355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Маргарита Деревянченко » Хранители города (СИ) » Текст книги (страница 1)
Хранители города (СИ)
  • Текст добавлен: 30 мая 2017, 20:30

Текст книги "Хранители города (СИ)"


Автор книги: Маргарита Деревянченко


Жанр:

   

Разное


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Annotation

Городское фэнтези в мистическом стиле с любовной линией. Когда-то была написана "Городская сказка", со временем, я начала править ее, но поняла – что все нужно написать с чистого листа. Так родилась немного новая идея и, можно сказать, новый роман. Кто читал "Городскую сказку" – тут нет половины героев, а события и вовсе другие. Читать или нет – решать Вам. Кто не читал – милости прошу. Тапки и пинки приветствуются. Обновления будут по мере написания.

Деревянченко Маргарита

Глава 1. Незнакомка

Глава 2. Дары

Деревянченко Маргарита

Хранители города


Часть ╤. Освоение

Глава 1. Незнакомка


Девочка в темном подвале. Потрескивающая свеча в углу. Позади нее, на стене пляшут тени. Они движутся все быстрее, поднимаясь выше и выше, пока, наконец, не отрываются от стены. Теням, этим духам тьмы, нужна она. Медленно и уверено приближаются к Марине. Хватают за руки, волосы. Бежать некуда. Кричать бесполезно. Худенькие, дрожащие ручки достают из воздуха нож. От лезвия исходит мягкий свет. Тени не боятся, не зная – оружие смертельно. Холодный, протяжный вой умирающей нечисти. Все больше и больше теней на стене...

Рина открыла глаза. То, что это очередной кошмар, она поняла сразу. Слишком часто снился этот сон – прошлое напоминало о себе. За окном серело. Утренний свет преображал комнату, делал и без того не слишком уютную квартиру мрачной. Настенные часы показывали половину шестого.

Распахнув балкон, Марина вдохнула прохладный свежий воздух, стряхивая остатки кошмара. Простояв там пару минут, пока не окоченела, направилась на кухню.

– Барсик, ты кушать хочешь? – спросила у кота, гоняющего миску по полу. Голос с каждым словом становился все тише, последнее слово Рина уже прошептала.

Мелькнула мысль, в этом виноват кошмар, но она никогда не кричала во сне. Может, всему виной сквозняк или холодный ветер. Отогрев горло горячим чаем с лимоном, Рина начала собираться на работу. Барсик, единственное живое существо в ее жизни, усердно путался под ногами, то ли показывая свою любовь, то ли прося чего-то вкусненького. Если бы не кот, она давно сошла с ума. Так хотя бы было с кем поговорить. Разговаривать с самой собой – это уже первый признак шизофрении.

– Барс, как тебе не стыдно? Несносный ребенок кошки! – пригрозила Рина поднимая с пола порванную книжку.

Кот жалобно мяукнув, поспешил скрыться на балконе.

"И так всегда", – подумала Рина, уже закрывая входную дверь. С каждым днем жизнь казалась все невыносимее, но выхода Рина не видела.


* * *

Лекции к концу учебного года становились все зануднее, количество прогульщиков резко возросло, вызывая недовольство преподавателей. Таня нервно подпиливала ноготь. Ее интуиция вечного пессимиста подсказывала – день не удался. Будильник зазвенел не вовремя, в корпусе умудрилась поскользнуться и едва не упала, а теперь вот ноготь сломала. Да еще и большая часть группы решила прогулять эту пару. А она не готова. Сейчас спросят и не видать ей стипендии. Этой стерве потом попробуй докажи, что не дура и знаешь. По всему курсу прогонит.

Звук закрывшейся двери мгновенно прекратил разговоры. Таня кинула пилочку в сумку – не дай бог заметит. Что-что, а подкалывать студенток Марина Анатольевна любила. Воцарившуюся тишину нарушал лишь громкий, отчетливый звук шагов – твердая, уверенная походка, визитная карточка преподавателя.

