Текст книги "Ангел-хранитель для Темного Лорда (СИ)"

Автор книги: Любовь Белкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Ничего себе, рюкзак на все случаи жизни! А что там есть?

Инструкция оказалась неожиданно толстой, особенно когда оказалось, что длинные строчки наименований, при нажатии пальцем просто расползаются дополнительным списком, с как минимум десятком или двумя пунктов!

К примеру, "предметы для обустройства лагеря", вышли списком в три десятка строчек!

Котлы для еды, котелки для воды, чайники, чашки, тарелки, сковородки – три штуки, даже что-то вроде треног, только шире и больше для котелков. Решетки для барбекю, палатка, два стула, три скамейки, три спальника, – и зачем мне три, – целых четыре пледа разной степени плотности и многое другое. И это не считая кучи артефактов, вроде того же водозаборного, типа тренога, или водозаборного типа термос. Продуктов всяких до кучи и все с указанием веса и времени хранения! Гарри не просто собирался! Он собирался едва ли не на войну. И я его если честно немного, но понимала.

На поляну выскочил Г... отец, потрепанный, но страшно довольный и скомандовал:

–Миона! Я нашел подходящее место. Собирайся.

Конец POV Гермионы.

Они собрались, проверив наличие всех вещей, а потом Певерелл с легкостью закинул немаленький между прочим рюкзак, себе на спину и пошагал куда-то. Гермиона бросилась за ним, зашипев, когда первая же ветка хлестанула по лицу. Но бросив взгляд в спину теперь уже отца, прикусила губу и пригнувшись, бросилась за ним. Правда через несколько шагов споткнулась, на что Певерелл оглянулся и притормозил, дождавшись пока она поравняется с ним.

–Смотри под ноги и опускай голову, но не забывай смотреть вперед. А еще лучше, иди за мной практически в след. Так не будешь отвлекаться и не устанешь. Хорошо?

Гермиона согласно угукнула и пристроившись за спину отца, стала быстро перебирать ногами стараясь не отстать, и вскоре подстроилась под его шаги. Устать она не успела – минут через пятнадцать под ногами стали появляться лужицы и крупные камни, а потом послышался шум воды. Но споткнувшись, девушка перестала смотреть по сторонам, стараясь не упасть, так как склон стал гораздо круче и ноги стали скользить. Но Гарри остановился и влетев ему в спину, Гермиона перевела дыхание.

–Сейчас наберем воды, а потом отправимся на поляну. Заодно, покажу как пользоваться магическими силками.

–Ага. – Гермиона опустила рюкзак на камни посуше и повторила за Гарри, достав из рюкзака с помощью книги сеть, два термоса и флягу с краном, исписанную рунами.

Гарри открутил крышки у обоих термосов и вытащив оттуда по шнурку, вбив в землю два колышка, привязав шнурки к ним. А сами термосы, были отправлены в речушку. Отец, потерев пальцами шнурки, указал пальцем на место покраснения и сказал.

–Когда они заполнятся, то шнурок станет полностью алым и начнет светиться. Это значит, что они наполнились, но вынимать еще рано. Дождись, когда шнурки станут желтыми и тогда вынимай – это значит, что вода внутри полностью очистилась, вернув в реку ил, мусор и прочую непригодную в пищу грязь. Сосуды гоблинские, с фильтрами, так что вода пригодна для еды и мытья. Набирается туда порядка трехсот-четырехсот литров воды и она держится свежей порядка трех-четырех недель.Теперь вот этот амулет. – В воду полетела фляга, а её шнурок оказался завязан на колышек рядом с термосными.

–В эту флягу набирается порядка восьмисот литров и вода в ней, пригодна для мытья, питья и готовки, а заодно и стирки, если соберешься. Но тут вода остается свежей порядка двух месяцев– гоблины используют эти фляги для путешествия по антимагическим подземным зонам. Там вода ядовита для них, а эта сохраняет искры магии, которая не развеивается. У тебя, я вижу, вопрос?

–А зачем столько воды?

Гарри хмыкнул, но на вопрос ответил.

–Этот лес крайне опасен и ты знаешь это, но еще не поняла. Мы в Албанском лесу. Здесь полно вампиров, оборотней, магических тварей и прочей не слишком приятной шушеры. Но здесь очень сильный магический фон, что даст нам возможность скрыться не привлекая внимание. Однако касательно воды. Сходить за ней все время, сама понимаешь, будет несколько проблематично. А вода нужна постоянно, для лечения, стирки, питья, даже зелий. И уходить она будет с катастрофической скоростью. И пополнять её смогу только я. Просто потому, что гораздо лучше тебя подготовлен.

Гермиона беспомощно вскинулась.

–Но...

–И не спорь. Под действием маховика времени я путешествовал по миру более десяти лет, приводя в порядок счета и внутренний мир. Я путешествовал с гоблинами, учился у оборотня, профессионального гида по опасным местам в мире магглов. Я учился всему, до чего смог дотянуться и чему еще стоит научиться тебе. Отец я ли не отец?

Гермиона густо покраснела на эту легкую иронии и повторив действия отца, забросила водозаборные артефакты в реку, привязав к колышкам, которые вбила камнем. А потом задумалась и спросила.

–Но если тут так опасно, то почему мы сейчас спокойно сидим тут и набираем воду. Разве на нас не должны сейчас напасть и не знаю...

Гарри тихо рассмеялся и пояснил:

–Недавно прошел сильный ураган, от уничтожения артефакта на границе с лесом. Здесь еще день никто не появится, а вот потом будет жарковато. Когда у обитателей звон в ушах прекратится. Я долго рассчитывал время, когда здесь появиться, так что выбрал точно. Сегодня двадцать седьмое мая, тысяча девятьсот девяностого года. И скоро у нас будет возможность, оценить это место по достоинству.

–Прошлое да? Наверное тебе виднее...

Прерывая разговор зазвенели все амулеты разом, демонстрируя желтые шнуры-индикаторы. Вытащив их и закрыв крышками, отец выхватил их своего рюкзака большую корзину и начал всматриваться в водную гладь. Заметив что-то явное только ему, он бросил в воду комок синеватой сетки, тихо щелкнувшей по краям, а сам опустил ладонь в воду и что-то пробормотал.

Результат не заставил себя долго ждать. Большая рыбина резко выскочила из воды, шлепнувшись об неё, а потом резко поплыла в сторону сети. Та дернулась и затихла, потом еще раз, еще и еще. Гермиона сбилась на счете, когда отец вдруг дернул сеть и начал вытаскивать. В корзину попадали небольшие, с две ладони рыбешки и две больших длинных змеи, но после того, как одна из них повернулась боком, Миона поняла, что видит угря. Она как-то раз видела такого, запеченным. Кажется за столом шармбатонских гостей.

Но вот сеть оказалась очищена от водорослей, небольшой рак торжественно отпущен в воду, а сама сеть высушена и убрана в рюкзак, отец набросил его и поднял корзинку с рыбой.

–Термосы сможешь унести?

Миона надела рюкзак, собрала термосы и фляги в руки, а потом подумав, сказала.

–Можно такую же корзинку?

Гарри только хмыкнул, но корзину дал. Так они дальше и пошли. Только на этот раз первой шла Гермиона, слушающаяся указаний отца, который шел за ней и заметал следы.

Шли они в этот раз долго – успели устать вытягиваемые корзиной руки и заныть спина, рюкзак оказался обманчиво легким. Но все заканчивается, закончился и путь. Местом остановки оказалась небольшая полянка с двумя поваленными стволами деревьев, судя по запаху смолы совершенно недавно. Отец резво опустил рюкзак, доставая из его моток веревки и какие-то колышки. Еще более странным стал молчаливый приказ не произносить ни звука, а потом он стал отсчитывать что-то шагами, опуская колышки, которые тут же самостоятельно втыкались в землю, начиная вытягиваться деревцами. Между ними натягивалась веревка, переливающаяся магией и не рвущаяся, когда деревца начали шириться стволами, грозя разорвать петли. Но тут рост прекратился и Гермиона поняла, что находится посреди практически ровного круга, радиусом не менее пяти метров. Трава под ногами, закрывавшая ранее туфли, теперь едва доходила до края подошвы, мелким ковром закрывая землю. А отец, уже расстелил на земле брезент и теперь с помощью палочки складывал туда ровные поленья. Стоп, а откуда?

Но Мио тут же поняла, так как из поля зрения исчезли те два огромных поваленных дерева, почему-то стираясь и из памяти. Появилось даже желание протереть глаза, но касание по плечу заставили вздрогнуть и забыть об этом.

