332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Маргарита Южина » Раздача мужей населению » Текст книги (страница 9)
Раздача мужей населению
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:57

Текст книги "Раздача мужей населению"


Автор книги: Маргарита Южина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 5
Саблю, коня и жену не отдавай никому

Ни в какой магазин Ирина не пошла, она пришла домой и… сразу же увидела довольную физиономию сожителя.

– И-и-и-ирочка! – радостно распахнул он руки. – А я уже зажда-а-ался! Ужинать будешь?

Ирина смотрела на него немного странно – будто видела впервые.

– Терентий, а где ты был? – с каким-то даже изумлением спросила она.

– Я где был? – возмутился Терентий. – Ты хочешь знать, где был твой муж, которого просто обожают посылать в командировки?

– Да. Где? – наивно хлопала ресницами Ира. – На работе я спрашивала, у тебя, оказывается, медовый месяц.

– Ну и правильно! Медовый! – подтвердил Терентий и вдруг ошалело стал подмигивать сразу обоими глазами и дергать бровями. – Медо-о-овый! Ну? Догадалась? А? Ну подумай же, зачем я отпросился, а? Догадалась?

– Догадалась. Затем, чтобы сбежать, – ответила гражданская жена. – Только при чем здесь мед?

– Ну как же при чем, Ирочка, м-м-м-м? – загнусавил Терентий, как ему казалось, ужасно эротично. – При том, что мы с тобой как ни крути, а муж и жена, м-м-м? Почти законные, м-м-м?

– Вот именно – почти! – вздохнула Ирина и подалась в ванную.

– А я тебя не пущу, – продолжал гудеть носом Терентий. – А я с тобой! И где там у нас новая квартирка? Я все зна-а-аю…

– Ну дай вымыться-то, куда ты лезешь?! – совсем без эротического накала рявкнула Ирина, вытолкала супруга, включила воду и достала свой телефон. – Зинаида Лукинична? Вы можете сейчас подъехать?

Ирина приняла душ, завязала влажные волосы в хвост и вышла из ванной.

– Я уже приготовил наш прощальный ужин, – пританцовывал Терентий возле посвежевшей супруги. – Ирочка, «прощальный», потому что я думаю, что мы теперь долго здесь не задержимся, отбудем, так сказать, на новые, столичные просторы!

Оставалось только удивляться терентьевской интуиции.

– Смотри, вот коньячок, между прочим, по пятьсот рублей бутылка, – докладывал недоделанный супруг. – Но я знаю местечко, где можно купить на разлив, там гораздо дешевле. А вот к нему и лимончик!

– Тоже по дешевке? – равнодушно поинтересовалась Ирина.

– Нет, где дешевые лимоны, я еще не нашел. А вот конфетки, угощайся. Ничего, что карамельки, правда ведь?

За стол садиться не хотелось. У нее только сейчас будто раскрылись глаза. И вот этот Терентий – мужчина ее мечты?! Сутулый, лысоватый, с маленькими поросячьими глазками, с толстенными линзами очков, с неполным комплектом зубов, этот головастик в вытянутых штанах и есть ее принц?! Вот это никчемное произведение, который до морщин играет в прятки, только чтобы его не обнаружила прежняя женщина, и – боже избавь! – не заставила вспомнить о ребенке!! И вот с этим человеком она хотела прожить всю жизнь?! И именно он чуть не поселился с ней под одной крышей! Кажется, она еще переживала, что он не оказывает ей знаки внимания, и даже (стыдно, хоть вешайся) что-то придумывала, чтобы заманить к себе в спальню! Какой кошмар!

Ирина смотрела на суетливого Терентия, и губы сами собой кривились в брезгливой гримасе.

– Ирочка, а чего ты не садишься? – масляно улыбался тот.

Ирина не то что за один стол, в одной комнате с ним находилась с большим трудом.

– Ирочка, а я уже и своим на работе сказал, что увольняюсь! – обрадовал Терентий. – Садись, а то я пока тебя ждал, весь слюнями того… уделался. Садись же скорее!

Но сесть Ира не успела. На ее счастье, позвонили в дверь, и Терентий кинулся в прихожую.

– А-а-а-а, вот оно сокровище!! – раздался злорадствующий голос Зинаиды Лукиничны.

Потом повисло молчание, и почти сразу же послышалось напряженное сопение, кряхтение и прочие непонятные звуки.

Ирина вышла в прихожую и охнула – Терентий изо всей мочи выталкивал за порог почтенную даму, а та, в свою очередь, хваталась за косяки, за самого обидчика и попутно пинала его сухонькой ножкой. Борьба двух титанов происходила без слов.

– Терентий! Ты что делаешь?! Она же тебе в матери годится!! – не выдержала Ирина и за шиворот оттащила опозорившегося муженька от Зинаиды Лукиничны.

– Вот в том и дело! Она постоянно туда метит! В эти самые матери!! – выкрикивал молоденьким петушком гражданский муж. – У-у, злыдня! Ну отпусти меня, я ее пнуть хочу!!…А-а-а!! Ну не надо!!!

Тут Терентий тоненько взвыл, потому что почтенная дама, видя подоспевшую помощь, вцепилась в легкие волосенки несостоявшегося зятя, а также нанесла ему несколько существенных тычков в область пупа и ниже.

– Дай мне его, девочка!! Я его… сейчас только… растерзаю, и все!! – пыхтела бабушка. – Где мой домик, паскуда?!! Где черешни, я тебя спрашиваю?! Где алименты, уродище?!!

Ирина не знала, что делать, она то Терентия оттаскивала от Зинаиды Лукиничны, то наоборот – усмиряла пожилую даму, но страсти у этих двух товарищей так накипели, что их тянуло друг к другу с непреодолимой силой. В конце концов Ирина просто взяла и вытолкала клубок из двух тел на лестничную площадку, захлопнув за ними дверь.

Заставляя себя не слышать шум в подъезде, она аккуратно собрала в пакет всю роскошь с праздничного стола, правда, «дешевый» коньяк все же вылила, не хотелось заканчивать роман с Терентием летальным исходом, пусть даже по случайности – от некачественного спиртного. А потом так же спокойно и неторопливо собрала небольшой чемодан с вещами Терентия, здесь она и вовсе уложилась в пять минут – Терентий так и не распаковывал свои вещи. Минут через двадцать снова позвонили. Перед Ириной стояли изрядно помятые Зинаида Лукинична и Терентий, крепко держась за руки. Видимо, опыт одержал верх над молодостью, потому что Терентий в глаза «жене» не смотрел, а тоскливо разглядывал подъездные стены. Зато говорила пожилая леди.

– Девочка, собери ему, пожалуйста, вещи, я его забираю на перевоспитание. Уж и не знаю как, но он мне заработает на домик и на черешни. А чего? Вон, я видела, медведей дрессируют! Львов! А уж этого суслика я как-нибудь…

Ирина выставила за дверь чемодан, подала в руки пакет со снедью и от чистого сердца пожелала:

– Удачи тебе, Терентий, правда. И большого семейного счастья!

– У-у-у-у! – взвыл уже бывший гражданский муж, его теща легко подхватила чемодан, и парочка чинно отправилась вниз по лестнице.

Утром Ирина проснулась от резко зазвонившего будильника. Она ловко хлопнула по кнопочке, однако спать уже не хотелось. В комнате было непривычно тихо, и на кухне не слышалось ни звука.

– А совсем недавно мне подавали завтрак почти в постель… – вздохнула Ирина, вспоминая «мужа на час». Но потом бодро встряхнула кудрями и произнесла гордо: – Ну и что! А зато я теперь свободная женщина!! Ха! И сама себе хозяйка!! И могу делать что хочу! Сегодня же пойду с девчонками в ресторанчик! А уж яичницу сварганить – ха!

Она слишком бодро отправилась в ванную, даже усердно исполнила «Я никогда на тебе не женюсь!!» под струями холодной воды. Так же оптимистично направилась в кухню, правда, теперь песня была другая – «Чашку кофею я себе горячего налью!». Сунулась в холодильник. В чистенькой сковородке стояло запеченное мясо. Ирина не ела плотно по утрам, но сегодня был такой нервный настрой, что она решила непременно наесться! Плюхнув сковородку на плиту, она включила чайник и завыла еще громче «Ведь я как белка кручусь, создаю уют»… По кухне поплыл запах мяса с ароматными приправами, и у Ирины перехватило горло. Она вдруг вспомнила, что совсем недавно возле этой плиты стоял Стожаров, готовил это самое мясо, а она все болтала Лёльке про Ярищева, про дом… а он стоял к ней спиной, и с каждой минутой эта спина все больше напрягалась, а она все долбила и долбила по ней, будто кувалдой, потому что ей оч-чень! надо было, чтобы это слышал именно Юрий! Чтобы он побежал и все передал своему братцу, потому что яблонька от тополя…

Мясо уже давно подгорело и теперь пахло не так аппетитно. Ирина выключила плиту и вышла из кухни. Совсем нет никакого желания толкать в себя продукты, когда ты совсем один. И не сидит напротив он… кто-то, и не смотрит – хватает ли тебе соли, горячий ли у тебя чай, намазан ли твой хлеб маслом…

– Ну и ничего страшного, – сама себе сказала Ирина. – Главное, что я совершенно удачно отделалась от своего замужества! Это же как здорово, что я не позволила ему испоганить свой паспорт!

О том, что это не позволил Терентий, она старалась не вспоминать.

На работе день тянулся мучительно долго. Ирина просто рвалась домой – ну должен же к ней сегодня вечером прийти кто-то! Она уже так привыкла к людям! И вот этот рабочий день сегодня выпал совсем не в строчку. Единственное радует, что завтра у нее выходные. А уж в свои выходные она отдохнет! Она найдет чем себя развеселить, в конце концов, она свободная женщина, а это чертовское счастье. И грех этим счастьем не пользоваться на полную катушку!

На землю уже опустился темный вечер, и во всех домах зажглись веселые огни. Ирина любила эти огни. Сквозь разноцветные шторы просвечивали тени людей, и в каждом окошке бурлила своя жизнь. Вон в чьем-то маленьком кухонном окне силуэт полной женщины, она прилипла к одному углу и просто не сдвинется с места, наверняка колдует у плиты. Точно! Видно, что к ней прибежала маленькая тень – наверное сын, что-то ухватила и быстро ретировалась. Но тень женщины была ловчее, и маленький силуэт схлопотал по загривку. Правильно, нечего до ужина кусочничать… А вот большое зеленоватое окно, в нем плавает стройный дамский силуэт и изредка показывается пузатая тень мужчины. Дамский силуэт будто нарочно дефилирует туда-сюда, туда-сюда, а мужской тени больше и не видно. Но… свет неожиданно погас, наверное не зря дамочка дефилировала. А вот два согнутых силуэта… стоят вместе и смотрят в окно. Странно, что можно увидеть, когда смотришь из светлого в черную темень?.. И только в ее окне нет света… там нет никакой жизни…

– Пока нет, – сама себе возразила она. – Вот сейчас приду, как зажгу свет во всех окнах, как… как включу телевизор!!

Однако в горле почему-то опять откуда-то взялся противный ком, который проглотить было никак невозможно.

Свет включать не стала. Бросила сумку в прихожей, устало скинула сапоги, подошла к своему любимому креслу и залезла на него с ногами. Теперь кресло было пустое. На нем не высились Эвересты из вещей Стожарова, но ворсистое кресло все еще хранило их запах. Она так и уснула в нем, свернувшись калачиком. И во сне ей снился он – заботливый, нежный и надежный. А еще снилась Павлина. Она так и лезла к ней в квартиру, так и лезла! И еще кричала…

– Ир, да не расстраивайся ты так… Ну старенькая она уже, а сознаваться не хочет. Нервы ни к черту… Ир, ну что мне сделать, чтоб ты улыбнулась? Хочешь спою? Любой каприз за ваше сердце!

Она вскочила от этого голоса, будто на нее вылили ушат воды. Вскочила и сразу же поправила волосы, одернула юбку… Никого. На улице уже вовсю светит солнце, часы показывают половину одиннадцатого, и никого.

– Вот идиотство, – распрямилась Ирина. – Спала в неудобной позе, вот и снится всякая чушь…

И уже из ванной она услышала, как кто-то настойчиво звонит в двери. Так звонил только он, потому что он… потому что он приходил сюда, как к себе домой.

– Сейчас!!! Я иду! Подождите!!! – будто током прошибло Ирину.

Она метнулась к зеркалу, схватила полотенце и расческу и постаралась делать все одновременно: и вытираться, и расчесываться, и поправлять распахнувшийся халат.

– Сейчас! Я уже бегу!!

На пороге стоял вовсе даже не Юрий, а тучная и злая, как стая доберманов, Павлина Леонидовна.

– Чем это ты занимаешься? Дозвониться к тебе не могу, – не глядя на Ирину, процедила дама сквозь зубы и, отодвинув хозяйку, уверенно прошествовала в прихожую. – Значит, отдыхаешь, да? Использовала моего сына, жила тут на его доходы, как свинья в апельсинах, а как только надоел – взяла и сдала, да? А теперь сидишь одна в таких хоромах и отдыхаешь, да?

Ирина даже не сообразила сразу, чего от нее хотят.

– Может, чайку попьете? – растерянно пролепетала она.

– Да ты что, издеваешься надо мной, что ли? – побелела от гнева Павлина Леонидовна. – Я к ней за деньгами, а она мне чай в рыло!! Не чаевничать я к тебе пришла!!

– А чего делать? – не понимала Ира.

– Не представляйся идиоткой! – рявкнула Павлина Леонидовна и плюхнулась на диван. – Я уже сказала – ты столько времени жила за счет моего сына, так что пора и долги возвращать!.. Я тут провела небольшую калькуляцию… В общем, с тебя… пятьдесят тысяч. Пока рублей.

Ирина испуганно округлила глаза:

– Пятьдесят тысяч?! А за что?

– Тут за все, я подсчитала. Тут и за проживание, и за моральный ущерб…

– Но… Но это я должна взять с вашего сына за проживание!! Мало того, что он сам проживал на моей жилплощади, так он еще, оказывается, и со своего брата деньги за аренду брал!!

– А что удивительного? – вытаращилась почтенная дама. – За проживание надобно платить!

– Вот пусть он мне и заплатит!

– Ах, милочка, оставьте, – махнула толстой ручкой мамаша бывшего супруга. – Вы нам нанесли такой урон, что… – тут дама прилежно всхлипнула и даже достала из складок пальто огромный носовой платок. – Что мой сын еще долго никому и ничего заплатить не сможет! Он… его… его похитили! Из-за вас, между прочим! И те жалкие пятьдесят тысяч я требую и за его похищение тоже!

Ирина вспомнила последнюю встречу с Терентием, и похититель стал ясен.

– Его не похитили, – фыркнула она. – Его просто повезли знакомиться со своей дочерью.

– Это не его дочь! – вскинулась Павлина Леонидовна. – В конце концов, мальчик не виноват, что какая-то профурсетка решила от него родить! И это совсем незаконно удерживать отца против его желания! Он и отцом-то быть не может, он еще так молод!!

Ирина фыркнула:

– Да не станут его там долго держать. Насколько я поняла, Ада и сама не слишком рвется тащить в свой дом такое сокровище. А Зинаида Лукинична… Да вы же знакомы! Вот пойдите сами и решайте вопросы с похищением. И вообще со своими тысячами вы не по адресу.

– Ну уж… – надменно фыркнула бывшая свекровь. – Думаешь, если получила в подарок дом в Москве, так об этом никто и не узнает? Думаешь, теперь можно и про семью забыть? И мужа бросить, да?

Ирина грустно улыбнулась:

– Да не было у меня мужа. Не бы-ло! Так только – жалкая попытка…

– Ну… Жалкая не жалкая, а деньги все равно дай. Не хорошо это – бросать мужей… друзей в тяжелой ситуации.

– Да нет у меня никаких денег! И мужей тоже! – раскинула руки Ирина. – И дома нет! Вот все, что есть, все на мне и в этой квартире!

– Так я тебе и поверила… – недоверчиво скривилась женщина. – А на книжке?

– А у меня нет книжки…

Такое откровение отчего-то вывело гостью из себя. Она вскочила, начала бегать по комнате, будто раненая бегемотица, и крушить все на своем пути.

– Ах вот как, значит, да? Значит, как закладывать моего сына, так у тебя все есть! А как отвечать, так у тебя и книжки для меня не нашлось?! А кто меня теперь кормить будет, ты мне не скажешь?! А содержать?! Я даже себе не могу купить захудалые колготки!!

– Я мо…гу вам дать за…худалые кол…готки… – заикаясь пролепетала Ирина. – У меня есть…

– У меня тоже есть, – совершенно обычным голосом похвасталась Павлина Леонидовна. – Я недавно себе купила «Омса», утепленные. Смотрятся изумительно… И на кой черт мне захудалые?!! Ты мне деньги выдай!..

– У вас сейчас будет инсульт! – перепугалась Ирина.

– А-а-ах, вот как, да?! Значит, денег у нее для меня нет, а вот инсульт – всегда пожалуйста!!! Да я…

Отставленная свекровь от злости неузнаваемо изменилась. Ее лицо, покрытое бледностью, теперь стало лиловым, щеки мелко тряслись, руки дрожали, пальцы все время скрючивались, глаза так и норовили выскочить из орбит, а рот и вовсе перекривился.

– Ну я ж говорила – инсульт… – с ужасом прошептала Ирина и понеслась на кухню.

Там она ухватила брызгалку для цветов и вернулась обратно. Рассеянная холодная струя щедро оросила вопящую женщину, и та на миг задохнулась.

– Ах вот ты как? – ядовитым шепотом прошипела она после секундной паузы. – Ну подожди… ты у меня пожалеешь, что родилась!

И Павлина Леонидовна вынеслась из квартиры, хлопнув дверью так, что с вешалки рухнула куртка.

Ирина зажмурила глаза, а слезы сами собой покатились из глаз.

– Не реветь! – всхлипывая, командовала она сама себе. – Это просто… она старая уже, а… Юр, ну чего там дальше-то? Как ты говорил?..

Если бы он ей сейчас ответил, она была бы самая счастливая женщина на свете. Но… ну что поделать, если сказки кончаются сразу же, как только ты узнаешь, что настоящих Дедов Морозов не бывает, а тот, кто приходит, – всего лишь дядя Митя, которого папа уговорил за бутылку водки!

Папа! Вот к кому она сейчас пойдет! И даже не пойдет, а просто побежит! Потому что… потому что она не одинока, и у нее тоже есть своя семья. Пусть неполная, только она и отец, но… семья!

Ирина вытерла слезы, быстренько накрасилась, натянула веселенький свитерок и выскочила из дома.

Борис Федорович был дома, но собирался уходить. Встретив на пороге Ирину, он страшно обрадовался:

– Иришка!! Вот это подарок! А мы к тебе собрались! Знакомься, это Татьяна Андреевна, моя хорошая знакомая. Очень хорошая. Я как раз хотел вас познакомить!

Рядом с отцом стояла маленькая, хрупкая женщина. При Ирине она немного засмущалась, а потом что-то почувствовала своим женским сердцем.

– Боря, ты спроси у девочки, может, у нее что-то стряслось?

– У Иришки-то? – радовался отец. – Да ничего у нее не стряслось, правда же, Ирчонок? Просто захотела увидеть отца, вот и прибежала. Она у меня теперь барышня замужняя, к отцу забегает редко, а вот сегодня забежала!.. А давайте за стол, а?

Пока отец кружил возле Ирины, Татьяна Андреевна ловко и незаметно накрыла на стол.

– Вот, Иришка, хотел вас познакомить. Как она тебе, а? – тихонько шепнул отец. – Мы ведь с ней расписаться хотим.

– Я еще не успела разглядеть, но мне кажется, неплохая женщина… – улыбнулась дочь.

– А я уже рассмотрел, мне кажется. И думаю, что очень неплохая, – счастливо подмигнул дочери «жених».

Татьяна Андреевна, видя, что отец с дочерью о чем-то секретничают, старалась им не мешать – накрыла на стол и тихонько удалилась на кухню, якобы по жуткой надобности.

– Ну рассказывай, – тормошил Ирину Борис Федорович. – Как она тебе – семейная жизнь? Как Терентий?

Ирина тяжко вздохнула и решила сразу все выложить.

– Пап, да нет у меня больше никакой семейной жизни. И Терентия тоже нет. Выставила я Терентия.

Отец крякнул и почесал шею.

– Значит, права была Татьяна. Ты ко мне с бедой, а я тут…

– Пап, ну с какой бедой? – почесалась головой о его плечо Ирина. – Ну какая там беда, если я его ну вот ни столечки не любила? Да ладно бы еще человек был хороший, а то… одно слово – Терентий!

– Вот и мне сразу так показалось, но на тебя смотрел, тебе будто бы нравился… А ты как? – внимательно уставился отец на дочь. – Ты сильно переживаешь? Ты, наверное, думаешь, что больше никогда и замуж не выйдешь, да? Что, мол, родилась такая уродина, что даже и этому хмырю не подошла, да? Да не думай ты так! Найдется еще человек, который тебя так полюбит!!

– А я, пап, и не думаю, – призналась Ирина. – И человек тот, ну который полюбит-то… он уже находился. Но только я его тоже выставила.

– Ну ядрена вишенка! – хлопнул себя по коленке Борис Федорович. – Ну чего ж тебя так вечно?! Вот как чего начнешь, так и не можешь остановиться! Ну вытолкала этого тетерева своего взашей, и хватит! Остановись, подумай! А может, они, мужики, и не все такие недоделанные? Может, и есть кто приличный? Ведь это ж вы, бабы, только зря языками чешете, что все мужики одинаковые!.. А она вы-ы-ыставила!

Чуткое ухо Татьяны Андреевны, заслышав в голосе любимого нехорошие нотки, побудило ее высунуться из кухни и напомнить:

– Родственники! А мы за стол садиться будем?

Родственники тут же уселись за стол и больше о неудачном поступке Ирины речь не поднималась. Зато поднимались другие тосты. Все больше за здоровье и счастье в личной жизни.

Домой Ирина возвращалась, когда было еще светло. И тут!.. Она увидела его! Его куртка, его шапка, его привычка склонять голову чуть набок… Он стоял возле магазина и просто пялился в огромный рекламный щит. Ирину будто кипятком ошпарили. Будто вот так взяли, вскипятили чайник и специально выплеснули ей на лицо. Но получилось, что кипяток проник и под куртку, и под свитер, и куда-то еще глубже. Сердце просто остановилось, а потом запрыгало сумасшедшим кроликом.

– Юра-а-а-а!!! – не помня себя, кинулась она к нему и чуть не угодила под огромный самосвал. – Юра!! Я здесь!!

Люди на ее крик оборачивались и даже замедляли шаг, не оборачивался только он.

Она подлетела к нему в тот самый миг, когда из магазина вышла какая-то толстая тетка и вручила ее Юрию раздутые пакеты. Тот безропотно взял и пошел, бережно ухватив толстуху под руку.

Ирина выдохнула – и как она могла спутать этого чужого мужика с Юрием? Он совсем и не похож на него. И шапка у него другая, и куртка, и… да ничего похожего!

Ирина всхлипнула и теперь шла домой еще быстрее. Все! Хватит уже думать об этом… как его фамилия-то?.. О Стожарове! Надо от этих мужиков просто… просто отдыхать! И веселиться!

Она пришла домой, спокойно разделась и уселась к телефону. Сегодня она всерьез решила веселиться и не намерена была терять ни минуты.

– Алло, Лёлька? Чего делаешь?

– Ир, привет, ты, что ли? – фыркнула в трубку Лёлька. – Прикинь, а мы с Викешей только что тебя вспоминали!

– И чего это вы обо мне такое вспомнили? – насторожилась Ирина.

– Ой, ну чего там вспоминать, мы просто думали, кого тебе пригласить в пару! – щебетала подруга в трубку. – У Викеши ведь в эти выходные юбилей! Ему шестьдесят стукнуло, но мы всем говорим, что пятьдесят. И пишем сейчас пригласительный. И вот все думаем – тебя одну написать или ты со своим придешь?

– Нет, я одна, – торопливо проговорила Ирина и спросила: – Лёль, а ты не можешь эти самые пригласительные позже написать? Пошли бы сегодня с тобой в ресторан, посидели, а?

– Ир, ну куда уже позже-то? – возмутилась в трубку Лёлька. – Уже и так все сроки прошли. Людям же надо еще подарки купить. Не все же деньгами дарят. И потом, у нас, например, одни знакомые собираются в Испанию. Ну и как их не пригласить? Надо же сейчас, чтобы они смотаться не успели!

– Так они все равно не успеют… – слабо протестовала Ирина. – Неделя же осталась.

– Зато они успеют поменять тур. Они обязательно поменяют. Ой, Ирка, а я тогда для тебя такого дядьку приглашу – застрелишься! Он еще молоденький, ему всего пятьдесят семь, ну для тебя как раз. Зато та-а-а-акой импоза-а-а-антный! У него сын свою турфирму имеет!

– А нельзя сразу с сыном?

– Ага, можно подумать, ты одна такая умная, да? – швыркнула носом подруга. – У того сына девочка фотомодель – у нее не то что девяносто – шестьдесят – девяносто, у нее везде шестьдесят, прикинь!

Ирина «прикинула». Девочка с такими формами у нее бы восторга не вызвала, однако… кто их знает, владельцев турфирм. Да и чего говорить – на фотомодель Ирина не тянула.

– Так ты сразу скажи – пойдешь в ресторан? – спросила Ирина еще раз.

– Ну сегодня никак не могу, – захныкала подруга. – Сама же знаешь, я всегда – за, но не сегодня. Викеша без меня никак не управится. Назовет теремок – дедку, бабку, внучку, Жучку, а мне потом развлекай всяких бабушек губной гармошкой! Ты сегодня сходи без меня, ладно?

Ирина буркнула в трубку что-то непонятное и упрямо стала набирать следующий номер.

– Аленка, привет, чего делаешь?

– Привет! – откликнулась подруга по работе. – Чего делаю? За столом сижу, ко мне вот друг пришел… Жень! Скажи, как ты ко мне пришел?

Из недр Аленкиной комнаты донесся мужской смех, а потом невидимый Женька ответил:

– Совсем пришел! На ночь!

– Ха! Еще посмотрим, кто тебя оставит на ночь-то! – весело возмутилась Аленка.

– А чего? Скажешь, не оставишь? А я теперь ваабще отсюда ни ногой! Вот, видишь, разлегся и никак не могу сдвинуться! – не умолкал Женька.

– Это потому что я еще на тебя внимания не обращаю, – смеялась Аленка. – А вот сейчас я тобой займусь. И посмотрим, как ты не сдвинешься!

Ирина поняла, что молодые товарищи попросту забыли, что с ними кто-то разговаривает по телефону. Ну что ж, и такое бывает.

Следующей Ирина звонила Валюшке. Ну уж если и она с каким-то другом!..

Валюшка была без друга, отозвалась сразу и долго пыхтела в трубку.

– Валь! – начала Ирина. – Ты сейчас сильно занята?

– Сейчас нет, отдыхаю, – продолжала пыхтеть Валюшка.

– Слушай, а пойдем с тобой в ресторан, – обрадовалась Ирина. – Если у тебя денег нет, я заплачу, а?

– Ир… ты это… не обижайся. Но это я сейчас пока ничего не делаю, потому что мне передых дали. А вообще-то мы с родителями на даче, дрова пилим. Прикинь, сейчас машина дров пять тысяч стоит, а мы по три взяли! Только надо самим наколоть. Но я не могу колоть – мне топор не дают, я с мамой – пилой. А папа – он колуном машет… Щас я!!! Ма! Ну говорю же – щас приду!!!

Ирина грустно уложила трубку на рычаг и медленно побрела в спальню. Никуда она сегодня не пойдет. Ей не с кем. Да и незачем. Чего она там будет сидеть вдвоем с той же Лёлькой и слушать, какой у нее великолепный Викеша и как врач похвалил его анализы! А вокруг будет сходить с ума музыка, а в душе будут скакать озорные чертики, а… а домой все равно придется идти одной. Она лучше возьмет книжку, прочитает про чью-то чужую и счастливую любовь и заснет, когда глаза уже не смогут различать строчки. А назавтра будет новый день. Потом еще один, еще… И она позабудет этого… Стожарова. Забудет, как он наклонял голову, его взгляд – заботливый, чуткий… забудет его сумасшедший поцелуй! Как вспомнит, даже сейчас горячо! Его тихое «Ир, поедем со мной»… Да! Да! Да! Она согласна!! Поедем!!

…Кажется, она во сне кричала. Во всяком случае, проснулась она от собственного крика. Проснулась и поняла, что – да, от собственного, потому больше кричать некому. Да он и не кричал на нее никогда… Только тихо исполнял любой каприз. А теперь вот… сбежал! Это у них на генном уровне, что ли – сбегать? Прямо обидно, как встретишь человека, так у него обязательно с наследственностью беда: то дурак и подлец по жизни, прости господи, как ее Терентий, то испаряется в самый неподходящий момент! Ну просто жизнь стала совершенно безрадостна, ни малейшего проблеска!

Безрадостная жизнь продолжалась до конца недели. И везде Ирине мерещился Юрий. За окном, в магазине, в троллейбусе, возле касс. К ней садились клиентки, а Ирина тут же сравнивала их волосы с волосами Стожарова – у того темнее, или нет, немного светлее. И наверное мягче… Интересно, почему она никогда не трогала его волосы? Она стояла в киоск за журналами – теперь она скупала все журналы с разведением садов, и впереди нее стояли мужчины, и пахло от них… тоже одеколонами, но уж до чего противными! Вот у Стожарова запах!.. Она проходила мимо кафе, а в нос лезли ароматы какой-то еды, и вся она так препротивно воняла! Ну неужели нельзя жарить так, как это делал Юрий?!

– Ирка! Да что с тобой? – удивлялись подруги. – Ты прям как больная стала! Может, к врачу?

– Лёлька говорила, это не лечится… – хмуро отзывалась Ирина.

– Если ты про птичий грипп, – тут же комментировала подруга, – то очень даже лечится! Главное только не затягивать! Сейчас все лечат, даже клеща энцефалитного! Главное не запустить.

– А я запустила… – вздыхала Ирина и стригла очередную клиентку «а-ля Юрий Стожаров».

Клиентки не радовались и даже очень сильно возмущались. Ирина только разводила руками:

– Если угодно, я могу вам обратно все нарастить. Но вы так похожи на прекрасного человека!

Клиентки тушевались, а девчонки только крутили пальцем у виска:

– Ир, ну ты ващщще! С ума, что ли, сошла? Такую гриву почти под ноль?

В пятницу вечером Лёлька порылась в своей сумочке и торжественно вручила Ирине пригласительный билет.

– Вот! Приглашаю. У Викеши юбилей. Будем отмечать в «Бриллианте». Не вздумай не прийти! Я там знаешь какой бомонд собрала!

– А меня чего не зовешь? – подала голос Валюшка.

– А тебя куда звать? Ты все время моего Викешу обзывала старой обезьяной! – мстительно скривилась Лёлька.

– А я и за обезьяну выпить могу, я не гордая, – не сдавалась Валюшка.

– Ой, да ну тебя, – отмахнулась Лёлька. – Ты так говоришь, пока первую рюмку не выпьешь, а потом начнешь прилипать к порядочным мужчинам с непорядочными предложениями!

– Я-а-а-а?

– Конечно, – перекривилась Лёлька. – Вспомни, на моем дне рождения ты приклеилась к знакомому Викеши и сказала, что в его возрасте, прежде чем ходить на такие праздники, надо написать завещание, посоветоваться со своим лечащим врачом и прихватить сиделку!

– Так это ж не предложение! Это ж пожелание! – упиралась Валюшка. – И все правильно, потому что он как раз в середине вечера потребовал вместо конька рюмочку валокордина!

Лёлька не стала слушать Валюшку, а отволокла Ирину в маленький холл, куда девчонки бегали курить, и затрещала:

– Ирка, ты прямо сегодня беги по магазинам, прямо сегодня. Купи себе обалденное платье, и еще туфли! Знаешь как у тебя сразу поднимется настроение? Отпад! Просто сразу – раз! И выше крыши! Я всегда себе тряпки покупаю, когда на душе «хоть удавись»! У тебя деньги-то есть?

– Есть, – вздохнула Ирина.

– На платье хватит?

– Хватит на платье.

– А на подарок? И еще на туфли, там ведь такие мэны будут – м-м-м-м! – закатила глазки Лёлька и принялась перечислять. – Прикинь: я того ведущего пригласила с телеканала «Солнышко», ну черненький такой, болтливенький, только он какой-то низенький оказался, зараза. Но зато журналист из «Желтухи», тот ващще-е-е-е! И еще дядечка такой, у него сын турфирму имеет, я говорила, да?

– Лёль, ну я все поняла… – устало отмахнулась Ирина. – У меня на все хватит денег, я же никуда не трачу. И завтра ровно в пять я буду в «Бриллианте».

– Ну и все! И хорошо! Значит, я тебя жду, да?

В этот день ни по каким магазинам Ирина бегать не стала. Она пошла по магазинам на следующий день, прямо с утра. Просто надо было и в самом деле поднимать настроение. Некрасиво заявляться в гости с кислой физиономией. А тряпки… в прошлой жизни они и ей здорово поднимали настроение.

Платье она не нашла. Зато она сразу приметила красивое длинное белое пальто. Пальто было не зимнее, осеннее, и покупать его было непрактично, но оно было такое приятное, такое красивое, в нем Ирина выглядела так трогательно, нежно и романтично! Его молочно-белая ткань была такой мягкой и послушной! Так хорошо вырисовывалась ее фигура, что она даже минуты думать не стала – купила не только пальто, но и кокетливую шляпку к нему.

Дома она немедленно облачилась в покупку и принялась вертеться перед зеркалом. Великолепно! Сказочно! Волшебно! Она наденет еще вот эту шляпку – очень удачное сочетание, встанет на каблучки – как хорошо, что она не поскупилась на сапожки в прошлом месяце! И вот еще перчаточки… Ага! А шарфик? Вот он, тоненький шарфик, как будто специально поджидал это пальто!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю