Текст книги "Глобальный Смутокризис"

Автор книги: Максим Калашников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 53 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

Некосмическое бескрылое будущее

Словом, читатель, нам предопределяют этакое некосмическое, бескрылое будущее. Так, чтобы мы оставались на Земле, стали бы удобным стадом для верховных пастухов – и никак не могли бросить им вызов. При этом господа должны жить на чистой планете, обходясь – елико это возможно – без низших людских существ. Может, их вообще понадобится уничтожить биологическими средствами – этак миллиардов пять.

Имея такую карту, настоящий русский вождь мог бы выстроить контригру. Скажем, направить усилия не только на опережение противника по указанным направлениям – но и прорваться там, где он либо собрался бездействовать, либо скрывает свои намерения.

Например, на направлении создания сверхчеловека-людена. Не киборга, а именно людена, раскрывшего заложенные в имеющийся человеческий организм сверхвозможности. Ибо люден как гений-творец может добиться успехов и прорывов на множествах направлений. Люден – это метатехнология.

С другой стороны, мы могли бы прорваться на энергетическом направлении. Например, на ниве не просто растительного топлива, а в принципиально новой области – энергоинверсии. (Это – отдельная тема, выходящая за рамки данной книги, и мы коснемся ее в дальнейшем.) У наших противников нет идей по поводу принципиально нового скоростного транспорта и в области космической техники. Занимаясь русской инноватикой, Максим Калашников знает о том, что прорывы у нас можно отыскать на самых неожиданных направлениях. Причем несколько человек могут обеспечить «закрывающий» эффект с оргромной экономией сил и средств по всей стране. В условиях кризиса это просто дар Божий. Вот два человека создали РВС – ремонтно-восстановительный состав, который, если добавить его в трущиеся части, создает вечные, почти неснашиваемые части – подшипники, «червяки», цилиндры. Коробки передач, что могут годами работать без смазки. Одно это позволяет сэкономить сумасшедшие ресурсы на запасных частях, ремонтах и заменах дорогих узлов.

Ужас положения заключается в том, что ни в РФ, ни на Украине или в Белоруссии поиском и раскруткой таких технологий некому заниматься. А Беловежская Расея – почти непроходимая для инноваций страна. И пока в мире идет хотя и своеобразная, но все-таки научно-техническая гонка, край «бело-сине-красных» дураков остается на обочине.

Пока в Москве спят

В 1990-е годы мир был поражен успехами, которые показывали сингапурские школьники в области математики и естественных наук. Это показывали и исследования, и итоги участия юных сингапурцев в международных олимпиадах по математике, физике, химии.

Но мало кто знал, что с 1982 по начало 1990-х годов в городе-государстве Сингапуре, каковым в 1959–1990 годах правил премьер-диктатор Ли Куан Ю, проводился опыт позитивной евгеники. Об этом не любят вспоминать в нынешнем политкорректном мире, но в Сингапуре в те годы людей с врожденными заболеваниями, преступными наклонностями и просто с низкой квалификацией соблазняли: хотите получить от государства жилье и хорошее пособие? Пройдите операцию по стерилизации. В то же время поощрялись браки квалифицированных мужчин с женщинами – дипломированными специалистами. Для них устраивались круизы на «теплоходах любви», мужья получали от государства солидное вознаграждение при рождении детей. В то же время государство штрафовало недипломированных женщин, если они заводили себе второго ребенка.

И вот сингапурские школьники стали показывать чудеса знаний и сообразительности. А Сингапур стал очень богатым городом-государством, по уровню жизни уступающим лишь Японии.

Изменение человека, его совершенствование, еще вчера бывшее чуть ли не запретной темой, сегодня вновь выходит на повестку дня. Об этом говорят на Западе. Понятно, почему. Коренное население Европы и США стареет, рожает мало детей. Над Европой нависла опасность исламизации, над Америкой – «латинизации». Нужно искать выход из положения. Кроме того, крах западной модели либерального развития, наблюдаемый сегодня, требует поиска новых путей развития, повышения конкурентоспособности.

И уже наметились вполне сильные тенденции создания «постчеловека», пока – больше биологические и фармакологические.

Наверное, на первое место можно поставить тенденцию превращения человека в долгожителя с отключенным механизмом старения. Работы в этом направлении ведутся и на Западе, и в РФ, и как можно догадываться – в Китае тоже.