–Ты попала под действие охранного круга. Теперь если в радиусе километра мы тут все перепашем траншеями, обитатели будут считать, что так оно и было. Магия изменяет память самого места, чтобы не дать нас найти. Этот небольшой, но невероятно нужный ритуальчик заставил меня выучить один старый поверенный. Сказал, что это одно из немногих знаний, что убережет мне жизнь. И он, как обязанный передо мной, просто должен меня ему научить. И научил. Кстати не только этому. Разбирай палатку, скамейки, сковородки и котелки. А я займусь готовкой. Согласна?

POV Гермиона

Пользоваться каталогом оказалось очень интересно, особенно когда появилась палатка. Внутри она оказалась с две небольшие комнаты. Как показал осмотр – ванную и спальню. Довольно большие надо сказать. Особенно учитывая мебель. Кровать, диван, куча подушек и пуфиков на полу – явно девичья обстановка. Ладно, потом спрошу. А пока дальше!

Скамейки, котелки, треногу, которая не совсем треногой оказалась, а гоблинской подставкой многоголовкой. Они так термин "для большой семьи" определяли. Потом вытащила подставку, пару глиняных горшков и тарелки с ложками. А вот продукты достал отец. Даже странно, я уже не могу назвать его по другому, словно он был мне родителем с самого начала. Значит мир и правда принял нас так. Забавно. А папа удивил. Он вытащил из рюкзака пледы, две металлические кружки, коробку с чем-то и наконец-то продукты. А потом началось действие. Даже не так, а волшебство. Лук, морковь, перец, он все это превратил в тонкие соломинки меньше чем за минуту. Потом магией выпотрошил рыб и угрей, что-то с ними сделал и бросил жариться. А в средний котелок была залита вода, засыпаны специи и еще чего-то. А потом если честно, я просто сидела и с трудом удерживала рот от открытия. Он порхал! Светился изнутри как последний злобный пикси и творил! Что-то засыплет, что-то помешает, куда-то добавит – и так по кругу. А потом просто переложил все в один котелок, забросил картошки и закрыл крышкой, сказав:

–А теперь ждем сорок минут и можно будет есть. И не надо на меня так смотреть – я тебя всему научу. Идёт?

Сил хватило только на кивок.

А потом мы ели вкуснейший в моей жизни рыбный суп, заедая его поджаренным на сковороде хлебом и овощным салатом, и говорили о звездах. Об остальном решили поговорить с утра. На свежую голову.

Уже перед сном, я смотрела на звезды потягивая чай с мелиссой, заваренный отцом и глупо улыбалась.

И честно говоря поняла, что ни о чем не жалею.

И жалеть не буду.

Из принципа.

Конец POV Гермионы

========== Дикий лес. ч 2. ==========

Утро для Гермионы началось с холодного ветра и ощущения сырости. Перебрав вещи и подумав, девушка стянула пижаму в которой спала и вытащила из рюкзака каталог. На уже заправленную кровать полетели теплые колготки, водолазка, свитер и что-то вроде темно-зеленого сарафана. Развернув странную деталь гардероба, Гермиона хмыкнула, но все же решила попробовать его надеть. Натянув водолазку и колготки, она надела это странное платье и ойкнула, когда шнурки на нем пришли в движение. Там подтянулся, здесь ослабился – шнурки быстро приспособили платье по фигуре. И потянувшись, девушка с удивлением поняла, что ей очень удобно – ничего не подвинулось и не поползло вверх. Удобно.

А потом вдруг снаружи раздалась ругань и шум падающих капель. Пошел дождь.

Умиротворение быстро вымело воспоминание о том, что снаружи остались пледы, посуда и упаковки с продуктами. Девушка шустро надела ботинки и выскочила из палатки, громко ойкнув, когда на голову обрушилась стена дождя. По лагерю носился отец, раскидывая чары отражения воды и торопливо что-то швырнувший в сторону костра. Этим чем-то оказался огромный зонт, который накрыл кострище, а второй кусок брезента накрыл дрова. Заметив её, он бросил и на неё отталкивающие воду чары, а сам весело рассмеялся.

–Расслабился я – вот и поплатился. Ничего, будет наука нам обоим. Так что будем убирать все сразу, чтобы в такую ситуацию не попасть. И что-то я еще хотел сделать, а точно!

Вычерчивая в воздухе какой-то вензель, отец резко рявкнул что-то на гоблинском и капли воды, замерев в воздухе завертелись воронкой, собираясь в подставленные на земле большие бочки.

Шум капель немного стих, теперь сменившись громким стуком воды о дерево, а сам отец, отжав мокрые волосы, которые кажется стали длиннее со вчерашнего дня, и рассмеялся.

–Миона, ты мокрая как мышь! Поэтому позволь тебя высушить!

Против воли вырывается, ехидно-веселое замечание:

–Я не мышь! А кто-то, похожий на моего отца, выглядит как искупавшийся лемминг!

Мужчина расхохотался, вытирая собравшуюся в уголках глаз воду и констатировал.

–Вот теперь я вижу мою Гермиону! Но высушу все равно! – Пара взмахов палочкой и приходится прикрыть глаза, так как вода испаряется паром, обжигая лицо. А потом Миона вздрагивает, когда макушки касается широкая и горячая ладонь. Глубокий, с каком-то бархатным переливом голос отца, раздается над ухом:

–Ты все сделала правильно. И я рад, что у меня теперь есть самый близкий человек. Так что не думай об этом. А вот касательно реакции, поговорить придется. Но после уборки и завтрака. Поможешь?

Девушка кивает и прокашлявшись, достает палочку. Но её руки касается рука отца и он говорит, весело посверкивая глазами:

–Пока палочка не понадобится. Тебе нужно разогреться – труд поможет. И для начала, давай соберем то, что вчера забыли убрать?

–Давай.

Палочка отправляется в карман сарафана, а сама девушка нагибается за пледом, лежащим на скамейке и подняв его, встряхивает. Капли воды с легкостью слетают с шерсти, а сами пледы оказавшись полностью сухими, тут же складываются Мионой. Потом приходит очередь котелков. Остатки супа тут же уничтожаются пробегающим мимо отцом – он их просто не морщась пьет, словно суп не ледяной, а чай не соревнуется с ним в температуре. А потом улыбаясь говорит.

–Вода для помывки посуды у нас есть, а сейчас я кое-что сооружу, для отходов. Вчера не доделал.

И уходит к краю круга, начав что-то чертить на земле. Девушка пожав плечами, собирает разложенные на скамейке кружки, тарелки и прочую утварь, и недолго думая, относит к набирающимся бочкам. Не решившись мыть прямо в бочке, справедливо полагая, что вода эта еще не раз понадобится, Миона немного подумав, отправляется в рюкзаку и достает каталог. Необходимое удалось найти с трудом. Оно находилось не в разделе для привала, а в разделе личная гигиена, хотя и называлось как тазик для мытья посуды. Посмеявшись над названием, Гермиона задумчиво посмотрела на вытащенную палочку, потом припомнила бытовые чары известные ей и убрала волшебный инструмент в карман. Зачерпнув из бочки воды, она решительно закатала рукава и занялась её мытьем.

Через десять минут, когда отец уже закончил свои таинственные дела, девушка подскочила, когда он весело сказал.

–Я закончил! Теперь всю использованную воду и остатки можно выбрасывать. Чары превратят их в подкормку для леса. И никаких вредных веществ. Жаль современные маги об этом забывают.

–А бытовым чарам научишь? – Миона была само очарование, только очарование это на Певерелла ни капли не подействовало. Бросив дочери полотенце, которое с этого момента стало считаться кухонным, он сказал:

–Только если время от времени, домашние дела будешь делать руками. Тренировка важна везде, особенно если магия тебя вдруг покинет. И потом, в войне которая пройдет здесь, мы участвовать не будем, продолжая скрываться. Так что возможно, какое-то время придется жить вообще без магии. Так что учись делать все своими руками, чтобы не вызывать подозрений.

Миона нахмурилась, машинально вытирая руки.

–Подозрений? И почему мы не будем участвовать в войне?

–Все очень просто – выйди я из тени и о спокойствии придется забыть. Фамилия Певерелл, что является моей настоящей фамилией, здесь будет символом за которым будут гнаться обе стороны конфликта. Начнется смута, потому как мы в любом из миров были, есть и будем являться семьей, записанной в легендах как Повелители смерти. И никого не волнует, что Белая Госпожа благоволит именно моей семье. Люди считают, что приобретя мою лояльность, они получат шанс на бессмертие. Или хотя бы на Дары, Великой Госпожи, чтобы приказывать ей. Наивные. Подожди. Легенду я расскажу, но давай сначала закончим с делами, хорошо?

–Да, папа. – Голос у Гермионы недовольный, но она понимает правила и принимает их. Перевелл подводит её к вырытой в земле дыре,огороженной каменными стенками и сообщает.

–Вот сюда можешь сливать грязную воду и выбрасывать очистки и упаковки. Магия переварит их и сделает удобрением, которое будет питать деревья. Это одна из наших плат за использование древесины и безопасного места для проживания. Я потом покажу, что еще входит в это, а пока можешь использовать этот сток для своих нужд.

Хмыкнув и улыбнувшись своим мыслям Гермиона кивнула, глядя как отец скрывается в своей палатке и подхватив тазик с грязной водой, вылила её в яму. Та, булькнула и вдруг опустела, оставив после себя легкий травяной запах. Сполоснув и сам тазик, девушка убрала его в сторону, достав из рюкзака уже отца, еще скамейку и небольшой низкий стол из светлого дерева. Отлевитировав их с помощью палочки и расставив так, чтобы три скамейки встали вокруг костра, не мешая проходу, а столик и еще две, рядом с ним, в стороне. На него тут же была расставлена вымытая посуда, рядом Мио воткнула в землю большую палку, с мелкими крючками наверху, значившуюся как походная вешалка. На крючки были повешены полотенца для рук и походная мочалка для мытья посуды. Потом недолго думая, Гермиона занялась костром. Рядом с ним появилась каменная подставка под разделочную доску, которой вчера пользовался отец. Сковородки и кастрюли заняли свое место рядышком, не мешая проходу, а девушка взяла палку, которой вчера подталкивала вылетевшие головешки в кострище и начала ворошить угли. Костер был безнадежно потухшим. Подогнав все головешки к центру и проверив ладонью, Мио убедилась, что они невероятно сухие и задумалась. Костер вчера был зажжен с помощью кремня, который отец убрал в карман. Но достал он его из рюкзака.

Миона щелкнула пальцами. Вот оно! У неё тоже должен быть свой. И направилась к своей сумке выживальщика. Кремень нашелся, как и инструкция к нему. Отец чем-то звенел и бряцал у себя в палатке, так что быстро разобравшаяся что и как девушка, использовала кремень. И через полминуты, древесная стружка с мхом и обрывками бумаги, вспыхнули. А когда через пять минут Певерелл-старший выбрался из палатки с кучей каких-то амулетов, костер уже весело горел распространяя по их стоянке потрескивание и огненные блики. Гермиона, расчесавшая волосы, сидела на скамейке у костра и глядя на огонь заплетала косу. Проходящий мимо дочери Певерелл, увидев как ловкие пальцы выплетают узор который вчерашняя Грейнджер знать была не должна, улыбнулся. Кровь начала говорить в ней, постепенно превращая в полноправную деву рода Певерелл. Нужно подготовить её к этому.

Сам мужчина, дошел до вешалки, удивленно отмечая перестановку и множество мелочей, сделавших стоянку уютнее и хмыкая услышанной когда-то гоблинской мудрости. Размотав с шеи амулет в виде изображения черно-белого солнца, он вставил в вершину вешалки штырь подставку и закрепил амулет. Мазнул каплей крови из прокушенной губы и активировал. Амулет мягко засиял и потух, не перестав мерцать в самом центре. Певерелл удовлетворенно улыбнулся и заживив ранку на губе, развернулся к Гермионе, громко говоря.

–Как сказал один старый гоблин. Хочешь чтобы стоянка была домашней, оставь на ней на полдня жену. Тогда вернувшись будешь дома. И я только что в этом убедился. Стоит появиться женской руке, как становится уютно. И думаю я прав, ведь так, Миона?

Девушка на скамейке, еще не полностью вышедшая из задумчивого состояния, завязала концы косы резинкой и ответила.

–Возможно. Но мне так и не ответили на вопросы.

Певерелл долго молчал, а потом с шумным вздохом приземлился на скамейку рядом с дочерью, протягивая мокрые ботинки поближе к костру. До боли знакомым жестом взъерошив челку, он откинулся на спинку скамейки и сказал:

–Меня зовут Александр Гарольд Вильгельм Певерелл. Имя было дано мне при ритуале принятия моего Рода. Александр – имя от последнего Главы Рода. Имя Вильгельм – от последней Матери Рода. Имя Гарольд – от той, кто произвел меня на свет. Я не Поттер и никогда им не стану – я Певерелл, что заслужил за годы путешествий и испытаний во имя Белой Госпожи. Мне чуть больше двадцати восьми лет, включая отданные в оплату за перенос годы. Я уже имею заслуженные статусы великого наемника, артефактора, искателя сокровищ и бесшумной смерти. На моих руках кровь сотни человек, занимающихся развалом магического сообщества, людей предавших мой Род и его вассалов. Я создал те рюкзаки, которыми ты сегодня с удовольствием пользовалась. Я их же и собирал, основываясь на опыте и советах наставников. Мной были заготовлены государственный переворот в месте, которое мы покинули. Мной же, были проведены мероприятия, сделавшие тебя полноправной дочерью, когда ты выразила желание ей стать. И именно я стану тем, кто соберет Тома Риддла в единое целое и отправит на подвиги, обеспечив бессмертием. Просто потому, что именно его жизнь стала своеобразной вирой за шанс начать новую жизнь. Мы с тобой живы благодаря ему. И теперь мы вернем долг.

Гермиона молчала, следя за игрой искр, взлетающих над пламенем. Александр терпеливо ждал реакции, морально готовясь быть побитым. Но его дочь сумела удивить его до глубины души. Она прикусила большой палец левой руки, а правой, начала постукивать по колену. И все.

Почти.

–Так, давай повторим. Ты решил собрать паззл под названием Волдеморт, потому, что обязан ему жизнью?

Александр хмыкнул, закидывая ногу на ногу и констатируя:

–Я его еще и как человека уважаю и преклоняюсь его замыслам. В какой-то степени. Все же у него были весьма необычные для человека его окружения замыслы. По крайней мере первоначально. Он хотел стать политиком реформатором, который хотел бы сделать все, чтобы магия не пропадала. Чтобы магически одаренных детей изолировали от жестокого и эгоистичного мира магглов. Он хотел воспитать у магов ответственность за магических детей и предоставить новому поколению будущее. Способность учится всему, что может дать мир, желание подняться выше и по праву занять достойные их места. Желание создать настоящую конкуренцию, а не то во что превратилась школа Хогвартс. Он хотел получить и дать знания. А закончил обычным пугалом для напыщенных властолюбцев и магглоподобных. Это я про Артура Уизли сейчас говорю. Он ведь просто маггл с палочкой, никакого достоинства, никакой ответственности, наплевательское отношение к воспитанию детей. Близнецы ведь не такие уж и вредители, просто им дали возможность реализоваться только в шутках над ближними. Рональд между прочим, в детстве имел прекрасные задатки тактика и стратега, которые весьма помогли бы ему, реши он стать дипломатом. Но отношение семьи, которой безразличны дети и которым повторяют, что у них все будет без труда... Просто потому, что младшенькая прыгнет в постель к богатенькому магу... Они ведь и Джиневру испортили. Талант, характер, страсть и желание развиваться. ВО что это превратилось бы, не уйди я сейчас? Миона, я не хочу чтобы история повторилась. И даже если это заставит разразиться новую войну, я не вмешаюсь больше, чем посчитаю нужным. Страх заставляет совершенствоваться. Среди нашего бывшего окружения ведь тоже можно было заметить многих, кто при случае сумел бы взять на себя роль толкового лидера. Без Мессии. Просто зная, что никто не сможет кроме них.

Посему я хочу помочь Тому. Чтобы он вернулся и стал стимулом, который заставит это сонное болото взорваться и начать бегать. Чтобы истерия прочистила мозги разумной части населения и заставила работать. Чтобы они сплотились и начали драться своими силами, не полагаясь на Мальчика-который-выжил или прочих символов придуманных кем-либо. Чтобы они сами выбрали лидеров и шли за ними. Я хочу заставить их поднять заплывшие жиром задницы и начать драться за шанс на так любимую ими сытую жизнь. А не прожигать её, морща носы над магглокровками не делая ничего в ответ на их действия, разрушающие наши устои. Государство должно быть сильным, а таковым его делают граждане. Скажи мне, Миона, станут ли они таковыми, если не узнают цену тому, что есть у них каждый день? Еда, вода, магия, их любимые поводы для сплетен. Станут ли они ценить это, если не потеряют хотя бы на день? Поймут ли, что такое человеческие отношения и общее дело? Я сделаю все, чтобы им пришлось это испытать. Даже если война захлестнет весь континент.

–Ты жесток папа, но спорить я не буду. Слишком хорошо еще помню заносчивость и алчные взгляды, когда зашел вопрос о моей состоятельности как ведьмы. Малфой ведь так и сказал – я гожусь только для рождения ребенка магу, от которого потом откажусь. И ведь не в нем дело, а в воспитании. Против правильно воспитанной магглорожденной, никто и вякнуть бы не посмел – прямое нарушение законов. А наш министр? Перед глазами встает Турнир, на котором он так сильно сожалел, что кто-то попытался лишить его шанса на новый срок в кресле главы государства. И кто это сделал? Сумасшедший Гарри Поттер! За которым потом носились треть страны, умоляя их спасти.

Гермиона выдохнула, обняв себя за плечи. А Александр, призвал плед, который набросил на дочь. Та благодарно улыбнулась и закутавшись, сказала.

–В принципе я согласна с твоей точкой зрения, но мне крайне не нравится сам факт будущего количества смертей. Магглы, маги, полукровки и магглорожденные – все мы люди, а каждая жизнь ценна. Магическое общество и так ослабло, после последних потрясений. Но ты прав – они слишком застоялись. Если бы можно сделать что-то через газеты и подкуп, но взяточников больше чем всех денег мира. И каждый третий, будет кем-то вроде Флетчера, который с радостью продаст родную мать. Но имеем ли мы право решать за них?

Александр тихо рассмеялся, подставляя плечо под голову дочери и когда та устроилась, говоря глядя на пламя:

–А кто сказал, что решать будем мы? Я просто помогу тому, кто будет иметь на это право. И уже от него зависит, примем ли мы в этой войне непосредственное участие или так и проживем на краю мира. Хотя меня, честно говоря, больше устраивает тишина и покой.

–Это неудивительно. Но давай вернемся к паре вопросов, которые меня мучают уже второй день.

–Хм? Каким же это?

Мио подняла голову и посмотрела на отца,серьезным взглядом, знакомым ему вот уже много лет.

–Как так получилось, что ты был в теле подростка?

–Понимаешь...

–Папа. – Одно слово и сказанное таким тоном, что сразу становится понятно – докопается и будет хуже. Александр вздохнул и признался.

–Модифицированный маховик времени Гельтара Певерелла. Позволяет оставлять копию тела, которая после использования, сохраняется и остается готовая для слияния с ней посредством несложного, но болезненного ритуала. Фактически, разум меня прошлого в один момент был заменен более взрослой версией, а тело осталось детским, что было исправлено с помощью ритуала и физической копии "взрослого Александра" из будущего.

Миона замолчал, а потом поперхнулась воздухом, со всей силы ударив отца по плечу.

–Кхду-рак! Дурак самый настоящий! Это же опасно!

Певерелл скрутил дочь, обезопасив себя от повреждений и улыбнулся:

–Между прочим, для всех кроме моего Рода это самоубийство. А для нас, кого хранит Белая Госпожа, все по давно предписанным директивам. Все уже отработано поколениями и сейчас будет окончательно приводиться в порядок. Как ты наверное заметила, волосы у меня медленно отрастают, а на лице появляются морщинки и следы от старых ранений. Я просто полностью прихожу к положенной мне форме.

–А кто такая Белая Госпожа?

Певерелл-старший только усмехнулся, отпуская дочь и сказал, уже направляясь к костру, который уже радовал ровно тлеющими углями.

–Наша Госпожа это та, кого остальные называют Смертью.

Одновременно с удивлением Гермионы, в костер запрыгнули несколько поленьев, а котелок с водой, был поставлен над пламенем.

Отец собирался готовить обед.

Завтрак они благополучно пропустили.

Голова была квадратной от мыслей и осознания, что жизнь будет куда более веселая, чем она надеялась.

Ну и Мордред с ним.

–Пап, тебе помочь?