Текст книги "Крутая фишка"

Автор книги: Максим Шахов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 31

Первым убили Клоуна. Уже на следующий день.

Я как раз ремонтировал со скуки Лелькин диван, когда из ванной вылез собровец – тоже в маске, но уже другой.

– Закругляйся.

– Чего? – оглянулся я.

– Сейчас поднимутся опера. Поедешь с ними.

– Куда?.. – удивленно спросил я.

– А я откуда знаю? Нас тоже вроде снимают.

– Как снимают?

– Молча. Короче, заткнись и быстро одевайся, а то я тебя мигом запеленаю!

– Только без рук! – сказал я, бросая молоток. – Ты моего смокинга не видел?

– Еще одно слово, и тебе будут нужны только белые тапочки…

Веселые были ребята эти собровцы, с чувством юмора и вообще. Только все на одно лицо – как китайцы.

За мной уже через минуту поднялись два опера, посадили меня внизу в машину и куда-то повезли. Настроение у них было подозрительно приподнятое, и я понял, что случилось что-то замечательное. И предчувствия меня не обманули.

Машина промчалась по Пушкинской, свернула на Воропаевскую, потом немного покружила переулками и заехала в обычный двор. Что в этом дворе было необычно – так это куча машин у третьего подъезда кирпичной девятиэтажки. Стояли там два или три рубоповских джипа, две «Волги», милицейский «уазик», «Скорая помощь» и что-то еще. Я особо не присматривался, но, по-моему, не хватало там только «пожарки».

Мы зашли в подъезд и пешком поднялись на третий этаж. Дверь одной из квартир была открыта настежь, народу в ней было как на свадьбе, и настроение у всех было соответствующее. Кто-то травил анекдоты, кто-то доказывал, что отдыхать на нашем водохранилище ничуть не хуже, чем на море, кто-то развивал футбольную тему.

Я невольно оглянулся в поисках жениха с невестой, и тут из самой большой комнаты выглянул Гаврилов:

– Наконец-то! Иванов, давай сюда!

Я кивнул и направился к нему в конец коридора. Дальняя комната оказалась спальней. Не очень большой, но довольно неплохо обставленной. Народа в ней, в отличие от других комнат, было немного. Гаврилов, Динозаврович, тетка в халате с бигудями на голове и какой-то хмурый тип, ползавший по паркету на коленях.

– Прямо напасть какая-то, – говорила тетка Динозавровичу, испуганно оглядываясь. – Третьего дня мальчонка их под машину влетел на роликах, в семашковской больнице лежит теперь. А тут – это… Что ж это такое, товарищ прокурор?

– Да-да, – поспешно проговорил Динозаврович, оглядываясь на меня. – Спасибо вам большое, следователь запишет ваши показания, может, еще что вспомните… Полковник, проводите, пожалуйста, гражданку. Здравствуйте, Евгений Иванович!

– Здравствуйте! – пожал я руку Динозавровичу, оглядываясь по сторонам.

На большой двухспальной кровати лежала довольно молодая женщина. Если бы не маленькая аккуратная дырочка в ее левой груди, можно было бы подумать, что она просто спит.

– Очень хорошо, что вы приехали! – потер руки Динозаврович и оглянулся на типа, склонившегося в углу над большим кейсом. – Товарищу пройти можно?

– Да, – кивнул тип. – Под стенкой.

– Осторожно, Евгений Иванович. Эксперт еще не закончил работу. Вон туда, пожалуйста.

– Ага, – непонимающе кивнул я, осторожно прошел под стенкой и наконец увидел то, что скрывала кровать.

На полу лежал довольно молодой мужчина. Дырка у него была во лбу, но, в отличие от женщины, перед смертью над ним кто-то здорово потрудился. Следов пыток было немного, но они впечатляли. Чувствовалась рука профессионала, не привыкшего терять время зря. Рот мужчины был залеплен скотчем, черты лица были искажены нечеловеческой болью, но узнать его не составило большого труда.

– Ну что? – с придыханием спросил у меня за спиной Динозаврович.

– Это он, – кивнул я.

– Вы уверены?

– Да. Это Клоун.

– Вот видите, Евгений Иванович! Ваш фоторобот оказался не таким уж и бесполезным!

– Ага, хоть сгодился на то, чтобы понять, что Клоуна грохнули, – пробурчал Гаврилов.

– Ну что ж, поздравляю, полковник!

– Поздравляю, Дементий Назарович! – услышал я и оглянулся.

Динозаврович с Гавриловым обнимались. В общем-то их можно было понять, но выглядело это как-то… Ну, вы понимаете – все-таки в комнате было два трупа. Клоун – еще хрен с ним, но эта женщина… А они радовались как дети. До слез.

Через пару минут подъехал областной прокурор, и торжества продолжились. Все друг друга поздравляли. Динозавровича – с новым классным чином, Гаврилова – с большой победой, а областного прокурора с тем, что атмосфера в губернии под его руководством стала чище.

Обо мне, естественно, все забыли, но я очень быстро нашел себе занятие. Накануне Динозаврович очень сильно поразил меня своими логическими штучками, и я вдруг решил прикинуть, как все произошло.

Сработал тут явно профессионал. Получалось, что Киргиз, обжегшись на липковских олухах и не на шутку испугавшись, решил раскошелиться на классного специалиста. Я начал раскручивать все в обратном порядке и вдруг уткнулся в глухой угол. Сперва я решил, что я просто чего-то не понимаю, но чем больше я обо всем этом думал, тем сильнее убеждался, что что-то тут не так. В цепи событий отсутствовало одно звено. Самое первое.

В общем, я еще немного поломал себе голову, а потом улучил момент и бочком протиснулся к Динозавровичу. Областной прокурор как раз рассказывал ему какой-то анекдот.

– Кхм-м… Извиняюсь, конечно, – совсем тихо проговорил я на ухо Динозавровичу. – Но как люди Киргиза вышли на Клоуна? Они-то искали меня…

Динозаврович по инерции хихикнул еще пару раз и вдруг перестал смеяться. Областной прокурор удивленно посмотрел на него и тоже стер улыбку с лица.

– Кто это? – тихо спросил он.

– Евгений Иванович… – задумчиво произнес Динозаврович. – Познакомься…

– Очень приятно! – протянул мне руку областной прокурор.

– Мне тоже! – криво улыбнулся я.

– Черт! – вдруг сказал Динозаврович. – Об этом я не подумал…

– А в чем дело? – растерянно спросил областной прокурор.

– Пока не знаю. Извини, Коля. Мне нужно срочно отъехать.

– Куда?

– Тут недалеко. И вот еще что. Если позвонят из Москвы, докладывать о Клоуне пока не надо. Понял?

– Нет… То есть да.

– Я с тобой позже свяжусь. Заканчивайте тут пока. Полковник!

– Я! – оглянулся Гаврилов.

– По коням!

Глава 32

Впереди с воем несся рубоповский джип, сзади – второй. Между ними протестующе повизгивала на поворотах шинами прикрепленная к Динозавровичу прокурорская «Волга».

– Из Евгения Ивановича мог бы получиться неплохой следователь, – повернувшись на переднем сиденье, сказал Динозаврович. – Единственное, чего ему не хватает, это системности. Именно поэтому он упустил из вида продавщицу!

– А в чем дело-то? – удивленно спросил Панкратьев.

– Дело в том, – прошипел Гаврилов, – что тебе мало голову оторвать… Продавщица книжного лотка, которую ты опрашивал, видела в тот день Клоуна, понял? Наверняка именно по ее описанию люди Киргиза на него и вышли!

– Е-мое! – растерянно проговорил Панкратьев. – Выходит, она потому и нервничала…

– Я тебе еще покажу, что из этого выходит! – пообещал Гаврилов.

– Ну-ну, товарищи, – вступился за Панкратьева Динозаврович. – Не будем опускаться до поисков стрелочника. Главная цель достигнута, а накладки – они в любом деле бывают. Правильно, полковник?

– Так точно…

– Клоуна мы достали. Это главное. Теперь осталось только расставить все точки над «i». Это простая формальность, но мы обязаны убедиться, что все сходится. Как в школе учили, да, Евгений Иванович?

– Ага, – кивнул я.

Кортеж вылетел с Воропаевской на Пушкинскую и тут же затормозил. Книжного лотка на обычном месте – в десяти метрах от угла – не было и в помине.

– Так… – хрипло произнес Гаврилов, покосившись на Панкратьева.

– Пойду узнаю, где она может быть, – быстро проговорил тот, выскакивая из машины.

Вернулся Панкратьев через пару минут. Он вышел из того самого подъезда и побрел к «Волге» с опущенной головой. Я все понял сразу – по одному его виду.

– Что?.. – спросил Гаврилов.

– Убили ее. Утром. Прямо здесь, в подъезде. Уже увезли.

– Твою мать, Панкратьев! Я же…

– Тихо-тихо, товарищи, – быстро поднял руку Динозаврович. Прошу держать себя в руках. Того, что было, не вернешь… Вы курите, товарищ водитель?

– Нет.

– Все равно. Выйдите. Прогуляйтесь. Это полезно для здоровья.

– Понял, Дементий Назарович! – почти мгновенно испарился водитель.

– Давайте, товарищи, снова попробуем порассуждать логически. Очевидно, что Киргиз разуверился в способностях своих подчиненных и, чтобы спасти свою жизнь, нанял высококлассного исполнителя. Под стать Клоуну. Этот профессионал выполнил заказ, а заодно и обрубил все концы. Мы, конечно, уступили ему в темпе, но выиграли в главном. Клоуна больше не существует. По-моему, картина ясна. Как вы считаете?

Я все это время помалкивал, хотя и понимал, что Динозаврович со всеми своими логическими построениями заехал куда-то не туда. В отличие от него, я просто знал, что ни о каком Клоуне продавщица людям Киргиза не рассказывала. О нем ее никто даже не спрашивал.

Естественно, сказать об этом напрямую я не мог и ограничился тем, что тихо проговорил:

– Она его не видела…

– Кого – его? Убийцу?

– Нет. Клоуна.

– Почему вы так считаете?

– Ну… она же читала книгу.

– Она могла оторваться, перелистывая страницу.

– Нет, – упрямо проговорил я, оглядываясь, и тут меня вдруг осенило. – Он ведь шел вон оттуда, так?

– Ну да.

– А она сидела вон там.

– Ну и что?

– Рекламный щит! Она его не могла видеть из-за щита!

Тут уж оглянулись все.

– Но когда он прошел щит и стал заворачивать, она-то могла его видеть! – зло посмотрел на меня Гаврилов.

– Подождите, товарищи, – поправил очки Динозаврович. – Как и любая другая версия, эта тоже имеет право на жизнь. По-моему, в этом что-то есть. Не будем ссориться. Это легко проверить.

– Как? – тихо спросил Панкратьев.

– Экспериментальным путем. Полковник!

– Я!

– Пусть кто-нибудь из ваших людей перейдет на ту сторону и вернется по маршруту Клоуна. А мы все вместе, так сказать, комиссионно выступим в роли продавщицы. Ясно?

– Так точно, – кивнул Гаврилов.

Картина была еще та. Мы дружной толпой вывалили из «Волги» и аккуратным рядком уселись на корточках в том месте, где обычно стоял лоток. На корточках – потому что Динозаврович сказал, что нужно максимально соблюсти чистоту эксперимента и вести наблюдение по возможности в том же ракурсе, что и сидящая на низком стульчике продавщица. В общем, прохожие смотрели на нас как на придурков и едва ли не бросали на асфальт милостыню.

Но это было еще полбеды. Экспериментов, как нетрудно догадаться, было проведено три. И чем ближе к концу, тем больше я нервничал, потому что все было за то, что, в принципе, продавщица могла рассмотреть Клоуна, пока он шел от рекламного щита к углу. В общем, моя уловка с этим щитом не сработала.

– Ну что?.. – покосился на меня Гаврилов, когда опер исчез за углом в третий раз.

– Ну, не знаю… – пожал я плечами.

– Не знает он! – зло сплюнул Гаврилов, но тут же спохватился и вопросительно посмотрел на Динозавровича.

Главным экспериментатором тут был он. И выводы оставались за ним. Это понимали все и помалкивали. А Динозаврович о чем-то думал.

– Так-так, товарищи, – наконец произнес он. – А компаса ни у кого случайно нет?

Глава 33

– Есть, – совсем тихо проговорил Гаврилов после паузы. – У меня в джипе.

– Вас не затруднит принести его, полковник? – рассеянно сказал Динозаврович, глядя куда-то через наши головы.

– Гм-м… В общем-то нет, но потребуется время. Минуты три, я думаю.

– Что-что? – посмотрел на него Динозаврович.

– Я говорю, минуты три понадобится, чтобы открутить его. Он в джипе, встроенный. Или сказать, пусть лучше подъедут сюда?..

– Ну что вы, полковник! Это лишнее. Мне просто нужно точно знать направление на север. Всего-навсего.

– Понял, – заметно обрадовался Гаврилов. – Это мы мигом!

Вернулся полковник секунд через тридцать.

– Вон там север!

– Так-так, спасибо, – проговорил Динозаврович, поворачиваясь в ту сторону и поднимая правую руку.

Кроме того, что север у нас где-то за сквером чуть наискосок через Пушкинскую, я больше ничего в тот момент не понял. Гаврилов вообще наблюдал за странными манипуляциями Динозавровича с молчаливым ужасом. Выглядело это и вправду потрясно. Мы с Панкратьевым переглянулись и синхронно почесали затылки.

– Замечательно, – проговорил тем временем Динозаврович. – Я так и думал. Полковник! А что у нас по… – оглянулся Динозаврович и вдруг спросил:– А где капитан Арефьев?

– Так он же это… – растерянно заморгал Гаврилов. – Бомжем занимается. Вы же сказали не упускать этот вопрос из виду, я его и… А что, не надо было?

– Нет-нет, полковник, наоборот. Я как раз хотел спросить – не нашли еще?

– Нет. А что случилось-то? – осторожно спросил Гаврилов.

– Евгений Иванович, товарищи, оказался прав. Продавщица действительно не могла видеть Клоуна. Только рекламный щит тут ни при чем.

– А что… при чем? – оглянулся Гаврилов.

– География. Там у нас север?

– Ну да.

– Значит, восток там, правильно?

– Ну да, вообще-то…

– А если там, товарищи, восток, то в 10.19 солнце светило прямо в глаза продавщице. То есть рассмотреть она Клоуна никак не могла.

– И что… ну… из этого следует?

– Из этого, товарищи, следует, что нам нужно активизировать поиски бомжа. Очевидно, что на Клоуна вышли не через продавщицу, а через него. Но мы, естественно, должны в этом убедиться. Понятно?

– Понятно, – проговорил Панкратьев. – А зачем тогда убили продавщицу?

– Вопрос правильный, – кивнул Динозаврович. – Но, боюсь, ответить на него мы сможем, только допросив бомжа. Поэтому, полковник, за работу! Нам нужен результат, чтобы наконец расставить точки над «i» и доложить обо всем в Москву.

– А его куда? – кивнул в мою сторону Гаврилов.

– Евгений Иванович, я думаю, может пока отдохнуть. Жизнь его скорее всего вне опасности, но на всякий случай пусть ваши люди еще побудут при нем. Мало ли что?

Глава 34

Когда меня привезли к Лельке домой, я первым делом поел, а потом немного подумал, лежа на диване. По всему выходило, что напрягал я всех зря. Продавщица не видела Клоуна, зато его видел бомж. При помощи какого-то дурацкого компаса и географии для третьего класса Динозаврович за пару минут все расставил по своим местам. Правда, было непонятно, кто тогда убил продавщицу, но Динозаврович считал, что это выясниться в ходе допроса бомжа.

Главное, что Клоун наконец-то был мертв и бояться мне больше было нечего. Я взял молоток и снова принялся за ремонт дивана. Только преподнести Лельке сюрприз у меня не получилось и на этот раз.

Почти сразу же в ванной захрипела рация, собровец крикнул, чтобы я по-быстрому собирался. За мной снова поднялись, посадили внизу в машину и куда-то повезли. По дороге я терялся в догадках, кого еще могли убить. Выходило, что только бомжа, потому что всех, кого было можно, уже убили.

На этот раз я ошибся. Привезли меня на Кропоткинскую, в областную прокуратуру. В кабинете Динозавровича все были живы и здоровы, включая примкнувшего к остальным капитана Арефьева. Правда, выглядел он уставшим и злым, но Динозаврович все тут же популярно мне разъяснил:

– Присаживайтесь, Евгений Иванович! Извините, что снова побеспокоили, но мы без вас никуда. Капитан доложил, как продвигаются поиски бомжа, и мы пришли к выводу, что только вы можете их, так сказать, динамизировать.

– Я?

– Вы, Евгений Иванович, больше некому, – развел руками Динозаврович. – Дело в том, что поиски натолкнулись на непредвиденные трудности. Эти лица с неопределенным местом жительства – весьма специфический контингент. Подразделяются они на мигрирующих и оседлых, но и те, и другие одинаково неохотно идут на контакт. Как ни странно, у этих несчастных существует своеобразный кодекс чести, и по их понятиям сотрудничать с представителями правоохранительных органов – западло.

– А я при чем?

– Мы к этому как раз и подходим. Это весьма своеобразная среда, которая вообще с большим подозрением относится к чужакам – будь он в форме или без. Как вы сами понимаете, это очень затрудняет поиски вашего, так сказать, протеже.

– Ну, а я-то тут при чем?..

– Гм-м… Дело в том, что мы тут посоветовались с товарищами и нашли очень оригинальный выход.

– Какой?

– Вы сыграете роль бомжа-мигранта и под этой личиной…

– Кто – я?..

– Вы, Евгений Иванович. Вы. Больше некому.

– Я что – крайний? – вздохнул я.

– Да нет. Наоборот – мы вас очень уважаем, сильно вам признательны и все такое. И если бы у нас была другая возможность, мы бы ею с радостью воспользовались. Даже полковник… да что полковник, я сам бы переоделся бомжем!

– Вы?..

– Да, я. Но дело в том, голубчик, что этого бомжа в сквере видел не полковник и не я, а вы! Понимаете?

– Понимаю, – обреченно вздохнул я.

– Вот видите, товарищи, я же говорил, что Евгений Иванович с удовольствием согласиться нам помочь, – потер руки Динозаврович.

– Попробовал бы он не согласиться… – покосился на меня Гаврилов.

Глава 35

– Просю минуту внимания, дорогие граждане и товарищи! Как есть я сам из Пензы, где и проживал всю свою сознательную жизнь с братьями и сестрами в большом доме. Но месяц назад, товарищи, постигло нашу семью большое несчастье. От короткого замыкания случился пожар, и дом наш сгорел. Чудом спаслись только я и сестренка трех с половиной лет от роду. Она теперь в ожоговом центре областной больницы, а меня по дороге ограбили. Сжальтесь, дорогие товарищи, помогите кто чем может! Не для себя просю, а сестренке на бинты и облепиху! Себе-то мне ничего не надо… Спасибо! Спасибо! Храни вас господь! Спасибо!.. Сам такой… Спасибо! Спасибо, дорогие товарищи! Соблюдайте правила противопожарной безопасности и остерегайтесь грабителей! Счастливого пути!

Неся эту белиберду, я собрал дань с очередного автобуса, отвесил на прощание глубокий поклон и спрыгнул с подножки. Автором моих текстов был Арефьев, костюмером – Гаврилов, а Динозаврович осуществлял общее руководство. «Секьюрити» Панкратьев торчал в неприметной «копейке» на служебной стоянке автовокзала и откровенно позевывал.

Я вздохнул, оглянулся по сторонам и побрел к ларьку купить себе пирожок с ливером. Панкратьев почесал затылок, достал из-за уха сигарету и щелкнул зажигалкой. День клонился к вечеру, а толку из всей этой остроумной затеи пока не было никакого. Разве что в финансовом плане. Как ни странно, но эта басня про братишек-сестренок приносила неплохой доход, и, кроме пирожков, я уже смог купить себе бутылку водки.

Пожевав «тошнотик», я от тоски облапошил еще один автобус и решил сходить по нужде в разгромленный бесплатный туалет. Там они меня и прихватили прямо на выходе из кабинки.

Застегивая ширинку, я подался назад, и тут же на моей шее захлестнулась петля. Я так и не понял, откуда они взялись, да мне в тот момент, честно говоря, было и не до этого.

– Попался, с-сука! – взвизгнул кто-то странным писклявым голосом. – Дай его мне, Заяц! Дай я ему врежу!

Забыв о ширинке, я попытался просунуть пальцы под удавку, но это оказалось не так просто. Заяц рванул меня из кабинки, и тут же чей-то кулак врезался в мое ухо. У меня и так все кружилось перед глазами, а тут помутилось окончательно.

Но это было еще полбеды. Писклявый придурок, которого я почему-то никак не мог увидеть, дважды ударил меня по ноге, и до меня вдруг дошло, что орудует он молотком. Следом на мою голову снова опустился кулак.

– Получи, падла! Чтоб знал, как в чужом огороде пастись!

Тут я окончательно понял, что так дело не пойдет. Вступить в переговоры я не мог из-за удавки на шее, а настроение у этой публики было серьезное. То есть я понял, что меня просто убивают. На третью фазу операции мне в тот момент было наплевать, но жить хотелось. Это было бы просто смешно – ускользнуть от самого Клоуна только затем, чтобы потом погибнуть в вонючем туалете автовокзала от молотка какого-то шизанутого бомжа.

Для начала я по возможности ослабил немеющими пальцами удавку и вдохнул побольше воздуха. А потом резко боднулся головой назад. Попал я Зайцу не в нос, а в подбородок, но все равно получилось удачно. Он заметно качнулся, и кулак второго бомжа просвистел перед моим лицом. Не теряя времени, я отклонил корпус в сторону и по дуге нанес левой рукой удар в пах Зайцу. Он взвыл, и удавка вдруг ослабла.

Не успел я толком отдышаться, как на меня сбоку налетел второй. Он буквально впечатал меня в дверь соседней кабинки. На счастье, я успел выставить руку, и удары получились скользящими. Изловчившись, я лягнул его пяткой и попал в колено. Он зашипел от боли, но я сразу же получил молотком по ребрам и зашипел следом.

Тут мне в полумраке туалета наконец удалось рассмотреть третьего, все время вопившего писклявым голосом. Он оказался самым настоящим карликом. Заяц стонал на коленях у соседней кабинки, второй, которого я так удачно лягнул, лупил меня кулаками по вытянутой левой руке и матерился. Их я более-менее выключил из игры. Зато этот проклятый карлик стучал по моим ребрам молотком, как по барабану.

Все шло к тому, что двое других – Заяц и этот хромой мазила – вот-вот очухаются и они всем колхозом разорвут меня на куски и спустят в унитаз. Тут я вдруг вспомнил о водке и с трудом нашарил в кармане горлышко. Карлик тюкнул меня молотком в очередной раз, я по возможности увернулся и с огромным удовольствием опустил бутылку на его голову.

Он пискнул как комар, выронил молоток и, обхватив огромную башку игрушечными руками, рухнул на колени. Я мазнул «розочкой» по руке хромого и заорал:

– Назад, падла! Попишу!

Хромой взвыл от боли и отскочил, налетев боком на Зайца. Пока они там кувыркались, я наклонился за молотком и уже во всеоружии с воинственным видом бросился к выходу.

– В сторону, суки! Убью! Зарежу! Ну!