, не то чтобы ей претило внимание мужчин, да и если снять с неё старые джинсы и бесформенные майки, переодев в один из нарядов сестры, девушки бы ещё посоревновались за внимание парней. Вот только Ане это было не интересно. Сейчас не интересно. Когда-нибудь потом, когда за плечами останется институт, а она сама укрепится в жизни и станет независимой, вот тогда можно будет подумать и о семье. А сейчас...

   Аня захлопнула учебник, отбрасывая его на соседний стул, и потянулась. Всё-таки отдыхать нужно – мысленно сказала она себе, и резко поднявшись с удобного плетеного кресла, пошла в комнату.

   Длинная, почти до поясницы пепельная коса, была расплетена и перевязана в неопрятный хвост, шорты и майка сменены на тонкий белый сарафан, а сама девушка, подмигнув отражению в зеркале, присоединилась к всеобщему веселью.

   Если бы только бутылки пива, подсунутые под нос, постоянные домогательства подвыпивших ребят и просто не желание вот так проводить вечер не погнали Аню подальше от этой ошалевшей от жары и выпитого толпы.

   И даже не зная места, она каким-то чудом, в подкравшихся поздних летних сумерках, смогла найти этот божественный уголок. Здесь не был слышан грохот популярной музыки, которая только раздражала слух девушки, не подсовывали омерзительное теплое пиво, напутствуя, что это вкусно и все же вокруг пьют, так зачем выделяться. А самое главное, вызвавшее счастливую улыбку Ани, были звезды, такие крупные и ярки, каких она в жизни не видела. Только ради них, стоило выбраться из города на эти три дня.

   Стоило ли выходить из машины, чтобы очутиться в этом гадюшнике? Что умудрились сотворить с его домом пара юнцов, пока его не было в стране? Дмитрий был зол, но сам не мог понять, на что именно злился. На двух детей, виновато стоящих перед ним или на себя, что снова пришлось уезжать из временного дома, оставляя любимую одну. А теперь ещё решать проблемы этих оболтусов. Жаль, родители опять отдыхают на каких-нибудь тёплых островах, оставив семью на самих себя. Ладно, он, взрослый разумный человек, а эти двое? Дима сколько себя помнил, всегда выполнял функцию няньки для братьев. Кажется, со временем ничего не изменилось, кроме того, что младшие выросли, а он обзавелся семьей.

   – Ладно, живите пока, – Дмитрий махнул на всё рукой, отбирая у младшего, которому ещё не исполнилось восемнадцати полупустую бутылку пива, и строго посмотрел на Стаса.

   Желания, а тем более сил отчитывать братьев не было. Стас только повинно склонил голову и вздохнул, а Дима, снова махнув уже бутылкой, отвернулся от парней. Пейзаж за окном не радовал, но он сам виноват, когда доверил Павлу свой дом, понадеюсь на разумность среднего, самого спокойного из них троих. Ан нет, Пашка оказался ещё тем баламутом. Впрочем, каким он сам был в двадцать два года?

   – Дим, так мы можем?.. – Павел замялся, со страхом и долей уважения, смотря в спину брата.

   – Можете, – почти безразлично хмыкнул Дмитрий, делая глоток из бутылки, что отобрал у младшего. Рот сразу наполнился противным привкусом теплого пива, которое захотелось немедленно выплюнуть, но в наказание себе он проглотил, отставляя бутылку на подоконник распахнутого окна в своём кабинете. – Только следите за порядком, мне тут несчастные случаи не нужны, – строго добавил он, указывая на двух парней во дворе, чей спор уже начал перерастать в драку, благо тех пока удерживали их не менее пьяные товарищи.

   Пашка со Стасом переглянулись, выглядывая из-за плечей брата и бросив напоследок, что сейчас всё уладят, поспешили покинуть кабинет.

   Дмитрий грустно усмехнулся, смотря из окна, как младшие выскочили из дома, тут же начав улаживать конфликт. Взяв пиво с подоконника, он сел в кожаное кресло за рабочим столом, попутно выкинув бутылку с тёплым пойлом в корзину для мусора.

