Текст книги "Собачий вальс Мендельсона"

Автор книги: Маргарита Южина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава 5

Саша вбежала домой, схватила поводок-рулетку и зычно крикнула:

– Жорик! Быстренько гулять!

Жорик сначала решил даже глаз не открывать. Ну не хотел он больше гулять! Сколько можно? К тому же раньше Саша так интересно ходила на прогулки: собирались все ее подружки с собаками – такими же вестиками, и вот тогда можно было погулять – за девчонками побегать, за Корой особенно, потому что Джана была немножко старше и на Жорку смотрела свысока. У нее был жених Арни. И с Виской играть было опасно – с ней приходил большой ротвейлер, мало ли чего, вдруг Жорка ему брылья порвет, потом греха не оберешься. Зато вот с Джеймсом можно было драться сколько угодно. И с Орионом, и с Супером… Но Саша теперь отчего-то все больше таскает Жорку по своим делам, а это совсем неинтересно. К тому же он сегодня уже набегался… Да и под подушкой у него запрятано свинячье ухо! Жорка его грызет, только когда Саша не видит, а то визгу будет! И ведь обязательно отберет. Нет, Жорке, конечно, для хозяйки ничего не жалко, но ухо… он и сам его еще не сгрыз! То есть почти догрыз, только вот зачем Саша пришла так рано? Гуляла бы себе, подралась бы с кем-нибудь, на подружек бы погавкала, за кошками побегала. Нет, ее домой принесло!

– Жорочка. – Саша подошла с виноватым видом и присела перед любимцем. – Я тебя очень понимаю. Мы же всегда с тобой думаем на одной волне. Ты на меня обиделся. Но я просто не могла тебя взять! Зато сейчас мы можем гулять хоть до утра!

До утра??! Это уж и вовсе ни в какие ворота!

Жорка вдруг сообразил – он прыгнул лапами на светлую куртку Саши, и на плечах тут же остались следы от грязных лап.

– Заинька мой! На ручки захотел! – подхватила его Саша. – Сейчас пойдем с Жориком гулять, сейчас…

Жорик чуть не взвыл! Вообще-то он хотел показать, что лапы у него грязные, а это значит, что он только пришел с прогулки, а вовсе его не тянет на какие-то там ручки! Но хозяйка упрямо ничего не хотела понимать!

– Сейчас пойдем гулять, – успокаивала она собаку. – Там нас ждет Супер, Кора, Ориончик. А Джеймс так и спрашивает Таню: «А когда Жорик придет? А с кем я буду драться?»

Ага! Так тебе Джеймс и спросил! Ну хотя… если Кора, Супер и Джеймс, а ухо он ночью догрызет.

На полянке в парке, где всегда собиралась только их компания, Сашу и Жорика уже ждали.

– Девчонки, привет! – поздоровалась Саша и отпустила собаку играть. – Таня пришла? Ну как у нас все прошло?

– Замечательно! – кивнула Оля. – Только мы ничего не выяснили.

– Мне кажется, – задумчиво проговорила Таня, – еще больше вопросов появилось.

– Точно! – подключилась Кира и лукаво взглянула на Сашу. – Например, зачем надо было целоваться перед несчастной невестой? Или невеста у нас уже другая? Не та, которую бедная Танюша за собой полчаса таскала?

Саша вспыхнула, но тут же возмущенно вытаращила глаза:

– Кира, ты… Ты вот прямо как что придумаешь! Тань, рассказывай, как все получилось?

Татьяна не стала томить и рассказала.

Она пришла в квартиру к Лидии и сразу же, с порога заявила:

– Я готова отдать за него любые деньги, только верните мне кусочек моего сердца!

Лидия вытаращилась, ничего не понимая:

– Я не торгую органами, женщина, – наконец произнесла она и хотела уже захлопнуть двери, но Татьяна ловко подставила ногу.

– Я не про орган, я про собаку! Мне сказали, что у вас мой Джеймс!

– Кто? – ничего не понимая, заморгала Лидия.

– Джеймс, вестик, собачка такая беленькая. «Астерикса» смотрели? Там такая же. Мне сказали, что он у вас. Что вы его нашли, и вот теперь… отдайте его мне! Ну, пожалуйста! Вы же не знаете, как за ним ухаживать!

– Женщина, вы спятили? – прилежно хлопала глазами Лидия. – Нет у меня никакой собачки! И не было никогда! И никого я не находила! Кто вам сказал такую чушь?

– Нет? – Татьяна напрасно не поступала в театральный институт, играла она великолепно. Вот уже и слезы к глазам подкатились, и дыхание, а уж лицо! Его перекосила такая страдальческая гримаса, что Лидия не осталась равнодушной.

– Я… я в самом деле не видела вашу собачку. Но если найду…

– Правильно! – воспряла Татьяна. – Пойдемте поищем! Понимаете, я совсем не знаю вашего района! А вы… вы мне очень поможете! Пожалуйста! Вы только представьте – маленькая беленькая собачка, которая привыкла спать на кровати, сейчас на улице, в такой холод, в такую…

– Хорошо, я только оденусь.

Лидия, видимо, на самом деле любила животных, потому что очень быстро оделась и поспешила с Татьяной. Правда, Татьяне показалось, будто, одеваясь, Лидия тихо говорила с кем-то по телефону.

– Пойдемте в парк, вот в этот скверик! – сразу же скомандовала Татьяна и дальше сама руководила, куда и с какой скоростью им передвигаться.

Если бы Лидия была чуть построже, она бы уже давно спросила: а для какой цели она бегает следом за этой женщиной, когда та и сама знает, куда идти? Но Лидия не любила конфликтовать и покорно направлялась туда, куда ее вели. Вот так они и пришли к тому фонарю, под которым страстно целовались Павел и Саша.

– Татьяна, не утрируй, – шмыгнула носом Сашка. – Никакой страсти там не было, а только умелая игра двух актеров.

– Тань, и чего? – теребила подругу Юлиана. – Увидела эта Лидия Сашу со своим женихом, и какая у нее была реакция?

Татьяна ответила не сразу.

– Понимаете, девчонки, мне показалось, будто она чего-то…

– Боится? – подсказала Ольга.

– Даже не боится, а высматривает кого-то, что ли? И это не Павел, – хмурилась Татьяна. – Это не Павел, потому что, когда мы вас, Саша, видели, она… она как-то оглядывалась по сторонам. То ли искала кого-то, то ли высматривала…

– Хм, – почесала переносицу Кира. – Девчонки, надо в этом разобраться. Что-то мне это все не нравится.

– И мне не нравится! – с готовностью кивнула Юлиана. – Мы, главное, тут целое дело организовали, а она еще и высматривает кого-то! Может быть, она уже нового ухажера себе нашла?

– Не думаю, – покачала головой Татьяна. – С таким лицом кавалеров не высматривают.

– Танечка, – успокоила подругу Сашка. – Лицо у этой Лидии с детства такое. Не лицо, а вывеска неудачниц. Хорошо! Мы все же сегодня сделали то, что хотели – мы показали ей меня и Павла. А завтра… завтра она придет ко мне, вот тогда и поговорим!

– А ты точно уверена, что она с тобой разговаривать захочет? – посматривая на длинный ноготок, проговорила Кира. – Я бы на ее месте не слишком долго беседовала.

– Кира! – с досады топнула ножкой Саша. – Ты у нас кто? Ты у нас очаровательная блондинка! Красавица! От тебя женихи не бегут! Конечно, если б я с твоим мужем целовалась, ты бы не стала со мной беседовать.

– Конечно, – пожала плечиком Кира. – Айрона бы спустила и…

– …и написали бы потом в газетах, – докончила Оксана, – что какой-то ротвейлер опять загрыз человека. Не надо, Кира.

– Нет-нет, я больше ни с кем. Что я вам, целовальная машина? – торопливо замотала головой Саша и покосилась на Айрона, которого Кира с поводка не спускала. – Кир, так вот я и говорю – это ты! А она кто? Бедная, несчастная, брошенная невеста. И все же, отчего она сбежала?

– Оль, ты слышишь, – толкнула Олю под локоток Кира. – Наша Александра проболталась, что невеста уже брошенная.

– Слышу, – кивнула Ольга. – Но одно меня радует: наша операция хоть кого-то до свадьбы доведет. Поэтому я так и предлагаю эту операцию назвать «Свадьба»!

– Лучше «Не все дома», – фыркнула Саша. – Потому что женятся только те, у кого точно не все дома!

– Айрон, попроси тетю, чтобы она повторила, а я тебя научу команде «фас»! – нежно пролепетала Кира.

– Кирочка, не вмешивай мальчика в наши дамские разборки, тем более что мы эту команду знаем, – засопела Оксана.

Сашка крякнула. Да уж, ляпнула. Все ее подруги были давно и счастливо замужем! Кроме Татьяны. Но и та должна была вот-вот свить свое семейное гнездо, за ней давно и упорно ухаживал чудесный человек. И вот только Сашка… Только Сашка считала, что браком хорошее дело не назовут.

– Девочки, а чего это у нас собачек не слышно? – ловко перевела она разговор в безопасное русло. – Тань, наши уже подрались? А кто их разнимал?

– Нет, Саша, – настороженно ответила Татьяна. – Они не дрались. А если не дрались, тогда…

– Кошка! – крикнули все дамы одновременно и ринулись искать своих питомцев.

Домой Саша еле приплелась. Эти шилопопы нашли где-то матерого котяру, который сначала надавал им лапой по мордам, а потом ловко взлетел на дерево. Пришлось мохнатых воителей на руках оттаскивать от дерева, а потом залезать и снимать кота. Это еще хорошо, что за Оксаной сын пришел, а так бы… ну кто бы полез? Естественно, Сашка, в первый раз, что ли, ей за котами лазать. Эх!

– Жора, быстро в ванную лапы мыть, – скомандовала Александра и взяла полотенце.

Жорка был уже в ванной. Он тоже решил, что надо поскорее покончить со всякими этими процедурами, потом поужинать и дать хозяйке спокойно уткнуться в компьютер. И вот когда она уже включит эту свою железяку, тогда… Тогда можно делать все что угодно! Можно грызть тапочки, опрокидывать мусорное ведро, можно рассыпать порошок в ванной, и растаскивать Сашины лифчики по всей комнате, и, конечно же, можно грызть ухо! Главное – не шуметь! Не отвлекать! А Жорик точно отвлекать не будет!

Когда Жорка был помыт и накормлен, Саша не сразу села к компьютеру. Она позвонила отцу. Тот не брал телефон. Потом она решила позвонить Дедкину напрямую, но и тот не взял трубку.

– Да что они там, бойкот мне устроили или отпаивают Лидочку валерьянкой?! – шипела Сашка. – Мне же надо уточнить, придет она завтра ко мне или я напрасно буду речь придумывать.

Но мужчины говорить по телефону не хотели. Тогда Саша позвонила матери.

– Мам! Где там отец? Звоню ему, звоню, а у него глухо!

Было слышно, как мама фыркнула в трубку.

– Включай скайп, дочь моя, сама все увидишь.

Сашка включила компьютер и через несколько минут уже на весь монитор выплыла папина комната. В глубоких креслах восседали господа Дедкин и Козлятин, а на маленьком столике перед ними высились бутылки и рюмки на тоненьких длинных ножках. Господа были уже изрядно пьяны и не замечали, что их снимают, им было некогда, они вели разговор о вечном.

– Денисыч, – открывал господин Козлятин великую душевную тайну, – я, Денисыч, в следующей жизни знаешь кем буду? Я буду женщиной!

– Кем? – пьяненько хмурился господин Дедкин. – Женщ… бабой?

– Женщиной буду! – ответственно кивал Козлятин.

– Ну, ты, Савелич, – так же серьезно обдумывал решение друга Дедкин. – Ты… Чего бабой-то сразу? Вон какой сы… сортимент! Можно ж… можно обезьяной, к примеру, или этим… бебе… бегемоном… мотом!

– Не хочу больше мотом… Женщиной буду! Тру-удно им, понимаешь?

– Саш, тебе зачем отец-то? – тихонько фыркала Дарина Леонидовна.

– Вот, мам, ты так подержи. Пап! Денис Денисыч! – крикнула в камеру Сашка. – Вы Лидию-то предупредили, что она завтра ко мне прийти должна?

– О! – с хмельным умилением улыбнулся господин Козлятин. – Саш-шенька. Иди, доченька, к маме, на кухню, она тебе пирожок состряпает!

Похоже, папенька и не понял, что Саша была не совсем у них. Дедкин не понял тоже, но он даже и не смотрел на Сашку, а только кивал:

– Он-на придет заф-фтра. Обязательно! Я ей сказал! Она придет!

Вот за что Сашка любила деловых людей – даже в самом пьяном состоянии они думали о деле… иногда.

– Ну и славно, – выдохнула Саша, попрощалась с матерью и отключила скайп.

Сейчас ей не хотелось ни с кем разговаривать. Она должна была продумать завтрашнюю беседу с Лидой. Как выведать у этой странной девицы, почему она бросила Павла. Чем чаще Сашка встречалась с Астуровым, тем больше ей хотелось узнать, отчего над ним так посмеялась эта незавидная в общем-то невеста.

Саша честно пыталась набросать план, построить красивые фразы, продумать словесные западни, но… Мысли ее все время уносили туда, на аллею под фонарем. И музыку она включила, только под музыку думалось еще хуже, зато как вспоминалось! Его взгляд, а руки какие уверенные, когда он ее к себе поворачивал! И это нежное касание губ. И потом еще… И как он быстро ушел. Саша обещала ему позвонить, но… Но что она ему сейчас скажет? Просто пожелает спокойной ночи? Да ну, это же как-то неудобно. Нет, раньше бы Сашка не задумываясь позвонила кому угодно и когда угодно, но… Это же было раньше! И потом, у этого кого угодно не было невесты Лидии. Ну так, Антонина не считается. А вот здесь… Нет, она ему звонить все же не будет. Или еще лучше – она позвонит ему завтра! Поговорит с Лидией, что-нибудь узнает и позвонит, чтобы рассказать.

Саша выключила компьютер, легла в постель. Перед глазами стоял Павел. Его глаза… его глаза так смотрели на Сашу, что она… что она впервые не услышала, как смачно чавкает Жорка свиным ухом прямо на коврике рядом с ее постелью. На кровать с ухом Жорка запрыгнул, когда Саша уже спала.

Лидия пришла к Саше, когда та ее не ждала. Почему-то Александра решила, что девушка придет вечером, но лишь Саша привела Жорика с дневной прогулки, как в двери позвонили.

Решив, что это кто-то из подруг, Саша распахнула двери и на минутку застыла.

Лидию она так близко не видела – про свадьбу с собаками с ней договаривались устроители, вчера она и вовсе видела ее лишь мельком, а вот сегодня они стояли лицом к лицу.

И вовсе она не страшная. Ну да, красавицей не назовешь, нос длинноват… да чего там длинноват, здоровенный носище! И глазки вон какие маленькие, она их даже не накрасила, видимо, щеточкой попасть трудно. Губы… да и губы не фонтан. Как только их Астуров целовал? Ведь целовал же, наверное! И вообще… Хвасталась бы, и было бы ей счастье, а теперь… Да, а теперь Саше надо их помирить… Хотя чего это? Никто о перемирии не говорил. Павел и вовсе сказал довольно прямо: ему и так неплохо! А Сашке, ей просто надо понять – отчего эта девица так наказала своего жениха. За что?

Лидия тоже на мгновение замерла, видимо, узнала вчерашнюю барышню под фонарем.

– Вы – Саша? – вздернула она бровь.

– Я? Да. А вы? – спросила Александра, придерживая ногой Жорика, который рвался к знакомству.

– А я Лидия. Да вам, наверное, про меня говорили.

– Да-да, мне ваш папа Денис Денисович говорил, что вам хотят подарить собаку. Да вы проходите!

Лидия прошла в гостиную, села на диван и почесала Жорке шейку. Жорка, естественно, прыгнул на диван следом за гостьей.

– Вы знаете, – сразу же взяла быка за рога Саша. – Собака – это чудо! Вот если вы одинока, если у вас нет друзей, подруг…

– А вы одинока? – чуть склонила голову Лидия.

– Я? Ха-ха. Да! Я одинока, – чуть не рассмеялась Сашка, но немедленно взяла себя в руки. – Нет, ну так есть люди, конечно… Сегодня один, завтра другой, но вот чтобы один постоянный…

– Я про подруг.

– И я про них же, – серьезно ответила Саша. – Да и про друзей. Мужского рода. Скажите, у вас есть друзья мужского рода? Один друг есть?

Лидия улыбнулась какой-то болезненной, кривой улыбкой:

– А вы хотите мне стать другом? Мужского рода?

– Я вообще-то сейчас про собаку говорю! – сверкнула глазами Сашка. – И да, он мужского рода! Хотя, если вам угодно, вы можете и суку завести, но мне кобели больше нравятся.

Лидия смотрела на нее как-то… совсем не подавленно. Сашка представляла себе серенькую мышку, которая будет еле сдерживать истерику, сжимать кулаки и скрипеть зубами, а перед ней сидела спокойная девушка и смотрела на нее, точно на маленького ребенка. И вовсе не Сашка была сейчас королевой момента. И это бесило!

– В общем… Вы пришли спросить про собаку, так вот! – дернула головой Сашка. – Собака, это… это самый близкий человек для одинокой женщины! Вот кто тебя утром разбудит? Собака! А выслушает? А утешит? Собака! Только собаке глубоко наплевать, старая ты или молодая, есть у тебя морщинки или ты только что пластику сделала. Кстати, во сколько тебе обошлась эта пластика, собаке тоже чихать! И на седину! Нет, у меня седины нет, конечно, но я, так сказать, о будущем! У тебя тут же появляется куча друзей – собаководов, которые…

– А что вы станете делать, если с вами что-нибудь случится? Куда вы денете своего близкого человека? – вдруг склонила голову Лидия.

– Ха! Да мой Жорик нарасхват! И мама возьмет с радостью, только она его избалует! Он же у нее ходить перестанет, она его с рук спускать не… А чего это со мной может случиться? – вдруг насторожилась Сашка и даже на всякий случай прикинула, чем ей защищаться в случае нападения.

– Все мы люди… – странно пожала плечами Лидия. – И с нами может всякое случиться.

– Ну знаете! – фыркнула Сашка. – Тогда и детей заводить нельзя, и… и вообще, квартиры покупать не стоит, на работу не надо ходить, нужно сидеть и ждать, когда тебя волной смоет! Так вы берете собаку?

Лида еще раз погладила Жорку по шейке, по спинке, почесала за ушком.

– Да, наверное, я возьму такого славного друга, – улыбнулась она.

– Так вот, – припечатала Сашка. – Вам собаку брать нельзя!

– Это почему нельзя? – вытаращилась Лидия.

– А потому! – важно задрала голову Сашка. – Зачем это? Собака – это вам не игрушка! Она такого ухода требует, ого-го! То у нее ушки заболят, то глазки надо промыть, то шерстку выщипать. А питание? А прогулки? Нет, сидите лучше одна дома. Скажите папе, пусть купит вам компьютер и… развлекайтесь.

– У меня есть компьютер, – пожала плечами Лидия. – Я просто хотела…

– Тогда хомячков! – перебила ее Сашка. – Милое дело – возьмите парочку, они будут размножаться.

Лидия поднялась.

– Я, пожалуй, пойду, – проговорила она. – Вы дали мне очень ценную информацию. Спасибо.

– Всегда рада помочь. Обращайтесь, если что. Если, к примеру, с другом поссорились или…

– Хорошо, я обращусь, – сухо бросила Лидия и вышла.

Сашка закрыла за ней двери и отвела глаза.

– Жор, вот ни-че-го у нее не вызнала, – вздохнула она. – Это ж надо – такая закрытая особь.

Не успела она выйти из прихожей, как в двери снова зазвонили.

На пороге стояла Лидия.

– Девушка, – торопливо начала она. – Вас, кажется, Сашей зовут? Саша, бегите от Павла, это смерть!

И она быстро понеслась вниз по лестнице.

– Лидия! – кричала ей вслед Саша. – Лидия! Ну куда же вы?! Погодите! Давайте хоть поговорим! Да хоть чайку попьем! Лидия!

Но в ответ только хлопнула подъездная дверь.

Сашка была расстроена. Нет, она, конечно, подозревала, что Лидия не сразу откроет ей сердце, но уж лицо-то расцарапать за все поцелуи с ее женихом – это святой долг каждой невесты! А тут лошадь в коме, честное слово. Вечером девчонкам даже рассказать нечего будет. Хотя почему нечего? А это глупое оскорбление Павла? Кстати, надо ему позвонить, пусть он подумает над своим амплуа.

Саша набрала номер нового знакомого. Трубка ответила сразу же.

– Алло, – раздался голос с приятной хрипотцой. – Саша, это ты?

– Я, – с излишней нежностью проговорила Сашка и тут же, крякнув, изменила тон. – Павел, я тебе звоню…

В прихожей раздался звонок.

– Сейчас, я тут двери открываю…

Это не вовремя пришла дамочка из жилконторы. Оказывается, Сашка опять забыла оплатить квартплату.

– Вы что же это себе думаете? – с порога начала дамочка воспитательный процесс. – Накупят себе квартир, а платить за них дядя должен?

– Павел, тут у меня тетка какая-то буянит. Я ей денег, что ли, не дала…

– Ого! А к тебе тетки регулярно за деньгами ходят? – усмехнулся Павел.

– Да это за квартиру. Женщина! Что вы верещите? Я же сказала – заплачу!

– Вот и распишитесь, – нудила тетка. – Распишитесь, а то из-за вас мне премию не дают!

– Павел, ты представляешь… Где расписываться-то? Ого, вы тут роман, что ли, написали? «Кому на Руси жить хорошо»?

– Да уж известно кому, – поджала губы тетка и вышла, обиженно задрав голову. – Скажи спасибо, что я «Преступление и наказание» еще не дописала!

Сашка ее уже не слушала. Она захлопнула двери и плюхнулась на диван.

– Ну все, сейчас можно спокойно поговорить, – выдохнула Саша и поделилась новостью: – В общем, встречалась я сегодня с твоей невестой, господин Астуров.

– И что? – прохладно спросил Павел. Все же неприятно ему было вспоминать эту Лидию.

– А ничего! Не стала она со мной делиться своей болью, прямо скажу. Сидела, Жорку гладила и интересовалась хомячками. А о тебе… даже косо на меня не посмотрела. Что за амеба? Паш, а она тебя любила?

– Да кто знает, – вздохнул Павел. – Ну и… хватит о ней. А то я тоже хомячками интересоваться начну.

– Хорошо, хватит, – согласилась Сашка. Но добавила: – Мне вот только непонятно, почему она тебя смертью назвала.

– Кем? – не понял Астуров.

– Чего ты удивляешься? Обычно кем – смертью.

– Как это? То есть она сказала, что я похож на смерть?

– Нет, она сказала немножко по-другому. Она изрекла так: «Беги от него, потому что он смерть!»

– Да? – задумчиво переспросил Павел. – Хм, мы с ней около года вместе ходили, и ничего, никто не скончался, а, значит, как ей шлея… В общем, как она сбежала, так я сразу смертью стал? Интересненько. Саш, она, наверное, боится, что, если я ее увижу, так ей смерть и наступит?

– Не думаю, – размышляла Саша. – Она же меня предупреждала. Да и потом, ты ж ее вчера видел. Она это знает. И никакой смерти ты ей не обещал. Она ж не глупая.

– Ну тогда… тогда один вывод – она тебя решила запугать.

– Может быть. Хотя… – раздумывала Саша и на всякий случай решила уточнить: – Паш, а ты никого не убивал?

– Дай-ка подумаю… – крякнул Павел. – Нет. Никого. Но уже думаю над этим упущением. Саш, ты что, правда можешь подумать, что я кого-то убил?

– Не могу, но спросить надо было.

– Тогда… Тогда давай сегодня встретимся, и ты будешь уточнять у меня все что хочешь.

Сашка уже хотела было с радостью согласиться, но на нее пристально смотрел Жорик, и она вспомнила, что сегодня они встречаются с девчонками, им надо все рассказать, а потом… потом будет уже поздно. Это пока она с Жориком домой придет, пока лапы ему помоет, накормит…

– Паш, давай завтра встретимся, а? В парке. В девять. Я Жорика возьму.

– Хорошо, давай завтра, – согласился Павел. – Только мы с тобой завтра пойдем в ресторан. А с Жориком обязательно прогуляемся. Долго-долго. Только после ресторана, хорошо? Я завтра в восемь заеду.

– Хорошо, Паш, тогда до встречи, а то мне опять кто-то звонит, – протараторила Сашка и побежала в прихожую.

В двери опять звонили.

– Здравствуйте, госпожа Козлятина. Жорик, приветище, потом поболтаем, – вошел Ефим Соколовский с какими-то папками в руках и вальяжно упал в кресло. – Ну, сообщите мне, любезнейшая, когда вы выселяться думаете?

Сашка красиво уселась на диван, подняла бровь и ехидно спросила:

– Ефимушка, а адвокатов не учат, что без приглашения врываться к даме невоспитанно, а? Может быть, дама не одна. Может быть, она в своем уютном гнездышке встречается со своим новым любимым, устраивает свою судьбу. Вечер у них романтический, к примеру.

Жорка уже запрыгнул к Ефиму на колени, и Соколовский гладил его, а сам внимательно осматривал его шерстку.

– А вот мне любопытно, почему эта дама встречается со своим любимым на моей жилплощади? И еще… к себе домой я могу приходить и без приглашения. Чего ж это я сам себя приглашать буду? К чему такие крайности?

Сашка криво улыбнулась.

– Соколовский, что ты несешь?

– Пока еще ничего не принес, – смотрел на нее Ефим с хитрой усмешкой. – А завтра начну вещи перетаскивать. Саша, это моя квартира. Теперь моя, ты меня понимаешь?

Конечно же, Сашка его понимала! Чего тут непонятного – парень увидел, что его девушка к нему охладела, вот и решил перебраться к ней. Чтобы с крючка не сорвалась.

– Ефим, – постаралась печально проговорить Сашка. – Дело в том, что ты не можешь ко мне переехать. Я уже я познакомилась с молодым человеком, а ты все время к этой Тоньке таскаешься. В общем, нам лучше расстаться.

– Так я и спрашиваю: когда съезжать думаешь? – ничуть не опечалился Соколовский, а потом вдруг посмотрел ей прямо в глаза и самодовольно улыбнулся. – Са-ша! Несколько минут назад ты подписала дарственную на свою квартиру. На меня. И эта квартира теперь мо-я! Так что я повторюсь: когда думаешь съезжать?

Саша вообще ничего не понимала.

– Соколовский, я ж тебе говорила, не водись со старухами! – криво улыбалась она. – Пожалуйста – у тебя уже маразм!

– Не-а, маразма у меня нет, а вот квартира теперь есть, – качал головой Соколовский. – Вспомни, девочка моя, сколько раз я пытался вдолбить в твою куриную головку – никогда не подписывай бумаги, не прочитав их! Было такое?

– Было, – облизала Сашка пересохшие губы. – И чего?

– Вот ровным счетом ни-че-го! – развел руками Соколовский. – Ничего в твоей башке не осталось! К тебе только что приходила неизвестная тетка.

– Это из жилконторы.

– Нет! Это не из жилконторы! Это была обычная тетка, которой я заплатил, чтобы она подсунула тебе бумаги. И она подсунула. А ты… Ты меня не подвела! Ты подписала дарственную на собственную квартиру не глядя! Теперь ты здесь никто, а я хозяин.

– Ты… ты врешь! – прошипела Сашка.

– Вот документы, – шлепнул папку на журнальный столик Соколовский.

Сашка пробежала глазами документы. Так и есть. Она сама подарила Ефиму Игоревичу Соколовскому свою квартиру.

Сашка вскочила и начала рвать документы на мелкие кусочки. Получалось плохо, но она сильно старалась.

– Все! – прищурилась она от гнева, когда от бумаг остались только клочки. – Нет больше документов!

– М-да? – легко пожал плечами Соколовский. – Я думал, что тебе нужны ксерокопии, а ты их… Саша, оригиналы я еще не показывал. Это копии.

– Га-ад!!! – кинулась на него с кулаками Сашка. – Отдавай документы!

– Ни! За! Что! – отбивался от нее Соколовский и хохотал во весь рот. – Я приведу сюда маразматичку! И мы будем вить здесь семейное гнездышко! Жорик, не переживай, я тебя заберу с собой, а то эта бомжиха…

– Я-я?! Это я – бомжиха?!

– Прости, лицо без определенного места жительства, если тебе так больше нравится!

Сашка прошла в кухню и стала готовить себе кофе. Ничего, никуда Соколовский не денется. Попугает только.

– Свари-ка мне кофе, – следом за ней шел Соколовский, а возле его ноги семенил Жорка-предатель! – Попьем кофейку да побеседуем. Все же надо о времени договориться, когда тебе удобнее переезжать. Я недельку могу подождать.

– Соколовский, – устало поморщилась Саша. – Я все поняла, ты молодец, ты хороший учитель, но… Ефим, отдай документы. Мне еще вечером с Жориком гулять, а я сегодня что-то так устала. А мне завтра еще работать.

При этих словах Жорик вдруг неожиданно подскочил и плюхнулся на спину, растопырив лапы. И замер.

– Жор, ты чего? – не поняла Сашка. – Ефим, чего это с ним?

– А это он показывает, как ты работаешь, – спокойно пояснил тот. – Ты же сказала «работать».

Жорик уже вскочил и теперь смотрел на Ефима, ожидая похвалы.

– Хорошо, малыш, умница, – не скупился Соколовский.

– Это ты его этой команде научил, что ли? – обиженно запыхтела Сашка, но до конца не поверила. – Жорик… Мне завтра «работать»!

Жорик снова рухнул на спинку.

– Какой ужас! – покачала головой Сашка. – Он так показывает, будто я работаю женщиной легкого поведения!

– Он просто говорит, что ты не работаешь, а валяешься, вот, – пояснил Соколовский.

Сашка хотела разнести бывшего возлюбленного в пух и прах – еще не хватало, чтобы он ее Жориком командовал! Но заставила себя успокоиться и через силу улыбнулась:

– Фима, ну чего мы с тобой как кошка с собакой? Ну в самом деле. – Она даже пересела с дивана на подлокотник его кресла. – Понимаешь, Ефим, что бы ни произошло в нашей жизни, мы всегда останемся с тобой хорошими друзьями, правда же?

– Эк тебя понесло! – усмехнулся Соколовский, поднялся и направился к выходу. – Вот что, подруга… Я даю тебе две недели. Две. И в эти две недели я буду сюда приходить тогда, когда мне вздумается. Все же это моя квартирка. Ключи у меня есть. Замки менять настоятельно не рекомендую. Потому что эта дверь тоже моя. Ты мне ее вместе с замком подарила, хи-хи.

– Соколовский! Ты!..

– Жорик, потерпи, брат. На вот тебе бараночку. – Ефим достал из кармана сушку, протянул собаке, и Жорка унесся прятать подарок к себе в домик. Соколовский повернулся к Саше и коротко пояснил: – Баранка без сахара. Для диабетиков. На фруктозе. Жорке можно.

И вышел. Естественно, со всеми документами.

– Ну, слов нет! – выдохнула Сашка. – Понятное дело, что квартиру он не отберет, но вот то, что он будет сюда заявляться, когда вздумается! Жорка! Предатель! Выплюнь сейчас же эту гадость! И больше никогда у него ничего не бери! Можно подумать, я тебе сама купить не могу!

Сашка отобрала у собаки баранку и уселась за стол. Ситуация ей совсем не нравилась. А что делать, она еще не придумала.

Под руку попался телефон.

– Алло, Люся? – набрала она номер заклятой подруги.

– Ой, Саш, привет, – немедленно отозвалась та. – Чего хотела?

– Люсь, ты передай этой Тоньке: чего ж она за своим мужиком-то совсем не следит? – обиженно пожаловалась Сашка. – По всяким бабам бегает, ей внимания не уделяет. Так же не делается.

– Сашенька, никуда Ефим не бегает, – дернулась Люська. – Он пылинки сдувает с Антонины.

– Ну, если она вся пылью покрылась, так, может, и сдувает, но по бабам носится. Вот у меня только что был.

– А-а, – рассмеялась Люська. – У тебя! А я думала, и в самом деле что-то серьезное. Саш, ты не беспокойся, Тоня к тебе не ревнует. Ты же… как это Ефим сказал… отработанный материал, во! Так что, Саш, ты меня извини, я тут себе платье на свадьбу выбираю, говорить с тобой ну совсем никак. Прости!

И Сашка услышала короткие гудки.

– Ни-че-го се-беее… – вытаращенными глазами смотрела Сашка на пикающую трубку. – Жор, ты слышал? Люська, оказывается, замуж выходит! Жора!

Жорка сидел в своем домике и радоваться всяким там свадьбам не спешил. Между прочим, эта Сашенька отобрала у него бараночку, а теперь сама же ее и грызет! Тоже еще, хозяйка называется.

Сашка и в самом деле задумчиво грызла Жоркину баранку и думала. Вот что наделала эта Лидочка? Взяла, разрушила свою счастливую судьбу и Сашкину тоже. Раньше все было ясно: никуда не денешься, придется выходить за Соколовского. А теперь Сашка поняла, что есть и другие красивые фамилии. Астуров, например. Но, опять же, Люську как подругу она окончательно потеряла, потому что та за брата кому хочешь голову свернет. Вот Сашку даже к себе на свадьбу не пригласила, жаба какая!

– Ладно, Жорик, пойдем собираться на улицу. Там нас ждут уже.