Параллельно идет возрождение евгеники в мягкой форме – на уровне корпораций. Доктор философских наук, профессор Борис Юдин обратил наше внимание на то, что сегодня богатые люди все чаще прибегают к необычному способу произведения на свет потомства. То есть несколько раз одна супружеская пара осуществляет зачатие «в пробирке» – и получаются несколько эмбрионов. Из них для приживления в утробу супруги отбирается тот из зародышей, который считается наиболее удачным по набору врожденных качеств.

Метод баснословно дорог – и потому доступен лишь весьма состоятельным семьям.

Сильно упрощенным вариантом этого метода выступает использование рядовыми семьями методов ранней диагностики беременности с помощью ультразвуковых сканеров. Они же позволяют и рассмотреть не только пол ребенка, но и некоторые его врожденные качества. Поэтому в случае чего беременность прерывается – чтобы предпринять более удачную попытку зачатия. Такой метод широко применяется в Китае, где государство политикой «Одна семья – один ребенок» вынудила горожан рожать исключительно мальчиков (в китайской традиции обязательно нужно произвести на свет сына). В итоге уже сейчас в КНР наблюдается огромный перекос в половой структуре молодежи. В 2010-е годы в Китае будут десятки миллионов молодых парней без невест. И пока непонятно: станут ли эти люди горючим материалом для новой революции – либо китайское государство использует этот человеческий капитал для внешней экспансии и новых завоеваний. Пустеющая-то Сибирь – вот она, под боком...

Естественно, в ход идет и генная инженерия. Все чаще состоятельные родители хотят иметь designer baby – «спроектированное чадо» с заданными свойствами.

Работа идет и по другим направлениям. Например, «постчеловека» пытаются породить, применяя лекарственно-химические способы управления организмом. Классический пример того – применение лекарств прозака и риталина, каковой приводит знаменитый Фрэнсис Фукуяма в книге «Наше постчеловеческое будущее». Итак, прозак потребляется на Западе тоннами – как средство для подавления депрессий, как стимулятор активности и лидерских качеств. Риталин же – как средство подавления чрезмерной активности детей.

Впрочем, еще дальше идут в Пентагоне. Глава с 1974 года Управления общих оценок Эндрю Маршалл, разрабатывавший в свое время стратегию сокрушения СССР без ядерной войны, в 2001 году говорил о необходимости программы создания солдат, которые управляются с помощью препаратов, воздействующих на химию мозга. Новые медикаменты, дескать, позволят создать бойцов с подавленным чувством страха, с обостренным восприятием, ускоренными реакциями и сверхчеловеческой силой. В общем, высказывались идеи, каковые впервые прозвучали еще в гитлеровской Германии.

Наконец, потихоньку развивается тенденция киборгизации: сращивания человеческого организма с компьютерными чипами и «умной» механикой – мехатроникой. Западные аналитики считают, что это станет обыденностью в 2030-х годах.

Дело идет явно к скрещиванию человеческого организма и компьютера. Вообще владыки Запада, строя «империю глобализма», ставят на усовершенствование человеческого организма с помощью всяческих гаджетов, микрочипов и имплантатов.

Причем работа идет и по линии военных, и в рамках частных корпораций, и в сфере общественных движений – трансгуманистов и экстропиан. Неминуемо и применение генной инженерии для направленного изменения человека, появление генетически модифицированных постлюдей.

Ну, и для полноты картины добавим еще один «фронт»: высвобождение огромных возможностей человеческого мозга и тела с помощью психотехник и психотехнологий.

Как бы то ни было, но постчеловеческая эра, судя по всему, грядет. В поисках выхода из нынешнего Суперкризиса финансовый истеблишмент непременно пойдет на такие эксперименты с человеческим капиталом. В поисках и высшей конкурентоспособности, и ответа на вызов со стороны Азии, со стороны Глобального Юга...

Глава 8
ВОЗМОЖНЫЙ ФИНАЛ «ПОСТИНДУСТРИАЛИЗМА» – ФАШИЗМ

Рухнувший миф

По нашему разумению, вся эта муть, что называлась «постиндустриализмом», кончится лишь одним: установлением на планете режимов, в той или иной степени фашистских. Ибо сей «постиндустриализм» породил такие проблемы и загнал миллиарды людей в такую задницу, что выкарабкиваться из кризиса придется, что называется, с кровью и потом.

Финансовый и экономический кризисы, природные катаклизмы, война за углеводороды, техногенные катастрофы и эпидемии – все это может ускорить пришествие нового фашизма. Это – один из возможных сценариев будущего.

Давайте не повторять сказочек о том, что капитализм и частная собственность непременно гарантируют демократию. Эту чушь оставим полоумным интеллигентам восьмидесятых. История капитализма дает целую гамму тоталитарных и откровенно репрессивныхз режимов. И приходят они как раз тогда, когда общество сталкивается с жестокими кризисами. Закон истории гласит: раз что-то уже случалось – это может случиться и потом. Капиталистические отношения знают кровавые южноамериканские диктатуры Чили и Аргентины, которые остервенело проводили в жизнь либерально-монетаристские теории, ради них убивая массу людей. Они знают и гитлеризм, который вернее называть не национал-социализмом, а национал-капитализмом: весьма любопытную модель, действительно много давшую в тридцатые годы немецкому народу. Это, можно сказать, самая удачная и наиболее социалистическая форма тоталитаризма.

А франкизм в Испании не хотите припомнить? А режим Салазара в Португалии? Если брать пример Франко – то он, утопив в крови сопротивления левых и республиканцев, установил своеобразную экономическую модель. Франко позаимствовал многие идеи коммунистов, применяя планирование и контроль за ценами.

Между диктатурой крайнего капитализма и гитлеризмом лежит «мягкая» диктатура Франклина Рузвельта – с повышенной ролью спецслужб, с убийствами неугодных.

Теперь в кризис входит хваленый «постиндустриализм». Вы скажете, что США – не Латинская Америка? И ошибетесь. В погоне за прибылями финансовая элита Штатов сделала экономику своей страны подобием мексиканской экономики...

Мифом о «постиндустриализме» нас кормили давно – тридцать лет. Но на самом деле никакого постиндустриализма нет и быть не может – как не бывает ни постпервобытнообщинного строя, ни пострабовладения, ни постфеодализма. За умирающим индустриальным порядком, каковой может существовать и в западной, и в советской форме, грядет нейросоц. Или нейромир. Или коммунизм, если хотите. А может – и новый фашизм. Он ведь разным бывает, читатель.

Постиндустриализм определяли по-разному, но нам важно то, как западные властители его воплотили. Итак, они просто вынесли большую часть промышленности в Азию, где рабочая сила подешевле, всякие социальные и экологические требования – «ниже плинтуса», а правительства – сговорчивые. Какой-то суперпромышленности, взамен выводимой, они в США и Европе не создали. А еще они отделили деньги от процесса производства и сделали денежный мир огромным «глобальным казино», бесплодным и лишенным всякого смысла. Их «постиндустриализм» стал громадным царством спекуляций, где все развитие свели к бесконечному совершенствованию компьютеров и сотовых телефонов. В конце концов, все это привело к разрушению нормального общества среднего класса на Западе, к опасному имущественному расслоению, к экоциду и межрелигиозно-межцивилизационной войне и, наконец, к новой Великой депрессии на самом Западе.

«Постиндустриализм» с его экономикой бесплодных спекуляций выдвинул новый тип капиталиста и менеджера – рвача, гонящегося за прибылью здесь и сейчас. И какая, к черту, стратегическая перспектива, какие долгосрочные вложения в науку? Сорвать куш побыстрее и с наименьшими усилиями. Стать миллионером уже к 25–30 годам! Кто смог – тот человек, кто не смог – просто серая масса нелюдей, включая и профессоров, и уличных торговцев наркотиками.

«...Люди слишком долго торговали воздухом – производными инструментами второй, третьей, восьмой степени... Торговали и еще получали за это премию. Это же не может вечно продолжаться! Мы живем во времена, когда получение бонуса в конце года – самое важное событие для банкира. И ради этого можно делать все что угодно. Менеджеры так много (и чрезмерно) зарабатывают, что это уже обсуждается в конгрессе США! А долгосрочная стратегия развития бизнеса никого вообще не интересует. Все хотят быстро сорвать банк...»

Так рассуждает о причинах грянувшего на Западе в 2008 году кризиса не какой-нибудь там коммунист или фашист, а бывший и уже покойный ельцинский министр финансов, реформатор-либерал Боря Федоров («Коммерсантъ», 29.09.2008). «Постиндустриальный» капитализм дошел до маразма, ради улучшения финансовых показателей рубились системы подготовки кадров, научно-исследовательские подразделения. Правда, молчит Федоров о том, что то же самое творилось и при «реформаторах» в самой РФ. Верно одно: «постиндустриальный» капитализм финансовых спекуляций не в силах обеспечить эпохальный прорыв в развитии науки, техники и вообще производительных сил. Он лишь до одури использует то, что создано до него.

Чтобы понять происходящее в мире, надо постичь психологию нынешней финансовой «элиты». А она, читатель, остервенела. Она как наркоман делает и делает деньги из воздуха, не желая отвлекаться на что-то иное. Делание денег из денег, из власти, из доступа к бюджету – и больше ничего. Не надо отвлекаться, не надо тратить средства и время на что-то иное, ибо единственная деятельность, достойная людей, – лишь делание денег. Это раньше богачи хоть иногда помогали ученым или великим художникам. Сейчас – нет, не отвлекайте нас! Нынешние богачи не желают финансировать даже биологов, способных продлить их же, богачей, жизнь. Спекуляции и денежные операции превратились в сильнейший наркотик для «элиты».

Им мало зарабатывать несметные деньги – им надо выделяться из всего общества. Не просто быть богатыми – но быть богаче рядовых граждан в сотни тысяч, миллионы раз. Так, чтобы превратиться в подобие небожителей. Значит, нужно делать деньги и только деньги, плюя на какие-то там науку и культуру, на космос и глубины океанов. Делать деньги, деньги и только деньги! Ибо тот, кто их не делает, – пария, лузер, недочеловек.

Вот почему нынешний элитаро-капитализм бесплоден и бесполезен. Вот почему его адепты продолжают обогащаться любой ценой, даже когда этот процесс угрожает взрывом собственной страны, ядра капсистемы – США. Да, иной раз осатананевшие от обогащения дельцы жертвуют что-то там на гранты для университетов. Но с одной целью – найти молодых и голодных. Готовых не науку двигать, а вот так же, до осатанения, «рубить бабки». Они готовят себе смену. Бесплодная отныне система просто самовоспроизводится. И эта система бесплодна – как экономически, так и инновационно. Это – некое подобие педерастии. Так же, как у пар гомосексуалистов не может родиться ребенок, так же ульракапитализм не в силах создать что-то здоровое, полезное.

Поймите это – и вы поймете, что капитализм пришел к своему концу. Ибо такая система обречена на обрушение. Вы поймете заодно и многие причины творящихся в мире событий. Говновоз тоже может объявить себя гением, но от этого его качество не изменится. Суть истории бело-сине-красной Рассеи – это куча пигмеев, объявивших себя великанами.

Если бы развитие шло нормально, то в развитых странах возник бы действительно новый технологический, а затем бы и общественный уклад. Должен был народиться новый мир, столь же отличный от 1980-х, как сами восьмидесятые отличались от начала ХХ века. Должны были возникнуть заводы-автоматы, полностью роботизированные производства, принципиально новые (комбинированные) виды транспорта. И здесь же – совершенно новые типы городских поселений и жилищ. Должен был произойти кардинальный прорыв в образовании и медицине – с ростом качества и глубины первого и с появлением революционно новых лекарств и способов лечения. Новая эра – это замена нефти в энергетическом балансе на новые источники энергии. Наконец, мир будущего порождает метаиндустрию: производство на новых принципах и закрывающих технологиях, каковые позволяют резко снизить энерго– и ресурсозатраты. Словом, это – материальная база коммунизма, если говорить просто.

Такие технологии враждебны капитализму по природе своей – а потому и породят более высокий по степени развития общественный строй. В этом строе главную роль будет играть не насилие, не деньги (богатство), а знания.

Очертания такого мира забрезжили в сорок с лишним лет назад. В 1966–1967 годах американская компания «Дженерал Электрик» тратила по 7 миллионов долларов ежегодно, чтобы с помощью команды ученых, инженеров, социологов и экономистов создать картину 2000 года. Параллельно нечто подобное делали в Университете штата Иллинойс. Совершенно точно указав на удвоение населения планеты (с 3 до 6 миллиардов), они довольно близко к реальности изобразили компютерно-информационную революцию. То есть легкие и мощные ЭВМ (персоналки), которые будут повсюду, причем люди будут работать на них и дома. Футурологи-1966 правильно предсказали и появление поисковых систем наподобие «Гугл», или «Яндекса». Они точно предвидели расцвет спутниковой телефонии (связи) и передачу документов по «факсимильной радиосвязи». Они не ошиблись, когда заявили о том, что в 2000-е годы документы будут рассылаться в электронной форме. Правы американские провидцы оказались, говоря о расцвете крупных механизированных аграрных хозяйств (вытесняющих малые фермы), об автоматизации производств, о появлении более безопасных и экономичных автомобилей, ведомых к месту назначения электроникой. Они попали «в яблочко», когда предсказали успехи трансплантологии, применение генной инженерии в сельском хозяйстве, появление антидепрессантов-стимуляторов и виагры.

Но вот дальше начинается расхождение с «реальностью».

В 60-е американские технократы-умники считали, что возникнет нечто вроде социализма. Автоматизация и компьютеризация производств освободит массу людей от труда в промышленности и даст им массу свободного времени. А это значит, что люди смогут творить и развиваться. Они считали, что бедность к 2000 года будет побеждена, что каждый в отдельности станет богатым, что классовые различия резко уменьшатся и возникнет ровное «общество среднего класса». Что богачи не станут сопротивляться высокому подоходному налогу. Увеличивающаяся сложность общества и растущая потребность в перспективном планировании приведут к возрастанию роли государства. Словом, здесь американские интеллектуалы нарисовали будущее, сильно смахивающее на то, что содержалось в программах компартии СССР 1961 и 1986 годов. Футурологи сулили расцвет роботов. Они должны были прийти и в домашнее хозяйство. Председатель Комиссии по ядерной энергии США даже нарисовал облик робота-слуги: коробка с электронным «глазом» наверху, с несколькими «руками» и длинными узкими лапами.

Господи, умники 1960-х и представить себе не могли того, что вместо роботизации производства промышленность будет просто выводиться из США в азиатские страны, что роботов заменят китайские полурабы – и прогресс остановится! Что это будет делаться ради сохранения высоких прибылей капиталистических воротил – а само западное общество примется стремительно расслаиваться, нищать. Что начнет разлагаться и размываться средний класс. Что богатые доведут Запад до новой Великой депрессии, ввергнут США в тяжелые государственные долги – но для себя, любимых, снизят налоговое бремя. И что неограниченный капитализм свернет важнейшие проекты, способные обеспечить будущее. Например, работы по овладению термоядерной энергией. Они не смогли вообразить, что капиталистическая, финансово-спекулятивная «элита» похоронит важнейшие инфраструктурные проекты. Что будут развиваться компьютеры – а все остальное как бы застынет или поползет черепашьими темпами.

В 1966 году ждали, что к 2000 году понесутся подземные поезда со скоростью 1000 км/ч, межконтинентальные ракеты (гиперзвуковые самолеты) будут переносить людей в любое место на Земле за считанные десятки минут. Что дюжина атомных электростанций-гигантов сможет обеспечивать потребности всех США (прогноз Технического управления организации и планирования GE). РЭНД-корпорация предсказывала появление подводных ферм. Считалось, что люди смогут управлять погодой. Гигантская АЭС на горе Вильсон в Лос-Анджелесе будет выбрасывать тепло в атмосферу. Возникнет инверсионный слой над мегаполисом, который унесет смог на высоту в 6,5 километров. Морские ветры устремятся в пространство под слоем, неся дожди калифорнийским пустыням. Метатехнология породит Эдем – Калифорнийский райский сад. (Дэфид Уилсон. История будущего – М.: АСТ-»Хранитель», 2007, с. 257–264)

Было создано все это в пресловутом ультралиберально-монетаристской «постиндизьме»? Нет, конечно. Наоборот, пошел застой, начался откровенный регресс. Неужели футурологи 60-х так ошиблись? Нет, они не учли одного: что капитализм войдет в стадию упадка и регресса, превратившись в тормоз на пути развития производительных сил. Что гонка за чистоганом уничтожит науку. Они не знали, что погибнет СССР – мощный стимул развития Запада, что махровым цветом расцветут антитехнократические и антиинтеллектуальные течения: феминизм, политкорректность, религиозный и рыночный фундаментализмы, примитивный национализм и откровенная дохристианская мистика. Что пойдет процесс отката, деградации. Например, в образовании. А ведь это – ключевой момент. Деградирует образование – придет конец и технологическому развитию, и наука зачахнет.

А уж как разрушается школа в США – и говорить не приходится. Потребительское общество глобализованного капитализма плодит некомпетентных и необразованных придурков, каковые скоро не смогут справиться с техникой даже ХХ века.

Все ничтожество современного «постиндустриализма» обрисовывает история с проектом ИТЭР – международного термоядерного реактора. Положа руку на сердце, термояд в техническом плане вполне возможен. Просто построить первую ТЯ-электростанцию – чертовски дорого. Хотя она потом и даст океаны энергии. Отбросим в сторону то, что есть и более дешевые, но прорывные пути к энергетике без нефти и газа. Об одном из таких путей мы еще расскажем в этой книге. Сосредоточимся на том, что ТЯ-реактор можно построить уже сегодня. Причем если такой реактор получит Запад, он обрушит цены на «черное золото», спасая свою экономику.

Итак, как пишет А. Никонов в книге «Верхом на бомбе», в 1985 году академик Евгений Велихов убедил Горбачева выступить иницатором проекта ИТЭР – строительства советско-американо-японо-европейского термоядерного реактора. Горбачеву удалось заинтересовать этой идеей Франсуа Миттерана (глава Франции) и президента США Рейгана (1986 год). Словом, международный проект родился. К 1988 году удалось сломить даже сопротивление «ястребов» в США, желавших вкладывать деньги не в реактор, а в новые вооружения. К сожалению, работа над проектом длилась до 1998 года Координирующий центр проекта был в Сан-Диего (США), внутренней частью реактора-«бублика» занимались в Германии, внешними устройствами – в Японии, а главный конструкторский центр работал в Ленинграде-Петербурге. Управляющий совет ИТЭР заседал в Москве.

К тому времени могучий СССР, увы, погиб, а слабосильная Расея осталась без денег. А тут еще и финансовый крах грянул.

Но проект все равно доделали. Многие узлы и в металле воплотили. Японцы успели создать даже систему роботов, что будут ползать внутри огромного «бублика» (высотой в 14 метров) и менять элементы обшивки. На все это ушло каких-то 2 миллиарда долларов. Уже продумали то, как с Луны будет доставляться гелий-3 – отличное топливо для ИТЭРа. Впрочем, и без нее бы обошлись: на Земле достаточно дейтерия и трития. Хотя гелий-3 лучше: в отличие от дейтерия и трития, которые при реакции дают нейтроны, гелий-3 в ТЯ-реакторе дает протоны. Электрически заряженные частицы. И если в первом случае все равно придется пристраивать к ТЯ-реактору паровую турбину, то во втором случае электричество получается напрямую.

И что же? В 1998 году США заявили, что не намерены финансировать проект, ибо термояд им не нужен, а нужны, понимаешь, информационные технологии. Вышли они из ИТЭР, наплевав на 15 миллиардов вложенных долларов, а председатель комиссии по науке конгресса США заявил, что деньги американские пойдут лишь в те проекты, где обеспечивается полное доминирование американской науки. ИТЭР же, понимаешь, был совершенно равноправным. Добавим еще одну причину: информационные технологии помогали финансовой «элите» строить спекулятивную экономику, а ИТЭР – нет.

В итоге Америка допустила стратегический просчет. Потратив от силы 200 миллиардов, страна могла несколькими станциями покрыть большинство своего объема энергопотребления, исполнив мечты 1960-х. Получался бы грандиозный проект-локомотив развития, каковой заодно сбивал мировые цены на углеводороды (что в интересах Запада). Кто-то возразит: такая уйма денег! А что, выкинуть на бесполезные войны в Ираке и Афганистане почти полтора триллиона долларов – это лучше? А 700 миллиардов единым махом на спасение спекулятивного финансового сектора (осень 2008 г.) – мудрее? Война в Ираке не окупится никогда: даже если его нефтяные промыслы заработают на всю мощь, он не даст более 50 миллиардов долларов в год дохода. Это значит, что нужно тридцать лет качать из Ирака энергоносители, чтобы окупить военно-»восстановительные» затраты 2001–2008 годов. При том, что все эти тридцать лет будут набегать новые затраты. Ведь придется держать Ирак в покорности, охранять промыслы, тратиться на содержание марионеточного правительства. А это значит, Ирак с Афганистаном не окупятся никогда. Как и то, что потратить гораздо меньшие деньги на новую энергетику было стократ разумнее. И то, что такой шанс в Вашингтоне упустили, говорит о глубоком нездоровье самих Соединенных Штатов. Мне как-то сказали, что термоядом в США заниматься не будут только из-за того, что правящий в 2000–2008 годах. клан связан с нефтебизнесом. Ну, коль политику сверхдержавы начинают определять шкурно-эгоистические интересы одной отрасли, если действия американского истеблишмента начинают напоминать устремления мерзкой «российской элиты» – это начало конца Америки. Если «постиндустриализм» с его ультралиберальным монетаризмом и глобализацией довели янки до такого состояния – все, туши свет!

Ведь есть и еще одно последствие либерального «постиндустриализма» – криминализация общества.