   И вот сказал бы ему кто – чего он тут забыл? Дела в фирме были улажены, контракт подписан, билет на самолет куплен, и всё же он вместо того, чтобы поехать в аэропорт, направился сюда, хорошо хоть билет был на свободную дату. Губы мужчины скривились в насмешливой улыбке, понимая, что он подсознательно не хочет возвращаться туда, где ему плохо. Это Рита думала, что жизнь в Штатах поможет им. Климат теплее, жизнь красивей, клиники лучше...

   О да, клиники. Как же они надоели Димке. Сплошные анализы, нервы и наигранно приветливые улыбки врачей, обещающие, что именно их метод лечения сделает невозможное. Бред! Дмитрий уже не воспринимал каждое такое обещание. А жена твердила, что на этот раз им обязательно помогут и скоро он станет счастливым обладателем пухлощекого карапуза.

   Дима кривился на такие обещания из уст любимой, они казались ему лживыми, не живыми, как будто она прикидывала, какого породистого щенка им заводить. Его это честно раздражало. Да что там – бесило! Но, видя с каким азартом, любимая рассказывает об их счастливом будущем, не мог ничего поделать, потакал жене во всем. Даже в Америку переехал, оставив дела на помощника, телефон и Интернет, без которых уже не представлял своей жизни. И так день за днем, каждый раз, слыша от врачей один и тот же диагноз – бесплодие.

   Рита, конечно, подбадривала, говорила, что ещё не всё потерянно и сломя голову искала новую клинику. А он тихо выругивался, сжимая кулаки, и покорно шёл следом за любимой.

   Дмитрий зарычал, до боли сжимая лежащую на столе ручку, которую даже не заметил, как взял в руку. Он хотел сына, очень хотел и каждый день молился Богу, но, похоже, что в небесной канцелярии про него просто забыли. А мужчина в его возрасте, которому вот так ставят крест на будущем... В общем, Дмитрий не хотел больше думать об этом. У него ещё будут дети. Ведь в двадцать семь лет жизнь ещё не кончается, и он успеет вдоволь навозиться с сыном или может с дочкой, а потом ещё и с внуками понянчится.

   Дима закрыл глаза, представляя картинки из своего счастливого будущего, даже успел улыбнуться, пока звук бьющегося стекла не вернул его к реалиям жизни.

   Он громко выругался, поднимаясь с кресла, и направился вниз, смотреть, что случилось. Только улучшившееся настроение стремительно катилось к чертям под хвост, уводя на размышления, а не послать ли всех куда подальше и хорошенько развлечься? Разбитое стекло на мансарде, только подтолкнуло к действиям. Спасибо Пашке, удержал брата от глупостей, а Стас, сгребающий в совок осколки стекла, чуть ли не клятвенно заверил, что у них всё под контролем и они сами виноваты в случившемся. Хотя Дмитрий прекрасно видел виновников этой неприятности. Красивая блондинка, отчитывала подвыпившего парня сидевшего на кухне, перебинтовывала тому порезанную руку.

   Решив, что на сегодня с него вечеринок хватит, Дима, молча, развернулся и, прихватив из холодильника банку холодного пива, отправился гулять по территории поселка, надеясь хоть немного расслабиться, а то за последние две недели отдыхать было некогда.

   Он всегда любил природу, поэтому и выбрал себе дом, а не квартиру в центре города, хотя денег хватало в избытке. Их семья никогда ни в чём не нуждалась. Тут надо сказать спасибо его деду, который ещё в свои юные годы занялся скупкой разного барахла, в последствие, обзаведясь несколькими ломбардами. А в настоящее время, под фамилией Громовы процветал ни один ювелирный магазин, и, конечно же, дедовское начинание – ломбарды. Теперь о заслугах Тимофея Ивановича, кажется, помнил только он, да отец, которого назвали в честь деда. Но кроме самого Дмитрия его могилу никто не посещал, да и сам внук заезжал только по дням рождения, поправляя оградку и привозя венок из искусственных цветов.

   Дмитрий отрешенно рассуждал, а не съездить ли завтра к деду, помянуть умершего старика вне обыденного расписания, всё же не начни он тогда своё пусть и незаконное дело, кто знает, чем бы он сейчас занимался.

   Ноги сами привели в знакомое место, уводя от грохота музыки, пьющих подростков и остального мира. Дима случайно нашёл это тихое местечко, когда, как и сейчас шесть лет назад бродил по округе, пытаясь скрыться от проблем. Но тогда проблемы были другого рода. Отчисление из института давно уже не беспокоило мужчину. Теперь... впрочем, сейчас это было не важно. Стоит хотя бы сегодня забыть обо всём. Отдохнуть. Посидеть в одиночестве.

   Последнего, как понял Дмитрий, он сделать не сможет. На том месте, где он обычно смотрел на звезды, сидела хрупкая, болезненно худая блондинка, беззаботно смотря на ночное небо. Он на миг позавидовал её покою, даже собрался уходить, но под ногой хрустнула ветка и...

   Аня испуганно обернулась, видя позади себя высокого крепко сложенного мужчину с банкой пива в руке. Первой мыслью было звать на помощь и бежать, уж больно хищно тот смотрел на неё. Но мужчина мотнул головой, как будто хотел вытрясти что-то из той и вежливо спросил:

   – Не помешаю наслаждаться тишиной?

   Анюта тоже мотнула головой, неотрывно смотря в его черные глаза. Такого взгляда она ещё ни у кого не видела. Печальный хищник, загнавший свою добычу в угл, и теперь не знающий, что с ней делать. Ей почему-то внезапно захотелось обнять его, крепко – крепко прижать к себе и никуда не отпускать, пока хищник не вспомнит, что добычу надо есть.

   А мужчина, так и не дождавшись ответа медленно, пружиня шаг, подошел к ней, так и пялящейся на него и сел рядом, смотря на звезды.

   – Тоже не любишь шумные попойки? – насмешливо спросил он, отпивая пива из банки.

   Аня не сразу сообразила, что вопрос адресовался ей. А когда поняла, смогла только кивнуть и покраснеть, хорошо хоть в темноте этого было не видно, но будь она проклята, кажется, он увидел.

   Дима озадаченно замер, смотря на испуганное личико девушки, в глазах которой в свете почти полной Луны можно было разглядеть страх, желание бежать как можно дальше от него, нарушавшего её одиночество и... восторг? Дима не понял, действительно ли он это увидел или почудилось, но, кажется, у этой девушки было не всё в порядке с головой. Так на него ещё никто не смотрел. Загнанный в угол оленёнок, боящийся пошевелится, что бы хищник, не заметил его, обошел стороной, давая возможность жить. Но ему понравилось. Даже Рита никогда так не смотрела. А этой девушке можно было дать не больше восемнадцати лет, хотя, что сейчас только не вытворяют женщины, чтобы казаться на пару лет моложе. Рита, опять же, тратила не одну тысячу долларов в месяц на различные омолаживающие кремы. И как всегда отвечала на его упреки – «это же всё для тебя любимый». Вот только почему он ей не верил и почему сейчас сравнивает эту малышку с женой? Дмитрий мотнул головой, что-то спрашивая у девушки, пробуя хоть немного развеять обстановку, хоть и сразу же забыл, о чем именно спрашивал но, похоже, это не помогло, и она так и сидела, чуть ли не с открытым ртом, смотря на него. Он мысленно пожал плечами и сел рядом с ней, обратившись к небесам и звездам. Глоток пива и новый вопрос, на который она снова молчит, только краснеет. Точно странная девушка. Дима уже подумал, что она немая, пусть и очень симпатичная, но та заговорила, вызвав у него улыбку.

   – Если вы не будите мусорить этой банкой здесь, то не помешаете и да, я не люблю всю эту пьяную шумиху, – на одном дыхании выпалила Аня, наконец, сумев, отвернутся от мужчины. Щеки всё ещё пылали, и она не могла понять – почему? Что никогда не видела красивых мужчин? Да и не то чтобы он был таким уж красивым, острые черты лица, скорее придавали ему сходство с койотом, а резкий тёмный шрам на подбородке, совсем не красил, но почему тогда так горели щёки, и хотелось неотрывно смотреть на него?

   – А ты шутница, – мужчина тихо рассмеялся и его чуть хриплый бас пробежался по коже девушки, заставив вздрогнуть и поёжиться. Нет, не от страха. Отчего-то другого, ранее не испытываемого рядом ни с одним парнем. Если бы она верила в любовь с первого взгляда, то обязательно поставила на это. Но, давно привыкнув верить только сухим цифрам и своей интуиции, списала всё на бокал вина, который её всё же уговорили выпить. А так как она за целый день ничего не ела, было слишком жарко, да и просто не хотелось, наверное, вино ударило в голову, вот её теперь и бросает то в жар, то в холод.

   – Нет, просто я не люблю, когда мусорят в неположенных местах, – Аня постаралась сделать беззаботный вид, даже легко пожала плечами, отчего, как ей показалась, глаза незнакомца потемнели ещё сильнее, а банка пива тихо захрустела в его руке.

   О господи и все черти Ада! Что происходило? Почему от каждого её незначительного движения, у него сводила мышцы в желание прикоснуться к ней? Убрать прядку пепельных волос с лица, погладить оголенные плечи, поцеловать шелк кожи, дотронуться до губ... Черт!

   Ему показалось, что он сейчас раздавит банку с пивом, только бы сдержать себя на расстоянии от этой малышки. И ведь, действительно малышка, глаза её выдают. Наивность и непорочность, белоснежный ангел, спустившийся к нему с небес. Но надо гнать подобные мысли как можно дальше. У него есть любимая жена, которая сейчас ждёт его, волнуется. А он сидит на лесной поляне, желая подмять под себя совершенно незнакомую девушку, которую видит-то в первый раз. Такого с ним ещё не случалось.

   Надо было что-то сказать, хоть как-то отвлечь себя, а лучше встать и уйти. Взять бутылку виски и напиться, забыть... да разве он сможет теперь забыть, как ветер играет с её завязанными в хвост волосами, как смешно она краснеет, как смотрит на него...

   Дима поставил банку в густую траву, разминая, как будто затекшие руки, одновременно запрещая себе даже смотреть на неё. А она продолжала молчать и смотреть. Дмитрий чувствовал её взгляд на себе и в какой-то момент просто не выдержал, посмотрев прямо в серебристые, в свете луны, глаза девушки.

   Аня забыла, как надо дышать. С таким голодом, желанием и искушением, на неё ещё не смотрели. А как же хотелось прикоснуться к нему! К совершенно незнакомому мужчине, случайно, а может и не случайно повстречавшемуся ей этой душной ночью. Но, не смотря на летний зной, который не отступал даже ночью, Ане было холодно. Сильный озноб, как при болезни, покрывал её тело мурашками, заставив зябко повести плечи.

   – Ты замерзла? – низкий рокочущий голос мужчины, хлестнул сразу по всем нервным окончаниям. И всё, что она смогла сделать, так это кивнуть в ответ. Но никогда раньше простой кивок не давался так сложно. Никакая формула или язык, к которым она так привыкла, почти не отходя от компьютеров, не смогли бы сейчас описать и доли тех чувств, что испытывала девушка, находясь рядом с ним. А он сжал кулаки, перебираясь ближе к ней, оставив между их телами не больше полуметра и замер, в упор, смотря на неё.

   – Тебе не следует сидеть в таком легком платье на траве, иначе ты можешь заболеть, – строго произнес незнакомец, при каждом слове наклоняясь всё ближе и ближе к девушке. Аня запаниковала. Что делать, когда рассудительный разум твердит, что надо бежать, а тело хочет почувствовать его руки на себе, чтобы он безраздельно владел ей, согревая в своих объятиях?

   Кто бы ей рассказал, откуда в её голове такие мысли, Аня бы сказала спасибо. Да она толком-то и не целовалась даже. Так, лёгкие поцелуи в щеку, баловство с мальчишками, которому она научилась у старшей сестры. Но если бы ей вчера сказали, что сегодня она будет хотеть незнакомца, чьего имени даже не знает, Анна бы не поверила. Поэтому, собрав крохи разума, она мотнула головой, сгоняя наваждение, и уверенно посмотрела на этого, такого соблазнительного и близкого мужчину.

   – Тут больше не на чем сидеть, так что... – она запнулась, когда он резко вздернул руку, почти обхватывая горячими пальцами её щеку. Даже на расстоянии пары сантиметров Аня чувствовала исходящий от мужчины жар, ласкающий её кожу не хуже самого дорогого шёлка. Однако шёлк холодил, он же рождал жар и трепет, желание прикоснуться к широкой ладони, узнать каждую мозолину и шершавость.

   – Есть на чем, – она видела, с каким трудом он произнес эти слова, а в следующую секунду, Аня уже нежилась в кольце тёплых рук, сидя на коленях незнакомца. И это был запретный Рай, из которого её точно теперь выгонят. У такого мужчины обязательно должна быть девушка или ещё хуже – жена...

   – Не бойся меня, – его слова обожгли горячим дыханием висок девушки, и Аня прикрыла глаза, наслаждаясь этим теплом. Больше не было холодно. Она горела, впитывая в себя каждую частичку его тепла, забывая дышать, чтобы не потерять терпкий аромат его одеколона, щекочущий нос. Ане почему-то захотелось чихнуть и засмеяться. Или это просто ситуация была столь абсурдна в своем великолепии? Её ещё никто ТАК не согревал...

   – Я не боюсь, – она с трудом смогла ответить, пытаясь судорожно придумать, что делать дальше. Мозг снова кричал о побеге, но тело... Аня хотела вжаться в мужчину как можно сильнее, испытать все, о чём боялась даже подумать, а он так смотрел на неё...

   Дима сам не понял, когда успел усадить девушку к себе на колени. И вроде ничего такого не делал, только положил руки ей на талию, а в легких хлопковых брюках уже стало тесно. Он хотел её, чёрт побери! Да его тело даже на жену никогда так не реагировало! Надо было подумать, вот только в голову не приходило ни одной вразумительной мысли, кроме как подмять этого невинного ангела под себя, полностью завладев её телом. Можно было проклинать себя, только что это даст?

   – По твоим глазам вижу, что боишься малышка, не стоит, – Дмитрий не устоял, чтобы не погладить бархатистую кожу, проводя ладонью по её руке вверх. Девушка задрожала сильнее, хоть он и чувствовал, что она горит, плавит его собой, заставляя забыться.

   Тонкая бретелька её сарафана сама съехала с плеча, честно сама, он только случайно дотронулся и...

   – Господи... – почти простонала девушка, резко дернувшись из его рук. Дима не пустил, с излишней силой сжав её плечи. Она тихо пискнула и расслабилась, затравленно смотря ему в глаза. Два серых туманных омута покорили, затянули в себя, снося все рамки контроля.

   Рука Дмитрия с плеча девушки переместилась на затылок, сближая их лица, другую руку он вернул ей на талию, мягко поглаживая сквозь тонкую ткань, даже не замечая, что собирает складки на сарафане, оголяя её ноги. Она больше не пыталась вырваться, как секунду назад, как будто сама стремилась быть ближе. Диме это понравилось, Рита никогда не любила, когда он властвовал над ней...

   – Знаешь, что я сейчас хочу? – выдохнул он, почти касаясь своими губами её. Девушка молчала, продолжая неотрывно смотреть в его глаза, и лишь медленно облизала пересохшие губы самым кончиком языка. И Дима понял, что пропал.

   Больше ни слова, лишь стремительный бросок, накрывший её губы, властно требующий ответа. Но такой отдачи не ожидал даже он. Она с силой обхватила его щеки, прижимая голову, словно не хотела отпускать. А он и не собирался уходить, выпивая её поцелуй, с каждой секундой понимая, что пьянеет.

   Чего хочет любая женщина? Конечно, чтобы ей дарили цветы и конфеты, носили на руках, боготворили и... любили.

   Чего сейчас хотела Аня? Она сама не знала.

   Так и металась из крайности в крайность, то, краснея и стесняясь, то, вспыхивая и целуя его.

   Господи! Да что тут происходит? Какая неведомая сила играется с её рассудком, заставляя делать это?! Да, она даже имени его не знает! Очередной гость на вечеринке. Но чертовски сексуальный и соблазнительный гость.

   "Почему бы и не сейчас? Красивый, явно опытный мужчина, который хочет тебя. Неужели не чувствуешь?" – спрашивал, скорее, убеждал внутренний голос. Да она и так чувствовала, и от этого становилось страшно. Немножко страшно. Да, она никогда не задумывалась над этой стороной отношений мужчины и женщины. Не до этого было, учеба-учеба и только учеба! Родители должны ей гордиться! А тут незнакомый мужчина, властно распоряжающийся её телом. А его руки...

   Аня тихо застонала, когда его руки легли на бедра и если бы только бедра... Оказывается, ткань сарафана давно уже задралась выше всяких приличий, а она и не заметила. Зато заметила другое, как жестко сжались его ладони, когда он услышал её стон, который буквально выпил из её губ.

   Незнакомец резко оторвался от Ани, смотря, как она облизывает припухшие от их поцелуя губы. В его глазах не было ни капли разума, одно желание. Казалось, ещё секунда и он просто накинется, подомнет под себя и сделает с неё всё что захочет. А что больше всего пугало Аню – она бы не сопротивлялась его желанию...

   Мужчина закрыл глаза, беззвучно шевеля губами, наверное, проклинал себя. Она тихо усмехнулась и сама прикоснулась кончиками пальцев к его немного колючей щеке. Он вздрогнул и распахнул глаза. А в следующую секунду её легкий сарафан отлетел в сторону, заставив девушку охнуть и стеснительно прикрыть небольшую грудь руками. Она и представить себе не могла, что этот сарафан снимается так быстро. Как он только его не порвал? Аня сообразила-то не сразу, что надо поднять руки, но он как-то всё сделал сам, оставив её недоумевать. И теперь краска стеснительности залила всё её лицо, если не тело. Она была готова поклясться, что покраснела целиком, может быть, даже волосы покраснели...

   Она тряхнула головой, выбрасывая из головы глупые мысли, и снова покраснела, наткнувшись на его взгляд...

   Он просто сходил с ума. Что он творит, вот так разглядывая её? Нет, он определенно должен немедленно извиться и уйти. Ан нет, руки сами нашли её, по его меркам, небольшую грудь. Но кто сказал, что всем мужчинам нравятся большая грудь? Бред! Диме всегда нравились маленькие аккуратные, истинно женские груди, а не эти перекаченные силиконом, как переспевший фрукт, готовые вот-вот испортиться и потерять всю свою утонченность. Рита до сих пор не простила ему, что он не дал ей сделать операцию по увеличению груди. А вот сейчас сжимая грудь этой девушки с едва набухшими сосками, которую она безуспешно пыталась прикрыть, он испытывал истинное наслаждение. И она, кажется, тоже. По крайней мере, об этом можно было судить по учащённому дыханию, так соблазнительно вздымающим груди в его руках, закушенной губе и прикрытых глазах.

   Дмитрий не удержался, обхватывая теперь, уже остро торчащий сосок губами и резко втянул в себя, практически кончая от удовольствия. А ведь они только начали! И он уже был уверен, что не остановится, начнись сейчас хоть конец света, да пусть хоть сама Рита будет стоять над ними, он не отпустит своего ангела. Жаль только сам ангел всё ещё боится его. Но ничего, он будет целовать каждый миллиметр её тела, мучить себя и девушку, пока она не станет смелее и сама не снимет с него одежду. Если конечно он выдержит такую пытку...

   Можно ли получать столько удовольствия, когда ладони незнакомого мужчины, ласкают твою обнаженную грудь? Аня могла предположить, что это преступление. Но почему тогда так приятно и... Она не знала слов, чтобы описать лишь эти прикосновения, только назойливая мысль в голове: хорошо, что она не надела лифчик, иначе он бы просто разорвал его, не желая возиться с застежкой.

   "Что же тогда будет потом?" – спрашивала её неразумная часть, которая уже отдалась этому мужчине. И Аня судорожно сжимала пальцы на его плечах, комкая майку, желая узнать, что же всё-таки будет потом. И уже никакой стеснительности, охватившей её несколько минут, секунд назад? Сколько же прошло времени до того как его губы втянули в себя её сосок? Впрочем, какая разница! Ей захотелось сделать то же самое с ним. Узнать. Испытать. И теперь уже её пальцы с интересом изучали его тело, медленно забираясь под майку.

   Кажется, она всё же переборщила с исследовательским порывом. Мужчина зарычал, как самый настоящий дикий зверь, отрываясь от её груди, и сам стянул с себя майку. И тут же резко повалил её в траву, нависая над Аней.

   Черный сумрак его глаз гипнотизировал, у неё даже пальцы на ногах поджались, а дышать стало вдвойне тяжелей. А он смотрел, облизывая губы, скользя взглядом по её телу, и от этого взгляда по коже пробегали миллиарды мурашек.

   Он не спешил и спешил одновременно. Губы мужчины долгими волнующими поцелуями сначала захватили её грудь, пока руки обводили линию, где заканчивалась тонкая материя кружева её трусиков. Потом медленно заскользили вниз, а пальцы уже проникли в самое сокровенное место любой девушки, заставив её непроизвольно чуть шире раздвинуть ноги. И если это было не правильно... Господи! Да ей сейчас было плевать!

   Дима не знал, как до сих пор держал себя в руках. Держа её в руках...

   Наверно, поздно вспоминать Риту, но она никогда не вела себя ТАК! Ему нравилось. Нравилось ласкать эту девушку, видя, что ей это приносит не меньше удовольствия, чем ему. Скажи ему час назад, что он вот так будет хотеть незнакомую девушку, забыв о жене, он бы рассмеялся тому идиоту в лицо, сказав, что никогда не изменит любимой супруге! Смешно, не правда ли?

   А правда в том, что он больше не желает ждать. Ни секунды!

   Ткань на её трусиках угрожающе затрещала, но выдержала. Дима даже удивился этому факту, с учетом того, КАК он рванул их. Даже девушка испуганно пискнула, зачем-то сведя стройные ноги. Это ему не понравилась. Хотя, тут сам виноват – напугал ангела, но он обязательно исправит своё поведение. Да и поздно уже о чём-то жалеть, когда кружевная ткань полетела в темноту летней ночи.

   Дмитрий вернулся к прерванному занятию, покрывая тело девушки поцелуями, но это, как ни странно не помогло, видимо, он поспешил, либо слишком напугал её.

   – Господи, прости малышка, я не хотел тебя пугать! – вернувшись поцелуями к её шее, прошептал он, не упуская возможность лизнуть, бешено стучащую жилку пульса. – Но я безумно хочу тебя... не смогу остановится, даже если ты попросишь, мой ангел...

   Он действительно напугал Аню. Всё было просто великолепно, она даже начала забывать под его руками, все сложности первых «контактов» с мужчинами и тут...

   Она была готова поклясться, что он порвал её бельё. И почему именно этот факт испугал больше всего? Она свела ноги, закусывая губу, и затравлено посмотрела на темные волосы, обрамляющие голову мужчины, и сразу же захотелось зарыться в них пальцами, снова нежась под его обжигающими поцелуями. А он на секунду замер, уткнувшись носом ей в шею, и снова вернулся к соблазнительным ласкам. Но Ане это не помогло, не давало расслабиться, лишь пугая сильнее. А тихий, едва уловимый шепот, горячим дыханием прошедший по её шее, вернул разум. Но уже поздно бежать, это понятно и без его слов. Незнакомец всё равно уже не отпустит, а хотела ли она, чтобы он отпускал?

   Аня попыталась расслабиться, снова вдыхая аромат его одеколона и на этот раз не удержавшись, чихнула.

   Мужчина настороженно замер, нависая над ней, и прикоснулся губами к её лбу.

   Она не смогла сдержать улыбки. Так же делал её отец или мама, когда подозревали, что их дочери заболели. Аня, продолжая улыбаться, обхватила шею незнакомца руками, осторожно перебирая его чуть длинные волосы. Похоже, у этого представителя сильной половины человечества не было времени на посещение парикмахерских или ему просто нравилось так. Но ему шло, грех не признаться самой себе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю