Текст книги "Давай, учи любить! (СИ)"
Автор книги: Маргарита Смирновская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Макс усмехнулся:
– Представь себе.
– И что же ты молчал? – я рванула к компу и написала Мавроку, что, мол, хочу в турнир, возьми меня.
Макс прочитал и сразу ответил:
– Не просись. Он никого не берет к себе уже больше года. И ты для него слишком слабая. Не потянешь. Говорю, сначала научись честно играть.
– Я ему «жена». Возьмёт, куда он денется!
– Не возьмёт, – он взял бутылку шампанского и стал её открывать. – У вас брак по расчёту.
– Ну и что? А для игроков «брак» ничего не значит?
– Значит. Это означает, что «супруг» может исцелять, когда один из двоих при смерти. Ань, ну, умей радоваться малому, – бутылка хлопнула, и Макс разлил шампанское по фужерам. – Мы выиграли. Ты получишь свои деньги. Продашь шмот, голды, а если хочешь, то и свою героиню.
– Я даже её смогу продать?
– Можешь. Если получше прокачать, то тысяч пять потянет.
– Класс! – я так обрадовалась хорошей перспективе, что подошла к нему и обняла. – Макс, спасибо! – затем поцеловала его в щеку.
– Пожалуйста, – он протянул мне фужер. – У нас прямо настоящий вечер...
– Ма-а-кс, – предупредила я.
– Победы. А ты про что подумала? – друг слегка коснулся хрусталем о мой бокал. – За третье почётное место!
Любимое шампанское... А оно дорогое, и Макс его купил. Я смотрела на него, а он вглядывался в меня... И я уже не могла сдерживать волнение, поэтому ела фрукты и пила. Хорошо, что Макс заговорил об игре и я отвлеклась. Он выставил мои собранные в игре вещи на продажу. Мы смеялись, вспоминая моменты в игре, и пили, но при этом вели себя очень тихо. Но учитывая то, что я целый день практически ничего не ела, то очень быстро опьянела и стала совсем веселенькой.
– А ещё я «замуж» вышла! Выпьем за мою «свадьбу»!
Макс заржал, но поднял бокал:
– За «свадьбу»! – и подмигнул мне.
– А ты меня не ревнуешь? – вдруг спросила я.
– Что? – не понял он.
– По-дружески, – еле выговорила я, так как язык у меня уже заплетался. – Ведь я могла бы «выйти замуж» за тебя.
– За моего героя и не ты, а эта тётка, за которую мы все по очереди играем, – заметил Максим.
– Нет, ну, я хотела бы за тебя замуж выйти, но нельзя. Ведь ты – мой лучший друг.
Макс вздохнул и положил на диван подушку.
– Всё, кому-то пора баиньки. А то доболтаешься, а потом утром меня во всем винить будешь.
– Не буду, – я его поймала и повисла на шее. – Ты ведь хороший... Я починю машинку. Я буду шить и нашью себе платья круче, чем у Евы.
– Ань, – Максим хотел меня положить на диван, но я прижалась к нему всем телом, не отпускала, а потом и вовсе повисла на нем. – Ань, ты что делаешь?
Но вместо ответа я стала его крепко целовать и набросилась на него так, как будто его вижу в последний раз...
Не знаю, какая меня муха укусила, но она явно болела бешенством. В тот момент мне было плевать на дружбу, на Еву и на все моральные устои. Включился эгоцентризм, и я понимала только, что хочу Макса. И мне чихать на всё и вся с высокой колокольни.
Только ему, видимо, было не все равно. Он отстранился от меня и засмеялся, повторяя:
– Ань, Ань, Ань...
Макс пытался удержать мой пыл, хотя и целовался со мной. Я повалила его на диван и быстро на него залезла, а он лишь заскулил:
– Да остановись ты!
Но я почему-то обрадовалась, словно получила выигрыш и вовсе не денежный в игре, а самого Макса.
– Все! Теперь ты мой!
Я поцеловала и залезла руками под его футболку. И тут Макс опять запротестовал:
– Постой, постой, – он взял мои руки и, сев, добавил: – Ань, я так не могу. Пойми.
Наверное, услышав отказ, мой мозг включился, и я даже протрезвела. Сразу вспомнила последнего парня, который тоже не стал со мной спать, а чуть ли не голым сбежал. Меня взяла такая обида, что я со всего размаха влепила пощечину любимому другу.
– Да за что?! – взвыл он.
– Значит, с Евой можешь, а со мной нет? У неё все силы растерял, да?!
Нет, все-таки я ещё пьяна. Зачем я такой бред несу? Но внутренняя боль просто убивала меня.
– Чего? При чём тут Ева? – не понял Макс.
– При том! Вот и спи с ней! Она же красавица!
Я рванула к выходу и не смогла даже сунуть ноги в туфли. И, отчаявшись, выбежала в подъезд босиком. Макс побежал следом за мной.
– Да подожди ты! Ань!
Но я его не слушала. Ключ не хотел входить в замочную скважину. А Макс все-таки догнал меня.
– Что вообще происходит? Разве ты хочешь отношений? – допрашивал он.
– Я вообще ничего от тебя не хочу!
Обида брала вверх. Я... Я ему себя предложила! А он...
– Не хочешь? Ань...
– Иди ты к Еве!
– Так, – Макс вздохнул. – Ты сейчас поспишь. А утром я приду, и мы на твою трезвую голову обо всем поговорим.
– Я не буду с тобой разговаривать!
Мои руки затряслись, и я выронила ключи. Макс поднял связку и сам открыл мою дверь.
– Хорошо. Мы будем сразу целоваться и перейдем к интересному делу, – он провел меня в квартиру, чмокнул мою щеку и захлопнул за собой дверь.
Макс ушел, и мне стало ещё грустнее. Чувствовала, что творю непотребное. Все идёт вверх тормашками. Но поделать я уже ничего не могла...
* * *
Утром меня словно током ударило. Словно я вовсе не спала, а просто меня, как робота, включили и загрузили последнее обновление, которое привело меня в ужас. Я в шоке открыла глаза и готова была провалиться сквозь землю.
– Мамочка моя... – простонала я.
В этот раз голова у меня не болела, и я чувствовала себя прекрасно. Но от этого мне не стало легче. Я дико жалела, что помнила каждое мгновенье. Мне было и стыдно, и больно одновременно.
Макс отказался от меня... Отказался. А я-то думала, что между нами есть искры... Что все мужчины хотят только одного. А меня ни один парень на свете не хочет! Даже Макс отказался. А ещё люди говорят про секс по дружбе. Да нет такого! У меня уж точно.
Это, наверное, бабушка на меня всех ангелов с неба послала, и они женихов от меня отпугивают. Так я в старых девах и умру...
Жалела я себя часа два. Бабуля пришла в мою комнату, я притворилась, что будто читаю, и заверила её, что завтракала рано утром.
От слез моё лицо раскраснелось, а глаза и нос опухли. В общем, в таком виде меня увидел Макс, когда пришёл к нам в полдень. И если честно, я думала, что пришла ко мне Валя, ну, никак не Макс.
Увидев его улыбку, я снова почувствовала душевную боль. Улыбается. Конечно, ему смешно, ведь я его вчера сама чуть в постель не уложила!
Стараясь не показывать своих чувств, я как можно увереннее спросила:
– Чего пришёл? – прозвучало с моей стороны даже слишком грубо.
– Ты у меня туфли забыла, – он явно мялся, ощущая неловкость. – Мне кажется, нам пора уже поговорить.
Ну, конечно же! Не хватало мне, чтобы он ещё меня сейчас отчитывал!
– Постой, – остановила его я, выглядывая в зал. Бабушка разговаривала с сестрой по телефону. И по своему опыту я знала, что эти лясы надолго, так что можно нам, не скрываясь, разговаривать. —То, что произошло вчера... В общем, забудь! Я опять перепила!
– Шампанское на двоих! – подчеркнул Макс. – Там всего семь градусов.
– Я голодная была! – чуть не гавкнула я. – Целый день не ела...
– А почему? – насторожился он.
– Не хотелось есть. Макс! Что за вопросы?!
– Подожди... А что у тебя с лицом? – вглядывался в меня он.
Вот ведь! Все разглядел! Не глаза, а лупы! Ну да! Как раз через свои очки Макс все увидит...
– Аллергия у меня. Все?
Он насупился. И я поняла, что очень грубо ему отвечаю, но ничего поделать с собой не могла. Макс лез в ту часть души, в которую я никого не хочу пускать, даже сама туда заглядывать не желаю.
– Вчера ты ревновала меня, – сказал он.
– Это вообще неправда! – отрезала я. – Я просто несла полный бред, ничего не помню, и ты поскорее все забудь.
– И ты на меня не обижаешься? – уточнил Макс.
– Вообще не знаю о чем ты...
– Тогда почему ты краснеешь?
– Я представляю, что еще могла натворить.
– Ты призналась мне в любви, – сказал он, и я сразу офигела.
– А вот этого не было не надо!
– Было.
– Не было! Я такого не говорила!
– Откуда ты знаешь? Ты же пьяная была и ничего не помнишь.
– Вот это я хорошо помню. Я не признавалась тебе в любви.
– Ты сказала, что вышла бы за меня замуж. Что это, если не признание? – Макс дотронулся до моего плеча и добавил: – Ань, признайся уже...
Я могла поклясться, что он хотел меня поцеловать, но боль от всего случившегося вчера у меня не прошла. А наоборот – рана нарывала. Зачем Макс сейчас пытается выпытать это? Просто интересно знать: влюбилась я в него или нет? Поэтому я дернулась и запротестовала:
– В чем?! Что я вчера сглупила и повела себя, как настоящая стерва?! Да! Так с подругами не поступают!
– И с друзьями тоже так себя не ведут.
– Всё! Ты все услышал, теперь можешь спокойно идти на свидание. Надеюсь, у тебя хватит ума не рассказывать Еве о случившемся.
Макс громко усмехнулся:
– А знаешь, что я сейчас слышу? Ревность. Настоящую ревность. Ты меня простить не можешь, что я встречался с твоей подругой. Только не пойму почему?
– Я ревную? Да я только рада, что у вас все так хорошо, что уже к ней домой ходили! Молодцы! Я счастлива за вас!
Мамочка моя! Что же я так ору? Макс же уставился на меня округлившимися от удивления глазами.
– А кто тебе это сказал? – спросил он. – Ева?
Я заткнулась, понимая, что не могу дать ответ. Как ему рассказать, что Еву ко свидание готовят чуть не десять человек, если посчитать ещё наших подруг-маникюрщиц и тех, с кем Ева ходит на шоппинг. Они всё знают, обсуждают и советуют, как ей следует встречаться с Максом, а уж Валя ещё и контролирует.
– И что тебе ещё рассказали?
– Ничего, мне это неинтересно. Встречайся с ней на здоровье! Я лезть не буду.
– Ты хочешь сказать, что на меня лезть не будешь и кричать, мол, люби меня больше, чем Еву?!
– Не-е-ет, – провыла я.
Всё-таки Макс начал этот разговор и надавил на больное.
– Уходи! – уже грубо приказала я.
– Ты меня выгоняешь? – не поверил он. – Ань, серьёзно?
– Серьезнее не бывает! Сваливай к Еве или куда там хотел!
– Я пришёл с тобой поговорить. Пора уже себе признаться...
– Вот иди к Еве и признавайся в чем хочешь! Можешь её хоть залюбить! Ей ты уж точно ни в чем не отказываешь!
– Ой, ну, прости, что я повёл себя, как настоящий друг!
– Ты повел себя... – выкрикнула я, но слова застряли в горле.
Не могла я его так обозвать. А Макс уже все понял, потому что слишком хорошо меня знал:
– Ну? Скажи мне это?
Но я молчала, чувствуя за собой вину перед всеми, а больше всего перед собой.
– Тебе никогда не понять меня, – вдруг сказала я.
– Да куда уж мне!
– Ты всегда сидишь дома, никогда ни с кем не встречался нормально, а не с этими... – конечно, я имела в виду его игроманок. – Ты встречаешься с Евой, и для тебя это всего лишь возможность познакомиться поближе. А ведь у девушек есть чувства...
– А! Ну да! Про чувства Евы заговорили! Это же сейчас так важно! – Макс смотрел на меня так, что я хотела исчезнуть. Гнев и непонимание. Все это я читала в его взгляде. – А про себя ты мне ничего не хочешь рассказать?
– Что? Я тебе говорю о важных вещах, о твоём отношении. Но ты не понимаешь... Ты не знаешь, что такое любить.
– Кха! – Макс был крайне возмущен. – Ну, давай теперь ещё поучи меня любить! Я же глупенький! Разберись лучше в себе! Я-то думал, что до тебя дошло. Но до тебя, как до барана... – и он вышел из квартиры.
А я по стенке сползла, сев на пол, и слёзы хлынули из глаз. Я поняла, что сама теперь ни за что к Максу и близко не подойду... Я не могу... Я же настоящая подруга не только Еве, но и ему... С друзьями так мерзко не поступают.
А еще я зла и дико обижена на Макса... Где находится та грань, когда надо поступать, как друг, а когда, как мужчина?
– Ты почему здесь сидишь в темноте? – вдруг раздался голос бабушки.
А я совсем про неё забыла. Медленно поднявшись, я поплелась на кухню. В горле пересохло, и захотелось пить.
– А где Максим? – бабушка явно не собиралась оставлять меня в покое.
– Домой ушёл, – ответила я.
Мой голос прозвучал глухо, как будто говорила вовсе не я, а кто-то чужой.
– Как домой?! Он же тортик нам принёс, и мы собирались чаю попить. Его угостить надо было!
Я с изумлением взглянула на бабушку. С чего это она так резко переменилась? Ведь только недавно Макс у нее был тунеядцем и балбесом, а теперь такая любовь?! Это что, у нас семейное? Или Макс умеет очаровывать женщин всех возрастов?
– Иди за ним. Не дело это. У порога стоял ещё. Какой позор!
– Ничего, Макс не в обиде, – я даже с места не сдвинулась. – Он занят.
– И чем это? В компутаре своём? Пущай бросает все. Скажи ему, что я блины напекла!
– Он их не любит, – соврала я. – И его нет дома. Он с Евой в зоопарк уехал, – придумала на ходу я.
– И чего же ты сидишь и уши развесила? Говорила тебе, ладонку носи! – постучала по моему лбу бабушка. – Не слушаешь меня, вот и сиди теперь без парня!
– Макс просто друг. И не приставай ко мне больше с этим! – я забрала чашку с чаем и скрылась в своей комнате.
Не знаю, сколько времени я плакала, мысленно прощаясь с любимым другом. Да… Как теперь к нему подойти? Я сама все испортила. Говорят, вино – это горе и портит всем жизнь. Вот это святая истина. Не пейте в чужой компании, а с лучшими друзьями так вообще никогда. Ничего в этом хорошего нет.
Чувствовала я себя мерзко, и делать вообще ничего не хотелось. К моему удивлению, бабушка куда-то ушла и когда вернулась, то ко мне не подходила. А я валялась на кровати и после очередного плача задремала. Вечером бабуля все же заглянула ко мне и потрогала лоб. Оказалось, что у меня температура. В общем, я заболела гриппом.
И для меня это было спасением. Я отключила телефон, чтобы ничего не знать про встречи Макса с Евой. Зная Валю, я могла поклясться, что она мне точно позвонила бы. И наверняка звонила, так как забеспокоилась и на второй день сама ко мне пришла. Только бабушка подруг ко мне не пустила. А Еву ещё святой водой опрыскала. Валька хохотала так громко, что я даже её в спальне слышала.
Не знаю, на что надеялась бабушка. Наверное, на то, что Ева от святости воды воспламенится и сгорит ко всем чертям. И подруга напрасно пыталась с ней поговорить. Бабуля ее все время перебивала:
– Чур меня! Чур! Чур! – я уверена, что бабушка бросала ей под ноги чертополох, а затем её крестила. – Свят, свят, свят! Живый помощи Вышняго в крови Бога Небесного[1]…
Не знаю, как Ева к этому отнеслась, но я раньше ее предупреждала, что бабуля у меня особенная, и лучше ей на глаза не попадаться.
В общем, Ева не сгорела, не сгинула и не лишилась чувств, как надеялась бабушка. А передала мне привет и просила, чтобы я перезвонила.
Передавать мне это все бабуля не стала, наверное, подумала, что я не слышала прихода незваных гостей.
Ну а я подыграла. Сериалы, учёба и сон – так начался мой маленький трехдневный рай. В четверг температура ещё поднималась, и я догадалась, что это уже нервное. И когда бабуля ушла на вечернюю службу, то я позвонила Еве и рассказала о своих переживаниях. Естественно, я говорила про Лёшу и про экзамены. Мол, так переживаю, что аж заболела!
Ева обещала прийти и помочь мне. Она пришла, разумеется, с Валей. Та обиделась до слез, что я её не позвала.
– Я из-за тебя места не нахожу! Вот, ну, чем я тебе не угодила? На работе тебя прикрываю, с учёбой помогаю, смена и выручаю! И я все равно плохая!
– Валь, я на сеанс Еву пригласила. Я на нервяке.
– И чего же ты разнервничалась? Это тебе, что ли, парень угрожает избить, а нового любовника убить? Это тебя караулят, чтобы по морде надавать и с работы встречают с уголовниками?! ать, как друг, а когда, как мужчина?
– Что у тебя? Это все твой новый?
– Старый! Задолбали меня мужики! Одна отрада, я хоть над Илюхиной поиздеваюсь, – ответила Валя.
– Наконец-то, она ушла от своего бездельника, который жил за счёт бабушки-пенсионерки, – пояснила Ева.
– И куда? – я-то знала, что дома Валю точно никто не ждал.
– К Илюхину на квартиру.
– К какому Илюхину?! – я догадывалась, что Валя имела в виду молодого мужа администратора нашей смены.
Эта Олечка такая стерва и истеричка, каких свет не видывал. Как попала она на столь привлекательную должность, ни для кого не было тайной. Её отчим владел нашим баром. Поэтому она позволяла себе любые вольности. И оскорбляла, и орала, и позорила. Вся дурь, какая была в ней, частенько вываливалась на Валю. Имея такой ужасный характер, Оля ещё и выглядела, как полная деревня ста восьмидесяти килограмм неухоженной спеси. Этой дамочке не было еще тридцати пяти лет, но ей давали все сорок с приличным гаком. И когда за ней приезжал муж, то мы все думали, что этот красавчик – её сынок. Такой воспитанный душка и стесняшка. Я в него чуть не влюбилась! Да и все девчонки слюнями захлебывались, пока не узнали, что это её муж! Каким образом он попал к ней в лапы – для нас оставалось загадкой. Но после открытия правды, любовь моя куда-то улетучилась. Я порой ржала, когда представляла их вместе, и считала его извращенцем. Ведь в ней не восемьдесят и не девяносто килограмм! Наша Оля еле ходила! Этакая огромная громила два на два. Прямо, как наш вышибала Коляныч. Только он – профессиональный качок.
Но Валя интерес к мужу Илюхиной не потеряла. Она с ним не заигрывала, а просто точила лясы, когда он заходил, и разводила на дорогое курево. И всякий раз я слышала от подруги после того, как на неё наорала без причины наша Олечка:
– Вот я уведу у неё муженька, тогда посмотрим, кто идиоткой останется! Что она думает, я не смогу? Что я её пожалею?! Да щаз-з-з!
Тогда я думала, что подруга была на эмоциях.
– Ты… Ты увела Илюхина?!
Нет, я отказывалась в это верить. Да Оля её живьём сожрёт и не подавится.
– Да! – гордо ответила Валя. – Я такая умница! Поздравьте меня!
– Аня, ты как хочешь, но я не собираюсь. Это аморально, – встряла Ева.
– Ой, ну, иди ты со своей моралью, знаешь, куда?! – рассмеялась Валя. Она умела посылать и затыкать, но беззлобно. – Это твоя бабка её святой водой окатила, и теперь Еву на проповеди потянуло.
Конечно, я тоже никогда с женатым не связалась бы. Но это чистая женская солидарность, что ли? Или вера в наказание? Как люди говорят: «Тебе все аукнется».
Но Валя не верила ни в бога, ни в черта и ни в справедливость с правосудием. Поэтому разрешала себе все. Особенно после жизни с Вадиком.
– А как же этот… Брат Вадика? – поинтересовалась я.
– Так я тебе и говорю, созвал своих дружков-уголовников и нам угрожает. Мол, вернись, я тебя прощу. А я дура, что ли?! Знаю, как он прощает. Головой в унитаз и синяк под глазом.
Мне стало жутко. Представить себе не могла такую семейную жизнь. Валя дважды жила с парнями, и оба не работали. Один гулял и Вальку упрёкал во всем. А другой ещё лупил, орал из-за каждой мелочи и пытался Валю строить, как в армии. К счастью, моя подруга не сломалась. Она просто стала гулять и таким образом мстить.
– Так ты с ним уже живёшь? – удивилась я скорости событий.
– Пока не с ним, но живу в его личной хате. Он свою квартиру посуточно сдавал. А теперь я там поселилась. Ой, у нас такая романтика! За мной в жизни так не ухаживали!
– Он не твой, – вставила Ева.
– Уже, считай, мой!
– И не будет твоим. Он к жене вернётся, вот увидишь. Думаешь, так легко семью разбить? Погуляет и домой вернётся. Твоя судьба где-то рядом, – продолжала стоять на своем Ева.
– Видишь, что карты говорят, – поддержала нашего психолога я.
– А вот насчёт тебя мне карты тоже многое говорят. Что у вас с Максом? – обратилась Ева ко мне.
Я тут же вспомнила, как укладывала её парня в постель. Аморально. Дико и мерзко. Я покраснела и не знала, куда себя деть.
– Ссора, как я и нагадала? – заулыбалась подруга.
– Ещё какая! Только меня не спрашивайте!
– Проиграли, поди! – со смехом предположила Валентина.
– Ну, заигрались, это уж точно. И вообще не моё все. Поэтому, Ева, я передаю узды правления тебе. Больше меня там не будет.
– Как-то удивительно все это, – сказала подруга. – Ну, ведь мы тоже пока никуда не спешим.
Это про что она? Неужели у них ничего не было? Мое сердце забилось сильнее, словно появилась маленькая надежда на что-то.
Но я сразу отбросила эти мысли. Не мое дело! Меня это не касается. Я больше не участвую в жизни Макса. Это уже стало для меня мантрой.
– У меня вообще сейчас много проблем. Через неделю сходка, а мне эта нумерология вообще не поддаётся, – продолжала между тем Ева.
– А в чем причина? Вызубри эти значения чисел, да и все, – рассмеялась Валя. – У тебя память, поди, не моя! Выучить что угодно можешь!
– Я выучила их ещё с первого раза. Но там надо уметь трактовать. А я не вижу, как это делать.
– Придумай. Что тут смотреть? – посоветовала Валюха.
– Я не мошенница какая-нибудь, – обиделась Ева. – Хочу Диме доказать, что я – способная и настоящая предсказательница. У меня дар в крови. И эти числа мне рано или поздно дадутся. Только, что делать на сходке, я ума не приложу. Хоть психологию применяй.
– Так примени, – не видела препятствий Валя. – Все равно никто не заметит.
– Он заметит.
– А ты умная! Придумай, чтобы он ничего не понял! – настаивала Валя.
– Шарлатанство не для меня!
Подруги ещё долго спорили. Не знаю, что хотела от нас Ева. Хотя Валя её поддерживала. Но такая поддержка подругу не устраивала и даже обижала. Я в свою очередь придумать ничего не могла, поэтому не вмешивалась. Но остаться в сторонке у меня не получилось.
– Ань, а ты что думаешь?
Вот, честно, я вообще ничего не думала. Но Еве стоит признать, что числа – это не её сфера. И все. Но скажешь правду – потеряешь дружбу.
– Попробуй на руки всех посмотреть. Может, тогда и числа с тобой заговорят.
Это первое, что мне пришло в голову. Но, видимо, идея была отличной, потому что Ева взбодрилась:
– А ведь правда! Даже картам хиромантия помогает. Это как, прежде чем увидеть человека, просмотреть его дело и карту болезней. Тогда создаётся полная картина о личности. Спасибо! – Ева меня обняла. – На сходку я возьму тебя с собой, как талисман.
– А я?! Я тебе два дня с решениями помогаю! – влезла Валюха.
– Насчёт тебя я карты раскину.
Валя фыркнула, а Ева рассмеялась:
– Шучу. Всех возьму собой. Девочки, мне так нужна ваша поддержка!
Но я идти, конечно, никуда не собиралась. Там все друзья Макса. И с ним сталкиваться я не хочу. Тем более, когда с ним будет Ева.
О своем нежелании куда-либо ходить я промолчала и думала, что и потом все мимо меня пролетит. Но неприятности настигли меня ещё за день до сходки. Я получила уведомление, что объявлены победители и можно получить всем выигрыш. Деньги давались по паспорту в официальном офисе. Строго по времени. Надо было ехать в столицу. Конечно, я думала, что встречи с Максом мне не избежать. И каково было моё удивление, когда в офисе я увидела тётю Катю, которую фотографировали для отчета на сайте. Она очень обрадовалась нашей встрече и спросила:
– Что к нам не заходишь? Ты у нас давно не была. Вы поругались с Максимом?
– Нет, просто я пока занята. Учёба, работа и заболела ещё…
– Ты уж зайди, а то он переживает. Нам жить нормально не даёт. Ты знаешь, сколько мы терпим, когда Максим злой?
Услышав признание его мамы, я даже почувствовала себя немного счастливой. Злой из-за меня? Боже, а мне так приятно!
Я заулыбалась, и фотограф пришёл в восторг от моего огня в глазах. Где он его разглядел, я так и не поняла. Но на фотографиях я здорово получилась. По дороге домой я поинтересовалась:
– А где Макс? Почему он сам не приехал за призом?
– Так он участвовал по паспорту в другом турнире. А где вы играли, записал меня. Там же нельзя создавать двух героев от одного лица, если я правильно поняла. Максим попросил, ну а я согласилась. Мне денежка тоже нужна. Тем более я ему помогала и за твою девочку играла. Он тебе говорил?
– Говорил, – вздохнула я.
Как же я по нему скучала! Ради меня Макс создал героя, прошёл бой и вывел альянс на третье место! А я ещё с ним поссорилась!
Говорят же, что насильно мил не будешь. Если он не хотел меня, то это не его вина. Просто я такая… Никому ненужная… А он… Он нормальный и настоящий друг.
– Аня, ты плачешь? – обняла меня его мама. – Что случилось? Расскажи.
– Это от счастья, – захлюпала носом я. – Наконец-то, починю бабушкину машинку. Я так давно этого хотела…
– Миритесь уже, – сказала она. – И какая между вами чёрная кошка пробежала? Эх, молодёжь!
Мне всегда нравилась его мама, которая никогда ни во что не лезла и любила нас. От неё я узнала, что Макс тоже болел гриппом…
[1] (*псалом 90 читается верующими от нечистой силы).
Глава 11
После встречи с тётей Катей я сначала почувствовала душевный подъем.
Макс скучал! Он в плохом настроении из-за нашей ссоры. Почему-то в голову мне пришло желание, чтобы он пришёл мириться… Блин, замечталась уже!
Но потом я себя остановила. Макс встречается с Евой. Я не должна со своим нездоровым эгоизмом вставать между ними, ведь специально эти две недели всячески избегала разговоров с Евой о нем.
Ева приходила ко мне, когда бабушка была в храме, и учила меня расслабляться с помощью медитации.
Не знаю, может, это потому, что я была неоткровенна с ней, но мне её занятия мало помогали.
Выздоровела я лишь три дня назад. И так долго я давно не болела.
Но, подходя к родному подъезду, я встретила девушку. Брюнетка с очень длинными прямыми волосами и чёрными глазами, как ягоды смородины. Девушка была одета в короткий жёлтый плащик, из-под которого торчала коротенькая юбочка плиссе, а ее ноги были обуты в сапоги ботфорты на высоком каблуке.
Почему-то она ассоциировалась у меня с дочкой олигарха. Я даже обернулась, чтобы увидеть её розовый «феррари». Но нет. Такси. Обычное такси отъезжало от нашего дома. А девушка тащила маленький красивый чемоданчик. К кому это она, интересно?
В голове сразу нарисовался Макс… Да нет! Она на игроманку совсем не похожа. И потом разрешит ли тётя Катя ей у них жить? Это невозможно! Макс встречается с Евой!
А незнакомка стояла перед дверью и кому-то звонила по телефону.
– Да, я уже у подъезда, – улыбалась она.
А я молча позавидовала её прекрасному виду. Вот наверняка, такой красавице никто не может отказать. И у неё сотня ухажеров, готовых за неё продать душу, маму и всю родню. А я ведь тоже брюнетка, но даже с приданым никому не нужна!
В общем, в подъезд я вошла чуть ли не со слезами, поднялась на свой этаж и услышала хлопок двери снизу.
«Макс?! – мысленно удивилась я. – Это хлопнула его дверь?!».
Я хотела спуститься и посмотреть, кто вышел встречать ту красотку, но вовремя себя остановила. Меня его личная жизнь не касается. Я не имею права за ним следить. И не верю, что она к нему! Кем бы ни был Макс, но изменять он не станет, от меня отказался же. Опять нахлынули обида и слезы…
Неожиданно мне позвонила Ева:
– Ты же выздоровела? Карты сказали, что ты здорова.
– И тебе привет, – хлюпнула носом я.
– У тебя насморк?
– Аллергия.
– Фух! Я очень рада! То есть рада, что ты не болеешь. То есть болеешь. Но аллергия же не повод не пойти со мной на сходку?
Я про себя провыла. Совсем забыла про их гадальный баттл.
– А я не могу. У меня голова болит! – запротестовала я.
– А я лично отпою тебя пенталгином, – заверила Ева. – Хочешь, приду к тебе и укол сделаю?
– Нет! Дома бабушка!
– Тогда возражения не принимаются. Ты же мне подруга. Кстати, карты говорят, что завтра тебя ждёт приятная новость. А нумерология сулит что-то двоякое… Я, в общем, не разобралась. То ли двух женихов, то ли лицемера…
– Да, это приятная новость! – съязвила я.
– Но ты должна быть. Вдруг жених появится?
– Уверена, что он появится. Только не мой. А твой!
– Ты о Максе? А он ещё пока не определился. Сказал, что у него какие-то обстоятельства, и пока не знает планов на завтра.
Я вспомнила девушку и почувствовала тревогу. Вдруг, правда, она к Максу приезжала? Да нет же! Мало ли кто выходил! Может, она вообще приехала к кому-то сверху. В доме девять этажей!
– Хватит его избегать! Макс мне сказал, что между вами ссора из-за недоразумения. Так вот, что скажу. Что бы там ни было, я к тебе его не ревную. Вообще нам пора с тобой насчёт него поговорить.
– Нет, нет, нет! Что угодно, только не это!
Будет ещё копаться в моей душе. Я сама туда заглядывать боюсь.
– Ну, это не дело. Скоро меня избегать начнёшь, а я подругу не хочу терять.
– Нет, нет. Это все не так, – «переобулась» на ходу я. – Я никого не избегаю. Я сейчас шью! – во сочиняю! – Идти никуда не хочу. Но если так надо, то я приду и даже с Максом поздороваюсь, – Господи, если ты есть, хоть бы он не пришёл! – Только не надо копаться во мне. Я здорова и все со мной в порядке!
Ева засмеялась, а потом серьёзно сказала.
– Рада слышать. Тогда я Максу скажу, что ты будешь. Думаю, он сразу найдёт время на эту сходку.
Ева повесила трубку, а я только раскрыла рот, чтобы ей сказать:
– Вот это вряд ли… Лучше ничего не говорить.
Но потом обрадовалась. Если подруга ему сообщит о моем присутствии, то Макс точно не придёт. Не придёт… И я его не увижу…
Вот тут я уже не понимала себя. Почему меня это не радует? И чего я на самом деле хочу?
Была бы я такой очаровательной брюнеткой, которой не хватало «феррари». Тогда был бы полный образ…
И я рванула к шкафу, чтобы себе найти нечто подобное. Возилась я до самой ночи, перешивая одежду, словно ждала встречи с Максом и соревновалась ради его внимания с той незнакомкой.
Коротенькое платье малинового цвета с длинным рукавом к полуночи было готово. Нарядившись в него, я себя почувствовала прямо дочкой президента. Конечно, у меня не было ботфортов, но были сапоги, которые я ненавидела из-за неудобного супинатора. Но я твёрдо решила пойти в них и в своей «кожанке». Лучше этого у меня ничего не имелось.
Единственно, что меня огорчало… Ева наверняка уже предупредила Макса, и он точно не придёт.
Час… Целый час я красилась. Я вспомнила все уроки мейкапа и уже в конце сама удивилась тому, что способна делать такую красоту.
И почему я раньше этим не занималась? Шить умею, мейкап знаю, а хожу и ною, что у меня парня нет!
Еще час я потратила на укладку волос. И когда меня увидела бабушка, то спросила:
– С Максимушкой помирилися?
– Нет. У нас большой сбор друзей, – ответила я.
– Так ты Максима позови-ка! – настаивала на своем бабуля. – Спрячь свою гордыню и более не показывай. Обидела такого хорошего человека.
– С каких это пор он – хороший человек, а не безработный балбес и тунеядец?! – не выдержала я.
– Молчи уж! – отмахнулась бабушка. – Грех клеветать на человека! Он вон какой золотце! Все-то умеет и уважительный при этом. А тебя-то, неразумную, как защищал!
– И когда это он меня защищал?
– Когда ты его выгнала ни за что ни про что! Иди давай. И одна в компанию не ходи. Не дело это, молодой девушке одной ходить.
Пообещав бабушке так и сделать, я бегом помчалась за Валей. Если так можно сказать бегом. Так как сапоги были крайне неудобные, и ноги через пять минут стали отваливаться. И я уже проклинала тот день, когда повелась на их блеск, красоту и купила их за семь тысяч рублей.