– Что, погода нынче не летная? – скорее констатировала, нежели спросила она, обведя полупустую аудиторию взглядом. – Пять человек. Отлично, оценки получат все.

Таня опустила голову. Надеяться на учебник глупо – этот номер с мегерой не прокатит. Конспекта нет. Разве что сейчас хотя бы пролистать.

– Татьяна, начнем с Вас. Покажите нам, как пишется расписка.

"Не успела", – мелькнула мысль.

Вскочив, Таня медленно, смотря под ноги – старый паркет постепенно превращался в труху, образуя дыры, в коих часто застревали каблучки, направилась к доске. Тщательно стерев формулы, она аккуратно, двумя пальцами взяла мел. Покрутила. Осторожно написала посредине "Расписка". Подумала с минуту. Написала в самом низу дату и роспись.

– А почему самого текста нет? Боитесь устать писать? Фантазия закончилась?

Таня покраснела и опустила голову. Легче не отвечать, чем потом выслушать еще несколько таких подколок.

– Что такое расписка?

– Эм... ну... – от неожиданности Таня растеряла остатки знаний. – Документ. Бумажка такая. Ее пишут, когда берут что-то или обещание какое-то... – неуверенно закончила она дрожащим голосом.

Марина нахмурилась.

– Не надо растекаться мыслию по древу. И так видно, Вы не готовились.

– Марина Анатольевна, – пискнула Таня, – пожалуйста, можно исправить оценку?

– Ладно, после пары пойдете со мной, дам вам задание, – это не было проявлением жалости. Задания Рина давала сложные, требующие много сил и времени. Не у каждого хватало терпения и знаний выполнить их полностью.

Остаток пары прошел относительно спокойно. Остальные студенты оказались готовы к занятию, подтверждая невезучесть Тани.

В коридорах, несмотря на позднее время – закончилась четвертая пара, толпились студенты. Таня шла сзади Марины, стараясь не упустить ее из виду. Дорогу к кафедре языка и литературы она помнила смутно. Со стен на них смотрели репродукции картин и фотографии – университет постепенно облагораживали. Таня с удовольствие рассмотрела бы их, но времени не было.

Они практически подошли к преподавательской, когда Рину окликнул немолодой мужчина. Попросив подождать, она отошла к нему.

Оперевшись на стену, Таня прикрыла глаза. Последнее время она часто ощущала в них жжение – сказывалась привычка долго читать с компьютера, да и на новую тушь, как подозревала Таня, была аллергия. Рядом что-то громко плюхнулось. Лениво приоткрыв глаза, она увидела у ног черный рюкзак и некогда белые кроссовки.

– Ты к кому? – слегка хрипловатый голос владельца спортивной обуви заставил Таню поднять глаза.

– К Марине Анатольевне.

– Я так понимаю, она у нас весьма популярна. Хвост сдавать или как? – поправив темную челку спросил незнакомец.

– Или как. Хвосты сдавать поздновато. Апрель месяц на дворе.

– Этой сдавать никогда не поздно, – уныло сообщил собеседник. – Десятый раз прихожу.

– Серьезно? – зеленовато-карие глаза с недоверием уставились на незнакомца.

– Ага. Слушай, ты не дашь позвонить? – резко перевел тему разговора темноволосый.

– Да, пожалуйста, – достав из кармана старый мобильный, Таня протянула его парню. Авось украдет эту рухлядь и ей купят новую.

– Сенкью, – шутливо поклонился студент и набрал номер.

Через пару секунд из рюкзака заиграла веселая мелодия.

– Куда идем мы с пятачком большой-большой секрет... – принялся подпевать незнакомец. Сбросив вызов, протянул Тане телефон. – Макс, так и подпиши.

– Ага, – ошалело кивнула та. Так у нее номер телефона еще никто не брал.

– А тебя как звать, прекрасная подруга по несчастью?

– Татьяна.

Не обращая внимания на смущение новой знакомой, Макс начал травить анекдоты и шутки. Таня даже растерялась – привыкла, что обычно беседа идет по пути "ну расскажи что-нибудь". Этакая банальная, дежурная фраза, бесящая больше, чем извечный вопрос "Как дела?".

– Развлекаетесь? – Марина Анатольевна появилась словно из ниоткуда. – Прошу, господа студенты, – открыв дверь она пропустила их в преподавательскую.

Зайдя внутрь, Таня мысленно выругалась – за те двадцать минут, что они простояли в коридоре, небо, еще с утра такое голубое и солнечное, затянуло тучами. Издали доносились раскаты грома. Казалось, еще пара минут и пойдет дождь. А она, естественно, оставила зонт дома. Проклятое невезение. За что ей это все?!

– Так, – достав из папки пачку бумажек с вопросами, протянула ее Максу, – тяни билет, пиши. И хотя бы на этот раз выполни правильно.

– Давно бы уже поставили мне зачет, и мы бы не парили друг другу мозг, – зло проворчал Максим.

– Что за тон?

Поежившись под сердитым взглядом, Максим хотел было извиниться, но не успел. Под очередной раскат грома дверь эффектно распахнулась, впуская внутрь девушку. Максим, обладающий замашками ловеласа, нервно сглотнул. Стройная, среднего роста с роскошными светлыми волосами до талии – греческая богиня.

– Вы ко мне? – казалось, красота незнакомки не тронула Рину.

Стряхнув с черных штанов невидимую пылинку, Аврора посмотрела в глаза Рине.

– Да. Но не только. Я и вас искала, – обратилась она к студентам.

– Неожиданно, – прокомментировал Макс. Хотя, мысль, что он понадобился такой красотке, ему льстила.

– И что же Вам нужно?

– Сущая мелочь. Стать моими хранителями. Городу грозит опасность, и мне нужна помощь, – столь пафосного ответа никто не ожидал.

"Блииин, сумасшедшая. Такая хорошенькая, а все из этих толкиенистов-ролевиков", – мечта идиота разбилась о стену реальности. Предстоящее знакомство не удалось, еще не начавшись.

– Девушка, покиньте преподавательскую, – мягко, но настойчиво попросила Рина.

– Хорошо. Я и не ожидала, что вы поверите. С тобой мы еще поговорим. Во сне, – обратилась она к Марине. – Ты, – Таня вздрогнула, когда сумасшедшая обратилась к ней, – не удивляйся, город имеет богатую историю.

– А мне что скажешь? – с издевкой в голосе перебил Аврору Максим.

– Тебе, лентяй? – Аврора усмехнулась, словно вспомнив что-то. – Не разгроми квартиру.

Едва за незнакомкой закрылась дверь, Марина Анатольевна устало опустилась на стул.

– На сегодня свободны. Завтра придете, перепишите.

Переглянувшись, Таня с Максом оставили ее наедине.

"И откуда она знает о снах?"

* * *


Старые коридоры снова ожили. В забытых комнатах горели яркие лампы, работали компьютеры, проводились собрания. Они не случайно выбрали подземелье. Толстые стены пропитались кровью и страхом. Застенки НКВД и гестапо, место смерти сотен, если не тысяч людей – самое то для темного божка, питающегося смертью.

В просторной комнате собралось пятнадцать человек. Да, пока что их мало, но все изменится и в скором времени ряды слуг пополняться. Надо лишь подождать. Михаил свято верил в это.

– Братья и сестры, – торжественно начал он, – мне выпала великая честь. Великий избрал меня для великой миссии. Жизнь – самое малое, что я могу ему предложить. Мы поработим мир и Великий обретет былую мощь.

Лица слушателей с каждым словом становились все счастливее. Целью их жизни были лишь одно – доставить радость своему божеству. И не важно, чем придется пожертвовать – собой, близкими, миром. Это такие мелочи, по сравнению с его радостью.

– Можем ли помочь тебе? – один из слуг поднялся, задавая вопрос.

– Да, без помощи нам не обойтись. Сейчас я расскажу план.

Бесплотные тени, заключенные в подземелье, метались, ища выход. Им не нравилось происходящее, эти люди, мрачная статуэтка из черного металла. Мысли, поступки, слова горстки несчастных сумасшедших, их решимость пугали души. Они боялись не за себя. Родные, оставшиеся в живых, были в опасности, но остановить фанатиков они не могли.

* * *

По дороге к выходу Максим и Таня шли рядом. Никто из них не пытался завязать разговор, предпочитая найти оправдания поступку незнакомки самостоятельно. Таня считала, что это чья-то глупая шутка. Выставить нелюбимого препода идиотом – что может быть лучше. Максим же сразу припечатал ее сумасшедшей.

– О, дождик пошел, – открыв дверь перед спутницей, обрадовался Макс.

Под широким, козырьком стояли студенты, пережидая ливень. Косые серые линии гулко ударялись о землю. Казалось, на город опустился туман.

– Черт, – Таня передернулась от прохладного, враз посвежевшего воздуха. Впрочем, расстроить ее еще больше было уже невозможно.

– Зонтик есть? – косясь на новую знакомую, поинтересовался Макс.

– Нет, – мелькнула слабая надежда – вдруг Максим более предусмотрительный, чем она.

– Тогда бывай. Спишемся-свидимся, – кивнув на прощание, он приподнял куртку, натянув ее на голову, и побежал к остановке.

Таня проводила его завистливым взглядом. Такой подвиг ей не под силу. Макияж потечет, прическа распадется. Да и на каблуках бегать она не умеет – подвернет еще ногу, хромай потом.

Постояв на улице минут пять, Таня зашла в корпус. Казалось, дождь и не думает прекращаться. Возможно, так оно и было. В любом случае, ей спешить некуда, так что можно и подождать. Взяв в кофе-автомате горячий шоколад, Таня уселась на подоконник. За это, как в школе, никого не ругали – уборщицы редко обращали внимания на такое, если только поругаться охота. Преподавателей же это и вовсе не касалось. Разве что ректор или проректор мимо пройдут, главный корпус, как ни как. Но и это вряд ли. Да и отсюда отлично видно улицу, как только дождь прекратится или хотя бы поутихнет, она сразу же уйдет.

Достав наушники, Таня включила The Rasmus. Не то, чтобы любимая группа, скорее из разряда "пару раз прослушать можно". Музыка сегодня служила фоном для размышлений. С темы невезения и дождя Таня перешла на Макса. И почему он не проводил ее до остановки? Мог, как настоящий джентльмен, предложить куртку, и она не торчала бы здесь. Или остался с ней – в компании ждать намного веселее. Хотя, она тут же одернула себя, кто она ему? Так, побеседовали немного, это ведь не обязывает к провожаниям-свиданиям. Высокий, симпатичный, улыбка... эх, такой обаятельной улыбки она давно не видела. Темные глаза с озорной бесинкой. Наверное, еще и приколист в придачу. Развеселить собеседника, по крайней мере, точно умеет. Интересно, позвонит он или нет? Может, это хобби у него такое – номерки стрелять.

Задумавшись, Таня пропустила момент, когда дождь закончился. Очнулась она лишь услышав звонок – закончилась вторая полупара. Чертыхнувшись, допила давно остывший шоколад и побежала на остановку, надеясь, что дождь сегодня не пойдет, или хотя бы дождется ее прихода домой.

* * *

Юркнув в серебристую ауди, Макс стянул куртку и бросил ее на заднее сидение. Веселое настроение потихоньку уступало раздражению. Если бы эта дура не увязалась за ним, он бы вышел через второй корпус, и не так намок. Парковка находилась аккурат возле остановки. Если бы Максиму возразили, справедливо заметив, что не Таня шла за ним, а скорее он, раздражение переросло бы в гнев. Своих ошибок он не признавал. Никогда. Провожать новую знакомую, а тем более выслушивать ее восторги при виде его красавицы, он не собирался. Максим не сомневался – любая девушка вцепится в него, как только поймет – он не бедный мальчик. Открыв телефонную книжку в телефоне, довольно хмыкнул – сегодня он прилично пополнил коллекцию номеров. Ни одной из девушек Максим звонить не собирался. Номера он брал только у дурнушек, с симпатичными вел себя по другому.

Затем его мысли резко переметнулись на до сих пор не сданный зачет. Эта стерва прилично подпортила ему планы. Проваленная сессия стоила ему поездки заграницу на зимних каникулах. Отец всегда держал обещания. А теперь еще попробуй сдать. Даже деньги не взяла. Стерва принципиальная. Ну ничего, он ей отомстит. Когда-нибудь.

Может, вечером в клуб поехать? Забить на всех и вся, оттянуться на полную. Учеба никуда не денется – потом отработает. Наплевать на дурацкие принципы и познакомиться там с какой-нибудь красоткой. Хотя, там все красотки. Вот только в большинстве случаев – глупые и падкие на деньги.

"А гори оно все синим пламенем!" – решил Максим, набирая друга. – "Гулять, так гулять".

Глава 2. Дары


Вечер клонился к логическому завершению – поздний ужин, просмотр телевизора, путешествие в царство Морфея. Скучная стандартная схема. По ней Рина жила уже не один год.

К вечеру буря в голове улеглась, оставив лишь неприятный осадок и смутное беспокойство, предчувствие чего-то не очень хорошего. Попереключав кнопки на пульте и не найдя ничего интересного, Марина отбросила его в сторону. Иногда она жалела, что у нее нет ни друзей, ни родных. Иногда так хотелось высказаться, попросить совета, но Рина душила эти мысли и чувства, не давая им вырваться на поверхность. Кому ты нужна? Кто будет помогать тебе просто так, не требуя ничего взамен? Рина давно уже не верила ни в дружбу, ни в любовь. Бессмысленные слова, не более. На комоде в углу спал, свернувшись калачиков Барсик. Изредка белые лапы слегка поддергивались – ему что-то снилось.

Выключив телевизор, Рина поднялась. Включила музыку на телефоне, и, приложив к губам динамик, начала нарезать круги по комнате. Почему-то так музыка звучала ярче, громче. Диван, дверь, комод, шкаф с нишей для голубого друга, окно, диван. Полный круг. Она думала, вспоминала прошлое. Далекое детство, а картинка такая яркая...

Родители долго не верили дочери, считая ее слова детской фантазией. Да и кто в здравом уме поверит рассказам о ночных путешествиях, схватках с монстрами. Синяки, порезы, царапины... меньше с мальчишками нужно бегать, да кошку за хвост таскать. Страшные сны? Поменьше смотри ужастики да слушай сказки о черной-черной руке. Непонятные вещи в руках наутро? У кого взяла? Немедленно верни.

Наверное, еще немного и родители бы отдали ее в желтый дом. Повезло. В гости приехала бабушка. Она владела таким же даром. Он передавался в семье через поколение. В совершенстве владея искусством путешествия по снам, астральным перемещениям, старушка быстро доказала – они с Риной не сумасшедшие. Вот только... Зачем в нормальной семье ребенок с отклонениями? Да и человек ли она? Исчадие ада. Их с бабушкой прогнали из дома. Рина до сих пор не могла понять родителей. Ни понять, не простить.

Марина раз за разом прогоняла воспоминания, думая, мечтая, как бы она поступила тогда. Не плакала, не просила остаться дома с родителями, любимыми игрушками, старшей сестренкой, а ушла бы с гордо поднятой головой. Но все это уже в прошлом и его не изменить.

А старуха, старуха-то оказалась не такой доброй и замечательной бабушкой, как думала поначалу Рина. Ведьма, она всегда ведьма. Подорванное возрастом здоровье не позволяло так легко, как раньше сражаться с монстрами, а знающие люди прилично платили за это. Рине приходилось очищать старые дома, подвалы, дачи от призраков, демонов и прочей нечисти. Как она радовалась, когда старуха преставилась. И ей ни капельки за это не стыдно. Поделом ведьме.

Старые настенные часы, давно идущие через раз, пробили полночь. Через шесть часов нужно вставать. Может сегодня повезет, и ее никуда не потянет. Да и незнакомка навряд ли попадет в ее сон. Скорей всего, она имела ввиду "буду являться тебе в кошмарах". Это вполне в духе молодежи. С такими мыслями Рина и заснула.


* * *

Чертежи, чертежи, сплошные чертежи. Боже, как же это надоело. Рука уже болит постоянно калякать винтики, гаечки, детальки всякие. Сегодня еще повезло, практически с первого раза получилось. Таня откинулась в кресле, устало рассматривая цветочки на синих обоях. Своеобразная мини-зарядка для глаз. А теперь спать. Сон – лучший друг студентки. Схватив со стула шорты и майку – ночной костюм, Таня направилась в ванную. Несколько минут под теплым душем – рай.

Закрыв дверь в ванную, Таня почувствовала – что-то не так. Голова слегка закружилась. Начало подташнивать. Перед глазами начало темнеть. Раньше такое было всего один раз, перед тем, как она упала в обморок. Таня осторожно прислонилась к двери. Главное, не упасть, она сильная, она не упадет. Все же не помогло. Бежевый квадратик плитки стремительно темнел от угла к центру. Стало темно, будто выключили свет. Затем перед ее глазами замелькали образы.

Аккуратные домики из белого камня – мергеля. Ограды из кривоватых веток. Двухэтажные магазинчики. Река, с нагруженными углем баржами. Барышни в длинных, строгих платьях. Мужчины в сюртуках и камзолах. Незнакомые улицы, люди, здания. Но все же... они ей что-то напоминают, но что? Картинки-слайды кажутся живыми. Осторожно дотронься пальцем, и из труб на крышах повалит белый и черный дым, баржа поплывет, улицы заполнит смех и хохот, веселые и серьезные разговоры.

Темнота. Открыв глаза, Таня обнаружила, что сидит на полу. Она все же упала в обморок, но сползла по двери вниз. Трясущимися руками взяла мобильник – она всегда брала его с собой. Прошло каких-то пятнадцать минут. Всего-то. А эти картинки... сон. Ее обморок плавно перешел в сон. Даже за десять минут можно увидеть длинный, красочный сон.

Наскоро приведя себя в порядок, Таня отправилась спать. Не хватало еще раз грохнуться. Хватит с нее неприятностей на сегодня.

* * *

Старый городской сад. Белая двухэтажная беседка с внешней лестницей. Рина удивленно огляделась вокруг. Лето, деревья покачивают ветвями от теплого ветерка. Солнце едва касается горизонта, отсвечивая красным. Где-то вдалеке виднеется маленький прудик с белыми лебедями-красавцами – гордостью сада. Ни души. Ей нужно наверх. По низким широким ступенькам так удобно подниматься.

– Не ожидала? – около окна, поглаживая одинокую ветвь березы, укрывшуюся в беседке, стояла Аврора.

– Кто ты? Ты ведь не простой человек, – Рина подошла к соседнему венецианскому окну.

– Я никогда не была человеком. Я хозяйка города. Аврора. Ты ведь слышала о нас?

Рина кивнула. О них она знала. Даже чересчур много. Сумасшедшие, злобные, агрессивные... Марина никогда не слышала о них ничего хорошего. По крайней мере, из уст бабушки.

– Что тебе от меня нужно? И от моих студентов? Они тоже ненормальные, как я?

– Они были нормальными. Пока я их не выбрала. Знаешь, я люблю этот город. Он – моя жизнь, сила, единственное, что у меня есть. Он мой отец и мать, ребенок – все в одном лице. И сейчас ему угрожает опасность. Я не знаю, что именно. Мне мешают, я перестаю ощущать людей, словно они не принадлежат мне, хотя живут здесь с рождения. Больше того, я не могу защитить город. Мне нужны Хранители – вы, – зеленые глаза с грустью посмотрели на Рину.

– И что ты мне предлагаешь? Зачем мне спасать твой город? Ни ты, ни он ничего хорошего мне не сделали, – дернула плечом Рина.

– Это ты так думаешь. Когда ты боролась с призраками, тебе помогала я. Оружие, талисманы на удачу – все это делали мы. Сколько раз мои парки и сады пытались тебя утешить? Если ты чего-то не видела, это не значит, что этого не было.

– Ты так уверена, что я не откажусь? – хмыкнула Рина. Она совершенно не боялась наглой девчонки.

– Ты можешь отказаться. Я знаю, робот, машина без чувств и эмоций, не знающий, что такое помощь, которая легко может отказаться. Это ведь не в ее правилах, да? И пусть погибнет целый город, люди, деревья, парки и фонтаны. Город-призрак, как мило. Ведь мы не знаем, что такое бескорыстие? Мы не умеем сочувствовать и прощать. Как мы круты. Но однажды твой хваленный кокон развалится на куски и тебе станет плохо. Ты будешь нарезать круги по квартире, и думать, думать, вспоминать о том, как ты отказалась мне помочь и к чему это привело. Биться головой о стену, понимая, что уже ничего не исправить. Вина загрызет тебя, – Аврора говорила тихо, но четко, чеканя каждое слово. Хозяйка знала больные места каждого. Не стесняясь, не жалея, она била прямо в них, заставляя Марину с каждым словом дергаться, как от пощечины.

– Да уж, твоя проникновенная речь меня так зацепила, – усмехнулась Рина. Пускай Аврора и права, но это не повод преклониться. Только не ей.

– А что если.... – последние слова прозвучали едва слышно.

– Ладно, я помогу, – выдавила новая хранительница. – Что нужно делать?


* * *

Утро началось со звона будильника. Открывать глаза Макс не спешил. Пронзительный писк бил по мозгам, раздражая все больше и больше.

– Да заткнешься ты, в конце концов! – не выдержал Максим.

Ответом ему стал грохот – что врезалось в стену. Ненавистный писк оборвался. От неожиданности Макс резко сел, оглядываясь вокруг. Около одной из стен, в полуметре от окна валялись обломки будильника.

– Что за чертовщина? – пробормотал Макс, хватаясь за больную голову.

Феерическую гибель будильника логически объяснить не удавалось. Во-первых, вечером Максим поставил его в другом конце комнаты на книжную полку. Так было больше шансов не вернуться в теплую кроватку досыпать. Во-вторых, родители уехали в командировку, и переставлять, а тем более кидаться будильником некому. Даже на домашних животных свалить произошедшее не получалось. Зинаида Степановна, мать Макса, не особо их жаловала. В каждом она находила недостатки – от котов много шерсти, собаки дурно пахнут, хомяки гремят колесиком, попугая не заткнешь и так далее в таком же духе. Единственными существами, против которых она сразу не нашла аргументов, были рыбки, но и они долго не прожили.

Вечно занятым родителям было не до новых питомцев, а сам Максим слишком беспечно относился к хозяйству, ухаживая за ними под настроение.

Сонный мозг, мучимый похмельем, решил особо не заморачиваться. Покачиваясь и придерживая рукой ноющую голову, Максим направился на кухню. Хотелось воды, желательно побольше. Звук захлопнувшегося холодильника заставил поморщиться. Отбил бы руки тому, кто так двери закрывает. Мысль ударила в голову, заставив остановиться. «Я же еще не на кухне».

– Мам, пап, вы дома? – слегка охрипшим голосом громко спросил Максим.

В ответ – тишина, если, конечно, не считать звук отплясывающего чечетку стакана. Решив, что его просто не услышали, Макс зашел на кухню. Родителей там не было, впрочем, как и грабителей, соседей, внезапно нагрянувшей родни и прочих живых существ, способных производить шум. На кухне хозяйствовала посуда.

Увидев или услышав хозяина, стеклянный стакан вчерашнего чая радостно понесся к Максиму. Следом гналась недовольная бутылка газировки, на ходу проливая прозрачную жидкость. Макс ошалело хлопал глазами, пытаясь понять, что это – сон, белочка или что-то похуже. Неопытный стакан слегка промахнувшись, пронесся мимо, едва не врезавшись в стену. Чудом затормозив в паре миллиметров от зеленого кафеля, более плавно и спокойно повернулся и приблизился к Максиму.

Макс замер, с ужасом рассматривая посуду. Сбоку, из под стола, что-то метнулось за спину. Ударило с разгону под колени, и Максим рухнул на деревянную табуретку.

Стакан кокетливо подался вперед, напоминая о своем существовании. Макс вскочил и отступил на шаг назад. Обидевшаяся посуда слегка наклонилась, пролив несколько капель воды. Видимо, это означало обиду или плач.

Бутылка же вела себя более сдержано. Лишь пританцовывала на месте, выказывая свое нетерпение.

Решив не дожидаться истерики от ненормальной посуды, Максим кинулся в спальню, натянул первую попавшуюся одежду и выскочил из квартиры. Ну ее на хрен такую белочку!

Второй припадок, как обозвала его Таня, случился уже утром. И как всегда, в самое неподходящее время. До университета оставалась всего пара остановок, когда у Тани все поплыло перед глазами. Повезло, что хотя бы сидела. Цветные пятна перед глазами замигали все чаще и чаще, затем и вовсе сменились темнотой.

Яркие картинки-слайды завораживали. Так хотелось поближе рассмотреть их, дотронуться, удостовериться, что они реальны. Таня не выдержала. Протянула руку вперед и коснулась одного из слайдов. Он на мгновение замер, словно задумавшись, затем плавно, но, в то же время, быстро увеличился в размерах. Тане даже показалось, что она сама находится внутри чудесной картины – настолько ярки были краски, окружающие ее. Словно в подтверждение, лицо на миг обдул сухой, горячий воздух с примесью пыли. Девушки и парни, в вычурных нарядах начала двадцатого столетия степенно двигались по серовато-песочной мощеной дороге. Ветер игриво трепал выбившиеся из-под шляпок локоны. Впрочем, на это никто не обращал внимания. Мимо Тани плыли дома. В основном, это были одноэтажные постройки, с вычурными вывесками, реже – двухэтажные. На одной из таких построек висела надпись "Вендеровичъ".

Что же было дальше, Таня так и не узнала. Картинку сменила темнота, а тишину – привычный размеренный гул автобуса. Голова была тяжелая, как после короткого сна. Заснуть в маршрутке для нее было привычным делом – вечный недосып давал о себе знать. Хорошо хоть люди реагировали на это нормально. Хотя, им то что – чужие проблемы мало кого заботят.

Приоткрыв глаза, Таня выглянула в окно, и чуть было не выругалась – она проехала остановку. Подскочив, девушка, хаотично роясь в сумке в поисках денег, принялась пробираться к выходу. Две остановки – это всего лишь десять минут ходьбы, но вот только не тогда, когда опаздываешь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю